Внутри казино.

— Позвольте мне поведать печальную, печальную историю…

Грэм был первым, кто нарушил тишину, окутавшую казино.

— Только что я был потерян. «Должен ли я объединиться с братцем Ладдом, чтобы побить этого ублюдка Феликса? Или я должен всеми силами уважать право братца Ладда сразиться с ним один на один и целиком посвятить себя разбору этого красноглазого ублюдка, который пытается встать у них на пути?» И! Результатом! Этой! Нерешительности! Стала! Эта! Хрень!

Грэм кричал, одновременно с этим вращая свой гаечный ключ, стоя посреди комнаты с жестоко уничтоженными карточными столами и люстрами, разбившимися при падении с потолка.

— Это не демонтаж! Это разрушение! Разгром! Хаос! Я не выдерживаю этого, что мне делать, Шафт, помоги, что мне делать?! Как мне расплатиться за свои преступления и собрать всё обратно, чтобы я мог подобающе разобрать это и достичь мира во всём мире?!

— Можете начать с того, чтобы хоть в этот раз заткнуться.

— …Полегче, Шафт. Дай ему покричать.

Ладд, похоже, слегка успокоился, услышав знакомую болтовню Грэма.

Он хрустнул шеей, вновь выглядя так, будто ему скучно, после чего заговорил с Фиро.

— Я расплачусь за уничтожение твоего казино. Нет смысла позволять Рунората делать тебе одолжение, – он ударил своей левой рукой по правой и пробормотал скорее себе под нос. – И, поскольку я никак не связан с семьёй Мартиджо, я разобью этому мелкому ублюдку Мелви череп. Думаю, так пойдёт.

Фиро всё ещё пребывал в шоке и пытался осознать, что только что произошло. Даже если он слышал Ладда, он не показал этого.

Эннис наблюдала за ним издалека, и также не казалось, что Ронни особо склонен дать ему какой-то совет.

Кристофер собирался сказать ему что-то, но Рикардо схватил парня за руку.

— Постой, Кристофер. Ему нужна минутка.

— Правда? Видишь ли, я прагматик. Я думал, что должен спросить его о слабостях этого парня Феликса…

— Да, ум, Крис, это именно то, о чём Рикардо и говорит. Я правда не думаю, что пока что тебе стоит делать это, – подключились Рэйл.

Кристофер просто пожал плечами и послушно отступил.

Джакуззи уставился перед собой, практически потеряв сознание от одного только присутствия Вино, но его глаза внезапно расширились, когда он осознал кое-что.

— Э-эй, м-мы должны убираться отсюда, скорее… Тут недавно была стрельба и только что тоже было весьма шумно, так что полиция может прибыть в любую минуту…

Майза, который до этого был глубоко потерян в мыслях, вдруг поднял взгляд.

— Ох, не думаю, что полиция приедет.

— А? Что вы имеете в виду, мистер Майза? – нервно спросил Фиро.

— Ну… На радио по этому поводу настоящий переполох, но не похоже, что они пролетали в этой округе…

— Пролетали?.. О чём вы говорите? – спросил Фиро, выглядя ещё более озадаченным, чем раньше.

Майза ответил с некоторым трудом, словно он сам не был до конца уверен.

— Похоже, куча самолётов появились из ниоткуда и начали атаковать Манхэттен, так что прямо сейчас у полиции дел по горло.

⇔

По всему Нью-Йорку.

Солнце практически зашло, и тьма начала накрывать Манхэттен.

Когда неоновые вывески осветили тусклые небеса, гидросамолёты начали летать между небоскрёбами и зданиями, проносясь над парками и улицами.

Гул двигателей и неустанные отчёты о стрельбе эхом разносились по городу, пока искры разлетались от пулемётов, установленных на самолётах.

