Наш отряд, прикидывающийся возвращающимися «с дела» стражниками, бежал со всех ног к городским воротам. И чем ближе были ворота, тем больше у меня было сомнений касательно своего плана.

А причин для этого была масса: ворота Острога были закрыты, и открывать их пока не спешили. Вся городская стена была забита зрителями, наблюдавшими за нашим приближением. Ну, если говорить точно – над частоколом виднелись головы жителей. И было их множество.

Похоже, жителей Острога встревожила новость о том, что произошло в деревне. Или же наши разведчики ошиблись? Но ведь они были уверены, что двое сбежавших наемников ушли в горы, к городу они не приближались.

Может, там есть какая-то потайная тропа? Нет, вряд ли. Зачем бы наемникам обходить город? Если они спешили туда попасть, то путь через ворота был бы и короче, и быстрее. Зачем им было обходить?

Так, уже до ворот осталось метров 300, не больше. Но никто нам открывать пока не собирается.

– Рожи вниз! Нас не должны узнать! – крикнул я, напомнив о своих инструкциях воинам. Если стоящие на стене смогут опознать нас или, что более правильно, понять, что среди нас нет их стражников – пиши пропало.

А еще я пожалел, что не напялил броню барона. Она была вся в крови, и я банально побрезговал ее натягивать на себя.

200 метров…

Нет, похоже, ворота нам не откроют. Но на чем мы прокололись? Что пошло не так? Или будь на нашем месте настоящие стражники – все было бы точно так же? Быть может, это барон перед своим уходом отдал приказ не открывать ворота, прежде чем горожане точно удостоверятся, что к городу подошли друзья?

150 метров…

Нет, не мог он отдать такого приказа – не додумался бы. Если человек не догадался отправить впереди основного отряда разведчиков, не догадался, что ночной марш-бросок изнурит его людей, которым еще предстоит драться с непонятно кем, который растерялся, увидев впереди на дороге «демонов», то этот же человек вряд ли думал бы о будущем возвращении. Вряд ли бы барон приказывал закрыть ворота. Уж скорее это самодеятельность горожан.

Сам барон наверняка оставил бы лишь приказание встречать его как настоящего героя, помпезно и с оркестром.

Сто метров…

Да что же они даже не чухаются открывать ворота? Что я или мы должны сделать, чтобы проникнуть в город?

– Открывай ворота! Поживее!

Мой крик тут же подхватили остальные «стражники». Все-таки как хорошо, что все мы ‒ и островитяне, и южане говорили на одном языке. Я даже никакого акцента не заметил, что удивило. А ведь в реальном мире стоит лишь отъехать от родного города километров на 100, как речь местных меняется. Встречаются слова, о которых ты и знать не знал. И это в наше время развитого интернета, автомобилей, общественного транспорта и т.д. Чего уж говорить о дремучем раннем средневековье, в котором пребывал этот мир. Уверен, что здесь чуть ли не каждая деревня должна иметь если и не собственный язык, то некий особый сленг.

50 метров…

Похоже, наши крики все же сработали – сначала я услышал, а затем и увидел, как ворота Острога медленно открываются.

Мы влетели в полуоткрытые ворота словно стадо, едва успев затормозить метрах в пяти от толпы, выстроившейся прямо возле ворот, внутри города, явно решившей нас встретить.

Я заметил, как на лицах озабоченность начинает сменяться на удивление. Еще бы, среди нас нет ни одной знакомой им морды. Ну, пусть скажут спасибо, что я заставил всех своих лица отмыть, вот была бы умора, если сейчас среди нас были бы вымазанные в грязи и угле. Впрочем, нам бы тогда и ворота не открыли.

– Где барон? Что случилось? – из толпы выступил дядька лет шестидесяти, весь в цветастых вещичках, делавших его похожим на какого-нибудь индуса. Да чего там, он словно бы в ковер завернулся.

– Умер! – ответил я, делая шаг ему навстречу.

Нужно было немного потянуть время: пока все взгляды прикованы к нам, жители Острога ловят каждое наше слово, там, от леса в сторону ворот бежит еще один наш отряд. И в этот раз не ряженный.

Дед уставился на меня, тряхнул своей длинной седой бородой и замямлил:

– То есть, как «умер»? Почему? Как? Что там случилось?

– Демоны убили барона! – ответил я.

– Демоны? – глаза деда расширились. Ага, похоже, о демонах тут слышали.

