— Ха-ха-ха...

Атмосфера, из которой ушло всё напряжение, стала холодной, как лёд. Чжио с недоумением посмотрела на инструктора.

«Ёбаный ××, что он несёт? Это же ×× не ××? ××».

[Ваша Заветная Звезда, «Чтец Судеб», качает головой, мол, хотел сказать сам, но детская смелость достойна уважения.]

«...Значит, правда ненастоящий?»

Окончательная точка от Звёздочки.

Дети тоже постепенно начинали осознавать, что произошло. Когда напряжение, наконец, спало, Ян Седо шмыгнул носом и разрыдался.

— Ма-а-ма-а...!

— Ну-ну, перестань плакать и вставай.

Но у инструктора не было ни капли сочувствия. Вместо того чтобы успокоить детей, он жёстко повысил голос, возвращая тон «учебной атмосферы».

— Зачем плачешь, если всё сделали отлично? Всё по инструкции! Освобождение от пут — отлично. Оценка обстановки — отлично. И главное — не сдались. Замечательно! Даже старшеклассников обошли, сейчас у вас лучший результат!

Не учитель, а инструктор.

Чжио с горечью осознала истинную цель лагеря.

Хотя с виду это поход на природе, на деле — суровый тренировочный лагерь по развитию способностей, организованный Центром и гильдией.

Самостоятельное выживание, решение кризисных ситуаций — всё это часть программы.

«И всё же… Это уже слишком по-настоящему… Хотя нет, теперь понятно, почему всё выглядело так коряво».

— Так вот почему тело было тренированным… — пробормотал рядом Кён Чжирок. По его перекошенному лицу было видно, что он думает о том же.

Чжио обвела взглядом помещение.

То, что раньше было скрыто напряжением или попросту игнорировалось, теперь бросалось в глаза: слишком слабо завязанные верёвки, расставленные прямо под рукой «подручные орудия», слишком лёгкий аромат усыпляющего средства…

«Ну да… Индольмио в руках у обычного преступника? Это полный абсурд».

Индольмио — экстракт, собираемый в глубинах снежных гор, который распространяет по миру всего один человек: Великая ведьма полярных регионов [1].

Его высокая концентрация позволяла использовать его и как мягкий стабилизатор, и как снотворное, и как яд. Благодаря этому её имя стало известно во всём мире даже под псевдонимом.

Но, конечно, это не значит, что нельзя злиться из-за «сюрприза».

Чан Сена вскинулась с возмущением:

— Что это за шутки такие! Как вас зовут, учитель? Я всё маме расскажу!

Квах! Бах!

В этот миг дверь с грохотом слетела с петель.

— Кья-а-ак!

Соль Сера закричала. Перед глазами Чжио выросла тень взрослого.

Чёрная броня, а на широкой спине ярко выбитые чёрные буквы:

[CRT — Crisis Reaction Team]

Группа экстренного реагирования.

Появились элитные пробуждённые — лучшие в Южной Корее.

Один из вошедших быстрым шагом отдал холодный приказ:

— Группа А, обезвредить и задержать преступника. Остальные — эвакуировать детей.

— Погодите! Подождите минутку! Я знаю его!

Сквозь ряды агентов в панике пробился мужчина в обычной одежде, не в форме.

— Мы из одной гильдии! Эй, Пак Ду Хон! Почему ты по рации не отвечаешь?!

— Х-Хённим...!

Инструктора уже прижали к полу, но тот продолжал оправдываться.

— Н-нет, правда! Это наш сотрудник, отвечал за испытание на смелость! Просто вышла ошибка в коммуникации...

— Испытание на смелость… вы это так называете?

Взгляд агента скользнул по обстановке — всё выглядело чересчур жутко. Даже гильдиец смущённо зажмурился.

「Куриная кровь? Зачем тебе куриная кровь? Лучше возьми кровь из патоки, пусть всё выглядит наигранно. Если будет слишком правдоподобно, дети реально потеряют сознание.」

「Хённим! Ну что вы такое говорите! Важна реалистичность! Вы знаете, в каком веке мы живём? Эпоха Вавилона! Детей нужно воспитывать сильными! Доверьтесь мне! Я ведь морпех!」

«Чёртов нарцисс… Несколько дней назад он вёл себя подозрительно, и вот к чему это привело!»

