Я снова на втором этаже гильдии авантюристов в компании бородатого гнома по имени Дэз. Обычно мы просто болтали ни о чем, но иногда разговоры становились чуть содержательнее.

— Скажи, Дэз, тебе никогда не хотелось… вернуться к прежнему занятию?

Дэз мог бы стать очень хорошим пополнением в группе Арвин. Он обладал обширными умениями и опытом, а самое главное — полностью предан своей жене, поэтому не станет стрелять глазками в Арвин, как некоторые Ральфы.

— Нет.

— Оу.

На этом тема была закрыта. Ну, попытка не пытка. Донимать я не собирался.

— Почему ты вдруг об этом заговорил? — спросил Дэз, подозрительно взглянув на меня.

— Ее высочество в скверном настроении.

Недавно город прямо-таки наводнило искателям приключений. Естественно, все они нацелились на последнее оставшееся в мире подземелье: Тысячелетие Полуночного Солнца. Большинство были ничтожествами, о которых едва ли стоило упоминать, но попадались и действительно талантливые.

Были «Хрисаор» — группа, возглавляемая грозным Рексом, который умел обращаться одновременно и с мечом, и с копьем; «Медуза», которой руководили владеющие заклинаниями сестры Маретто, и «Арго» во главе с бывшим вором и разведчиком Ником — все они добивались больших успехов в подземелье.

Напротив, группа Арвин, «Эгида», терпела неудачи и постоянно испытывала трудности на верхних уровнях. Наверняка она расстраивалась, когда ее обгоняли те, кто появился намного позже. Для восстановления страны ей был нужен находившийся на самом дне подземелья Звездный кристалл — всемогущий предмет.

— Разве у них не должен был появиться новый участник?

— Давным-давно уже должен был быть здесь, но из-за непогоды и прочего его прибытие задерживается.

Дорога и так занимала месяцы. Не мог дать нам небольшую поблажку? Даже в таком деле этот мерзкий бог солнца не упустил случая мне насолить.

— Не играйся с такой ценной вещью, — сказал Дэз. Я опустил взгляд и понял, что верчу в пальцах «Временное солнце». — Ведь это твое спасение, нет?

— Спасение? Да как бы не так.

— Разве оно совсем недавно не спасло тебе жизнь?

Я рассказал Дэзу, что оно оказалось священной реликвией от бога солнца. На всякий случай — не исцелит ли оно на время и его от проклятия — я посветил им на него, но он лишь зажмурился и сказал: «Слишком ярко, клоун», — после чего мне врезал.

Еще я рассказал ему, что преставившийся якобы Роланд вернулся в качестве «проповедника», работающего на бога солнца как приставший к хвосту золотой рыбки кусочек дерьма, что я боролся с ним и что у бога солнца есть еще планы на этот город. Некоторые другие детали я упоминать не стал.

— После твоего рассказа поневоле задумываешься, — с непривычно серьезным видом сказал Дэз, — не предназначалась ли эта реликвия именно тебе?

— О чем ты?

— Только твое проклятие связано с солнечным светом.

— Но другие люди тоже могут им пользоваться.

Мне дала его Ванесса, и она его использовала. Когда ранее я давал его Дэзу, у него тоже получилось.

— Если бог солнца разбрасывается проклятиями для своих «страдальцев», или как он там говорит, то где-то могут быть похожие. Вроде твоего, когда не можешь использовать силу, если не стоишь на солнце.

Значит, оно для страдальцев одного вида? На удивление проницательное умозаключение для Дэза. Если так подумать, то владение реликвией, действующей только в течение ограниченного времени, было как раз из тех дерьмовых штучек, которые мог выкинуть этот бог солнца.

— В таком случае, может, где-то в мире есть и реликвии, которые предназначены тебе и остальным.

— Может, и есть.

— Знаешь, где сейчас те парни?

— Насколько я слышал, капитан руководит гильдией авантюристов где-то на востоке. Насчет других понятия не имею.

— Как и я.

Члены «Миллиона клинков» нажили свою долю обид. Мы были слишком известными и повсюду встревали в кучу неприятностей. Остальные были слишком живучими, чтобы их зарезали в каком-нибудь переулке, так что я полагал, что они до сих пор где-то скрываются.

— Просто дай знать, если услышишь про что-нибудь подходящее под описание.

Ощущение, что я действую по сценарию бога солнца, приводило в бешенство, но чем больше в нашем распоряжении будет инструментов, тем лучше. Если у нас будут возможности использовать наши силы по полной, то когда-нибудь они придутся кстати.

— Как бы там ни было, если Роланд был прав, то сюда могут явиться и другие «проповедники». Убивай их сразу, как увидишь. Слабое место — голова. Либо руби шею, либо отрывай от позвоночника, — услужливо сказал я.

Внизу раздался резкий удар, за которым последовали возгласы и ропот. На нижнем этаже что-то происходило. Вероятно, опять какие-нибудь придурки напились и затеяли драку.

— Как будто им заняться больше нечем. Может, будете выполнять свою чертову работу? Займитесь делом, ленивые ублюдки, — скорчив кислую мину, выругался Дэз.

Судя по звуку, кто-то мчался вверх по лестнице. Через пару секунд распахнулась дверь.

— Дэз, у нас проблема!

Это была Эйприл, внучка главы гильдии, которая любила делать вид, что она одна из работниц гильдии.

— Внизу буянит монстр! Иди быстрее!

Она изо всех сил потянула Дэза за руку. Выражение его глаз тотчас переменилось, он схватил топор, который был прислонен к стене, и поспешил вниз по лестнице, Эйприл всю дорогу его подталкивала. Я последовал за ними двумя.

— Что, гоблины из подземелья вылезли?

Гильдия авантюристов располагалась сразу за входом в подземелье. Обычно его закрывали толстые ворота, но иногда проскакивали мелкие монстры вроде гоблинов и кобольдов.

Эйприл, отвечая на мой вопрос, покачала головой:

— Монстр, которого мы забрали у одного авантюриста, вдруг ожил…

Как только мы спустились на первый этаж, в нас полетел человек. Он угодил в члена гильдии, который как раз случайно оказался на его пути, и они оба врезались в стойку. Первый был жив, но в глубокой отключке. Я повернулся, чтобы выглянуть в дверной проем, где рычал огромный лев с человеческим лицом.

Мантикора.

У монстра было лицо человека и тело льва, покрытое зловещей красновато-черной шерстью, напоминающей сумерки. Кончик его хвоста венчало множество ядовитых шипов. Существо было почти в два раза больше меня.

— Не может быть! Мы же убили эту тварь, — ахнул не верящий молодой воин возле стойки.

Глупец, она тебя обманула. Мантикоры дьявольски умны. Для них притвориться мертвой — легкая игра.

Шкуры и внутренности мантикор продавались по высокой цене. Этот начинающий авантюрист, наверное, решил сберечь время и избежать хлопот с самостоятельной разделкой туши и нанял носильщика, чтобы ее вынести.

Мантикора — грудь, спина и лапы которой окрашены темно-красным, — рычала и скалила зубы, чтобы держать остальных искателей приключений на расстоянии. Ее раны делали ее лишь свирепее и опаснее. Больше всего мы опасались, что эта тварь вырвется в город.

— Пошли, Дэз.

— Ага.

Гном перекинул через плечо топор и отправился на улицу.

Мимо нас пронесся ветерок.

Это оказалась девушка, примерно того же возраста, что и Арвин. У нее аккуратно подстриженные короткие черные волосы и небольшие голубые глаза. Одета в черно-красный плащ поверх кожаной брони. Черные перчатки довольно большие в сравнении со всем остальным.

Я знал почти всех искателей приключений, которые околачивались в городе, но ее лицо было мне незнакомо.

На бегу она достала черный шарик и швырнула его в мантикору. Тварь с легкостью отбила сферу хвостом, но шар раскололся и выпустил темно-серый туман.

Дымовая шашка.

Завеса быстро перекрыла мантикоре обзор. Девушка подпрыгнула, выбросила из перчатки широкое лезвие, высоко его подняла и опустила на основание хвоста мантикоры, отсекая его.

Брызнула кровь, и воздух наполнил жуткий вопль.

Несмотря на метания, ярость и боевой настрой мантикоры стали еще неистовее, чем прежде. Она оскалилась и бросилась сквозь клубы дыма на девушку. Достаточно быстро, чтобы зашвырнуть ее аж на крышу, если бы попала, но девушка без страха ринулась вперед. Перед тем как они должны были столкнуться, девушка метнулась вправо и использовала переднюю лапу зверя как ступеньку, одним движением вскочив ему на спину. Оседлав его как коня, она вонзила клинок мантикоре в хребет. Монстр заревел и встал на дыбы.

Пытаясь ее сбросить, мантикора потеряла равновесие и ударилась мордой о землю. Девушка соскочила до того, как ее постигла та же участь; из спины зверя хлестала кровь. Рана была очень глубокой, и монстр дергался и рычал от явной агонии. Он кувыркался и катался, задевая отсеченный хвост задней лапой. Начиненный ядом хвост взлетел в воздух, взмыв над собравшимися членами гильдии, которые наблюдали на расстоянии.

— Берегитесь! — выкрикнул кто-то.

Толпа бросилась врассыпную, но один седой старик споткнулся и упал. Ядовитый шип на хвосте устремился к нему, старик отвернулся и издал вопль. Прежде чем он вонзился прямо в старика, сбоку скользнул клинок и отсек его, отбросив в сторону.

— Вы в порядке, сэр? — произнес чистый, прекрасный голос.

Поднялось оживление. Его спасла не кто иная, как Алая Принцесса-рыцарь, Арвин Мейбл Примроуз Мактарод. Ее высочество. Позади нее стояли остальные члены «Эгиды» — судя по всему, они только что вернулись из подземелья.

— Д-да, миледи, — ответил старик, несмотря на ее протянутую руку, становясь на одно колено.

— Здесь опасно. Вам лучше найти укрытие, — предупредила она коленопреклоненного мужчину, после чего бросилась к мантикоре, сообщив товарищам: — Не думайте, что раз она ранена, то побеждена. Будьте осторожны!

Сверху пролетела черная тень.

— Хия!

Та самая девушка перемахнула через головы Арвин и ее группы и всадила клинок в лоб мантикоры. Красное львиное тело содрогнулось и рухнуло на бок. Черные глаза закрылись, и она наконец затихла.

Толпа зааплодировала. Естественно, их аплодисменты предназначались миниатюрной девушке, а не принцессе-рыцарю.

— Потрясающе. Она одна одолела огромного монстра, — с сияющими глазами восхитилась Эйприл.

Девушка, казалось, ни на что не обращала внимания. Когда она убирала клинок обратно в ножны, с ее одежды упала металлическая пластинка. Значок гильдии. За каждый заработанный ранг гильдия вырезала на значке звезду, но у нее не было ни одной.

Это означало, что она новичок.

Однако ее навыки не соответствовали уровню человека, только что вставшего на путь искателя приключений. Похоже, она имела значительный опыт сражений с монстрами — перед вступлением в гильдию она была либо наемницей, либо охотником. Если хочешь спуститься в подземелье, то должен зарегистрироваться в гильдии.

— Весьма впечатляюще, — сказал подошедший наконец Дэз.

— Что тебя так задержало?

Он указал подбородком на шестерых авантюристов, лежавших связанными на земле. Среди них был тот самый парень, который принес мантикору. Во время суматохи они попытались сбежать, поэтому Дэз поймал их и связал. Наверное, он разглядел навыки женщины и взамен решил сосредоточиться на задержании виновных.

После этого пора было возвращаться к работе. Дэз потащил их за здание. Настало время для их наказания. Эйприл попыталась пойти следом, но я схватил ее сзади за шиворот.

— Это дела взрослых. Беги-ка ты лучше домой и скушай кусочек вкусного кекса.

— Не относись ко мне как к ребенку, — надулся ребенок.

