Глава 49. Феникс в ожидании нирваны

Янь Чжаогэ посмотрел на Фэн Юньшэн и слегка усмехнулся:

— Ты никогда не думала о том, что если бы не её существование, то даже после утраты тобой Тела Тайцзи Святая секта Великого Солнца не отказалась бы от тебя так легко? Они наверняка приложили бы больше усилий, чтобы помочь тебе восстановиться.

Фэн Юньшэн улыбнулась:

— Думала я об этом или нет, суть не меняется. Это очевидный факт, но Сяовань здесь ни при чем.

— Ты старше Мэн Вань, — с интересом заметил Янь Чжаогэ, — значит, вошла в секту раньше и твоя культивация тогда была выше? Ты была их главной ставкой на Испытании Тайцзи?

Фэн Юньшэн честно кивнула:

— Верно. Перед тем как покинуть гору, я уже была в ранге Мастера, в то время как Сяовань находилась лишь на Микроскопическом уровне. Кажется, она успела прорваться к рангу Мастера только накануне самого первого Испытания Тайцзи.

Она покосилась на Янь Чжаогэ и добавила с ноткой раздражения:

— Я знаю, о чем ты думаешь, но то, что я случайно угодила в опасную зону Преисподней и лишилась Тела Тайцзи, никак не связано с Сяовань.

Янь Чжаогэ усмехнулся:

— Возможно, чувства между вами действительно глубоки. Но то, что она привела меня спасти тебя – не могло ли это быть продиктовано чувством вины или желанием как-то компенсировать твою утрату? Или же это был жест победителя, который, помогая тебе, получает моральное удовлетворение?

Фэн Юньшэн улыбнулась:

— Я не привыкла судить о людях, исходя только из дурных побуждений, но не стану отрицать, что такая вероятность существует. Однако я верю Сяовань. — Последние слова она произнесла спокойно, но твердо.

Янь Чжаогэ хмыкнул и сменил тему:

— Но неужели она была так уверена, что твое Тело Тайцзи невозможно восстановить? Она понимала, что фактически отдает в руки горы Гуанчэн будущую Деву Тайцзи, которая позже оспорит у неё Корону Луны? Это же помощь врагу, и всё же она на это пошла.

— Потому что она уверена в себе, — спокойно ответила Фэн Юньшэн. — Сколько бы Дев Тайцзи ни появилось у других Священных земель, Сяовань верит, что именно она добудет Корону Луны для Святой секты Великого Солнца. Поэтому, если я восстановлюсь, она будет за меня только рада, ведь тогда гора Гуанчэн станет ценить меня выше. Но Корона Луны будет принадлежать ей и её секте. Вот в чем её уверенность.

При этих словах в памяти Янь Чжаогэ всплыл образ той яркой, но хрупкой девушки с глазами, полными мольбы, вызывающими невольное сочувствие. Мэн Вань – победительница первого Испытания Тайцзи и первая официальная владелица Короны Луны после её появления в мире!

Согласно догадкам Фэн Юньшэн, в то время она едва успела стать Мастером.

В глазах Фэн Юньшэн отразились воспоминания:

— Не смотри на то, что внешне она кажется слабой. На самом деле она очень умна и сильна духом. Будь то сила Тайцзи или её собственный талант к боевым искусствам – она гений среди гениев. Раньше я была фавориткой лишь потому, что пришла в секту раньше и дольше тренировалась. Но если бы мы начали с одной точки, я не уверена, что смогла бы удержать первенство.

Янь Чжаогэ негромко рассмеялся:

— Твои слова можно истолковать и иначе: Мэн Вань тоже не была уверена, что сможет победить тебя, верно?

Фэн Юньшэн вздернула брови:

— Я не превозношу себя, но и не принижаю.

— Жаль, что во второй раз Мэн Вань потерпела неудачу, — небрежно бросил Янь Чжаогэ.

Во время второго Испытания Тайцзи Мэн Вань уступила в одном шаге от победы, и Корона Луны перешла к ученице Города Лазурного Моря – Священной земли Водного региона.

Лицо Фэн Юньшэн оставалось бесстрастным:

— Я слышала об этом. Незадолго до состязания Сяовань пришлось использовать мощь Короны Луны в Восточном море, чтобы дать отпор Королю Огненных Демонов. На второе испытание она вышла раненой. Когда придет время третьего Испытания Тайцзи, она докажет миру: пока с ней всё в порядке, Корона Луны не достанется никому другому. Феникс, восставший из пламени после нирваны, сияет еще ярче.

