Глава 27

Магия была жизненной энергией.

Даже те, кто не мог использовать магию, обладали ею.

Однако управлять этой силой напрямую могли немногие. Лишь волшебники, обладавшие большим запасом маны, могли с легкостью ею оперировать. Они даже использовали специальные заклинания, чтобы легче руководить этим нелегким процессом.

«Но у меня магия вытекает через крылья, и мое тело бессознательно ищет недостающую энергию извне».

Похитить чужую ману было не под силу даже опытным магам. Однако тело Серафины поверхностно поглощало энергию окружающих людей.

«Настолько я отчаянна».

Неважно, знала ли она, как управлять магией или нет. Это был инстинкт, необходимый для выживания.

К тому же Серафина распределяла энергию так, что бессознательно забирала лишь небольшое количество маны у окружающих. Но если не управлять магией отдельно…

— …Ты вообще жива? — Метатрон отпустил ее руку спустя несколько секунд.

Он пытался передать Серафине запас магии, но это было похоже на попытку наполнить водой дырявый кувшин.

— Ну, раз мы можем нормально разговаривать, значит, все в порядке. — Серафина кивнула.

Пока что несколько контактов не привели к серьезным последствиям. Но мир полон неожиданностей, и она хотела быть осторожной.

— Метатрон, теперь передай контроль над телом брату. И если Икар снова будет поблизости… — Серафина твердо приказала, — Не сообщай мне, просто схвати.

«На этот раз не упусти его».

Метатрон, чья гордость уже была подорвана несколькими неудачами, тоже хотел поймать Икара. Поэтому он охотно кивнул.

Контроль над телом перешел Эрезу, и тот слегка пошатнулся, открывая глаза.

Увидев, что он оказался в совершенно другом месте, он сразу понял ситуацию и слабо спросил:

— Я снова что-то сделал?

— Ничего серьезного.

— Но времени прошло немало. И странно, я чувствую себя уставшим. — Эрез вздрогнул.

— …Все в порядке, не беспокойся.

Ради его психического здоровья нельзя было рассказывать, как он называл сестру «принцессой» на улице.

Эрез, не имевший возможности узнать, что происходило, пока Метатрон контролировал его тело, успокоился и достал карманные часы.

— Уже так поздно. Скоро начнется аукцион Красного бриллианта. Пора двигаться.

— Конечно.

— Кстати, Серафина.

— Да?

— Что это за платок? — Эрез заметил окровавленную ткань, когда собирался уходить.

Серафина, забывшая избавиться от него, смущенно сложила его.

— Это моя кровь. Не волнуйтесь.

…Разве это не повод для беспокойства?

Эрез замер в замешательстве.

— Ты сказал, что опаздываем. Давай пойдем. — Серафина спокойно подтолкнула его.

Мужчина вспомнил, как она глотала горы таблеток с таким же равнодушием, что это смущало окружающих. Он знал, что у нее хроническое заболевание, но думал, что она преувеличивает свои страдания ради внимания.

«Малейший укол иглой — и она ведет себя так, будто вот-вот умрет», — думал он.

Но в последнее время, проведя с ней больше времени, чем за всю жизнь, Эрез понял, что это не так.

[- Я не хочу умирать. Но и так жить тоже не хочу.

Зачем я это говорю? Брат ведь не беспокоится обо мне.]

Серафина была права.

Он действительно не уделял ей должного внимания, судя о ней через призму своих предубеждений.

И тут он заметил нечто.

Его глаза расширились.

— Серафина, ты…! — Эрез шагнул к ней, собираясь коснуться ее, но остановился.

Внезапно ему вспомнились ее слова:

«Пожалуйста, не трогай меня.»

— Что-то не так? — девушка смотрела на него с недоумением.

Эрез сглотнул и произнес:

— У тебя кровь.

— Кровь?

Она тщательно вытерла платком уголки рта. Но внезапно почувствовала, как что-то теплое стекает по ее лицу. Проведя пальцем по носу, она увидела алую каплю.

