П/Р:

И снова буквы.

Огаста… то есть Аяори Мао, действовала из чистых побуждений.

Да, она просто хотела, чтобы всё развивалось по её любимому сценарию.

Её действия не были такими коварными и сложными, как у некоего особого советника Тёрдрёмы или лидера антиправительственного сопротивления, которые дёргали за все ниточки, держа всё под контролем. Нет, она просто верила — без всяких оснований, — что если будет вести себя так же, как в своём «хобби» вне игры, то всё сложится так, как ей нравится. Это была детская, или, скорее, наивная, основанная на желаемом, надежда.

Аяори Мао обожала зарубежные фильмы. Точнее, она была без ума от боевиков с мускулистыми героями, взрывами, тяжёлым вооружением и финальной дракой. И поскольку в игре она использовала аватар по имени Огаста, накачанного здоровяка, то и её стиль игры заключался в подражании любимым голливудским звёздам (и их персонажам), что и привело её на Новый Континент.

Для такой, как Огаста, ситуация, где она вместе с юной девушкой, преодолевая разногласия с другими сильными личностями, в итоге объединяется для битвы с могущественным врагом, была идеальным воплощением её любви к голливудским боевикам.

Кто чей двойник, какой у кого номер — все эти скучные детали её не волновали. Если действовать как в кино, всё обязательно получится.

О: — Значит, сейчас у нас подготовительный период перед кульминацией!

Н: — Опять ты за своё…

Что подумают «плохие парни», глядя на Огасту?

Глупая? Самонадеянная? Недальновидная?

Ответ прост.

Од: — Анфи, в крайнем случае, сотри их всех в порошок.

По крайней мере, полностью доверять она никому не собиралась. Голдюнине по прозвищу «Одзё» отдала простой, но смертоносный приказ своему фамильяру — двуглавому змею.

Санраку предложил временное перемирие между всеми Голдюнине, кроме той самой, чтобы противостоять ей. Однако сам Санраку, который должен был возглавить этот союз, почти не заходил в игру из-за подготовки к экзаменам. Вместо него «посредником» стала Огаста, чьи планы были основаны наполовину на эмоциях, наполовину на упорстве, сдобрены изрядной долей оптимизма.

Для «Одзё», которая не доверяла даже собственному контрактору Сию, это было неприемлемо.

Си: — Госпожа, я обеспечил пути отхода. Если начнётся бой, я смогу задержать их, а вы с Анфи успеете скрыться благодаря его скорости.

Од: — Хм-м…

Си: — Ах, простите, госпожа. Только на этот раз, пожалуйста…

«Одзё» изящно выставила ножку в туфельке на высоком каблуке (купленной на передовой базе, на удивление, этой надменной змее она понравилась), но Сию, с предельным сожалением в голосе, отказался. Даже он, питавший к обычному NPC более чем реальные чувства, понимал, что не стоит показывать такое Огасте, которая была не старше ученицы средней школы.

Од: — Ладно, неважно. Так что… те… нет, те люди ещё не пришли?

Си: — Похоже, что нет… Он, то есть, тот парень, сказал, что связался с ними, но…

Сию, продолжая смотреть на туфельку Одзё, вспомнил, что с гордостью говорила Огаста.

Си: — Должна прийти ещё одна пара.

Од: — И долго ты будешь стоять, опустив голову?

О: — Медленно.

Прошло уже пятнадцать минут с тех пор, как Санраку написал, что идёт пешком. В реальной жизни это время ещё можно было бы стерпеть, но в игре ожидание казалось мучительным.

Как и следовало ожидать, терпение Огасты было на исходе… но не от гнева, а от нетерпения.

О: — Нине-тян!

Н: — Что?

О: — Я пойду их встречу!

Н: — Что?!

Действительно, если подумать, они договорились встретиться посреди леса, так что небольшое опоздание было вполне естественным. Хотя место встречи в самой гуще Древоморья было выбрано по настоятельной просьбе ещё одного участника, инициатором была она, а значит, должна была вести себя подобающе.

Можно сказать, сейчас она была «старостой» отряда Голдюнине или «председателем» их класса.

О: — Ничего не делать — это же невежливо!

Но она не понимала.

Пусть она и была знатоком боевиков, но видела в них лишь зрелищность и подвиги главного героя, поэтому упускала из виду одно «правило». Для главного героя боевика это не было проблемой, ведь он — «человек-армия».

И тут, Огаста, искавшая Санраку и его спутников недалеко от места встречи, услышала шорох в кустах.

О: — …А?

?: — О, а это ты…

Огаста не знала.

Что неосторожные действия в одиночку в народе зовутся «флагом смерти».

С: — Инициатор встречи отсутствует?

Н: — Вас ищет.