— Гья-а-а-а-а-а-а! М-мистер вице-президент! Война началась! Это безнадёжно! Я, может, была и не лучшей ученицей и так и не смогла получить полное число очков, но я рада тому, что мне выпала честь учиться у ва-а-а-а-а-а-а-а-аса-а-а-а-а! – Кэрол внезапно прекратила бежать по тротуару, когда самолёт вдруг появился на другом конце улицы, и девочка в панике схватилась за ногу своего начальника.

Но её начальник, – Густав Сен-Жермен, вице-президент Дейли Дейс, – спокойно изучил самолёт и погладил Кэрол по голове.

— Успокойся, Кэрол… Я слышу выстрелы, но не звуки попадания. Они используют лишь холостые патроны.

⇔

Нью-Йорк – В офисе семьи Гандор.

— …

— Эй, Кит. Какого чёрта там вообще творится?

Офис семьи Гандор расположился на нижнем этаже концертного зала джазовой музыки.

Кит и Берга наслаждались игрой в покер с парой других членов семьи. Тик и Мария ушли наружу посмотреть, что это за шум, и вернулись с докладом.

— У-у-ум, там вокруг летает ку-у-у-уча самолётов. Они правда кла-а-асные.

— Это потрясающе, амиго! Они летают очень низко, прямо между зданиями! Если я заберусь на третий этаж, уверена, я смогу разрезать один! Эй, как думаешь, я должна сделать это? Можно, амиго?!

Их отчёт упускал суть. Берга нахмурился, глядя на дуэт, но Кит просто взял ещё одну карту с тем же выражением лица, что и всегда.

И, стоило ему увидеть, что это была за карта, как его лицо слегка омрачилось.

— …

— В чём дело, Кит? Это странно, большая часть карт джокеры. Как ты вообще вытащил эту?

Глядя на семёрку на столе, Кит ощутил странную тревогу в груди. Он встал из-за стола и сам направился наружу.

Он не был уверен, когда, но всё его тело наполнило предчувствие, будто их втягивают в какой-то поток…

И в то же время его наполнила решимость уничтожить этот поток, чем бы он ни был.

⇔

Где-то в Нью-Йорке – Штаб расследований Виктора.

— Так вот как ты собрался играть… Ты наконец собирался начать это дерьмо, а, Хьюи?!

Когда шум двигателей самолётов эхом пронёсся по складу, пока они пролетели над ним, Виктор ударил кулаком по своему столу.

— Они холостые, чёрт возьми! Самолёты или гидросамолёты, плевать, они стреляют лишь холостыми! Разве эти идиоты не видят, что это просто обманный манёвр? Блять! Прекратите пялиться в небо и взгляните на землю, чёрт побери, на землю! Пока полицейские носятся вокруг как курицы с отрубленными, мать вашу, головами, они собираются провернуть что-то крупное прямо под нашим ёбаным носом!

В большинстве своём Виктор был прав.

Гидросамолёты определённо были отвлечением.

Но Виктор ещё не осознал.

Для начала, Мелви планировал это, чтобы полиция не вмешалась в его «встречу» с Фиро. Во-вторых, в конечном итоге, это не имело никакого отношения к эксперименту Хьюи.

И то, что буйствующие гидросамолёты были всего парой самолётов Времени из тех, что Хьюи расположил в Атлантическом океане.

⇔

Где-то в Нью-Йорке.

— Господин, снаружи сегодня шумно. Думаете, всё будет в порядке? – спросил юноша, в чьих чертах лица ещё была заметна капля незрелости.

Мужчина, собирающий крупный огнестрел, ответил.

— Оставь это, ученик номер один. Я по одному звуку могу сказать. Они холостые.

Мужчина даже не поднял взгляд от блестящего месива из деталей различного оружия. Смит холодно продолжил.

— Что важнее, теперь пацан Грэм в любой момент может воссоединиться с Ладдом…. Ладд, Ладд, Ладд. Этот безумный ублюдок очарован тем же цветком безумия, что привёл и меня к столь глупому шутовству, но лишь ядовитые насекомые приближаются к его цветку безумия. Потому они не понимают всей его красоты. В этом смысле я…

Остальная часть его предложения утонула в шуме от самолёта, пролетевшего особенно близко к земле.

