Итак, значит, вот оно что. Я переварил в уме всё, что услышал от внезапно съехавшей с катушек Билак, и… решил пока что отложить это в сторону.

Если в такие моменты сворачивать на побочные тропы, можно так и не вернуться на основной путь. Люди называют это «феноменом лабиринта побочных квестов». В месте, куда ты отправляешься для выполнения одного побочного квеста, появляется другой, а по его завершении выясняется, что это лишь часть цепочки, и так далее… Попав в такую многоуровневую ловушку, игрок рискует навсегда забыть об основной сюжетной линии. Да, именно так, я сам чуть было не шагнул в этот лабиринт. Опасно, опасно.

К тому же, я понятия не имею, что это за «истинный драконий род». Если я сейчас сунусь в Древоморье, в лучшем случае наткнусь на брата, в худшем — тоже на брата… А у этих братьев, похоже, предел силы ещё даже не виден. Чем дальше, тем больше сомнений, можно ли их вообще победить. Неужели они уже перешагнули ту черту, за которой игроки бессильны?

— Что ж… прости, Билак, твой истинный дракон, конечно, интригует, но у меня и своих дел по горло…

— Ясно. А, да, отец просил передать тебе вот это.

Билак порылась в своих вещах и бросила мне какой-то предмет. Что это? Карманные часы? Нет, стрелок не видно… Компас?

— Что это?

— Мм, «Путешественник».

— Понятно. И что это?

— Говорю же, «Путешественник».

— Ясно, ясно. Так что это?

(Билак молча замахивается молотом)

(Я молча принимаю боевую стойку)

— Сколько раз повторять, болван?!

— Я спрашиваю не название, дубина!

«Путешественник», «железяка» — какая разница, что мне делать с одним названием, идиотка! У тебя ещё та странная радиоволна из головы не вышла?

— Это «Путешественник». Если использовать его на открытой местности, он покажет направление к месту, которое задал создатель.

— Создатель… то есть…

— Отец мой. Приглядись-ка.

Хм? С виду обычный компас… А, смотреть на украшения? Так…

Стоило закрыть «Путешественник», похожий на пудреницу, как на крышке проявился искусно выгравированный из золота герб: кролик и нечто, напоминающее языки пламени. Этот символ я уже видел, да что там — насмотрелся до тошноты… это же эмблема Кроликудзы.

— Эта вещь показывает, к кому ты принадлежишь. Она не столько для пути, сколько для того, чтобы показать, что ты наш, из Кроликудзы.

— Доказательство принадлежности… перед кем?

— Перед теми, кто собирается в том месте, куда он указывает.

Билак вернула молот на место и, с тоской глядя на расплавленную стену, продолжила:

— Слушай, Санраку, он указывает на Новый Континент. Там, на Новом Континенте, есть те, кто испил с моим отцом чашу братства.

— Эт…

«Это что, якудза?»

— Ну, ты и сам должен помнить. Кет Ши — один из народов, что испил ту чашу.

— Кет Ши… а-а, понятно.

Картина потихоньку проясняется. Похоже, на Новом Континенте существует что-то вроде союза не самых сильных народов. Вероятно, это мелкие зверолюди, способные говорить. Кажется, я где-то слышал, что они там есть… от игрока из «Библиотеки», кажется? А может, и от кого-то другого, не так уж и важно.

— Короче говоря, там есть сборище мелких зверьков, и вы предлагаете мне прийти, дав для этого путеводитель.

— Что-то вроде того. Отец начал действовать… значит, время близко.

— Время?

Билак оторвала взгляд от расплавленной стены и посмотрела на меня. В её глазах не было ни гнева, ни печали… это был странный взгляд. Словно она смотрела на меня, но видела нечто совершенно иное. Безжизненный и в то же время всезнающий. Взгляд, совершенно не похожий на её обычный.

— Первопроходец Санраку, грядут большие ветра. Ветра, что сметут землю и поглотят моря… Мы, то есть, отец мой, существуем, чтобы им противостоять. То, что Эмуль не видать, тоже с этим связано… так что…

— Билак.

— …Чего?

Она явно хотела завести какой-то сложный, многозначительный разговор, но, к сожалению, я тоже… нет, все первопроходцы — это люди, которые ставят на кон свою жизнь с лёгким сердцем. Скажи им что-то серьёзным тоном, они подумают лишь: «А, какой-то флаг сработал?»

— Нас, дураков, хоть попутным ветром сдувай, хоть встречным сбивай с ног, мы всё равно снова и снова побежим вперёд.

— …

— Будь то ветер или гигантский монстр — пусть только сунутся.

Даже если появится гигантский монстр, нынешние игроки, пожалуй, смогут с ним справиться. А если серьёзно взяться за дело и фармить его, то с помощью тактических машин можно одолеть даже огромных чудищ. Хотя эта игра вряд ли даст победить легко. Скорее всего, если подойти к такому монстру строем, он тут же накроет всех атакой по площади…

— …Ладно, пусть так. От излишней храбрости вреда не будет. Да и моё дело от этого не меняется.

— Вот именно. Я принёс Золотую Магму, так что теперь делай оружие.

— Поняла, поняла, ну надо же…

Билак махнула рукой, прогоняя меня, и неторопливо направилась к горну. Похоже, она собиралась приступить к работе. Фух… ну и долгий же был разговорный ивент. Хоть и проскочило несколько важных слов, хотелось раз восемь нажать на «пропустить». Всё равно ведь по сюжету сначала Голдюнине, так? Или нет… у уникальных монстров нет определённого порядка появления? Хотя Зигвурм, например, был похож на обязательный ивент…

«Разобраться с Голдюнине… Золотую Магму я достал, но хотелось бы побольше… для этого нужно массово производить вёдра… а, но ещё же надо искать этого истинного дракона… нет, но и делами Мстителя заняться бы…»

Э-э, а-а, хм…

Что мне вообще делать в этой игре?

П/А:

На саммит мелких зверьков может попасть любой, кто не проявляет враждебности, даже без принадлежности к какой-либо фракции.

В случае Санраку его положение просто чётко определено: «Он из Кроликудзы».