Перламутрово-зелёный камень сверкал своим чистым светом, откидывая солнечные зайчики на стену кареты находясь под солнышком, излучая своим видом красоту природы и тепло. Не тронутый ранее больше десяти лет, он чистым брильянтом лежал в коробке на красном бархате.

Наблюдая со стороны за камнем, не смея даже притронуться к его чистой глянцевой поверхности, на лице Джи Гуя застыла одновременно печаль и радость. Печаль напоминала ему о его маленькой ученицы, почти дочери, за которой он приглядывал много лет и он очень любил, но причинял много боли из-за своего не вмешательства с его стороны как учителя, так и отца, допуская недопустимое отношения к Сянь Суин. Печаль от того, что он не проявил должного внимания к её маленькой фигуре, тогда ещё ребёнку, жаждущему внимания и похвалы, желая получить объятья и понимания, получая взамен лишь холод одинокой комнаты в заброшенной избе в бамбуковой рощи, презрение товарищей из-за ложных слухов, боль от его же собственного кнута, тяжёлыми ранами лежащими и запечатанными на её спине до конца жизни. Печаль от его собственно глупости, когда он не заметил как помутились её изумрудные глаза, так похожие на самые прекрасные цветы жизни, но тухнущие из раза в раз, превращаясь в тёмную пустоту печали и страха. Ему больно осознавать, что именно по этим причинам Сянь Суин сбежала из секты, явно боясь оставаться ещё немного в подобном месте дольше положенного, убегая сквозь боли в теле, которую он же и нанёс. Но имелись причины для радости - камень в шкатулке что-то вроде второго сердца его ученицы, ни как не влияющий на её жизнь, но напоминающей ему о том, что та не умерла и всё ещё жива. Камень так же имеет свойство показывать место нахождение владельца. Он не указывает точное место, но направляет, сверкая ярче, если он близко.

Джи Гуй очень хочет увидеть Сянь Суин: попросить прощения, рассказать о своей неправоте и не верному суждению, которое порождали ложные слухи и чужие рты. Он очень хотел обнять свою маленькую ученицу, погладить по голове, как было очень давно, когда та спала в кроватке, делая это так тихо и незаметно, что та просыпаясь, ничего не замечала.

В прошлом его не остановило её слабость к культивации. Только она могла скрасить его серые дни своим незаметным пребыванием, пока спала в колыбельке его комнаты, смеясь и плача на его руках. Он до сих пор помнил маленькое тельце, которое ему передали после смерти её матери. Он помнил, как только увидел её, понимал - больше не сможет отпустить и заставить грусть, обещая себе не оставлять и не отвергать её. Но именно он нарушил своё обещание. Сам нарушил сказанное. Он оставил её, возвышаясь на небеса. Он отправил её в бамбуковую хижину. Он наказал её. И он заставил её сбежать. Джи Гуй понимал - он не сможет вернуть прошлое и не рассчитывал на прощение, но очень хотел сам попросить прощение.

Он не будет смотреть на свой статус, когда будет просить прощения, встанет на колени, или если Сянь Суин пожелает, отдаст низкий поклон, разбивая голову в кровь.

От таких мыслей тело Джи Гуя неосознанно дрогнуло, а по давно, как он думал, заледенелым щекам скатилась крохотная капля слезы, оставляя мокрую дорожку. Поражённый, он дотронулся до щеки, собирая на кончик пальца собственную слезу, чувствуя влагу от их соприкосновения. Маленькая улыбка, скорее даже краешек губ дрогнули, сквозь собственное сопротивление выдавливая из себя улыбку, пока из глаз градом лилось обилие слёз. Их количество превышало за всю его прожитую жизнь, лишь из-за одного маленького человека, пострадавшего по его вине.

Всхлипнув, он спрятал своё лицо в ладони, тихо рыдая.

***

Хруст под ногами Юби вовсе не являлся хрустом старых веток и опавших иголок, а колоссальное количество костей на земле. Они, в различных позах, целой группой валялись где только можно, всё ещё одетые и при своих вещах, из-за чего она имела наглость, не тронутой совесть покойников, обворовывать любого ради любой-другой ценной безделушке. Юби не смотрела на отсутствие Яо Цзиньлуна, так как уже предполагала о его возможных грёзах или другого пути, по которому он решил пойти. Так что теперь она может спокойно ходить туда-сюда, не слушая надоедающие нотация про свою личность и совершённые поступки.

Обворовывая покойников, Юби слишком поздно заметила слабые колебания энергии и приближение семицветного тумана, подобно живому существу, настигнувшего свою добычу. Провалившись в сон, её сознание запеленал мрак.

