Прохладные дуновения ветра разгуливали по улицам Штейнера, заставляя некоторых горожан дрожать.

Большинство уже сменили наряды на более плотные и утеплённые, однако всегда оставались люди, что не имели нужной одёжки.

Некоторые из них считали себя ошибочно стойкими перед силой природы, а некоторые просто не имели средств для покупки одеяний, находясь за чертой бедности.

Линари была одета в уплотнённую мехом одежду, спокойно разгуливая по улицам города.

Её нежное и румяное лицо отдавало мнимым спокойствием. Хоть на вид, признаков волнения, или паники не было видно, в её голове разбушевался хаос из мыслей.

За последнее время она всё больше и больше переживала за своих детей, а совсем недавно вообще погрузилась в паническое состояние.

«Что же мне со всем этим делать?»

Вздохнув от бессилия, Линари убеждала себя отложить беспокойство до разговора с мужем.

Сегодня у неё была чёткая цель в городе, несмотря на ушедшие вдаль размышления.

Она собиралась закупить ингредиентов на рынке и приготовить блестящий ужин для Акира. Это был необычный день, возможно один из самых важных в её жизни, поэтому всё должно быть идеально.

«Интересно, как там себя чувствует Акир? Хорошо ли он питается в академии? А Виктория? С ней же не могло ничего страшного случиться? Нет, она уже взрослая девочка, не о чем переживать...»

Помотав головой в разные стороны, Линари взбодрилась и пришла к городскому рынку.

Множество ароматных запахов сразу же отпечатались в её сознании. Больше всего выделялись смеси приправ, что находились ближе всего к её нынешнему местоположению. Однако даже через такой напор прорывались ароматы мяса и овощей.

Толпа в этом месте ничем не отличалась от обычных дней. Хоть власть в городе и сменилась, для обычных жителей ничего не поменялось.

Пробравшись к нужным прилавкам, она изрядно потратилась на продукты, посеяв восемь рубей за один день.

Конечно, цены в последнее время подросли, а ассортимент и качество упало, но её это ни капли не волновало. Линари закупила всё лучшее, что есть на рынке, чтобы приготовить что-то стоящее.

Через минут двадцать она зашла в двухэтажный обширный дом, что был обставлен дорогой мебелью по всем комнатам. Пройдя с корзиной на кухню, что была в несколько раз больше, чем в те времена, когда они жили как рядовые жители, она разложила продукты по столам.

Ещё спустя некоторое время, Линари переоделась, засучила рукава и нацепила белоснежный фартук, что уже успел заляпаться в некоторых местах.

«Пора приступать!»

***

Вернувшись в Штейнер, группа Альфреда вместе с Акиром направилась в громадный особняк, где они отчитались о произошедшем самому Лукире Менедзефу.

Консул похвалил их за работу и приказал убираться прочь.

Через несколько часов после нападения в кабинете гильдии Зита сидело двое людей.

— Я так понимаю, всё прошло удачно, — выдавив лёгкий смешок, Альфред старательно перевязывал раны на плече, временами вздрагивая от боли.

Акир смотрел на всё это, но его усталое тело чувствовало себя едва ли чуть лучше, нежели у его друга. Вскоре появилось множество синяков и ссадин по всему телу и каждое движение отдавало неприятной болью, которую он терпел, стараясь не показывать своё жалкое состояние Альфреду.

— Задача поставлена, и задача выполнена. С какой-то стороны это успех. А двадцать два погибших человека — это просто разумные потери.

— Ты так думаешь? — Альфред взглянул за окно, со спокойствием рассматривая сумеречное небо.

— Консул не дурак. Ему как никому другому понятно, что каждый рыцарь ценится в несколько раз больше членов Наги. Хотя, его ответ довольно исчерпывающий. Сухо похвалил и после прогнал, — Акир задумался о причинах.

— Ну а что ты хотел? Думаешь легко управлять целой организацией и городом? Хотя... Может быть он просто не показывает, но его волнуют те двадцать жалких жизней, потерянных в бою. Всё-таки мы не Ореол и наша численность сильно ограничена. Что случится с Нагой, если на каждого рыцаря будет умирать по повстанцу? Армия Ореола насчитывает почти два десятка тысяч элитных солдат, тогда как эта Нага набрала всего несколько тысяч уличных доходяг. Ей, богу, если бы консул разрешил мне взять своих ребят, у нас бы даже не было бы потерь!

— Хах, возможно ты и прав, — улыбнувшись, Акир одарил друга тёплой улыбкой. — Ладно, зализывай свои раны, а мне ещё нужно не опоздать на ужин. Линари говорила, что сегодня будет особенный день.