Тем временем новенькую авантюристку окружила толпа поклонников.

— Это было невероятно, юная леди. Кто вы?

— Хочешь вступить в мою группу?

Проигнорировав похвалы и приглашения, она вместо этого что-то заметила и ринулась вперед. Она отряхнула одежду, поправила волосы и преклонила колени перед Арвин.

— Для меня величайшая честь вновь смиренно предстать перед вами, о августейшая принцесса…

— Оставь это, Ноэль. Здесь ни к чему соблюдать придворный этикет, — перебила Арвин, подняв женщину по имени Ноэль на ноги и нежно ее обнимая. — Не ожидала тебя здесь увидеть. Твои навыки улучшились с нашей последней встречи.

— Я только что закончила с регистрацией авантюриста, так что могу сопровождать вас в подземелье в любое время. Если пожелаете, я готова отправиться туда с вами немедленно.

— Не торопись, — уклончиво ответила Арвин.

Девушка была довольно напористой. Если бы Арвин не смотрела в оба, то Ноэль склонилась бы облобызать ее сапоги.

— Я служила вам с детства, ваше высочество. Прошу, позвольте помочь. Ради вашей благородной цели я с радостью рискну жизнью, заняв место моего дяди и приняв командование.

— Рада слышать.

Ноэль с глубоким удовлетворением кивнула.

— Наверное, ты устала с дороги. Сегодня отдыхай. Впрочем, мне бы хотелось узнать от тебя новости.

— Тогда я сопровожу вас в особняк. Я буду вашей свитой, вашей прислужницей — кем пожелаете!

— Не стоит, — ответила Арвин с несколько озадаченным видом. — Для меня это не игра. Я не держу ни свиты, ни прислуги. Я все делаю сама.

Я прыснул. Вот уж не думал, что, оказывается, то, как я готовлю ей ужин, отношу прачке ее вещи и убираюсь у нее в комнате, — не более чем плоды моего воображения!

Я с трудом удержался от смеха, заработав яростный взгляд от услышавшей меня Арвин. Само собой, я не собирался раскрывать всю правду и разрушать безупречную репутацию принцессы.

Вместо этого я улыбнулся и взял на себя смелость спросить:

— Стало быть, это и есть новый участник?

— Верно. Ее зовут Ноэль. Она молода, но очень талантлива, — ответила Арвин, выпятив довольно привлекательную грудь. Явно гордилась девушкой. — Она племянница лорда Льюстера.

— А, того престарелого рыцаря. Хороший он мужик.

Если не принимать во внимание его страстную влюбленность в Арвин, из-за чего он нанимал искателей приключений, чтобы меня убить.

Оказалось, он был братом матери Ноэль. Она довольно свирепо уставилась на меня.

— А ты?

— Я Мэттью. Скажем так, я тут при деле. Я не авантюрист, но оказываю всяческую поддержку, — сказал я, решив не упоминать при знакомстве, что я содержанец, так как это только осложнило бы ситуацию. Наверняка какая-нибудь добрая душа рано или поздно ее просветит. — Мы с твоим дядей отлично ладили, — продолжил я. — Как-то водил его в стрип-клуб, и он пришел в полный восторг. Ходил и засовывал всем танцовщицам в нижнее белье золотые монеты.

— Не ври. Это делал ты, — пихнула меня в бок Арвин.

Да никогда в жизни. Медяки, разве что.

— Ты и правда?.. — прищурилась Ноэль.

Ее голубые радужки вдруг наполнились острой враждебностью.

— Дядя что-нибудь, возможно, тебе рассказывал? Наверное, он сказал, что бордель, который я ему показал, оказался сплошной обдираловкой. Вообще-то, я тоже так считаю. Скоро напишу ему письмо с извинениями. А заодно пошлю мазь, которая помогает от… определенных недугов.

Ноэль, казалось, решила, что я просто все выдумываю. Ее взгляд с каждой секундой становился все холоднее.

— Довольно. Теперь иди домой.

Арвин оттолкнула меня и выгнала из здания гильдии. Я оглянулся через плечо и увидел, что Ноэль по-прежнему волком смотрела в мою сторону. Она ничем не напоминала своего дядю, но, видимо, было у нее с ним кое-что сильно общее.

Бедная девочка. Похоже, она не замечала, что три человека позади бросали на нее не менее пугающие взгляды.

Я беспокоился, что, как и ее девственный дядя, она может попытаться вдруг что-нибудь выкинуть, и, разумеется, на следующий же день она пришла к дому. И почему-то с ней был Ральф.

— Арвин сейчас нет дома. Хотите зайти? Она вернется вечером.

— Я хочу поговорить с тобой, — сказала она, решительно шагнув внутрь.

Ноэль в итоге села напротив меня, а Ральф встал к стене у нее за спиной. Я предложил ему стул, но этот болван меня проигнорировал.

Я спросил, чего она хотела, и Ноэль положила на стол мешок с золотом.

— Здесь пятьдесят монет. Возьми. Немедленно оставь принцессу и этот город.

Я гоготнул:

— Ты отправилась сюда, только чтобы сказать мне это?

— Я слышала о тебе от дяди.

— Что я самый красивый мужчина на свете?

— Что тебя нельзя недооценивать. Что не следует позволять твоему поведению и легкомысленной манере речи вводить меня в заблуждение.

Судя по всему, он забил голову своей племянницы всякими россказнями, скрывая собственный позор. Вот крыса. По крайней мере, он вроде хранил мой секрет. Не зря я ему угрожал.

— А Арвин об этом знает? — спросил я.

— Я понесу всю ответственность за эти действия.

То, что она не ответила просто «конечно», признак, что она обладала честной натурой.

Я демонстративно вздохнул.

— Что ж… Я разочарован. Какое огорчение.

— Не знаю, чего именно ты ожидал, но я...

— Не в тебе. А в том парне у тебя за спиной, — сказал я, кивнув в сторону нахмурившегося Ральфа. — Мне и в голову не приходило, что он пойдет на поводу у прихотей какой-то юной особы, с которой он ни разу не встречался, и поучаствует в такой нелепой затее. Интересно, что сталось с тем Ральфом, который рисковал жизнью, спасая меня от кучки головорезов?

— Это было не ради тебя. А ради ее высочества! — воскликнул он с глубоким отвращением и даже долей страха. — Главное… что ты слишком подозрительный. Большую часть времени искатели приключений обращаются с тобой как с грушей для битья. Я даже слышал, как ты проиграл в рукоборье ребенку. И все же ты совершал превосходящие воображение подвиги, наподобие того, когда в одиночку остановил нападение линдворма. Мы просто не можем позволять человеку твоей сомнительной натуры и дальше находиться подле принцессы.

А, он имеет в виду всю ту ситуацию. Положение было настолько отчаянным, что я так и не сумел придумать хорошее оправдание.

— Всего лишь обычное проявление силы в чрезвычайных обстоятельствах. Если попытаюсь, повторить не смогу.

— …

— Кажется, ты мне не веришь. Печально, учитывая слова любви, что прозвучали между нами.

— Это ты их говорил, а не я! Кроме того…

— Как бы там ни было, — сказала Ноэль, возвращая нас к теме разговора, — в этом вопросе выбора у тебя нет. Ты сделаешь, как я прошу, и подпишешь это.

Рядом с мешком она положила лист бумаги и перо. Читать я не собирался. Просто какой-то договор, обязывающий меня больше никогда не приближаться к Арвин, не иначе.

— Отказываюсь. Я смогу заработать гораздо больше денег, прожив остаток жизни вместе с Арвин, чем приняв твои жалкие отступные.

— Или я могу просто выгнать тебя силой. Мысль о том…

— Как грязный отвратительный альфонс вроде меня ошивается рядом с принцессой, вызывает у тебя тошноту, быть может?

Ноэль в изумлении посмотрела на меня. Нет, я не читал ее мысли.

— Понимаешь, я знал еще кое-кого, говорившего в точности то же, что и ты, — старикашку с лицом, созданным для усов, по имени Лютвидж Льюстер. В ту самую ночь, когда я перебрался к Арвин, он явился выражать недовольство. Но он отличался в лучшую сторону: ему хватило смелости придираться ко мне и при Арвин.

Он тоже все нудел, и нудел, и нудел. Той ночью мне едва ли удалось поспать.

— Ой, прости, не хотел говорить так грубо. У тебя тоже есть своя положительная сторона. Ты принесла мне пятьдесят золотых монет, а твой дядя выделил только тридцать, скупердяй.

— Я не намерена слушать, как ты оскорбляешь моего дядю.

Палец Ноэль легонько дернулся к ее груди. Наверное, подумывала выхватить спрятанный в одежде нож.

— Ладно, ладно, проехали. Хочешь, чтобы я это подписал, так?

Мне совсем не хотелось, чтобы меня исполосовали. Я вздохнул, схватил перо и быстро провел им по бумаге, после чего отдал обратно. Ральф бросил на него один взгляд, а затем с покрасневшим как свекла лицом хлопнул документ на стол.

— Что это?!

— Ой! Извини, я понял, что наделал. По ошибке написал твое имя. Но я ведь правильно написал, да? Видишь, все на месте: Т. У. П. О. Й У. Б. Л. Ю. Д…

— Довольно!

Он наконец выхватил меч и нацелил на мой нос. Некоторые люди такие ранимые.

— После того как ты нарежешь меня на кусочки, мне будет уже все равно, но чисто для справки: ты убирать будешь? Ты ведь не заставишь Арвин это делать, да? — пригрозил я.

Из горла Ральфа вырвался страдальческий стон, и он пошатнулся. Если собираешься просто отступить, то вообще не стоит обнажать меч.

— Как бы там ни было, мой ответ — нет. Арвин нуждается во мне, и я не имею никакого намерения ее оставлять. Если собираешься меня убить, то давай. Но тогда твоя драгоценная принцесса-рыцарь окажется в серьезных неприятностях. Не думаю, что она сможет и дальше здесь оставаться.

— Гнида изворотливая, — выплюнул Ральф, убирая оружие.

Вероятно, он понял это заявление так, что я подготовил кошмарную ложь об Арвин, которая распространится в случае моей смерти. Разумеется, я бы никогда подобного не сделал.

— Так и быть. Сегодня я уйду, — сказала в конце концов Ноэль, поднимаясь на ноги.

Она понимала, что я мог блефовать, но, пока оставалась такая возможность, она не могла отнестись к этому небрежно. Если бы она стала меня пытать, то я мог и не заговорить до возвращения Арвин, да и кровь запачкала бы дом. Вероятно, она решила, что лучше попытать удачу в другой раз. Еще она не забыла забрать со стола мешок с монетами, хотя это было не обязательно…

— Считай это предостережением, — сказал я, когда Ноэль собралась выйти за дверь. — Я не сомневаюсь, что ты прибыла в этот город помочь Арвин. Поэтому, чем сосредотачиваться на мне, лучше оглянись вокруг. Подземелье — не то место, которое можно покорить с помощью одних лишь навыков.

Судя по той битве в гильдии, она отлично двигалась и была прекрасно натренирована. По части чистых способностей она превосходила своего дядю. Но на этом все. Она не могла быть Лютвиджем.

Ноэль скользнула по мне взглядом и ушла.

— Тебя это тоже касается, Ральф, — сказал я, решив одарить его ценным жизненным уроком, раз уж он тоже потрудился прийти. — Искатели приключений, которые не думают своим умом, долго не живут. Используй голову перед тем, как действовать.

Если ему хотелось умереть жалкой и жестокой смертью, то это не мое дело. Но, строго говоря, он член «Эгиды». Милосердная и заботливая Арвин стала бы скорбеть по нему, если бы он умер.

Ральф фыркнул и резко распахнул дверь. Вот заноза. Надо на него нажаловаться.

Вечером Арвин вернулась домой, поэтому первым делом я наябедничал на него.