Готов биться об заклад, что девчонка, которая сюда прибежала, рассказала в подробностях, как на ее деревню напали потусторонние силы, взяли всех жителей в плен, и только ей позволили сбежать. Конечно же, никто ей не поверил, включая барона. Наоборот, решили, что девка просто выжила из ума, а на деревню напали обычные грабители. Собственно, именно такую версию мне изложил один из пленных стражников.

И вот теперь версия с демонами снова повторилась. Только рассказывает ее не какая-то перепуганная девка, а вполне уважаемый страж города, вернувшийся с битвы.

– Демоны убили барона? – ошалело спросил дед.

– Ага, – кивнул я, мысленно прикидывая, сколько нужно нашему второму отряду, чтобы добежать до ворот. Сколько нам нужно держать их открытыми?

– Как? Как они его убили? – спросил кто-то из толпы.

– А вот так, – ответил Нуки, опередив меня, и рванул к застывшему, словно изваяние, деду, размахнулся и что есть силы врезал ему в нос кулаком.

Дед тут же рухнул на землю.

«Стражники», стоявшие позади меня, заорали дурными голосами, подняли свое оружие над головами и, не прекращая крика, бросились на толпу.

Народ растерялся. Кто-то просто испуганно присел, закрывая голову руками, кто-то развернулся и пустился бежать так, что только пятки сверкали. Несколько человек вдруг выхватили оружие (у кого что было) и рванули на нас.

К такому повороту мы были готовы и достаточно быстро с этими ушлыми горожанами разобрались. Кто-то из них сразу же рухнул на сухую землю, орошая ее кровью из ран, кому-то проломили череп. Ну, а самым везучим достались мощные удары кулаком в лицо или по уху, отчего они так же рухнули на землю, но все же хотя бы остались живы.

Я услышал позади себя топот и заорал во все горло:

– Вы отвернулись от Триликого и должны поплатиться за это! Чернуши уже здесь, и они пришли за вами! Смиренно примите свою судьбу или умрите в страшных муках, которые не прекратятся и после вашей смерти!

Большая часть народа все еще оставалась здесь, возле ворот. Они слышали мои слова, но явно не могли так сразу понять их смысл.

Первые испуганные крики донеслись лишь тогда, когда через ворота начали проскакивать первые бойцы второго отряда – они-то как раз лиц не мыли, свои черные вещички не снимали, и выглядели так, как должно порядочным демонам.

Вот тут жителей Острога проняло. Кто еще не успел сделать ноги раньше, попытался смыться сейчас. Но поздно ребятки, поздно. Самых ретивых мы уже угомонили, теперь осталось лишь переловить наиболее умных, вовремя сообразивших, чем дело пахнет.

Пятеро бойцов остались у ворот, поджидая, пока пригонят табун треллов, набранных в деревне, а остальные бросились ловить горожан.

– Ну что, развлечемся? – поинтересовался у меня Нуки и двинулся в сторону ближайших домов.

Я последовал за ним. Чего уж, грабить так грабить! Не стоять же столпом тут целый день?

Нуки подошел к двери ближайшего дома и со всей силы ударил по ней ногой. Гул от удара, как показалось, разошелся по всему городу, заглушив крики. В самом доме за прочной деревянной дверью кто-то заголосил.

– Открывайте, жалкие крысы! – проорал Нуки, но, как я в принципе и ожидал, дверь ему никто не открыл.

Нуки ударил ногой еще раз.

Вообще, в отличие от островов, тут дома строились намного качественнее и выглядели намного надежнее: прочные каменные стены, в которых не найти ни одной щели. Да и самих камней, собственно, не видно – все закрыто толстым слоем глины.

Двери в этих домах были из толстых дубовых досок. И выглядели эти двери, надо сказать, вполне надежно. Не то что сквозняк (как в домах северян), а даже Нуки не смог прорваться внутрь.

Впрочем, Нуки прямо-таки озверел, начал с такой силой и так часто пинать дверь, что рано или поздно она должна была поддаться. Но не поддалась – дверное полотно осталось целым, а вот петли все же были вырваны. Нуки в прямом смысле уронил дверь внутрь дома, и, тяжело ступая, прошел прямо по ней.

В дальнем углу, в самом темном месте дома, к стене жались владельцы дома – семейка, состоящая из мужчины, женщины, трех детей разного возраста. А, нет, четырех детей – четвертого, младенца, женщина держала на руках.

Как только Нуки оказался в доме, мужик, до этого обнимавший семью, спрятал их за собой, закрыв собственным телом. А сам ухватил нечто вроде вил, выставил их, явно собираясь воткнуть в брюхо Нуки.

Но тот лишь усмехнулся и, поигрывая своей секирой, медленно двинулся вперед.