— Бывай, только смотри не утони в особенности дня, — дёрнув дерзкой улыбкой с жирным намёком в словах, Альфред закрыл глаза и расслабился.

Акир ответил слегка возмущённым взглядом, но ничего не сказал и вышел из здания, направившись домой к своей жене.

«Ох уж этот дурень» — подумал он с глупой улыбкой на лице, уходя всё дальше.

***

Стерпев ещё больше подлизываний и восхвалений по пути, Акир наконец стоял у двери своего дома.

Он с интересом заглядывал в освещённые окна, пытаясь угадать сегодняшний сюрприз. Несмотря на его интеллект, который Акир воспринимал как выше среднего, у него из головы не вылезали лишь пошлые догадки, как у настоящего дурака.

«Так, нет. Держи себя в узде, Голден» — нарочито разозлившись на себя за грязные мысли, он заставил успокоиться своё бушующее сердце... И не только.

*Тук-тук-тук*

Спустя несколько секунд дверь отворилась, как будто Линари поджидала его у самого входа.

— Привет.

— Заходи, дорогой, — с нежностью произнесла она.

Уведя мужа в гостиную, что была обставлена множеством свечей с благовониями, она бережно усадила его за роскошный стул, погладив его плечи напоследок.

Сам Акир не предпринял ничего самостоятельно, уступив весь этот вечер своей жене.

На его сердце опустилась умиротворённость, и возбуждённое состояние полностью исчезло, оставив после себя лишь спокойствие и чувство удовлетворения. Ему даже казалось, что все раны прекратили терзать его разум и зажили в одночасье. В этот момент Акир думал, что он самый счастливый мужчина во всём Голдис и не только.

Через минуту, Линари принесла две тарелки с блюдом. После этого, одну она поставила перед Акиром, а вторую напротив, усевшись там же.

— Э-э-м... Лин, не просвятишь меня?

— Давай сначала насладимся ужином, я очень старалась приготовить что-то стоящее, — с улыбкой ответила она.

Акир спокойно кивнул, не став больше ничего спрашивать.

Сначала он приступил к пюре с соусом из трав, что растут только в Грандштайн. Вкус этой смеси был великолепен. И нет, картофельное пюре не являлось каким-то восхитительным продуктом, да и Акир не так уж его и любил, однако... Вместе с этим соусом, он почувствовал нежные нотки пряности с послевкусием слабой сладости на языке. Сам картофель растворялся во рту, придавая общим ощущениям тот самый сливочно-молочный оттенок.

Акиру захотелось по-детски восхититься, но он сдержался. Однако подобное поведение не прошло мимо его жены, которая радостно ухмыльнулась.

Разрезав кусок мясо, что покоялся рядом с гарниром, и положив его в рот, в этот раз он не смог сдержать слабого мычания.

Это было самое нежное и сочное мясо в его жизни. Настолько хорошо не готовил даже его учитель, хотя он был лучшим поваром в Голдис в своё время.

Акир сдержанно погрузился в трапезу, наслаждаясь каждой секундой в этой атмосфере. Блюдо, естественно, было лучшим из всего, что он ел. Но настоящее счастье ему доставлял человек, что сидел напротив и изредка кидал на него любопытные взгляды.

Насладившись вдоволь ужином, Линари взяла грязную посуду и отнесла её на кухню. Через полминуты, она вернулась обратно за стол.

— Ну как тебе?

— Это был лучший ужин в моей жизни, Лин.

— Хи-хи, я очень рада!

Акир взглянул на её милое лицо, которое было прикрыто рукой у рта и ожидающе промолчал.

Линари слегка напряглась, собираясь с силами для следующих слов.

— В общем, дорогой... Сегодня очень важный день. Да. Ну и... Есть то, что я хочу тебе сказать... — она замялась, нерешительно двигая губами.

Акир почувствовал некоторое замешательство и тень нервозности. У него случилось чувство дежавю.

Однако он не проронил не слова, давая Линари шанс высказать то, ради чего был создан этот великолепный ужин.

— В общем... Ну... Я понимаю, что сейчас у нас довольно трудное время... Дети, они далеко... Даже маленький Акир был вынужден покинуть дом, но... Возможно... Как бы...

Душевное состояние Акира постепенно становилось всё менее расслабленным, а выражение лица принимало всё более серьёзный вид. Впервые за долгое время, он боялся услышать следующую фразу, надеясь, что догадка окажется ложной.

— Акир... Я... Беременна.

Мужчина почувствовал, что в моменте на его плечи опустилась многотонная гора.

— Что?..

— Я, беременна...

— Ага...