Глава 168. Верность принципам, которую не понимают

Помимо покойных Сяо Шэна и Чао Юаньлуна, перед Янь Чжаогэ теперь предстали двое оставшихся представителей Четырех Героев Первого Солнца – молодого поколения Святой секты Великого Солнца.

Тан Юнхао, известный как «Светлый Меч» и признанный лучшим среди молодых учеников своей секты.

И «Молодой господин Пучжао» Хуан Цзе – сын нынешнего главы секты Хуан Сюя и внук Воинственного Святого Восточного Пришествия Хуан Гуанле. Он, наравне с Янь Чжаогэ, входил в число четырех молодых господ современности.

После прошлого Альянса Достижения Небес три молодых господина из четырех – за исключением Молодого господина Грома Линь Чжоу – снова собрались в одном месте.

Янь Чжаогэ ненадолго задержал взгляд на Тан Юнхао, а затем перевел его на Хуан Цзе.

Будь то список молодых господ или внутренний рейтинг героев секты Солнца, Хуан Цзе всегда оставался самым незаметным среди всех.

Насколько помнил Янь Чжаогэ, за пределами того самого Альянса Хуан Цзе почти никогда не показывался на людях.

Сейчас он стоял рядом с Тан Юнхао, словно тень в лучах солнца – тихий, спокойный и совершенно не привлекающий внимания.

Сюй Фэй и Сун Чао, посмотрев на Тан Юнхао, слегка кивнули:

— Старший брат Тан, давно не виделись.

В Регионе Огня, где властвовала Святая секта Великого Солнца, широко славилось имя Тан Юнхао как сильнейшего среди молодежи всего мира.

Находясь на стадии Достижения Небес, он в глазах многих заслужил титул самого могущественного Мастера современности.

Конечно, за пределами огненных земель, особенно в Небесном и Водном регионах, воины горы Гуанчэн и Города Лазурного Моря этого не признавали.

Но даже при крайне враждебных отношениях между их сектами, все сходились в одном: Тан Юнхао действительно является одним из сильнейших представителей молодого поколения.

Ступив на Парящий остров, Тан Юнхао ответил на приветствие Сюй Фэя и остальных:

— Старший брат Сюй, старший брат Сун, приветствую. Действительно, утекло много воды.

Затем он перевел взгляд на Янь Чжаогэ:

— Младший брат Янь, давно не виделись.

Янь Чжаогэ едва заметно улыбнулся:

— Редко увидишь старшего брата Тана за пределами секты.

— Прорыв со стадии Достижения Небес к рангу Великого Мастера невозможен лишь за счет уединенной медитации, — ответил Тан Юнхао. — Нужен опыт и накопленные впечатления, которые затем превратятся в основу для культивации.

Младшие ученики, такие как Сыкун Цин и Ли Цзинвань, во все глаза смотрели на стоящих друг против друга Янь Чжаогэ и Тан Юнхао.

Достижения Янь Чжаогэ за последнее время поражали воображение. Будучи на средней стадии Внешней Гань, он одолел Сяо Шэна, находившегося на поздней стадии. Затем, достигнув поздней стадии Внешней Гань, победил Цзи Ханьжу, который был уже на Врожденной стадии. Позже, едва перейдя на Врожденную стадию, он разбил Линь Чжоу, превосходящего его по подрангу, и Лю Шэнфэна, стоявшего на поздней ступени Врожденной стадии.

Каждый его бой становился сенсацией. Он не просто сражался с теми, кто сильнее него – он неизменно выходил победителем.

Справедливости ради, даже без усилий горы Цанман по его прославлению, Янь Чжаогэ сейчас был самой яркой фигурой на Альянсе Достижения Небес.

Даже если бы он прямо сейчас развернулся и уехал обратно на гору Гуанчэн, никто не посмел бы бросить ему упрек.

И все же разрыв в уровнях между ним и стадией Достижения Небес был слишком велик.

К тому же Тан Юнхао славился годами как один из лучших среди Мастеров своего ранга.

По большому счету, с его силой и возрастом Тан Юнхао уже не было нужды участвовать в подобном состязании. Его талант и так признал весь мир. Тем более сейчас, когда он стоял на пороге прорыва к рангу Великого Мастера.

Но Святая секта Великого Солнца все же отправила его сюда, и как минимум наполовину причиной тому был Янь Чжаогэ.

В недавней войне в Восточном Тан и в споре с Залом Небесного Грома и горой Цанман из-за нефрита Громового Светляка секта Солнца изрядно потеряла лицо.