— В общем… он недавно пробудился, новичок. Видимо, слишком уж рвался показать себя. Я лично поговорю с ним.

— Сонбэ, ситуация ещё не закрыта. Это не самое важное, давайте сначала…

— Ладно. Вернёмся в лагерь и там обсудим. Детей под охрану, и осторожно.

Рядовые гильдийцы могли и не знать, но агенты Центра прекрасно понимали, кого именно им поручено сопровождать.

Оперативник с длинными волосами мягко поднял Чжио на руки. Выключив рацию, тихо спросил:

— Вы в порядке? Что-нибудь болит?

— Нет. Просто хочется спать.

— Хочется спать? Говорит, хочет спать!

— Не передавай по рации такое…

Кроме лёгкой усталости, ничего серьёзного она не ощущала.

Один за другим детей выносили наружу. В надёжных руках агента Чжио расслабилась и позволила телу обмякнуть.

❄

«Вот оно что… Значит, всё-таки не просто шутка».

И правда. Вернувшись, они увидели лагерь, окружённый полицейской лентой. На раскопанной земле зияла воронка, вокруг толпились взрослые.

Любивший новости Ян Седо зашептал:

— Эй, эй, смотрите! Я был прав. Говорят, здесь угрожали терактом мести.

Расторопная Чан Сена где-то раздобыла телефон и сунула друзьям под нос.

Дети, кутаясь в одеяла, сбились вместе и склонились над экраном.

На экране диктор с мрачным лицом читал новости:

〚Следователи Управления и полиция задержали подозреваемого — мужчину пятидесяти лет, Ким ○○, проживавшего в близлежащем мотеле. Он признался, что готовил нападение из мести после убытков, понесённых во время прорыва Врат.〛

〚Так как поблизости находились десятки подростков, собравшихся в лагере, это вызвало сильный общественный резонанс. Инцидент, едва не приведший к новой трагедии, показал важность общественного внимания к проблеме.〛

— Говорят, он держал лавку у врат Тондэмун два месяца назад. Всё потерял и затаил злобу на «Серебряного льва»…

— А при чём тут «Серебряный лев»? Его магазин же просто закрылся.

— Как при чём… Гильдия «Серебряный лев» тогда занималась тем прорывом.

Даже осторожные объяснения Соль Серы Чжио были непонятны.

Кён Чжирок раздражённо растрепал себе волосы.

— Забей. Просто знай — мир устроен вот так. Террор мести — это когда пострадавшие от разломов совершают акты возмездия, мстя охотникам.

«Я пережил трагедию, и ты её переживи».

Этот «террор мести», получивший известность после убийства семьи ранкера, вызвал немало подражательных преступлений с огромным социальным резонансом.

— Так всегда. Охотники защищают мир, но самое трудное для них — уберечь собственных близких…

Он осёкся и посмотрел на сестру.

Но Чжио его уже не слушала.

Её взгляд был устремлён на выжженную землю, на взрослых с хмурыми лицами, на опустевший лагерь… и на её дорогих, таких слабых друзей.

Она задумалась: «А если вдруг моя тайна раскроется? Что тогда будет с ними? А с семьёй? Смогут ли они избежать всего этого ужаса?»

— …Бл×ть. Теперь даже это придётся учитывать.

— А? Что?

— Ничего.

Давайте действовать с минимальной открытостью, максимально эффективно.

Маленькая Чжио вбила себе в душу клятву, которая заставит весь мир плакать.

— Дети! Родители пришли! Домой пора!

— О, мама пришла! Пошли!

— В общем! Говорят, если бы старшеклассники из Сеула не сообщили, его бы так быстро не поймали.

Шепча, Чан Сена добавила: они ведь из Сеула, из профтеха, и даже награды получат.

Даже направляясь в сторону родителей, дети не переставали болтать без умолку.

А рядом со срочно развёрнутым варп-порталом.

Среди давящей духовной энергии одиноко стлался белёсый табачный дым.

Чуть в стороне от группы родителей, чуть наискось стояла тёмная фигура.

