Уличный пейзаж сменялся, образовывая все новые и новые многоэтажные дома. Приближалось темное время суток. Внутри зданий то в одном, то в другом окне начал загораться яркий свет.

Разноцветная брусчатка мелькала под ногами идущего человека, уводя его крупную фигуру все дальше и дальше вдоль фонарей.

В данный момент, Ичиро, как обычно возвращался со своей тренировки. Он был одет в черный спортивный костюм и белые кроссовки, а через его плечо была перекинута лямка его спортивной сумки.

Посмотрев вперед, взгляд Ичиро встретил нескончаемый поток скамеек и фонарных столбов, расположенных вдоль железного забора какого-то парка.

Общий вид картины вызывал у него только умиротворение: мирно сидящие люди, которые наслаждались спокойным вечером. Это были ученики школ, взрослые люди, родители с детьми, а также пожилые люди… или, вернее, просто старик.

Верно, совершенно одинокий старик, сидевший на одной из лавочек.

Взгляд Ичиро дрогнул, будто он увидел кого-то знакомого. От удивления он прервал шаг и моргнул.

Вдали на одной из лавочек, расположенных в самом конце, находилась фигура. Это был непримечательный и совершенно одинокий старик, который хуже всех вписывался в атмосферу парка. В то время как веселые лица людей покрывали улыбки, он был единственным, кто выглядел хмуро и одиноко.

С его головы списали аккуратно уложенные седые волосы. Руки покрывали белые перчатки, а на теле была старая светлая рубашка, заправленная в черные брюки. Рядом лежала деревянная трость с изогнутой ручкой, прислоненная сбоку на лавочку где он сидел.

Старик неподвижно сидел и глядел куда-то вдаль, изредка прерываясь, чтобы взглянуть на карманные часы.

Вновь посмотрев на стрелки часов, он убрал их в карман рубашки, после чего повернул голову.

На его покрытом морщинами лице промелькнула едва заметная улыбка, когда он заметил фигуру Ичиро. Однако в следующую секунду его выражение так же бесследно и пропало.

«Нет… нет! Этот старикан… Почему он с здесь?»

Глядя на пожилого мужчину, сидящего на лавочке в самой дали улицы, у Ичиро быстро пронеслись некоторые мысли, но он было неизменным: он слишком поздно заметил его!

Теперь он не может развернуться или перейти дорогу, чтобы избежать встречи с ним. Уже слишком поздно.

Теперь он будет вынужден слушать стариковские бредни, от которых не сможет уйти!

Ичиро обессиленно покачал головой:

— Пол Эдриан. Порой мне кажется, этот старикашка преследует меня.

Он нерешительно огляделся по сторонам в поисках решений.

— Просто пройти мимо, сделав вид, что не заметил его? Или просто развернуться и уйти? В любом случае, я не хочу получать еще одну порцию старческих наставлений от него.

Ичиро медленным шагом приближался. В лучшем случае они просто поздороваются, и ничего не произойдет. А в худшем случае он задержится на минуту-другую. А возможно даже, что этот старик вновь расскажет для Ичиро какую-то историю былой молодости, очевидно, не очень интересную для него. И он будет вынужден сидеть и с наигранным лицом слушать эти стариковские бредни… Таков был Ичиро.

Ещё с прошлой жизни Ичиро был вежлив с пожилыми людьми, не в силах отказать им и прервать диалог, когда те увлеченно что-то рассказывали из своей жизни. Он сам иногда не понимал, почему он такой. Но его совесть ясно говорила ему не поступать так.

Еще раз горько вздохнув про себя, он чуть ускорил шаг, когда начал приближаться, надеясь, что он просто избежит этой нежелательной встречи.

Он повернул голову и посмотрел в глаза старика, сделав лёгкий кивок.

Лица двух людей отчетливо пересеклись.

Заметив это, старик проследил взглядом, но ничего не сказал в ответ и даже не выразил какой-то осознанности.

Кажется, ничего не произошло. Такая реакция несколько озадачила Ичиро, но, так или иначе, теперь он мог сбежать отсюда!

Он решительно ускорил шаг, начав отдаляться все дальше.

«Да! Да! Ещё пара метров и я буду вне зоны его зрения!» — подумал Ичиро, ликуя про себя, считая, что ему удалось избежать этой встречи.

В тот момент проблески и мерцания фонарей вдалеке казались для него подобно туннелем, в конце которого виднелся свет. И он пошел туда ещё быстрее!

