Около часа мы потратили на то, чтобы хоть немного отдышаться и отойти от битвы. Не знаю, как для старика и Олафа, но для меня, а точнее моего персонажа, только что произошедшая драка была утомительной. Причем настолько, что я толком даже ходить не мог – ноги подкашивались, держать топор в руках я попросту не мог, так как дрожали руки. Да и вообще, я как плюхнулся задницей на песок, так и сидел.

Старик выглядел не лучше – он, как и я, развалился на песке. Причем не сел, а прямо-таки разлегся. Так и лежал, даже не поднимая головы. Я уж было испугался, что он помер, но заметил, как он дышит, и успокоился.

Олаф в отличие от нас двоих был не в пример полон сил – успел осмотреть тела врагов, собрал оружие и все трофеи сложил на песке возле драккара.

– Забросил бы в корабль, к остальному, – предложил я.

– Э, нет… – рассмеялся он. – Это принадлежит только нам троим. Тэн Гуннар не может претендовать на трофеи, добытые нами.

– Смотри, чтобы он не решил, что ты попросту украл это оружие, – не открывая глаз, предупредил старик.

– Я не собираюсь все это тащить с собой, – пожал плечами Олаф, – закопаем поблизости или спрячем в камнях.

– Прости, мой друг, – устало заявил старик, – но я готов уступить тебе свою долю, лишь бы не подниматься с земли.

– Наша с тобой доля не такая уж и большая, – сказал Олаф, – по большей части все это трофеи нода. Он сражался, как одержимый.

– Как берсерк, – поправил его старик.

– Не важно, – отмахнулся Олаф, – главное, что именно он убил большинство противников. Так что трофеи по праву его.

– Я тоже не хочу вставать. Можешь делать с ними все, что посчитаешь нужным, – слабым голосом ответил я.

– Слабаки! – воскликнул Олаф. – Это сейчас вам ничего не нужно, а завтра…

– А завтра я буду сладко спать, завернувшись в плащ, – ответил старик.

Я же ничего не ответил, хотя аналогичные мысли проскочили и у меня в голове. Разве что спать я буду, завернувшись не в плащ, а в плед, и на кровати.

Как бы сделать перерыв? Я уже порядком устал, да и сколько времени прошло – совершенно не представлял. В том смысле, сколько прошло времени в реальном мире. Здесь, в игре, уже почти сутки. Будет забавно, если я вылезу из капсулы и окажется, что я «играл» всего-то час или два.

Олаф собрал найденное оружие, замотал его в плащи и одежду, собранную с трупов, и удалился куда-то в сторону леса.

Я же просто сидел на песке и пялился вдаль. От вражеского драккара уже не осталось никаких следов – он целиком ушел под воду и лежал где-то на дне. А неподалеку от него лежат и трупы в тяжелых одеждах, кольчужных рубахах. Все те, кто не успел сбросить с себя тяжесть, не успел выплыть…

– Ну что, отдохнули? – в чувство меня привел голос Олафа. Это я так залип или он настолько бесшумен?

– А? – спросил я, повернувшись к нему.

– Говорю, – повторил Олаф, – сколько тут сидеть можно? Я уже успел спрятать наши трофеи, даже прикопал их, чтоб никто случайно не обнаружил. А вы тут оба так и сидите.

– Если ты доживешь до седины в бороде, – ответил ему старик, – я тебе это припомню. Будешь за медовухой только по праздникам ходить. Да и то, чтобы дойти до бражного зала, придется вставать затемно.

– Если это время придет, – хохотнул Олаф, – ты его уже не увидишь, старик. Боги уже заждались тебя.

– Подождут еще, – хмыкнул старик.

– Ну, а как насчет тебя? – обратился Олаф ко мне. – Ты не выглядишь стариком.

– Я устал, но готов идти, – с трудом, но я поднялся на ноги и прислушался к своим ощущениям.

Кажется, отдых дал свое – ноги хоть и гудели, но стоял я на них вполне уверенно. Да и руки перестали трястись.

– Тогда идем! – обрадовался Олаф и, подойдя к старику, протянул тому руку.

Старик ухватился за протянутую руку и с кряхтеньем поднялся.

