────────────────────────

Розовоглазая дева наконец осталась наедине со своим возлюбленным. Симпатичный, высокий, с худым, но рельефным телом, с чёрными волосами, с каштановыми глазами парень.

Они сидели в обнимку и вместе глядели на персиковый закат.

Весенний бриз развеивал волосы девушки, как величественные флаги у главного замка короля.

— Мне так хорошо с тобой. – в нежнейшей улыбке расплылся Флиц, глядя на красивую Розали.

— И мне тоже. – затеснилась милейшая поближе к любимому.

Но недолго их счастье длилось.

Облака загустели, солнце спряталось за серой пеленой туч, а бриз перевоплотился в суровый ветер.

— Но почему бросила меня? – мигом изменился кареглазый в поведении.

Его глаза отражали трупный взгляд, сожаление, осуждение.

Юной леди стало не по себе, её сердце сжалось в страхе, она непонимающе смотрела на бледную кожу своего возлюбленного и всё никак не могла понять, почему он говорит такие слова.

— Я ведь не бросала тебя. – осмелилась она сказать.

— Тогда почему ты сбежала тогда? Почему тебя не было целую неделю? Где ты была, когда была нужна мне больше всего? Почему ты даже не вспоминала меня?!

Его голос стал звучать как нечто нечеловеческое. Его брови нахмурились, а руки потянулись к её шее. Он сжал свои пальцы и принялся душить ту, кого неимоверно любил.

Розали в слезах пыталась отцепиться от его мёртвой хватки. Воздуха не хватало, разум постепенно мутнел, глаза сами по себе начали закрываться, а конечности слабеть.

Та издавала кряхтящие звуки, в попытках глотнуть хоть немного кислорода, но его пальцы настолько сильно давили на горло, что воздух даже выйти не мог.

Минуту спустя, та окончательно замкнула веки.

────────────────────────

Свет.

Розовоглазая в холодном поту открыла глаза и вскочила, в панике держась за своё горло и жадно глотая воздух.

Никто не душит, она жива, а рядом никого нет.

— Проснулась наконец. – негаданно появилась Лилия за дверным проёмом.

— Это был всего лишь сон… – утвердила девушка, с облегчением хватаясь за сердце.

— Как ты себя чувствуешь? Тебе стало легче? – ласково подошла женщина с кружкой горячего напитка.

— Мне… Мне снился Флиц… – на её лице образовалась печаль, сожаление, вина.

Бабушка в сожалении бросила взгляд в сторону. Она хотела отвлечь девочку от мыслей об парнишке, но видимо, она его настолько любит, что даже во снах видит.

— И что же такого снилось тебе? – заботливо присела она рядышком, и принялась поправлять растрепавшиеся волосы девушки.

— Мне… Было страшно. Я думала он задушит меня. Он смотрел на меня страшными глазами, будто винит меня во всех несчастьях. Я так виновата перед ним…

В обычной ситуации, от такого морального давления девушка давно принялась бы пускать слёзы, но сейчас у неё было более-менее спокойное состояние. Словно, всё что происходит в её жизни, ничего серьёзного из себя не представляет.

— Ты ни в чём не виновата. – потянулась Лилия рукой к макушке гостя.

— Я ведь сбежала во время нашего свидания. Я поступила крайне эгоистично, пытаясь узнать его семейные проблемы. Мне стоило понять его и держать свои чувства в узде.

Лилия в этот момент устало вздохнула, она сомкнула пальцы в замочек, и смотря на пол, обратилась к Розали:

— Прости меня, но тебе следует забыть про Флица.

— Что…? – широко раскрыла глазки Рефрем, устремив их в сторону добрейшей соседки.

— Это ради твоего же блага, пойми. Если узнаешь правду, то ощутишь нестерпимую боль. Ты хорошая девочка, и я не хочу, чтобы твоя личность разбилась как хрупкий фарфор.

— О чём это вы? Я не понимаю. С Флицем что-то случилось? – разволновалась розововолосая.

Но в ответ она получила только гнетущее молчание.

— Если с ним, что-то произошло, то скажите мне. Я всё приму. Я буду спокойна, обещаю.

