Следующие пару дней были проведены Дворцом и Аграсом полностью в преддверии пиршества. Уже к завтрашнему дню приедут иностранцы, и праздник в честь рождения наследника должен состояться. Люди, как обычно, суетились, при дворе Империи активно велись приготовления. Сотни придворных носились по коридорам, обустраивая их к приезду гостей, повара приготавливали сложнейшие блюда из редчайших ингредиентов, дабы удивить своих соседей. Не только по всему замку, не только по всей столице, даже по всей стране гудела работа, а вместе с ней процветала жизнь… Дети резвились, наслаждались летом, а взрослые проводили время в кругу семьи или же со своими друзьями. У всех этих граждан Аграс на лицах были улыбки. Воистину, когда у них на лицах улыбки, это значит, что их страна, в которой они живут, процветает…

***

Несмотря на всё это, в городе, недалеко от дворца, располагались казармы лучших из лучших воинов сего государства. Там же сейчас и находился главнокомандующий армии вместе со своими подчиненными. Он проводил инструктаж.

В величественном кабинете находились несколько фигур, стоявшие, преклонив колено, а конкретно трое молодых парней без доспехов, не считая хозяина комнаты, который прислонился к окну и наблюдал за жизнью города.

Он как раз таки первым нарушил молчание, заговорив глубоким баритоном:

— Итак, господа, вы уже давно знаете о грядущем событии последней недели, верно?

Трое мужчин одновременно и незамедлительно ответили:

— Так точно, товарищ начальник!

Андейронг развернулся в их сторону, ведь до этого он стоял к ним спиной, и вдруг громко рассмеялся:

— Ха-ха-ха… Ну что же вы так себя ведете, мы не на людях… Вы же мне как дети, а я вам как отец. Встаньте, к черту формальности! Давайте поболтаем по душам.

Мужчины, так и не встав с колена, как один проговорили: — Но как? Это неподобающее для нас поведение, это просто непозволительно так себя вести перед столь великой персоной, как вы!

— Эх… Глупые дети, я отнюдь не великий человек... Всё что я делал — это бесконечно убивал наших врагов, сотнями, тысячами, из раза в раз и только. Я приходил в казармы с головы до пят в крови и внутренностях солдат с поля брани, наперевес с огромным мечом на плече… У меня нет жены, нет детей, нет братьев или сестер, только долг перед отечеством и один единственный друг… Вот всё что у меня есть. Так что прошу, не стоит так обо мне думать. И когда мы наедине постоянно кланяться, я этого не заслуживаю, поверьте… — произнёс он голосом, полным пустоты и боли, что явно не ожидают услышать люди от такого великого главнокомандующего.

В кабинете повисло тягучее ощущение эмоционального давления от тишины. Ребята боялись её нарушить и что-то произнести.

Вдруг, один из троих, который звался Рузвельтом, набрался храбрости и решился: — Но всё же, господин, вы говорите чушь! Убивать наших врагов — очень почётно и всегда щедро поощрялось Имперской военной системой! Разве не так, товарищ главнокомандующий? Неужели всё то, что нам так усердно рассказывали наши старшие до того, как мы вознеслись по службе, было ложью? Неужели все те идеалы, которые нам с детства прививались школой, религией, нашими родителями и военной системой также были неверными? Неужели все идеи нашей Империи были ошибочными?!

В комнате вновь повисла тишина, только на этот раз она затянулась на несколько минут, как наконец, она не была разрушена Андейронгом.

— Альдест, Хотцель, — двое других, что до селе молчали, склонив голову, тут же их подняли, как прозвучали эти слова. — Хоть вы и не решились ничего сказать... Я уверен, что к вам в голову забрели такие же мысли, что и к вашему другу, не так ли?

Они единовременно кивнули.

