РУБИНОВЫЕ СЛЁЗЫ

4 глава — Рубикон

— Лен не придёт? — спросила Малия с заметным страхом в голосе.

— Прости… Но он вряд ли вернётся.

— Но почему? Куда он ушёл? Или он меня ненавидит? За что он меня ненавидит?

Мужчина сел перед ней на одно колено и нежно пригладил по голове.

— Он тебя не ненавидит. Потому его здесь и нет.

— Но… — На глазах девочки проступили слёзы, её маленькие ручки задрожали. Она хотела бы обнять свой альбом, но ей не позволили его взять.

— Он просто не может… — Хотел бы мужчина договорить, но поперёк его горла словно встал горький ком. — Не может это видеть…

— Малия, — окликнул её статный седой мужчина в белоснежном халате. На его шее была цепочка, на которой был прикреплён кулон из мутного чёрного камня с примесями цвета кости. — Сегодня ты нам окажешь очень большую услугу.

— Услугу?

За мужчиной была огромная капсула, в которой Малия увидела ремни, крепежи, провода, маску для дыхания, разные приборы, среди которых были и свёрла, и лезвия, и пилы. Из-за размеров машины само помещение тоже было огромным, а потолок был на высоте около десяти метров. От увиденного сердце девочки пропустило пару ударов, из-за чего она схватилась за грудь.

— Что… — Её глаза округлились до такой степени, что почти выпали из глазниц. — Что это…

— По результатам недавних обследований, твой скелет кристаллизовался уже на пятьдесят процентов, что на данный момент является самым высоким известным уровнем. Также начал кристаллизоваться ствол твоего головного мозга. Так что, пожалуйста, побудь хорошей девочкой ещё один раз.

— Один?

Сзади неё подошли двое человек и взялись за её плечи.

— Что?! Отпустите!

— Малия, пожалуйста, не упрямься.

— Отпустите! Пожалуйста! Лен! Лен!

Мужчина отвернулся от неё и посмотрел на чудо человеческой мысли.

— Он не придёт. Он тебя бросил. Как бросил и свою мать, и эксперимент до тебя.

— Бросил?! Лен не мог!

— Мог-мог. — Мужчина улыбнулся и взялся за свой кулон. — Уже почти, дорогая.

— Ле-ен! — закричала во всё горло Малия, пытаясь вырваться из рук.

— Хватит, — чётко сказал знакомый ей сухой ровный мужской голос. В эту же секунду она почувствовала тёплую руку на своём запястье.

— Лен!

— Я останавливаю проведение эксперимента. Малия идёт со мной.

— Понятно, — тихо сказал директор, приклонив голову.

— Если ваше будущее должно стоять на костях невинных детей, то такое будущее не имеет права на существование.

— Как пафосно.

Глен дёрнул руку Малии и поставил её за собой.

- Разочаровываешь, Глен. — Директор достал из кобуры пистолет и тут же выстрелил, попав Глену в грудь.

***

— Ску-учно! — протянул мальчик, вися на шведской стенке.

— Попробуй почитать, — ответила девочка.

— Ещё скучнее! — Он выгнул спину и грациозно отпрыгнул от стенки, но не смог так же грациозно приземлиться, из-за чего неуклюже упал на копчик. — Больно!

— А что нам остаётся ещё делать?

— Я не знаю.

— А куда Лия ушла?

— Снова туда.

— А когда нас уже отпустят домой? Я маму не видела уже давно!

— Я тоже!

— И я!

— Эй! — окликнул их один мальчик, резко подняв голову. По его пальцам словно пробежало статическое электричество, а в голове прошло странное ощущение от висков до ствола мозга и дальше до поясницы. — Вы это тоже почувствовали?

— У меня пальцы колет.

— Мои дрожат.

— Мне страшно!

***

— Глен, Глен, — директор подошёл к нему поближе, Малия же отпрыгнула от него в страхе и не понимала, что ей нужно делать, — а я возлагал на тебя большие надежды.

— Не спорю, — ответил Глен, кашлянув кровью.

— Лен! — Малия подпрыгнула к нему и попыталась хоть что-нибудь сделать, но даже не могла представить, что нужно или хотя бы можно делать.