Однако…

— Ох, Ичиро! Давненько не виделись!

Застыв в странном положении, Ичиро не решался повернуться.

Только что ему практически удалось избежать этой встречи. Свет в конце улицы начал отдаляться, куда он так спешил попасть, и Ичиро понял, что никуда он не уйдет отсюда. В огорчении он повернул голову.

— Э-э, здравствуйте?

— Гляжу, кто-то идет! Я уже думаю, ты ли это или нет. Оказалось, что ты! Мои старые глаза ещё не окончательно меня подводят, хе-хе…

Старик Пол, на ладонях которого были белые перчатки, переложил свою трость и с улыбчивым выражением указал рукой на лавочку.

— Присаживайся!

Посмотрев на вытянутую руку, хозяин которой любезно предложил ему сесть, Ичиро внутренне засомневался.

Внутри него началась серьезная борьба между выбором. Одна сторона говорила ему просто уйти, ведь он никому ничего не должен. А другая заверяла, что это просто одинокий старик, которому не с кем поговорить, и он ничего не теряет от этого.

Конечно, он мог бы придумать ловкое оправдание, почему он вынужден был бы отказаться, и этот старик, возможно, принял бы это за чистую монету. Однако, глядя на это искреннее выражение любезности и добросердечности, Ичиро понял, что не может разбить ожидания этого человека.

«Это просто причудливый старик. Будет слишком грубо так просто взять, развернуться и уйти от него...»

Чем больше он размышлял об этом, тем сильнее становилось чувство долга в его груди, и он принял решение.

Ичиро не спеша опустился на лавочку.

При виде этого морщинистое лицо Пола растянулось в счастливой улыбке.

— Хехе! А вот это другое дело, юноша.

Повернувшись к Ичиро головой и сделав самодовольное выражение лица, Пол продолжил:

— Как жаль, что в наше время не так уж много и образованной молодежи, которая стала бы тратить время на нас, стариков. Действительно жаль… — его голос звучал протяжно и с тоской.

— Чудный был денек, солнечный и умиротворенный. Никуда не приходится спешить, ни о чем не беспокоишься.

Выражение мужчины было очень самодовольным и невыносимым, от чего Ичиро скривился в лице. Едва сдерживаясь от накипающего раздражения внутри, он ответил ему, скрепя зубами:

— Верно, денек сегодня действительно хороший…

«Этот старик… уже жалею, что вообще составил ему компанию!» — горько добавил про себя Ичиро, уже напрочь виня то внутреннее чувство долга, которое сподвигло его вообще вступить в этот диалог.

Не обращая внимания на лицо юноши, которое в мгновение стало более раздраженным, Пол с умиротворением вздохнул, держа в руках изогнутую рукоять трости. Его белые пальцы в перчатках мелькали по деревянной поверхности ручки, проводя по ней снова и снова.

Вспомнив кое-что из прошлого дня, Ичиро повернулся и сказал:

— Кажется, на прошлых днях ваш магазинчик с мангой был закрыт, хотя это были будние дни. У вас что-то случилось? — данный вопрос хоть и отражал в какой-то степени внутренне любопытство Ичиро, но он был сказан им только в целях продолжения разговора.

Услышав это, старик прекратил увлеченно разглаживать рукоять трости, оставив ту в покое, и повернулся.

— Ммм? А ты, похоже, заглядывал туда недавно?

— Э-эм, да. Не так давно я проходил мимо и ваш магазин был закрыт, не было видно даже вашего работника. Я подумал, что, кажется, с вами что-то случилось.

— Ох, ты об этом, — тяжело вздохнул старик. — Не так давно мой прошлый работник был вынужден временно прекратить работать из-за некоторых… внезапных обстоятельств! А что касается меня, то я не смог выйти на работу ввиду своего плохого самочувствия. Старый я стал, конечно. Ха-ха.

Одновременно с этим, не меняя внешне своего легкомысленного настроя, Пол задумался, вспоминая события несколько дней назад.

«Уничтожение преступной банды дорого нам стоило. Саймону, а также почти всем остальным людям пришлось приложить немало усилий, заметая следы нашего налета в ту ночь. В мгновение была уничтожена целая банда, данный факт, несомненно, привлечет большое внимание. Но благодаря проделанной работе, будущие расследования со стороны героев или полиции вряд ли придут к чему либо…»

«Действительно, дел было слишком много. У меня не было ни единой возможности, чтобы поддерживать активность магазина в эти дни, но это была вынужденная мера, чтобы пресечь на корню любую опасность в будущем!»