— Ты выглядишь очень плохо.

— Мы же расстались с наследным принцем. Я больше не получаю от него магии.

Хотя вина Метатрона тоже была.

После разрыва с Леонхардом ей приходилось тщательно контролировать свою магию. Как бы она ни старалась, энергия продолжала утекать, словно вода из треснувшего кувшина.

Серафина торопливо вытерла кровь платком.

Кашель с кровью, носовые кровотечения…

Она начала бояться, что скорее потеряет всю кровь, чем магию.

— Если тебе плохо, давай вернемся домой. Аукцион можно поручить представителю…

— Нет. — Серафина резко прервала его.

Оба на мгновение застыли в замешательстве.

«Я слишком резко ответила», — подумала девушка.

Она поспешно попыталась сгладить неловкость:

— Просто я хочу сама все увидеть и испытать. Ты же знаешь, я редко выхожу из дома.

На самом деле, узнав, что Метатрон столкнулся с Икаром, она решила остаться на улице подольше. Но, конечно, этого знать брату необязательно.

«Я не знаю, почему Икар преследует герцогиню Рубию…» — Метатрон упомянул, что что Икар уже давно следит за ней.

«У него есть цель. И он будет продолжать следовать за мной, пока не достигнет ее.»

Он сбежал, но никто не знал, когда вернется.

Поэтому девушка решила оставаться рядом с Эрезом, чтобы выиграть время. Ведь только Метатрон мог почувствовать присутствие Икара и поймать его.

«Надеюсь, он скоро вернется», — подумала она.

Эрез, видя ее задумчивую улыбку, неправильно истолковал ее мысли.

«Теперь я понимаю, что она редко выходит из-за болезни. Наверное, она радуется, как ребенок, а я был слишком глуп».

— Ладно, поступай, как хочешь. Но если тебе станет хуже, мы сразу возвращаемся домой.

— Конечно.

***

В аукционном зале было почти что не протолкнуться…

— Сегодня здесь больше людей, чем обычно. Наверное, из-за Красного Бриллианта.

— Насколько я слышал, Наследный принц хочет заполучить его.

Обычно бриллианты были прозрачными, но цветные камни считались редкими. А Красный Бриллиант был особенно ценным, поэтому даже Леонхард посетил аукцион.

— Говорят, герцогиня Рубия тоже отчаянно хочет получить его.

— Разве она не невеста принца? Тогда камень и так достанется ей.

Серафина знала, что разговор о Леонхарде неизбежно приведет к упоминанию о ней.

— Вы, кажется, отстали от новостей. Герцогиня Рубия недавно расторгла помолвку.

— Я слышал, что это она первой предложила разрыв. Что ж, учитывая ее характер, это неудивительно.

Люди болтали, не подозревая, что упомянутая леди находится рядом.

— Нет, я слышала от самой барышни Базелан…

Шепотки сводились к следующему:

Герцогиня Рубия, известная своим скверным характером, издевалась над женихом, и он, не выдержав, первым предложил разрыв.

«Роли поменялись местами», — подумала Серафина.

Она не знала, распространила ли Мелани эти слухи или просто придумала их для правдоподобия. Но она понимала, что подобные разговоры будут продолжаться.

«Нужно как-то публично показать, что это не я цеплялась за него».

Пока Серафина спокойно строила планы, Эрез внимательно наблюдал за ней.

Он настаивал на том, что разрыв помолвки был правильным решением для семьи. Но не ожидал, что вокруг Серафины начнут распространяться такие злые слухи.

Мужчина мало интересовался светской жизнью и не понимал, насколько опасными могут быть сплетни.

— Они все время говорят о тебе. Если тебе неприятно, скажи.

— А ты отчитаешь их, как каких-то детишек?

Эрез промолчал.

Серафина, взглянув на его профиль, поняла: Он действительно готов был это сделать.

Перевод: Капибара