— На нас свалилась проблема, — сказала Арвин, нахмурив бровь.

— Правда ведь? Я считаю, что лучше поскорее избавиться от этого паренька и пригласить кого-нибудь опытнее.

— Я говорю о Ноэль.

Она с изможденным видом уселась на стул. Я подал ей чашку зеленого травяного чая из обжаренных листьев с небольшим количеством меда, чтобы было легче пить.

— Просто она несколько оторвана от мира.

— Больше чем ты?

— Больше чем я.

Отец Ноэль был одним из самых выдающихся военных умов Мактарод и отвечал за безопасность границ. Он проводил время в своей крепости в горах, отбиваясь от монстров. Она родилась и выросла там же.

— Он не хотел, чтобы его собственная дочь участвовала в тамошних сражениях, поэтому в качестве компромисса попросил рейнджеров и охотников, проводивших время у крепости, взамен обучить ее бою.

Вероятно, для них это было просто способом убить время, но Ноэль оказалась довольно способной. Со временем она стала очень достойным бойцом и, словно дикий зверь, рыскала по холмам и охотилась на монстров.

— Мало того что она провела детство в отдаленных краях, обучаясь бою, так еще и совсем не имела друзей своего возраста. Поэтому у нее всегда возникают трудности в общении. Она как будто старается не слишком сближаться с другими.

— Ну не знаю. Она казалась очень тобой увлеченной.

— Я не раз бывала в крепости вместе с отцом во время инспекций. Так с ней и познакомилась. В первый раз она вызвала меня на бой. Я победила ее, и с тех пор она вот такая.

После этого они поддерживали переписку, сказала Арвин. После падения королевства Лютвидж отправлял свою племянницу в разные точки территории для уничтожения монстров и возвращения памятных вещей и фамильных артефактов. А теперь она прибыла в Мрачный Сосед, чтобы занять освобожденное им место.

— Я строго поговорю и с Ноэль, и с Ральфом. Не переживай.

— Круто.

Арвин приложила руку к голове и с горечью пробормотала:

— Ну почему именно Ноэль...

— Она тебя чем-то не устраивает?

— О. Нет, с Ноэль все в порядке. Ты видел ее боевые навыки, и она очень старательна, так что я знаю, что она станет серьезной подмогой в подземелье. Ее присутствие, без сомнения, пойдет группе на пользу, — поспешно объяснила Арвин.

Прозвучало так, будто она пыталась убедить себя в том, что говорит.

Той ночью я наслаждался выпивкой в таверне неподалеку от главного штаба гильдии еще с тремя людьми.

— Ну и что вы думаете? Как дела у Арвин?

Мужчина лет тридцати с чем-то, потягивавший вторую кружку эля, помотал головой и пьяно рыгнул. У него были коротко остриженные седые волосы и лицо как у лошади, но зато хорошая фигура. Он был ниже меня, но очень крепкого телосложения.

— Такая же, как и всегда. Никаких перемен. Правда, кажется малость раздражительной. Вероятно, из-за медленного продвижения в подземелье.

Это был воин Вергилий. Тоже из Мактарод, и до того как Лютвидж завербовал его в группу, он искал себе приключений в других странах. Опытный боец и очень вынослив — определенно, он был большим подспорьем.

— Не в этом дело. Все из-за того, что появляются новые люди и поднимают шум, — вмешался молодой человек в зеленом пальто. — Особенно сестры Маретто. Всем рассказывают о том, как именно они осваивают Тысячелетие Полуночного Солнца. Не уверен, где они учились, но, где бы это ни было, там не очень-то хорошо обучают учеников, — пробурчал он с красным лицом.

Он говорил, что ему двадцать четыре, но из-за больших зеленых глаз и обрезанной челки выглядел он гораздо моложе. Высокий голос тоже не улучшал ситуацию. Это был маг Клиффорд.

Маги жили тесными сообществами. Они создавали искусственные семьи, называемые «школами», и отказывались обучать своей магии тех, кто не являлся их частью. Отношения между наставником и учеником были абсолютны. Клиффорд начал обучаться магии в четырнадцать, и его наставник, который водил знакомство с Лютвиджем, порекомендовал взять его в группу.

— Что ж, леди Арвин очень терпелива. Надеюсь лишь, что она не держит все в себе, — произнесла женщина с длинными серебристыми волосами, осушив бокал вина.

Выглядела она лет на двадцать, но ее настоящий возраст неясен. На ней была серая мантия, а ее дубовый посох стоял прислоненным к столу рядом с ее стулом. Она была узкоглазой красавицей, но меня ее тощая фигура и неестественно выглядевшее лицо не привлекали. Это была целительница Серафина.

Школы магов, специализирующиеся на магии исцеления, были наименее закрытыми из всех и принимали каждого желающего присоединиться, активно набирая больше людей. Магия исцеления была просто спасением для искателей приключений, поэтому талантливых целителей в любую группу авантюристов принимали с распростертыми объятиями.

Серафина изначально была вольным целителем, но после того, как попалась на глаза Лютвиджу, присоединилась к походу королевских рыцарей Мактарод. Там она встретила Арвин и произвела на нее хорошее впечатление. После того как королевство потерпело крах, она услышала слухи о непокоренном подземелье и с одобрения Лютвиджа вызвалась присоединиться к группе.

Алая Принцесса-рыцарь Арвин, воин Вергилий, маг Клиффорд, целитель Серафина и напоследок Ральф — таким был состав «Эгиды» в настоящее время.

Время от времени я находил возможность поболтать с ними, чтобы оставаться в курсе событий. Поскольку я не мог противостоять опасностям, они были единственными, кто мог защитить Арвин. Мне нужно было знать все что можно относительно того, какие они люди, чего от них можно ожидать и как там дела у Арвин. Иногда я выпивал сразу с тремя, а иногда пропускал кружечку с кем-то одним.

Только с Ральфом я еще не пил. Он всегда мне отказывал, придурок.

— Ты такой беспокойный. Если настолько за нее волнуешься, почему просто не пойдешь с нами? — поддразнил Вергилий.

— Может, когда-нибудь и пойду, — рассмеялся я.

— Мы ведь говорим о Мэттью. Он даже гоблина вряд ли сумеет одолеть, — добавил Клиффорд.

— По крайней мере, мы бы точно не заскучали. Он бы отлично развлекал нас во время привалов, — сказала Серафина.

Их шутки в полной мере показывали, как мало они уважали мои способности, но меня это устраивало.

Лучше уж так, чем когда от тебя шарахаются и считают отвратительным альфонсом, присосавшимся к принцессе-рыцарю. Наши совместные попойки также служили хорошей защитой от такой точки зрения. Все, чего я хотел, — это убедиться, что они сосредоточены на освоении подземелья и что они хорошие члены группы, которые не тратят свое время на попытки меня устранить, как один знакомый мне дядюшка.

— Так что вы думаете о той девушке? Насколько я видел, у Ноэль вполне серьезные навыки.

От меня не укрылось то, что после моих слов атмосфера стала натянутой.

— Бесспорно, талант у нее есть. Может, она и маленькая, но сильно поможет в сражении, — сказал Вергилий.

— Верно. По крайней мере, я бы дал ей почти высшую оценку за умение бороться с монстрами, — сказал Клиффорд.

— И поскольку она лично знакома с Арвин, думаю, ей можно доверять, — поддакнула Серафина.

— А еще она племянница лорда Льюстера. Готов поспорить, она свершит великие дела для группы. Точнее, я уверен, — сказал я.

Остальные внезапно притихли. Обстановка стала еще более неловкой, чем до этого.

Чтобы помочь продолжить разговор, я добавил:

— Но, разумеется, она сказала, что впервые пойдет в подземелье как авантюрист.

— Да, вот в чем все дело. Меня это тревожит, — сказал Вергилий, вдруг осознав, что настал его черед высказать сомнения.

— И она так молода. Всю жизнь сражалась в горах. Кажется, она не понимает, как устроен мир.

— Понимаю, почему Арвин ей доверяет, но, возможно, излишнее доверие — это плохо.

Они углубились в новую тему разговора. Постепенно они выкладывали все больше и больше жалоб на Ноэль.

Прямо как я и ожидал. Теперь оставался такой вопрос: как мне это решить в ближайшее время?

На следующий день «Эгида» отправилась в подземелье вместе с Ноэль. Их план состоял в том, чтобы поработать над слаженностью действий на верхних уровнях и привыкнуть друг к другу перед тем как спускаться на новый уровень.

Вскоре проблемы выявились.

— Ноэль плохо ладит с остальными, — с разочарованием сказала Арвин за завтраком спустя несколько дней после возвращения из подземелья. — Кажется, она совсем ни с кем не разговаривает. Поначалу я замечала, как она общается с другими на разные темы, но со временем она становилась все молчаливее, и в последний день я не слышала от нее ни слова.

Значит, они времени даром не теряли, да?

— И это еще не все. С тех пор как ушел сэр Льюстер, все стали менее общительными, но в последнее время, когда мы спускаемся в подземелье, атмосфера какая-то неприятная, или скорее даже зловещая. Даже предположить не могу, в чем проблема.

Она опустила голову на руки, а локти положила на стол — очень дурной тон. Принятие пищи — не время для забот. От этого вкус еды портится.

— Все просто, — сказал я. — Проблема в том, что «Эгида» — не твоя группа.

Она резко подняла голову. Ее глаза были изумленно распахнуты.

— Настоящим лидером группы был Лютвидж. Именно этот старик создал «Эгиду».

Тем, кто успешно руководил группой, привлекательной мотивацией которой служили восстановление королевства и сияющая звезда Арвин, был Лютвидж.

Насколько я знал, он взял на себя все ключевые составляющие управления группой, наподобие денежных переговоров и пополнения припасов. Арвин решала лишь направление движения группы и командовала остальными. Я был уверен, что отчасти так произошло потому, что она была принцессой, которой недоставало реального жизненного опыта. Изначально именно Лютвидж объединил всех членов группы. Вот почему я не прикончил его, когда имел такую возможность. Я не мог этого сделать.

— И именно поэтому никто не стал тебя слушать, когда год назад ты ходила и просила тебе помочь. Потому что настоящий лидер группы был против.

По меньшей мере трое из них были так или иначе обязаны Лютвиджу. Из-за этого им было сложно оспаривать его решения. Арвин вдруг приобрела расстроенный вид, явно вспомнив то чувство бессилия.

— До сих пор все шло хорошо, поэтому я ни разу ничего не говорил и не вмешивался. Так было лучше, чем соваться и все портить.

В некоторых группах все были равны, а в других один являлся всемогущим лидером, который руководил другими, как своими руками и ногами. Главное — хорошо это работает или нет. Верного решения не существовало.

— Теперь, когда Лютвиджа нет, все пытаются занять освободившееся после него место. Каждый хочет стать следующим Лютвиджем.

Воин Вергилий теперь был самым старшим в группе и, пытаясь занять позицию лидера, оказывал большее влияние, чем раньше.

Маг Клиффорд был образован и умен, поэтому доказывал это, постоянно противореча другим при выражении своего мнения.

Целительница Серафина была знакома с Арвин дольше всех в группе, поэтому пыталась использовать это доверие как дубину против остальных, но с тех пор, как появилась Ноэль, она заволновалась, что потеряет эту долю престижа.

Но никто из этих троих не мог стать настоящей заменой. Девственный рыцарь был очень хорош в своем деле, опытен и имел много связей. Он был преуспевающим человеком.

Настолько, что нанимал искателей приключений, чтобы избавиться от надоедливого содержанца, срывающего его планы.

— Все трое на равных позициях. Каждый должен отбиваться от остальных, и это поддерживало хрупкое равновесие. А теперь появилась эта племянница.

Несмотря на то что она была совершенно новенькой в группе и не имела ни одной звезды как авантюристка, Ноэль пыталась занять место Лютвиджа просто потому, что была его племянницей. Разумеется, те люди, которые через многое прошли вместе с Арвин, этого не одобряли.