С: — Ну не может же быть такого банального расхождения…

Показывать Вимп, связанную как колбаса, было бы совсем не комильфо, поэтому я развязал её прямо перед встречей и кое-как придал ей подобающий вид. Но… Огасты, которая, похоже, взяла на себя роль организатора больше, чем я, нигде не было. На мой вопрос Голдюнине, которая была с ней в паре… Нине, кажется? — окинула меня усталым взглядом и, держась на расстоянии, объяснила причину её отсутствия.

Понятно, тогда лучше не двигаться с места. Она всё-таки игрок Нового Континента, и то, что школьники бывают слабыми — это в реальной жизни. А в игре, получив тело в виде аватара, они могут быть весьма сильны, как говорил Каццо.

Когда чуть не проигрываешь тому, кто слабее тебя, начинаешь его переоценивать, да, Каццо-кун?

С: — Так… привет, Сию.

Молчаливый кивок. Разговаривать не намерен? Что ж, придётся вскрыть эту молчаливую раковину!

Хм, кхм-кхм, так-с! Дипслотер говорила, что «главное — твёрдо верить, что у тебя изначально был такой голос», но я не извращенец, чтобы менять свой голос на чужой… однако вот такое я могу.

С: — Ко-ко-ко-ко-ко…

Си: — …?

Поворачивая голову к Сию, я в тот же миг достал из инвентаря голову лосося и сменил ею свою птичью маску!

С: — Ку-ка-ре-ку-у-у!!

Си: — Пфф!

Реалистичное кукареканье, донёсшееся из лососевой головы. Для первоклассной шутки в стиле Санраку второго удара не требуется… всё решает один выстрел.

С: — Так как там звали твою госпожу?

Од: — …………

Чёрт, у меня нет заготовок против Голдюнине… Я несколько раз пробовал на Вимп, но у неё, видимо, совершенно другое чувство юмора или восприятие, так что сюрреалистичные шутки не работали, а с человеческой культурой она была не знакома, так что и ракуго не зашло.

Что же делать…

Си: — …Ты…

С: — М?

Си: — Ты… чего хочешь добиться, объединившись с ней?

С: — А?

Внезапный вопрос от Сию, который до этого молчал, был слишком абстрактным, и я невольно склонил голову. Но его взгляд был предельно серьёзным, так что это вряд ли был просто ролеплей…

С: — Чего хочу добиться, значит…

И в этот момент.

О: — А, вы уже здесь! Разминулись?

Н: — Огаста, ты где бы…

При виде Огасты, с самодовольным видом вышедшей из-за кустов, все замерли… нет, не так. Сию не заметил. А вот Голдюнине заметили.

Так значит, из игроков только я знаю.

С: — …Ты спрашивал, чего я хочу, Сию.

Си: — А?

Двуглавый змей рядом с Сию напрягся и поднял головы. Рукава платья Нине, партнёрши Огасты, которые скрывали её руки, странно дёрнулись, будто под ними что-то было.

А Вимп внезапно исчезла… нет, не так. Мелькнувшие на мгновение клыки и пасть говорили о том, что Сэмми-тян в полной невидимости проглотила её, чтобы спрятать.

С: — Я объединился с Вимп по стечению обстоятельств. А изначальная цель была лишь одна.

Из-за спины Огасты появилась улыбающаяся белая девушка. С видом, будто ей безумно весело, она обвела взглядом собравшихся здесь змей.

Н: — Земля задрожала.

Од: — Это сюрприз? Отлично, думаешь, я сломаюсь от какой-то засады?

— …Хи, хи-хи-хи-хи-хи-хи.

Эта девушка была «Голдюнине».

Наверное, Огаста совершила фатальную ошибку. Она решила, что «враги (Голдюнине)», с которыми должны сражаться Нине и Вимп, выглядят как-то иначе, страшнее.

Что эта милая девушка — такая же «союзница (Голдюнине)», как Нине и Вимп. Я не стану называть Огасту виновницей. В таком случае, я тоже виноват, раз самонадеянно решил, что они не нападут первыми.

Ах да, ведь с Лукаорном было так же. О чём я только думал?

Потому что Везермон был таким.

Потому что Ктарнид был таким.

Зигвурм был похож на них.

И Оркестра тоже.

А Вайсэша я считал NPC.

Я совершил фатальную ошибку, решив, что на уникальных монстров всегда нападают первыми.

Она смеялась. На фоне содрогающейся земли, поднимающихся из-под неё пластов почвы и огромных деревьев, она смеялась.

— Что ж, давайте убьём их? Всех, всех… Это будет проявлением моей доброты.

Из-под земли вырвался огромный дракозмей, и когда его веки открылись, из змеиных глаз хлынула сокрушительная жажда убийства.

Среди начавшегося хаотичного разрушения Древоморья уникальный монстр [Беспредельная Голдюнине] смеялась и хохотала.

Солнце постепенно садилось.