Мужик вцепился в свои вилы так, что руки побелели. Его лицо выражало обреченность и упрямство. Он не собирался сдаваться, он до последней капли крови собирался защищать свою семью, жавшуюся у него за спиной.

И мне стало его жаль.

– Брось свое оружие, – сказал я, – и мы сохраним тебе жизнь.

Мужик словно этого и ждал.

– И моей семье! – хрипло потребовал он.

– Ты еще торгуешься? – хмыкнул Нуки, играя своей секирой.

– Мы сохраним вам жизнь, – кивнул я и положил руку на плечо Нуки, заставив его замереть.

Мужик тоже замер, явно обдумывая ситуацию.

– Что с нами будет? – спросил он.

– Вы останетесь живы, – ответил я, – тебе этого мало?

Мужик облизнул пересохшие губы, его глаза бегали: он глядел то на меня, то на Нуки.

– Ну! – прикрикнул на него Нуки, провернув секиру в руке.

Мужик бросил свое оружие, его руки опали, словно плети, голова понуро опустилась.

– Что с нами будет? – вновь спросил он.

– Отправитесь с нами, – ответил ему Нуки. – Теперь ты и твоя семья ‒ треллы.

– Треллы? – оторопело переспросил мужик, явно не понимая смысла этого слова.

– Рабы, – пояснил я.

– Нет! Нет! Прошу! – запричитал мужик. – Прошу, не надо! Оставьте нас дома! Я вас умоляю!

Он рухнул на колени, протягивая руки то к Нуки, то ко мне. По его щекам текли слезы, женщина и дети тихо плакали позади него, младенец на руках матери проснулся и начал кричать.

Я чертыхнулся про себя. Все же разработчики игры явно переборщили с реалистичностью. Все было настолько…правдоподобно, что я весь растерялся.

– Ты можешь купить себе свободу, трелл, – рассмеялся Нуки, – но хватит ли тебе золота?

– Да, господин, хватит, хватит, – забормотал мужик и прямо так, на коленях, пополз в нашу сторону.

Нуки нахмурился и отступил на шаг, перекинув секиру в руке в более удобное для удара положение.

Меж тем мужик оторвал одну из дощечек на полу прямо в центре комнаты и достал три небольших мешочка, протянул их в дрожащих руках Нуки.

Тот помедлил секунду, затем их принял, открыл один из мешочков, заглянул внутрь и, громко хмыкнув, протянул его мне.

– Будет хорошим треллом, – сказал Нуки, – еще не успели мы вернуться домой, а он уже приносит нам пользу. Гляди!

Я принял мешочек из его рук и тоже заглянул внутрь. Золото. Десятка два монет.

Во втором мешке тоже оказалось золото, но вперемешку с серебром. В третьем только серебро.

– Мало, – ухмыльнулся Нуки, проверив последний мешочек, – этого хватит лишь на двоих из вас. Нужно еще золото.

Я уж было собрался возмутиться, мол, жадность тоже должна быть в меру, но мужик вдруг вскочил на ноги, метнулся к столу, за которым его семья наверняка обедала в спокойные времена, и достал еще один мешочек.

В этом оказались медяки.

– Мало! – рявкнул Нуки.

– Но господин, у меня больше ничего… – начал было мужик.

– Думай, где еще есть золото! – скорчив страшную рожу, сказал Нуки. – Или я заберу двоих твоих детей с собой!

– Но госпо…

– Пожалуй, я возьму твою дочку, – Нуки сделал шаг в сторону его семьи и мужик тут же вскочил на ноги.

– Нет! – крикнул он, выставив перед собой руки. – Нет! Постойте!

Нуки замер, уставившись на него.

– У моего соседа, Арви, есть золото! – сказал мужик.

– И где мне искать этого твоего Арви? – поинтересовался Нуки.

– Это дом через один от моего, вверх по улице, покрашен известью, – ответил мужик, – у него есть подвал. Я уверен, там…

– Сейчас проверим, – перебил его Нуки, сгреб в охапку и потянул за собой на улицу.

Я последовал за ними, оставив за спиной тихо всхлипывающее семейство. Мимо как раз пробегали наши молодые воины, и я поймал одного из них.

– Будь здесь. Из дома никто не должен выйти, как и войти внутрь.

– А что там? – опасливо заглядывая в дверной проем, поинтересовался боец.

– Крестьяне. Их пока не надо гнать на площадь, – пояснил я.

Оставив воина на страже, я ускорил шаг, пытаясь догнать Нуки, тянувшего за собой мужика.