Пол продолжал обдумывать произошедшее. Внутренне был настолько серьезен, что перестал слышать что-либо в тот момент. Так продолжалось несколько секунд, пока до него не начал доноситься чей-то юношеский голос…

— Ха-ха! Вам в самом деле стоит больше отдыхать, старик Пол. Я удивлен, что человеку вашего возраста хватает сил, чтобы поддерживать целый магазин! — голос Ичиро звучал оптимистично.

Взгляд Пола дрогнул, и ему вернулось осознание. Он повернул голову и сказал:

— Ммм? Действительно, это было бы неплохо. Спасибо, что побеспокоился о таком старике, как я.

«И вправду, это не удивительно, что человек его возраста может испытывать различные недомогания…» — подумал Ичиро, оглядев морщинистое лицо старика, спина которого была сгорблена.

«Хмм? Минуточку, погодите! Почему он так смотрит на меня, как будто он…»

На лице мужчины промелькнул хитрый взгляд. Его глаза, казалось, озарились блеском. Он явно задумал что-то!

— У меня в магазине так мало рабочих рук, ты просто представить не можешь! — Пол сделал жалостливое лицо, после чего обессиленно покачал головой. — Почти все приходится делать самому, а я уже стар и не так быстр, как раньше.

Он внимательно осмотрел Ичиро и сузил взгляд:

— Юноша, у меня есть к тебе хорошее предложение. А не хочешь ли ты устроиться ко мне…

Ичиро замер в ошеломлении. Казалось, его ошеломила та наглость сказанных слов.

«Неужели этот старик изначально собирался сегодня предложить мне работу?» — вновь пробежавшись по событиям сегодняшнего вечера, Ичиро казалось, что он осознал замысел человека перед ним.

«Нет… возможно, даже с самого начала, с нашей самой первой встречи он добивался всего этого! Я должен отказаться прямо сейчас. Иначе кто знает, к чему это приведет потом!»

Собравшись с духом, Ичиро с серьёзным лицом проговорил:

— Я отказываюсь!

Старик вздрогнул и недоверчиво посмотрел. Он не ожидал, что его вдруг первут таким жестким голосом.

— Что? Умгх… Но ведь я даже не успел рассказать об условиях самой подработки.

— Простите, но я твердо намерен отказать вам, — Ичиро старался всем своим видом показать, что его не интересует это предложение.

— Хм, что же, это твое право, — безразлично ответил Пол.

Однако в следующее мгновение он поднял голову и добавил с надменным выражением:

— Однако не думай, юноша, что позже ты сможешь вернуться к этому предложению! — Пол в горделивой манере откинулся на спинку скамейки и принялся игнорировать Ичиро.

«Можно подумать, что я вообще был заинтересован в этом…» — подумал Ичиро, наблюдая за стариком.

Спустя несколько секунд разговор пришел в молчание. Никто не намеревался говорить что-либо. Внимание двух людей привлекли проносящиеся мимо автомобили. Их свет фар мелькал снова и снова, а скрип колес не прекращался ни на минуту.

В этой молчаливой ноте Ичиро снова повернулся к Полу, решив понаблюдать. Тот, в свою очередь, неотрывно следил за проезжающим потоком машин.

«Похоже, он глубоко погрузился в свои мысли, возможно, вспоминая что-то».

Ичиро стало интересно, почему вдруг старик замолчал, отстраненно глядя на дорогу. Но внутренне он понял, что тот вспоминает что-то, думая об этом.

В какой-то момент ему даже показалось, что на лице старика промелькнул оттенок грусти и печали.

Ичиро внимательно следил за положением глаз мужчины, то и дело скачущих слева направо. Легкий ветерок развевал его волнистые седые волосы.

«Он словно о чем-то сожалеет. Его прошлое… какое оно было?»

Его глаза были юркими и весьма оживленными, их цвет и насыщенность по прежнему отдавали некой молодостью. Глядя на его старческий вид, Ичиро невольно начал проникаться чувством лёгкого уважения.

Глядя на его несколько печальное выражение лица мужчины, у Ичиро невольно возникали вопросы: Откуда он? Есть ли у него семья, дети? Что у него произошло в прошлом?