Но даже после этих слов, Лилия не стала размыкать губы.

— Почему вы мне не доверяете? Это же касается моего возлюбленного! Вам было бы приятно, если бы военные скрывали, что случилось с вашим мужем?

Эти слова эхом раздались в уме бабушки, не сумев сдержать свои эмоции, Лаврова еле заметно нахмурила брови и встав с кровати, направилась к выходу.

— Думаю, мы достаточно поговорили. Иди лучше домой и отдохни.

Старушка встала возле двери и приоткрыла в ожидании пока та уйдёт.

— Погодите, вы ведь так и не рассказали, что с Флицем. – встала девушка с постели и направилась к старушке.

— Я сама почти ничего не знаю, если хочешь получить точные ответы, то поговори с его дедушкой. А меня оставь одну, пожалуйста. – недовольно отозвалась Лилия.

Розали ощутила на себе недовольный взор хозяйки дома и виновато опустив голову, взяла свою сумочку, надела туфельки, и вышла из дома.

— Хорошего вам дня. – произнесла напоследок девушка, слабенько помахав ручкой.

А в ответ ничего не получила кроме громкого хлопка двери.

На этом, девушка виновато припустила взгляд и по совету Лилии, решила навестить дедушку Флица, который должен находится в штабе Агентства.

Пару часов спустя, та наконец доехала до Агентства и показав стражникам свой жетон Агента, смогла пройти через ворота крепости, где впереди её ждали открытые массивные двери главного корпуса штаба.

Пройдя по нужному пути, Розали попала в архив, где за своей стойкой, как ни в чём не бывало, сидел старик с толстенными очками.

— Добрый день. – обратилась она к старику.

Тот, разглядев посетительницу и узнав в ней ту самую Розали, нахмурил брови.

— Извини, мне сейчас не до тебя. – отрезал дед, взмахнув ладонью.

То ли умышленно, то ли из-за тупости, девушка проигнорировала его мягкий посыл куда подальше и продолжила говорить о своём:

— Я хотела узнать, что с Флицем…

— Я неясно выразился?! Я сказал: «Мне не до тебя»! – грозно стукнул архивариус кулаком по столу.

— Но ведь…

— Упаси меня Фемида от таких идиоток! Иди отсюда! – вскочил очкастый со своего места и пошёл к раздражающей девушке.

Он взялся за её плечи, повернул в обратную сторону и начал толкать к выходу.

— Погодите! Ну, пожалуйста! Скажите, что с Флицем! Вы единственный кто может дать ответ!

— Ничего я тебе не скажу! Забудь про моего внучка!

Розали начала сопротивляться, в попытках отцепиться от его мёртвого хвата, но старик был непоколебим и продолжал толкать к выходу.

— Я прошу вас! Выслушайте меня!

— Ничего выслушивать не собираюсь! Исчезни!

На этих словах, старик наконец-то вытолкнул девчонку из дверного проёма и быстренько захлопнув, запер дверь.

Девушке хотелось рыдать, плакать, выплёскивать все свои эмоции через плач как обычно она делает, но сейчас, почему-то этого не хотелось делать. Она не могла себя заставить рыдать. Теперь ей приходится оставаться с нагнетающими мыслями наедине, без возможности заглушить их слезами.

Может это на неё чай Лилии так подействовал?

И всё же, присев у дверей в архив, та упёрто начала ждать пока дверь откроется и снова появится возможность поговорить со стариком.

Прошло 30 минут, час, два часа, а дверь так и не отперлась.

Девушка совсем забыла про счёт времени, она сидела у стенки, обхватив согнутые ножки руками, а голову положила на коленки, смиренно ожидая нужного часа.

За окном виднелось солнце, что было на пути конца дневного цикла.

Оранжевые лучи светила освещали коридор, одаривая теплом девушку.

Были слышны шаги, что проносились мимо неё, но никто так и не обратился к ней.

В один момент, очередные шаги умолкли прямо напротив розовоглазой, и послышался очень знакомый голос.

— Розачка, это ты?

Новенькая узнала в голосе Сисилию.

Она подняла свой взор вверх и убедилась в своей догадке.

