Ту-ту-! Уи-и-и-и-и-и-!

[Код Зелёный, Код Зелёный.]

[В районе Сеула зафиксирована активация врат повышенной опасности. Активируется система аварийного закрытия. Повторяем. Весь медицинский персонал и пациенты должны немедленно...]

— Ваша милость!

Вбежала Бариюн, замаскированная под медсестру, и Чжио, было поднимающаяся со своего места, резко застыла и нахмурилась.

«Ну что за манера! Даже если всё уже выплыло наружу перед госпожой Пак, так же нельзя, прямо при «трогательном воссоединении матери и дочери»…»

— В-ваша милость?

— О мамочки мои. Эта бестактная несравненная красавица — корейская коварная лиса, о которой ваша невинная доченька совершенно не знает… Простите, что осмелилась нарушить вашу трогательную встречу, уважаемая госпожа! Сердце вашей невестки, наблюдавшей всё это издалека, разрывалось от боли и готово было разлиться слезами!

— Н-невестки?

— Но я должна показать это!

Она в спешке протянула планшет. Указывать, что устройство наверняка украдено, времени не было.

Тах!

С каменным лицом Чжио выхватила планшет и уставилась на экран.

〚До сих пор неизвестно, удалось ли эвакуировать посетителей, оказавшихся в изоляции в Национальном музее, где возник разлом первого уровня. Сейчас на экране вы видите список по именам, предоставленный администрацией музея.〛

〚Боже, там есть школьники!〛

〚Обычно в это время они бы находились на уроках, но сейчас идёт период промежуточных экзаменов, и занятия заканчиваются раньше. Обстоятельства посещения музея учениками не ясны, но...〛

Вещание продолжалось, ведущие говорили всё мрачнее, но Чжио уже ничего не слышала.

Её взгляд вцепился в одну строчку субтитров.

〚Кён ○○ (17 лет) / Старшая школа «Утренняя Звезда»〛

— Тёща!

— Я… я в порядке. Просто немного закружилась голова…

Опершись на стол, Пак Сун Ён с бледным лицом застонала, прижимая ладонь ко лбу. Голос дрожал.

— Что она там делает?! Ведь когда я говорила с ней по телефону, она уверяла, что сразу вернётся домой…

Дзинь, дзинь-!

В кармане Чжио взвыл мобильный. Она и без проверки знала, кто звонит.

Разлом первого уровня.

Родина звала «Чжо».

Чжио быстро оценила ситуацию.

«Район Йонсан совсем не по пути домой. Кто-то специально втащил Гымхи в эту ловушку».

А значит… приманка.

«Наживка».

Кто-то, слишком хорошо знающий Кён Чжио, любезно прислал ей «приглашение».

По губам скользнула кривая усмешка.

— ...Ха, блядь. Только вернулась, а меня уже ищут. Популярность у меня прямо как у фейерверка.

Острый сарказм, вырвавшийся без её ведома из-за её извращённого ума.

А потом Чжио осеклась и украдкой посмотрела на мать.

Но Пак Сун Ён заговорила первой:

— Иди.

Сурово. Решительно. Искренне, как никогда.

— Иди, Чжио. Делай так, как считаешь нужным.

— ...

— Забудь все эти глупые обещания, что я заставляла тебя давать. Тебе не нужно их выполнять.

Живи, как хочешь.

Что бы ни случилось, ты останешься моей дочерью.

— Моя любимая девочка… Ты много страдала.

…Слова, которых она ждала, быть может, больше всего на свете.

Чжио, не в силах справиться с нахлынувшим чувством, исказила лицо.

И в тот самый миг…

...!

...Ках-ган! Шшшшшш!

[Заклинание «Сила Слова» отзывается по сильной воле заклинателя.]

[Древнее заклинание, «Оковы Языка», снято!]

[Поздравляем! Вы преодолели скрытое ограничение (особое).]

[Вы освобождены от давней печати. Скорость роста и скрытый потенциал, которые подавлялись, значительно возрастают!]

[Достижение получено!]

[Магический контур переходит на второй уровень!]

Оковы, что сковывали душу, рассыпались.

Так давно они были частью её, что Чжио даже не осознавала их существования.

Тело стало лёгким, словно сбросило чужое бремя.

Чжио крепко зажмурилась, а затем открыла глаза.

Даже без бурного дождя системных сообщений она чувствовала: всё изменилось.

Если раньше её сила была чем-то вроде выключателя, то теперь… даже без усилий в её взгляде вспыхивали звёзды.

— Ах...!

Наблюдавшая Бариюн невольно издала восхищённый возглас.

Повзрослевшая хозяйка стала ещё более недосягаемой, но было некогда грустить об этом — она была ослепительно прекрасна.

【Наконец-то ты сбросила одну оболочку.】

[Ваша Заветная Звезда, «Чтец Судеб», ворчит с лёгкой усмешкой, говоря, что он беспомощен и расстроен из-за кровных уз.]

[«Ну что ты там мямлишь, говори уже то, что хочешь», — подталкивает вас Созвездие.]

Верно. Как и говорила звезда, ей было что сказать.

Но длинных речей не требовалось.

Глаза, смотрящие на неё в изумлении.

Чжио посмотрела на женщину, которую любила больше всех на свете, и тихо рассмеялась.

— Мама.

