П/А:

Говорят, вчерашнее обновление было эпилогом. Кто этот наглец?

Это была слишком пустая комната. Без окон, словно отвергающая солнечный свет, бетонная коробка, освещаемая лишь мягким светом светодиодов. В ней стоял стол... и всего один, до смешного устаревший настольный компьютер.

Клавиатура — не сенсорная, а из прошлого века. Монитор — не с лучшим качеством изображения, не тонкий и компактный. Этот компьютер начала XXI века, который можно было бы назвать антиквариатом, был укреплён по последнему слову техники, ещё не доступному широкой публике, и возвышался здесь.

— ...........

И в этой слишком пустой комнате была одна женщина.

Одетая в выцветший спортивный костюм не по размеру, с волосами, отросшими до такой степени, что кончики касались бы пола, сразу видно, — образец неряшливости.

Она сидела перед этим старым компьютером, смотрела на тусклый экран с выражением лица, полным счастья, но вдруг что-то вспомнила, и счастливая улыбка мгновенно сменилась такой гримасой, словно она узрела всё зло мира.

— Хаа... Может, всё-таки превратить это в игру на выживание?..

— Пощади, Цукури, а то моя голова может полететь в прямом смысле.

— Да не кипишуй, Цукуёги. Оставить наш... нет, мой мир в истории как нечто дурное — немыслимо.

На её бормотание вошедший в комнату мужчина ответил с каменным лицом, но с шутливой интонацией.

«Это моя девичья фамилия, сейчас у меня другая...» — вздохнув про себя, мужчина, названный Цукуёги, в строгом костюме, прислонился к стене и спросил женщину... ту, кого он назвал Цукури.

— Скоро Амати ворвётся сюда с криками, скорее всего.

— Да уж, я и сама удивлена, честно говоря.

Цукури Сосей, гений, создавший «мир» Shangri-La Frontier. Амати Рицу, гений, настроивший Shangri-La Frontier как «игру». И посредник между этими двумя, несовместимыми, как вода и масло(...........), — он сам... Ивамаки Сакай, в девичестве Цукуёги.

П/Р:

Глав 150 назад автор говорил, что добавит этого человека...

Трое создателей игры «Shangri-La Frontier» теперь купались в деньгах, на которые можно было построить дом из банкнот. Цукуёги с ностальгией вспоминал студенческие годы, когда они шумели с выпивкой в университетской аудитории.

В этот момент — возможно, потому что дверь была оставлена нараспашку, — из коридора, который должен был быть звукоизолирован, донёсся громкий топот. Кто-то явно бежал со всех ног. Дверь, которая начала было закрываться, распахнулась от удара, и в комнату влетела женщина.

Она носила белый халат — «потому что на нём сразу видно грязь, и это повод помыться» — и стригла волосы обычными канцелярскими ножницами, из-за чего её чёлка была неровной и лишённой всякого намёка на женственность. Сдвинув брови так, будто все морщины её тела собрались на лбу, она закричала:

— Цукури! Ты опять данные трогала, да?!

— Не кричи. Это ты копалась в моём мире, не так ли?

— Иначе как бы за такое короткое время убили двух уникальных монстров подряд!

Щёлк. Цукуёги показалось, что он услышал звук сработавшего переключателя. Второй переключатель, вероятно, сработал ещё утром.

— Да как ты смеешь! Это ты наложила нелепые ограничения на моих милых Ктарнида и Везермона! А теперь, когда их победили, ещё и жалуешься мне! Что это значит?!

— Пятнадцать форм! Атака из прошлого и будущего с помощью пространственных перемещений и временных искажений! Такое реализовать невозможно!

— О, бедный Ктарнид... Вынужденный сражаться всего в четырёх формах... И Везермон тоже, ведь если бы он использовал все свои функции, он был бы непобедим!..

— К-какой ещё непобедим! Это не сила, это мусор!