— Господи, Розачка, почему ты тут сидишь? Пол ведь холодный, попу отморозишь. – попыталась синеглазая блондинка поднять подругу с пола, но тут же ощутила сопротивление и поэтому отпустила знакомую.

Розали с уставшим видом смотрела на подругу, с которой давно не виделась, и дала приглушённый ответ:

— Я должна ждать.

— И кого ты ждёшь? – непонимающе спросила Сисилия.

Розововолосая недовольно нахмурилась.

— Ты ждёшь Флица? Он твой друг?

Но та ничего не ответила.

— Мне так жалко этого парня. Он был очень симпатичным. – опечаленным видом вздохнула синеглазая.

Розали вскочила с места, и схватившись за плечи Ляпис, громко задала вопрос:

— Ты знаешь, что с ним?! Скажи, пожалуйста!

Обескураженная резкими движениями подруги, блондинка вздрогнула и потянула голову назад. Но как успокоилась, Сисилия нервно, неуверенно отвела взгляд в сторону в нежелании смотреть в глаза своей подруги.

Почему она вдруг начала испытывать стыд и горькое сожаление? Воронцова сама не понимала своих чувств на данный момент. Этот парень скорее всего очень важен для неё. И стоит рассказать всю правду.

С этими мыслями, синеглазая славянка начала строить предложения в голове и тут же транслировать их через уста.

— А… Эм… Я позавчера патрулировала райончик третьего круга с сотоварищем, как вдруг, заметили простолюдина, прыгающего по крышам. По его телу бегали оранжевые искры, а скорость была нечеловеческой. Мы без промедления погнались за ним. Во время погони, то и дело он пытался схитрить, и всегда знал где мы находимся, хотя у моего напарника есть способность полностью скрывать своё присутствие. Даже Руби его ни услышат, ни почуют. Так или иначе, нам удалось с горем пополам поймать его. Когда же мы с Карсом взглянули на лицо нарушителя, то узнали в нём помощника архивариуса.

Сисилия всё это рассказала печальным тоном, ни разу не подняв глаза. Ей было стыдно смотреть в глаза этой совсем юной подружки.

А что до самой Розали… Она пыталась за максимально краткое время переварить всю ту информацию, что получила только что.

«Сисилия случаем не ошиблась? А вдруг это был кто-то другой? Это ведь не мог быть он! Флиц не стал бы просто так бегать по крышам в зене! А что, если она права? Откуда Флиц стал эвирдитом?»

Нагнетающие мысли всё больше заполняли бедную головушку юной Тальк (1).

— И куда вы его повели? Это точно был Флиц?

— Мы его повели в штаб Юстиции… Вроде… Или куда-то в другое место? – неуверенно отозвалась сисястая почёсывая репу.

— Вроде?! Ты даже не помнишь куда вы его отвели?! – на удивление Апатита (5), повысила голос новенькая.

— Не повышай голос на меня! Обычно я всё запоминаю, но именно этот момент не могу вспомнить! – в ответ повысила голос блондинка.

Стоило только подруге выпятить свою большую грудь, нахмурить брови и впервые издать строгий тон, как Розали тут же зажалась, аки маленький зайчонок перед голодным волком.

— Прости… Прости меня… Я сейчас не в себе… – издала мягкий, виноватый тон низкая подруга. Она опустила подбородок, зажалась в себе, и сомкнула пальцы на груди.

— Ой… Божечки. Я так сильно испугала тебя. Это ты меня прости. – потянулась Сисилия в ласковые объятия к Розали.

Будучи закованной в объятиях этой грудастой особы, лицом втыкая меж двух бидонов, Рефрем тихо произнесла:

— Значит ты действительно не помнишь куда его увели?

— Это очень странно, что я не помню. Вроде только позавчера его ловили, а ощущение такое, будто это было десятки лет назад. Всё как в тумане.

— Хорошо. Спасибо, что сказала. Я пойду. – на этих приглушённых, мрачных словах, Розали отцепилась от объятий Воронцовой и направилась к выходу.

— Только не говори, что собираешься идти спасать его. – неожиданно бросила меткие слова Апатит (5).

