— Часть 1 —

Такое ощущение, будто сегодняшний день длится целую вечность. Когда мы подъехали к многоэтажке, в которой живет Вольфганг, я едва вылез из машины. В полдень солнце печет особенно сильно, вытягивая из меня всю энергию. Кирке обрадовала, сказав, что потом научит сопротивляться этому. Даже так, это не главная причина усталости. Я морально выжат как лимон… нет, как кошельки тех мужиков, покупающих фотографии женских ступней. В общем, все очень плохо.

Поскольку это галерейный дом, поднявшись на четвертый этаж, нам также пришлось пройти до самого конца длинного балкона, минуя множество квартир.

Когда подошли к самой крайней двери, а Вольфганг полез в карман за ключами, я спросил:

— Какие-нибудь правила есть?

— Да. Мытье посуды, стирка, глажка одежды, прогулка с собакой — все на тебе.

— Ха-ха-ха, — его сарказм позабавил меня.

— Иногда и готовить будешь.

— Он же не серьезно? — удивился я, и мой взгляд автоматически повело в сторону Кирке. Та молча пожала плечами и зашла в квартиру, следом за начальником.

Он че, привел меня сюда черкаши с его труханов отстирывать? Не верю!

Зайдя внутрь, я захлопнул за собой дверь и сразу же ощутил стойкий запах табака, который, казалось, осел в квартире навечно. Бедный освежитель воздуха пытался спасти ситуацию, но к сожалению проигрывал этот бой. Здесь нужна целая армия освежителей.

С самого детства ненавижу эту вонь, так-что недовольно вздохнул, осознав, что снова придется привыкать к ней.

Сходу нас встретила небольшая прихожая. По левую сторону находились туалет и душевая, а по правую столик с зеркалом и вешалка для верхней одежды в углу. Пройдя чуть дальше, мы оказались в просторном главном зале, соединенном с кухней. В самом конце находится небольшой коридор с тремя спальнями.

Посреди зала стоял бархатный диван красного цвета. Из-за своей яркости он выбивался из остального интерьера, а из-за расположения разделял комнату на две части. Прямо перед ним располагался журнальный столик, а чуть дальше, рядом с выходом на балкон, висел большой телевизор. Позади дивана находился обеденный стол с искусственными цветами в вазе посередине.

Ступив на серый ковер, покрывающий весь пол, я сразу же ощутил его мягкость. Оглядываясь по сторонам, подметил прозрачные шторы и натюрморты, придающие белым стенам красок.

Из-за длинного стола, разделяющего кухню и зал, выбежал мопс, держащий мягкую игрушку в зубах. Не скрывая восторга он стал бросаться на ноги Вольфганга, пытаясь заставить того погладить голову. Так и не добившись желаемого результата, пес побежал к Кирке, которая сразу же подняла его на руки и начала чесать подбородок, заставляя издавать хриплые звуки, наполненные радостью. Заметив меня, он даже не стал гавкать, лишь заинтересованно посмотрел, наклонив голову набок.

То же можно сказать и о жене Вольфганга, вышедшей с балкона. Ее оценивающий взгляд сразу же приковался ко мне.

Немного пухлая женщина с бежевыми волосами, большими губами и родинкой под ними. Судя по лицу, она чуть младше нашего начальника. Кстати о нем. Мужчина подошел к жене и поцеловал ту в щеку, но не сказать, что это обрадовало ее. Она выглядит… уставшей, что ли?

— Мое имя Мелисса, — на расстоянии, представилась женщина.

Как чай, — хотел сказать я, но сдержался от этой бессмыслицы.

— Я Экки. Приятно познакомиться.

— Что за шум? — из дальней комнаты вышла девочка в пижаме и с растрепанными, бежевыми волосами. Из-за того, что протирала сонные глаза, ей пришлось приподнять очки на лоб.

— Это еще кто такой? — недовольным тоном спросила маленькая неряха.

— Наш новый домработник, — представил меня Вольфганг.

Хватит уже, босс. Эта шутка слишком затянулась!

— Я Экки.

— Экки? Прикольное имя, — почесав живот, сказала девочка.

— Спасибо…

— Я Аля.

На этом наш диалог закончился. Минуя меня, девчонка пошла в ванную, чистить зубы. Сейчас уже середина дня, а она только проснулась? В школу ходить не нужно? А, стоп, сегодня же суббота.