— Пока они реагируют довольно по-детски, но со временем все станет гораздо хуже. Если собираешься действовать, то сейчас самое время.

И если станет хуже, это приведет к распрям внутри группы.

— Тогда стоит ли мне вести себя как сэр Льюстер и просто самой отдавать все распоряжения?

— Я бы не стал этого делать, — покачал я головой. — У каждого есть свои сильные и слабые стороны. Ведение расходов и споры с торговцами — не твое. Разве я раньше не говорил чего-то подобного? Не стоит пытаться все взвалить на свои плечи.

Харизматичные герои потому были героями, что они не терпели неудач. Если бы она попыталась справиться с непривычными обязанностями, то наделала бы ошибок. Это бы только подстегнуло стремление остальных бороться за лидерство, чтобы суметь спасти положение. Люди хотели от нее не руководства и выравнивания бюджета. Они хотели, чтобы у руля стоял лидер с неопровержимыми способностями.

— Тогда что же мне?..

Она опять опустила голову на руки. Честно говоря, я не хотел давать советов. Лучше бы я этого не делал. Будущее группы не должно зависеть от прихотей какого-то содержанца, который в ней даже не состоит. Если когда-нибудь это станет общеизвестным, то остальные потеряют доверие к Арвин, и это приведет к расколу группы. Именно это пытался предотвратить Лютвидж. Поэтому я всегда старался не давать прямых советов по деятельности авантюристов и руководству группой. Но Лютвиджа больше не было рядом. А все оставшиеся игнорировали капитана и кидались к штурвалу доброго корабля «Эгида», не глядя ни на карту, ни на компас. Такой корабль либо разобьется о скалы, либо затонет — если пираты не нападут на него раньше.

— Я неудачница… — пробормотала Арвин, запустив пальцы в волосы. — Мне все еще очень далеко до становления Древом Кэмерон.

— Что это?

— Это огромное дерево, которое росло во внутреннем дворе замка.

Она изложила, что его посадили там в память об основании королевства Мактарод и ему было уже несколько веков. Каждую весну на его крупных ветвях расцветало множество белых цветов. Когда лил дождь, листья не давали влаге попасть на землю, а широкий ствол давал укрытие от ветра. Как только заканчивались зимние морозы, цветы всегда возвращались.

— Его легко можно было увидеть и снаружи замка. Каждый год люди с нетерпением ждали, когда оно зацветет. Оно было словно символ самого Мактарод. — С теплотой вспоминая, она глядела вдаль. — Я хотела быть как Древо Кэмерон: защищать людей и завоевывать их любовь. Именно поэтому я училась владению мечом.

— Ты творишь великие дела.

Арвин покачала головой.

— Когда мне было восемь, я пожелала стать сильной. Я закопала меч, который дал мне отец, у корней дерева. И сказала себе, что через десять лет, если стану великим рыцарем, я стану использовать этот меч, чтобы бороться со всеми бедами, что угнетают мой народ.

— И что произошло?

Она ответила мне сардонической улыбкой:

— Прежде чем истекли те десять лет, на нас напали полчища монстров.

Мактарод пал. Арвин в одночасье потеряла и родителей, и дом.

— Значит, этот меч до сих пор зарыт под корнями дерева?

— Если предполагать, что его не растоптали монстры. Когда я была ребенком, земля была для меня слишком твердой, чтобы закопать его глубоко.

— …

— Древо Кэмерон либо уже повалено монстрами… либо ими сожрано. Нужно было взять хотя бы веточку на память.

— Но это твое древо, как там его, тоже не всегда было гигантом. Ему потребовалось время, чтобы отрастить свои ветви. Так же и с тобой.

— Думаешь?

— Иначе меня бы здесь не было.

— Но проблема прямо перед нами. А мое время ограничено. Что делать?..

Она опять опустила голову на руки.

Лицо прекрасной принцессы-рыцаря было прелестным, даже когда она горевала, но я не мог спокойно смотреть. Я много раз видел подобные терки из-за власти — как в свою бытность наемником, так и когда был авантюристом. Иногда глупые распри и внутреннее вредительство заводили меня в тупик, а иногда я видел, как это приносило успешное разрешение проблемы. Пожирателем Великанов меня назвали не только из-за жестокости.

— Она хочет быть лидером? Тогда пусть будет им.

Тем вечером я отправился в город. Арвин игнорировала меня, полагая, что я собрался посетить очередной бордель, но у меня на уме было кое-что другое. Нет, правда.

Я пришел в трехэтажный трактир под названием «Пять овец». На первом этаже была закусочная, а на двух других сдавались отдельные комнаты. Благодаря близости к гильдии многие авантюристы посещали это место каждый день. Здесь же проживали все участники «Эгиды», помимо Арвин.

Я бы с радостью посидел с этими тремя балбесами (и Ральфом), нарушающими душевное спокойствие ее высочества, но сегодня у меня была другая цель. Я потратил немного времени в закусочной, наслаждаясь выпивкой, и вскоре появилась та, кого я ждал, уже без огромных перчаток и плаща.

— Привет, Ноэль, — сказал я, как только она спустилась по ступенькам.

Она состроила делано недовольное выражение лица.

— Еще не ужинала, да? Я тут подумал, мы могли бы разделить трапезу и немного подружиться. Я угощаю.

— Отказываюсь, — тут же ответила она и отвернулась.

Как холодно.

— Да не стесняйся ты. Понимаешь, мне хочется лучше ладить со всеми ребятами. Я все время выпиваю с остальными, а как-то раз даже выпивал наедине с твоим дядей.

Это было почти правдой. Я выпил и сразу ушел.

— Ну, пожалуйста? Мне хочется побольше узнать о жизни Арвин в прошлом. А ты не хочешь больше знать о том, чем она занималась в последнее время?

— Честное слово, я не замышляю ничего странного. Можем посидеть здесь или где-нибудь в другом месте. Решай сама. А если ужин тебе не по вкусу, можем просто выпить по кружечке.

— Ну ладно…

Поскольку наступил вечер, из подземелья возвращалось все больше и больше авантюристов. Все столы были заполнены, поэтому мы сели рядом за стойку. Я передал сидевшей слева от меня Ноэль меню.

— Что хочешь? Я бы порекомендовал здешнее вино. Не бери эль. Между нами говоря, он немногим лучше лошадиной мочи. Зато ром неплохой.

— Мне воды, — твердо сказала она.

Либо не переносила спиртное, либо осторожничала, чтобы не опьянеть. Что ж, не помешает, чтобы кто-то столь осторожный отвечал за безопасность Арвин. Я заказал стакан рома.

— Зачем ты меня об этом попросил? — задала вопрос Ноэль, сделав небольшой глоток воды.

— Как я и сказал: чтобы подружиться. Думаю, между нами возникло недопонимание. Просто хочу все прояснить.

— Я тебя уверяю, никакого недопонимания нет. Если бы не это, я бы ни за что не стала иметь с тобой никакого дела, — сказала она надувшись и стараясь на меня не смотреть.

— Правда?

— Да.

— А не потому, что твой дядя велел тебе отправиться сюда и снести мне голову?

Она взглянула на меня. Попытка того стоила.

— Просто догадка. Твой дядя запросто отдал бы такое распоряжение. Когда ранее ты пришла к дому, я подумал, что ты именно это и сделаешь.

Вместо этого с ней почему-то был Ральф. Он никак не подходил для убийства. В лучшем случае он мог послужить козлом отпущения и взять на себя вину за мое убийство.

— Кажется, ты не намерена меня убивать, но твоя враждебность совершенно очевидна — этот контраст меня заинтересовал, поэтому и попросил тебя провести со мной время.

Ноэль прищурилась. Она казалась потрясенной, но также и более настороженной, чем до этого.

— Кто ты такой?

— Неужели дядя тебе не рассказывал? Я самый красивый в мире мужчина и содержанец принцессы-рыцаря. Знаешь, кто такой содержанец?

— Да, очень хорошо знаю! — огрызнулась она. Вероятно, узнала это слово в тот же момент, как узнала, кто я такой. — Ты враг женщин.

— Предпочитаю считать себя союзником.

Многие меня понимали, например Арвин. Но другие женщины были настроены чрезвычайно враждебно. Была даже одна авантюристка, которая схватилась за оружие и гонялась с ним за мной. Она до сих пор является мне во снах.

— Но почему ты содержанец? Почему не найдешь работу?

— Потому что не хочу. Это напряжно.

— Не знаю, какую ты исповедуешь религию, но все известные мне боги говорят, что труд — это добродетель…

— Боюсь, если хочешь, чтобы я работал, тебе понадобится привлечь демона.

Еще не хватало мне духовных проповедей во время совместной попойки.

Кроме того, я верил только в одну богиню.

— Ну так что? Нужна тебе моя голова или нет?

Ноэль помедлила, глядя на дрожащую поверхность воды в своем стакане.

— Признаю, такая тема поднималась…

Так и знал. Когда в следующий раз увижу лорда Льюстера, натолкаю ему в задницу камней. Что это за дядя, который не раскрывает истинную личность того, кого хочет убить? Может, это просто признак того, насколько действенными оказались мои угрозы. Или, может, он полагал, что с навыками Ноэль это неважно. Или что если она услышит имя Пожирателя Великанов, то может испугаться и не справиться с заданием.

— Но я не могла понять, действительно ли будет правильно тебя устранить или нет. — Она полезла в карман и достала письмо, которое положила на стойку. — Это пришло от ее высочества.

Точно, она ведь упоминала, что они вели переписку.

— После того как здесь обосновалась, она послала мне несколько писем. Сами слова говорили, что все идет как по маслу и никаких проблем нет, но по тому, как она это писала, было ясно, что верно обратное.

Кто-то должен был вычеркнуть из словаря Арвин понятие мнимого стоицизма ради ее же блага.

— Это меня тревожило. Я хотела поскорее отправиться сюда помочь, пока все совсем не вышло из-под контроля.

Я глотнул рома. Обуревавшие меня эмоции чуть не выплеснулись в словесной форме, но я сдержал их.

— Но потом, около года назад, она снова изменилась. Она снова стала похожа на ту принцессу, которую я знала: живую, надежную и вызывающую восхищение. Принцессу, которую мы все любили.

— И это произошло примерно в то время, когда она начала жить вместе со мной.

Ноэль кивнула.

— Она писала о тебе в своих письмах.

— Что она по уши влюблена в сильного, красивого и мужественного Мэттью?

— Что ты грубый и бесстыдный, отличающийся непристойной манерой речи и отвратительным характером, совершенно ни на что не годный бездельник.

— Ну и ну, обязательно было это говорить?

Даже Лютвидж не настолько плохо обо мне отзывался.

— Недавно я дерзнула спросить у нее: «Зачем вы держите подле себя такого человека?» Она ответила: «Затем, что поддержка Мэттью того стоит. Поэтому, Ноэль, я надеюсь, что ты поверишь мне на слово и тоже доверишься ему».

Вот надо же ей было без малейших колебаний взять и сказать такие смущающие вещи. Зачем ты так со мной, принцесса? Я сейчас расплачусь.

— Я прибыла сюда ради ее высочества. Не ради Мактарод или ее народа, а ради самой принцессы-рыцаря.

Ноэль была не самым лучшим оратором и часто медленно и осторожно подбирала слова, но это она сказала безо всяких затруднений.

— Если ты стал причиной того, что ее высочество изменилась в лучшую сторону, и твое присутствие для нее необходимо, то я не могу тебя убить.

— И поэтому ты пыталась меня подкупить? Чтобы проверить мою порядочность?

Ноэль кивнула.

— А если бы я взял деньги?

— Я бы исполнила возложенную на меня дядей тайную миссию. После того как подвергла бы тебя пыткам, чтобы раскрыть твои истинные намерения.

