— Командира нашли без сознания в кабинете, и ему сразу дали зелье, — начала рассказывать Мелиса. — Он быстро пришёл в себя, но на следующий день снова потерял сознание. И так продолжалось почти неделю. Мы забеспокоились и показали его врачу. Но причину найти не удалось, и его перевели на домашнее лечение. И вот с того момента зелья перестали действовать.

— Зелья не действуют?! — Джагги не смог скрыть удивления.

— Да, — с трудом сдерживая дрожь, кивнула Мелиса. Этче, сидевшая рядом, крепко сжала её руку.

— Из-за этого врач назначил другое лекарство. Но симптомы только ухудшались. Командир всё чаще терял сознание, и я уже не справлялась одна, поэтому позвала Этче помочь. В первый же день она заметила, что в лекарстве был яд. Мы немедленно дали противоядие, но... — Мелиса покачала головой, так и не договорив.

— А тот врач?

— Мы сразу велели его найти... Но он пропал. И заместитель командира, которому поручили это, тоже исчез.

Заместитель пропал? А я думала, он просто под чарами. Хотя... вроде бы уже говорили, что он числится пропавшим. Постойте, в деревне что, два заместителя?

— Простите... у командира два заместителя?

— Что? Нет, он один, — с недоумением ответила Мелиса.

— Но один заместитель под чарами, а другой пропал?

Мелиса нахмурилась, глядя на меня. Может я ослышалась.

— А... понятно. Раз заместитель пропал, временно назначили другого. Иначе в такой ситуации всё бы пришло в беспорядок, — объяснил Наргас.

Ага, значит, это был заместитель временно исполняющий обязанности. А я уж напридумывала... Не стоит усложнять и без того запутанную историю.

— Что?! Да кто он вообще такой? Мы впервые слышим об этом! — воскликнула Этче и обернулась к Наргасу. Мелиса согласно кивнула. На лицах у них было полное недоумение.

Наргас нахмурился.

— Не может быть... Неужели об этом даже не объявили официально?

— Судя по реакции Мелисы и Этче, не объявили, — отозвался Арли. — Мы всё это время были в лесу на задании, искали пропавшего заместителя. Поэтому и не знали.

Наргас схватился за голову.

— Но мы ведь тоже были под чарами, верно? Когда вернулись с задания, стали звать исполняющего обязанности просто заместителем и даже не задумались. Нам это казалось совершенно естественным, не так ли? — мрачно сказал Пиал. Джагги только кивнул в ответ.

Ситуация запутывается всё больше. Я сделала глоток чая, который налила Мелиса. Одно стало ясно, настоящий заместитель пропал, а исполняющий обязанности оказался под чарами. И всё, что должно было быть объявлено, не объявили. Вот почему деревенским не показалось странным, что командир и гильдмастер якобы враждуют.

— Эти чары ужасны. Мы до сих пор не нашли магический круг, что их наложил, — пробормотал Джагги. Наргас кивнул. Мелиса с Этче обеспокоенно переводили взгляды с одного на другого.

— А когда всё началось?.. — задумчиво сказал отец.

— Началось?.. — переспросил Наргас.

— Истоки всей этой проблемы. До того, как гильдмастер изменился под действием чар, не случилось ли чего-нибудь странного?

Больше двух лет назад. Только авантюристы и жители деревни могли бы помнить. Я глянула на всех, а они постепенно мрачнели. Что-то вспомнили?

— Не помню, — выдавил Джагги.

— Что?.. — воскликнули мы с отцом в один голос.

Значит, и их зацепила та же магия, что и нас тогда, в пещере?..

— Кажется, в памяти появились пробелы, — кивнул Пиал.

— Может, потому что прошло два года?

— Нет, даже для двух лет это странно. Ведь многое мы помним отчётливо... но и недавние события будто стерлись, — покачал головой Наргас. Лицо у него заметно побледнело.

— Возможно, воспоминания были стёрты, — сказал отец.

— Что?.. Такое возможно? — прошептал Наргас. Все уставились на отца.

— Да. С помощью магического круга возможно. Меня и Айви спасли до полной активации, но даже так мы потеряли часть воспоминаний.

Я подтвердила, кивнув.

— Значит... такой круг и правда существует, — пробормотал Пиал. В комнате повисла тишина. Каждый задумался о чём-то своём.

Мелиса и Этче, не сказав ни слова, принесли ещё чаю и лёгкие угощения, а потом тихо вышли. Они выглядели гораздо более уставшими, чем в начале.

В тишине всё так же мерно звучало шипение, Флэм продолжал лечение. Я глянула на командира. Он был недвижим, и хотя лицо его было скрыто полупрозрачным телом слизня, казалось, что выражение стало чуть спокойнее. А может, это всего лишь моё желание увидеть хоть какое-то улучшение.

— Всё будет хорошо, — сказал отец, не отводя взгляда от Флэма.

— Да... но как же долго это всё длится.

Прошёл уже час с тех пор, как Флэм начал лечение. Я впервые видела, чтобы оно занимало столько времени. От этой неизвестности тревога только нарастала. Отец положил руку мне на плечо, тепло от неё будто немного уняло волнение.

Тук-тук, тук-тук.

— Простите. Говорят, пришёл человек, называющийся отцом Наргаса, — заглянула Этче.

Наргас резко вскочил и выбежал из комнаты. С его уходом гнетущая атмосфера немного разрядилась. Я тихонько выдохнула. Эти тяжёлые разговоры давались мне нелегко.

— Что это?.. — Жинал, вошедший в комнату, глянул на Флэма, потом перевёл удивлённый взгляд на меня. Следом вошёл Фише.

— Мы хотели использовать зелье, но Флэм сам принял решение действовать иначе. А ещё... на командира больше не действуют зелья, — коротко объяснил отец.

Глаза Жинала удивлённо расширились. Наргас уже тащил откуда-то стул.

— Похоже, разговор будет долгим. Садитесь, — сказал он.

— Мы собрали немало слухов. Будет полезно сверить информацию, — отозвался Жинал и облегчённо вздохнул.

Этче принесла ещё стулья, и все расселись, кто где хотел.

— Я вкратце опишу нашу ситуацию, — начал Наргас. Жинал кивнул.

— Похоже, мы частично потеряли память.

— Что?! — воскликнул Жинал.

— Серьёзно? — переспросил Гарет. Наргас кивнул.

— Если это не влияет на быт, вы могли и не заметить. Но всё же, насколько объёмны провалы? — обеспокоенно спросил Фише.

— Я не могу вспомнить, что было между гильдмастером и командиром два года назад. И в недавних событиях тоже есть белые пятна. Всё остальное, вроде в порядке, — рассказал Наргас.

— У меня примерно то же самое, — сказал Джагги. Арли и Пиал тоже подтвердили.

Что же произошло два года назад?.. Если память стерта, значит, это было важно. Но вряд ли мы когда-нибудь это восстановим, ведь у нас с отцом до сих пор имеются провалы в памяти.