— Блин… у этих ублюдков нет никакого чувства эстетики.

⇔

Секретные апартаменты Шанне.

— Ясно…

Один из подчинённых Хьюи появился в комнате, где они находились, и предоставил ему отчёт. Мужчина подошёл к окну и заговорил с Шанне.

— Шанне, моя шпионка Хилтон, похоже, нашла нашего старого друга.

— ?

«Старого друга»?

Наверное, Спайка?

Этот предатель.

Я с самого начала не доверяла ему, но, если он решил нацелиться на отца, я прикончу его…

— Нейдар Шасшуле.

Она как раз размышляла о парне, но девушка и подумать не могла, что услышит его имя здесь.

— ?!

— Он предал Лемуров, и ты даже отрезала ему руку… но, по-видимому, он жив и здоров и находится прямо здесь, в Нью-Йорке.

Похоже, Хьюи с наслаждением рассказывал ей это.

Он не пытался манипулировать ей через эти слова.

Он просто ждал, чтобы посмотреть, что же Шанне сделает после того, как он расскажет ей. Ни больше, ни меньше.

Пока её отец смотрел на неё, Шанне опустила взгляд к полу и задумалась.

Ясно.

Я действительно развалилась с тех самых пор, как….

С тех пор, как не прикончила его.

Но теперь это неважно.

В глубинах своего сердца Шанне приняла решение.

Чтобы вернуть свою прежнюю остроту… Она убьёт Нейдара Шасшуле.

Если я увижу его в городе, я раз и навсегда покончу с ним.

Не чувствуя ничего… Словно я выбрасываю мусор.

⇔

Где-то в Нью-Йорке.

— Что это… Какого чёрта здесь творится?!..

Нейдар поднял взгляд на самолёты, летящие по небу, и кинулся бежать, спасая свою жизнь, понятия не имея, куда он направляется.

Он уже задавался вопросом, мог ли он как-то упасть в кроличью нору Алисы и очутиться в Стране Чудес, когда его выпустили из тюрьмы.

Или, может, всё это было сном – долгим, долгим сном, который начался, когда он лишился руки и его взорвали вместе со складом. Может, даже сейчас он лежал на дне под грудой развалин.

Парень начал теряться в своих безумных иллюзиях. Возможно, ему даже хотелось, чтобы эти иллюзии были правдой.

А-а-а-а, если этот сон начался ещё раньше… Может, я мог бы всё изменить?

Он вспомнил своё обещание, данное подруге детства, и прежде, чем он осознал это, слёзы навернулись на его глаза, пока он продолжал бежать.

Я не знаю.

Кто-нибудь, кто-нибудь, пожалуйста, просто скажите, что мне делать?

Как кому-то стать героем?

Как может кто-то… кто-то вроде меня… вообще стать героем…

Он понятия не имел, что сейчас Шанне Лафорет направила свою безэмоциональную, механическую жажду крови в его сторону…

Юноша просто бежал, слоняясь по городу, не в силах сдержать своё обещание стать героем.

Он лишь использовал свой пиджак, укутав в него деньги – единственную силу, которой он обладал, сколь бы мелкой она ни была.

Даже несмотря на то, что он понятия не имел, как использовать её.

Всё, что он мог – это бежать и бежать, потерянный во всех возможных смыслах.

⇔

Где-то в Нью-Йорке.

— Глянь, Мирия! Самолёты!

— Прямо как Чарльз! Огастус! Линдберг!

Айзек и Мирия направлялись на работу, о которой рассказал им Молса…

И они столкнулись с гидросамолётом, вылетающим из Нью-Йорка, всего в паре метров от них.

Самолёт покачивался между зданиями, пролетая невероятно низко к земле, после чего подлетел вверх к звёздному ночному небу. Вскоре единственным признаком его присутствия были мелькающие звёзды, когда он скрывал их из виду.