— Будешь спать на диване, — похлопав по спинке мебели, сказал босс.

Выглядит мягким, так что никаких проблем. Меня больше смущает приставка под телевизором, и малая, просыпающаяся днем. Она же небось всю ночь здесь играет, нет?

Тем временем Вольфганг пошел в одну из комнат, и чуть ли не силком вывел оттуда свою старшую дочь. Естественно, она была выше малявки, но мне трудно определить ее возраст из-за перекрашенных в серебряный цвет волос, практически полностью закрывающих ее лицо. Из-за того, что корни слегка отрасли, можно было понять, что ее родной цвет бежевый. Обе дочки пошли в мать. Одноглазый придурок небось ногти по ночам кусает.

— Это моя старшая дочь — Эмили, — поскольку та отказалась представляться, за нее это сделал отец.

— Я Экки, — мне надоело повторять эту фразу.

После этого, Эмили вернулась в комнату и с грохотом захлопнула дверь.

— Еще у нас есть сын — Йохан.

О! Так я не одинок? Может, хоть с кем-то смогу найти общий язык.

— Будешь менять ему подгузники, — добавил начальник.

Походу, пора возвращаться к варианту с мостом.

И все же, одноглазый действительно доверит мне ребенка?

— Но сперва, приготовь нам обед, — продолжал Вольфганг.

— Вольф, ты в своем репертуаре, — слегка шлепнув того по плечу, сказала Мелисса. Кстати, без «ганг» его имя звучит как-то чересчур мило.

Взгляд женщины вернулся ко мне и та добавила:

— Не переживай, я займусь обе…

— Нет, все нормально, — ответил я.

Из перечисленных им требований, готовка наилучший вариант. Пока жил самостоятельно, неплохо прокачал этот навык.

— Серьезно что ли? — удивился начальник.

— Только давайте договоримся. Если вам понравится — я не буду менять подгузники карапузу.

Кирке надула щеки, сдерживая смех.

— А если не понравится? — сложив руки на груди, уточнил бородатый.

Как-то не хочется придумывать для себя наказание, так что с пафосным видом выдал:

— Не понравится? Мое блюдо? Это просто невозможно.

— Ха-ха-ха, — это уже вторая улыбка нашего куратора. Такими темпами я растоплю его сердечко! — Мне нравится твоя уверенность. По рукам, — сказал он, и мы заключили очередную сделку.

Такими темпами, я стану бизнесменом.

— Часть 2 —

Не так я представлял себе жизнь агента, охотящегося на дьяволов, но ничего не поделаешь. Возможно, одноглазый хочет проверить меня или что-то в этом роде. В любом случае, для нормальных заданий мне нужно дождаться формы.

«Какой же ты наивный».

Наконец-то проснулась?

«Я ненадолго. Просто хотела сказать, что ты дурачок. Пока».

Джина и вправду замолкла после этих слов. С кем я вообще связался?

Помыв руки, я заглянул в холодильник. Нужно знать ингредиенты, прежде чем планировать блюдо. В тяжелые времена, готовка стала для меня некой отдушиной, помогающей отвлечься от поедающих душу мыслей.

— Что будешь готовить? — немного удивила меня Аля, севшая на стул рядом.

— Есть пожелания?

— Каких-то особых нет, но я ненавижу томатную пасту, так что не вздумай добавлять ее, — достав изо рта лимонный чупа-чупс, ответила девочка.

— Хорошо, учту.

— Правильно. Тебе следует знать, что я главная в семье, и меня лучше не расстраивать, — сиденье стула Али способно крутиться на 180 градусов, и девочка пользуется этим, издавая скрипящие звуки.

В таком случае возьму за основу жирные сливки.

Ладно, пора приступать к делу. Нарезав куриное филе, я отправил его на разогретую сковороду. Хорошо, что у них есть подсолнечное масло. Я как-то смотрел статистику, и оказалось, что в Токиве большинство семей готовят на рапсовом. Чудики, не иначе.

Отрезав большой кусок сливочного масла, я закинул его в сотейник. Как только то растаяло, следом отправились нарезанные шампиньоны и чеснок. Далее, я вернулся к курице. Когда кусочки филе приобрели золотистый цвет, я засыпал специальную куриную приправу, перец и смесь разнообразных сухих трав, по типу укропа, базилика и орегано.