– И куда нам теперь? – нахмурился Олаф.

– Что, морской тюлень, – рассмеялся старик, – в море чувствуешь себя как дома, но попав на сушу тут же теряешься?

– Я никогда не был в этой части острова, – пожал плечами Олаф, – только видел берег с ладьи. Да и что мне тут делать? В Лейре у меня всегда достаточно дел…

– Неужели ты не ходил к мудрому отшельнику за советом? – хмыкнул старик.

– А что он мне может посоветовать? – хмыкнул и Олаф. – В морском ремесле мне советы не нужны, пророчества тоже…Что мне может рассказать седой отшельник, многие годы живущий среди лесов и скал?

– О, поверь, много чего, – таинственно ответил старик.

– Сказки пусть рассказывает детям, – отмахнулся Олаф.

– Он не скальд и рассказывает не сказки, – поправил его старик, – Нуки очень стар и многое повидал.

– Мне не интересно прошлое, – отрезал Олаф.

– Очень зря, – пожал плечами старик, но перестал настаивать.

Зато я сделал себе зарубку: похоже, наш старик хорошо знает этого самого Нуки. Стоило бы узнать об этом побольше…

– А ты знаешь Нуки? – спросил я.

– Я был мальчишкой, когда Нуки пришел на наш остров, – ответил старик.

– Откуда пришел?

– С другого острова, – ухмыльнулся старик.

– С какого? И почему? – упорствовал я.

– Это не моя история, и не мне ее рассказывать, – обломал меня старик.

Ну, вот и все расспросы. Но ничего, уверен – мы еще поднимем эту тему и мне удастся выведать больше. Я, правда, слабо представляю, что эти знания мне дадут. Но если использовать опыт пройденных мной «рпг» и всевозможных «адвенчур», то благодаря именно таким историям можно наткнуться на что-то полезное: сокровища, деньги, квест, оружие и тому подобное. В любом случае нечто интересное можно получить. При условии, конечно, что в этой нашей «игре» работают старые правила.

Мы углубились в лес, отойдя от берега уже больше, чем на километр. Первым шел старик. Шел уверенно, будто уже не раз проделывал этот путь. Следом шел я, ну, а последним плелся Олаф. И был он явно не в восторге от выпавшей на нашу долю прогулки. Прямо на лице читалось, что с большей радостью он бы остался на корабле. А вот поход ко всякого рода отшельникам, пророкам и ведунам он в гробу видал.

Мы брели через хвойный лес, и я с удовольствием вдыхал запах – легкий, приятный. Ты ясно ощущаешь, как этот воздух проникает в твои легкие, чистит их. Солнце уже начало подниматься и освещало лес, поблескивало в снегу, лежавшем то тут, то там. Сухие ветки и иголки приятно шуршали под ногами.

Здесь, в лесу, было тихо и спокойно. Откуда-то издали доносились звуки волн. Окружение убаюкивало меня, навевало воспоминания о том, как я сам когда-то ходил в походы в точно такой же лес, разве что летом. Лесная прохлада и тихий щебет птиц действовали на меня успокаивающе, умиротворяюще.

И тут я поймал себя на мысли, что воспринимаю окружение как реальную действительность, считаю этот лес настоящим. Но как можно воспринимать иначе, если я слышал его, вдыхал его запах, мог рассмотреть мельчающую деталь на дереве или под ногами.

Да, стоит признать – кто бы ни занимался детализацией мира, он постарался на славу. Подобного я не встречал нигде и никогда. Более того, сейчас этот лес мне казался намного реальнее, чем тот, что остался в моих воспоминаниях. Во всяком случае, ничем ему не уступал.

– Кто вы такие, и что вам нужно?

Резкий окрик заставил нас замереть и схватиться за оружие.

Метрах в десяти впереди нас стоял…как бы подобрать подходящее слово… Я сразу понял, что это и есть отшельник, которого мы ищем. Однако называть его так совершенно не хотелось.

Мускулистый, высоченный мужик, которому было явно за пятьдесят, производил впечатление старого ветерана, бывалого воина. Но никак не старца-мудреца.