— Вы… думали так же… как и с вашей дочерью? — Глен снова кашлянул кровью. — Сделать из неё… камень…

— Моя дочь послужила великой цели. Мне правда жаль, что до такого дошло. Я бы правда хотел, чтобы она осталась жива.

— И поэтому вы… — Снова кровавый кашель. Глен пытался зажать ранение, но кровь всё равно шла. — Поэтому вы не похоронили её? Её окаменелости ведь… Так и лежат здесь. Да даже ваш кулон…

— Довольно. — Директор приставил дуло пистолета ко лбу Глена.

— Не трогай его! — Всхлипнув, Малия оттолкнула руку директора и встала перед Гленом, расставив руки в стороны. По её лицу бежали слёзы, она была напугана, но всё равно пыталась защитить его.

Вдохнув, директор занёс руку и ударил её, откинув в сторону, где её тут же поймали двое человек в халатах.

— Отпустите! Ле-е-ен!

— Сер! — крикнул человек в форме охраны, вбежав в двери. — Поля отключились!

— Чего? — Директор перевёл взгляд на истекающего кровью Глена, который в ответ лишь улыбнулся.

— Чего так смотришь? Я здесь, лежу, умираю…

— Живо починить!

На Малию тут же наставили несколько пистолетов, ведь без поля она может буквально порубить их на куски.

— Опустите, — тихо сказал директор. — Здесь всё равно нечем.

— А наросты?

— Они не могут их использовать.

Глен снова громко кашлянул. Под ним медленно разрасталась лужа ярко-алой крови, насыщенной кислородом. Было пробито лёгкое.

— Ле-ен! — закричала Малия, попытавшись вырваться из их рук, но не смогла.

Через секунду в глубине здания раздался глухой звук взрыва, после которого уже послышались пальба и крики. Ещё через секунду с новой силой зашумела вентиляция, разнося свежий уличный воздух.

— Что за?!

— Ты же… не думал… что я… приду один?

В закатывающихся глазах Глена отразился яркий свет из взорвавшейся стены. Из огромной пробоины почти под потолком разлетелись куски бетона и кирпича вместе с клубами пыли.

— Нет… — проронил директор, смотря наверх, в новообразованную дыру в стене, откуда дул свежий весенний ветерок, разнося густую поблёскивающую пыль, стелящуюся по всему помещению.

В глубинах здания всё ещё были слышны звуки выстрелов.

Резко подняв руку, директор прицелился в дыру. Вскоре в свете показался чёрный силуэт, в который тут же было выпущено несколько пуль, которые так и не достигли цели, разлетевшись в воздухе на мириады искр.

Силуэт же присел на корточки.

Малия подняла глаза и увидела, что в дыре грациозно, подобно ужасающей горгулье, восседала, пригнув колени, полностью седовласая девушка в чёрной, развивающейся на ветру одежде. Её лицо закрывал крепкий, но не громоздкий противогаз с широким стеклом, которое совершенно не закрывало обзор. Девушка держалась обеими руками за края дыры, тогда как её огненные глаза, которые вели словно на нижние этажи ада, сканировали помещение.

— Нет… — проронила Малия, смотря на этого монстра. Её сердце было готово разорваться, а её руки были готовы разорвать её, беловолосую девушку, снова пришедшую за ней. — Не-ет!

В отдалённом коридоре бежал отряд охраны. Никто не был готов к такой атаке, потому на сбор было слишком мало времени.

Бомба закончила свой отсчёт и разорвалась, разнеся на мелкие кусочки бетонную стену. От ударной волны несколько человек потеряли равновесие и чуть не упали. В новообразованном проходе тут же показались несколько чёрных силуэтов, главным среди которых был высокий мужчина лет тридцати, рядом с которым был человек помладше. У обоих бездонные серые глаза. За этими двумя также показались другие.

Через секунду размышлений охрана подняла оружие и открыла огонь, но пули разлетались на искры, не долетая до цели. Затем, вероятнее всего, главный среди них резко рванул к ним, увернулся в сторону стены, затем сделал ловкий подкат по полу и лишил одного из них ног, второго убил уже второй, третьего пришили к стене длинными кристаллами.

