Вечер наступал, пробуждая огни недавно построенного города. Сидя за барной стойкой, я размышлял о случившемся за эти чудные годы. Славные времена сейчас, что для меня, что для нашей культуры в целом. Если вдаваться в подробности, то выходит, что я старше этого заведения. А ведь когда я родился, вся эта космическая гонка уже шла больше столетия. Кажется, что тогда все стали забывать о проблемах вокруг, под ногами, грезя о городах здесь. Когда строили это здание, я скорее всего учился читать и ещё слушался родителей, земля им пухом.

Смотреть на небо и знать о том, что где-то в этой чернейшей пустоте есть кто-то – непривычно до сих пор. Возможно, дело кроется в том, что я из первых поколений, рождённых уже после посадки «Полярис-17», или всё из-за того, что моим воспитанием занимались недалёкие люди. Кстати, говорить плохо о родственниках – это у нас семейное.

С того момента, как я несколько лет назад занял пост начальника службы безопасности на 9 участке, мне стали платить деньги не за то, что отгоняю всякий сброд от объекта, а за руководство теми, кто это делает. Работа не самая приятная, одна бумажная волокита и сотня мелочей сверху. С проектом «УТВиП», и всеми новинками от НТК, стало куда беспокойнее. Если рассуждать, то кто ещё мог занять данную должность? Да, я единственный, кому здесь за сотню лет, почетный выпускник Лас-Велийского Технологического Института и тот, кто имеет хоть маломальские юридические познания, благодаря курсам, которые вообще-то обязательны!

А всё-таки, не признать положительную сторону устройства на моей руке сложно, ведь я и дня без неё не могу, реклама у неё забавная, но пугающая чутка была, если задуматься. Хотя всё равно сам ловил себя за напеванием мелодий из неё.

Та версия ПКС, что у меня сейчас, какая-то странная, хотел конвертер энергии заменить, а в магазине знать не знают, что за модель у меня, пришлось самому выкручиваться. Предложили поменять, но я отказался, уж больно памятным стал для меня именно этот образец, но вспоминать причину не сильно хочется…

Я оглянулся в поисках своей любимой, но ничего не изменилось, как не было, так и нет. Если бы мне двадцать лет назад сказали, что я буду пить одни молочные коктейли, то я бы серьёзно засомневался в ментальном состоянии собеседника. Интересно, здесь есть молочные фермы? Серьёзно, чем больше я его пью, тем страннее он мне кажется.

Не совсем понимаю эти нововведения в сфере питания и здравоохранения. Видела бы это Императрица, в гробу бы перевернулась. Хотя, она уже там крутится не одно столетие, ведь, где ей ещё, собственно, крутиться, после «Теракта в Вечном городе».

Первый и единственный случай, когда кто-то применил нейтронное оружие на мирном населении. Само это событие я конечно не застал, но произведенный эффект сложно переоценить. Вину за всё случившееся взяла организация, противостоящая набирающей темпы космической экспансии. Многие после этого обратили всё внимание на крупные и мелкие космические программы, дав всему заметный толчок. Жаль, что мои родители были из числа тех, кто воспринял посыл и решил «отказаться от технологий». Не могу представить, как бы я отреагировал, увидев, как падают башни своей столицы и умирают миллионы, но… Разве такое не происходит в масштабах всего мира, но из-за куда менее драматичных причин? Не знаю, цинизм это был или что-то ещё, но во времена своей молодости это вынудило покинуть отчий дом и связать свою жизнь с этими самыми технологиями в ЛВТИ.

Своя столица есть и здесь, но такой статус у неё чисто номинальный, ибо вся жизнь сосредоточена вокруг УТВиП и их строительства. Было бы более удивительно, если моя работа не была связана с УТВиП, но даже для меня удивительно, что я оказался так близко к ней.

С самого момента назначения у меня всё чаще возникает вопрос «А что будет после их постройки?». Столько лет, а никакой конкретики, довольно странно. Да, многие из тех, кто сейчас работает над ними уже закреплены за рабочими местами на станциях, да и я. Должно быть здесь станет куда тише.

Но беспокоит ещё и то, что не так давно была объявлена новость об уходе главы НТК со своего поста. С ним я не знаком лично, но, по слухам, его вклад в каждый из проектов был неоценим и представить будущее корпорации после него сложно. И насколько ему легко будет начать жизнь с чистого листа в свои двести сорок шесть?

///

Находясь где-то в своих мыслях, я и не заметил, как кое-кто бесшумно зашёл на мою спину. Всё что я успел увидеть, это край фиалкового платья, мелькнувший на границе моего зрения, перед тем, как мои глаза были закрыты тонкими и нежными пальцами.

— Ты ни за что не угадаешь, что я хочу тебе подарить. – сказала та своим задорным голосом.

— Конечно нет, ведь всё что я хочу, это просто отдохнуть. – пробубнил я, погладив её по рукам и освобождая свой взор.

— Ты всегда уставший, это не честно. – она наигранно обиделась и ущипнула меня за мочки ушей.

Обняв меня, она легко и непринуждённо подняла саму себя, усадив на стул рядом со мной, но не давая мне повернуться, ведь за её спиной что-то определённо витало.

— Может расскажешь, что тебя подвигло сделать такой неожиданный подарок? – сказал я мягко, с долей напускного недоверия.

— Разве подарок требует повода? – сказала она, радостно хлопнув в ладоши.

— Если только не вспоминать тот случай 12 лет назад, когда я потратил все свои отпускные на… – начал я печально-насмешливо.

— Пожалуйста, не напоминай мне об этом, мне ужасно стыдно, и я уже!..

В ответ на её реакцию я смог только улыбнуться, а она улыбнулась в ответ.

Ослабив свою хватку, она развернула меня к себе и наши глаза оказались на одном уровне.

— Немного поговорив с кое-кем, я узнала, чего ты хочешь на день рождение и купила… – из-за затылка Софи вылетел подарок, обёрнутый подарочной упаковкой. – ПКС с усиленным композитным корпусом CZ2, до официального выхода которого ещё значительное время.

— Да быть не может! – воскликнул я. – До выхода такой версии ещё же целая вечность. Как ты вообще смогла такую достать? – в ответ на этот вопрос она лишь загадочно улыбнулась. – Можно взглянуть?

— Конечно, милый! – она развела руками в стороны, и из них вылетели конфетти, состоящие из небольших

Увидев радость на моём лице, она засверкала сама и попала в мои крепкие объятья на мгновение. Она одарила меня долгим поцелуем. Всё же, это ещё один её талант, помимо организаторского.

— А почему ты ещё не переоделся? Ты даже домой не заходил? – спросила она, оглядев меня.