— У вас есть семья? — абсолютно случайно вырвалось у Ичиро. Но уже через секунду он начал жалеть, что вообще сказал это.

Атмосфера напряглась.

Похоже, старик сам не ожидал, что его вдруг спросят о чем-то подобном. Он ответил Ичиро странным взглядом, который был совершенно новым для него.

Ощущая пристальные глаза на себе, Ичиро стал один за другим перебирать варианты того, как ему исправить ситуацию.

Подавляя возникшее неудобство, он наконец составил ответ, которым мог бы оправдать себя:

— Ну, вы действительно управляетесь с магазином почти полностью в одиночку? Разве у вас нет кого-нибудь, кто мог бы помочь вам с работой?

Прошла пара секунд, прежде чем старик глубоко вдохнул и, наконец, ответил. Его глаза смягчились.

— У меня был сын. Вернее, он и сейчас есть, с ним все хорошо.

Пол отвел взгляд и погрузился в тишину.

— Очень давно я поссорился с ним. После этого он покинул семью, и эти несколько лет мы почти не виделись с ним.

В тот момент его слова были словно камнями: они были тяжелыми и давались с большим трудом. Приходилось тщательно выбирать, прежде чем сказать что либо.

— Это действительно произошло очень давно. Все началось с простой ссоры и недопонимания в семье много лет тому назад, когда он был ещё совсем молод, — Пол в пристальной манере смотрел куда-то в тротуар. — Я был строг, чрезвычайно строг. Погрузившись в работу, я никогда не замечал того, как мой сын переживает. В тот момент от давления, которое на него оказывалось, он полностью закрылся и был… на грани.

Ичиро застыл, чувствуя, как ему передается боль этих слов. В этом тяжелом взгляде старика он ощущал бессилие, а также сожаление и сильную злобу по отношению к себе.

В одно мгновение он осознал, насколько тяжелая история кроется за рассказом человека. От этого ему становилось жаль его, и внутренне он стал более серьезно относиться к тому, что слышал.

— Я не замечал этого, я не замечал ничего. Я не понимал, насколько был жесток по отношению к нему. Но осознание этого пришло слишком поздно… слишком.

Мужчина выдержал паузу.

— Все стало еще хуже, когда моя супруга скончалась.

Ичиро показалось, что вместе со сказанными словами взгляд пола стал на мгновение безжизненным. Тяжесть стала неимоверной, его ладони обессиленно рухнули.

Но спустя несколько секунд в его глазах снова зажегся огонек, и он продолжил:

— Это уничтожило его морально. Разбило на части. И в этот момент, когда он больше всего был уязвим, я никак не выказал поддержки, никак не помог ему...

Мужчина вновь замолчал, делая мгновение молчания, что бы привести свои мысли в порядок.

— Это я уничтожил моего мальчика. Это из-за меня он столкнулся со всем этим. Если я и должен ненавидеть кого-то, то только себя! — Пол сжал собственные кулаки, его пальцы впились в ладони, а руки напряглись и издавали хруст.

В какой-то момент Ичиро испугался. Он действительно не ожидал, что он увидит нечто подобное. Но в его голове на мгновение промелькнул один единственный вопрос, проистекающий из простой логики и здравого смысла: могут ли руки такого старика, как Пол напрягаться настолько сильно? Но он не зацикливался об этом, когда через пару секунд все прекратилось.

Пол вздохнул, его выражение стало абсолютно безразличным, когда он безэмоциональным голосом сказал:

— Неудивительно, если после того он предпочел уйти далеко-далеко, разорвав со мной почти все связи. Вспоминая свои действия тогда я понимаю, насколько я был ужасным отцом. Я действительно ненавижу себя за то, что не помог ему в тот момент.

Ичиро находился в гробовой тишине, не зная, как реагировать на это. Он не ожидал, что на простой вопрос «есть ли у вас семья?», он услышит конфликт отца и сына продолжительностью в многие годы.

В этот момент он не знал, что ему говорить и как помочь ему. Но, кажется, оглянувшись назад, в свою прошлую далёкую жизнь, он нашел ответ.

Его отец, его первый родитель, а также человек, имя которого Ичиро навсегда позабыл. В прошлой жизни, еще когда его имя было Леонард, в возрасте девяти лет его отец по неизвестной причине покинул их семью. Тогда это было шоком, и огромное непонимание, с которым Леонард столкнулся в тот момент, постепенно переросло в терзающее чувство вины к самому себе. Изо дня в день он винил себя, считая, что все случилось именно из-за него, в то время как истинная причина крылась гораздо глубже.