Он стоял перед нами, держа в руках здоровенную секиру, чья рукоять и лезвие были украшены таким количеством рун, что разобрать их было попросту невозможно. Во всяком случае, с такой дистанции. Его грудь, живот, плечи и шея покрыты татуировками так, что с трудом можно было определить истинный цвет кожи. Синие, черные и красные узоры, как казалось, переплетались между собой, создавали иллюзию, что человек перед тобой в какой-то диковинной кофте.

Его череп был тщательно выбрит и сверкал в лучах восходящего солнца. Лицо, как и торс, разрисовано всевозможными татуировками. Точнее, левая часть лица. Седая борода, заплетенная в две косички, спускалась аж до пояса.

‒ Спрашиваю еще раз: кто вы такие, и что здесь делаете? – насупив кустистые брови, спросил «мудрец», и вперил свои иссиня-ледяные глаза в меня.

– Нуки! Мы пришли из Лейра… – начал было старик, но «мудрец» его оборвал:

– Лейра находится в другой стороне. Вы пришли со стороны фьорда. Не пытайся меня обмануть, нод.

– Все правильно, – вставил свое слово Олаф, – мы пришли с берега, но доплыли туда…

– Что делает хускарл тэна Ульфа в компании двух нодов? – прервал и его «мудрец». – Не боишься запятнать свою честь? Или быть может, тебя изгнали, и поэтому ты ходишь в компании нодов?

Олаф набрал было воздуха в грудь, чтобы ответить, но я его опередил:

– А кто ты такой, чтобы допрашивать нас? С чего мы должны тебе отвечать?

Старик попытался было дать мне знак, чтобы я замолчал, но меня почему-то понесло. Это ж надо, переться хрен знает куда, искать этого Нуки, чтобы…Чтобы что? Чтобы он оскорблял нас?

Нуки вновь обратил внимание на меня. Оглядел с ног до головы и пробасил:

– Вы будете отвечать на мои вопросы, мальчик. Иначе я просто не буду с вами говорить. Не нравятся мои правила – убирайтесь.

– Пф-ф-ф, да легко! – фыркнул я, убрал руки с рукояток топоров, демонстративно повернулся и двинулся в сторону.

Олаф и старик изумленно глядели на удаляющегося меня, а затем двинулись следом.

– Ты не понимаешь! – зашипел старик, едва поравнявшись со мной. – Нам нужно с ним поговорить!

Я увидел боковым зрением, что Нуки опешил от такого поворота событий и по-прежнему стоит на месте, удивленно взирая на нашу удаляющуюся компанию.

– Нам? – нарочито громко ответил я. – Нам от него как раз ничего и не надо. Это пускай тэн Гуннар с ним говорит, как велел Ульф. А лично я хочу найти безопасное и удобное место, чтобы поспать. К чему мне тратить время на беседы с каким-то выжившим из ума отшельником?

– Гуннар ‒ тэн? – послышалось сзади.

Мы остановились и повернулись.

– Да, теперь тэн – Гуннар, – кивнул я.

– Почему? Как это случилось? – Нуки явно пребывал в замешательстве.

– Был бой. Тэн Ульф пал. Перед смертью он велел передать цепь Гуннару, – коротко пояснил я.

– Бой? Кто напал на остров? – еще больше удивился Нуки.

– Ярл Рорх.

– Рорх… – Нуки произнес это имя так, словно бы пытался пережевать его.

– Они победили? – спустя пару секунд спросил Нуки.

– Нет, – покачал я головой, – победу боги даровали нам. Вот только…

– Что «только»? – насторожился Нуки, а я судорожно обдумывал, стоит ему говорить, сколько нас осталось, или нет? Одно дело, если бы с ним беседовал Гуннар, но тэн, судя по всему, сюда еще не добрался.

– Только нас осталось от силы десятеро, – решился я.

– «Нас»? – переспросил Нуки. – Кого «нас»? Я здесь вижу только одного хирдмана. А вы двое – ноды.

– Я уже двадцать лет хирдман, – зло бросил старик, – и ходил с тэном в набеги десятки раз. И пусть мне не увидеть чертогов Всеотца, если найдется на этом острове человек, который скажет, что это не так.

– Узнаю Асманда Копье! – рассмеялся Нуки. – Как и прежде бесишься, если тебя называют нодом.