А что касается молодежи, то сокрушительные поражения Сяо Шэна и Чао Юаньлуна от рук Янь Чжаогэ стали настоящим позором.

Соперничество в большой политике затрагивает всё, и Альянс Достижения Небес был идеальным местом для учеников, чтобы вернуть должок.

Однако Тан Юнхао, похоже, не собирался нападать на Янь Чжаогэ. Напротив, он произнес:

— Прогресс младшего брата Яня поистине поражает. За столь короткий срок подняться от внутренней стадии до Врожденной… Я признаю, что мне за тобой не угнаться.

— Я с нетерпением жду возможности сразиться с тобой, когда мы будем в одном ранге. И хотя я могу проиграть, уверен, что даже поражение принесет мне новые озарения на пути боевых искусств.

Услышав это, Сыкун Цин, Ли Цзинвань и Чжан Яо переглянулись в удивлении.

Сопровождавшие Тана ученики секты Солнца помрачнели. Им было досадно: «Старший брат Тан все-таки поступил по-своему».

Лишь Сюй Фэй, Сун Чао и Се Ючань остались спокойны.

А-Ху не участвовал в состязаниях, но по возрасту и силе он был близок к Сюй Фэю, поэтому ему разрешили подняться на Парящий остров вместе с молодым господином.

Он осклабился и тихо передал Янь Чжаогэ:

— Господин, этот Тан Юнхао… он скорее не честный, а какой-то зашоренный, не находите?

Янь Чжаогэ спокойно ответил:

— У некоторых людей есть свои принципы, которые со стороны кажутся глупостью или зашоренностью.

— Сейчас в глазах толпы уже не принято мерить мою силу обычными рамками возраста и рангов. Даже если бы Тан Юнхао напал сейчас, никто бы не сказал, что он притесняет младших. Максимум – кто-то шепнул бы, что он не уверен в себе и решил опуститься до уровня толпы.

— А вот то, что он не делает этого сейчас, — Янь Чжаогэ посмотрел на Тана, — действительно заставит многих считать его дураком или самовлюбленным гордецом.

— Но он сам лучше всех понимает, к чему стремится и что для него свято. Для таких людей важнее всего чистота собственной совести. Они боятся не чужих пересудов, а тени, которая может лечь на их сердце.

— С другой стороны, это можно назвать гордыней или самодовольством, но я считаю, что человек, способный до конца следовать своим убеждениям, заслуживает уважения.

А-Ху задумчиво хмыкнул:

— И как он тогда отчитается перед сектой?

Не успел он договорить, как Тан Юнхао повернулся к Сюй Фэю:

— Старший брат Сюй, мы ровесники и оба находимся на стадии Достижения Небес. Прошу, наставь меня.

Сюй Фэй открыто улыбнулся:

— Почему бы и нет.

Но тут подал голос стоящий рядом Сун Чао:

— Старший брат Сюй, прошу, уступи мне.

— Три года назад на Альянсе я проиграл брату Тану одну деталь и с тех пор мечтал о реванше.

Сюй Фэй нахмурился:

— Это будет нечестно по отношению к брату Тану. Я не намерен изматывать его перед боем со мной.

Тан Юнхао сохранял невозмутимость:

— Я ни в коем случае не пренебрегаю братом Суном, но позвольте мне сначала сразиться с братом Сюем. Это дело касается не только моей личной чести.

Сун Чао оставался спокоен:

— У меня тоже нет желания брать тебя измором или мешать вашему поединку. Один удар. Давай решим всё одним ударом, как тебе?

За спиной Тан Юнхао кто-то из учеников секты Солнца проворчал:

— Небось, опять свой «Чудовищный прилив» применит. Тогда уж точно хватит одного удара.

Техника Чудовищного прилива – великое искусство Города Лазурного Моря – позволяла вложить все силы в одну атаку. Она требовала колоссальных затрат энергии, но обладала сокрушительной мощью и считалась приемом для боя не на жизнь, а на смерть.

Услышав это, Е Чжунчжоу и Ли Цзинвань вспыхнули от негодования.

Сун Чао же, сохранив мягкое и безмятежное выражение лица, даже не стал оправдываться. Он просто спокойно ждал ответа Тан Юнхао.

— Хорошо, один удар, — Тан Юнхао немного подумал, а затем виновато кивнул Сюй Фэю:

— Прошу простить меня, брат Сюй.