Тальк (1) остановилась, повернулась к подруге, и заверила:

— Если его посадили, то я просто проведаю его. Главное, чтобы с ним было всё в порядке.

— Ну смотри. Приказы вышестоящих не оспариваются. Жаль конечно, но если они решили мне стереть память, то так надо. Они делают всё для всеобщего блага.

— Хорошо. Спасибо за совет. – тихо произнесла девушка и продолжила путь к выходу.

Час спустя, девушка добралась до штаба Юстиции.

Обширная площадь перед огромным белым зданием, заполненная местами газоном, разноцветными цветами и деревцами причудливых форм животных и фигур.

Мраморная брусчатка, что блестела как зеркало, вела прямиком к ступенькам, поднявшись по которым, можно было лицезреть открытые массивные двери с изображёнными на них узорами.

Розали вошла внутрь и ахнула от интерьера, который так и кричал о своей дороговизне: сочетания белых стен с кристальными витражами, рассказывающие историю Виолины. А на стене в конце обширного помещения, было высечено изображение самой Виолины Арийской, держащая в руках небесную сферу.

А чуть ниже была выгравирована надпись «Purifica animam tuam. Mentem tuam purga. Munda hunc mundum» (Очисти свою душу. Очисти свой разум. Очисти этот мир)

Посередине помещения находилась административная стойка, за которым находился съёжившийся мужчина, которому никак не сиделось на месте, и он то и дело дёргал плечами будто, сражается со змеёй под ногами.

— Боже мой! Когда она вернётся?! Я уже не могу терпеть! Сейчас обоссусь! – недовольно пробурчал себе под нос парень. И тут же заметил подходящую к нему милейшую красотку.

Так! Соберись! Перед такой милашкой надо показать себя с лучшей стороны!

На этом, администратор выпрямил осанку и исправил лицо на более уверенное.

— Здравствуйте, чем я могу помочь? – и в голосе изменился парень.

— А… Вы не подскажите, что случилось с Флицем Камишем Эмбер? – ласково обратилась девушка к нему.

Критический удар!

Сердце администратора забилось в бешенном темпе, ладошки, что как плотина сдерживали надвигающийся потоп, запотели, а зрачки расширились.

Этот милейший голосок в сочетании с миленьким, неуверенным личиком.

Парень, оклемавшись от всяких фантазий, достал из полочки снизу какой-то журнал и начал водить пальцем по страницам в поисках нужного имени.

— Флиц Камиш сейчас находит… – в миг остановился парень и заметив кое-что на странице, мигом поправил себя — Ой! То есть… Мы ничего не знаем по его поводу. Просим прощения.

Рефрем заметила неладное в его поведении, но не подала виду. Тут явно что-то не так.

— На этом, мне придётся отлучиться. – всё-таки не стерпев, парень помчался в сторону уборной.

И вот. Она стоит за пустующей административной стойкой. Прохожим абсолютно наплевать на неё, а перед ней лежит какой-то журнал.

На всякий оглядевшись по сторонам, Розали взяла журнал и повернула к себе.

Этот парень точно что-то скрыл. Кто бы стал записывать имена людей, не имеющих никакого отношения к Юстиции? Значит на этих страницах точно есть информация про Флица!

С каждым номером строки, с каждым именем, сердце юной Тальк (1) билось всё сильнее и сильнее.

Имена сменялись именами, но знакомого так и не было видно.

Первая страница закончилась. Розали принялась прочёсывать вторую.

И наконец, её палец остановился на середине листа.

54. Имя: Флиц Камиш Эмбер. Дата поимки: 29.02.1220. Статус: P1

P1? Что это значит?

Аметист встала в ступор. Она не понимала значение данного кода. Но поняла одно: Флиц ещё жив. А значит, его ещё можно спасти. Вот только как его найти?

Она вернула журнал в изначальное положение, отошла от административной стойки и стала размышлять.