Лишь с возрастом он понял, что он как таковой ни в чем не был виноват, но понимание одного оставалось неизменным: от испытываемого чувства вины никому не становится легче. Чувство вины сковывает людей, оно как тяжелые цепи, которые ограничивают их от движения вперед и не дают освободиться от пережитого прошлого. И даже здесь и сейчас, спустя много лет, Ичиро помнил это: чувство вины — это неспособность простить себя! Мы готовы прощать других, но в это же время не способны простить себя!

Пол вздохнул. На его лице отобразилось сложная гримаса и видимо почувствовав, что он зря это все рассказал, он хотел было открыть рот и сказать об этом. Как вдруг он слышал спокойный голос, который опередил его.

Голос Ичиро разорвал тишину.

— Вы настолько сильно ненавидите себя, старик Пол?

Глаза Пола расширились.

— Хах, ну ты знаешь… — на его лице отобразилась усмешка, как вдруг его настигло осознание, и он в мгновение опомнился.

Он растерянно переспросил:

— …Что? Ненавижу ли я себя?

Ичиро улыбнулся. Он понял, что вызвал нужную реакцию. Теперь, когда старик Пол начал серьезно относиться к его словам, ему лишь нужно продолжать уверенно говорить.

— Ваш сын. Он, должно быть, уже давно вырос. Но скажите мне: ваше чувство вины к себе, становится ли кому-то от него легче?

— Что? Но почему ты говоришь это? — Пол был явно растерян такому вопросу.

— Старик Пол, спросите себя: помогает ли кому-нибудь тот факт, что вы испытываете чувство вины? Ваш сын, помогает ли ему это? Помогает ли это вам? Помогает ли это вашей семье или вашему окружению?

Ичиро на мгновение прервался. Он не знал, как происходил конфликт у старика Пола и его сына. Может быть, в этом значительную степень сыграла и их семья. Но, так или иначе, он решил добавить пункт об этом.

— Помогает ли это хоть кому-нибудь? — повторил Ичиро.

— Я… Думаю, что… — Пол пытался дать хоть какой-то ответ.

Не давая возможности как-то оправдаться старику Полу, Ичиро продолжил:

— Разумеется, нет! Ни в коем случае и ни при каких обстоятельствах! Ваше чувство вины не помогает никому. И более того, — Ичиро встал с лавочки и решительно посмотрел на Пола сверху вниз. — Чувство вины — это ваша неспособность простить себя!

Все еще сидя на лавочке с растерянным выражением, Пол молчал. Но было видно, что последние слова заставили задуматься его.

— Просто простите себя, сбросьте со своей души эти цепи, что все эти годы отягощают вас и вызывают тяжесть. Это не должно вас удерживать от того, чтобы изменяться и идти вперед!

Видя прозревшее лицо старика, Ичиро ощутил, что он справился со своей задачей.

«Обманчиво просто! Хаха, я уверен, что мне удалось помочь ему!»

Мирно сидящего на лавочке мужчину закрывала крупная фигура Ичиро, которая буквально нависла над ним. Несмотря на потемневшее время суток, сейчас было достаточно оживленно, и проходящие мимо люди то и дело кидали обеспокоенные взгляды, словно спрашивая: находится ли этот пожилой мужчина в опасности и нуждается ли он в помощи?

Так или иначе, заметив все эти косые и недоброжелательные взгляды, Ичиро потерял свой настрой и вернулся обратно на свое место с неуверенным лицом. Однако Пол все продолжал смотреть на него изменившимся взглядом.

— …Спасибо, — негромко вырвалось у него.

— Вам не нужно меня благодарить, — ответил Ичиро, но после добавил про себя: «По крайней мере, я думаю, что расплатился перед ним за то, что он эти несколько дней держал мою сумку у себя в магазине».

Видя его хитрое выражение, Пол улыбнулся и сказал:

— Мне правда стало легче. Ты явно умнее, чем кажешься. Как я и сказал, в наше время не так уж и много образованной молодежи, не так ли?

Услышав это, Ичиро проскрипел зубами, все еще улыбаясь.

«Ах ты старик, опять шутить вздумал! Так или иначе, это лишь подтверждает то, что мои слова оказали верное влияние… наверное».