— Чем ближе к завершению, тем больше работы. В последнее время ещё много всяких странностей происходит. – немного устало и растянуто ответил я.

— И ты конечно не можешь сказать ничего конкретного? – она была права, ведь рассказать больше я не мог и только кивнул.

— Твоё мероприятие как прошло? Всё так же скучно?

— Да, всё именно так. Единственное, почему я взялась за организацию чего-то настолько крупного, так это возможность получить этот самый ПКС. Не поверишь, с кем я сегодня только не виделась.

— Не домогалась хоть сегодня? – она отвела взгляд.

— Честно – ни разу.

Я наклонился, следуя за движением её глаз, чтобы оказаться там, куда она смотрит, внимательно изучая её лицо.

— Ты не умеешь врать. – тихо прошептал я и она уткнула взгляд в пол с кривой улыбкой.

Свет внутри помещения почти незаметно моргнул, но всё равно, это заметили почти все посетители, исключая Софит.

— Лучше нам поехать домой, а то не ровен час, когда здесь ещё одно отключение случится.

Софит подняла голову и непонимающе посмотрела на меня.

На улице нас обдувал холодный ветер. Быстро сняв верхнюю часть своей рабочей одежды, я поделился ею с Софит. Как и ожидалось, как только мы вышли, электричество покинуло город, или, только его восточную часть, знать об отключении в других районах наверняка, я пока не мог. Исключением были уличные фонари, у них была отдельная линия с запада, а отключение, как обычно, шло с северо-восточной линии. Мне то было известно то, отчего подобное происходило, но поделиться этим с окружающими я не мог. Хоть свет и пропадает на пару минут, но я уверен, что, когда-нибудь это продлится куда дольше. Прокладка новой линии продвигается достаточно неспешно, что несколько разочаровывает.

Не успели мы сделать и десяти шагов, как из машины на обочине, меня позвал по имени знакомый голос. Из сине-белого авто со служебными номерами и красующейся символикой НТК на капоте и дверях, выскочила фигура с пепельными крыльями и оранжевыми волосами, в которых контрастировала полоса лазурного – это был сонный Рик, одетый уже в повседневную рубашку и штаны, в которых я его не сразу признал.

— Эй, тебя не учили хорошим манерам?! Я не могу дозвониться до тебя добрую половину дня. – потягиваясь и разминая крылья, подлетел он ко мне.

— И тебе привет, Рик. Извини, по привычке выключил, чтобы всякие не отвлекали. – обратив внимание на авто позади, я указал на него. – Откуда у тебя это аэро? – сказал я, сдерживая легкую неприязнь и стараясь быть более вежливым с ним хотя бы при Софи.

— Ты так быстро ушёл сегодня, что никто не успел передать тебе о выделенном транспорте. Ты не получал извещений?

— Ни единого. Это довольно странно.

— Да, я тоже так подумал, пока не вспомнил про авторизационные коды, что ты мне дал. Из-за них, я последние пару дней получал все твои уведомления. – немного виновато он опустил голову и прижал сильнее крылья.

— А то я думал, чего так тихо стало. – процедил я через сомкнутые зубы.

— Никак времени не находилось, чтобы зайти к тебе и разобраться, понимаешь? – он нервно хихикнул.

— Ууу, я прекрасно понимаю, но должно быть это и есть причина, по которой я не оставил тебя на позиции своего зама. И по этим кодам ты взял машину, верно?

— Да, я ещё!.. – начал он толи с воодушевлением, толи с большой виной.

— Не говори лучше, я сам потом всё посмотрю и сменю их.

Подойдя к машине и проведя рукой рядом с дверью, она опознала меня и открылась. Взглянув на свою жену, я кивнул ей, чтобы и она садилась, на место пассажира. Ещё до того, как я включил её, Рик подошёл к окну и постучался. Мне искренне хотелось его проигнорировать, но наличие рядом Софит и её взгляд не позволяли сделать это мне со спокойной душой. Стекло медленно опустилось.

— Знаю, я говорил, что такого больше не повторится, но…

— Ты поссорился с Руби, и она тебя выгнала? – невесело предположил я.

— Да… И она «случайно» запустила стул в окно. Теперь ждать замены противоударного пакета…

— Желаю уда!.. – начал я весело, попытавшись закрыть окно. Прервала меня только рука Софит.

— Сегодня у нас ужин вместе с Кэт и Эм. Не хочешь ли присоединиться? – спросила она игриво, оказавшись на моих коленях.

— Если ты приглашаешь, было бы здорово. – ответил он обрадованно и растерянно.

— Ты ведь не возразишь мне, да? – она легла спиной на мои колени, посмотрев на меня снизу-вверх.

Проблем с тем, чтобы отказывать, у меня не было, но из правила было одно значительное исключение – и оно лежало прямо на мне.

— Всё бы ничего, но тут только же два места. Тебе надо будет заказать такси. – моё настроение чуть поднялось.

В ответ на такое замечание Софит быстро сменила позицию, оказавшись уже в сидячем положении на моих коленях. Теперь не только моё настроение приподнялось.

— Это решение проблемы?

— Хотелось бы сказать, что нет, но увы. – я тяжело вздохнул, уткнувшись в её плечо.

///

Выйдя с парковки, мы оказались в холле нашего дома, где висела большая люстра, высотою в два этажа. Вокруг светящегося стержня парили различные полупрозрачные геометрические фигуры, которые в определенный момент составляли контуры, схожие с контурами УТВиП третьего типа. Работа и жизнь заводила меня во множество жилых зданий, где были и другие фигурные люстры, но такая была лишь здесь.

Отключение основного освещения застигло нас в ожидании лифта. Лифт не прекратил своё движение, но несколько замедлился. Стены и проходы холла в этот момент освещались одним только столпом света, бросая на стены тени. Свечение никак не изменилось, но из-за потери питания, движение витающих узоров стали хаотичными. Это далеко не первый год моей жизни в этом доме, но такого я не видел, но испытывал чувство дежавю. Кажется, никто этого не замечал, помимо меня.

На лестнице с первого этажа показались Кэт и Эм, но моя подруга шла, совсем не смотря на меня, её взгляд, как и мой, почти полностью заняла эта почти взбесившаяся игра света.

Под лучами этого преломленного света вспоминались давние времена. Мы не всегда были просто друзьями. Когда-то наши отношения были куда большим, но те времена остались далеко позади. Почему именно мы разошлись, почему остались друзьями? А как именно мы встретились? Всё было так давно, что воспоминания почти полностью выветрились, остались одни чувства и ощущения.

Повернув голову, она увидела меня. На её лице начала появляться улыбка, но попавший в поле зрения Рик исказил её лицо, заставляя изобразить неприязненное недоумение. Рикет не относился плохо к Кэтрин, это было и справедливо для меня.  Он не делал ничего плохого намеренно, неудача просто преследовала его. В то время, пока Софит и Эмеральд могли мириться с этим, я с ней – нет. Так было почти с самого знакомства и образования нашей компании.

