Первый день «испытаний во сне» Ноя

Кабинет Секретаря Варуса

Измученный делами по аукциону, Эйч с тяжелым вздохом опустил голову на стол.

«С какого перепуга Рейнджеры решили наведаться в таверну? Чертов Густав должен был поговорить и решить этот вопрос…» — словно черви, мысли безжалостно копошились в голове Эйча.

Уже порядком натерпевшийся, он ударил по столу и поднял голову, скрепя зубами.

«Проведение аукциона „Добра и Чести“, естественно, незаконное дело. Да, на него съезжается куча представителей Высшего света, но через чур наглеть во время его проведения — легкая путевка в камеру заключения. Из-за этого я и поручил чертову Густаву „прикрыть глаза“ отделу по борьбе с незаконными действиями (ОБНД), но что-то явно пошло не по плану… Черт его дери, тупой полудурок, что сложного — подмазался и подсунул слиток золота?!» — на лбу Эйча вздулось пару вен.

Он понимал, что в этом королевстве, да и во всем этом грязном мире помочь могут либо деньги, либо невероятных масштабов сила, способная заткнуть любого недовольного тобой. К счастью или нет, Секретарь Варуса обладал всем: достаточным капиталом благодаря «чернухе», приличным статусом среди других Секретарей и немалой силой, в которой явно был замешен его талант.

Без расположенности к какому-либо атрибуту, становление магом на Сакроне становится настолько тернистым путем, что даже трудно представить все сложности, которые встретятся на этом пути. Но боги благословили Эйча талантом, из-за чего он очень хорошо развивался сразу по трем направлением — вода, огонь и воздух. Последний атрибут — земляной, он и не пытался развить, хоть это и дало бы ему право стать «специальным» магом, обладающим всеми типами атрибутов маны.

Но нынешнему Секретарю подобный титул вовсе ни к чему. Со времен академии при Вейсе, он затесался среди будущих руководителей гильдии «Затмение», где его и заприметил будущий Директор Вейсала.

В то время, пока закипающая внутри ярость варила Эйча заживо, в его изношенную временем дверь постучались.

— Если это какой-то пустяк, то лучше беги, кто бы там не был, — сказал он так громко, чтобы его могли услышать, после чего откинулся на спинку своего стула.

Ручка повернулась, и дверь медленно открылась. Внутрь, довольно неуверенно зашел полного телосложения мужчина, одетый в серое пальто, которое довольно сильно облегало его.

Этим мужчиной оказался тот самый Густав, которому было поручено задание разобраться с ОБНД и их Рейнджерами.

Стянутые в хвост волосы Эйча довольно сильно подчеркнули острое лицо и кровожадный взгляд, так и ищущий того, на ком можно выплеснуть весь накопленный гнев. Этот самый взгляд осматривал Густава с головы до ног.

— Зд-дравствуйте, Секретарь! — чуть ли не выкрикнув, протараторил Густав, поклонившись.

Эйч молча продолжал сверлить его взглядом.

Лицо вошедшего довольно быстро покрылось потом. Сунув руку в карман, он достал тряпку и быстро вытер свое лицо.

— Я-я… понимаю, что не выполнил поставленных вами требований, но… — Густав запнулся из-за того, что встретился с Эйчем глазами, — возникла непредвиденная проблема — новый шеф в ОБНД. Он с радостью взял слиток, но даже и не думал останавливать расследование… О-он не только ограбил Вас, но еще и-и обманул!

Всего за несколько минут в офисе Секретаря выжали из Густава все силы, что он скопил перед тем, как зайти сюда. Судя по его виду, еще немного, и его хватит какой-нибудь удар.

— То есть, — наконец, несколько секунд тишины прервались холодным голосом Эйча, — ты хочешь сказать, что это не твоя вина?

Не выдержав оказанного на него давления, Густав упал на колени.

— МОЯ! — чуть ли не зарыдав вскрикнул он, — это все я! Но… Этот ублюдок, он помешал мне, понимаете?

Эйч вздохнул и сел ровно, поставив локти на стол и упершись в них лбом.