— Мусор?! Мусор?! Да как ты смеешь! Мой! Мир! Называть мусором?!

Цукуёги вздохнул и принял очередную таблетку от желудка, которая стала для него незаменимой.

Гений, создавший «мир» Shangri-La Frontier, — Цукури Сосей.

Гений, настроивший Shangri-La Frontier как «игру», — Амати Рицу.

А посредник между этими двумя, несовместимыми, как вода и масло, — он сам... Ивамаки Сакай, в девичестве Цукуёги.

Кошачья драка — это ещё мягко сказано. Конфликт этих двух женщин мог привести к краху всей гигантской системы «Shangri-La Frontier».

Именно поэтому Цукуёги, черпая силы из таблеток для желудка и обедов, приготовленных любимой женой, ежедневно боролся за мир между ними.

— Хватит изображать из себя богиню в мире, который без меня превратился бы в «цифровой мусор»! Иди работай нормально!

— Говорит мне тля, присосавшаяся к «объедкам» моего мира!

— ...Успокойтесь. У вас обеих накопилось много претензий, но сначала глубоко вдохните.

— Фух! Фух!

— Грррррр...

Ссора напоминала звериную грызню, но если бы дело дошло до драки, то, к сожалению, обе женщины были настолько слабы в физическом плане, что это выглядело бы даже более жалко, чем драка хомячков. Ведь обе они не могли справиться даже с кольцом от консервной банки.

— Во-первых, Амати. Данные не были изменены, значит, два уникальных монстра были побеждены по правилам... Это факт, верно?

— ...Но всё равно слишком быстро.

— Просто так совпало, что их победили почти одновременно. Игроки уже давно пытались одолеть Везермона. А сценарий Ктарнида тоже уже был запущен.

— ...Ну да.

— Цукури, ты ведь можешь сделать так, что даже мы не заметим. Ты можешь поклясться... своим дедушкой, что не меняла данные уникальных монстров?

— ...Это нечестно, Цукуёги. Ладно... Клянусь дедушкой.

В последнее время жена была занята, и их отношения немного охладели, но сегодня в его обеде был осьминог-сосиска. Значит, сегодня Цукуёги непобедим.

Возможно, из-за бурного романа, закончившегося свадьбой, серьёзный по натуре Цукуёги в таком состоянии становился непредсказуемым. Зная это, обе женщины решили пока убрать свои клинки гнева в ножны.

— Меня больше беспокоит тот факт, что среди победителей Везермона и Ктарнида есть одно и то же имя.

— Я тоже это проверяла. По крайней мере, он не «свой», обычный игрок............

— Что ты так многозначительно молчишь?

— Этот парень играет всего около месяца.

Наступила тишина.

Амати скривилась, словно проглотила горькую пилюлю. На бесстрастном лице Цукуёги появилась тень. Цукури удивлённо округлила глаза.

— К тому же, он запустил EX-сценарии Лукаорна и Вайсэша.

— ...Альфа-тестер?

— Нет, проверила и альфа-, и бета-тестеров — не связан. Более того, судя по логам, он на 18 уровне выполнил два условия «проклятия» Лукаорна. Я подозревала читы или инструменты, но...

— Думаешь, в мой мир можно пронести такое?

— Не думаю. Как и не думаю, что такого можно достичь одной лишь удачей... То есть, он добился всего этого только своим «мастерством».

Двое поняли, что имела в виду Амати. То есть, она спрашивала, стоит ли вмешиваться в дела игрока, который, случайно или по какой-то причине, с бешеной скоростью проходит ключевые события Shangri-La Frontier.

— ...Нет, я не позволю.

— Хоть причину объясни.

Устав стоять, Цукури подтащила стул на колёсиках и села. Женщина, создавшая и управляющая основой мира Shangri-La Frontier, словно настоящая богиня, с подобающей ей надменностью заявила:

— Бог не благоволит отдельным личностям, но наблюдает за миром.