Стрелочки часов на стене каждую секунду меняли своё положение на 1/60 от окружности. Секунды превращались в минуты, а минуты складывались в несколько. Девушка решила выйти наружу и подышать свежим воздухом, и стоило ей только высунуться из дверного проёма как краем уха услышала непримечательный голос справа:

— Господи! Когда же она придёт? Мне нужно своими делами заниматься, а я до сих пор жду пока эта шмара придёт проверять всех P1.

Розали резко повернула голову сторону источника звука и увидела двух взрослых мужчин, что стояли в сторонке и курили.

— Да ничего, скоро объявится. Я слышал, что она выглядит как маленькая девчонка. Так что если к тебе подойдёт такая, то не вздумай прогонять, вдруг это она. А-ха-ха-ха! – засмеялся второй мужик.

— Да причём тут её внешность? Чтоб не впустил кого попало к P1, для этого и нужны пароли.

Совершив очередную затяжку никотинового наслаждения, второй мужик засмотрелся вверх, вспоминая:

— Напомни, как он там звучал? «Свет озаряет мою нутру»?

Делая очередной затяг, первый поперхнулся и чуть не проглотил свою сигарету. А затем схватив своего друга за шиворот, озлобленно процедил, на всякий оглядываясь по сторонам:

— Идиот! А если кто-то услышит?! Ты хоть головой думай! Услышал бы тебя мистер Редхорс – придушил!

К счастью, Розали находилась вне поле зрения этих двух, поэтому они абсолютно не знали, что их подслушивают.

Через несколько минут, те закончили перекур и каждый направился по своим делам. Тот высокий блондин, который ожидал нужного человека, встал у входа в служебное помещение оглядывая каждую, в надежде, что кто-то из них окажется нужным человеком. А второй удалился в глубь здания.

Прошло ещё несколько минут, и наш блондин заметил, как в его сторону направляется совсем юная на вид девушка. Всё как говорил его друг. Коллега говорил, что она будет выглядеть как подросток, но он точно не говорил, что она ещё будет такой красивой и милой!

В его голове заиграли мужские инстинкты. Ему захотелось показать себя с лучшей стороны. Вдруг они сдружатся и ему перепадёт?

Блондин выпрямил осанку, выпятил грудь и расправил плечи.

Розали же, надев актёрскую маску строгого человека, в уверенной походке подошла к нему и произнесла полуголосом:

— Свет озаряет мою нутру.

Но тот, подозрительно оглядывая эту девушку, которая злобным, уставшим взглядом прожигала его, задал вопрос:

— Назовите людей, над которыми будете проводить осмотр.

— Флиц Камиш. – чётко ответила девушка.

— Я сказал: «людей», а не только одного человека. – подозрительно прищурился высокий мужчина.

Розововолосая закатила глаза, скрестила руки на груди и недовольно цокнула.

— Я что, должна помнить имена всех осматриваемых?

— Вы меня поймите, я задаю эти вопросы исключительно ради безопасности.

— Тогда зачем вообще придумывали этот пароль?

— Назовите имена. – всё так же стоял на своём мужчина.

Рефрем недовольно проворчала, достала из своей сумочки какой-то блокнот и стала «зачитывать» имена.

— Кайл Роджерс Ашир, Миранда Ван Эмбер, Виктор Чайников Ляпис. Довольны?

Пусть и казалось, что она читает из блокнота, но на самом деле странницы пустовали. Она читала имена прямиком из своей памяти. Ей было достаточно отмотать время до того момента, когда она искала имя Флица в журнале, и найти имена, где стоял статус P1.

— Ага… Всё верно… – почесал свой подбородок мужик.

— Вы меня впустите наконец? – стала нервозно топать ножкой Рефрем.

— Задам ещё один вопрос. – как на зло произнёс блондин.

— Слушай меня, ты! Я и так сегодня вся на нервах! Моего мужа уже несколько дней не видать! Дети плачут, спрашивая меня «где папа?»! Ни полиция, ни штаб Разведки не понимают, где он и жив ли вообще! – в гневе повысила голос Розали, а в последнем предложении так вообще начала пускать слёзы, вместе с этим шмыгая носом — А я ещё тут тебе должна отвечать на тупые вопросы! Ты хотя бы своё время уважаешь?! Дай мне закончить свою работу поскорее! Или давай пойдём к мистеру Редхорсу, раз уж ты мне не доверяешь! Посмотрим на то, как он будет тебя отчитывать! И я постараюсь, чтобы тебя в должности понизили!