Бом едва заметно подмигнул. Чжио усмехнулась и вместе с друзьями пошла дальше.

И в этот момент.

Среди суеты мелькнуло промелькнувшее ощущение свежести.

— …Я правда думал, что этот парень спятил! «Я его задержу, а вы позовите взрослых»? Я знал, что он псих, но, ох.

— Я же говорю. Все, кто занимается кэндо, такие, а? Бэк До, ну скажи что-нибудь.

— А, жизнь в старшей школе с первого класса действительно зрелищная. Разве нет?

Это была группа старшеклассников в форме.

Чжио украдкой оглянулась.

Среди шумной компании резко выделялся высокий парень.

«Наверное, это он. Интересно…»

В конце концов, он в каком-то смысле был её спасителем.

Правда, его было видно только со спины, и это немного обидно. Но если суждено встретиться, то ещё пересекутся. Чжио без сожаления отвернулась.

И тут…

— Бэк До, что с тобой?

— Да нет… просто чувство какое-то.

Показалось ему или нет, но в оглянувшейся толпе никого не было.

«Показалось?»

Подул ветер Кёнчжу [2]. Зелёные листья скользнули по его глазам. Бэк До Хён усмехнулся и снова отвернулся.

— Нет, ничего.

Наверное, просто слишком остро среагировал.

Почему-то осталось лёгкое чувство пустоты…

❄

Ярко-зелёный лист.

Странно, что даже среди холодного снега он до сих пор не завял.

Девятнадцать лет.

Последний год в школьной форме.

Бэк До Хён поднял лист с земли и сунул в карман.

— Фу. Чего ты подбираешь всякий мусор?

— Просто так.

— А, понимаю. Даже великий Бэк До Хён занервничал перед экзаменами?

— Я же говорил, я их не сдаю. Сразу работать пойду.

— Чего? Серьёзно? Но ты же зарегистрировался!

— Классный руководитель заколебал, вот и зарегистрировался. Сдай за меня тоже.

— Тогда хоть приди полы протереть, бесчестный ты человек. Куда работать? Тебя хоть кто-то позовёт? …Хотя, с твоей-то рожей — наверняка.

Друг недовольно цокнул языком. Бэк До Хён спокойно ответил:

— Слышал, есть ещё живые логова демонов [3]. Туда попробую податься. Там надбавки самые большие.

— …Надбавки за риск жизни, вот и высоки, псих. Зачем тебе, не пробуждённому, в логово монстров? Ты реально спятил?

— Уже несколько месяцев не плачу за аренду. Надо работать, пока могу. Говорят, если покрутиться там, шансы пробудиться высоки.

— Да ты… эй!

Люди на остановке оглянулись.

— Простите, — буркнул его друг, склонив голову, и снова заговорил тихо:

— Но всё равно, ты реально безумный—!

— Тсс.

Автобус, стоявший перед ними, отъехал. В тот же миг взгляд Бэк До Хёна зацепился за противоположную сторону.

Его друг проследил глазами и присвистнул:

— О, это ж Кён Чжирок, да? Тот парень из средней школы, что разбил передний зуб тому зазнайке из частной школы? Рядом с ним девушка? Хи-я, вовремя.

— Нет. Это брат с сестрой. Он знаменитый сискон, в Каннаме они известны.

— Откуда ты так всё знаешь? Сам же не каннамский.

— Я там в академию хожу. Разоряя родителей. А ещё, глянь на них — с такой внешностью разве не станут знаменитыми?

По дороге скользнули взгляды.

Пустая болтовня друзей пролетала мимо ушей.

Бэк До Хён пристально смотрел на девушку, прислонившуюся к остановке.

Расстёгнутая школьная форма, улыбка в уголках губ на слова младшего брата, короткие волосы, слегка развевающиеся на ветру, тонкий подбородок.

Быстро мчащиеся машины то скрывали, то вновь показывали её силуэт.

— Эй, если завалишь экзамены, иди сразу на мост Янгхва [4]. И вообще, чего эти золотые детки из Каннама тут делают? Неужто переведутся?

— А её как зовут?