— Что, начиталась цитат Ницше?

— Ах, так может мне изложить причины в виде файла на 5 гигабайт, чтобы даже умственно отсталым было понятно?

Но Амати лишь вздохнула и покачала головой.

Действительно, до появления этого игрока Shangri-La Frontier находилась в некотором застое.

Введение Нового Континента было предпринято с учётом этого, но неожиданное развитие событий заставило её зря поволноваться. В основном потому, что работы резко прибавилось.

— Хочешь забить мне память мусором?.. Ладно, раз наша Владычица Мироздания так говорит, я не буду возражать

Итак, Амати, словно переключая мысли, похлопала себя по щекам и перешла к другой теме.

— А вот что было запланировано ещё вчера... Есть два дела к тебе.

— Хм... Кто там?

— Ага, «Гаки Дайсё» и «Твоя Родня».

— Ладно, выслушаю хотя бы суть.

Куда делась враждебность? Словно сговорившиеся дети, затевающие шалость, обе женщины обменялись насмешливыми взглядами, отчего у Цукуёги снова заныл желудок.

— Первый просит «слить новую информацию».

— Прямо как нетерпеливый ребёнок... Данные уже в «Оркестре», можешь подразнить его немного. Ах да, он ведь напроказничал в прошлый раз, так что небольшое наказание не помешает?

— Пнуть Гаки Дайсё под зад — это приятно... Второй просит о техобслуживании. Говорят, «сломалось само по себе».

— Бгг... Какая допотопная отговорка... Хе-хе-хе, стыдно иметь родителей, которые не могут отпустить своих детей.

Они говорят об этом так легкомысленно, но и первый, и второй — это силы, которые могут запросто смести всех присутствующих. Хотя Цукури, скорее всего, просто инсценируют смерть и похитят.

И, что ещё хуже, крайним окажется он сам. Хотя наблюдать за недоумевающим выражением лица посланника «Гаки Дайсё», когда эти две гениальные женщины говорят ему правду, — это своего рода скрытая радость, но и расход желудочных таблеток ускоряется.

Однажды он по ошибке заказал огромную упаковку таблеток за счёт компании, но она закончилась за полгода — настолько пострадал желудок Цукуёги. Если бы не омлет, приготовленный женой прошлым вечером, он бы уже умер.

— Ну всё, хватит мешать моему блаженству... Уходите.

— Не нужно меня просить. У меня гора работы по настройке четвёртой стадии.

— ...Ты всё-таки взрослый человек, так что работай хоть немного.

— Ладно... А где тот игрок... Месяц назад, значит, «Левиафан»... Нашла, нашла.

Пользуясь своим личным, не доступным в продаже терминалом, Цукури нашла информацию об интересующем её игроке.

Улыбаясь быстрому ответу от своих верных слуг и детей, она просматривала лог игрока и пробормотала:

— Хм... «Цукуёмару» не получится, но «Кёдзюро», пожалуй, можно... Ладно, иногда буду за ним наблюдать.

Классификация файлов изменилась божественной рукой. Среди нескольких имён игроков появилось новое — «Санраку», в самом низу списка.

Бог не благоволит отдельным личностям, но наблюдает за миром. А значит───

П/А:

Наконец-то я добрался до этого... Я хотел написать об этом почти с самого начала, но не заметил, как набралось 820 000 символов...

Итак, это эпилог третьего тома. Я возьму небольшой перерыв, конкретно — на время Древней Битвы... Как Шива-маньяк, я хочу открыть минимум 12 ящиков.

Я планирую выкладывать побочные главы в Инвенторию, так что заглядывайте туда, если интересно.

На самом деле, среди этой троицы есть один...

П/Р:

Это, вероятно, одна из тех глав, которые мне через пол года придётся редактировать, даже я половину не понимаю. Осталось 2 главы интерлюдии, потом Инвентория.