«Искать виноватых нет смысла, потому что каждый из нас сколько-то да виновен. Мы были ослеплены, а когда свет пропал, даже не заметили и этого. Это вынудило нас учиться видеть заново, видеть во тьме, которую мы породили» — Член четвёртого ударного батальона «Эн Мориерс», семьдесят третьей роты, шестнадцатого звена первостепенного назначения «Каскад», сержант Кэт Латент, тактик (на данный момент в отставке по собственному желанию и не представляет угрозы). ИнфоРесурс В.О.И.

///

Прокручивая полученное сообщение в своей голове, я не могла найти покоя. Почему? Почему так произошло? Что случилось с ним?

По обрывочному сообщению, я смогла установить место, из которого оно было отправлено. Моё самое худшее предположение оправдалось, оно было отправлено из темной вселенной. Попасть туда — это меньше половины дела, надо суметь и выбраться. Зная Миррора, я понимаю, что он без толики сомнения скрылся в подобном месте. Конечно, когда ты подготовлен и имеешь хорошо оборудованный корабль, для тебя это не составит особо труда, но даже моя Стрела на подобное способна с большой натяжкой.

В любом случае, я слишком долго сидела на одном месте и мне пора выбираться. Запустив просчёт маршрута, я уже была готова вылетать из дока маленькой станции, на которой было где-то чуть более сотни хромериков, занимающихся в основном изучениями космических излучений и многими не любимыми изучениями пространственно-временных искажений.

Спасибо Миррору за то, что поделился со всеми нами частями списков лабораторий. Это было достаточно удобно. Лаборатории, сохранившиеся со времён Централии, до сих пор не были редкостью, и большинство из них до сих пор работало, пускай и скрытно, без связи как с друг другом, так и внешним миром. Были исключения, но они редки и скрываться в месте, о котором может узнать любой ищущий — глупо даже для меня. Тогда проще было бы скрыться на огромной станции, где на раз-два можно затеряться в миллиардном населении.

Меня никто не стал провожать, а оно и понятно. Все, кто по каким-либо причинам застали мой приход сюда и уход, без особого интереса молча попрощались со мной.

///

За бортом бушевала снежная буря, но она не была способна сбить мой корабль с курса. Глайдер заходил на посадку так же спокойно, будто ветра не было вовсе, как и снега, что не давал возможности визуально ориентироваться. Старая система помощи при посадке станции попыталась подхватить управление, но я любезно отказалась. Будь на моём место кто-то без моих способностей, она бы пригодилась, но я есть я, и как любому хромерику, доверять автоматике не в моём вкусе.

Выпущенное шасси коснулось платформы, и она поползла вниз. Опустившись достаточно глубоко, надо мной с гулким звуком закрылись тяжелые створки.

При создании этих колоний, они делались крайне однотипно, с учётом на максимальную безопасность и отстранённость от внешней среды, чтобы та не могла навредить колонии, ни колония воздействовать на среду. Условия конкретно этой планеты были крайне мягки, к примеру, сейчас снаружи было настолько холодно, чтобы местные неосийцы могли там просуществовать на протяжении нескольких часов в одной теплой одежде. Это довольно мягко для южного полюса. На континентах за полярным кругом температура и подавно лучше.

Возможно, это и является оправданием того, что внутренняя обшивка местами отсутствует, как и содержимое стен. Счастье, что они подъемный механизм сохранили.

Всю эту возню с неосийцами в качестве объекта исследований организовали Исправители, вскоре после распада Союза Трёх Фракций. Хоть с распадом даже неправильно говорить «Исправители», потому что это была уже не их общая масса, а небольшая группка, располагавшая значительной частью производственных и исследовательских мощностей, сохранившихся только чудом. Было построено множество подобных колоний, в каждой было около миллиона неосийцев, и обязательно один хромерик в качестве управляющего. Здешним обитателям не повезло, они были в числе первых, и поэтому с их колонией приключилось то, что называют «пространственной пертурбацией». Достаточно большое количество колоний было потеряно подобным образом. Даже ума не приложу, почему так могло произойти, ведь это далеко не та область, в которой я сведуща.