Не было никакого смысла держать рядом с Арвин того, кого можно подманить деньгами. Поэтому она устранила бы меня до того, как успел бы разразиться скандал.

Я разделял ее ход мыслей.

— Понятно. А знаешь, пожалуй, ты мне нравишься. Восхищаюсь твоей преданностью и решимостью, — сказал я, похлопав ее по плечу. — Думаю, мы поладим. Выпей, я настаиваю. Нам многое нужно обсудить.

Может, она и была упрямой и несдержанной, но ее преданность сомнений не вызывала. Я мог доверить ей защиту Арвин в подземелье, так что пока она прошла. А если бы она еще сумела поладить с остальными, то вообще все было бы отлично. Но со временем за выпивкой я мог научить ее, что значит быть искателем приключений.

Ноэль поморщилась при виде налитого мной рома, но в конце концов зажала нос и залпом все выпила.

— И вот результат…

Она отключилась, прислонившись к моему плечу. Вероятно, она была не просто чувствительна к спиртному — скорее всего, она вообще впервые выпила. Я предполагал, что даже она не ожидала, что ее так сильно развезет.

Она слегка заворочалась, пробормотав что-то себе под нос. Повеявший аромат, похожий на персиковый, защекотал мне ноздри. Ее спящее лицо было милым и детским.

— Ну и что мне теперь делать?

В прежние годы я бы отнес ее наверх в комнату, чтобы мы вместе насладились остатком вечера, но сейчас у меня не было на это сил. Кроме того, приставать к одному из членов группы Арвин — не лучшая идея. Скорее всего, это опасно для жизни, да к тому же безнравственно.

Вероятно, сейчас лучше всего было ее разбудить. Я повернул к ней голову, но из-за нашей разницы в росте смотрел на Ноэль сверху вниз. Ее красивая грудь вздымалась и опускалась при дыхании. Через складку ее одежды я почти мог разглядеть кое-что лишнее.

— Хм-м-м.

Аккуратно, чтобы не разбудить, я протянул другую руку и подцепил пальцем край одежды, чтобы его оттянуть.

Ну вы только поглядите. Еще и цвет очень симпатичный. Возможно, она еще девственница.

— Лучше мне предупредить ее, чтобы была здесь поосторожнее. Не хотелось бы, чтобы какие-нибудь незнакомцы ей воспользовались.

— Как раз то же самое подумала.

На коже у меня выступили капельки пота.

— Придется мне строго-настрого предупредить ее, чтобы не попадалась на крючок всяким грубым, бесстыдным, грязно выражающимся, свихнувшимся, никчемным, больным извращенцам.

Я обернулся. Там с улыбкой стояла сама принцесса-рыцарь.

— Не находишь, Мэттью?

Она села справа от меня и без смущения закинула ногу на ногу.

— Ну, э-э, понимаешь...

Я убрал палец и аккуратно положил голову Ноэль на стойку, чтобы она не проснулась.

— Я понимаю, о чем ты. Но я не намерен совершать ту ошибку, о которой ты думаешь. Такого не будет. Тут возникло недоразумение. Давай это обсудим и все проясним.

— Согласна. Мне бы хотелось услышать подробности того, как ты на самом деле не совершал развратных действий по отношению к одному из моих драгоценных членов группы. — Она схватила меня за шиворот и дернула вверх. — Ночь длинная. Приготовься, потому что поспать тебе не удастся.

Мне бы хотелось услышать это в более романтичной обстановке.

***

— Итак, основную проблему мы решили.

Несколько дней спустя Арвин вернулась из подземелья с улыбкой облегчения на губах.

Я предложил ей разделение обязанностей. Другими словами, относиться к каждому члену группы как к лидеру в определенной сфере.

Переговоры, снабжение, командование, прочие хлопоты. Слишком размытые роли вызывали распри, поэтому назначение каждому члену роли и сферы ответственности держало их при деле. Если они хотели свою собственную территорию, то дай им ее.

Распределение сфер ответственности между членами также позволяло выявить сильные стороны. Контролируя определенную задачу и занимая собственную территорию, каждый человек удовлетворял свое желание признания. Они начинали больше разговаривать и лучше согласовывать свои действия.

— Все благодаря тебе. Спасибо.

— Я просто рад это слышать.

Они были неблагодарными дубинами, раз причиняли ее высочеству страдания из-за таких пустяков. Это портило хороший ужин. Травяной суп с курицей и чесночно-травяным соусом вышел отменным, и я не хотел, чтобы он стал отдавать кислым.

— Но, кажется, некоторые разногласия еще остались.

— Не удивлен.

Это была лишь временная мера. Территориальные настроения приводили к отчужденности. Пока у них не будет откровенного, открытого общения, они не станут по-настоящему друг друга понимать.

— Как бы ты поступал в таких ситуациях? — спросила она.

— Дрался.

Я не шутил. В мире искателей приключений выживал сильнейший. Самый быстрый способ оценить чей-то уровень и показать ему свою силу — это использовать кулаки. Любой будет проявлять осторожность, когда доходит до вторжения на территорию сильного противника. Если ты силой демонстрировал, что связываться с тобой чревато скорой расплатой, то люди склонны проявлять к тебе меньше неуважения, а иногда даже уважали тебя. Те, кто становился искателем приключений, преклонялись перед силой. Остальные в группе были такими же.

Я много дрался, когда был авантюристом. Всякий раз, когда в группу вступали хваставшиеся своей силой парни вроде бойцов и мечников, я вызывал их на дружеский поединок. Иногда они меня опережали. Если они мне не нравились, я их сокрушал. Иногда, в зависимости от человека, я поддавался и давал ему покрасоваться. Но я никогда не проигрывал. Лишь раз я приложил все силы и добился ничьей: когда дрался против того бородатого гнома.

— Возьми палку или еще что-нибудь и поколоти ей их всех. Накажи их, и они поймут, кто хозяин. Ты же можешь это сделать, да?

Даже юная Ноэль присягнула Арвин на верность потому, что проиграла ей в бою.

— С Вергилием может сработать, но не думаю, что это поможет с Клиффордом или Серафиной.

— Может, и нет.

Подобные им всезнающие типы обычно были одновременно гордыми и злопамятными. Возможно, они сделают вид, что подыгрывают, но в глубине души будут сто лет лелеять такую обиду.

— Тогда лучше всего…

Мое предложение прервал стук в дверь.

— Ваше высочество, стряслась беда. Ваше высочество!

Это был Ральф. Посреди ночи. Вообще-то, ночные свидания должны проходить в тишине.

— В чем дело, парниша? Подхватил болячку? Вот поэтому я постоянно тебе и говорю, чтобы выбирал себе бордель с умом...

Я открыл дверь, но Ральф не обратил внимания на мою издевку и с отчаянным видом бросился к Арвин. Казалось, он совсем запыхался.

— Вергилий с остальными… подрались… с какими-то бандитами…

Оказалось, обычная история. Когда они выпивали в «Бегущем энте», кабаке неподалеку от гильдии авантюристов, какой-то молодчик привязался к ним из-за чего-то глупого и незначительного. Поскольку авантюристам не положено ввязываться в драки с горожанами, некоторые тупицы любили испытывать их храбрость, бросая им вызов. Разумеется, ни один искатель приключений не был настолько праведным, чтобы подставить другую щеку и улыбнуться после того, как его ударили, — если бы ты так поступил, то был бы никудышным авантюристом. Тупые грубияны не понимали, что авантюристам позволялось давать отпор в целях самообороны. Да и, само собой, трудно сказать, что тот, кто лезет в драку из-за таких пустяков, — на самом деле невинный горожанин.

Нечего и говорить, что, как только завязывалась драка, отступать становилось поздно. Те, что поумнее, позволяли хулигану нанести первый удар, после чего давали сдачи в десять раз сильнее. Обычно этого хватало, чтобы задира сбежал поджав хвост, но время от времени его прикрывал кто-то более серьезный. Обычно он говорил: «Вижу, вы тут познакомились с моими подчиненными». Если ты покупал ему выпить, то этого оказывалось достаточно, чтобы все уладить. Но если ты врезал этому парню, то тебя ждали кое-какие неприятности.

Желая представиться, он появлялся со всеми до последнего членами его организации.

Большей проблемой была их численность. Если ты становился их врагом, то они приносили кучу хлопот. Одного можно легко одолеть, но когда их несколько десятков, то шансы против тебя. Они прижимали тебя к земле, обездвиживали и связывали. Как только такое случалось, с тобой покончено. Они избивали тебя до полусмерти и тащили в свое логово, где могли делать с тобой все что хотели.

— Ну и кто их поймал?

— «Хищные птицы».

— О, просто прелестно.

Для всех считалось, что они занимаются соляным делом, но на самом деле это преступная организация, которой принадлежала юго-восточная часть города. Основной доход им приносили контрабанда, нелегальные азартные игры и охрана. Они славились своей крайней агрессивностью, и масса их членов были горячими головами, нарывающимися на драки. Они многократно меня избивали, и я лишался тех немногих монет, что имел.

— Сперва их было всего несколько человек, но потом появился мужчина по имени Освальд с еще где-то двадцатью. Вот тогда компанию Вергилия и поймали.

Освальд руководил «Хищными птицами». Он был свирепым мужчиной за пятьдесят. Голова его лысела, а оставшиеся волосы и борода поседели, но глаза под кустистыми бровями были темными и блестящими.

— И чего они требуют?

Будь дело только в убийстве, Ральф не удрал бы среди ночи. Он был посланником. Наверное, его вынуждали сделать невозможное, в итоге у него закончились варианты, и от безысходности ему пришлось прийти сюда.

Ральф хмуро признался:

— Голову ее высочества.

— Бред.

Трое идиотов за жизнь Арвин — едва ли справедливая сделка.

— Мы не можем попросить гильдию урегулировать ситуацию?

— Конечно же они не станут этим заниматься.

Ральф был очень наивен в этом отношении. Гильдия авантюристов ненавидела вмешиваться в разборки, особенно когда они связаны с бандитами. Больше хлопот, чем прибыли. Они бы ни за что не стали себя этому подвергать. Поэтому тут попросить помощи у Дэза мы не могли.

— Придется просто забыть о них, Арвин. Им не повезло. Попроси помощи у лорда Льюстера, и, может, он пошлет тебе еще один комплект членов группы.

— Этого не будет. — Арвин поднялась на ноги. — Я разберусь.

Она собиралась отправиться на их поиски. Было бы лучше просто оставить все как есть. Но она всегда была упрямой.

— Я тоже пойду, — скрепя сердце сказал я.

Ральф скорчил гримасу.

— Не вмешивайся. Это сверх твоих способностей.

— Закоулки этого города знакомы тебе лучше, чем мне? Потому что если так, то я тебе уступлю.

Если бы остальные в «Эгиде» их знали, то не угодили бы в подобные неприятности. Большинство авантюристов, проводивших время в подземелье, были несколько несведущи в тонкостях жизни города наверху, не только группа Арвин.

— Хочешь сказать, ты знаешь больше нас? — вопросил он.

— Да, возможно.

С тех пор как пришел сюда, я активно собирал сведения о таких вещах. Если бы я связался не с теми людьми, то мне настал бы конец. Подсядь к старикам, подольстись к ним, угостив выпивкой, и они расскажут тебе всякие бахвальства и истории. Именно так я много узнал о том, как все устроено в темных переулках города. Еще это помогало мне разнюхивать о местах, где торговали наркотиками.

— Я не буду путаться под ногами. Просто считай меня советником.

— Как скажешь.

Вот надутый мальчишка. Командир не он.

Я полагал, их забрали в логово, но он утверждал, что они еще в кабаке. Вместе с целой толпой бандитов ожидали прихода принцессы-рыцаря. Я был бы очень рад, если бы они просто откусили себе языки и померли. Избавили бы нас тем от кучи хлопот.

— Прошу за мной.