Посреди готовки, Аля попросила кусочек филе, чтобы угостить мопса, которого, кстати, зовут Беляш.

К тому моменту грибы уже успели прожариться, так что я положил в сотейник жирные сливки и перемешав, дал им растаять. Спустя пару минут, нужно было перелить соус в сковороду и накрыть крышкой.

В виде гарнира у нас будут макароны, отлично сочетающиеся с тем, что я готовлю. Осталось всего пару минут, и можно звать всех к столу.

— Экки, расскажи что-нибудь о себе, — выдала Аля, которая все это время следила за готовкой.

К такому вопросу меня жизнь не готовила. Не хочется выглядеть жалко в глазах малявки, но непременно буду, если открою рот.

— Это будет не так уж и просто… — придавая себе загадочности, ответил я.

— У тебя есть девушка? — сходу спросила девчонка. Допрашивать меня их семейное?

— Откуда ей взяться?

— Ты вроде как симпатичный, — я получил самый неожиданный ответ в мире.

— Правда что-ли? — малявка засмущала меня. Докатились бля…

— Что за реакция? — видимо она заметила мое удивление.

— Так меня еще никто не называл… — нервно почесывая затылок, я старался не отвлекаться от сковороды.

— Шутишь?

— Нет.

— Я так и вижу, как все девочки пожирают тебя взглядом. Может, ты просто не замечал?

Она говорит это с сарказмом?

— Никто за мной не бегал и вообще, что за хрень ты несешь? Тебе лет-то сколько?

— Двенадцать.

— Не хочу обсуждать взрослые темы с малявкой, так что завязывай.

— Ни хатю апсуздать взвосвые темы ф маляфкай, бла-бла-бла, — кривляясь, повторила она. — О чем с тобой еще разговаривать?

— Фиг знает. Ты сама ко мне подошла.

В ответ на это, получил разочарованный вздох, так что пришлось исправлять ситуацию:

— Я видел приставку… В файтинги играешь?

— Только Стрит Браулер 6. Я больше по одиночным играм с интересным сюжетом.

— На днях должны привезти мои вещи. Как только получу свой джойстик, обязательно сыграю с тобой.

— Какого браулера предпочитаешь? — заинтересовалась Аля.

— Рю.

— Если будешь спамить один Хадукен, зажимая меня у стенки, я пожалуюсь папе. Думаю, догадываешься, что ничем хорошим это не закончится.

— Это вообще к чему было сказано?

— Просто предупреждаю, — подмигнув, девочка взяла на руки мопса и пошла на диван к маме.

Та попыталась расчесать волосы дочки, но безуспешно, ведь Аля продолжала бороться за свою неряшливость. В конце концов, она вернулась ко мне:

— Слушай, Экки… — голос Али звучал неуверенно.

— Слушаю.

— До тебя с нами жил Бэк. Папа говорит, его перевели в другой район, но я-то уже взрослая, так что с полуслова определяю ложь.

— Бэка и правда перевели в другой район, — соврал и я, получив в награду осуждающий взгляд девчонки.

— В общем я к тому… ну… Постарайся не умереть, ладно? — посмотрев мне прямо в глаза, выдала соплячка.

Я не знал, какие слова подобрать в данной ситуации. Не могу ей ничего обещать, мы знакомы меньше часа. Но в то же время, не хочется и отказывать.

— Я планирую жить до ста лет, о чем ты? — перевел я все в шутку.

— Вот и хорошо! — хлопнув в ладоши, девочка снова пошла к маме, вооружившись деревянным шпателем.

Тем временем я закончил с готовкой. Рассыпав макароны по тарелкам, оставалось лишь залить их сливочно-грибным соусом с курицей. Надеюсь, им понравится…

— Часть 3 —

— Неплохо… — чуть-ли не вылизывая тарелку, сказал одноглазый.

Меньшего я и не ожидал.

— И правда… — вместе с удивленным взглядом, вырвалось из Кирке.

— Вкусно, — весьма сдержанно заявила Мелисса.

Получить комплимент от домохозяйки особенно приятно.

— … — Эмили никак не отреагировала, молча вернувшись в комнату.

— Сойдет! — гордо задрав голову, сказала Аля.

— Гав-гав! — а вот Беляш в отличие от нее не капризничал, приговорив всю миску.