Меня и корабль резко дернуло, значит теперь я в самом низу. Отключив большинство приборов и заблокировав корабль, я покинула его. Даже столь небольшого времени пребывания на месте хватило, чтобы привлечь изрядную долю внимания местных. Собралась небольшая толпа, проявлявшая не дюжий интерес как ко мне, так и к моей «Стреле». Хотелось бы, чтобы мне никто не мешал, но запудривать кому-то мозги прямо по прибытию… Скажем так, это далеко от хорошего тона, но куда ближе к здравому смыслу, ведь кто знает, что у них тут на уме.

Оглядев толпу из чуть более десятка неосийцев, выглядевших ещё более-менее сносно, я всем своим видом показала, что притрагиваться к моему имуществу — себе дороже. Они оказались смышлёными и разошлись ещё до того, как моя сопровождающая дошла до меня.

Это была невысокая девушка в костюме, не подходящем для ангара, это был белый мешковатый комбинезон. Волосы у неё были приятного мятного цвета, собранные в один длинный хвост, а глаза же красновато-коричневые. Она была заместителем главы колонии, самым близким лицом к управляющему, и оно чувствовалось. «На колонию по одному хромерику», но никто не говорил о переходных формах между хромериком и каким-либо другим живым существом. Достаточно редкое и странное зрелище. Внешне не было никаких отличий от других обитателей колонии, но они крылись внутри неё. У неё не было наноядра, но оно ей особо не нужно, её тело было способно питаться чистой энергией, но только высококонцентрированной. Можно сказать, что она привязана к своей кормушке: хромерику, или мощной розетке. Почему мощной? Другая не утолит её голода, это своеобразная мера предосторожности, что она крайне не энергоэффективная.

Эта деталь обратила моё внимание на то, что она была низкого роста из-за необходимости экономии энергии. На данный момент в её распоряжении было всего 2/3 своего максимального запаса. В нормальным условиях, допускать такое было бы несколько неосмотрительно, а значит, что ей было неоткуда питаться. Ни реактора, ни здорового наноядра. Ничего хорошего это не предвещает, как я и ожидала.

Сделав небольшой скачок ей на встречу, мы оказались друг напротив друга. Она имела опыт знакомства с нами, поэтому не сильно испугалась.

— Мы рады видеть вас здесь, Кэт Латент. Управляющий Рэйфил предупредил нас о вашем визите заранее… — в её голосе ощущалось волнение. Внешне она старалась держаться спокойно, но эмоциональный фон просто так она скрыть не могла, в конце концов её разум был самым обычным. — Можете чувствовать себя как дома! — добавила она неловко.

— Больше мне ничего и не остаётся, ведь уйти отсюда несколько проблематично. — саркастично заметила я. — И как давно Рэйфил меня заметил?

— Ээээ! — она заволновалась, неправильно восприняв мою интонацию в голосе.

Положив руку её на плечо, я показала чистоту своих намерений.

— Успокойся, я тебе не Нарушитель, чтобы убивать без причины, говори так, как говорила бы с Рэйфилом. — я улыбнулась ей.

— Хорошо… Хорошо. Он предупредил нас примерно двенадцать минут назад, поэтому мы ещё не успели никого вывести из этого ангара, ведь индивидуальные средства связи работают крайне нестабильно в последнее время. — она взглянула на свою руку, на которой не было ничего помимо часов. — Мистер Рэйфил ждёт вас, поэтому, давайте поторопимся.

— Конечно, заставлять его ждать было бы неразумно, учитывая его возможное состояние. — с пониманием я кивнула и пошла к лифту, откуда появилась она.

— Мне очень жаль и!.. — она попыталась поклониться, но резко развернувшись и выставив руку, я взяла её за голову, не дав закончить это движение.

— Кланяться мне не надо, не унижайся. — я убрала руку, и она разогнулась так, будто в её спине была очень тугая пружина. — Скажи лучше, как тебя зовут.

— М-микри! Меня зовут Микри. — она собралась с духом, вернув себе какое-никакое самообладание.

— Милое имя. Давай, не будем заставлять ждать твоего начальника. — зайдя в лифт, я позвала её за собой жестом.

Как только двери лифта закрылись за ней, я решила, что пора немного изменить облик.

— Не возражаешь, если я чутка изменюсь, чтобы не выделяться из толпы? — проявила я внимание.

— Вовсе нет, так будет только лучше! — сказала она с возбуждением.