— Я и не сомневался… Мои убеждения придут к вам с возрастом и опытом… А также с кровью… В которой вы будете тонуть и захлебываться. Ведь она будет принадлежать вашим врагам, которых вы будете лично убивать своими же руками. А это всё только лишь для того, чтобы исполнить свой долг перед Империей и защитить свои семьи. Это тема для разговора на другой раз… А пока оставайтесь с такими же мыслями в голове, вас никто не осуждает, в том числе и я…

Все трое промолчали, но отнюдь не от страха, а потому что им нечего было сказать, ведь в глубине души они понимали. Его слова были самой настоящей правдой, ибо только когда сам ты весь в крови от своих жертв, ты понимаешь это. Эта кровь умывает твой разум. Она разрушает все твои прошлые идеалы. Ставит под сомнение абсолютно всё, что знал прежде, в чем был уверен и во что верил. Осознание своих действий, которые ты совершал всю свою жизнь, когда твой взор был слеп. Оно полностью тебя ломает как личность и человека, ты становишься просто бездушной машиной для убийств... Способной только лишь на то, чтобы бесконечно убивать по чьим-то приказам за корыстные цели…

— Ладно детишки, как я уже сказал, вы будете об этом думать гораздо позже, явно не сейчас, ведь перед вами будет стоять другая задача, а именно… — парни внимательно слушали свой объект уважения. — В связи с тем, что к нам приезжают зарубежные гости, нам необходимо установить охрану важных секторов там, где находится наибольшее скопление людей. Если точнее, то это главный тронный зал. Ведь как раз таки в том помещении и будет проводиться праздник. Также важны вход и выход во дворец, крыша и все остальные комнаты.

— А кто какой зоной будет заниматься? И как мы покроем такую большую территорию втроём? — встал логичный вопрос у троицы.

— Во-первых, вы будете не втроём. За каждым из вас будет по полсотни элитных солдат, ибо это очень важно, поскольку здание огромных масштабов и надо покрыть всю его территорию. Это минимальное количество для вас, но больше брать непозволительно, так как это может испугать наших гостей… —Ребята выдохнули с облегчением, поскольку теперь знали, что они будут не одни. — Также я буду вместе с вами, но никого брать не буду, ибо это точно оттолкнет гостей в таком месте. Займусь лично охраной главного места во время праздника, а именно… Как вы уже знаете — это главный зал.

— Ну, а что насчёт нас?

— Вы же в свою очередь будете постоянно делать патрули и меняться местами, но ваши бойцы не должны будут изменять своей геолокации. Итак, Альдест, будешь заниматься крышей. Она является одной из самых важных точек, не подведи.

Он воспрял духом и молодцевато ответил:

— Есть командир!

Андейронг продолжил:

— Хотцель займется входом и выходом из замка, ибо это также один наиболее важных секторов нашей охраны, задача ясна?

— Так точно! — тут же подчинился боец.

Рузвельт не смог вытерпеть и выкрикнул: — А как же я? Какая зона достанется мне?!

Сквозь щель из его шлема пошла красная струйка ауры жажды крови. В комнате появилось тягостное ощущение от легкого давления.

Адейронг холодным тоном произнес — Я тебе слово не давал, что-что, но терпение должно быть. Что насчёт тебя... Будешь заниматься всеми остальными помещениями, включая подсобные, служебные и черные ходы. У тебя, наверное, самая важная и сложная задача из всех… Итак, задача ясна?

Рузвельт воодушевился и крикнул:

— Так точно командир!

— Патрули будут осуществляться посменным образом. То есть: Рузвельт идет на крышу, с неё Альдест движется ко входам и выходам,  Хотцель покидает входы и выходы, чтобы направиться занять место Рузвельта, в остальные помещения. Особое внимание стоит уделить черным ходам. Принцип патрулей ясен?

— Так точно! — ответили хором три воина.

Андйеронг вновь повернулся к окну и, не оборачиваясь, скомандовал:

— Свободны! Покиньте кабинет и приступайте к своим обязанностям.

Парни молча ушли, оставив наедине с самим собой командира, который всё также смотрел в окно, наблюдая за столицей, как и до начала встречи.

— «Что-то тут неладное затаилось… У меня очень плохое предчувствие… Надо быть наготове. Я очень не хочу, чтобы что-то произошло. Пусть всё пройдет хорошо, парни не должны подвести меня...» — подумал он.

***

Группа решила выйти на прогулку, чтобы поговорить о грядущем и немного развеяться. На них сильно надавила та атмосфера, царящая в кабинете…

Они шли по главной улице, любуясь видами. Их целью была башня, на которую они хотели взобраться, чтобы полюбоваться закатом, ведь уже вечер…

— Парни, с ним творится что-то неладное. Я волнуюсь за нашего старину. Что вы думаете об этом? — заговорил по пути с ребятами Рузвельт.