Нужный дом обнаружили сразу, и тот действительно был окрашен в белый цвет. Возле его дверей как раз стояли двое воинов, отчаянно колотивших в толстенные доски.

Нуки, уже наученный опытом, с двух ударов вынес и эту дверь. Впрочем, нет, с трех – на втором ударе дверь пошатнулась, верхняя петля выскочила из камня, вся погнутая, ржавая. Но дверь все еще стояла, хоть и покосилась, держась за стену нижней петлей.

Третий удар Нуки заставил ее рухнуть.

Наши воины вломились внутрь. Послышалась возня, глухие звуки ударов, а затем на улицу вытащили бородатого крепкого мужика, чья голова была залита кровью. Видать, хорошенько его приложили.

– Факелом пытался нас напугать, идиот, – рассмеялся один из воинов.

Они бросили находящегося без сознания пленника на крыльце, а в дом вошел Нуки, все так же таща за собой пленника.

– Где? – рыкнул он, остановившись посреди комнаты.

– Там где стол, – жалобно проблеял мужик, которого все это время Нуки держал за шиворот, как котенка.

Нуки отпустил мужика и тот рухнул на пол, громко зашагал к указанной точке, быстрым движением отшвырнув казавшийся неимоверно тяжелым и громоздким стол. Стол отлетел, ударился о стену и рухнул на пол. Но Нуки совершенно не обратил на это внимание. Он уже схватился за небольшое кольцо и дернул его на себя. Потайной люк открылся.

Нуки стал на одно колено, запустил руку вглубь люка и тут же вытащил ее назад, держа в руках мешочек раза в два больший, чем те, что нам давал мужичок.

Нуки распахнул мешок, радостно улыбнулся и бросил его мне.

Я поймал мешок, чуть отступив под его тяжестью. Ни хрена себе! Это что, все золото?

И да, действительно, внутри оказалось золото. Сосчитать, сколько именно монет там было, у меня сразу и не получилось. Около сотни, не меньше.

– Мы оставим тебя и твою семью, – заявил я, прежде чем Нуки опять не начал шантажировать бедолагу. В конце концов, с него мы поимели намного больше, чем ожидалось. Наверняка Нуки не собирался его отпускать, и логика в этом была: зачем? Можно опять сказать: «мало», и забрать бедолагу на острова. Кто тебя осудит? Наоборот, остальные северяне лишь похвалят за сообразительность. Еще бы, легко провел трелла, отобрав все золото. Даже искать и пытать не пришлось.

Но я был не согласен с подобным подходом. Тем более, раз уж пообещали бедолаге, что он может «купить себе свободу», значит, нужно обещание исполнять. Заплатил он более чем достаточно.

Впрочем, моя доброта была лишь одним из мотиваторов. Я прекрасно понимал, что после этого рейда молва о демонах пойдет по всему королевству. Так почему бы к этим слухам не прибавить еще один: что от демонов можно «откупиться». Уверен, с этим мужиком нам повезло, а вот остальные свои кубышки ни за что не покажут. Только пытать их нужно. А ни желания, ни времени у меня на это не было. Пора уже сворачивать наш рейд и возвращаться домой. Лейра сама себя не построит. А вот если привезти побольше треллов, то можно не только восстановить поселение, но еще и оборону подготовить.

Да и вообще, мы уже ограбили деревню, теперь грабим целый город (пусть и небольшой), вполне возможно, еще при нападении на деревню кто-нибудь смог-таки сбежать. А уж про двух наемников, улизнувших из нашей засады, я и вовсе молчу. Короче, к чему я? Рано или поздно слухи о нас дойдут до крупного поселения, где будет достаточно солдат. Имею в виду именно солдат, умеющих сражаться. И если они успеют подойти до того, как мы уплывем, может нам прийтись туго.

Ведь наверняка увидев противника, мои «земляки» не пожелают уходить без боя. Посчитают это трусостью. И тогда все, на этом рейд можно будет считать проваленным. Нас слишком мало, чтобы сражаться с королевской армией. Да чего армией? С отрядом в сотню мечей мы уже не справимся. Или справимся, но нас останется мало. Тогда что? Бросать драккары и добытые трофеи? Нет, надо заканчивать. Хватит и того, что уже есть.

Мужик с надеждой поглядел на Нуки.

– Ладно уж, выкупил ты свою свободу, – проворчал он, – тем более, если тэн сказал…

Он кивнул на меня, и мужик тут же бросился мне в ноги, принялся кланяться и причитать:

– Спасибо, господин, благослови вас Триликий, я…

– Идем, заберем твою семью, – приказал я.

– Да, господин, – крестьянин тут же вскочил на ноги.