— Значит, вот и моя цель для выпуска пара, — сказал Эйч, рассмеявшись, — хорошо, прощаю тебе ошибку. Но аукцион придется перенести, на месяца два, пока я решаю проблему. До тех пор следи за лотами, особенно за их здоровьем. В этот раз отвечаешь головой, понял?

Густав не медлил и быстро закивал головой. Он был счастлив не лишиться жизни в этот день.

— С этим пока закончим, что у нас с «драконьим танцем»? — Секретарь снова выпрямился и посмотрел на Густава.

Счастливые секунды мужчины испарились. Он затрясся даже сильнее, чем до этого.

— Блять, выкладывай, — смекалка Эйча никогда не подводила, особенно когда перед ним от страха трясся человек.

— Проклятые земли р-расширилсь, — Густав говорил так тихо, что если бы не усиленные маной чувства Эйча, тот бы ничего не услышал, — Сторих не справляются, поэтому добыть яйцо дракона становится почти невозмож…

Вокруг шеи Густава собралось кольца плотно сжатого воздуха.

— Ты сейчас на полном серьезе говоришь мне о чем-то невозможном? — терпение Эйча лопнуло, из-за чего он сидел с вытянутой рукой, направленной раскрытой ладонью на его подчиненного, — хоть каждый подохните там, но яйцо должно быть у меня, точно к сроку.

Со слезами на глазах, Густав снова активно закивал головой. Ветряная управа испарилась, поэтому Эйч опустил руку.

— Свободен, — скомандовал Секретарь, повернувшись на стуле к окну, — проверь товар.

— С-спасибо, слушаюсь! — мужчина тут же вскочил и поспешил выйти из кабинета, закрыв за собой дверь.

Глядя на открывшийся вид города, Эйч снова ушел в себя.

«Толстый ублюдок, он вообще хоть на что-то способен? Держу его только из-за того, что он был порекомендован Директором», — подумал он, массируя в это время переносицу.

*

Густав чуть ли не влетел в коридор, ведущий к камерам с схваченными существами. Протерев в последний раз свое потное от стресса лицо, он убрал тряпку в карман. Пусть ему и было всего 30 лет, но после пережитого стресса казалось, словно прожил все 150.

Помощник Секретаря щелкнул пальцами, как тут же подле него пошагали двое мужчин в балахонах.

— Слушаемся, — в унисон произнесли они, не отставая от мужчины.

— Проверить товар, корпус 1 и 2 за вами, я проверю третий, — не глядя на них, сказал Густав.

Двое молча кивнули и снова испарились в воздухе. Благодаря их контролю маны, они могли почти идеально смешиваться с витающей в воздухе маной и казаться невидимыми для человеческого восприятия.

«Эта высокомерная мразь думает, что ему все позволено, — и так страшное лицо Густава из-за раздражения стало еще неприятнее, — если бы не просьба Директора следить за ним, я бы давно уехал к своей семье в Райлу, но приходится терпеть все эти унижения».

Нахлынувшая тоска в купе с раздражением прибавили ему сил, из-за чего он пошагал еще быстрее.

*

В основном, в филиале Варуса находились низкокачественные рабы, которые продавались либо для тяжелых работ в один конец, либо на корм экзотическим зверям. Но даже тут затесалось пару неограненных драгоценностей.

Спустя час ходьбы по камерам, Густав наконец закончил с поручением. На третьесортных он не особо заострял внимание, но вот с потенциально дорогими лотами все шло иначе.

— В секторе 1 мужчина, потенциальный специальный маг, не просыпается, — опустив голову, доложил один из недавних «призраков».

Ничего не ответив, Густав поспешил в первый сектор.

Через несколько минут они уже оказались перед камерой.

— Открой, — произнес толстый мужчина, не глядя на своих помощников.

Один из них тут же положил руку на дверь. Она отреагировала на его ману и тут же отворилась.

Внутри, на кроватях лежало двое людей. Время подходило к обеду, обычно все уже бодрствуют, но один из них продолжал лежать на кровати, тяжело дыша.