Больше всего похоже на то, что ей до этого ни разу не доводилось видеть трансформацию хромерика в живую. Достаточно странно, что это ей интересно, при учёте, что и её тело способно на нечто подобное, пускай и в куда меньшем масштабе.

Получив разрешение и осознав её реакцию, я решила позаимствовать её внешность, взяв её за основу и чутка изменив цвет волос, глаз и оттенок кожи. Понимая, что никто здесь не одевается как она, я взяла на себя ответственность создать одежду максимально приближенную к здешним реалиям. Это было немного проблематично, ведь моя спутница вряд ли смогла бы здраво оценить то, что я сделала. Надеюсь, что не столь ужасно, чтобы меня кто-нибудь освистал.

— Пожалуйста, не смотри на меня так. — коротко сказала я.

— Простите, просто я не могу не отметить, как это восхитительно!

Услышав такое, я не смогла сдержать смешка, уж больно взволнованной она выглядела.

Тут же мне стало крайне боязно за неё, ведь я осознавала то, что в ближайшие годы в этой колонии не произойдёт ничего хорошего, и касается это всех, но её в большей степени, ведь вряд ли с её природой будет возможно оставаться обычной в глазах всех остальных жителей. Она рано или поздно станет изгоем, тем, кого все будут бояться. Продолжаться подобное будет вплоть до её смерти… Или же их.

— Должно быть в ваших глазах я крайне нелепа, ведь… — начала Микри.

— Вовсе нет, ты сама прекрасна, знай это. Тебе будут говорить обратное, но не верь этому.

Мы доехали на лифте до нужного места, отсюда я уже могла дойти сама, о чём мне и сказала Микри. Пожелав друг другу удачи, мы разминулись. Пускай на моём лице была улыбка, но в душе мне было крайне погано.

///

Найти место назначения не составило труда. Медицинский блок был совсем крохотным, занимая всего лишь пару этажей в одной из боковых башен этого комплекса.

Сначала я даже не поняла, что именно ощущаю, но подходя ближе, мне становилось яснее. Тот, кого я ищу, ощущается так слабо из-за того, что сейчас его уже нельзя в полной мере назвать хромериком. Он уже не был им в полной мере, скорее пародией. Мне ли не знать, как оно бывает, когда твоё тело становится таким немощным.

Могло показаться, что он спит, но любой знает, что ни нашему телу, ни разуму, сон не требуется. Есть те, кто не прочь закрыть глаза, освободить голову и спрятаться в каком-то укромном месте, но это явно не тот случай, он реально дремал. Можно было догадаться, что если Миррора нет рядом с ним, то дело действительно дрянь. Зайдя к нему, он приоткрыл глаза, услышав мои шаги.

— Ох, рад вас видеть. У нас давно не было гостей, так что просите за то, что оказался перед вами в таком неглиже. Я ответственный за эту станцию, Рэйфил.

— Похоже, что вы настолько долго пробыли с неосийцами, что не знаете жизни без их этикета?

— Простите, просто в последнее время я сам не свой. Сами видите. — он виновато пригладил свои волосы слабой, чуть дрожащей, рукой. — Никогда до этого не встречался с антигенами и тут вдруг оказываюсь сраженный ими на повал. Хотя, думаю, что сейчас вам больше интересна судьба вашего товарища…

— Вы правы. Прилетев сюда, я не почувствовала ни одного полноценного хромерика. — я присела на стул рядом с койкой и взяла его руку с ПКС. С его стороны не было никакого сопротивления.

— Да, видите ли, на момент нашей первой встречи он уже был не в себе, а во время последней он так вообще разваливался чуть ли не на глазах. Его фоном можно было сводить народ с ума. — он описывал всё ярко и живо, подтверждая мою теорию о том, что всё плохо.

— Вам досталась меньшая концентрация? Антигены сразу же подействовали, а те, что были во внешней среде сразу распались? — я начала задавать вопросы, потому что из его ПКС было невозможно достать какую-либо информацию. Это было странно и удручающе.

— Даже и не вспомню, но он явно использовал красные, поэтому я отделался лишь… Тем, что почти умер, а он… Те, что не попали в меня и него, до сих пор распылены в реакторном помещении, что сделало невозможным ремонт и восстановление.