— Красавчик, — сказал первый, хлопнув парня по плечу. У всех были противогазы, кроме первого; его же лицо закрывала лишь чёрная медицинская маска.

— Огонь! — закричал командир и первым начал стрелять по цели.

Девушка в одно лёгкое движение, словно вовсе не имея веса, подпрыгнула в воздух и плавно перелетела над ними, после чего почти без звука приземлилась за их спинами и прошила их тела насквозь.

— Ни с места! — крикнул ей мужчина сзади. Девушка встала в полный рост, не оборачиваясь. Её белоснежные волосы до лопаток медленно колыхались на ветру. — Не шевелись.

Через мгновение грудная клетка мужчины была пробита насквозь выросшим из воздуха острым кристаллом.

Директор резко поднял руку и выстрелил в спину девушки, но пуля снова разлетелась на искры. Затем он схватил забившуюся в ужасе Малию и рванул от безысходности в коридор, нажав затем на кнопку закрытия дверей.

— А ты… не торопилась… — Взгляд Глена был уже мутным, разум медленно покидал его вместе с кровью.

— Возникли небольшие трудности. — Голос девушки приглушался противогазом, но всё же её нежный тембр и интонация были легко уловимы. Она присела перед ним на корточки, затем поднесла руку к его ранению. — Будет больно.

Глен тут же скорчился от боли, словно в его грудную клетку вставили раскалённый прут. Хотя, это было недалеко от истины, ведь края его раны теперь были прижжены. Девушка встала и осмотрелась.

— Куда он убежал?

— В его кабинете… есть дверь в бункер… — еле смог выдавить Глен из своего пробитого и прижжённого лёгкого. Каждый вдох отдавался жгучей болью в груди.

— Идите в кабинет директора, — сказала девушка по рации, прикреплённой к груди.

— Цербер A уже там, — ответил ей приятный высокий женский голос.

— А второй?

— Второй… — Девушка на той стороне на секунду замолчала, словно взгрустнув. — Сейчас идёт к детям вместе с Хароном и Энеем.

— Хорошо. Отряд Алконоста, как закончит с верхними этажами, пусть пойдёт в корпус Б вместе с отрядом Аконита.

— Поняли!

— Да.

— Что-то не так?

— Да нет, просто задумалась на секунду, что была бы тут… прошлая Арджент, то она бы просто рванула напролом.

— Возможно.

— Харона задели!

— Заживёт, — ответила беловолосая, наспех заматывая рану Глена найденными в шкафу бинтами.

— Послушай! — крикнул мужской голос в рацию.

— Что-то не так?

— Потом выясните отношения, — ровным сухим тоном сказал парень также лет двадцати. — Я прикрою. Потом A поможет.

— C, а не много ли ты мне даёшь работы?

— Пойдёт.

— Ты и правда похож на Катона, — проронил кто-то.

Парень промолчал.

— Жалко, его тут нет.

— Не отвлекаемся. A, где директор с девочкой?

— Если я правильно понимаю план, то бежит в западное крыло. Поняла крыса, что я тут.

— C, доставай детей, скоро к тебе придёт гость.

— Понял.

— А вот это уже интересно. C, он повернул в твою сторону. Ещё бегут двое.

— Весело.

— Я скоро, — сказала девушка и подошла к двери, приподняв руку.

— Что ты собираешься делать? – спросил Глен.

— Достану эту суку. — Запертая дверь со скрипом слетела с петель. Девушка вышла в коридор и, немного оттянув противогаз с лица, вдохнула полный пыли воздух, после чего стала словно прислушиваться. — Ну что, перейдём этот Рубикон.

— Скорее уж переплывём Стикс, — на выдохе ответила девушка на другом конце.

— И правда.

Беловолосая наклонилась немного вперёд — со стороны даже казалось, что она падает без сознания, — после чего резко рванула, почти не касаясь ногами пола, словно летя. За ней остались лишь мелкие кристаллы и искры, летающие в искажённом от адского жара воздухе.

Парень вырвал дверь с корнем и влетел к детям.