От этого напряжения даже начинала болеть голова. Но ведь в конечном итоге всё было не так плохо, да? Существовало только одно условие, а точнее, персона, что могла сделать эту встрече хуже. Здесь её быть не может, ведь Рик поссорился с ней, чтобы через день-другой вернуться и спустя месяц-неделю повторить.

Когда мы оказались на расстоянии вытянутой руки, на первом этаже под нами зазвучал больно знакомый цокот когтей и различимый звук взмаха крыльев. На перилах внезапно появилась гарпия с темно-коричневыми волосами и крыльями с перьями, уходящими в красный ближе к своим кончикам. На ней было изящное, несколько не подходящее её характеру, платье ярко-оранжевого цвета с серой полосой с боку, что подходила к её серым блестящим глазам.

Да, она приходила к нам и ранее в поисках своего мужа, но не в такой одежде. Застать её в чём-то помимо «домашнего», было тяжело. Для той, что большую часть своего времени проводит дома, такое было не слишком удивительным, но всё равно у меня существовали хоть какое-то понятие нормы и приемлемого.

Переглянувшись на секунду с Кэт, я понял, что и она раскусила задумку Софит, пригласив Рика и Руби на ужин без нашего ведома. Не сказать точно, замешан ли в этом Эмеральд, потому что ему не составляет проблем сохранить хорошую мину при плохой игре. Вероятнее всего, он не захотел бы принимать в этом участие, даже если бы и знал.

— Всем приветики! Как же давно мы не собирались все вместе! – сказала она радостно, будто не замечая общего настроения.

Тяжелый вздох Кэт выразил всю её скорбь и ушедшие надежды о тихом и спокойном вечере.

За нашим столом могло разместиться и 8 человек, но столько народу у нас ни разу не собиралось. Наличие большого расстояния между гостями меня успокаивало. Я был на одном краю стола, а по другую сторону сидел Рик. Было тяжело дистанцировать от него свой взгляд, но этому помогало то, что по мою правую руку была Софит с Руби, а по левую Кэт и Эмеральд.

После того, как мы начали трапезу, никто так ничего и не сказал. Софит была понурой и её глаза поднимались к нашим крайне тяжело, а Кэт была просто раздражена, что о такой компании мы предпочли умолчать.

На заднем фоне играла тихая и успокаивающая музыка, исходящая из аудиосистемы под потолком. В своих мыслях я погрузился в просмотр отчётов по безопасности, в которых присутствуют странности. Идеи и предположения были разные, но больше всего признаков указывало на целенаправленный взлом системы и нахождение в ней с неясной целью, но сколько бы я не обращался по этому вопросу, никто не находил подобных следов. Причина такого ответа мне стала ясна несколько позже – нестандартное обеспечение моего ПКС. Была ли это аномалия в обрабатываемых данных? Вероятно, но всё требовало дальнейшего разбирательства с моей стороны, ведь сказать о том, что мой ПКС имеет вмешательство, угрожающее безопасности внутренней сети. Может ли быть такое, что я сам являюсь дырой в безопасности и через меня собственно и получают информацию без моего же ведома? Будь это так, то какие-то следы бы да остались и что-то изменилось бы, но ничего подобного не наблюдалось и было не похоже.

Была странная особенность, в информации, что поступала мне, но оказывалась в последствии недоступной. Она приходила, но, при обращении к ней, происходил небольшой ступор, будто та находилась исключительно в периферической зоне восприятия. Это выбешивало.

Пребывая в своих мыслях, я даже и не заметил, как тихо разгорелся разговор.

— …А как поживает малышка Лиф? – необычайно робко, для себя, спросила Софит.

— Я не уверена, что её можно назвать малышкой. – ответила Кэт, наклонив голову и крутя в руках одну из множества своих косичек.

— И что же натолкнуло тебя на такие мысли? – начал уточнять я.

— Себя в молодости я знаю, как и ты, – она указала на меня, – Миррор.

— Звучит как упрёк.

— Вовсе нет, если да, то только самую малость. – она откинулась на спинку стула. – Не дать ей свободу, когда это необходимо, помешали мне мои собственные принципы, но теперь мне страшно. – она наклонилась вперед, положив голову на край стола и накрыв её руками.

— Если вы воспитали её правильно, то может она не натворит дел, а если всё же оступится… То ты не сможешь это предотвратить, только помочь ей оправиться после.

— Ты так думаешь? – спросила она с надеждой.

— Только говорю то, что видел сам.

На некоторое время у нас опять возникла тишина и всё уткнулись в свои тарелки, но длилось это не столь долго, как в первый раз.

— А строительство продвигается очень бодро, Миррор. – решил высказаться Эм. – Занимаясь экономическим анализом, мы за четыре года так и не приблизились к точному объему денежных средств, затраченных НТК и ИнфинитиЭлектроникс на этот проект. По средствам он обогнал все известные космические программы и даже само терраформирование этой планеты, хотя, последнее ещё не завершено.

— Сильно на НТК повлияло отстранение директора и основателя? – внезапно спросил у него Рик.

— Даже я слышала об этом. У меня количество заказов выросло на порядок после официальных новостей. – Руби дополнила.

— В ближайшей перспективе это не должно вызвать проблем, но дальнейший курс корпорации становится непредсказуемым. В НТК банально нет лиц, сопоставимых с мистером Гиром по вовлеченности, осведомленности и уважению. Известен тот факт, что лиц в корпорации, способных повлиять на него – нет, но можно сказать, что их не было до недавнего времени, и его уход явно осуществлен против его желания. – продолжал Эмеральд.

— Заговор руководителей отделов, службы безопасности и главное, его собственных детей.

Взгляд и внимание всех переключилось на меня.

— Я не знаю деталей, но всё это началось очень давно, после начала строительства УТВиП. Количество выступлений Кодлайна Гира снизилось до минимума, а ведь он никогда не отказывался от возможности показать и рассказать. И лишь где-то пару недель назад, прямо перед отстранением, он лично заглянул на каждую УТВиП по своему персональному пропуску. Я видел эти записи в системе, но сейчас они… Исчезли. Странные дела творятся.

— А не слишком ли вы усложняете всё?

— Здесь всё зависит от НТК. Моя работа, работа Кэт, Софит, твоя собственная – в прямой зависимости! – повысил я голос.

— Не сказать, что всё.

— Имеешь ли ты достаточное понятие всей ситуации? Сделает предположение, что НТК уйдёт именно с этой планеты по завершению текущих проектов. Какой процент рабочих мест за ними? – обратился я к Эмеральду.