— Часть 4 —

После того как я помыл за всеми посуду, Вольфганг не стесняясь запряг меня дополнительной работой. Но у этого были и плюсы. Когда помогал ему менять зимнюю резину, босс рассказал о возможностях и ограничениях моей силы. Было еще несколько важных деталей, но я не то чтобы их понял даже после того, как переспросил несколько раз. В голове отпечаталось лишь наличие особенности, которую я могу использовать примерно раз в неделю. У нее название еще забавное.

Вернувшись, я выстоял очередь и наконец-то принял душ. Из-за загруженности, я не заметил, как день сменился ночью.

Какое-то время меня терзали мысли по поводу пробудившейся обратно Джины. Я ведь понятия не имею, что случится после того, как усну. Быть может, дьяволица способна захватить тело и назло мне вытворить какую-нибудь пакость. Не то чтобы на это были явные причины, но как и говорил Вольфганг — дьяволам нельзя доверять. Из-за этого, я даже собирался попросить босса заковать меня в наручники, но стоило только прилечь на мягкий диван, как тут же вырубился.

Тогда же, произошло нечто странное.

Сон это странное измерение, в котором у тебя нет контроля и большую часть времени приходится наблюдать за творящимся безумием, без возможности его остановить. Сегодня, впервые в жизни, все было иначе. Сон ощущался как явь.

Мое воображение рисовало реальность вокруг. Было трудно контролировать процесс, поэтому я не раз начудил, перед тем как привык.

В конце концов, я оказался в той самой забегаловке, в которой комар устроил теракт. Правда, во сне все было иначе. Никаких трупов и крови, лишь творожный десерт с вишней и безликая девушка напротив. Как бы не пытался представить Киру, получались лишь ее безликие копии, занимающие места за другими столиками.

— Почему кафешка? — услышав голос Джины, я снова посмотрел на девушку напротив. У нее, как и у остальных нет лица.

— А куда еще идти на первом свидании?

Осознав свои возможности в этом измерении, моя фантазия тут же разыгралась. Может, дьяволицу смутил выбор конкретно этого места? В конце концов увиденный там кошмар не имеет ничего общего с той милотой, которую я себе здесь напридумывал. Проблема в том, что я впервые побывал в кафе и его вид отложился в голове навсегда.

— Это твоя цель? Сходить на свидание с Кирой?

— Не. Хочу начать с ней встречаться.

— Забавный ты… — тоскливым голосом заявила дьяволица. — Так и планируешь оставаться маленьким ребеночком?

— Сколько себя помню, всегда ждал момента, когда стану взрослым. Мол, появится куча различных возможностей, и я смогу делать все, что только захочу. Как оказалось, во взрослом мире все совершенно наоборот: ответственность, запреты, проблемы и постоянные мысли о том, что будет завтра. Поэтому я считаю, что держаться за ребенка внутри себя не так уж плохо, — попробовав десерт, я осознал, что ощущаю вкус. Офигеть!

— Твоя беспечность умиляет. Даже как-то жаль, что из-за нее, нам придется расстаться.

— Типа ты уйдешь от меня?

— Типа ты умрешь, — в свойственной мне манере, ответила Джина.

— Звучит как угроза, — обжираясь бесконечным тортом, продолжил я.

— Считай это дружеским предупреждением, — подперев щеку рукой, она отвернулась к окну.

— С каких пор мы друзья?

— Тогда враги?! — голос Джины резко исказился и у моего горла оказалась ее рука, с длинными, черными когтями.

— Не, — спокойно отреагировал я. В конце концов, это всего лишь сон. — Мы просто напарники. Но если поклянешься не пакостить, можем стать и друзьями.

Дьяволица ничего не ответила, но хотя бы руку убрала. А то не хотелось бы снова видеть это место залитое кровью. Вместо бессмысленных конфликтов, я создал ей десерт.

— Попробуй.

— Дьяволы не чувствуют вкуса.

— Но у вас же отличный нюх? Даже дети знают, что эти две вещи взаимосвязаны.

— Не путай это с человеческим нюхом, дурак. Мы способны ощущать себе подобных и всякую инородную всячину, но никак не аромат вишни, — хоть глаз и не было, Джина опустила голову, как бы смотря на десерт.

— Это интересно. Расскажи побольше о дьяволах.

— Я бы с радостью, но сейчас у нас нет времени. Через несколько секунд тебе попытаются перерезать глотку.

— Ты знала, что если повторить одну и ту же шутку дважды, она перестанет быть смешной? — держа ложку зубами, спросил я.

