Глава 14. Наглое изгнание

Стоило Янь Чжаогэ обвести их взглядом, как учеников Святой секты Великого Солнца пробрала дрожь, и они наконец пришли в себя.

Янь Чжаогэ стоял на месте; в его правой руке появилась еще одна короткая бамбуковая ветка, концом которой он мерно постукивал по левой ладони.

Ученики Святой секты Великого Солнца сбились в кучу, во все глаза глядя на него:

— Ты…

— У меня нет интереса издеваться над слабыми, но при условии, что кое-кто не будет напрашиваться на порку, — буднично произнес Янь Чжаогэ. — Я человек великодушный и в большинстве случаев зла не помню. Поэтому любые проблемы предпочитаю решать прямо на месте.

Лица учеников побледнели. Они открывали рты, но не могли выдавить ни звука.

Взмахом руки Янь Чжаогэ вновь заставил Боевое оружие взмыть в воздух и разлететься к своим владельцам – Сыкун Цин, Е Цзину и остальным.

Увидев это, восемь учеников Великого Солнца инстинктивно сжали в руках свое Сокровищное оружие низшего ранга.

Янь Чжаогэ равнодушно заметил:

— Я не такой, как Чао Юаньлун. На эти восемь побрякушек мне плевать, я на них и смотреть-то не стану. Но вот кое-что другое…

Договорив, он перевел взгляд на молодого ученика секты Великого Солнца, и тот сразу же занервничал.

Парень явно колебался: в нем боролось желание просто придушить кошку в руках, чтобы не пасовать до конца, но под давлением ауры Янь Чжаогэ он так и не осмелился шевельнуться.

Янь Чжаогэ взглянул на него, усмехнулся и сделал хватательное движение левой рукой в воздухе.

Световая призрачная кошка тут же вырвалась из рук юноши. Тот почувствовал, как его пальцы обмякли, а силы покинули тело – он не то что задушить кошку, даже пошевелить мизинцем не мог.

Маленькая Световая призрачная кошка, не почувствовав никакой угрозы, пролетела по воздуху и мягко опустилась в ладонь Янь Чжаогэ.

Легкий импульс Гань – и рана на шее кошки перестала кровоточить. Янь Чжаогэ небрежно подбросил ее, и она упала в руки его младшей соученицы.

Девушка прижала зверька к себе, одновременно радуясь спасению питомца и сокрушаясь о его ранах.

Раздался резкий хлопок!

Бамбуковая ветка в правой руке Янь Чжаогэ хлестнула того самого парня, что удерживал кошку, отбросив его в сторону.

— Эту Световую призрачную кошку вырастила моя младшая сестра, это собственность горы Гуанчэн, — Янь Чжаогэ перехватил ветку за оба конца, и свежий изумрудный бамбук слегка изогнулся перед ним. — Это мои слова.

— Вопросы есть?

Люди из Святой секты Великого Солнца понурили головы, храня угрюмое молчание.

— Я знаю, что вы не согласны, — непринужденно продолжил Янь Чжаогэ. — Чао Юаньлун мне не ровня, вы тоже. Но это не значит, что в вашей секте нет воинов, способных меня одолеть.

— Вот только здесь и сейчас вам придется смириться, хотите вы того или нет.

Гордыня легко ломается, и те, кто редко видел невзгоды, часто впадают в крайности. Ученики Святой секты Великого Солнца были окончательно подавлены, их взгляды потускнели от бессилия.

Янь Чжаогэ указал бамбуком вдаль:

— В центре этого водоворота вам больше не место. Забирайте своего Чао Юаньлуна и проваливайте.

Несмотря на сокрушенную гордость, услышав это, ученики Великого Солнца вскинулись в ярости.

— Центр водоворота огромен! С какой стати нам уходить?

— Старший брат Чао без сознания! Если мы попадем в густой туман зловещей ауры, он может не выдержать!

— Господин Янь, ваша гора Гуанчэн заходит слишком далеко! Вы что, всерьез думаете, что нашу Святую секту Великого Солнца можно так просто безнаказанно притеснять?

Даже ученики горы Гуанчэн удивились требованию Янь Чжаогэ.

В таком опасном месте, как Бездна Подавления Дракона, спокойные зоны в центрах водоворотов встречаются редко. Это место было обширным, и хотя две группы враждовали, они вполне могли разойтись по разным сторонам и не видеть друг друга.

То, что Янь Чжаогэ вырубил Чао Юаньлуна и побил остальных до крови, еще можно было списать на последствия схватки между молодыми талантами.

Но выгонять их из убежища – это была запредельная дерзость.

В конце концов, как бы адепты Гуанчэн ни не желали этого признавать, их секта сейчас немного уступала Святой секте Великого Солнца в общем могуществе.

Янь Чжаогэ же вел себя так, будто ничего особенного не произошло. Он лишь ритмично постукивал бамбуковой веткой по ладони, с нескрываемой насмешкой разглядывая лица противников.