— В районе 68, но последние пару лет идёт снижение на полтора процента за два года. Ожидаемо снижение до 56. – вспоминал он легко, долго не задумываясь. – Но это просто цифры, без учёта того, какие именно отрасли и направления занимает НТК, все смежные и дочерние компании. Такое гипотетическое событие вызовет неминуемый и стремительный коллапс. – несмотря на наши общие попытки донести до него истину, он продолжал смотреть на нас обоих с непонимающим взглядом.

— П-пожалуйста, не надо ссориться! – неуверенно сказала моя жена.

— При всём уважении к тебе, но неужели ты думаешь, что я снова найду в себе силы терпеть его? – развернувшись к ней, я прохрипел я.

— Я всего лишь хотела, чтобы всё было как раньше! У меня даже других идей нет, как…

— Не надо ничего делать, особенно такого. – я кивнул в сторону непрошенных гостей, смотря на неё. – Может, когда-то мы сколько-то и ладили, но это в прошлом. И я изменился, и мир вокруг нас, но он остался и остаётся неизменным. С меня хватит как его самого, так и его полоумной жены. – шептал я через стиснутые зубы, но при этом меня прекрасно было слышно и на другом конце стола.

Резко встав со стула и оглядев всех присутствующих, я вышел прочь, громко хлопнув дверью. Пройдя быстрым шагом по коридору и достигнув лифта, я почти влетел в него.

Пока он спускался вниз, я стоял, упиравшись головой в стенку, быстро и раздраженно дыша. Пульс и каждый стук сердца отдавался в ушах. Тихая мелодия лифта была не слышна.

Хотелось уйти, спрятаться. Самым близким местом, где я мог хоть немного побыть один в тишине, было недавно обретенное аэро.

Его дверь открылась, стоило мне подойти. Почти упав в кресло, я откинулся в кресле, и оно сразу изменило свою форму, давая мне лечь. Я прислонил к своему лбу прохладный экран ПКС. Запушенный в салон нефильтрованных воздух начал быстро сменяться чистым, после закрытия двери и выключения подсветки. По лбу начали стекать теплые капли.

ПКС отделился от кожи лба с неприятным хлюпаньем. Его экран загорелся, показывая размазанную по нему кровь. Костяшки моих пальцев были ободранными после сильного удара, которого даже и не было в моей памяти. Прошло всего несколько минут, но казалось, что минули уже часы.

Так ли сильно я не любил Рика? Мы же были друзьями, но когда всё пошло не так? Но было уже поздно извиняться. У меня не было сил. От опустошающего чувства беспомощности и непонимания все тело налилось свинцом.

Лишь тихий стук из вне вырвал меня из порочного состояния самобичевания. Внезапным посетителем оказался Эмеральд, что смотрел на меня с волнением через полуматовое стекло. Сделав окна вновь прозрачными и открыв пассажирскую дверь, я кивнул ему, чтобы он садился рядом.

— Так и думал, что придёшь именно ты. – тихо сказал я, смотря в потолок.

— А кого же ещё? – невесело он усмехнулся.

— Софит там прямо сейчас успокаивает Руби, пока Кэт сидит где-то в сторонке, не принимая в этом участия.

— Да, всё именно так. – угрюмо подтвердил он. – Может, ты всё же расскажешь, что тебя гложет? Сейчас я ясно вижу, у тебя что-то лежит на душе. Такой взгляд мне приходилось видеть множество раз на прошлой работе, и он никогда не сулил ничего хорошего.

— Ты будешь рад услышать, что прав? – спросил я и повернулся к нему. Он молчал и смотрел в ответ. – Механизм крепления с обратной связью и датчиком перемены поля. Слишком большой узел, который обычно ещё и меняют попарно из-за нескольких причин. До своей текущей должности я был в технадзоре. Вместе с Риком. Обычный день, обычная проверка на строительной площадке. Я проверяю один, а Рик проверяет второй. Это не то, что я люблю вспоминать.

— Первый случай смерти на строительной площадке УТВиП. Это оно, да? – сделал он предположение. – Пострадавшим, насколько я помню, был Аггел Кил, ученый, который должен был контролировать процесс установки той защиты и проводить испытания после.

— Что ж, ты прав. Прекрасно зная о том, что Рик не достаточно внимателен, я не проверил его работу и не сверил результаты. Итог – высвобождение элемента реакторной защиты. Из-за её веса у пострадавшего не было ни единого шанса. Небольшим исключением стала рука.

— А какая именно? – спросил он неуверенно, будто, что-то начиная подозревать.

— Правая. – уверенно ответил я.

— А не был ли тогда потерян ПКС?.. – спросил он с нарастающим волнением.

— Был. В тот момент у меня возникли опасения, что данные на нём могут стать свидетельством ошибки и… Я принял решение, казавшееся логичным на тот момент. – зайдя в меню своего ПКС и открыв на нём данные об активации, я показал чистый экран Эм.

— Это дата того случая… Ты взял себе тот ПКС?

— Об этом никто не знает, даже Рик. Для него сам факт ошибки остаётся неизвестным.

— Было бы правильнее доложить об этом, но больно много времени прошло, да разрушать четыре жизни за одну утраченную не звучит правильно.

— В тебе я никогда не сомневался. – я похлопал его по плечу, и он хмуро улыбнулся мне.

— Но почему ты до сих пор носишь его? Разве не проще было очистить и уничтожить? Это как минимум странно.

— Я отредактировал хранившиеся на нём данные и поменял их чуть позже.

— Ты последний человек, на которого я подумал бы такое. – он отвёл взгляд и выдохнул.

— Хотя, есть ещё кое-что, что следовало бы рассказать. Об этом узнала и Кэт, но это уже совсем другая история.

— Постой, а почему она знает, а не Соф? – он резко повернул голову и приковал взгляд ко мне.

— Язык Софит находится за зубами тем больше, чем незначительнее тема. А твою жену волнуют больше проблемы Лиф и стабилизация температуры мирового океана.

— В такие моменты я нахожусь на грани, чтобы начать ревновать.

— Может быть и не зря.

— Что?

— Что?

— Давай сменим тему. – он отвёл взгляд и потёр переносицу. – Недавно от Кэт же слышал, что Софит в последнее время всё чаще говорит о детях.

— Думаешь, я этого не заметил?

— Мало ли. Так у вас есть планы?

— Ничего конкретного. Возможность есть, так что…

— Вы уже в браке 36 лет, а вместе и подавно больше. С Кэт мы вообще… – начал уже он.

— Нет, не надо ровнять нас по себе.

— Да ладно тебе. – отмахнулся он веселясь.

— Если и планировать, то сразу двух, так явно проще будет.