— Детишки, мы бежим отсюда.

— Ты кто?!

— Просто человек. Нам надо торопиться.

— C, он уже близко.

— Твою мать! Придётся снова под пулями плясать?

— Не впервой ведь?

— Хоть и заживает, но больно всё равно.

— Эней, сделай ему стену.

— Здесь почти не из чего.

— Постарайся.

— А вот и гости.

Послышались звуки пальбы, разбавляемые воплями и рокотом.

Парень сел за углом, прячась от пуль. Некоторые разлетались на осколки в воздухе, некоторые же пролетали дальше.

— Да сколько вас?

С металлическим звоном перед ним упала граната и затем перекатилась несколько раз через себя. Затем разорвалась.

— Что-то напоминает, да? — спросил мужчина, бегущий из кабинета директора.

— Даже не хочу вспоминать, — ответил парень, пытаясь откашляться, закрыв собой детей. — Спина почти вся в решето.

— Потерпи, я скоро.

Беловолосая бежала по коридору с немыслимой для человека скоростью. Она и правда будто бы не касалась кафеля подошвой ботинок.

Перед ней, метрах в двадцати, за углом притаился небольшой отряд, ожидая её, держа оружие наготове. Ещё через секунду она будет здесь, и они смогут в неё попасть.

Но этому было не суждено сбыться, она словно поняла, что они будут там, хоть в тот угол и не смотрела камера. Все трое в миг погибли с пробитой головой, когда она пролетела мимо них, оставляя за собой лишь шлейф из поблёскивающей кристаллической пыли и плавящегося от жара пластика.

— Послушай же ты! — выкрикнул парень. — Лично ты нам не нужен, так что можешь уйти. Лишь отдай их!

— Я скорее сдохну! — ответил директор, держа в одной руке Малию за шею, а другой держа пистолет.

— Ну как хочешь.

— Я вас всех могу вылечить! Могу сделать снова людьми!

— Не можешь, — ответила девушка с белыми волосами, ударив на лету ногой по голове мужчину, прикрывшего директора в последний миг. Раздался хруст шейных позвонков. Удар оказался смертельным. Девушка же в развороте создала кристалл и хотела им убить и директора, но тот успел увернуться, отделавшись лишь порезом под глазом. Девушка по инерции пролетела ещё несколько метров, после чего уже смогла выровняться и встать в полный рост. — Да и не хочешь.

В момент, когда директор чуть не лишился глаза и жизни, он успел запрыгнуть в кабинет с крепкими дверьми, где и заперся, держа Малию за шею, приставив пистолет к её виску.

— Вам же она нужна? Она ведь?

Беловолосая вышла вперёд перед всеми и встала перед стеклом, смотря на мужчину. От её взгляда Малия вздрогнула и даже немного прижалась к директору.

— Тебе некуда бежать, — сказала беловолосая.

— Не спорю, но и вам тоже. Скоро уже придут другие люди. Вы же ко мне даже не сунетесь, пока я держу её на мушке.

— Ваши ЭМИ больше не работают.

— И что с того?! Вы не можете использовать свои же камни. И сюда не проберётесь. Вам остался лишь час, если не меньше.

— Просто отдай нам девочку и можешь идти.

— Конечно-конечно. Террористам ведь можно верить.

— Ты же понимаешь, что пробить эти стены нам не составит никакого труда?

— Не успеете.

С верхних этажей спустился высокий мужчина в чёрной медицинской маске. В руках он держал толстую стопку бумаг.

— Я закончил.

Вдалеке послышались тяжёлые шаги и дыхание словно из пробитого лёгкого. Один из ангелов, увидев, что это вышел человек в больничном халате, отправил в него острый кристалл, который уже перед доктором разлетелся в пыль.

— Аккуратнее, — сказал другой ангел, помогая Глену идти.

— Этот за нас, — добавила беловолосая. — Долго ты, Глен.

- Прости… Но у меня… уважительная… при… чина…

Ему помог ещё один, подставив своё плечо.

