Глава 106. Чтобы ковать железо, нужно самому быть крепким

Когда отец и сын закончили смеяться, Янь Чжаогэ посерьезнел:

— Когда наш клан переселился в Небесный регион…

Он поведал Янь Ди подробности своего столкновения с Янь Сюем. Лицо отца помрачнело, и в его глазах вспыхнула тяжелая, осязаемая жажда крови.

Спустя долгое время Янь Ди медленно произнес:

— Это дело еще не закончено.

Янь Чжаогэ кивнул и, перейдя на передачу голоса с помощью ци, добавил:

— По поводу тех лекарственных пилюль для исцеления ран дедушки-наставника, о которых я упоминал раньше… есть подвижки.

Лицо Янь Ди осталось бесстрастным, но взгляд стал предельно сосредоточенным:

— Каково положение дел?

— Текст в свитке, где записаны зацепки о пилюлях, написан на очень древнем и редком языке, его трудно расшифровать, — ответил Янь Чжаогэ. — Однако значительная часть уже поддалась, и я приказал людям начать сбор необходимых ингредиентов. Стоит только ухватить суть, как расшифровка остальной части рецепта пойдет гораздо быстрее.

Янь Ди заметил:

— Ты с детства, помимо боевых искусств, увлекался всякими древностями, особенно изучением письменности времен до Великого Бедствия. У тебя к этому талант, и вот он пригодился. Будь прилежен. Если раны учителя заживут, его шансы стать Воинственным Святым станут невероятно высоки.

Янь Ди посмотрел вдаль:

— Сейчас времена становятся всё неспокойнее.

Битва, разыгравшаяся в маленьком уголке Восточной Тан, стала одновременно и началом, и концом.

Началом она послужила для масштабной войны, охватившей десятки тысяч миль, Небесный регион и Регион Огня. Столкновение двух великих священных земель – горы Гуанчэн и Святой секты Великого Солнца – переросло из локальных стычек в полномасштабное противостояние. Помимо Восточной Тан, оно затронуло континент Тяньнань и Западный континент. На границах их владений вспыхнули бои, отголоски которых долетели даже до Региона Ветра.

Концом же она стала потому, что исход всей кампании был предрешен еще тогда, в Восточной Тан.

Весы Небесного Солнца в итоге сумели отступить к пику Сияния – обители Святой секты Великого Солнца. Опираясь на защитную формацию и мощь самого Региона Огня, они смогли сдержать натиск преследователей из горы Гуанчэн и Города Лазурного Моря. Святая секта предпочла стерпеть унижение, лишь бы не тревожить своего Верховного старейшину, Воинственного Святого Восточного Пришествия Хуан Гуанле, пока тот был в уединении.

Однако в ходе погони Весы Небесного Солнца изрядно растратили свою энергию. Поражение верхушки привело к тому, что силы Святой секты Великого Солнца на местах были вынуждены шаг за шагом отступать. Средние и малые фракции, примкнувшие к обеим сторонам, также вступили в яростную борьбу, в которой сторонники горы Гуанчэн, разумеется, одержали верх.

В этом масштабном столкновении Святой секте Великого Солнца пришлось проглотить горькую пилюлю и втянуть когти.

На пике Сияния несколько высших мастеров Святой секты сидели друг напротив друга.

Пань Ботай обратился к Повелителю Сияния:

— Как наш глава?

— Весы Небесного Солнца лишились части энергии, и глава ранен, но, к счастью, не слишком тяжело, — ответил Повелитель Сияния.

Лицо Пань Ботая позеленело от злости:

— Гора Гуанчэн… Город Лазурного Моря… За сегодняшние обиды мы отплатим в десятикратном размере!

— Хоть нашу Святую секту и перехитрили, заставив понести убытки, наши основы не подорваны, — подал голос Дуншэн-цзюнь. — Как только старый глава выйдет из затвора, мы немедленно сотрем долги с горы Гуанчэн и Города Лазурного Моря!

Повелитель Сияния медленно покачал головой:

— Вернуть утраченное будет легко, но чтобы окончательно покончить с горой Гуанчэн, нельзя терять бдительность. Юань Чжэнфэн, скорее всего, тоже попытается совершить прорыв в ранг Воинственного Святого. Из-за старых ран его шансы невелики, но если он преуспеет, мощь горы Гуанчэн вырастет. Теперь, когда мы проиграли в этот раз, нам будет трудно помешать ему.

Повелитель Сумерек добавил:

— Перво-наперво нужно гарантировать, что в следующем Испытании Тайцзи мы вернем себе Корону Луны! С ней наше положение мгновенно улучшится, и даже если Юань Чжэнфэн уйдет в затвор, у нас снова появятся возможности.