– Я ‒ нод, и никогда этого не отрицал. Но называть меня чужаком на острове, который является мне домом, не позволю!

– А кто этот молодой нод? – Нуки кивнул на меня. – Твой сын? Или внук?

– Ни то, ни другое, – ответил я.

– Так кто же ты? – спросил Нуки уже у меня.

– Я тот, кто бился рядом с тэном за этот остров против захватчиков.

– Хорошо сказано, мальчик, – усмехнулся Нуки и, наконец, выпустил свою секиру из рук. Точнее, закинул на плечо. А затем развернулся к нам спиной и двинулся прочь.

– Если вы голодны и вас мучает жажда – мне есть что вам предложить. Верным людям тэна Ульфа я всегда рад, – бросил он.

Мы переглянулись и двинулись за ним.

***

Я снова впился зубами в здоровенный кусок жареного мяса. Это же надо, я в игре, в виртуальной реальности, но вид, запах, а главное вкус мяса никак не отличить от настоящего. И еще какой! М-м-м-м…я прямо ощущал аромат дыма от костра, на котором и готовился этот кабан.

Нуки оказался гостеприимным хозяином и нисколько не обманул нас – действительно нашел для нас и еду и питье, да и соломенные тюфяки вдоль стены намекали на то, что не придется спать на голой земле. Конечно же, я, человек 21 столетия, не был особо впечатлен подобным спальным местом, но по местным меркам мы, похоже, получили самый настоящий номер люкс.

Нуки довел нас до своего жилища всего за десять минут. Его дом оказался ничем иным, как небольшим деревянным строением, вплотную примыкавшим к скале.

Внешне домик мне показался неказистым: масса дыр и просветов намекали, что в подобном жилье спастись от холодного ветра не удастся. Однако я ошибался – внутри оказалось не то что тепло, а даже жарко. Все благодаря костру в центре, а также неимоверному количеству звериных шкур, развешенных на стенах, которые и берегли жилище отшельника от холодов.

Кроме того, я заметил проход, отгороженный от «гостевой» медвежьей шкурой. Интересно, куда он ведет? С наружной стороны домик казался миниатюрным, и едва ли в нем нашлось бы место для еще одной комнаты кроме той, где сейчас находились мы. Или же…

Или же шкура закрывала проход в пещеру.

Любопытно…Что может скрывать от посторонних глаз отшельник? Что у него там? Ну, уж точно не золото и серебро, иначе зачем ему нужно сидеть здесь одному, в этой глуши?

Меж тем разговор между Нуки и моими соратниками продолжался. Старик и Олаф рассказали ему о том, как прошел бой, сколько человек билось, и кто выжил. Нуки периодически кивал и крайне редко задавал вопросы. Вот сейчас последовал очередной:

– Ты, Копье, назвал имена тех, кто выжил в этой славной битве. Некоторые мне знакомы, некоторые нет. Но я не услышал среди них имени Йора…Зато его топор в руках нода.

– Он погиб, – встрял я.

– Ты уверен в этом, нод? – насупил брови Нуки, а я с опозданием заметил, как старик пытается подать мне знак, чтобы я помолчал. Но уже ляпнул…чего теперь назад сдавать.

– Да, я видел его тело и видел, как он умер.

– Как? – Нуки даже подался вперед.

– Его убил Тулф-гигант, берсерк ярла, – ответил я.

– Тулф? – Нуки заметно удивился. – Но если Тулф убил Йора, кто же убил самого Тулфа?

– Его убили несколько человек, – ответил я, – проткнули копьями и мечами. Он скончался от ран рядом с Йором.

– А как он убил Йора? – спросил Нуки.

Старик уже отчаянно сигналил мне, чтобы я заткнулся. Но я решил делать по-своему. Ну, действительно, начал говорить так начал! Зачем начинать врать, когда до этого говорил правду. Не я ведь Йора убил? Хотя, как на это посмотреть. В момент, когда Йор был убит, именно я был этим самым Йором.

– Он раздавил ему череп руками, – честно сказал я.

– Руками? – поразился Нуки. – Не зарубил, не загрыз, а убил голыми руками? Ты уверен?