— Ну что, директор… давайте… поступим, как взрослые люди… Отдайте девочку… — Каждое слово давалось ему с немыслимым трудом, ведь его лёгкое было пробито и частично заполнено кровью. Без должной помощи он может скоро и скончаться. Глен, приложив немало усилий из-за его общего состояния, достал из кармана ключ-карту.

— Алекс, в этом пистолете ведь всего семь патронов? — спросила беловолосая, взяв карту у Глена.

— Да. Алекс?

— Какой смысл сейчас скрывать имена? — Она разблокировала дверь. — Всем стоять здесь.

— Но…

— Без «но». — Зайдя, она прикрыла за собой дверь. — Ну привет, директор. У вас же осталось лишь три патрона. Один лучше вам потратить на себя, а остальные уже выбирать.

— Все пойдут на тебя!

— Не боитесь, что я пришью вас к стене быстрее? Или мне вас лучше превратить в пыль? Или сжечь живьём?

— С каждым разом всё больше убеждаюсь, что она очень похожа на него, — подметил высокий парень, скрестив руки в замок.

— Что ещё взять с брата с сестрой, — ответил ему бледный мужчина с чёрными волосами.

— Малия, пойдём с нами, — сказала девушка, смотря на неё.

— Нет! — выкрикнула девочка, заливаясь слезами от ужаса и горя. Перед её глазами выплясывали свои танцы недавние воспоминания, из-за которых её и без того израненное сердце чуть ли не начинало разбиваться на тысячи острых осколков. — Ты монстр! Ты… Ты!

— Нет же.

— Ты убила маму с папой! Из-за тебя я их больше не увижу! Из-за тебя я здесь!

— Нет…

— Ты монстр!

— Нет же. — Девушка взялась за свой противогаз и быстро с себя сняла, бросив его на пол, показав своё бледное лицо с маленьким носом, большими круглыми глазами и аккуратными скулами. Она немного потянула руку к девочке. — Я человек. Я не монстр.

— Нет! Ты монстр!

Девушка остановила свою руку в воздухе и понуро опустила, посмотрев в пол.

— Впервые вижу тебя вживую, — тихо сказал директор, нацелив на неё пистолет. — И сразу же вот в таких условиях. Признаться честно, я думал, тебе побольше лет. А ты лишь ребёнок. Нет, ты даже хуже, ведь даже она понимает, что вы монстры, а не люди! А ты — просто маленький, тупой, запутавшийся и замечтавшийся монстрёнок, решивший поиграть в войнушку с целым государством. Убили столько народа — и ради чего? Ты, как Икар, так же полетела за своей несбыточной мечтой, даже не желая понимать, что эта твоя мечта сжигает твои же крылья и саму тебя. Так что тебе, ангелочек наш, и остаётся только разбиться, так ничего и не добившись. Ты просто никто. Как была никем, так и сдохнешь никем!

— Верно. — Сделав первый шаг после нескольких секунд раздумий, девушка стала приближаться к нему, смотря на него исподлобья страшным режущим взглядом. Эти слова, казалось, что-то в ней задели, причём настолько, что её глаза — точнее, радужки глаз — в буквальном смысле стали медленно заливаться красным. — Я и правда, как Икар, лечу за солнцем, которое сжигает мои крылья. Но вот только вы резали мои крылья все эти двадцать лет, всю мою жизнь, даже когда я была ещё совсем ребёнком. В таком случае, пожалуйста, закончите побыстрее мои бессмысленные страдания.

Он уже нажимал на курок.

— Лен! — выкрикнула Малия, увидев Глена за стеклом среди этих людей, пришедших с этим монстром с белыми волосами.

— Лия, всё будет хорошо, — ответил он с грустной улыбкой на лице. — Они тебе помогут. Они хорошие.

В это же мгновение девочка закричала от боли и отчаяния. Её шея словно горела изнутри, а череп раскалывался. Через секунду по стене разлетелись окровавленные ошмётки.

Все стояли в неимоверном ужасе, не понимая, что произошло. Никто не мог даже подумать, что такое в принципе возможно.

Малия вырвалась из захвата директора, который стал медленно падать на колени. Его грудная клетка была пробита насквозь. Неуклюже сделав пару шагов, Малия попыталась встать ровнее, с её шеи всё ещё бежала кровь из зияющей раны, откуда вылетел кусок острого кристалла.

