Глава 12. Самурай становится искателем приключений

— Кто она такая?

— ……………

— Эм… всё в порядке?

— Куросу, ты что, засмотрелся на красоту Дианы?

Нет, тут дело не в этом.

Только у меня одного… странное ощущение?

Он не сводил взгляда с женщины по имени Диана.

Только подойдя ближе к стойке, Куросу заметил: у неё на голове росли большие звериные уши.

Сначала он решил, что это украшение, но уши подрагивали — и явно были живыми. Ни за что не подделка.

В остальном Диана выглядела как обычный человек…

Но может, она тоже из разряда чудовищ, как тот гигант?

Куросу молча положил руку на рукоять меча и бросил взгляд на спутников, но Франц и остальные, похоже, ничуть не смущены.

Они переглядывались с Дианой, глядя на Куросу с лёгким недоумением.

Когда он окончательно понял, что оказался в другой стране, Куросу решил быть готовым к культурным различиям.

Но чтобы у человека из головы росли звериные уши — на такое он не рассчитывал.

Это уже не просто отличие в обычаях.

──── Или… это я недостаточно подготовился?

Раз уж он попал в мир, где чудовища и монстры повсюду, сто́ит перестать опираться на японские представления о норме.

Для здешних жителей он сам — чужак.

А если вспомнить поговорку «В чужой монастырь со своим уставом не лезь», то кем бы ни была Диана — если так тут принято, нужно учиться принимать.

…Да, с этого момента я буду считать этот мир не чем иным, как логичным безумием.

— …Нет, всё в порядке. Можно приступить к регистрации?

Ему жутко хотелось узнать, куда делись обычные уши, которые, судя по всему, были скрыты под волосами…

Но он взял себя в руки и сделал вид, что ничего не произошло.

— Д-да, конечно! Тогда, пожалуйста, заполните вот этот бланк. Если что-то будет сложно — просто оставьте пустым. И ещё: регистрация стоит пять серебряных монет.

— Он не умеет читать. Вы могли бы записать за него?

— Конечно. Всё сделаю.

Франц выручил, и Диана убрала бумагу и перо.

Куросу достал нужные монеты из безымянного кошеля и передал.

После инцидента на воротах он уже знал, какая из монет считается серебром, так что не ошибся.

— Хорошо. Начнём с имени. Как вас зовут?

— Куросу Мототика. Куросу — фамилия, Мототика — имя.

Франц рассказывал, что в этой стране фамилии положены только людям определённого сословия.

К тому же тут представляться принято, начиная с имени.

Но Куросу, как самурай, считал своим долгом сохранять собственную форму самоназвания — и не собирался подстраиваться.

— Имя… Мототика?.. Или Мототика Куросу?.. Простите, правильно будет — Мототика Куросу?

— Нет-нет, Диана, его зовут Мууттека Курос. Так и запиши, — вмешалась Памела.

— Нет. Просто Куросу. Этого достаточно.

Похоже, его имя и правда трудно произносить местным — при первой встрече они тоже путались.

— Хорошо, Куросу. Тогда следующий вопрос: сколько вам лет?

— В этом году мне исполнится двадцать семь.

— Что? Ты выглядишь моложе!

— А я думала, мы с тобой ровесники!

Спутники галдели, но и правда — у Куросу было мягкое лицо, он больше походил на мать, и его часто считали моложе.

Некоторые враги по этой причине теряли бдительность — и погибали, не успев понять свою ошибку.

— Где вы родились?

— В Японском Королевстве.

Диана слегка удивилась незнакомому названию, но переспрашивать не стала и просто продолжила запись.

— Ваша раса — человек? Можно записать как «хуман»?

— …Что значит «раса»?

— «Что»?.. — хором удивились все.

На вопрос Куросу удивлённо округлили глаза не только Диана, но и Франц с остальными.

Судя по их реакции, понятие «раса» здесь считается элементарным знанием. А вот вопрос вроде «Ты человек?» звучит так же нелепо, как спросить, не дышит ли собеседник воздухом.

— Куросу… Слушай, а в этом твоём Нихоне… там что, правда одни только люди жили?

— Только люди?.. Что ты имеешь в виду?

— Скажи-ка, Куросу… ты считаешь меня человеком?

— …Что за странный вопрос? Конечно.

Он ответил честно, хоть и с удивлением. Но то, что Барто сказал следом, поразило его ещё больше.

— Вот как… Значит, всё-таки. Слушай, Куросу, я не человек. Я — дварф, представитель расы кузнецов. Маури — путешествующий хоббит, Диана — кууси, пёсолюд. У каждого из нас — своя раса. И все мы отличаемся от людей.

— …Прости, но я совсем ничего не понял. На вид вы обычные люди. Что в вас другого?

— Кузнецы вроде меня ниже ростом, но сильнее. Да и живём дольше — многие дотягивают до ста пятидесяти. Мне, к слову, всего под сорок. Молодой ещё.

— Сорок?.. — переспросил Куросу, ошарашенный.

Барто, по его мнению, выглядел лет на семьдесят, если не больше.

Раньше он только дивился, как тот не отстаёт в дороге, но считал, что это благодаря профессии.