— Да, безусловно ты прав, с ним что-то творится. Но ты же ведь понимаешь, что это банальное волнение? — поддержал его Альдест.

— Вы же знаете, что для этого человека разные вещи выйти к людям на такое мероприятие и охранять людей, а в частности его Величество, и выйти на поле боя, ведя огромную армию за своей спиной? Это волевая личность, он не любит такие вещи, но увы, приказ был дан, ему необходимо подчиняться... — произнес Хотцель, который шел до этого всю дорогу молча.

— Да, твоя правда...  Надеюсь, когда всё закончится, Андейронг вновь вернется в прежнее расположение духа... — согласился с ним Рузвельт.

Тут Альдест решил предложить своим друзьям пойти в таверну выпить по кружке хорошего Имперского эля, дабы расслабиться…

— Слушайте, как вам идея пойти в таверну пропустить по кружечке спиртного, а, парни? — предложил Альдест.

— Я не против.

— Я тоже не прочь повеселиться.

Альдест на ходу рассмеялся с их ответов.

— Ха-ха-ха, вот же алкаши, да ладно вам… Что вы так неуверенно?! Пошлите уже бухать! — улыбнулся предложивший.

Вся компания ускорила темп, и вскоре они добрались до их промежуточного пункта назначения — одна из многих таверн этого города.

***

В помещении было много людей, даже очень. Все они выпивали, но на удивление ни одной драки не было. Был слышен громкий шум, но это была не брань, а заливной смех от выпивших, играла музыка от бардов. В ней сидели крепкие и не очень мужики, молодые люди, а также пары, в помещении царила атмосфера уюта и чего-то домашнего. Интересно то, что в этом мире человек, не единственная разумная раса: также есть дворфы, эльфы, ящеролюды и даже(мне кажется это надо убрать) зверолюды и много других более редких рас.

По всей таверне присутствовали не только люди. То тут, то там сидели барды эльфийки и играли музыку. Были зверолюды за столами, пили эль четыре дворфа, разделяя единый стол, и даже парочка ящеролюдов сидела, прислонившись к стене.

Привлекательный жёлтое освещение, качественные столики со множеством гостей, хороший пол, а также приятный на лицо и разговор трактирщик — всё это было в дереве и средневековом сеттинге.

Группа заказала по кружке эля и решила долго не задерживаться по пути и сразу выйти из таверны, для того чтобы отправиться дальше в направлении башни. Когда новые клиенты уходили от стойки, Рузвельт задел плечом с фигуру в черном плаще, под капюшоном. От удара некий выронил светящийся черно-красным амулет и тут же его подобрал, убрав в карман. Рузвельт в свою очередь от удара чуть-чуть пролил выпивки на плащ какого-то прохожего.

— А, ой, прошу прощения, я не нарочно, — извинился он.

Не дождавшись ответа, герой сего действия тихонько скрылся. Покинув заведение вместе с остальными парнями, он оставил человека в эле наедине с самим собой.

— Чтоб ты сдох, ублюдок… — прошептал человек.

***

Наконец, группа достигла башни. Они все вместе поднимались ввысь, поддерживая друг друга чтобы не упасть, ибо эль был крепким… Поднимались они весело, смеясь друг на другом, когда кто-то из них спотыкался, захватывая с собой других.

Посередине шел Рузвельт, справа от него Альдест, а слева Хотцель.

Таким вот образом, веселая компания добиралась до башни полчаса, постоянно падая и смеясь… И вот, наконец, они на вершине башни. Стоя под колоколом, смотрят на вечернюю столицу под светом уходящего в малиновый закат солнца.

Первым заговорил Альдест:

— Ох, братья, какая же здесь красота!

— Да-а-а... Верно, когда здесь стоишь, прямо-таки захватывает дух... — поддержал его Хотцель.

— Слушайте, давайте когда всё закончится… Позовем нашего старика, вместе как следует выпьем и вернёмся на это же самое место. Дабы вновь полюбоваться этим видом могучих гор и простирающимися под ними равнинами, и все это на фоне заката… Как вам идея? — предложил Рузвельт.

— Мы оба не против…

— Тогда на этом мы и сойдемся.

Они все вместе так стояли ещё около часа, смотря на закат, а потом вернулись в казарму по ночным улицам, для того чтобы подготовиться к завтрашнему дню.

!!!

Chapter has been redacted by semgawril