— Что… — лишь смог проронить директор, который был уверен, что это априори невозможно, ведь никто из ангелов никогда за всю историю не мог управлять как чужими, так и собственными наростами. — Потрясающе!

Собрав все оставшиеся силы, он поднял тяжёлый мощный пистолет и прицелился в неё.

— Ты и правда лучшая среди всех!

Все до сих пор стояли в ступоре, всё произошло буквально в считанные мгновения.

— И я не позволю им тебя забрать. — Он выстрелил в её правое плечо.

«Ангелам» для управления кристаллами нужна неимоверная концентрация и достаточно близкий контакт нервных окончаний с тем местом, где и будет кристалл. То есть чтобы создать хоть что-то, нужны как минимум руки. Но если ангел правша и его лишить правой руки, то все его способности можно смело делить на два, а то и на три.

Когда по помещению ещё разносился эхом звук выстрела, правая рука Малии отделилась от плеча и полетела по параболе, разбрызгивая багровую, неестественно поблёскивающую кровь. В свете ламп кристаллизовавшаяся кость блеснула желтоватым цветом и затем рука с глухим всплеском упала на пол, тогда как правая часть груди директора несколькими мгновениями ранее благодаря девушке была прибита кристаллом к стене. Пистолет выпал из его захвата и упал на кафель.

Девочка разразилась агоническим воплем, упав на колени и хватаясь за культю, острые края которой царапали ей руку.

— Прекрасно…

Директор уже медленно терял сознание.

— Не… смей… — проронила Малия, — убивать… Глена!

Она неуклюже встала на дрожащие ноги, а из её плеча стала медленно расти странная кристаллическая структура, похожая на молнию или высушенную ветку, словно ощупывая пространство вокруг. Это что-то извивалось и дёргалось, пока не дотронулось до руки в луже крови, затем присоединилось к кости и стало сжиматься, постепенно присоединяя конечность обратно.

— Прекрасно! — воскликнул директор, смотря на это во всех смыслах чудо.

Глаза Малии немного покраснели, а из носа побежала кровь. Она чувствовала, как кристаллы в её правом плече увеличивались в размерах, прорезая её плоть и превращая её в такие же кристаллы.

Приложив последние усилия, директор вырвал кристалл из грудной клетки и поднял пистолет левой дрожащей рукой. Он попытался прицелиться в Малию, но выстрелить не успел. Его руку ботинком придавила беловолосая, смотря на него ужасающим, пылающим адским пламенем ненависти взглядом.

— Ты… — проронил он. — Ты вся в отчаянии…

— Лия! — сдавленно крикнул Глен, попытавшись зайти в кабинет.

Рука девочки полностью вернулась на место и мышцы вместе с кожей стали скрепляться кристаллической структурой.

Девушка взяла пистолет директора и снова взглянула ему в глаза, встав в полный рост. Он же смотрел на неё с презрением.

— У вас ничего не получится… Ничего…

Девушка поправила волосы, пригладив себя по голове, и глубоко вдохнула, отойдя к валяющемуся на полу противогазу.

Малия посмотрела на умирающего директора.

— Ты ужасен…

— Она тоже тебя лишь использует… И потом выкинет…

Глен доковылял до Малии, идущей к директору, и крепко обнял, упав на колени.

— Не подходи, — скомандовала девушка, потянувшись затем во внутренний карман плащ-ветровки за одним острым кристаллом. — Отойди от него.

— А?

Снова взглянув на полуживого директора, девушка убедилась, что он уже не в состоянии сделать хоть что-нибудь, выдохнула и убрала кристалл обратно. — Алекс, проверь его.

— Я уже могу сказать, что у него пробита печень и, возможно, желчный. Ещё ты ему задела левое лёгкое.

— Я правильно понимаю?

— Да.

— Даже ты его не спасёшь?

— Не при таких условиях. Он сдохнет раньше.

— Тогда он твой.

— Обойдусь.

Глен, не выдержав, упал на пол. Он был весь бледный и холодный.

— Лен! — крикнула Малия.