Ощущая на себе весь стресс, что из себя выливает эта женщина, блондину стало не по себе, в его ум закралась вина. Уж лучше стоит уступить ей.

— Ладно-ладно. Успокойтесь. Не надо ничего говорить мистеру Редхорсу, пожалуйста. Пройдёмте за мной. – его строгость как ветром сдуло. А его надежды на отношения с ней исчезли как его отец.

Добившись своей цели, Розали принялась вытирать свои слёзы, следуя за этим мужчиной.

— Кайл Роджерс, Миранда Ван и Виктор Чайников были привезены из других городов Виолины. А вот Флиц Камиш был пойман в столице. Вы наверняка слышали новости об этом инциденте.

— До меня новости ещё не доходили. Мне было не до этого. – сохраняя свой образ, недовольно отозвалась розовоглазая.

— В общем, в третьем кругу было объявлено чрезвычайное положение. Вы бы видели эту кровавую баню, что устроил Флиц. Сотни разрушенных домов, тысячи жертв со стороны мирного населения, и десятки эвирдитов Агентства, Юстиции и Горнизона были убиты им. И только Герои смогли остановить его буйство.

Не веря своим ушам, Розали выпучила глаза, задаваясь вопросом:

— Что…?

Но ведь… Сисилия говорила о совсем другом! Там не говорилось ни о каких жертвах, ни о смертях, ни о разрушениях! Обманщица! Как она могла так поступить?! Хотя… Может быть ей промыли мозги? Тогда почему оставили воспоминания о Флице? Как всё до этого дошло? Почему Флиц совершил все эти ужасные деяния? Его же не казнят? Его же не посадят?!

С каждой секундой Розали волновалась всё сильнее. Она не могла больше терпеть. Она хотела увидеть своего возлюбленного здесь и сейчас! Если он будет приговорён к казни, то Рефрем просто так этого не оставит! Она спасёт его! А как дальше быть, придумает потом.

И спустя пару минут, зайдя в самые глубины подвалов Юстиции, они прошли в хорошо защищённые коридоры, металлические двери и стены, много стражи с причудливыми предметами, которые абсолютно не похожи на оружие.

Эти двое проследовали по запутанным коридорам, и вошли наконец в одно из помещений, где, будучи прикованными толстенными цепями, с толстенными блокираторами на шеях, как бездушные овощи, лежали четыре человека.

Их глаза были полны мрака, или же… абсолютно пусты. Они ничего не воспринимали вокруг себя, ничего не ощущали, ничего не слышали, ни на что не реагировали.

И одним из них был тот самый некогда весёлый, добрый, ласковый парень, которого Розали любила всем сердцем.

— Флиц… – не сдержав чувств, Аметист кинулась к своему любимому в слезах выкрикивая его имя — Флиц! ФЛИЦ! ФЛИИЦ! ОТВЕТЬ! ПРОШУ! ЧТО С ТОБОЙ СЛУЧИЛОСЬ?! ПОЧЕМУ ТЫ ЗДЕСЬ НАХОДИШЬСЯ?!

— Мисс Новак? – протянул блондин руку к девушке.

Но та совсем не замечала постороннего в помещении.

— ФЛИЦ! У-У-А-А-А! ОТВЕТЬ! ЭТО Я – РОЗАЛИ! Я ПРИШЛА ЗА ТОБОЙ!

Сквозь громкие возгласы, та издавала рыдания полные горя. Она не понимала, что с ним, почему он тут и как это исправить.

Но тот даже ухом не повёл, его мёртвый взгляд никак не менялся, а его глаза всё так же были устремлены в пустоту.

— ЧТО ВЫ С НИМ СДЕЛАЛИ?! – в миг бросила хищный взгляд в сторону мужчины, прижимая голову любимого к груди.

— Как «что»? Всех полезных одержимых отправляют сюда и лишают разума, чтобы не буйствовали. – негодующим голосом ответил тот.

— Одержимых?!