— Говорит мне человек, у которого и одного не было. Конечно. – саркастично согласился он, криво улыбнувшись. – Конечно.

По лицу Эма было видно, насколько тяжело ему давалась борьба с желанием легонько меня ударить обо что-нибудь головой. Зайдя в лифт, он обратил внимание на заметную вмятину, оставленную кулаком, которая появилась совсем недавно. Я сразу же посмотрел на свою руку, но та была в порядке, несмотря на то, что подходила по размерам.

— Это странно. – смутился я, опустив руку.

— А что-то не так?

— Да ничего, забудь. У тебя когда-нибудь возникало ощущение нереальности всего происходящего?

— Никогда такого не было.

— Везёт. А дежавю?

— А такое напротив, часто. Но тут скорее работа такому способствует, за многие года всё перевидать успеешь.

Отвернувшись от вмятины, я повернулся, начав смотреть за пробегающими огоньками этажей сверху двери.

За долгое время, мне впервые захотелось извиниться перед всеми. Неприятно признавать, что ты из тех, кто неохотно признаётся в совершенных ошибках.

Идея была хорошей, но осуществить её мне не удалось. Стоило моей руке приблизиться к ручке, как та внезапно открылась, отбросив меня назад, благо, что Эм сумел поймать. Мимо меня сначала пронёсся один красный силуэт, а затем сероватый. Всегда поражался тому, как быстро они могли развить такую высокую скорость, да в закрытом помещении.

Это не очень удобно, но мы всё равно видимся постоянно, так что, пытаться догнать их глупо и бессмысленно. И что же заставило их упорхнуть отсюда с такой задержкой? Можно предположить, что они поссорились по-настоящему, но кто их знает.

Из двери показались Кэт и Софит, что опечаленно и тяжело вздохнули.

— План не удался, верно? – спросил я, поправляя свой наряд.

— И по чьей же вине, Миррор? – спросила Кэт.

— Кто бы говорил! – парировал я.

— Я молчала. – демонстративно подняв голову, она развернулась и ушла в глубь квартиры, заметно хромая. Одна их её ног была немного травмирована и забинтована.

— Зря я всё это затеяла. – разочарованно вздохнув, жена опустила плечи и последовала за оставшейся подругой.

— Не сказать, что совсем зря. – Эмеральд пошёл за мной в квартиру и Софит обернулась на его слова. – Кое-кто из сегодняшней ситуации да получил пользу.

Как выяснилось, без пострадавших сегодня не обошлось. Руби умудрилась разбить немного посуды и сам стеклянный стол. Посередине нашей гостиной была рассыпана кучка стекла и немного крови, что начинала высыхать. Эмеральд успокоил свою избранницу, и они вскоре удалились, оставив нас наедине.

— Ру настолько расстроилась, что я не только не смогла её успокоить, а сделала только хуже. – Софит опечаленно сидела на краю дивана, смотря, как первый робот уборщик собирает стекло, а второй затирает кровавые пятна.

— Будто в прошлом мы не заканчивали посиделки с истериками и лужами крови. Мне ведь после одного раза пришлось почку новую покупать. – достав из закромов немного вина и разлив его по бокалам, я предложил один ей. Как только он оказался в её руке, то был тут же опустошён. Она мгновенно вытянула руку обратно, прося без слов налить ещё.

— Тогда была виновата Кэт.

— А разве не Руби?

— Ты был в таком состоянии, что удивительно, как ты вообще можешь предполагать что-то о той ситуации. – она ехидно посмотрела на меня, гоняя красный напиток по стенкам своего бокала. – Давай ляжем сегодня пораньше, я устала сильнее, чем после нашей свадьбы.

— Странно слышать это от тебя, вспоминая то, чем всё закончилось.

Она обиженно нахмурилась, но я согласился, и она нежно улыбнулась в ответ.

///

Тишину раннего утра внезапно разрезал звук экстренного уведомления на ПКС, которому было нипочём на беззвучный режим. Резкий подъём отдался сильной болью в голове, что не оставила и следов сонливости после вчерашнего долгого дня.

Это был тон красного уровня, но я его не узнавал. В должностные обязанности службы безопасности НТК входило знание всех сигналов и их тонов для максимально оперативного реагирования и сообщения. Поднеся руку с мерцающим экраном ПКС, я понял причину замешательства. Приходящий сигнал был аварийным. Причиной активации служила потеря связи с внутренней сетью НКТ и невозможности связаться хоть с кем-то.

— Что-то случилось, дорогой? – потирая глаза, спросила Софит, проснувшись от громкого звука.

— Не уверен в том, что именно, но да, случилось. Прости, но я буду вынужден покинуть тебя в свой выходной.

— Раз это так срочно, то не надо извиняться. – она пригладила свои растрепанные багровые волосы. – Тогда, мне приготовить тебе чего-нибудь поесть по-быстрому? – её взволнованные оранжевые глаза не отрывались от меня.

— Нет, лучше я… Ай. – Моя забинтованная рука, что я вчера поранил во время небольшой кухонной потасовки с гостями, до сих пор болела. – Вот бы ты умела лечить так же хорошо, как копаться в чужих мозгах. – я наконец-то покинул кровать и подошёл к шкафу с одеждой.

— Не говори ерунды! – она отмахнулась и встала вслед за мной.

— Я же сказал, что не надо… – начал я.

— А как ты думаешь, могу ли я заново уснуть, зная то, что тебя вызывают на какое-то ЧП?

Чрезвычайное положение было объявлено 15 минут назад, но помимо этого в сообщении говорилось только то, что связь полностью пропала как с главным офисом, так и вспомогательными. Такое может иметь место при внутренней и внешней блокировке, когда источник угрозы неопределенный, но перед этим же должно быть оповещение. Я терялся в догадках, что же действительно происходит. И будто было мало проблем, так ещё и все УТВиП были изолированы вместе со всеми арсеналами и сотрудниками внутри, но у меня было решение.

Красный уровень давал разрешение на использование личного специального обмундирования, что хранится как запас на чёрный день. Открыв запечатанную укрепленную дверку в коридоре, оттуда я достал, помимо усиленной броневыми пластинами экипировки и защитной маски с фильтрами, боевое оружие и небольшой дрон-видеокамеру с функцией невидимости, что мог использоваться для определения опасности. Прикрепив дрона на его законное место на плече, я открыл дверь, когда ко мне подбежала Сапфир, вручая питательную смесь и целуя в закрытую щитком щеку.