Из раскрытого ПКС на запястье выходило некоторое количество проводов, что и держали его в живом состоянии до моего прихода. Черный браслет был крайне старым, без индикаторной панели, и на фоне моего смотрелся аляповато. Соединив их, я не узнала ничего особо нового — он обречен. Наноядро ещё поддерживало жизнь, но уже не могло ещё обеспечивать, а ЭФД оставалась «рабочей», но и пользы от этого было немного. С моей подпиткой он протянет совсем немного, века три, но пара лишних рук в этом деле будет явно нелишней.

— У вашего друга какие-то счёты с братьями нашими меньшими? Почему ему было обязательно оставлять нас в таком положении? — спрашивал он, приходя в более терпимое состояние.

— Всё не так уж и просто. С ними ничего не было просто с самого начала.

— И это повод уничтожать целую колонию? — говорил он с тихой ненавистью.

— Не надо рассуждать о том, что правильно, а что нет. Вам ли не знать о том, как неправильно было начинать всю эту возню со смертными и безрассудными существами, проблемы с которыми были только вопросом времени.

— Похоже, что современные Сохранители совершенно не знают о таких понятиях, как ответственность и забота о подопечных. — сказал он с пренебрежением.

— И это мне говорит Исправитель, смешно. Этот ваш клуб по интересам загорелся идеей использования целой расы под личиной взаимовыгодного существования, ради чего решил распорядиться и без того малыми и разрозненными ресурсами для их обеспечения, постройки станций и последующего подавления проявлений их воли. — в воздухе повисло напряжение. — И как участнице «Истока» мне понятно твоё искреннее переживание, так что в твоих интересах не портить со мной отношения.

Похоже на то, что он явно не ожидал того, что я была участницей и свидетельницей событий на Промиссиуме. Такое заявление заставило его охладиться и сбавить обороты. И вот, поняв, что он не один здесь такой, ответственный за жизнь других, он чутка поник.

— Так значится… Вот оно как. Значит, мне стоит извиниться, но это всё равно не оправдывает поступка Миррора по отношению к моим людям. — он присел, посмотрев на меня со всей серьёзностью. — В своё время, я сам обязался следить за ними, и на самом деле моя вина, что я допустил случившееся. Предвидь я то, что мне надо будет сражаться…

— У вас всё равно не было бы шансов. — Он молча согласился.

— А теперь пора перейти к тому, зачем вы собственно здесь. — поднявшись с кровати, он самостоятельно отсоединился от меня и закрыл свой ПКС.

Возникший в моей голове образ, посланный Рэйфилом был нечётким. Это была точка, в которую он хотел переместиться вместе со мной. Она была на пару уровней ниже и там располагалось отделение для новорожденных. Без лишних вопросов, я решила перемеситься вместе с ним в ту область. Здесь никого не было, за исключением пары неосийцев, которые меня мало интересовали. Подведя меня к самой дальней двери, я стала осознавать то, от кого же был самый слабый и нечёткий сигнал. От Рэйфила не последовало никаких разъяснений, он просто встал рядом с дверью и все, кто был внутри, спешно покинули комнату, непонимающе и с интересом, смотря на меня.

— Миррор, во что же ты ввязался на этот раз… — тихо прошептала я, оставшись в комнате с тем, что осталось от моего дорогого.

///

Несколько десятилетий до этого.

\\\

Звук оповещения, раздающийся в коридорах станции пробудил меня от дрёмы. «Пространственно-временно искажение. Произведена попытка авторизации. Отказ, обнаружен устаревший протокол безопасности.» — повторял СиКейК уже неизвестно сколько времени. Непослушное тело с трудом принимало форму после пары столетий бездействия. Обогащенная кровь растекалась по телу, а вместе с ней и наниты. Обновляющие частицы пожирали старые, порою вымещая те наружу. Оказавшиеся вне тела куски плоти, волокна, кости, растворялись, не оставляя после себя ничего.

— Выключи это. — прохрипел я и всё замолкло.

Подключившись к станции, я сразу узнал, что же прервало моё уединение. Это было действительно удивительно, ведь это был не одиночный хромерик, оказавшийся в закрытой вселенной по воле случая, а целая колония с 1,5-миллионным населением. Среди обычных жителей там был и один хромерик. Благодаря ограничению доступа на УТВиП, он не ощущал меня, в то время как я видел сводку по нему. Совсем скоро стало понятно, почему же он оказался здесь вместе с полноценной колонией. Он сумел попасть в закрытую вселенную, потому что это была его первоначальной точкой старта.