Будто собачонка-поводырь, впереди шел Ральф. Арвин с озабоченным выражением лица следовала в нескольких шагах позади него. У нее не было времени надеть доспехи, поэтому она была в своей обычной одежде, только с мечом и в плаще.

Пока шел рядом, я прошептал ей на ухо:

— Придумала, как разрешить ситуацию?

— Нет.

— Так и думал.

— Как, по-твоему, мне стоит поступить?

— Если деньги все решат, то это самый простой способ. Но я думаю, что, скорее всего, они уже не помогут.

Авантюристы и бандиты имели много общих черт. Неподчинение законам. Склонность к насилию. Сплоченность. Одержимость честью и гордостью.

Если бы стало известно, что «Эгиду» побили какие-то головорезы и они заплатили тем за прощение, то их репутация бы рухнула. Все остальные авантюристы высмеивали бы их и обливали грязью.

— Начнем с того, что «Хищные птицы» нацелены на тебя. Всегда так было. Остальных подставили.

Для незапланированного случая все было слишком уж продуманно и слаженно. Да и Освальд слишком быстро объявился. Он с самого начала устроил ловушку для членов группы, нацелившись на Алую Принцессу-рыцаря.

— Они нацелены на мою жизнь?

— Нет, не совсем.

Я предполагал, что на самом деле они не хотели голову Арвин — хотя шансы все же были не нулевыми. Иначе им было бы проще залечь в засаде, когда она возвращалась бы из подземелья.

— Полагаю, их главарь желает твое имя и тело.

Бывшая королевская особа, могущественная и прекрасная Алая Принцесса-рыцарь. Знакомство с такой личностью, несомненно, представляло ценность. Естественно, такой мужчина хотел бы провести с ней ночь. Освальд был тем еще развратником и до сих пор повсюду имел кучу любовниц.

— Ходят слухи, они с главой гильдии — заклятые соперники. По этой причине он всегда цеплялся к авантюристам.

Возможно, он нацелился на Арвин потому, что хотел унизить знаменитость гильдии.

— Просто нелепо.

— Совершенно согласен, — сказал я со вздохом. — Ему стоило бы знать, что у принцессы-рыцаря уже есть мужчина, который ее удовлетворяет.

Я зашел Арвин за спину, обвил руками ее тонкую талию и прижал к себе. При этом положил подбородок ей на плечо и прильнул к ее щеке. Поскольку я был гораздо выше, мне пришлось сгорбиться. Мои ноздри наполнил сладкий аромат, и ее красные волосы коснулись моего лица. Ощущалось очень приятно и успокаивающе.

Она залилась краской и заехала локтем мне по лицу. Больновато.

— Отвяжись. Я так идти не могу.

— Ой, прости. Вот так лучше?

На этот раз я нежно приобнял ее одной рукой за плечи, притянув ее к себе ровно настолько, чтобы наши плечи соприкоснулись. Я сбавил шаг, чтобы мы могли с удобством идти вдвоем.

Арвин взглянула на мою руку и решила, что это приемлемо. Вот так, бок о бок, мы и шли. По улице со свистом проносился ночной ветерок.

— Тебе не холодно?

— Нет, нормально.

— Может, придвинуться поближе? Так ты согреешься.

— Тогда иди впереди меня. Будешь заслонять от ветра.

— А может, вместо этого просто прижмешься к моей спине?

— Тогда мне ничего не будет видно.

— Тогда вот идея. Обнимем друг друга, лицом к лицу, и пойдем боком…

— Хватит дурачиться! — фыркнул Ральф, который нетерпеливо дожидался нас далеко впереди. — Эта ситуация — не игра! Если не можешь вести себя серьезно, то вали прочь!

— Парень, я просто пытаюсь делать свою работу. Я очень серьезно отношусь к своим заигрываниям с Арвин. Вообще-то, иногда она даже ругает меня за то, что не обеспечиваю ей достаточно физической близости.

— Дурак.

На этот раз локоть угодил мне в бок.

Ральф скорчил разочарованную физиономию и зашагал дальше. Всерьез собрался уйти и бросить свою драгоценную принцессу? Этому мальчишке надо было подучить дисциплину.

Я решил в качестве компромисса снова обнять ее за плечи и пойти рядом.

Она спросила:

— Так у тебя есть план?

— Что скажешь на затею с соблазнением?

— Отвечай на вопрос серьезно.

Не глядя на меня, она ущипнула меня за тыльную сторону руки. Было очень сложно предложить содержательный план, когда я даже не знал, как выглядит наш противник.

— У тех парней в заложниках трое наших. Нам будет трудно предложить что-то равноценное. Если захотим пойти этим путем, то нам придется выложить довольно солидное богатство. Вот в чем проблема.

У меня было на уме несколько идей, но я не мог выбрать одну из них до того, как мы доберемся до места. Вскоре мы пришли к «Бегущему энту» и увидели собравшуюся толпу зевак. Наверное, «Хищные птицы» выгнали их из таверны, потому что некоторые до сих пор держали в руках бутылки или тарелки с едой. Ральф уныло ждал возле двери.

— В чем дело? Заходи внутрь. Можешь быть первым.

— Эм, ну… — замялся Ральф. Неужели спустя все это время он испугался? Как жалко.

— Я войду первой, — сказала Арвин и толкнула дверь. Мы с Ральфом последовали за ней.

На первом этаже «Бегущего энта» кабак, а наверху — комнаты для искателей приключений. Вдоль каменной стены, обеспечивая освещение, на равном расстоянии друг от друга стояли подсвечники.

Помещение было в полнейшем беспорядке. Деревянные столы сдвинули к стене, а стулья как попало свалены рядом. Единственный оставшийся посередине стол занимал похотливого вида мужчина — Освальд. Я видел его раньше, поэтому знал, что это он.

Рядом с ним с угрюмым и злобным видом стояла группа подчиненных. А связанная троица балбесов сидела на полу неподалеку.

— О черт, — простонал я.

Напротив Освальда за столом стояла… Ноэль.

— Ноэль уже здесь…

«Мог бы и раньше нас предупредить».

На столе лежал полный мешок золота. Было ясно, что она пыталась сделать.

И Освальду это явно не пришлось по нраву.

— Вас это устраивает? Берите сколько хотите, — сказала Ноэль, которую, казалось, не смущал раздраженный и устрашающий мужчина перед ней.

— Теперь я их заберу.

— Не так быстро, — проворчал Освальд, скрестив на груди руки. — Мы тут не попрошайки. Думаешь, можно просто бросить несколько монеток и счесть, что мы будем довольны?

— А чего еще вы вообще могли хотеть? Наверняка вы этого и добивались.

Существовали поверхностные мотивы и настоящие. Настоящий их мотив, вероятно, в том, что они хотели денег. Но эти люди зациклены на репутации. Когда им швыряли в лицо мелочность их мотивов, гордость не позволяла это признать. Ноэль даже не догадывалась о тонкостях бандитского менталитета. Она всего лишь хотела как можно скорее решить для Арвин эту проблему, что приводило к совершенно противоположным результатам.

Деньги больше не могли разрешить эту ситуацию.

— В обычных обстоятельствах у меня не было бы никаких причин отдавать вам эти деньги, однако вот они. Наслаждайтесь.

— Вижу, у тебя довольно острый язычок, малышка, — хмыкнул Освальд. Он повернулся к своим последователям и кивнул им. Они наставили ножи на связанных балбесов. — Боюсь, твоя дерзость не оставляет мне выбора. Теперь мы не можем уступить.

— Тогда чего вы хотите? Денег недостаточно? Сколько я должна заплатить, чтобы вы остались довольны? Пожалуйста, решайте быстрее. Мы слишком заняты, чтобы тратить время на таких, как вы.

Освальд взревел и ударил по столу. Он попытался его перевернуть, но тот сдвинулся лишь на дюйм. Ноэль быстро запрыгнула на столешницу и приставила прямо к его горлу нож. По его подбородку скатилась капля пота и упала на лезвие.

Его последователи обнажили свое оружие. Плохо дело: так все закончится кровопролитием, и очень скоро. Хотя она могла убить Освальда, его молодчики убьют нашу троицу до того, как мы успеем их спасти.

— Довольно, — сказала Арвин, которая больше не могла стоять и смотреть, как ухудшается ситуация.

Все взгляды обратились к нам. Ну, к Арвин.

— Опусти оружие, Ноэль.

— Но…

— Это приказ.

Ноэль молча опустила нож, после чего сделала сальто назад со стола.

Вместо этого напротив Освальда села Арвин. Естественно, стул для нее выдвинул я.

— Прошу простить моего товарища. Я пришла в ответ на ваш вызов. Я Арвин Мейбл Примроуз Мактарод.

— Благодарю за учтивое представление. Я Освальд Перистое Облако, руководитель «Хищных птиц».

Прозвище звучало изысканно, но истолковывалось довольно жутко. Когда он начинал драку, то просто разносил все вокруг себя, оставляя повсюду кровь и ошметки плоти. Осенью перистые облака нередко предвещают дожди и бури. Поэтому он взял себе это имя, подразумевая, что, куда бы ни пошел, он везде приносит дождь и бурю.

— Думаю, вы осознаете сложившуюся ситуацию. Ваши последователи ввязались в небольшую потасовку с несколькими нашими парнями. В итоге у нас довольно много пострадавших. А потом является эта девчонка, оскорбляет нас, швыряясь деньгами, и вдобавок приставляет мне к горлу нож.

Он ударил кулаком по столешнице.

— Ну и как вы собираетесь это исправить?

— Если хотите сразиться, то я не против, но это приведет к еще большему числу пострадавших. Полагаю, вы хотите этого избежать? — сказала Арвин и искоса взглянула на меня — теперь настала моя очередь.

— Тогда у меня предложение. — Я хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Все началось со стычки в кабаке. Так не думаете ли вы, что это и есть верный способ все решить?

Я поставил на стол бутылку.

— Простое состязание. Мы по очереди опрокидываем кружки, и кто первым свалится, тот и проиграл. И если проигравший также оплатит счет, то спор должен окончательно разрешиться, а?

— И ты считаешь, что это восстановит нашу добрую репутацию, красавчик?

Глаза Освальда хищно блеснули. Я впервые с ним переговаривался, но он знал, кто я такой. Было страшновато. Я мог в любой момент начать дрожать.

— Вон та девчонка отнеслась к нам как к попрошайкам. Кажется, вам довольно удобно считать, что нас устроит подобное решение.

— Но если будет еще больше драк, то и потерь будет больше. Вдобавок нами заинтересуется стража. Никому из нас не будет никакой пользы, если нас всех вместе отправят за решетку.

— Думаешь, я зассу из-за чего-то подобного?

— Возможно, вы и не против такого, но не уверен насчет всей организации. Разница между тем, когда вы есть и когда вас нет, повлияет на конкуренцию.

«Хищные птицы» всегда были на ножах с другими группировками вроде «Пятнистых волков» и «Альянса дьявола», и между ними постоянно происходили стычки за территорию. Потеря такого грозного бойца, как Освальд, непременно оказала бы дурное воздействие.

— Если попытка заработать немного карманных денег и поддержание своей чести приведет к тому, что пошатнется весь строй вашей организации, то, по-моему, это выставит вас в гораздо худшем свете, так ведь?

В глазах Освальда на миг возникло сомнение. Я почувствовал свой шанс и ухватился за него.

— Если мы выиграем, то вы отпустите этих троих. А если проиграем, можете делать что захотите — продать их, трахать, кому какое дело?

Балбесы подняли возмущенные голоса, но я, разумеется, их проигнорировал.

— Нам следует просто избить этих придурков до полусмерти. Что ты уперся с этим дурацким состязанием? — пробурчала Ноэль.

— Понимаешь, может, в прежние времена и можно было просто побить всех плохих парней, а дальше все бы жили долго и счастливо, но нынче публика стала взыскательнее. Хочет чего-то чуть более закрученного, — сказал я.