Пункт сбора находится на треугольной площадке около УТВиП, где раньше хранились строительные материалы и велась сборка некоторых конструкций. Это место мне не нравилось по той причине, что рядом находилась небольшая пропасть искусственного происхождения. Вся УТВиП находилась лишь на половину над поверхностью, вторая же уходила под землю. Между дисками и вокруг нижней части с антеннами были огромные котлованы, уходящие глубоко под землю и сам объект. От всего этого тёмного ужаса площадка огораживалась лишь защитной сеткой. Да, пускай она и могла спокойно выдержать случайно влетевший в неё автомобиль, но мне было бы спокойнее, будь там глухая стена.

Кажется, что на полупустой парковке было ещё меньше аэро, чем обычно. Иметь личный транспорт здесь это либо привилегия, либо нужда. До этого дня я часто задумывался, зачем же мне был дан в пользование этот старый Кольт, служивший на этой планете ещё полтора века назад.

В обычной ситуации дверь должна была открыться, как только я оказался бы рядом с ней, но раз вся связь с НТК была обрублена, пришлось воспользоваться ПКС. Вынув из него провод, я открыл небольшую заглушку рядом с дверью, которая открылась с неприятным хрустом. Столь редко используемый разъем мог покрыться следами коррозии, что было бы немудрено со здешней атмосферой.

Как только я оказался внутри и захлопнул дверь, воздух внутри стал стремительно очищаться, пока не стал таким же, как дома. Задумавшись, я не нашёл это удивительным, ведь фильтрами занималась одна и та же фирма. Система навигации первоначально выдала ошибку, попытавшись настроиться на НТК, но при переводе на контроль Аварийно-Спасательной Службы сразу выдала точку назначения и тех, кто уже там находится. Всё пространство вокруг УТВиП и близлежащие районы были забиты гражданской охраной и медицинской службой, даже нашлось место пожарной службе.

Обычно быстрая предполётная проверка сегодня длилась особенно долго, нервируя меня. Правда, повода переживать особо не было, всё равно на это шоу я опоздал на несколько часов, как минимум. Времени прошло достаточно много, но всё равно, при настройке на канал ACC, от своих коллег я слышал только бессвязную и мечущуюся болтовню. Кооперации не было от слова совсем. С высоким гулом аэро качнулся вперёд и вылетел в шахту, поднимаясь над крышами не столь высоких домов, огибая их старших собратьев, макушки которых я не сумел бы разглядеть из-за утренней дымки. Протоколы действий и связи НТК и АСС были слишком разными для того, чтобы все могли оперативно перестроиться. Самая близкая ситуация разыгрывалась в обратную сторону, что НТК пришлось бы брать на себя кооперацию АСС, но не наоборот. Бред, я работаю в службе безопасности достаточно давно и не представляю, каким же образом могло случиться нечто, устраняющее основной, запасной и резервный канал связи одновременно.

Пока выдалась свободная минута и машина летела на автопилоте, я «позавтракал» и начал ознакамливаться с информацией, сортируя и структурируя её. Промежуточный итог был неутешительным. Связи с другими площадками не было вовсе. На месте было несколько ответственных за безопасность и связь лиц, но они не могли дать чёткого ответа и когда связь вернётся.

Перебои и проблемы начались ещё ночью. По их характеру можно было безошибочно сказать о целенаправленной атаке. После, случилось нечто неожиданное – электромагнитный импульс, поразивший пару районов вокруг УТВиП. На самой станции это никак не сказалось, но теперь, получить доступ внутрь было почти невозможно. По некоторой информации, перед импульсом, кто-то успел проникнуть на строительную площадку и контрольный пункт. Внутри находился некоторый персонал, судьба которого неизвестна.

Перед КПП развернули экстренный штаб, для оказания помощи всем пострадавшим и коммуникации. Там буквально были все спасательные службы.

От небольшого толчка вся электроника внутри аэро погасла. Единственное, что работало – мой ПКС. Случилось это совершенно внезапно, что я и не успел должным образом отреагировать, прежде чем ударился об потолок. Послышался отчётливый щелчок и из боков выдвинулись крылья, благо, что это механический процесс. Они вряд ли позволят мне приземлиться невредимым, но хоть немного замедлить падение должны, если они раньше не коснутся кого-то здания или подобного.

Можно ли что-то ещё сделать? Думай, Миррор, думай! О, точно, есть же одна особенность, о которой не очень любят распространяться и которая довольно рисковая из-за возможности расплавления всей задней части машины.

Резким движением я сорвал часть салона, оголяя резервный активатор. Его не рекомендуется разбивать голыми руками, но в текущей ситуации я не имею иного варианта, как пожертвовать целой рукой.

На мгновение я потерял сознание и когда очнулся, то за окном была глубокая ночь и машина стояла посреди дороги со свернутыми крыльями. Меня резко начало тошнить, и я спешно покинул сиденье, скинув ремень безопасности.

Сильно смутило то, что несмотря на прошедшее время, завтрак выходил из меня почти в первоначальном виде. На свои места расставило то, что я посмотрел на текущее время. Только что оно показывало утро этого дня и вдруг, после синхронизации, дата сменилась на вчерашнюю.

«Бред» – подумал первоначально я, но чем больше я разбирался, тем сильнее убеждался в том, что провалился во вчерашний день.

Утерев рот и сплюнув остатки желчи, я сел в машину и проверил её часы. Из-за ошибки связи она до сих пор была в автономном режиме и показывала старую дату и время. Мне хотелось набрать Софит, но подумав дважды, я передумал. Если это петля, то прерывать собственные действия будет ошибкой. Хотя, что сейчас не будет ошибкой? Предупредить КПП о готовящемся нападении? К сожалению, я был совершенно без связи, исключая сервер реального времени, пожалуй… Тогда, стоит добраться и узнать о происходящем на месте.

Ещё до того, как я запустил поврежденное ЭМИ аэро, на мой ПКС поступил вызов. Это было неожиданно. Вызов шёл ни по стандартному каналу, ни по каналу службы безопасности. Код в начале номера говорил о том, что это вызов из исследовательского учреждения, но узнать, из какого именно я не мог: «Недостаточный уровень допуска». Остаётся ответить.

— Аггел, что происходит? Оборудование просто взревело, таких показателей никогда не было, и мы проверили всё трижды. Такой пространственно-временной аномалии мы и ждали все эти годы! Связи нет, подтвердить словами других лабораторий подтвердить не могу. Я до тебя дозвонился только по… – позвонивший мне был крайне возбужден, но говорил чётко и ясно, не сомневаясь в том, с кем он говорил, было даже жаль его прерывать.

— Простите, но вы ошиблись номером. – мне хотелось прервать разговор, но сделать я этого не смог. Это был неприятный функционал, который позволял запретить прекращение вызова, если вызывающий имел более высокую должность и был вашим начальником. Но только вот он не был моим начальником вовсе.

— В моих контактах нет лишних номеров, и это единственный, до которого я смог дозвониться. Меня зовут Кирики, Особый Научный Отдел НТК. Вы в районе УТВиП 9?