– Да…

Нуки, подавшийся вперед ко мне, вдруг плюхнулся на свое место, его взгляд потух, голова и плечи опустились.

– Йор сражался достойно и убил много противников, – я понял, что все же совершил глупость, от которой меня пытался защитить старик. Уж не знаю, кем Нуки приходился Йор, но смерть последнего очень сильно расстроила Нуки. Причем не просто смерть, а то, как это произошло. Я опять вляпался в какую-то традицию?

Мое замечание словно прошло мимо ушей Нуки.

– Йор сражался один с несколькими противниками, он спас многих воинов тэна Ульфа, – предпринял я еще одну попытку.

– Но позволил убить себя голыми руками… – проворчал Нуки.

– Это была отчаянная драка, – возразил я, – если бы Тулф был не таким огромным – Йор смог бы его победить…

Нуки поднялся со своего места и молча вышел из дома.

– Ну, молодец, – проворчал старик, – я ведь тебе показывал: «молчи». Брага развязала тебе язык?

– Да что такого-то? – возмутился я. – Достойная смерть достойного воина.

– Ты что, со своей фермы вообще не вылезал и ни разу не встречал нормана?

А, черт. Все-таки я умудрился вляпаться в очередную местную традицию или правило. И что теперь не так?

– Встречал, естественно, – огрызнулся я, ‒ только как это связано с…

– Йор был берсерком, – спокойно объяснил старик, – и нет для берсерка большего позора, чем умереть так – позволить убить себя голыми руками.

– Почему?

– Потому что берсерки искусные воины. Умереть так, как умер Тулф – это почесть. А Йор себя опозорил…

– А Нуки какое до этого дело?

– Нуки обучал Йора!

Ах ты ж, черт! Вот значит, где собака порылась. А я-то думаю…

Меж тем шкура, служившая входной дверью, дернулась, и в доме появился Нуки.

– Мне жаль твоего ученика, – сказал я ему, а старик выпятил на меня глаза так, будто бы убить был готов.

– Ты, нод, совершенно не знаешь традиций норманов, – слабо улыбнулся Нуки, – если бы ты не был здесь чужаком, то после таких слов я бы тебя убил…

Офигенно! А теперь-то я что не так сделал?

– Нельзя жалеть павшего воина, – пояснил Олаф, меланхолично выпивавший брагу из рога, – тем более берсерка.

– Простите, я не знал, – буркнул я.

– Нужно тебе объяснить наши обычаи, – пожал плечами Олаф, – иначе однажды ты получишь нож в горло. Жалко будет потерять последнего и пока единственного берсерка клана.

– Что ты сказал? – поднял голову Нуки.

– Что нужно объяснить обыч…

– Нет! Про последнего берсерка?

– Олаф сказал не подумав, – влез старик, – не обращай на него внимания, Нуки.

– Олаф не настолько глуп, чтобы бросаться такими словами, – ответил Нуки. – Кого ты назвал берсерком, воин?

– Его! – Олаф указал на меня.

А я только сейчас понял, что Олаф сильно пьян – его язык заплетался и единственное, что его спасало от падения – это то, что он сидел, опершись спиной о стену дома, практически в обнимку с бочкой медовухи.

Нуки удивленно повернулся ко мне.

– Ты ‒ берсерк?

– Я? Нет… – неуверенно ответил я. А что, простите, мне ему сказать, если я сам не знаю.

– Копье?! – Нуки повернулся к старику.

– Он убил несколько врагов, – ответил старик, – очень быстро. Мы решили, что его охватила боевая ярость.

Нуки кивнул, повернулся ко мне и снова, как в лесу, оглядел с ног до головы.

– Нод – берсерк? Неужто боги сошли с ума?

– Среди нодов было много великих воинов. И берсерков тоже, – заметил старик.

– Верю, – кивнул Нуки, – но это было задолго до моего рождения. Наверняка задолго до того, как родился мой дед. А сейчас ноды – землепашцы и рыбаки. Откуда в семье пахаря появиться берсерку? Может, ты и не совсем нод, парень?

По идее тут бы обидеться стоило мне. А что, жирный такой намек, что матушка Р`мора его где-то на стороне нагуляла.