Прямо сейчас он пытался получить доступ к этой УТВиП, но к его несчастью, вся система безопасности была в моём распоряжении. Это было первое, что я сделал, оказавшись здесь.

У этой вселенной первоначально были достаточно слабые контакты с другими, точнее, контакт был лишь с одной. Слепая кишка на подобии этой была редким явлением и могла быть объяснена лишь аномалией в навигационной системе, что нельзя было так просто отследить. Даже при всём желании, найти такое место намеренно — почти невозможно. Сам я знал об этом месте исключительно благодаря занимаемым мною в прошлом месту.

Ища место, чтобы спрятаться, я нашёл нечто куда большее. Пространственная конфигурация здесь была необычайно пластичной и коэффициент искажения постоянно менялся даже без видимой на то причины. Причиной тому могла быть сама Устойчивая Точка во Времени и Пространстве, но осмотр всего оборудования не показал ничего. Мог ли это быть ещё один скрывающийся хромерик, но никаких отклонений обнаружено не было.

Рядом со мной по стене проходила легкая рябь. Станция стабильно поддерживала своё состояние, несмотря на все мои модификации. Существовало несколько способов, как можно было здесь что-то поменять. Первый заключался в том, чтобы сделать СиКейКа более сговорчивым, второй же способ был лишить станцию ИИ вовсе. В обоих случаях требовалось сначала отключить всё от общей сети. Для такого требовалась целая группа хромериков, но со вселенной в слепой кишке было достаточно и одного.

Покрыв пару сотен прыжков своим ходом, я добрался до центральной шахты в сотню метров, где должны быть лифты. Ближе к стенам, некогда располагались пассажирские лифты в виде обтекаемых капсул, двигающихся внутри каналов, что уходили в самые разные и глубокие части станции. В центре были более массивные платформы и многоэтажные лифты, с помощью которых можно было перемещать самые различные и массивные грузы.

Только сейчас здесь не было ничего, просто пустота, заполненная новыми трубами и кабелями. Оттолкнувшись от пола, я переместился на стену шахты, поднимаясь вверх прыжками, сделав своё тело почти невесомым. В один момент моя измененная нога неестественно согнулась и пролетела мимо моего лица. Стоило подобного ожидать.

— Фиксирую значительное падение пси-ин и органо-когнитивных способностей. Обратите вни… — оповещение СиКейКа всплыло перед мною.

— Сам знаю. Хватит об этом талдычить и подготовь мне костюм. — огрызнулся я.

///

Исключительно тогда, когда моё тело оказалось внутри специально приспособленного костюма, я мог сосредоточиться на чём-то, помимо сохранения на месте всех конечностей. Белые панели брони с красными линиями по бокам полностью закрывали моё тело, плотно прилегая к нему. Когда стекло стенда, где стояла броня опустилось, то я увидел своё лицо. Оно выглядело уставшим. Одно из моих век постоянно дрожало, а мышцы и кожа на одной стороне лица были совсем не в тонусе. Волосы на голове из-за всё той же неисправности наноядра, меняли свой оттенок с красного на синий и обратно. Прошлое не отпускало меня ни на миг, и вот сейчас моё старое ядро опять напоминало о себе. Благодаря ему я сумел выжить тогда, но сейчас оно отравляло мою жизнь.

— Начни подготовку данных для анализа. Надеюсь, что того, что мы собрали за время моего отдыха, хватит для завершения.

— Миррор, я несколько не уверен в этом. — говоря тихо, сказал мне он.

— Лучше тебе быть уверенным. Сейчас я намереваюсь познакомиться с нашими новыми соседями. Ты фиксируешь какие-нибудь негативные намерения с их стороны?

— Ничего подобного мною не обнаружено. Мне начать корректировку лингвистической модели, учитывающей время отсутствия того хромерика во вне? — услужливо поинтересовался искусственный помощник.

— Не стоит. Он сам лишь немного старше моего поколения. Проблем возникнуть не должно, он был не только изолирован, а заморожен всё это время.

— А разве ты — нет?