— Он потерял много крови.

— Он ведь не умрёт? Ты ведь его не убьёшь?!

Девушка присмотрелась к её правой руке, которая шевелилась и вела себя, словно и не была никогда отделена от общего тела. Кровоток был восстановлен, нервы были соединены, сигналы от нервной системы достигали своих целей.

— Вынесите его, — скомандовала она.

— Нужно торопиться. Скоро здесь будет ещё жарче.

— Вы ведь его не бросите? — проревела Малия, продолжая держаться за Глена. — Вы ведь его не убьёте?!

Беловолосая посмотрела на улыбающегося директора, затем села на колено перед девочкой, пригладив её по голове.

— Мы не бросим ни его, ни тебя. Но сперва вам нужно уйти.

Мужчина с угольно-чёрными волосами пытался что-то сделать с раной Глена. Девушка же встала в полный рост и медленно вышла в коридор, выпуская оттуда своих людей.

— Уходите все.

— А ты что?

Она повернула голову налево, где был тот кабинет с умирающим директором. Все поняли её и без слов. Она же сделала два шага обратно к кабинету.

— Ещё Харону надо помочь!

— Поможете позже. — Она встала в дверях, стоя спиной к своим товарищам.

— Ты что, совсем уже?! — выкрикнул один парень.

— Ты не расслышал?

Её властный тон заставил его остановиться. Цокнув, он нехотя с ней согласился, начав уходить вместе со всеми.

«Ты монстр», — прокрутила в голове девушка.

«Как была никем, так и сдохнешь никем».

— Никто. Монстр. Ничего не добилась. Сдохну от своей же мечты. — Она упёрлась плечом о дверной косяк и с тяжёлой горечью вздохнула, опустив взгляд в пол. — Ты даже не представляешь, насколько ты прав.

Она тихо всхлипнула, вышла в коридор и посмотрела сперва в спины своих товарищей, затем на умирающего, но ещё живого директора, медленно истекающего кровью в полном одиночестве в пустом, холодном, полутёмном кабинете.

— Но я готова даже голову сложить за это, чтобы жить уже наконец нормально.

— Потому я выжгу вашу чуму и всех вас вместе с ней. Я пожертвую всем, но сделаю это. — Тяжело вздохнув и слегка запрокинув голову, она тихо добавила: — Ich werde alles niederbrennen.

Вдохнув поглубже и растянув на лице страшную острую улыбку, она подняла руку, направляя её в сторону кабинета, и щёлкнула пальцами, вокруг которых сразу же заплясали искры и маленькие молнии. Все легковоспламеняемые материалы тут же вспыхнули красным пламенем, поглощая пространство всего кабинета.

***

Прошло четыре года, за которые поменялось абсолютно всё.

— Я собралась! — крикнула Малия, зайдя в комнату.

— Не пугай ты так, — ответил ей полуседой мужчина, завязывая галстук.

— Прости, Лен! — Она подбежала к нему и не могла никак найти себе места, прыгая по сторонам. — Но мне просто не терпится!

— Да поедем мы сейчас, поедем.

— Ура!

— И чем только тебе это интересно?

— Ну как же?! — Она тут же опешила от такого вопроса. — Лета же суперкрутая! Так там ещё и остальные!

— Ты даже перед поездкой на море не настолько взбудораженной была.

— Ну… Я была ещё маленькой.

— Тебе сейчас-то всего одиннадцать. Ладно, пойдём.

— Ура-а! — воскликнула девочка, вскинув руки и мельком заметив тот свой старый, немного погоревший альбом на комоде.

У лучшего университета города и страны в целом собралась огромная толпа человек. Был жаркий, солнечный день июля. Выпускники встали всей толпой и стали слушать речь директора, затем же присоединился и президент, поблагодаривший некоторых из студентов и всех присутствующих людей за тот их вклад, что они внесли в формирование этой страны, этого города, да и всех людей в будущем.

От масштабности происходящего у Малии перехватывало дыхание.

Когда торжественная часть закончилась и все получили свои дипломы, выпускники взяли в руки свои академические шапочки и под громкий выкрик подбросили над собой.