Вот только отреагировал не я, а старик. Причем достаточно эмоционально:

– Что ты можешь знать о нодах, глупый варвар! – прошипел он. – Наш конунг правил всеми вашими вшивыми островами, пока твои славные предки прятались по пещерам. Наши берсерки наводили ужас на врагов одним своим видом. А наш остров…

– Давно исчез под волнами, – перебил его Нуки. – Прости старик, я не хотел оскорбить этим вопросом тебя или твоих предков. Но ты ведь и сам понимаешь – среди нодов давно уже не встречается достойных воинов. Ты – исключение. За свою жизнь я встретил всего троих нодов, умеющих держать оружие в руках. Поэтому я и спросил. Я не имел в виду, что…

Он запнулся, а затем продолжил:

– Вполне могло быть так, что его мать, – кивок в мою сторону, – стала женой человека, в чьем роду был великий воин, берсерк. Если так, то…

– Я ‒ нод, – ответил я.

– Хорошо, – кивнул Нуки, – и странно…

Несколько минут стояла тишина. Было слышно, как завывает ветер да потрескивают палки в костре.

– Так что вы забыли в этом лесу? – наконец спросил Нуки. – И где остальные воины славного тэна Гуннара?

Имя и титул он произнес так, словно бы это было ругательство. Ой, что-то подсказывает мне, что Нуки и Гуннар не особо ладили…

– Мы оставили их на берегу, возле поля битвы, – ответил старик. – Они проводят наших воинов в последний путь и вернутся в Лейру.

– Зачем?

– Нужно собрать пожитки, забрать детей, женщин и стариков…

– Они уже здесь, – перебил его Нуки.

– Кто? – не понял старик.

– Женщины, дети и старики, – ответил Нуки, – а еще весь домашний скот и даже волы. Они пришли к моему лесу сегодня утром. Я не пустил их дальше – они мне все зверье распугают. Попытался узнать у них, что им нужно, но какая-то злобная старуха прогнала меня прочь, заявив, что негоже им разговаривать со мной. Мужские дела должны обсуждать мужчины. Велела мне ждать тэна. Так зачем они пришли сюда, Копье?

– Видимо, – хмыкнул старик, – Ульф перед тем, как уйти на свою последнюю битву, приказал им собрать пожитки и идти к тебе.

– Зачем?

– Мы не знаем, – пожал плечами старик.

– Перед смертью Ульф пожелал, чтобы Гуннар стал тэном, – встрял я, – он велел отправляться к тебе. Сказал, что ты поможешь.

– Чем? – хмыкнул Нуки. – Смогу в одиночку разбить хирд ярла?

– Ульф сказал, что ты сможешь указать нам дорогу до Длинной земли, где мы сможем переждать зиму и укрыться от воинов ярла, – заявил я.

Нуки хмыкнул.

– Ты нам не поможешь? – удивился я.

– Когда-то я поклялся, что люди Длинной Земли не увидят бывшего хускарла их тэна, – мрачно ответил Нуки, – и я честно соблюдал эту клятву несколько десятилетий.

– Но тебе нельзя оставаться здесь, – не согласился я, – воины ярла рано или поздно найдут тебя и убьют.

– Это отличный конец моего жизненного пути, – хмыкнул Нуки, – уйти, как воин…во время битвы…

– Тогда стань одним из нас. И ты придешь на Длинную землю не как бывший хускарл их тэна, а как наш соплеменник, – предложил я.

И старик, и Нуки удивленно уставились на нас.

– Ты хитрый, как лис, молодой нод, – улыбнулся Нуки, – но я не хочу прислуживать вашему тэну. Да и ты не их соплеменник…

– Можешь быть уверен, – хмыкнул старик, – как только тэн узнает, что нод – берсерк, он примет его в свои хускарлы…

– Не сомневаюсь, – кивнул Нуки. – Ладно, поступим так – я проведу вас на Длинную землю…

– Там ничего нет. Одни скалы…даже берега, чтобы высадиться, нет…– пробормотал успевший задремать Олаф.

– Просто нужно знать, где искать, – усмехнулся Нуки. – Все, хватит на сегодня, я устал. Отдохнем, и утром я отведу вас к лагерю вашего клана…