— Разве в борделе я шутила?

— И правда… — ложка выпала из-за того, что разинул рот.

— Эта встреча, вытянула из меня много сил, так что не уверена, когда достучусь до тебя в следующий раз. Надеюсь, к тому времени, ты все еще будешь жив. Дьявол Кирке поведал мне о том, что из-за какой-то девчушки в Агентстве переполох. Если даже эти вечно собранные дурачки засуетились, это может значить лишь одно — намечается нечто ужасное. Тебе лучше быть готовым! — девушка повысила тон на последнем предложении, делая на нем акцент.

— Девчушки?

Но ответа я не получил, ведь картина перед глазами резко изменилась. Скажу честно: вид безликой девушки был куда приятнее, чем рожа одноглазого придурка, замахивающегося ножом. Тот, кто хочет прирезать меня — Вольфганг?

Перекатившись в сторону, мне удалось избежать смерти. Но этот мудак диван испортил!

— С добрым утром, — в другой руке он держал кофе.

— Я че, с колесами напортачил?

— Нет. Это была проверка твоих рефлексов. Как и говорила Кирке — твои чувства обостряются, но без постоянной практики от них не будет никакого проку.

Она говорила не так, ну да ладно.

— А если бы не среагировал? — глянув на дырку в диване, спросил я.

— Что за глупый вопрос? Умер бы, конечно, — буднично попивая кофе, ответил начальник. — Мне нет смысла играть в поддавки. Агентству не нужно бесполезное отребье.

Одноглазый еще в смешном халате стоит, мешая мне сосредоточиться. Этот элемент тоже часть тренировки?

— Сейчас мы проведем спарринг, — отставив чашку, он закурил прямо в комнате. — Сможешь потушить сигарету — победишь.

— Может, вы хотя бы переоденитесь?

— Для чего?

— В таком виде вас сложно воспринимать всерьез.

— Привыкай. Дьяволы не всегда выглядят презентабельно. Я тебе больше скажу — внешний вид вообще не должен играть для тебя никакой роли. Если не будешь ощущать сущность противника — быстро пойдешь червям на корм.

Неужели по этой же причине, он пустил такого как я в дом? У меня и вправду нет плохих намерений, и босс знает об этом.

— И как это сделать?

— Сперва поднапрягись и нащупай внутри духовную энергию. Это не так уж и сложно.

Босс говорил об этом еще вчера, но я не совсем понимаю, как можно нащупать эфемерную хрень.

— Боюсь, если напрягусь еще сильнее, моя духовная энергия станет коричневой, — с выступающей на лбу веной, ответил я.

— А ты себе не изменяешь. Снова шутка о жопе, — после этих слов он уткнулся в часы и, начав клацать по экрану, добавил: — В следующий раз как попробуешь пошутить, я включу этот звук…

Он отвлекся! Это отличный шанс! Бородатый не уточнял, когда мы начинаем бой.

Отпружинив от дивана, я почти достал до сигареты, но вместо этого получил пинок, выбивший из меня весь дух и отбросивший до самой прихожей. Широко открыв рот, я изо всех сил пытался набрать воздуха в опустевшие легкие.

— Ха-ха-ха-ха, — это был закадровый смех, доносящийся из часов Вольфганга.

— Вот этот звук, — добавил куратор. — Каждый раз как слышу его, вспоминаю дешевые комедии. Одной лишь мысли о них достаточно, чтобы вывести меня из себя.

Он типа намекает, что шутить мне больше не стоит?

— Если покрою тело энергией, мне не будет так больно? — пытаясь подняться, спросил я.

— В зависимости от того, как много энергии я сам вложу в удар. Если брать за основу мой прошлый пинок — то при должной защите, это скорее напомнило бы тебе комариный укус.

То есть он хочет сказать, что это был слабый удар?! Мне кажется, я сейчас кровью начну блевать… Ну или не кровью…

— Нападай, — сделав глоток кофе, Вольфганг подзывал меня жестом.

После щелчка пальцев из головы вылезло два рога, запачкав белую футболку кровью.

— Я не буду использовать чары, а вот тебе следует. Но делай это с умом. Устроишь здесь бардак — прикончу.

Мне даже касаться его не нужно, так что постараюсь потушить сигарету умом!

