До деревни Хатака осталось два-три дня пути. Но уже сейчас я замечаю, что папа как будто чем-то обеспокоен. И Сиэль с самого утра какая-то неспокойная.

— Что-то случилось? Ты с вечера сам не свой.

— Хм? Прости. Просто… кажется, с лесом что-то не так.

С лесом? Я огляделась. Весна в самом разгаре, из почек вылезают свежие листочки, повсюду суетятся звери. Лес будто ожил. Ничего странного.

— Я ничего необычного не чувствую.

Я пробовала охватить пространство и сосредоточилась, но не ощутила ничего тревожного. Где-то далеко был слабый след монстра, рядом маленькие зверьки. Но никакой тревоги.

— Прости, не хотел тебя волновать.

— Всё в порядке. Просто что ты чувствуешь? Сиэль тоже будто что-то уловила.

— Мяуу.

Папа смотрит на Сиэль. Она действительно с самого утра беспокойная.

— Даже не знаю, как объяснить. Вроде бы всё как обычно… но всё равно чувствуется что-то не то.

Чувствуется?

— Сиэль, ты знаешь, в чём причина?

Она молчит. Значит, нет.

— У тебя похожее ощущение, как у папы?

— Мяуу.

Пожалуй, только папа, с его опытом, и Сиэль, знающая лес как свои уши, могут почувствовать такое.

— А идти в Хатаку безопасно?

— По слухам, которые доходили до Хатахи, там, кажется, просто не ладят гильдмастер и командир стражи. Ничего серьёзного.

Гильдмастер и командир стражи не ладят? До этого мы побывали только в местах, где оба всегда сотрудничали. Интересно. Хотя… когда у руководства разлад, это всегда плохо!

— Это точно безопасно?

— Думаю, да. Посмотрим на месте, если обстановка будет плохая, уйдем.

— Хорошо.

***

С тех пор мы почти не спали и старались идти быстрее. Даже на привалах по очереди несли дежурство.

— Ты точно в порядке? За последние три дня ты спала не больше двух часов за ночь.

— Всё нормально. Я однажды прошла без сна пять дней.

Хотя, если честно, уже не помню, на каком именно я рухнула. На пятом? Или всё-таки на шестом?

— Пять дней? Так нельзя. Это слишком для твоего тела.

— Всё хорошо. Тогда я была одна. Сейчас со мной ты и Сиэль.

— Ну, тогда ладно. О, кажется, впереди ворота.

Я проследила за его взглядом, на фоне леса показались деревянные ворота. После ярких красок Хатахи эта деревня выглядит удивительно просто. Хотя, если подумать, именно так и должна выглядеть обычная деревня.

— М-м?

Пока мы шли, папа вдруг остановился и обернулся. Затем посмотрел в сторону, откуда мы пришли и внимательно вгляделся в лес. Я тоже огляделась, но, ничего. Ни следа монстров. Что он чувствует?

— Хм?

В этот момент моя сумка вздрогнула.

— Всё в порядке.

— Всё равно… не могу понять, что именно не так.

Он тихо вздохнул и положил руку мне на плечо.

— Пойдём. У меня плохое предчувствие.

Мы ускорили шаг. У ворот нас встретил стражник и приветливо улыбнулся.

— Добро пожаловать. Покажите, пожалуйста, удостоверения.

Мы достали гильдейские карты и получили разрешение на вход.

— Вот пропуск для вашей группы. Если потеряете, придётся купить новый.

Я взяла карточку и кивнула в благодарность. Папа наклонился вперёд:

— Простите, не было ли в деревне чего-то необычного в последнее время?

Стражник немного нахмурился. Похоже, всё-таки что-то произошло.

— Я сам не понимаю, но, похоже, авантюристы высокого ранга сообщили гильдмастеру, что в лесу происходит что-то странное.

Значит, не зря нам с самого утра было неспокойно. Я взглянула на папу, он о чём-то задумался.

— Удалось выяснить, что именно?

— Нет, пока неизвестно. Говорят, завтра собираются отправить отряд для разведки.

— Понятно. Спасибо.

Папа поблагодарил и первым шагнул в деревню. Я последовала за ним. Как и в других местах, за воротами сразу начиналась главная улица, по обеим сторонам которой тянулись лавки.

— Здесь как-то тише, чем обычно.

— Наверное, потому что до этого мы бывали в более оживлённых деревнях. Люди будто чуть менее живые.

Мы направились к лагерю, наблюдая за работой лавок и движением жителей. По расчётам, распри между авантюристами уже должны были поутихнуть, поэтому мы планировали поставить палатку именно там. Папа сказал, что окончательное решение примет на месте, но, судя по обстановке, всё будет в порядке.

— Вон там, кажется.

Лагерь оказался не слишком большим, но ухоженным. Там была кухонная зона, и воду можно было набирать свободно.

— Похоже, авантюристы уже успокоились.

На входе в лагерь папа остановился, окинув взглядом всё вокруг.

— Добрый день. Вы планируете остановиться в лагере?

Я подняла глаза, перед нами стояла женщина в такой же форме, как у стражника на воротах.

— Добрый. А как сейчас обстоят дела в лагере?

— Всё довольно спокойно. Зима выдалась тяжёлой, так что с началом весны многие отправились в другие деревни и города, где можно больше заработать. Бывают пьяные потасовки, но мы быстро их пресекаем, так что до серьёзных последствий не доходит.

— Благодарю. Можем ли мы воспользоваться лагерем?

— Конечно. Покажите, пожалуйста, ваш пропуск, я внесу пометку.

Мы достали тот самый пропуск, который нам выдали на воротах. Женщина положила его в небольшой короб, похожий на магический прибор, нажала кнопку и через пару секунд крышка открылась. Теперь на пропуске болталась тонкая чёрная нить.

— Эта нить — знак разрешения на использование лагеря.

— Первый раз вижу такое устройство.

— Хе-хе, оно редкое. Я даже немного горжусь, что оно у нас есть.

Значит, правда редкость. Я таких раньше не встречала.

— Если вдруг с чем-то возникнут трудности, не стесняйтесь обращаться. Меня зовут Паффи.

— Спасибо. Я Друид, а это моя дочь Айви.

— Очень приятно, Паффи. Надеюсь, мы с вами поладим.

— Конечно. Подходите в любое время. До встречи.

Мы попрощались с Паффи и пошли осматривать лагерь. Хотелось выбрать место для палатки ближе к кухне.

— А как насчёт вот этого места?

Я нашла довольно удобное место и указала папе.

— Хм… не стоит. Лучше вон туда.

Он показал чуть дальше, не так удобно, но, вроде, ничем не хуже.

— Почему туда?

— Потому что по соседству расположилась женская группа и семейная палатка.

Что? Я нахмурилась. У палаток рядом никого не было. Лишь столики, скамейки и немного посуды. Откуда он это понял?

— А как ты понял, что там семья и женщины?

Помогая ставить палатку, я задала вопрос. Папа указал на одну из палаток, возле неё сушились тарелки.

— Видишь? Там детские ложки и вилки.

Действительно, две пары детских приборов. Я видела, что посуда сушится, но не вглядывалась. Тем более, они почти не отличаются от обычных, заметно, только если подойти ближе. Я кивнула. Папа теперь показал на другую сторону. На столе там были корзинки с лентами, заколками и всякими мелочами.

— Ни одной вещи, типичной для мужчин. Это, конечно, только предположение, но…

Да уж, всё похоже на женский уголок. Я снова перевела взгляд на то место, которое предлагала сначала. Он и правда всё это разглядел оттуда?

— У тебя острое зрение.

— Самое обычное.

Вовсе нет.