Вновь видя самодовольное выражение старика, Ичиро сделал серьезное выражение и решил продолжить:

— Но прощение себя — это лишь первый шаг, который вы должны сделать, чтобы прийти к искуплению.

— И какой же будет второй шаг? — спросил тут же Пол, слегка удивленный тем, что сказал Ичиро.

— Каким должен быть ваш второй шаг вы уже знаете, — Ичиро бросил многозадачный взгляд.

— Ваш сын, он все еще остается вашим родным сыном, даже спустя многие годы. Вы должны помириться с ним.

Пол застыл со странным выражением. Легкая улыбка промелькнула на его морщинистом лице, и он прикрыл глаза в спокойном выражении, откинув спину на лавочку, где сидел.

«И как, черт возьми, мне реагировать на эту реакцию?! Где твое человеческое «спасибо», старик?!» — съязвил внутри себя Ичиро, явно неудовлетворенный тем, что он получил реакцию, которая расходилась от его ожиданий как диванного психолога.

— Я слишком боюсь, — с небольшим смущением ответил Пол.

Перед ними снова пронеслись автомобили, громко сигналя.

«Что? О чем это он?» — внутренне удивился Ичиро, скривив лицо. Ему даже показалось, что он неправильно расслышал его.

Снова опустив взгляд, Пол продолжил тяжелым голосом:

— Я боюсь, что он все еще злится на меня и ненавидит за то, что я сделал в прошлом. У меня нет решимости заявиться перед ним и попытаться помириться.

— Во всяком случае, твои советы помогли мне, и я могу с чистой совестью двигаться дальше, — Пол проговорил это положительным тоном и после снова застыл, словно и не испытывал минутами ранее подавленного настроения, рассказывая свою историю.

«Верно. Мой сын... теперь я вспомнил это...»

Он вновь посмотрел на Ичиро, слова которого по-прежнему звучали в его сознании как наяву. Внутренне он улыбнулся, вспоминая дорогого ему человека.

«Дэвид, ты действительно можешь гордиться своим сыном».

«Даже спустя многие годы разлуки отец и сын все еще остаются друг другу близки. Теперь я вновь вспомнил это...»

Он волнительно вздохнул.

«Я должен... Я непременно должен помириться с тобой, мой... сын».

На лице Пола застыла улыбка. Улыбка подобная восходящему солнцу, любящая и такая теплая. В ней была заключена трепетность и вся любовь.

Спустя несколько секунд, выражение в его глазах изменилось, и он опомнился.

— Ой, да что же это я. Зачем я рассказываю что-то такое, даже сам не знаю. Прости, что тебе пришлось слушать стариковские бредни. Ты, наверное, спешил?

От столь внезапной перемены Ичиро как будто опешил.

Он не понимал, как этот старикашка, который несколько секунд назад с глубоким и печальным лицом рассказывал ему о своей проблеме, вдруг внезапно переменился в настроении и снова стал несерьезным!

Ичиро даже задумался, нет ли у него раздвоение личности…

— Да нет, я вроде бы никуда не спешил. — не подумав ответил Ичиро, после чего опомнился, поняв, что явно сказал лишнего!

«Никуда не спешил?! Со мной точно все в порядке? О чем я только думаю! Мне же давно надо…»

Не заметив возникшей паники на лице Ичиро, Пол улыбнулся.

— Как удачно. Ты знаешь, я как раз захватил с собой шахматы. Не хочешь ли сыграть со мной, а?

«Нет! Нет! Я сказал не то, что хотел! Кто-нибудь, спасите меня!» — кричал в своём сердце Ичиро, предчувствуя, что он не уйдет отсюда так просто.

Тем временем на улице уже окончательно стемнело.

Ичиро оглянулся по сторонам и понял, как ему выкрутиться: списаться на время суток, как причину, чтобы уйти отсюда.

— Вы знаете, уже поздно. Я бы предпочел уже вернуться, чтобы начать готовиться к завтрашнему дню.

— Хм-м, действительно. Как жаль. — Пол сделал лицо, наполненное огорчением.

Но не прошло и секунды, как он вновь воскликнул оживленным голосом:

— О-о, кстати. А как насчет пари?

Не понимая, что опять пришло в голову этому старику, Ичиро вскинул брови и спросил:

— Пари?

— Верно, пари, — спокойно сказал Пол, снимая белые перчатки со своих рук и убирая их куда-то в сторону.