— Слушай, а может мне заменить тебя на вспомогательный ИИ? — мой взгляд упал на то место, где в центре должен быть главный модуль ИИ.

На несколько мгновений он замолчал. Для меня в текущий момент он был просто удобнее. Если же воспользоваться вспомогательным… Нет, это было не в моих планах.

Переместившись на станцию, я оказался в большом и светлом атриуме, где росло несколько деревьев, которые будто не замечали неблагоприятной погоды за окном. Над моей головой был гигантский стеклянный купол, через которых я видел всё не стихающую бурю. Она длилась вот уже как несколько сотен часов, как я наблюдал за этим местом из далека. Отсюда я мог видеть башни вокруг, что навеивали воспоминания о давно минувших днях, когда мы только начали наше не совсем удачное «сотрудничество» с неосийцами, что являлось больше банальной эксплуатаций. Мы просто взяли к себе в питомцы целый вид, что стал нам игрушкой. Они были обеспечены едой, жильем, знанием, свободой… От части, их позиция была не такой плохой, если сравнивать с другими видами, цивилизациями. Это то, что я текущий мог понять, но не принять.

Закрыв глаза, я ощущал себя посреди пустоши. Позади было прошлое, столь неудачное, но манящее и тянущее за собой. Часть меня хотела оставить это всё позади, но существовало нечто, что я ощущал очень смутно. Пытаясь распутать этот клубок, я вспоминал всё больше старого себя. Почему я делаю то, что делаю? Хочу ли я исправить ошибки или просто вернуться в своё прежнее состояние? Будь я тем, кем был раньше, чтобы я решил? По какому пути последовал?

Будущее туманно, и относится это не только ко мне, но и всем хромерикам. Мы не раса, ни вид, ни цивилизация, ни культура, мы — космологический феномен, у которого есть неясно начало, но вполне обозримый конец. Смотря вперёд, я вижу только прошлое.

///

Из лифта впереди появились двое — хромерик и одна промежуточная форма. Они не торопились, двигаясь медленно и настороженно. Они не знали обо мне ничего, когда я обладал почти всей информацией по ним. Мой, покрывающий все тело, костюм, не внушал им и капли доверия. Я бы на их месте вёл бы себя точно так же.

— Вы, должно быть, сейчас растеряны. Оно и не удивительно, по прошествии стольких лет кое-что изменилось. — сказал я грозно, стоя перед ними.

Из их стойки я мог сказать, что они были готовы сражаться, но они явно этого не умели. В том, как они стояли даже не было и намёка на пресловутые стандартные боевые шаблоны. Когда-то и я сам вёл бой только с их помощью, что ни раз оставляло меня на пороге между жизнью и смертью. Всё это было в далёком прошлом.

— Ты можешь уйти, — задумчиво осмотрев его спутницу, я пополнил, — хоть вместе с ней, но сейчас.

— А с неосийцами что? Неужели всех в утиль? — пренебрежительно, он провёл рукой, показывая на всё вокруг. — И говоришь ты это несмотря на искажение, которым весь пропах? И ещё тебе хватает наглости прятать своё имя в чужом доме?

— Моё имя сейчас последнее, что тебя должно заботить. И потенциально, оно и может стать таковым. — в качестве демонстрации своих намерений, я вытащил из своего подпространства четыре черные колонны, что встали вертикально.

Как уничтожить хромерика? Хороший вопрос, которым я, впрочем, не хотел бы заниматься. Главное лишь сломать что-то в ядре. Не важно, что конкретно. Если серьёзно повредить кристалл, то хромерик может потерять возможность восстанавливаться, да и вообще получать и преобразовывать хоть какую-то энергию. Это сломит тело. Ещё, можно ударить по энцефалодате или нарушить работу пси-ин. Это сломит разум и волю.

Я вызвал в своём уме показатель пси-ина. Он был равен нулю, как и всегда. Один из многих недостатков, что я намереваюсь исправить, пускай достаточно экстравагантно и с изрядной долей риска. Но вот не было бы логично предположить, если мой пси-ин ровняется нулю, то я давно сошёл с ума? Разве это не было бы объяснением того, почему я сейчас готов убить этого старого хромерика, что не застал этот застой, что видел ещё функционирующие системы и институты, ещё целые и не столь разрозненные исследовательские ветви, что ещё пытались восстановить и создать что-то. В действительности, не лучшим ли итогом для него будет смерть? Он видел достаточно в своей жизни и ведь нет ничего лучше, чем смерть за свои идеалы.