В пьесе мы могли бы победить их и опустить занавес, но в жизни все было устроено по-другому. Нам бы повезло, если бы все обошлось переломанными костями. Если бы кто-то погиб, то нас бы затянуло в отвратительную трясину взаимной мести.

Какое-то время Освальд размышлял, потом сказал:

— Даже если я соглашусь на состязание по выпивке… думаю, нам нужна ставка побольше, не находите?

Вот оно.

— Во-первых, состязание будет между мной и принцессой-рыцарем. И если я выиграю, то она становится моей женщиной. Как вам такое?

Арвин нахмурила брови:

— Хочешь, чтобы я стала твоей женой?

— У меня есть жена. Которая за три десятка лет уже сморщилась, — ухмыльнулся он. — Я имею в виду любовницей. Зазнобой. Подругой на стороне. Как говорят высокопоставленные господа, наложницей. И, разумеется, тебе придется порвать с этим вот альфонсом.

Серьезно?

— Если не хотите, то ладно. Нам не обязательно поступать именно так.

Я видел, что пытается сделать Освальд. Он хотел перехватить инициативу, выдвигая непомерные требования. Не нужно было поддаваться на провокацию. Я собирался отклонить это предложение, но Арвин открыла рот и произнесла:

— Прекрасно.

Я не мог поверить своим ушам.

— Эм, Арвин?

— Хотите поставить еще и на это, да? Прекрасно.

То, что мы просто играли, не значило, что разумно ставить на все подряд.

— Вы не должны, ваше высочество, — сказал Ральф.

— Не делайте этого, ваше высочество. Я заменю вас, — поспешно предложила Ноэль.

Именно в этом случае я горячо поддерживал их протесты, но нашу любимую принцессу-рыцаря не заботили опасения ее подданных.

— Он выбрал меня. И ты едва ли сумеешь устоять на ногах даже после капли спиртного, Ноэль, — ответила Арвин, устремив на меня пристальный взгляд, которого я постарался избежать.

— Ты должен что-нибудь сказать, — потребовала от меня Ноэль, осознав, что она от Арвин ничего не добьется.

Я спросил:

— Ты уверена?

— Да.

— Что ж, ничего не поделаешь…

Когда она принимала какое-то решение, ее было уже не переубедить.

— Она умеет пить?.. — тихо спросила Ноэль.

— Легко ее не уложить, — поведал я. — Но перепить Освальда может оказаться непростой задачей.

Арвин редко пила спиртное в дни отдыха, вероятно чтобы избежать каких-либо дурных последствий во время походов в подземелье. Если что, мы вдвоем распивали бутылку вина. Освальд между тем был известен как ненасытный пьяница.

— Почему тогда предложил такое состязание?

— Потому что иначе они бы не заинтересовались.

Любому хватало ума не принимать вызов, когда знаешь, что проиграешь. Разумеется, я собирался сам нас представлять, но, пока я к этому подбирался, он первым нанес удар, и Арвин единолично решила согласиться.

— Не переживай, — сказала принцесса-рыцарь побледневшей Ноэль, одарив ее ободряющей улыбкой. — Я выиграю.

— У вас есть запасной план?

— Мне просто нужно выпить больше, чем он. Только и всего. Я не зассу.

Что ж, просто замечательно. Теперь проиграть уже нельзя. Если припрет, мне придется всех их убить. Скорее всего, это приведет к разоблачению моей личности, и я больше не смогу здесь оставаться. А самое главное, Арвин никогда не простит мне срыв заключенного ей пари. Да ну, бросьте.

Мое ворчание прервала Арвин, дернувшая меня за рукав.

— Кстати, что значит «зассать»?

— Это значит развернуться и сбежать поджав хвост.

Состязание было простым. После того как переворачивают песочные часы, участники должны по одной выпивать налитую в кружки перед ними выпивку. Если кого-то из них вырубит, вырвет или у него не выйдет опорожнить кружку до того, как закончится песок, то он проигрывает — и проигравшая сторона должна все оплатить.

На стороне противника наливал Гектор, один из прихвостней Освальда. А на нашей — Ноэль. Мне же поручили переворачивать часы.

Вокруг кабака собралась заинтересованная в исходе пари толпа зевак.

— Начнем с вина.

По отмашке Освальда в две кружки налили красную жидкость. Из одной бутылки — чтобы все было честно.

— Ну, за здоровье.

Они чокнулись, знаменуя начало пари.

Одна кружка, затем другая. Когда они опорожнялись, наливали еще.

Вот опустели две бутылки, затем третья. Теперь между соперниками наметился разрыв.

К тому времени, как опустошили двадцать кружек, стало ясно, кто выигрывает, а кто проигрывает.

— Песок почти закончился.

— Заткнись! — проревел Освальд и осушил свою кружку.

Грохнул ей об стол и зловонно дохнул. Взгляд его был рассеян, а лицо стало красным. Он рыгнул.

— Еще.

Лицо Арвин тоже покраснело, а ее взгляд потяжелел. Она тоже порядочно набралась — но слова по-прежнему выговаривала четко и уверенно. Когда она пила, то опрокидывала все одним махом.

Ее пустая кружка опустилась на стол. Но у Освальда оставалась еще половина.

— Вы сможете! Вот это наша принцесса! — беззаботно подбодрил Ральф.

Остальные члены группы смотрели на нее с надеждой во взглядах. Освальд прикончил свою кружку как раз перед тем, как в часах закончился песок. Дыхание его было неровным. Долго он не продержится.

— Еще.

Арвин протянула свою кружку. Ноэль наполнила ее белым вином и передала бутылку бандитскому прихвостню.

— Ой. — При передаче мужчина уронил бутылку на пол. Под ногами разлилась прозрачная жидкость. Снизу поднялся запах выпивки.

— Смотри, как хватаешь!

— Простите, сэр, — сказал мужчина, поклонившись и поднимая бутылку. Внутри еще немного оставалось. Он неуверенно наклонил бутылку над кружкой Освальда, наполняя ее.

— Еще.

— Э-э, секундочку, — сказал я, перебив Арвин. — Вот смотрю я, как вы все пьете и пьете, и что-то в горле пересохло. Дайте-ка и мне выпить.

— Какого черта ты?..

— Это сойдет.

Я схватил бутылку перед собой и приложил к губам. Кто-то издал короткий возглас. Я два раза звучно глотнул, после чего вытер рот тыльной стороной руки.

— А-ах, как хорошо. Отличная штука. Хорошая текстура, очень легко пьется, — сказал я, поставив ее обратно на стол. Там оставалось еще на одну кружку. — Давайте, продолжайте. За вкус я ручаюсь.

— …

— Что, не хотите? Тогда мне можно допить? Или, Ноэль! Возможно, тебе как раз понравится. Пьется совсем легко.

— Нет уж, спасибо! — огрызнулась она.

Освальд схватил бутылку и перевернул ее над полом вверх дном. Затем свирепо уставился на своего подчиненного.

— Пить из уроненной бутылки — дурная примета. Принеси новую.

Подчиненный торопливо бросился за другой бутылкой. Освальд снова вперился в меня взглядом.

— Свою тоже вылей… Начнем заново с новой бутылки.

— Конечно.

Как только кружки опять наполнили, поединок возобновился. Они продолжали пить, но недолго. Пока наливали очередную порцию выпивки, Освальд вместе со стулом опрокинулся на спину. Его приспешники ринулись ему помочь, но он уже захрапел.

— Вот и все, — объявил я, и с улицы донеслось ликование.

Еле пронесло.

Ральф незамедлительно освободил остальных членов группы. Вергилий, Клиффорд и Серафина неловко окружили Арвин, опустившись каждый на одно колено и склонив головы.

— Мне ужасно жаль, что мы совершили такую ошибку. Прошу прощения, миледи, — сказал Вергилий, лицо которого выражало раскаяние.

— ...

Арвин ничего не ответила. Одной рукой она сжимала пустую кружку, а другой подпирала щеку.

— Вам нехорошо, ваше высочество? — спросила Ноэль.

Арвин выдвинула свою кружку.

— Еще.

Мы двое переглянулись.

— Эм, ваше высочество? Поединок закончился...

— Еще.

Как будто она даже не слышала Ральфа. Я присмотрелся к ней и помахал рукой у нее перед глазами, но не добился никакой реакции. Она только угрюмо смотрела в пространство.

— Эм, ты что, на самом деле отключилась еще какое-то время назад?

— Еще.

Ноэль несла на спине пьяную Арвин. Она была ниже ростом, поэтому выглядело это немного неудобно, но я не хотел, чтобы к Арвин прикасался какой-то другой мужчина, тем более Ральф. Я бы понес ее сам, не будь сейчас середина ночи. Я бы свалился через пять шагов.

— Ну и ну, только поглядите, как она спит. Хотя я мог поклясться, что у меня сердце остановится.

Она совершенно безмятежно дремала на спине у Ноэль. Ну прямо бери и целуй.

Ральф скривился. Он нес меч Арвин.

— Да что ты говоришь. Тебе явно хватило смелости спереть во время состязания немного выпивки.

— Это была не выпивка, а просто вода.

Они поняли, что удача не на их стороне, и решили сжульничать. Пока мы были сосредоточены на состязании, подчиненный Освальда тайком подменил содержимое бутылки белого вина на воду. Потом он намеренно уронил бутылку и вместо нее достал бутылку с водой. Вероятно, надеялся, что поздно ночью при слабом свете свечей этого не заметят, но меня он одурачить не мог. У воды и вина разная вязкость.

— Но дальше налили бы ей. Неужели она бы не заметила?

— Поэтому он и пытался оставить в бутылке ровно столько, сколько нужно. Если бы на две кружки не хватило, он мог налить в одну, а потом взять новую бутылку для другой.

— Почему ты сразу не сказал об этом?

— Они же не поднимут руки и не сдадутся. Если на них надавить, то они лишь станут еще отчаяннее, и тогда мы опять вернемся к драке.

Весь смысл состязания по выпивке заключался в том, чтобы избежать пострадавших. Поэтому вместо этого я наглядно продемонстрировал, что разгадал их замысел, чтобы не дать им зайти дальше. Я полагал, они вернули нам остальных членов группы потому, что не хотели, чтобы узнали о том, что они жульничают. Снаружи кабака было много свидетелей.

— Запомни, парниша. Приставить лезвие к чьей-нибудь шее — не единственный способ пригрозить. Весь смысл в том, чем припугнуть, — сказал я.

— Не разговаривай со мной свысока только потому, что тебе случайно удалось раскусить одну попытку сжульничать. Все равно ты просто никчемный…

— Не говори так.

Я резко повернул голову.

Арвин подняла лицо и сонно улыбалась:

— Он очень полезный человек.

— Доброе утро. Как ты себя чувствуешь? — спросил я.

Она медленно помотала головой.

— Плохо…

— Потому что ты слишком много выпила.

Как только доберемся до дома, позабочусь о том, чтобы рядом с ней стояло ведро.

— Помню, как пила с тем мужчиной… А потом очнулась здесь. Наверное… я выиграла, да?

Она облегченно выдохнула. Трое балбесов принесли свои извинения. Арвин похлопала Ноэль по плечам, чтобы та остановилась, и соскользнула с ее спины. Спотыкаясь, она встала перед нами и раскинула руки.

— Ну? Как я вам?

— ...

Никто не ответил. Кроме Ральфа, который нес всякую чушь вроде «Вы героиня» и «Я так сильно вас уважаю». Поэтому я взял на себя смелость дать правильный ответ.

— Ты пьяна. Ты основательно набралась. Прямо сейчас ты вся пропитана спиртным.

— Это точно. — Она со смехом пошатнулась. — Ноги не держат. Голова кружится, и разговариваю странно. Даже до дома одна добраться не смогу, не то что сражаться. Вообще ничего не смогу сделать без чьей-нибудь помощи. Вот такая я сейчас.