До меня стало доходить то, что сейчас происходит. Вероятно, из-за этой «аномалии» мой ПКС восстановил какие-то прежние настройки. Объяснить как-то иначе обращение к прошлому мертвому владельцу устройства я не мог.

— В паре километров от неё. Как давно вы говорили с владельцем этого номера в последний раз?

— Дайте-ка вспомнить… – он взял паузу на размышление и начал задумчиво мычать. – Давно. Очень давно. А вам что-то про него известно?

— Да так, виделись один раз.

— Значит, вы совершенно непричастное лицо. Так, а вы работаете на НТК?

— Да, начальник службы безопасности 9 участка.

— В подобном случае я могу доверить вам это поручение. Направляйтесь в указанное мною место, там находится, или находился, а скорее будет находится эпицентр. Дайте мне доступ к вашей сетчатке и пространственному сканеру, чтобы я смог узнать что-нибудь. Это не должно предоставлять опасности, но вы ведь готовы ко всякому, да?

— Это идёт в разрез с моими инструкциями на такой случай, но пускай будет так.

Через пару мгновений я получил информацию о месте назначения. Это был жилой комплекс рядом с УТВиП, прямо напротив проблемного КПП. Здание было примечательно тем, что через него проходил так называемый кабель экстренной связи и обеспечения. Таких было много, где-то с десяток, как воздушных, так и подземных. Из-за них зона полётов выла значительно ограничена, но это не мешало спешащим и невнимательным пилотам цеплять их и обрывать. Мне не совсем понятна их природа, но сейчас, когда таинственный сигнал вёл меня на технический этаж, куда приходил этот кабель, подозрения начинали нарастать.

Сверху пронеслись несколько машин аварийно-спасательной службы, оповещая о себе сиренами на всю округу. Нужно было настроиться на их канал связи, но всё меню ПКС было иным. Не сумев найти нужную функцию, я полетел на за ними, но почти у самой земли, потому что второго падения я могу и не пережить.

///

— Будь здесь Руби, она бы определенно сказала что-то вроде «Нечестно, что у моего оригинала есть крылья, а у меня нет!» – говорил молодой мужчина знакомым мне голосом.

— Я подумала о том же самом! И действительно, на каком же основании наши тела здесь и там могут иметь различную видовую принадлежность? – ответил ему женский голос, что показался мне ещё более знакомым. Мне не так часто доводилось слышать диалог Рика и Кэт, уж больно они разные...

— Трансцендентность нашего бытия не определяет форму. Неужели ты не пришла к выводу, что мы не уникальны и наши души распределены по всем параллелям, настолько далёким, что шанса пересечься у нас нет. А всё то, что определяет нас текущих, не более чем данные, прогоняемые через переменный фильтр текущих обстоятельств и намеренно ограниченных органов и способов восприятия, как искусственных, так и «естественных», если в нашем случае это вообще применимо.

— Напомни, Рик, в какой Исследовательской ветви ты состоял до всего этого? – немного устало сказала женщина, что звучала сейчас как настоящая Кэт.

— БасИлмт, отдел «Телеметрия». – ответил он смутившись, но долго не раздумывая.

— Могла бы и догадаться, а не вспоминать! – она громко рассмеялась.

Здесь не должно было никого быть, даже технический персонал не любил сюда отправляться и возвращался как можно скорее. Кем бы не были, мне надо было войти внутрь.

У меня не должно было быть допуска в данное помещение, в обычное время. Учитывая ситуацию, мне мог быть предоставлен доступ. И когда я собирался воспользоваться ПКС на дверном замке, сработал не мой допуск, а допуск бывшего владельца. Теперь это был не мой ПКС, но и не его, вся информация внутри смешалась – мои личные и рабочие записи и обрывки его. На то, чтобы его вернуть в прежнее состояние нужен будет не один час.

Достав и приготовив оружие, я открыл дверь. Смех мгновенно стих и наступила гробовая тишина. Мы мгновенно встретились взглядами. В то, что я видел, мне верилось слабо, потому что чертами лица они были совершенно идентичны Кэт и Рику, но их тела были несколько иными и цвета волос и глаз не совпадали. Они были довольно бледными. И мало этого, но у Рика совсем не было крыльев. Ясно было то, что эта парочка не была моими знакомыми.

— У нас есть какой-нибудь план на подобное, Кэт? – спросила измененная копия Рика.

— Даже не заметила его. И почему это должен быть именно он?! – ответила ему Кэт, но их рты оставались неподвижны.

Их речь была… Мгновенна. Им не требовалось время или голос, чтобы сказать это.

— Мы сейчас буквально ничего не можем сделать с ним, исключая убийство, но и этого мы не можем сделать! Кэт, я думал, что ты лучше меня соображаешь! – продолжал он обвинять её.

— А тебе не кажется, что он… – её взгляд сосредоточился на мне.

Внимание её друга переключилось с неё, и он перевёл взгляд на меня.

— Неужели он способен воспринимать нашу нейротранскрибированную речь? Это ведь банально невозможно без!..

— Кое-что, помимо этого. – она внимательно всмотрелась в меня. – Тахионное поле разорвано в клочья.

— Очень рад, что твоя способность воспринимать флуктуация Поля до сих пор при тебе, но напомни, что это значит? – он был несколько раздражён.

— Этого Миррора переместило во времени. По характеру отклонений могу сделать вывод, что это было сделано… Нами.

— И на кой чёрт это нам понадобилось?

— Что-то пошло не по плану. Очень сильно. – сказала она испуганно, пребывая в ужасе.

— А разве мы такое можем? И разве это не приведёт к нашей смерти?

— В этой комнате есть всё для этого. Самое главное – связь с пространственной уставной УТВиП. – её голос стал подавленным.

— Хорошо, но повторюсь, мы это можем пережить в текущем состоянии?

— Нет, категорически нет. Даже петля такого небольшого размера на пару часов убьет нас, точнее, убила.

— Это ведь проблема нас с того другого витка, да?.. – спросил он неуверенно и опасливо.

— Теперь нет. Нас может убить с вероятностью в 50% в момент начала петли.

Секунду назад она смеялась, но сейчас, на лице этой Кэт был ужас и понимание вероятного, но при этом неизбежного.

— Думаю, что посветить тебя в суть дела не будет лишним. – сказал Рик уже своим обычным голосом и Кэт кивнула.

Моё оружие внезапно отключилось вместе с ПКС.

— Это просто мера предосторожности, нам не нужно случайных событий и лишних ушей. – Кэт отошла и вернулась с несколько пыльным креслом на колёсах, предлагая его мне.