Облака, накрывшие небо где-то в полдень этого дня, исчезли, словно одобряя действия самолётов, направляющихся в небо.

Айзек и Мирия наблюдали за практически романтической сценой и взволнованно заговорили друг с другом.

— Если так подумать, мы грабили поезд, но мы никогда не грабили самолёт, не так ли? Хотя мы уже умыли руки от всех этих дел.

— Эй, Айзек, в любом случае, как вообще ограбить самолёт?

— Ну, знаешь! Ты крадёшь у него самое важное!

— Что важного есть у самолёта?

Айзек на мгновение затих…

— …Небо?

Это был чрезвычайно простой ответ.

— Вау, точно! Самолёт не может летать без неба! Это правда самое важное!

— Да… Так что фактически, если мы заберём небо у всего мира!..

— Потрясающе! Но, Айзек, где вообще начинается небо? Где оно кончается?

Вновь совершенно очевидный вопрос, но в этот раз Айзек ответил не колеблясь ни секунды.

— Где летают самолёты, конечно же!

— Но этот самолёт только что пролетел ужасно низко…

— …Стой, тогда это… Это значит, что мы в небе?! Тогда можно даже сказать, что Нью-Йорк – небесный город, раз самолёты летают здесь!

— Как Мачу-Пикчу! Бальнибарби и Лапута! И Рюгу-дзё! – воскликнула Мирия.

Айзек не осознал, что не все её примеры соответствовали ситуации.

— Ясно… Мы можем на самом деле почувствовать небо из-за самолётов… Братья Райт были просто потрясающими… Отлично! Давай будем благодарны самолётам, Мирия! Мы не можем грабить их! Это будет неправильно! Разве ты не рада, что мы уже оставили эту жизнь позади? Это самое лучшее чувство в мире!

— Эйфория!

По тому, что они говорили, сложно было сказать, были ли они детьми или взрослыми. Они кинулись бежать под тёмными облаками, которые вновь начали собираться над Нью-Йорком.

Они понятия не имели, что их самих втянуло в водоворот неразберихи.

Скорее всего, они никогда этого не поймут.

Для них вся жизнь была полна открытий, тем хаосом, что был переполнен и тьмой, и светом.

И понимали ли они или же нет…

Когда эти самолёты привнесли свою шумиху, свой глупый переполох, кромешная тьма начала сгущаться над Нью-Йорком.

⇔

Ночь – Во тьме.

В вилле, принадлежащей Рунората…

Мелви вошёл в комнату, которая выходила на сад, и выключил свет прежде, чем лечь в кровать.

Его телохранитель Феликс работал с ним лишь днём, когда он покидал дом, так что прямо сейчас его охранниками были несколько десятков мафиози, которые патрулировали окрестности, защищая его.

Однако…

— Так-так. Ты сегодня хорошо поработал, Мелви.

Голос окликнул Мелви из угла комнаты, окутанного кромешной тьмой.

Судя по шелесту занавесок, становилось очевидно, что кто-то проскользнул мимо всех бдительных взглядов и проник внутрь.

Но Мелви с полным безразличием ответил «тьме».

— Ничего особенного. Не волнуйтесь, господин.

— Ясно-ясно. Но этот твой дневной телохранитель весьма впечатляет. Я и правда не мог даже близко к тебе подобраться.

— Я и сам был удивлён его способностями.

Ответ Мелви был встречен приглушённым смешком.

— Я тоже приступаю к своим приготовлениям, но… Результаты могут конфликтовать с твоими действиями. Если подобное случится, ну, было бы неплохо, если бы ты не стал ненавидеть меня слишком сильно. Ладно?

— Конечно. Вы мой господин. Я слушаюсь лишь ваших приказов. Если вы скажете мне умереть, я покорно преподнесу свою голову к правой руке бессмертного, – с уважением ответил он, всё ещё лёжа на кровати.