А теперь узнал, что дварфы с юности выглядят как старики.

— Вон, глянь на того в трактире. Он дварф. И ему даже двадцати нет.

Барто указал на мужчину, с головой ушедшего в весёлую попойку.

И вправду — один в один сам Барто, разве что борода другого цвета и не заплетена.

— Похоже, я начинаю понимать… Слушай, Куросу, а сколько ты мне лет дашь?

— Ну… десять, может чуть больше? А что?

— Вот блин! Я так и знал, что ты меня за ребёнка держишь! Тебе ведь двадцать семь, да? А мне — тридцать пять! Я тебя старше!

──── Это был настоящий шок.

Куросу не думал, что его обманывают. Но принять то, что этот ребёнок старше него, было нелегко.

Пока он с трудом переваривал услышанное, остальные, кроме Маури, уже вовсю смеялись.

— Хаха… Маури, спокойно… Надо же Куросу всё объяснить… хе-хе…

— Чёрт бы вас побрал… Слушай, хоббиты живут не меньше дварфов, но у нас всё наоборот. Мы выглядим как дети до сотни, а потом резко стареем.

Завидно, конечно…

Но тут Куросу бросилось в голову: а вдруг Франц и Памела — тоже не те, за кого себя выдают?

Он резко повернулся к ним.

— Эм… я, конечно, догадываюсь, о чём ты сейчас подумал… Но всё нормально. Мы с Памелой — люди. Самые обычные. Я, например, двадцать два года как живу.

— А мне восемнадцать! — бодро добавила Памела.

Фух.

Он уже почти приготовился услышать: «На самом деле мне сто» или «А я всего-то три года как родилась!».

— Ещё кое-что…

Маури снял обувь и показал ступни.

От пятки до щиколотки у него росли кудрявые волосы — того же цвета, что и волосы на голове.

— Я обычно в сапогах — мало ли что. Но если надо красться, некоторые ходят босиком. Мы, хоббиты, легче и проворнее людей — это особенность нашей расы.

Когда он закончил, Куросу перевёл взгляд на Диану.

— Ну, видимо, теперь и мне нужно рассказать… Я — кууси, пёсолюд. У нас обострены чувства, особенно обоняние, и хорошая физическая подготовка. Всех, у кого есть звериные черты, называют зверолюдьми — селиан слоуп. Это самая разнообразная раса: есть волколюди — ургарды, кошколюди — кетситы, льволюди — леопардосы… и другие.

…Да уж. Странный мир.

Как они сказали, рас здесь много.

Есть и такие, что живут куда дольше дварфов и хоббитов.

Франц посоветовал не судить по внешности — здесь это не работает.

Казалось бы, Куросу и сам знал, что не стоит судить по внешности… но сейчас язык не поворачивался сказать «да знаю я всё это».

Он всё ещё переваривал услышанное, когда Диана закончила оформление.

— Вот, Куросу, ваша карта искателя. Она же будет служить удостоверением личности. Если потеряете — за перевыпуск потребуется пять серебряных монет.

Ну вот, вопрос с документами решён.

Он взял карту, немного уставший от потока информации. И тут заметил кое-что:

карта — маленькая дощечка с мелкой резьбой, очень похожа на одну вещицу, найденную им в лесу.

— Я нашёл это в деревне в лесу. Это тоже карта искателя?

Он достал подвеску, которую подобрал на трупе.

— Минутку… Куросу, что это была за деревня?

— Небольшое поселение неподалёку от того места, где я вас встретил. Там жили мелкие существа… они напали первыми. Пришлось уничтожить всех.

…Плохо.

Он сделал это ещё до того, как понял, что оказался в чужой стране.

А вдруг это преступление?

— У них случайно не была зелёная кожа и длинные уши?

— Была. А ещё в деревне лежали человеческие головы. Я решил, что это разбойничий лагерь…

— Значит, это были гоблины. Они — монстры. Интересно… не знал, что у них там целая деревня. А сколько их было?

…Так это были чудовища?

Куросу теперь совсем не понимал, где проходит грань между монстром и существом с разумом.

Если гигант сразу казался нелюдем, то гоблины… выглядели уродливо, но всё же были человекоподобными. И по комплекции — не отличались от Маури.

А если уж смотреть по внешности, то Диана выглядела куда более "нелюдской", чем они.

Если гоблин — монстр, то чем он отличается от зверолюдей?

Наличием разума? Возможностью говорить? Или может, всё дело в «магическом ядре», которое он достал из тела гиганта?

Он не знал.

Людей с камнями в груди он не встречал.

В принципе, Куросу всё равно, кого рубить — человека или чудовище.

Но он начинал понимать: граница между ними куда тоньше, чем он думал.

— Было мелких около тридцати. И один крупный.

— Хобгоблин, значит… Диана?

— Да. Подтверждаю. Это была карта отряда «Клинки Фрульмунта». Мы уже давно не слышали о них… Куросу, спасибо. Мы передадим это их родным.

Ну хоть так.

Теперь родственники смогут узнать, что с ними произошло.

Может, им станет хоть немного легче.