Слова, что она хотела сказать с самого начала.

— Всё хорошо.

Из глаз, хранящих следы тяжёлой жизни, вновь навернулись слёзы. Чжио нежно вытерла их и прошептала:

— Ни разу тебя не винила. Но если всё же тебе так не по себе… Позволишь мне сделать кое-что, чтобы защитить тебя?

— ...

— Мам?

— ...Хорошо.

[Активировать уникальный навык Созвездия — «Песочные Часы Судьбы»? Доступно слотов для назначения: 1.]

[Песочные Часы, цель «Пак Сун Ён», активировано.]

Золотые часы вернулись, неся драгоценное имя.

Завершив подтверждение, Чжио снова задорно вскинула подбородок.

— Ну хватит плакать, мамочка. Смотри, я ведь совсем неплохо выросла, правда? Можешь не стыдиться меня где бы то ни было.

Можно мной гордиться.

— Ты хорошо воспитала дочку, наша госпожа Пак.

Она крепко сжала дрожащую руку и обернулась.

Теперь её ничто не пугало.

✧

— Гымхи! Гым Гым! Ты в сознании? Всё в порядке?

— Да уж, спасибо кое-кому: мы тут из-за неё, а она сама в сладком обмороке валяется.

— Квак Сора, подбирай слова.

— А что, я неправду сказала?!

Несколько голосов громко гудели, вызывая головную боль. Кён Гымхи с бледным лицом схватилась за виски. У неё кружилась голова.

— Где это мы…?

От её слов Соль Боми, поддерживавшая её, вздрогнула.

Быстро оглянувшись по сторонам, шепнула почти неслышно:

— Не помнишь? Ты сама после школы сказала, что обязательно, прямо обязательно нужно сюда… Мы уговаривали пойти в другой раз, но ты всё настаивала...

— Что? Ты не помнишь?

Хлоп!

Рука, толкающая её в плечо. Будучи пробуждённой, она не чувствовала боли от толчка обычного человека, но неприятное ощущение было другим. Она рефлекторно нахмурилась, но Квак Сора была быстрее.

— Ха! Целый день сидела, как будто призрак в тебя вселился! Чуть ли не убить готова была, если не пойдём! Атмосферу нагнала, а теперь что? Не помнишь?! Думаешь, так просто отвертишься?!

Кричит во всё горло, что от Гымхи мороз по коже, будто у неё болезнь.

Друзья в панике разняли их.

— Эй, эй, хватит! Может, это влияние врат! Такое же бывает! Да кто бы подумал, что с Гымхи такое случится?!

«Врата…?»

Только тогда она увидела, что происходит вокруг.

Кён Гымхи безучастно смотрела на развернувшуюся перед ней катастрофу.

Закрытый музей. За стеклянными дверями у входа клубился густой чёрный туман.

Вестибюль гудел: кто-то шептался, другие колотили в двери и рыдали.

— Выпустите! Дайте выйти!

— Эй! Сюда! Почему никто не идёт! Здесь есть люди!

Ошеломлённо пробормотала Гымхи:

— Я… это я сказала сюда прийти…?

Соль Боми с заминкой кивнула.

— Угу. Сама сказала, что обязательно, вот прямо обязательно после школы нужно в музей…

— Как сумасшедшая?

— Э-э… да. Я пыталась смягчить, но, похоже, зря. Ха-ха…

Из-за экзаменов уроки были короткими, и сегодня они не смогли переубедить странно настойчивую подругу. А в музее она вдруг рухнула без сознания.

«Правда не помнишь?» — осторожно добавила Соль Боми.

Гымхи почувствовала себя так, словно её околдовал лис.

Хотя она прекрасно знала: настоящий лис тут ни при чём. Но… стоп.

«Неужели… та визитка?»

Всё отличие было лишь в этом!

Она в панике полезла в карман — пусто.

Только горсть серого пепла, будто после сожжения проклятия, исполнившего своё.

«…Попалась. Обманули».

Гымхи со стиснутыми зубами едва сдержала крик.

Рядом Соль Боми вцепилась в её руку:

— Но… Гымхи! Что делать? Кажется, мы правда в ловушке...!

Туман за окнами густел, рвался внутрь. Люди, кричавшие у дверей, с воплем отпрянули.

Но паника на этом не кончилась.

Земля под ногами завибрировала. В воздухе потянуло гарью.

Такие жуткие признаки бывают лишь при «разломе».

И если изменения видны невооружённым глазом — значит, это врата высокого уровня.

Сора злобно уставилась на Гымхи:

— Это всё из-за тебя! Ну? Ты хоть что-то можешь? Позови своего хвалёного брата!

Но даже Сора, хоть и огрызалась, явно недавно рыдала. Красные веки выдавали её.

Напускная злость лишь маска. В душе она всё та же напуганная девчонка, обычный беззащитный человек.

И другие смотрели на Гымхи с молчаливым ожиданием.

Ногти впились в ладони.

Ожерелье на ключице холодило кожу. Даже не тревожа, она знала: местоположение уже передано, кто-то непременно сюда придёт.

Но это будет не её брат, как надеялись остальные.

Она — всего лишь приманка, загнанная в заранее расставленную ловушку.

Гымхи из последних сил сдержала крик.

«Сестра…!»

Не приходи. Прошу.