Ее слова были полны самоиронии, но тон голоса совсем не звучал уничижительно или оскорбительно.

— Мне не сравниться с таким воином, как сэр Льюстер, и я не обладаю такой житейской мудростью, как у Мэттью. Я прекрасно осознаю свои недостатки как лидера. И все же я поклялась положить всю свою жизнь на борьбу ради моих народа и страны. Может, я и не сильна, но стану сильнее. Если это приемлемо, то, прошу, будьте ко мне терпеливы.

Ноэль с остальными ошарашенно воззрились на нее. Они не знали, что делать или говорить. Поэтому я взялся продемонстрировать.

Я преклонил перед ней колени и взял ее за руку.

— Повинуюсь вашим приказам, моя госпожа.

Будь мы в королевском дворце, это могло быть более впечатляюще. К сожалению, мы находились в грязном переулке. Но это не оказало никакого отрицательного воздействия на ее достоинство и выдержку. Вот таким человеком была Арвин.

Ноэль отреагировала первой. Она встала рядом со мной и глубоко поклонилась.

— Клянусь вам в своей верности, высочество.

Дальше головы склонили трое бывших пленников, и напоследок к ним присоединился Ральф. Вот и отлично. Хорошее напоминание о том, что та, кого им нужно защищать, — не беспомощная принцесса, а их госпожа, которой им предназначено служить. Так «Эгида» станет группой Арвин в самом прямом смысле.

Катастрофа неожиданно привела к удаче. Ситуация вышла непростой, но все должно было закончиться хорошо.

И на этом сегодня бы все и завершилось. Оставалось только прийти домой, снять с принцессы-рыцаря одежду, сделать ей массаж, а затем насладиться естественным продолжением… э-э, позаботиться о ней. К несчастью, возникло препятствие.

Внезапно со всех сторон переулка повалили бандиты. Даже спрашивать не нужно: «Хищные птицы». Освальд отсутствовал, но их все равно было штук двадцать.

— Это идея Освальда? Нет, он не настолько мелочный, чтобы подобным образом марать свой образ в глазах общественности.

— Заткнись!

Они подняли биты и мечи и бросились на нас. Значит, это их собственная инициатива. Освальд ни за что не стал бы делать что-то подобное на улице. Если бы он не сделал все честно и открыто, то никогда бы не восстановил свою репутацию.

Вот к чему все в итоге пришло. Видимо, народ все же хотел легкого развлечения. Мы сделали все возможное, чтобы уладить дело мирно, но теперь выбора не оставалось. Мы просто обязаны дать отпор.

— Здесь опасно. В своем нынешнем состоянии ты будешь лишь обузой. Мы должны бежать…

Я потянул Арвин за рукав, и она свалилась на меня. Я пригляделся получше и увидел, что она снова крепко спит.

— Спящая красавица, а? Хорошо ей, наверное.

Стояла ночь, поэтому в бою от меня не было бы никакой пользы.

— Забирай ее высочество. Мы их задержим, — надменно сказал Ральф, обнажив свой меч.

— Постарайтесь, пожалуйста.

— Это ради нее, а не ради тебя.

— Пойдет.

Разумеется, я не мог просто убежать с Арвин, потому что не мог сам ее нести. Вместо этого я попытался оттащить ее в тень. Между тем драка уже разгорелась не на шутку.

— Не дайте им ступить за эту линию. На позиции! — скомандовал Вергилий, и остальные мгновенно построились. Он и Ральф встали впереди, а Клиффорд прикрывал их сзади магией. Ноэль же тем временем носилась туда-сюда по рядам противника.

Она выхватила у одного из бандитов биту и врезала ему ей. Нанося ответные удары, они не попадали ни во что, кроме, может, друг друга — настолько ловко она металась то влево, то вправо. Один ударил своего дружка по голове, и пока тот паниковал, Ноэль успела треснуть его сзади по башке и вырубить.

Все это выглядело очень героически, но их было слишком уж много. Кто-то из них сбил ее с ног, когда она приземлялась, и она упала.

— А теперь сдохни!

Один из них занес биту над головой. Ноэль напряглась, ожидая удара — которого так и не последовало.

— Ты о себе говорил? — Потому что Серафина пнула его сзади по яйцам. — Ты цела, Ноэль?

Она наклонилась и помогла младшей девушке встать на ноги.

— Спасибо, — сказала Ноэль, лицо которой расплылось в улыбке.

— Не тратьте время! Они наступают справа! — резко сказал Вергилий.

Остальные собрались. Пятеро воинов хором взревели и бросились на «Хищных птиц».

Казалось, как бы невероятно это ни было, группа училась сражаться вместе ради одной цели. Самый лучший способ объединить плохо слаженный коллектив — это дать им сразиться с общим врагом. Удобное средство, и помогло то, что злодея было очень легко определить.

Правда в том, что я уже планировал устроить им такого врага. Освальд просто вмешался и затеял драку, избавив меня от хлопот. Спасибо ему.

В итоге я мог сделать совсем немногое. В лучшем случае мог бросать камни, чтобы держать их на расстоянии. Всего лишь мелкие камешки, так что толку было мало, но это хотя бы могло заставить их вздрогнуть.

Может, они и были задиристыми забияками, но все равно оставались просто хулиганами. И в кабаке победили только благодаря своей численности и ограниченному пространству. В полноценной схватке на открытом месте их численность была куда менее значимой.

Довольно скоро почти половина из них валялась без сознания на булыжниках.

Когда стало ясно, что ситуация складывается не в их пользу, мужчина лет сорока поспешно отдал приказ отступать. Видимо, он и был зачинщиком этой небольшой выходки. На руке у него была татуировка, напоминающая Бафомета — демона с головой козла. Это был Гектор, тот человек, который до этого прислуживал Освальду. Что ж, по крайней мере, он оказался достаточно старательным, чтобы перед уходом собрать бессознательных членов банды.

Впрочем, особого значения это не имело. К завтрашнему дню Освальд велит сбросить в подземелье его труп.

Гектор и его прихвостни побежали в разные стороны.

— А ну стой! — Ральф погнался за ним, хотя ему вовсе не нужно было утруждаться. Просто придурок увлекся.

— Не преследуй его! Вернись сюда! — предостерег я, но он меня проигнорировал и продолжил гнаться за Гектором. Ноги у него были молодыми и резвыми, и он почти в два счета обежал Гектора и преградил тому путь.

— Проклятье! — выругался Гектор.

Затем раздался женский крик: он взял в заложницы проходившую мимо шлюху. Одной рукой он обхватил ее сзади за горло, а другой приставил к ее лицу нож. От шока Ральф побледнел. Вот поэтому я его и предупреждал.

— Ах ты трус! Отпусти ее!

— Будто мне не плевать! — проревел он Ральфу в ответ.

Их догнала Ноэль, выискивающая возможность нанести удар, но Гектор уже прижался спиной к стене и прикрылся женщиной как щитом. Если бы они не проявили осторожность, он бы ее ранил. Обычно в подобных ситуациях выручала принцесса-рыцарь, но она еще была пьяна.

— Сейчас же отойдите. Иначе все лицо этой суке исполосую!

Гектор не шутил: он был в отчаянии. Если бы мы его спровоцировали, то он так бы и сделал, поэтому мы осторожно перед ним расступились.

— Ни с места, поняли? Пока я не скажу…

Его угрозу прервал громкий стук каблуков. Мы все обернулись и увидели, что по темному переулку идет высокий мужчина.

На вид ему было где-то под тридцать. Каштанового оттенка и зоркие, как у ястреба, глаза. Завязанные на затылке темно-русые волосы. Тонкие черты лица и худощавое тело, но не тощее, скорее он как будто согнал с него весь без остатка жир. Никакой слабости. Мне подумалось, что он, возможно, авантюрист, но я его не узнавал. Учитывая хороший меч на поясе и белую куртку, он явно вложился в свои вещи. Его спокойная и уверенная манера поведения говорила о годах тренировок и обучения.

Он был либо рыцарем, либо членом аристократической семьи.

Я никогда его раньше не видел, и все же не мог отделаться от ощущения, что видел. Где же это было? Или он похож на кого-то из моих знакомых?

Прежде чем я сумел найти ответ, мужчина без слов приблизился к Гектору.

— Эй, не подходи! Если только ты не хочешь, чтобы эта женщина…

Не успел Гектор договорить, как мужчина обнажил меч. Два раза подряд мелькнул серебристый отблеск. Тонкая сабля вернулась в ножны прямо перед тем, как руки Гектора упали на землю. Из них брызнула темная кровь, а нож, который он держал, выпал.

Вот тогда Гектор наконец и закричал. Он стал корчиться и стонать в луже собственной крови. Женщина, которой все лицо залило кровью, тоже завизжала. Перепуганная до смерти, она бросилась наутек.

Затем мужчина как будто о чем-то подумал и повернулся к нам:

— Вы авантюристы?

Его голос звучал на удивление молодо. Он оказался низким и приятным на слух.

— Можно и так сказать, — ответил я за всю компанию. Арвин еще отдыхала, а остальные застыли на месте.

Строго говоря, я был посторонним, но у меня не было ни времени, ни обязательств быть точнее.

— У меня есть вопрос, и, возможно, у вас есть для меня ответ. Где находятся могилы, которыми заведует гильдия авантюристов?

Это сбило меня с толку.

— Навещаете могилу посреди ночи? Вы смотритель кладбища? Или расхититель могил?

— Я планировал навестить могилу завтра, но не могу вспомнить само место. Помню только, что это на кладбище на окраине города, — сказал мужчина.

Я ожидал, что он разозлится, но он полностью проигнорировал мою фирменную шутку.

— Это прямо к западу от огромного дерева посередине того кладбища. Вы сразу заметите то место, потому что там повсюду разбросаны ржавые мечи и бутылки из-под выпивки.

— Понятно. Благодарю.

— Кроме того, есть два вида могил: личные и общие. Личные — для людей, чего-то достигших в гильдии и прославленных авантюристов. В основном всех остальных сбрасывают в общие могилы. Не знаю, в какой мог оказаться ваш человек.

Полей на землю немного вина, и усопший наверняка этому очень обрадуется.

— С этим проблем не будет. Я направляюсь к личной могиле, — сказал мужчина. Он глубоко склонил голову. — Там покоится моя младшая сестра.

Я повторил слово «сестра», и глаза мужчины полыхнули гневом. Похоже, ее смерть была не из приятных.

— О! Вот вы где.

— Мы искали вас, лорд Карлайл.

С облегченным видом подбежали несколько городских стражников. Некоторых я узнал: усатого стражника и смуглого. Как я и думал, этот мужчина явно был кем-то важным.

— Прошу прощения. Хотел впервые за долгие годы прогуляться по городу, и, кажется, забрел слишком далеко, — сказал мужчина, которого они назвали лордом Карлайлом.

Он извинился и поручил им унести окровавленного Гектора. Тот, скорее всего, умрет от потери крови раньше, чем они успеют как следует его допросить, но Карлайла, похоже, это не заботило.

— Прошу, следуйте за мной. Глава ожидает вас, — учтиво произнес усатый стражник.

Карлайл сделал несколько шагов и снова повернулся ко мне.

— И как тебя звать?

Я поколебался, а затем ответил честно:

— Мэттью. Почему спрашиваете?

— А. Значит, ты тот...

Не договорив, он кивнул сам себе. На мгновение мне показалось, что я увидел горящую в его глазах ненависть. Неужели он знал, кто я такой?

— Я Винсент. Еще встретимся.

Винсент?

Он заметил, какое впечатление на меня произвело это имя и удовлетворенно улыбнулся, после чего ушел со стражниками.

Пока смотрел им вслед, я чувствовал, как по моей спине стекает пот. Теперь я знал, кто он.

Тот мужчина, Винсент… был братом Ванессы, оценщицы гильдии авантюристов.

Продолжение следует...