— …Не «с удовольствием», а «покорно». Очень похоже на тебя. Это замечательно. Ну, я лишь желаю, чтобы ты использовал своё текущее положение, чтобы устроить беспорядок, какой пожелаешь. Что угодно, что придёт тебе в голову.

— …

— И сколько раз повторять, но не зови меня «господин». Звучит слишком уж чопорно.

«Тьма» хихикнула и радостно продолжила.

— Ты уже знаешь моё имя. Ты можешь дать мне прозвище или сократить его. Зови меня как пожелаешь, ну же!

— …Если так, тогда я буду звать вас «господин».

— Ха-ха! Ты язвительный пацан, да?

И затем тишина.

После того, как отголоски смеха угасли, тьма больше не говорила.

Занавески замерли, и нарушитель исчез.

Когда Мелви убедился в этом, улыбка, которую он удерживал весь день, пропала с его лица… и юноша провалился в глубокий сон.

Словно отдыхая и готовясь к очередному длинному дню полному искусственных улыбок завтра.

⇔

Нью-Йорк – Клиника Фреда.

Благодаря тому, что они махали и преследовали гидросамолёты, Айзек и Мирия сильно потерялись.

Они прибыли к своему новому рабочему месту, о котором им рассказал Молса, только к середине ночи.

— Эй, Айзек, говорится, что они сегодня закрыты.

— Хм-м. Ну, Молса сказал, что мы можем просто войти.

Даже посреди ночи в клинике горел свет.

Пара бродила взад-вперёд перед дверью, задаваясь вопросом, что им делать, когда лицо молодого человека показалось в окне.

— Ох… Владелец Альвеаре звонил перед этим и сказал, что вы двое придёте помочь. Вы явно не спешили, не так ли? – парень сделал паузу и внимательно посмотрел на них. – …Стойте, разве я не видел вас ран-... А-а, неважно.

Пару секунд глядя на них, парень вздохнул и продолжил.

— Меня зовут Ху. Знаю, говорят, вы будете работать здесь, но вы не будете никого лечить, так что не волнуйтесь об…

Он снова сделал паузу, заметив кого-то позади пары.

— Ох, вы очень вовремя! Я как раз задавался вопросом, когда же вы придёте. Позвольте мне представить этих двоих, они пришли помочь нам.

Айзек и Мирия обернулись и поприветствовали человека позади них.

— Я Айзек! Приятно познакомиться!

— А я Мирия! Приятно познакомиться! – с готовностью произнесли они.

Парень мягко улыбнулся.

— Какие вы вежливые. Я также признателен доктору Фреду. Меня зовут Л-… – он споткнулся о слово и попытался вновь. – …Л…

Казалось, словно его рот двигался против его воли. Парень на мгновение замолк.

На секунду его выражение лица омрачилось, но парень продолжил улыбаться под чёлкой, скрывающей его глаза из виду, и снова назвал своё имя.

— Ах, извините. Меня зовут Лабро Фермет Виралеск. Приятно.

— …А? Вот как вас зовут? – спросил Ху.

Парень уверенно ответил.

— Да, я говорил вам ранее.

Он прикрыл тьму, омрачившую его лицо, фальшивой улыбкой…

И начал утягивать двух бессмертных, которые внезапно появились перед ним, в свои планы.

Не зная, было ли это хорошим решением или плохим, или же насколько сильно это извратит курс судьбы.

⇔

Итак, к концу дня каждый человек был втянут в собственный водоворот неразберихи.

Все они стояли под одним небом, на одной сцене.

Игроки собрались.

Судьба направлялась к своему неизбежному завершению вместе с ними.

Кто в конце концов сможет украсть чистые фрагменты, полученные в результате этой дистилляции?

Кто, среди бесчисленных собранных карт, в итоге станет джокером и для кого?

Это что-то, чего ещё не знал никто в Нью-Йорке, включая демона.

И, когда каждый взял свои фишки в руки…

Занавес должен был вот-вот подняться, объявляя о начале последнего часа азартных игр и всех бурлящих желаний, пришедших вместе с ними.