Фэн Юньшэн говорила ровно, словно констатировала нечто само собой разумеющееся.

Янь Чжаогэ посмотрел на неё, и на его губах заиграла улыбка:

— Эти слова подходят Мэн Вань, но не о себе ли ты говоришь втайне?

Фэн Юньшэн ответила прямо:

— Даже если у старшего брата Яня действительно есть способ вернуть мне Тело Тайцзи, сейчас я сильно отстаю от Сяовань. Не смею утверждать, что наверняка смогу её догнать, но если мне выпадет столь драгоценный шанс, я приложу все силы, чтобы ухватиться за него. Гора Гуанчэн приютила меня в самый трудный час, и по какой бы причине это ни было сделано – за каплю доброты я отплачу целым источником. Мне не нужны лишние слова, я буду предана вам до гробовой доски.

Вне зависимости от его личных мотивов, Янь Чжаогэ, задав трепку Сяо Шэну и Чао Юаньлуну, когда ей угрожали ученики Святой секты Великого Солнца, недвусмысленно обозначил свою позицию. Сможет ли личное отношение Янь Чжаогэ стать позицией всей горы Гуанчэн – об этом Фэн Юньшэн сейчас не думала, она была готова следовать его планам.

Сам же Янь Чжаогэ пребывал в добром расположении духа. У него уже появились кое-какие мысли насчет восстановления Тела Тайцзи, но всё требовало тщательной подготовки. И пусть он еще сильнее разозлил Святую секту Великого Солнца, обретение Девы Тайцзи для горы Гуанчэн было колоссальным достижением. Если этот успех подтвердится, он станет огромным подспорьем и для него самого, и для его отца, Яня Ди.

Янь Чжаогэ взглянул на небо:

— Пойдем.

Отряд тронулся в путь. Янь Чжаогэ отдавал одно распоряжение за другим, и несколько Мастеров в черном, кивнув, тут же скрывались из виду, чтобы доставить донесения. Несмотря на то что он взял всё на себя, были люди, которых следовало уведомить немедленно: например, собственного отца или Старейшину Восточного региона, который сейчас был его непосредственным начальником на территории Восточного Небесного континента.

Дело принимало серьезный оборот. Это было куда серьезнее, чем стычка в Бездне Подавления Дракона, и реакция Святой секты Великого Солнца наверняка окажется куда более яростной. Сяо Шэн и остальные сбежали, они точно предпримут ответные шаги, и чем раньше гора Гуанчэн узнает об этом, тем эффективнее будет отпор.

Кроме того, Янь Чжаогэ намеренно упомянул причину, по которой Фэн Юньшэн лишилась Тела Тайцзи, велев передать это Городу Лазурного Моря. Среди всех Священных земель отношения между Городом Лазурного Моря и сектой Великого Солнца были наихудшими. По принципу «враг моего врага – мой друг», гора Гуанчэн и Город Лазурного Моря поддерживали почти союзнические отношения.

Дева Тайцзи Города Лазурного Моря победила во втором испытании и теперь была главной соперницей Мэн Вань. Все эти годы Священные земли не прекращали строить козни против чужих Дев Тайцзи. Янь Чжаогэ ни на йоту не доверял честности секты Великого Солнца, поэтому счел нужным предупредить Город Лазурного Моря, чтобы те не попали в ловушку.

Пока они пробирались сквозь горный хребет, Янь Чжаогэ внезапно что-то почувствовал и посмотрел вдаль. Шум горного водопада был велик, но даже он не мог заглушить доносившиеся голоса.

Вдалеке, у самого края водопада, стояла группа людей, разделившаяся на несколько кучек. Казалось, между ними назревал конфликт.

— Это же Чжао Юань и остальные? — Пробормотал Янь Чжаогэ.

Чжао Юань, старший принц королевства Восточная Тан, был ему хорошо знаком. С ним рядом находился и третий принц, Чжао Шэн, который водил тесную дружбу с распорядителем горы Гуанчэн в этих землях, Янь Сюем. Однако сейчас и Чжао Юань, и Чжао Шэн с недобрым видом уставились на одного юношу.

На вид тому было лет шестнадцать-семнадцать. Лицом он был наполовину схож с братьями и носил императорские одежды, которые, однако, выглядели куда скромнее, чем у Чжао Юаня.