— А тебе какое дело? Всё равно скоро выпускной… О, автобус. Эй, Бэк До, мы поехали!

Вжи-и-ик.

Белый снег почернел от колёс. Друзья уехали, машины разъехались…

«…Исчезла».

Остановка напротив опустела.

Вдали удалялся голубой автобус.

Бэк До Хён ещё немного посмотрел вслед, потом развернулся.

Необъяснимое чувство… Но если судьба, то встретятся снова.

— Эй! Госпожа! Подождите!

— На Чжоён, что ты делаешь? Быстрее пошли, опоздаем.

Голубой автобус скрылся из вида.

Бежавшая за ним На Чжоён поскользнулась и рухнула на землю.

— Ах! Чжоён! Ты в порядке?

— Да… нормально, только стыдно.

— Ох! Вот не надо было бежать за автобусом, в который ты всё равно не садишься!

— Да я это…

Чжоён, отряхивая испачканное пальто, скорчила недовольную гримасу. И испачканный вместе с ним от снега брелок в виде цыплёнка.

— Она это уронила, когда садилась в автобус. Хотела вернуть владельцу…

— Ох, ты как всегда добрая. Выпускной прошёл, а наша староста никуда не делась. Всё такая же. Глаза орлиные. Когда ты успела заметить?

— Но ведь не вернула… Эх.

«Ну, постирать хотя бы надо. Вдруг судьба, и когда-нибудь получится отдать».

Чжоён спрятала брелок-цыплёнка в рюкзак, потирая ушибленный локоть.

— Эээ? Где мой милый цыплёночек? Чёрт, какой-то ворюга решил жизнь себе сократить?

— Что за бред? — раздражённо ответил Кён Чжирок.

Чжио потрясла пустым рюкзаком и состроила крайне несчастное лицо.

— Мой цыплёнок пропал, буэээ!

— Эта грязная игрушка? Хватит, выкинь уже. У каждой вещи есть свой срок.

— Нет, нет! Там же мои заначки были! Этот ворюга, как он деньги-то учуял? Ох, мои денежки-и-и…

Она причитала и бормотала угрозы убить, если поймает.

Кён Чжирок цокнул языком.

— Да хватит уже. Кстати, я гильдии название придумал. Всё, решено.

— Ты ж даже не пробудился. Какая гильдия? Наш оленёнок тоже не избежал синдрома старшеклассника…

— Значит, не интересно?

— Да нет же! Говори скорее!

Зимнее солнце пробилось через окно автобуса.

Кён Чжирок, улыбнувшись, шепнул, словно раскрывал великую тайну:

— Вавилония. BABYLION.

Место первого расцвета человеческой цивилизации и первый её центр. Имя разрушительных завоевателей.

Поскольку это имя первым возжелало достичь небес, его дух вызова вполне достоин наследования.

— Я всё равно дойду до вершины этой Башни.

В белой зиме, сквозь снежные облака, вдалеке вырисовывалась чёрная башня.

Клятва брата достичь её вершины за несколько лет уже превратилась в твёрдую решимость.

Вечно серьёзный Бэмби…

Чжио, прислонившись к окну, усмехнулась:

— Ага, конечно. Буду болеть за тебя, глава гильдии «Вавилония».

Конечно, только болеть.

Ведь сама она никогда туда не поднимется.

Дзинь-дзинь.

/Побочная история «Юность». Конец.

Примечания:

1. Великая ведьма полярных регионов уже упоминалась ранее. Именно она помогла Бому и наложила на него печати.

2. Кёнчжу — древний корейский город, 1000 лет назад бывший столицей государства Силла.

3. Логово демона — подземелья, которые уже встречались в арке с лисьей бусиной (когда Чжио и Гымхи отправились в прошлое, чтобы встретить своего отца и узнать правду о семье). Это подземелье без врат, в которое может войти кто угодно и которое никак не контролируется Вавилоном.

4. Мост Янгхва (1053 м) в Сеуле печально известен как одно из мест с высоким уровнем самоубийств. В корейском обществе это стало своего рода мрачным символом и устойчивым выражением. Когда кто-то говорит «иди на мост Янхва», это означает «покончи с собой» или «тебе нечего будет терять после провала».