И да, самым главным в убийстве хромерика является его отлучение от УТВиП. Проще всего для этого уничтожить её, но можно и “просто” настроить. Под “просто” подразумевается несколько столетий точечных и скрупулёзных изменений как в конструкции станции, так и СиКейКе. У специальных отрядов на это может уйти год или два, а если в их распоряжении целый конфигурационный корабль, то СИКейК начинает переносить данные с выбранной ими станции сильно заранее. Тем страннее то, что когда я нашёл это место, оно уже было отлучено от остальных вселенных.

Парящие вокруг меня колонные медленно вращались и начинали резонировать с частотой Рэйфила. У меня было достаточно времени для подготовки мер против него, даже уничтожив их, он не особо снизил бы эффект, который шёл от самой УТВиП.

На его лице появилось признаки явного недовольства, но что-то было не так.

Стекло вверху разбилось совершенно внезапно, совершенно невзирая на обостроееное мироощущение. Черно-красная точка ударилась о пол с неимоверной силой. И падавший ещё придал себе значительное ускорение. Он был ещё одним хромериком и тем, кого я знал очень долгое время и тем, кого здесь быть не должно.

Через несколько мгновений в одной из башен прозвучал взрыв. Это был его небольшой корабль, с которого он спрыгнул, оставив его в свободном полёте. Он виновато огляделся на Рэйфила, а тот ответил лишь взглядом, полным гневливого замешательства о случившемся.

— Сколько лет, сколько мил прошло, а ты по-прежнему делаешь странные штуки, Миррор? — раздался старый бодрый голос Рика, что и сам, кажется, не поменялся ни на йоту с последней нашей встречи. — Не, чего плохого тебе сделала эта колония и этот вот хромерик? — он показал на Рэйфила за своей спиной.

— Это совершенно не твоего ума дела. И что ты тут делаешь? — прикрикнул я.

— Пускай я и отрезан от системы восстановление УТВиП, это не значит, что у меня совсем нет власти над станцией. Ты находишься далеко не на своей территории. — совсем обессиленный от резонирующих колон, Рэйфил встал слева от Рика, а его помощница справа. — Через коммуникационную систему оказалось не так сложно послать кличь кому-то, о ком ты задумывался больше всего.

— Это так мило с твой стороны, — радостно ухмыльнулся Рик, — но давай в следующий раз такого не будет, и я не буду вынужден останавливать тебя от локального геноцида?

— Это совершенное не твоё дело. Тебе нет смысла вмешиваться в это. Своё предложение я ему озвучил, и он отказался. Уйди, пока не поздно. — угрожающе, я начал менять настройки своего костюма под его стиль боя.

— Нет, оставить это просто так я не могу. Беда в том, что он слабее тебя, — взглянув на Рэйфила, тот недовольно, но согласился, — причём, значительно. Вспоминая то, сколько раз мы дрались с тобой...

В моих руках появился клинок, длины которого было достаточно, чтобы задеть пол. Этого внезапного действия хватило, чтобы Рик воспринял меня всерьёз и перестал говорить. Когда мы были товарищами, я не был бойцом ближнего боя. Столь разительное изменение заставило его нервничать.

Резкий выпад, что был отражён моим оппонентом в самый последний момент. Будь целью атаки Рэйфил, то я бы уже уменьшил его массу тела на половину. Ошеломленный Рик даже не успел контратаковать, прежде чем ещё один удар начался снизу.

Носимая им броня была AC379. Всего лишь третьего поколения, в принципе, как и у меня. Было видно, что пользовался он ей не часто, ведь не в его стиле было поддерживать костюм в идеальном состоянии. На месте заблокированного удара осталась глубокая царапина. И почему он использовал этот неповоротливый костюм. Неужели он поддавался мне ещё до начала боя, или он тоже решил сменить свой стиль ведения боя?

Грубоватые линии и очертания, темно-коричневый и оранжевый, усиленный дополнительными пластинами.