Пока Чао Юаньлун был в беспамятстве, лидер оставшихся учеников Великого Солнца глубоко вдохнул и тихо скомандовал своим:

— Не будем лезть на рожон. Уходим!

В отличие от стычки с Сыкун Цин или Е Цзином, когда они еще бросались угрозами, перед лицом Янь Чжаогэ ученики Великого Солнца лишь молча опустили головы. Несколько человек подхватили Чао Юаньлуна и позорно отступили вглубь Бездны.

Но все понимали: они этого так не оставят. Стоит им найти подкрепление, и они обязательно вернутся, чтобы поквитаться.

Кто-то из адептов Гуанчэн, глядя им в спину, прошептал:

— Может, стоило прикончить их всех здесь, чтобы не было проблем? Все равно это Бездна Подавления Дракона…

Остальные вздрогнули от таких слов.

Янь Чжаогэ промолчал, но рядом возникла массивная фигура А-Ху. Слуга поковырял в ухе и щелкнул пальцами:

— А ты суров, малец. Мне это нравится.

— Но ты серьезно думаешь, что наш молодой господин боится их жалоб или подмоги?

Ученик сконфуженно умолк, а остальные лишь понимающе переглянулись.

«Как же удобно иметь такого крутого папашу…»

А-Ху, воодушевившись, не придержал язык и хихикнул:

— На самом деле всё проще: у нашего господина сегодня, видать, настроение хорошее.

— Будь он не в духе, он бы точно на ком-нибудь сорвался. Глядишь, и прикопал бы тут Чао Юаньлуна вместе с этими мелкими недоносками.

Люди хотели рассмеяться, но не смели. В этот момент в ушах А-Ху прозвучал голос Янь Чжаогэ, передаваемый через технику передачи звука: «А-Ху, твои выплаты за этот месяц я забираю себе».

Глаза А-Ху округлились:

— Господин, ну не надо!

— Как ты и сказал, когда у твоего господина плохое настроение, он на ком-нибудь срывается.

— О небеса! Господин, вы вечно мудры, божественны, велики, милосердны и благородны!

Пока А-Ху втайне молил о пощаде, ученики горы Гуанчэн, хоть и опасались последствий, пребывали в восторге. Они смотрели на Янь Чжаогэ с нескрываемым обожанием и восхищением.

Одним щелчком пальцев сокрушить равного по рангу Чао Юаньлуна, да еще так непринужденно!

А ведь Чао Юаньлун – не какой-то заурядный Мастер Внутренней Гань. Он прямой наследник Святой секты Великого Солнца, лучший среди сверстников и один из самых известных молодых талантов во всем Великом мире Восьми Пределов.

Многие ли из его сверстников могли похвастаться тем, что способны так легко отделать его?

Один из старших учеников, долго пробывший в секте, смотрел на Янь Чжаогэ со смесью недоумения и преклонения: «Раньше я и не догадывался, что старший брат Янь настолько силен. Неужели он всё это время скрывал свою истинную мощь?»

«Кхм-кхм, стиль! Нужно держать стиль мастера, во всём должен быть класс!» – наставлял себя в мыслях Янь Чжаогэ, при этом без всякого стеснения принимая на свой счет все восхищенные взгляды.

Хотя техника «Лазурный Дракон в Рукаве» принадлежала прежнему владельцу тела, если бы Янь Чжаогэ не улучшил ее, добавив новые вариации, он бы никогда не достиг столь блестящего результата.

Внедрив фехтовальную концепцию Меча Облачного Дракона Тайцзи из коллекций Божественного дворца в стиль Лазурного Дракона, он качественно переродил технику.

Что же до использования бамбуковой ветки в качестве оружия… Разумеется, это было сделано ради пущего эффекта, чтобы выглядеть максимально круто, пока ситуация позволяла не рисковать.

«Эффект достигнут, так держать», – довольно кивнул сам себе Янь Чжаогэ.

Один из соучеников в нерешительности спросил:

— Старший брат Янь, раз мы не могли прикончить тех людей из Великого Солнца, зачем было так открыто ссориться и выгонять их?

— Потому что у меня хорошее настроение, — беззаботно ответил Янь Чжаогэ.

Собеседник остолбенел, не найдя слов для возражения.

Янь Чжаогэ усмехнулся и, не тратя времени на лишние разговоры, щелкнул пальцами. А-Ху, заметив сигнал, тут же установил Внутреннюю кристаллическую печь, которую с таким трудом притащил сюда, на краю спокойной зоны.

Как и сказал слуга, Янь Чжаогэ сегодня действительно был в прекрасном расположении духа. Он слегка похлопал по корпусу печи, глядя в бездну перед собой:

— Долго же я искал место слияния девяти зловещих потоков, и вот – нашел, даже не прикладывая усилий.