Та не понимала о чём он говорит. Как Флиц мог стать одержимым?! Это ведь невозможно!

А тот начал понимать, что она никакая не мисс Новак вовсе. Нужно предупредить начальство. Нет! Он сам решит проблему! Если скажет своему руководству, то одним только выговором не отделается.

Поэтому тот подошёл к ней и уже думал лишить сознания. Как заметил, что волосы девушки покрылись нежным, тусклым, бирюзовым пламенем, а миг спустя, пламя перевоплотилось в яростный огонь, а бирюзовый сменился розовым.

Всего пара секунд, а этот мужчина уже лежал без сознания у стенки.

— Не бойся… Флиц… Я вытащу тебя отсюда. Я излечу тебя! Мы же хотели приобрести большой дом для всех нас, помнишь? Будем каждый день играться во дворе с Фиалкой, Камиллой, Вильямом, Гарольдом, Симоном, Гектором и Элеонорой… Все вместе будем счастливы. У нас будет своя счастливая семья…

Она взялась за цепи, одни концы, которых были прикованы к нему, а другие к стене, сильно сковывая его движения, и стала пытаться разорвать.

Но как бы та не старалась, эти цепи отказывались поддаваться.

Поэтому она попробовала один из звеньев нагреть своим пламенем настолько горячо, насколько ей позволяют способности.

100 градусов. Ничего не происходит.

500 градусов. Та же картина.

1200. Металл начал испускать тусклый бардовый свет.

1700. Звено достаточно накалилось, но этого не было достаточно для деформации.

2500! Тут-то наконец звено начало поддаваться и потихоньку деформироваться.

Розали, накалив металл до такого состояния, совсем не ощущала жар, так как её способности позволяли ограничить распространения жара в области. И эту область она выбрала настолько маленькую, чтобы жар ничего не нагревал кроме нужного звена.

Спустя десяток секунд спустя, наследница Рефрем наконец смогла разорвать цепь.

Она пала на холодный металлический пол и стала жадно поглощать воздух.

Вот и свобода!

Со слезами на глазах, с пылающими волосами, Розали взяла бездушное тело возлюбленного на руки и распахнув тяжёлую дверь не менее тяжёлым пинком, помчалась мимо стражников прямиком к выходу. Люди даже понять не успевали, как девушка с телом парня на руках исчезала с их поля зрения.

Она выбралась в главный холл, где на своём месте, мирно сидел тот самый парень администратор.

Она выбежала из здания и помчалась по крышам в неизвестном направлении.

— Вот мы и на свободе, любимый. Всё будет хорошо. Вот увидишь! – со слезами на глазах, с широчайшей улыбкой посмотрела она на пустое лицо Флица.

Некоторое время спустя, та остановилась на одной из крыш, максимально далеко от штаба Юстиции. Тут её не должны найти. По крайней мере так скоро.

Розовоглазая уселась на коленки и уложила на них голову кареглазого, ласково поглаживая того по голове.

— Наконец-то мы с тобой наедине, Флиц.

Ей никто не ответил…

— Я обязательно вылечу тебя.

Ей никто не ответил…

— И мы будем жить счастливо со всеми.

Она очередной раз принялась пускать бусины прозрачной жидкости по щекам, но, как и в прошлые разы, ей никто не ответил…

— Мы будем вместе готовить, убираться, кушать, читать книжки и учить Фиалку письму. Ты только потерпи. Я что-нибудь придумаю!

В ответ всё то же молчание.

— Прости меня пожалуйста. Я во всём виновата.

Ей было невыносимо больно смотреть на Флица в таком состоянии. Он был словно безжизненная, никому не нужная, выброшенная кукла.

Он мог только тихо сопеть и периодически моргать, дабы глаза окончательно не засохли.

Солнце потихоньку начало сменяться луной. Серебристым полотном укрылся небосвод, рисуя на себе звёздные веснушки. А хладный ветер с востока, развеивал волосы двух влюблённых, неся за собой весть о надвигающейся непогоде.

Она, в слезливой улыбке поправила его чёлку, в горе приобняла за голову и тихо произнесла, пуская реки слёз:

— Я люблю тебя…