Засунув руки в кроссовки, я побежал на босса. Нельзя, чтобы он понял, что я запланировал, поэтому пришлось использовать силу в последний момент. Обратив обувь в вееры, я с непривычки не успел подхватить один из них, но для победы хватит и одного.

— Пожар решил устроить? — спросил Вольфганг после моего взмаха.

— Эй! — воскликнул я, после того как атака не возымела успеха.

Еще бы моя атака сработала! Он жульничал, спрятав сигарету под язык!

В отместку начальник и сам атаковал. Ему хватило нескольких ударов ножом, чтобы полностью разрезать веер. Насколько же он быстр?!

Кроссовки вернули свою былую форму… Вернее, почти вернули. Внутренности одного из них были выпотрошены!

— Они 550 айро стоят! — разозлился я.

Тогда же понял, что злость раскрепощает меня, делая тело легче, а мозг активнее. Я мог быстрее принимать решения и атаковать так, словно всю жизнь до этого дрался. Даже при этом мне не удалось попасть по начальнику и он снова отбросил меня назад.

Почему злость так подействовала на меня? Впервые использовав форму, я чувствовал себя так же. Но тогда во мне не было ни капли злобы… Я веселился… Все дело в эмоциях? Выплескивая их наружу я становлюсь сильнее?

Когда я собирался снова напасть на Вольфганга, под руку стал моститься Беляш. Я больше не мог сдерживаться и… очевидно погладил его. Даже будь я самым конченым отбросом, все равно ничего не смог бы с ним сделать. Сила не работает на живых существ, кроме меня самого. Но и на подобную роскошь у меня сейчас не хватит духовной энергии, так что нужно концентрироваться на преобразовании предметов.

Оглядывая комнату, я не мог решиться на следующий шаг. Вся суть способностей Джины — сплошной хаос, который я никак не могу здесь устроить…

Вместе с лаской Беляша пропадала и злость, на пару с приобретенной легкостью. Значит, я был прав. Но мне не нужно злиться, чтобы становиться сильнее.

Заперев пса в туалете, я вернулся в холл с улыбкой до ушей.

Ринувшись в атаку, мне оставалось лишь продолжать попытки потушить сигарету. Он уворачивается от всех ударов и лишь изредка их блокирует. Подобрав со стола кружку с кофе, я обратил ее в запечатанный термос. Бросив тот в босса, я отменил эффект. Горячий кофе должен был не просто потушить сигарету, но и ожог на его лице оставить, да только он вообще какой-то ненормальный. Каким-то образом Вольфганг успел поймать кружку еще до того, как из нее вылилось содержимое и даже показательный глоток сделал, перед тем как снова пнуть меня в живот.

Превратив подушку в вентилятор, я нажал на кнопку, но ничего не произошло. Черт, нужна розетка! А если на батарейках? Тогда нужно еще два предмета? А хватит ли мне энергии?

Пока думал, пропустил удар, затем еще один и так до тех пор, пока счетчик не перевалил за десятку. Даже несмотря на боль, я продолжал бежать на Вольфганга как безумец, вооружившись лишь кулаками. Понемногу, я стал понимать, как контролировать энергию внутри себя. Ощущение такое, будто мне приходится двигать кровь по сосудам. К сожалению, это никак не помогало, ведь направить ее в нужную точку чертовски сложно, а сконцентрировать на месте, кажется, невозможно.

Тогда же, у меня всплыла гениальная идея. Поскольку он всегда бьет в живот, мне всего-лишь нужно подставиться под удар, в тот момент, как энергия будет проходить через нужное место. Время, проведенное в ритмических играх, наконец-то окупается!

Мне удалось провернуть это со второй попытки. Впервые его удар не отбросил меня назад. Судя по роже, он приятно удивился. Крепко сжав руку в кулак, я хотел было выбить ему зубы, но все снова пошло не по плану. Организм больше не мог держать все в себе, поэтому длинная струя рвоты вылетела из меня подобно броску кобры. Обблевав Вольфганга с ног до головы, я упал на колени, схватившись за живот.

На какое-то время над нами нависла гробовая тишина, которую тот все же нарушил:

— Если хоть кто-то об этом узнает… — вытирая рвоту с лица, он сжал в руке потухшую сигарету, — я вырву каждую кость из твоего тела и скормлю Беляшу.

— Я… я могила, — вытирая рот и дрожа от боли, ответил я.

Эту победу трудно назвать чистой…