Малия вскарабкалась на дерево и стала высматривать их. Увидела светловолосую девушку, крепко обнимающую своих родителей, затем другую темноволосую женщину в очках, рядом с которой был тот самый мужчина в чёрном, который напыщенно и даже как-то театрально снял с себя солнцезащитные очки, после чего посмеялся и так же обнял её. Затем из-за его спины вышел высокий парень и поцеловал светловолосую девушку.

Малия повернула голову и стала искать дальше. Было так много народа, что вскоре у неё закружилась голова. Ещё через минуту или около того она наконец смогла найти её и многих других своих друзей.

— А ну слезай! — скомандовал Глен.

— Не могу!

— Или не хочешь?

— Не хочу!

— А если её позову?

— А знаешь, наверху как-то скучновато. — Она спрыгнула с дерева и встала перед ним. — Пошли к ней!

— Всё, теперь идём домой.

— Тогда я на дерево.

— Да пошутил я.

Глен медленно осмотрелся. Здание университета отстроили чуть ли не заново, здание администрации хоть и было разрушено лишь частично, но было почти полностью охвачено огнём. Перед реконструированным и частично перестроенным зданием правительства величественно стоял огромный памятник журналистам и всем тем людям, благодаря кому это произошло. Рядом был огромный мемориал из чёрного мрамора, на котором выгравировали имена всех граждан этой страны, которые отдали свои сердца и свои жизни ради мирной и лучшей жизни. Перед мемориалом горел вечный огонь, были возложены цветы. Страна, а в особенности столица, медленно отстраивались и восстанавливались. Хоть это и было величайшее потрясение за всю историю страны, но это пошло только лишь на пользу, ведь чума должна быть искоренена как можно раньше, а если она уже пустила свои корни, то с каждым годом будет лишь болезненнее.

И Малия была уверена, что такое будущее, в котором не будет места этому произволу, убийствам ни в чём неповинных детей и в принципе людей, также тех, кто лишь узнал то, что ему знать было не положено, сказал то, что хотел, но что было запрещено, экспериментам на людях, тому ужасу, — будет самым лучшим, мирным, безопасным, свободным и беззаботным.

Малия с гордо поднятой головой была готова встречать новое будущее, смотря не на белые стены изолятора, а на сияющие стены более чем двухсотлетнего университета, перед которым собралась огромная толпа свободных и счастливых людей, в том числе и те люди, без которых вместо этой страны вероятно была бы лишь выжженная пустошь или вездесущие стены, заборы, колючая проволока, нищета, голод, болезни и смерть.

РУБИНОВЫЕ СЛЁЗЫ

КОНЕЦ

Послесловие:

Это снова я, а это финал этой маленькой истории, вернее, небольшой арки внутри одной огромной истории. Вопросов у вас явно куча, но, уверяю, всё будет понятно в дальнейшем, когда история соберётся воедино. Мы ещё не раз увидимся с маленькой Малией и в дальнейшем с повзрослевшей, мы увидим Глена, мы увидим загадочную беловолосую девушку и её отряд ангелов и не только ангелов. Узнаем, кто такие Церберы, Арджент, Алконост, Харон, Эней и прочие, также узнаем намного больше про само Сердце чёрного ангела, то есть про метеорит, узнаем больше про анкопатию, анкоцитоз, про город, про страну в целом и чего же добиваются ангелы и беловолосая в частности, добьётся ли она того, о чём мечтает, лишится ли своих крыльев, сожжёт ли её собственная мечта её или нет.

Также пару слов насчёт иллюстрации. Она была сделана с помощью нейросети, так что неточностей в ней полно. На рисунке беловолосая девушка, если что, она по сюжету стоит там не в капюшоне, не в шапке и не в противогазе, у неё волосы до лопаток, ИИ же подумал, что описание white-haired 20 year-old girl означает, что это должна быть темноволосая девушка, а не беловолосая. Ну, бывает, Скайнет пока ещё тупит.Ещё раз от всего своего сердца благодарю всех вас за прочтение Рубиновых слёз и очень надеюсь, что вам понравилось это небольшое путешествие! До скорого.

Осень 2022 года.

kOva.