— Мы подбросим монетку! — он сказал это с торжеством и небольшим волнением. Сразу после этого в его руках, на которых теперь не было перчаток, появилась небольшая монета, которую Пол принялся ловко крутить между пальцев.

В его глазах на мгновение промелькнул хитрый блеск, так и не замеченный кем-либо.

Ичиро задался вопросом, откуда в руках этого старика так внезапно появилась монета и для чего тот снял перчатки? Но спустя секунду его внимание было полностью сосредоточено вокруг маленькой, то и дело сверкающей серебряной монетки.

Она приятно звенела, а ее поверхность то и дело переливалась серебряным светом. Ичиро задался вопросом: а могут ли простые монеты так переливаться светом?

Он пристально наблюдал за тем, с какой ловкостью и умением руки этого старика манипулировали этой несчастной монетой, как ему вздумается. В какой-то момент Ичиро даже подумал, что навыки этого джентльмена выглядят впечатляющими.

Он настолько увлекся этим представлением, что в какой-то перестал обращать внимание на происходящее вокруг него.

Как только он нашел в себе силы оторвать взгляд, это ощущение восторга бесследно рассеялось. Ичиро даже показалось странным, что нечто такое простое смогло так сильно завлечь его внимание.

Тем не менее, в этот же момент на совершенно бессознательном уровне соответствующие сцены из детства всплыли у Ичиро в голове.

Фокусы отца. Его ловкие и умелые движения, его виртуозные и потрясные фокусы. Ичиро ярко помнил то, с каким удовольствием он наблюдал за всем этим в детстве.

Вновь и вновь прокручивая у себя в голове подбрасывания монеты в исполнении старика Пола, Ичиро не мог не найти его выступление схожим.

Тем не менее, он не придал этому особое значение.

Сразу после этого старик с ухмылкой подкинул монету в руки Ичиро.

Ичиро, очевидно, был ошеломлен подобным действием. Он едва не выронил тонкую монету из рук, когда та внезапно прилетела внутрь ладоней. После этого он вопросительно уставился на старика.

— Взгляни на неё. Обычная монета, не правда ли? Самая обычная монетка.

Ичиро несколько скривился в лице, сделав подозрительный взгляд.

«Чем больше он уверяет меня в чем-то, тем сильнее мое недоверие… он же понимает это, верно?» — подумал внутренне он, внимательно оглядев монету. В его руках она выглядела совершенно обычно, без какого-то блеска до этого. Ему так и не удались найти ничего подозрительного. Это была простая монета с самой обычной гравировкой.

Он сделал легкий кивок и передал монету обратно, тем самым говоря Полу продолжить объяснение пари.

— Если ты выиграешь, то я позволю тебе в любое время читать мангу в магазине, а также на время одалживать небольшое количество манги вдобавок. Разумеется, если ты повредишь экземпляр, это останется на твоей совести и ты будешь должен заплатить!

— Но если выиграю я, — сказал он, виртуозно покручивая монетку на пальце. — Я все-равно позволю тебе читать мангу в моем магазине. Но тогда ты должен будешь сыграть со мной несколько партий в шахматы!

Закончив объяснение, он добавил:

— Что ты думаешь, а? Пожалуй, беспроигрышное пари, верно?

Ичиро показалось странным это предложение, и он едва не отшатнулся. В то же время он явно уловил выгоду, которую он получит от этой «сделки».

«Довольно заманчиво. В худшем случае мне просто придется играть в шахматы с каким-то стариком, сидя в парке в темное время суток…»

В то же время он опомнился и самоуничижительно рассмеялся про себя: «Черт возьми, чем я вообще занимаюсь…»

«Я ничего не теряю. И даже если проиграю… не-а, нет же! Этого не случится! Я верю, что сегодня удача на моей стороне!»

Ичиро был готов согласиться, но, вспоминая поведение старика при объявлении пари, он не мог отделаться от плохого предчувствия. Все это было слишком странным!

«Это же обычный старик. Что может быть не так?» — подумал он, после чего принял решение.

— Хорошо, я согласен. — с этими словами Ичиро указал сторону монеты, на которую он будет ставить. В ответ старик лишь пожал плечами, выбрав оставшуюся сторону монеты за неимением иного выбора.

Пол улыбнулся, ничего не сказав. Все шло по его плану. Он не беспокоился о том, как ляжет монетка на его руке.

Он чуть опустил голову, чтобы спрятать глаза. Ветер завивал его волнистые седые волосы, придавая таинственности.