Следующий удар пронёсся прямо над его головой, и он выгнулся, перепрыгивая назад. Два наших зрителя успели скрыться и когда я захотел сблизиться, обнаружил неприятную деталь. Мои перемещения в пространстве были блокированы мощными пространственными помехами. Но ведь ещё недавно я не ощущал ничего подобного и не находил никаких генераторов, их не должно быть на этой колонии. Только, если Рэйфил не позаботился о них и не сумел скрыть даже от моих прозорливых глаз и ощущений.

В конечном счёте Рик не должен стать преградой на моём пути. Ему неслыханно повезло, что у меня был способ его обезвреживания. Кинутый меч мог спокойно быть им отброшен, но тот начал беспорядочно перемещаться, создавая неразбериху. Это не было моё единственное оружие и вскоре в ход пошли ещё несколько. Перемещать такие мелкие объекты на малое расстояние с высокой скоростью можно даже при самых сильных помехах. Один из них вскоре достиг своей цели, прорезав ему ногу. Пройдя через броню, лезвие достигло кожи и мышц, но стоило ему достигнуть кости, как вся она рассыпалась внутри костюма.

Придя в замешательство от того, что этот эффект на него подействовал, он стал открытым. Через несколько секунд до него дойдёт главная особенность этого оружия. А пока его тело вместе со мной перенеслось в одну из крупнейших башен. С боку от нас было широкое панорамное окно, из которого был виден тот сад внизу, откуда мы переместились. Где-то поодаль мерцало зарево разгорающегося пожара, устроенного падением транспорта моего друга. Если вспомнить то, какой реактор может быть у того корабля, то я не завидую тем, кому это сейчас приходится тушить.

Неуверенно стоявший на своих полу-ногах Рик открыл свой шлем. Его красновато-белые волосы поблескивали в красном мигающем освещении. Он был явно зол, потому что ощутил эффект моего оружия. Он был под воздействием антигенов. Вещества, что может повредить ядро за счёт циркуляции крови с нанитами. Все наниты в нижней части его тела уже были не работоспособными и чем больше он ждал, тем менее работоспособным был. Из своего пространства он достал массивный гравитационный излучатель, что мог бы потрепать выдохшегося хромерика, но не меня.

— Ты опустился до антигенов значит, да? — выстрелил он, но выстрел был отражен щитом брони.

— Тебе ли не знать, будь это красные антигены, то ты бы, как Нарушитель был бы мертв. Это просто синие и вряд ли они нас убьют. — когда я решил сблизиться, он только отступал. Здесь был ещё один мощный источник помех, что делал перемещение опасным, можно было легко потерять свою структурную целостность и развалиться на части.

Один за одним, он стрелял в меня, а я отражал и сближался всё сильнее. Он совершенно не замечал происходящего вокруг. Звук тревоги изменился. Голосовое оповещение стихло напрочь. Длилось всё вплоть до того, пока корпус его излучателя не начал плавиться и гореть. Всё вокруг нас было изрезано линиями. Металл вокруг опасно стонал, оповещая о том, что мы явно задели и несущие конструкции.

Пытающийся отдышаться Рик жадно хватал воздух. Выбросив одно оружие, он достал второе, но не менее бесполезное. Остановившись, я просто смотрел на него.

— И что, ты не добьёшь меня, отправив в состояние комы на парочку столетий? — яростно он прокричал.

— Всё будет, но сейчас погляди вокруг внимательнее.

Из-за помех проблематично не только перемещаться, но и ощущать всё вокруг себя. В обычно ситуации мы можем ощущать всё вокруг, дальше, чем уходит горизонт. Спавший уровень помех дал ощутить ему содеянное. Располагавшийся рядом с нами реактор был разрушен одним только попаданием. Сильный импульс погрузил всё вокруг нас в полутьму, освещаемую лишь тусклым солнцем, пробивающимся через снежную пелену.

— И главное блюдо будет прямо сейчас. — достав из своего пространства небольшую синюю капсулу, я поднял её над своей головой.

— Да ладно, ты издеваешься? — разочарованно Рик замотал головой из стороны в сторону, не желая верить в своё несчастье. — А ведь я когда-то спас тебя от этого, рискуя своей жизнью!

— Мне всего лишь надо оказаться на краю ещё раз. Только и всего.

Потребовалось небольшое усилие, чтобы сломать капсулу и освободить её содержимое. В один миг всё вокруг заполнилось синевой и моё тело повалилось на пол вместе с моим старым товарищем.