Повелитель Сияния кивнул, его взгляд стал серьезным:

— Меня беспокоит, что, пользуясь своим нынешним преимуществом, они попытаются отстранить наших учениц от участия в Испытании.

— С какой стати? — Вскинул брови Дуншэн-цзюнь.

Повелитель Сияния посмотрел на него:

— А если они уговорят гору Цанман и павильон Мутных Волн? Что ты тогда скажешь?

Дуншэн-цзюнь глубоко вздохнул:

— Уединение нашего старого главы давит на всех них.

— Нужно связаться с горой Цанман и павильоном Мутных Волн, — решил Пань Ботай. — Если потребуется, уступим им в чем-то, но Корона Луны должна быть нашей!

***

Тем временем на землях Горного региона, на пути обратно к горе Цанман, Чжао Хао обернулся. Пейзажи Восточной Тан уже скрылись из виду. Его взгляд был холодным и отчужденным, он хранил молчание.

Гордыня на его лице слегка поутихла, но вовсе не из-за присутствия Великого Мастера горы Цанман. Причиной стало очередное поражение от рук Янь Чжаогэ в ходе инцидента в Восточной Тан.

Хоть он и презирал окружающих, его зоркость и суждения были на высоте. То, как быстро и эффективно Янь Чжаогэ пробудил правителя Чжао Шичэна в Бездне Подавления Дракона, заставило даже его содрогнуться от изумления. Один раз это могло быть случайностью, но дважды – и Чжао Хао пришлось признать наличие проблемы.

Он начал воспринимать Янь Чжаогэ всерьез, но даже не думал об отступлении. Напротив, в нем вспыхнула истинная жажда убийства по отношению к человеку, который раз за разом портил его планы. Тот факт, что он больше не мог оставаться в Восточной Тан и был вынужден следовать за людьми горы Цанман, теряя свободу, угнетал его. И корнем всех этих бед был Янь Чжаогэ.

К горе Гуанчэн, стоящей за спиной его врага, Чжао Хао и раньше относился враждебно, но теперь его ненависть стала беспредельной.

«Время, мне нужно только время!»

«Янь Чжаогэ, гора Гуанчэн… все только начинается», – Чжао Хао отвел взгляд и посмотрел в другую сторону. У него не было желания становиться обычным учеником горы Цанман, но раз обстоятельства вынуждали, он собирался выбить для себя лучшие условия и занять самое высокое положение. Он не собирался начинать с низов и позволять всяким выскочкам помыкать собой.

Чуть поодаль старейшина Хэ, некогда заправлявший делами секты в Восточной Тан, следовал за мужчиной средних лет.

— После этой битвы Святая секта Великого Солнца окончательно потеряла почву в Восточной Тан. Но раз гора Гуанчэн уже смертельно враждует с ними, она не станет чинить нам препятствий, — говорил мужчина. — Однако тебе, когда вернешься в Восточную Тан, стоит вести себя тише в ближайшее время. Достаточно того, чтобы ты удерживал наше имущество и влияние.

Старейшина Хэ кивнул:

— Я понимаю. Прошу главного старейшину не беспокоиться.

Мужчина тоже оглянулся в сторону Восточной Тан:

— Если бы Хуан Гуанле вышел из уединения, Святой секте не пришлось бы плести интриги. Они бы просто раздавили всех грубой силой. В конечном счете, чтобы ковать железо, нужно самому быть крепким. Нашей секте тоже необходимо развиваться как можно быстрее.

Чжао Хао внезапно произнес:

— Господа, если говорить о прогрессе и развитии горы Цанман, то, возможно, шанс уже прямо перед вами.

— Хм? — И главный старейшина, и старейшина Хэ одновременно повернулись к нему.

Чжао Хао небрежно указал на северо-восток:

— Гора Юньчжао.

В глазах обоих мастеров одновременно вспыхнул азартный блеск.

***

В месте, что когда-то звалось Регионом Земли, а ныне – Преисподней, в непроглядной тьме мелькали отблески света. Людей не было видно, слышались лишь голоса.

— Хань Шэн попал в руки горы Гуанчэн.

— Ни на что не годен, только дело погубил.

— То, что знает Хань Шэн, ограничено и не повлияет на общую картину. Единственное – зацепки в поисках наследия Воинственного Святого Ледяного Дракона теперь тоже у горы Гуанчэн.

— Неважно, найдем другой путь. Сначала подготовим всё остальное и будем спокойно ждать подходящего момента.

— Хорошо!