***

- Проснулась? - мягкий голос над ухом успокаивающе затрагивал сердце маленькой девочки, единственное желание которой прижаться к телу обладателя голоса, уже по ощущению зная кто это. Разомкнув глаза, Юби глухо простонала детским голосом, когда её попытка подняться с кровати провалилась от боли в голове и тяжести во всём теле. Холодные руки мягко толкнули девочку назад, аккуратно накрывая ту пушистым одеялом, а на голову накладывая холодный компресс.

- Три дня назад на собрании ты потеряла сознание из-за температуры, а сегодня только пришла в себя. Хотя температуру ещё не полностью сбавилась... А я тебе говорил остаться в доме и отдохнуть от выполненной работы, но ты твёрдо стояла на своём. Хах, ну и проблемная у меня ученица.

Юби лишь слабо хихикнула, головой утыкаясь в холодную руку мастера, тихо засыпая.Проснувшись, первое, что почувствовала Юби, была всё та же рука мастера на её голове, и эта мысль приятно грела её душу. Разомкнув глаза, первым делом она чуть приподнялась, ложась на колени мастера, прерывая его чтение своим копошением. Сверху послышался смешок, а после тёплая от её нагрева рука скользнула по волосам Юби, мягко, будто котёнка поглаживая. Спать уже не хотелось, поэтому она просто валялась, пальцами теребя украшения мастера, краем уха слушая прочитанные слова из книги. Спокойно отдыхая возле мастера, Юби была бы не против полежать ещё часик, но голос мастера говорил об обратном.

- Всё, вставай. Мне ещё нужно идти на собрание с главами других сект. - глухо простонав в качестве своего несогласия, Юби ещё крепче прижалась к мастеру, не желая того отпускать. Рука мягко оттолкнула её назад, поглаживая и накрывая одеялом. - Ты пока отдохни, а я пойду.

- Хорошо. - согласившись, Юби улеглась поудобнее, чтобы притворно закрыть глаза, дожидаясь ухода мастера. Услышав затихшие шаги мастера, подтверждающие его уход, она быстро встала с кровати. Подбежав к своему шкафу, Юби достала белое ханьфу с лилиями и быстренько одевшись, выбежала на улицу. Вдохнув поглубже свежего воздуха, она побежала в своё любимое и скрытое от чужих глаз место - бамбуковый лес с заброшенной хижиной, которую она чуть перестроила своими силами для игр и практики с духовными силами.

***

- Муженёк, неужели я уже потеряла твоё расположение к себе? - сладко пролепетала гробовой жнец, расположившись на коленях Яо Цзиньлуна, только что пришедшего в себя. Её стройное тело укрывал синий халат с драконами, который она стащила у него из шкафа, смотрясь в нём очень соблазнительно. Её волосы до сегодняшнего дня успели вырасти, копной сочной травы располагаясь на земле, а лицо излучало приятную улыбку и желание соблазнить, сковывая своей красотой и строгостью. Её маленькие ручки держали его по обе стороны головы, нежно поглаживая щёки, а большим пальцем губы, имея для самой себя редкое желание куснуть. - Почему не отвечаешь?

- На тебя засмотрелся. - эти слова заставили её улыбнуться, опуская голову вниз, чтобы потереться носами друг друга как животные, после чего сплестись в нежном, до укорочения милым поцелуи. Их губы соприкасались, мягко, очень-очень мягко засасывая внутрь, чуть прикусывая, но не до крови. Никто из них не старался зайти дальше положенного, чтобы после ранимого поцелуя потребовалось нечто большее. Просто расслабленно наслаждались друг другом.

Неожиданно, их минутное наслаждение друг другом прервал плачь младенца, крик которого был совсем рядом с кроватью. Гробовой жнец резко подхватился, устремляясь куда-то дальше за балдахином, оставляя Яо Цзиньлуна в недоумении. Когда она вернулась, он не мог не застыть от увиденного: в её руках покоился маленький младенец, уже немного успокаивающийся в руках матери.

- Точно как папочка. - гробовой жнец подползла на кровати с младенцем в руках к застывшему Яо Цзиньлуну, усаживаясь к нему спиной на колени. - Он так не любит оставаться один на долго. Прямо как ты.

Всё ещё застывший, Яо Цзиньлун не мог поверить в увиденное. Его рука дрогнула, когда он попытался её поднять, ощущая что-то странное и неправильное. Но это чувство быстро прервалось, когда младенец схватил своей маленькой пухлой ручкой его палец, громко смеясь. Улыбнувшись, он уткнулся в шею своей жены, расслабленно вдыхая запах её кожи, отдающий цветами и теплом.