— Мы тебе не враги, но и не сказать, что друзья. Встретиться с тобой – это последнее, чего бы я сейчас хотел, потому что это создаёт достаточно большое количество проблем. Есть некого рода «сценарий», которого мы придерживались. Твоего перемещения во времени и нашей встречи в нём не было. Эти события мало того, что не предусматривались нами, так они рушат все дальнейшие события.

— Стоп. – резко прервал его я. – Из сказанного вами, понятно мне примерно ничего. Первое – «кто вы?», а второе – «что именно происходит?».

— Звучит очень в духе Миррора, да? – спросила Кэт его, немного придя в себя.

— Достаточно. Мы похожи на твоих знакомых, потому что являемся «эхом», своеобразным отголоском их, в свою очередь нам известен другой Миррор. Именно мы существуем по той причине, что через несколько часов произойдёт запуск УТВиП.

— И что произойдёт после этого? – спросил я их о, казалось бы, обычном следствии, но на их лицах это вызвало некоторое замешательство.

— Так далеко мы ещё не заглядывали. – Рик потёр свой висок, будто стараясь что-то припомнить.

— Это уже не столь важно. – отрезала Кэтрин, после быстрого, но напряженного раздумья.

«Не столь важно» звучало притворно, неправильно. За этим скрывалось нечто, важность которого ни я, ни они, не осознавали до конца. Моя сторона не была посвящена в тему, а их напротив, была осведомлена, но не хотела думать об этом.

— Буди Руби, нам надо будет попасть на УТВиП как можно скорее и во чтобы то ни стало. – Кэт резко сказала Рику и тот нахмурился, но всё равно пошёл в один из углов комнаты, где на диване, под курткой АСС, лежала фигура, чьё лицо напоминало уже Руби.

///

\\\

Вокруг царила полнейшая тишина. Закончив подпись документа, я поставил свою подпись, и он медленно растворился, вступая в силу. Всё происходило настолько машинально, что я даже не мог сразу вспомнить содержимое того бесконечного листа, что закончил писать. Теперь в моём кабинете даже не звучал тихий шелест бумаги и скрип авторучки. Теперь даже не было никого, кто мог бы войти и побеспокоить меня.

Скользнувший по столу взгляд зацепился за небольшую панель слева, надеясь поймать мерцающий огонёк, но его там не было и быть не могло. Минуло уже множество собраний, на которых меня не было, но на них по-прежнему выносился один и тот же вердикт. На них меня всегда вызывала моя заместительница, а когда её не стало, первое время ко мне мало кто осмеливался зайти.

Чтобы исправить положение дел, мне надо было склонить чащу весов в свою сторону. Надо было уговорить Кирики, Глимера и Табаскла, чтобы они высказали свои суждения Ипсу Дип Каскету из ИнветТех. Может быть, тогда он изменил бы своё мнение… Или, проще было бы достать из своих Садов Энвироумент и сделать так, чтобы она изменила свою позиция с нейтралитета в мою пользу.

Приостановить Конфедератов было бы правильным решением. Допускать их внутрь Централии, значит подвергать всех внутри огромной опасности. Само их естество вызывало у меня отторжение. Внутри их наноядер было что-то инородное, неестественное для нас. Мои страхи и подозрения разделяли не все. Было недостаточно аргументов.

В моей руке до сих пор сжималась авторучка. Три поколения положили жизни на создание этого артефакта, и сам создатель, Ретроспектр, отдал частичку жизнь за неё. Помимо организации работ моего Ипсиума, мне хотелось впервые воспользоваться ею для себя. Я знал, что не смогу вернуть умершую помощницу, но мои пальцы дрожали, будто непреднамеренно выводя желаемые слова.

Это было неправильно. Так было нельзя, но это были последние моменты моего владения авторучкой. Без помощи бумаги, способной доказать написание этих слов, я закрыл глаза и вывел желаемый узор, повествующий о том, чтобы увидеть вновь в час нужды мою Софит. Символы, запечатленные на самой ткани реальности разнеслись по ней, затрагивая струны и нити, заставляя всю Систематизию гудеть и содрогаться.

Раздался стук в дверь. Было бы совершенно не удивительно, будь это Альфа или Бета, пришедшие забрать авторучку после ощущения инородного вмешательства, но на мою радость, определить природу вмешательства было почти невозможно, особенно, в такой короткий срок. Массивная дверь пропустила звук удара, ведь его издала…

— Декстерити. Давно я не видел тебя в этом районе. – произнёс я и открыл глаза.

Из-за приоткрывшейся двери показались алые короткие локоны, смотрящие назад и, отдающие золотым оттенком, глаза, устремленные вперёд. Это была моя старшая по Стилобату знакомая, одна из тех, кто поддерживал меня с самого начала истории про Конфедератов.

Зайдя внутрь, она закрыла за собой дверь и поправила свой светло-розовый пиджак. В этом момент блеснула эмблема, висящая на нём. Это был символ, что с каждым моментом терял всё больше своего смысла. Три стороны, каждая из которых опиралась на друг друга, Основные фракции: Нарушители, Исправители и Сохранители; красный, синий и зелёный соответственно. Много ли он значил теперь, с появлением СЭК, Фракталов, Тёмных стражей и особенно Конфедератов?

— Да, Миррор, и мне не нравится то, по какой причине я здесь нахожусь. – она беззвучно подходила ко мне на своих аккуратных балетках. – Меня уже отлучили от моей Книги, но то, что я там увидела, не внушает доверия. Взгляни на эти записи. – перед моими глазами возникла копия страниц её Книги.

У каждого делио из Стилобата было нечто схожее с моей Авторучкой и Книгой Декстерити, до недавнего времени. Это было нашим совместным решением, передать наши Орудия в руки нового Стилобата. В силу особенности некоторых Орудий, таких как Мозг Глитча, Сердце Кэролайн и Душа Энвироумент, этот процесс затянулся, для поиска и создания замен.

Увиденные образы и написанные там слова заставили мой разум проясниться. Это было столь необходимое мне ведро холодной воды в лицо.

— Ты показала это Глитчу, Фарен, Энви? – вспрыгнув со своего места, вскрикнул я.

— Это всё туманные формулировки и образы. Если бы не ты и не твои слова, то и я могла бы трактовать это как угодно, но теперь… – встав около окна, она отключила затемнение.

За окном открылся вид на округ Альфа, самое большое открытое внутреннее пространство Централии. Мы смотрели на нескончаемые ряды колоссальных конструкций и коммуникаций, простирающихся настолько, насколько же позволяли видеть нам наши глаза, на хромериков из триллионов параллелей, разглядеть которых было невозможно и сплетения зданий, различных назначений, на сотни световых лет.

— Как у Главы Общей Безопасности, у меня и мысли не может быть, чтобы всё это подверглось солидной угрозе.

— Хотелось бы и мне верить.