«Действительно, это самая обычная монета. Она не отличается от других таких же монет ни текстурой, ни весом, ни чем бы то ни было…»

Положив монету себе на голую руку, Пол прикрыл еë большим пальцем и надавил. В его глазах пронесся скрытый блеск, когда он добавил про себя:

«Но что, если внести небольшую корректировку?»

Этого нельзя было увидеть со стороны, но монета под его пальцем на мгновение блеснула, и поверхность одной из ее сторон озарилась светом!

Это была сторона монеты, которую выбрал Ичиро. Однако сейчас она изменилась и выглядела точно так же, как и еë другая сторона! Теперь это была монета с двумя одинаковыми сторонами! На ней попусту не было той стороны, которая значила бы для Ичиро победу в пари! Абсолютно бесчестно, но человек кто сделал это, был невозмутим.

Пол чуть открыл глаза. Его взгляд казался холодным.

«Изменяй и наделяй — так звучит основное предназначение моей причуды. Точно так же, как и у монеты, у неё есть две стороны своего применения. Все, чего коснутся мои руки, неминуемо будет подвержено изменениям, как я того желаю!»

«Изменение внутренней структуры, внешнего вида и состава предмета, наделение новыми свойствами...» — в мгновение в сознании Пола промелькнули множества вариантов того, как он мог поступить с крохотной монетой в руке, но он остановился на более простом, «поверхностном» изменении, просто изменив одну и из сторон так, что бы она была копией своей второй стороны.

Он поднял голову и улыбнулся.

«Несомненно, каждый фокусник обязан иметь собственный туз в рукаве. Не так ли, Ичиро?»

Видя его излишне показушное лицо, Ичиро лишь терпеливо вздохнул.

«Чего он застыл? Ну и?»

Едва он хотел поторопить старика, в следующее мгновение монета была отправлена вверх ловким движением пальца!

От стремительного удара по металлической поверхности монета зазвенела и начала со страшной скоростью крутится вокруг своей оси.

Непрерывно источая блеск, она звякнула, при этом ровно приземлившись в раскрытую ладонь старика!

«В конце концов, когда твои шансы равны нулю, для тебя все предрешено...» — Пол сделал лукавое выражение лица.

Ичиро захлестнуло плохое предчувствие. Его сердце пропустило удар в ожидании результатов.

Внутренне дрожа, он взглянул на ладонь старика, после чего на его лице застыла сложная гримаса недоверия и непонимания.

…

Ичиро плелся домой, не обращая внимания на то и дело огибающих его прохожих. Едва не задетые его фигурой люди украдкой смотрели на него, в ответ кидая укоризненный взгляд.

«Этот старик…»

Как бы Ичиро не сожалел о своём выборе, но, так или иначе, домой он отправился только после трех партий в шахматы. Ему так и не удалось ни разу победить…

Ичиро чувствовал, что в данный момент он был жестоко унижен и разбит. Как морально, так и физически…

Он все еще с долей мистицизма вспоминал тот бросок монеты. Настолько ловко и точно выполненный, что все казалось нереальным. Здесь точно что-то не так!

— Изначально этот человек казался мне самым обычным стариком, — проговорил Ичиро себе под нос, идя по дороге. — Однако увиденное сегодня явно заставляет меня поменять своё мнение о нём!

Он вскинул голову и сделал выражение презрения:

— Этот старик! Да он самый настоящий шулер!

— Этот бросок монеты был слишком идеальным. Неужели его причуда позволяет ему каким-то образом влиять на результат монеты, пока она в состоянии броска?! Чертов старик! Он ещё и дал мне эту монету в руки, что бы я точно ничего не подозревал.

Он разочарованно покачал головой, чувствуя, что его обвели вокруг пальца:

— И зачем я вообще позволил ему бросить монету? Почему я не сделал это сам!

Ичиро злился. Это происходило не столько из-за самого факта того, что он задержался на целых полчаса. Он злился из-за того, что им просто манипулировали, и он позволил обвести себя вокруг пальца!

С каждой победой в партии шахмат старик снова и снова улыбался, крутя в своих руках маленькую монету, словно действуя Ичиро на нервы.

Вновь вспомнив это самодовольное и насмешливое выражение, он воскликнул:

— В этот раз вам удалось ввести меня в заблуждение, но будьте уверены… Теперь, когда я знаю ваше истинное лицо, я никогда не попадусь на ваши выходки!