Резко что-то щёлкнуло в голове Яо Цзиньлуна, а рука зажглась огнём, когда в голове воспроизвелись воспоминания. Гробовой жнец не пахла цветами, не создавала чувство тепла, никогда не улыбалась для него нежно, не была с ним в браке и не имела детей. Она наоборот, пахла дыбом спад трубки которую курила, кожа отдавала холодом подобно мертвецу, не создавала атмосферу спокойствия, не улыбалась для него по-доброму и не стала бы ради него рожать его ребёнка.

Эта мысль больно укоренилась в его голове, а на руке он заметил нить, которая освободит его от этих сладких грёз. Он понимал, что нужно уходить, но решил остаться ещё на немного, чтобы насладиться минутой его грёз.***- Где же она? - Яо Цзиньлун ускорил свой шаг, разыскивая место куда могла пойти гробовой жнец. Наткнувшись в какой-то момент на такую же нить как у него, он пошёл за ней, находя ту под деревом. Из её глаз капали кровавые слезы, а брови были в опущенном состоянии. Подхватившись, он поднял её с земли, потряхивая за плечи, пытаясь таким образом её разбудить, но все попытки были безуспешны. Когда он перепробовал всё, он решил не трогать её, а говорить. - Это всё сон. Этого нет в реальности... Просыпайся, чёрт тебя дери!

***

- Мастер, вы слышите какой-то шум? - мастер непонимающе уставился на ученицу, задавая вопрос.

- Какой шум?

- Что-то похожее на крик... - в голове раздавался неприятный звон, с каждой секундой становясь всё сильнее и сильнее, до тех пор, пока из ушей не стала капать кровь, а она смогла разобрать то, что слышала:

- Это всё иллюзия... Не реальность... - голос был переполнен страхом и волнением, пока в какой-то момент не стал переполняться злостью. - Просыпайся, чёрт тебя дери!

Картина резка потрескалась, превращать в осколки, а голова переполнилась забытыми мыслями. Мастер не был добр, не любил, не гладил её. Бамбуковый дом - это узница, в который её держали.

- Ха-ха-ха... сама же попалась в иллюзию... - Юби зло уставилась на мастера, который не рассыпался на части как все остальные, по-доброму смотря на неё. Смотря на причину всех её страданий, руки так и чесались разорвать того на тысячу кусков. Расхохотавшись, Юби из-под руки посмотрела на мастера. - Вот уж не ожидала, что я забуду на такую тварь как ты...

- Ты много страдала... - иллюзия говорила за мастера. Она имела сознание и видела как жила эта маленькая девочка, чувствуя сочувствие по отношению в ней. Она не хотела причинять ей боль, а лишь помочь справиться с ней. Несмотря на совершённые ею грехи, эта девочка пережила много боли, и заслуживает не полученной ласки. - Я лишь хотел помочь.

***

- Ах! - жадно глотая воздух, содрогаясь всем телом, Юби вырвалась из иллюзии. Из-за того что воздуха вошло много, она поперхнулась кашляя. Кое-как выровняв дыхание, Юби уставилась на Яо Цзиньлуна, всё ещё держащего её. Вырвавшись из нежеланных объятий, она с угрозой спросила: - Как много ты услышал?

- Ты лишь плакала. - что-то вспомнив, он протянул платок. - Вытрись.

Странно посмотрев на Яо Цзиньлуна, Юби всем своим видом показала зачем ей этот платок.

- У тебя вместо слёз шла кровь, поэтому пятна на лице остались.

- Понятно. - приняв платок, она достала из пространства немного воды, намачивая его и вытирая лице. Действительно, на платке оставались красные пятна в больших размерах. И я плакала ради какого-то червя? Просто смешно. Вспомнив о чём-то, Юби повернулась к Яо Цзиньлуну. - Спасибо.

Застыв на секунду, Яо Цзиньлну не мог поверить своим ушам. Она поблагодарила его? Вот уж точно чему удивляться нужно.

- Я не настолько уж не благодарная, чтобы не сказать спасибо спасителю. - она видела выражение лица Яо Цзиньлуна и сразу поняла ход его мыслей. Юби действительно имела большую гордость, но это не означало, что она не будет ему благодарна, если тот спасёт её. Просто до этого подобных ему людей не находилось. Были лишь противоположности.

- Пошли дальше. - кивнув, они вдвоём пошли дальше, больше не попадаясь под воздействие тумана, который просто рассеивался, когда замечал Юби.