Это был Ной.

— Давно не виделись, Густав, — раздался голос Лиши, прервавший тишину в камере, — как поживал?

Он поглядел на девушку-инвалида.

«А, эта игрушка Секретаря, — мужчина еле сдерживал гримасу отвращения, — зачем он вообще тратит наши ресурсы на эту страшилу?»

Лиша не была дурой и прекрасно понимала о чем в данный момент думал Густав, но решила не поднимать этой темы.

— С ним явно что-то происходит, — сказала Лиша, переводя тему разговора на Ноя, — его ядро все еще почти пусто, но от него иногда отходят всплески маны. Нужно, чтобы лекарь осмотрела его.

— Заткнись, я и без тебя знаю, что ему нужно, — прерав Лишу, Густав подошел к кровати Ноя.

Подняв руку, он несколько раз ударил по его лицу.

— Что ты делаешь? — Лиша заметно напряглась, — это не поможет… я пробовала, пусть и водой.

— Если ты не замолчишь, они заткнут тебя насильно, — тихо сказал толстяк, не отрывая взгляда от лица Ноя.

«А он не обделен внешностью», — совсем другие мысли плавали в разуме Густава.

— Ладно, позовите Кейт, пусть осмотрит его, — подвел итог помощник Секретаря, обращаясь к своим слугам.

— Слушаемся, — они тут же испарились из камеры.

*

Спустя 10 минут, в камеру вернулись двое мужчин в балахонах, а за ними зашла та самая лекарь — Кейт.

Пусть они с Густавом и были ровесниками, но разность в их внешности была колоссальной, словно небо и земля.

Густав, как и все их встречи до этого, стал жадно осматривать каждый уголок ее довольно подтянутого тела в цветочном платье до колен.

— Клянусь богами, я рано или поздно вырву твои глаза, оживший жир с ножками, — чуть ли не прошипела Кейт, уже зайдя в камеру, — подними свою толстую задницу и отойди.

Пока ждал, Густав присел на край кровати Ноя, но теперь его заставляли встать, что он и сделал.

Женщина подошла к Ною и оглядела его.

— С виду ничего такого… — сказала она, скрестив руки, — конечно, ядро пусто, но такая ситуация никогда не служила поводом для комы.

Она подошла еще ближе и наклонилась над Ноем. Опустив руки, Кейт пощупала сначала шею, затем торс и, в конце концов, ноги.

— С телом тоже все в порядке, странно, — на ее лице появилось легкое недоумение, — будем наблюдать, если не очнется через неделю — увы, будем считать его умершим.

Кейт выпрямилась и пошла к выходу из камеры. Густав последовал за ней.

— Милая моя, тебе придется пихать в него еду, если не хочешь, чтобы он погиб, — сказала Кейт, обратившись перед выходом к Лише, — ты, кстати, сама как? Еще мучают кошмары?

— Нет, госпожа, все хорошо, — ответила Лиша, отрицательно покачав головой, — насчет Ноя я поняла, буду стараться.

— Умница, еще увидимся, — помахав рукой, врач вышла из камеры.

Закрыв дверь, образовавшаяся группа из четырех человек отошла подальше, после чего заговорили:

— Один из вас остается на дежурстве и будет следить за состоянием, — Кейт остановилась и посмотрела на густава, — а ты доложи мне, как он очнется.

— Да, дорогая, — мягко ответил Густав, глядя точно не в глаза Кейт.

Все эти взгляды, направленные на ее тело, вызывали у девушки довольно сильные раздражение и отвращение.

«Полоумный, у него жена с детьми, а он продолжает клеиться ко мне, какой же противный», — поспешила уйти Кейт, еле сдерживаясь, чтобы не обругать Густава вслух.

*

Уже на второй день один из слуг заметил пробуждение Ноя и поспешил доложить об этом Густаву.

В это время толстопузый мужчина развлекался наверху, в известной таверне «Три сиськи». Сидя за столом, полным алкоголя и различной еды, он тискался с зверолюдами. Хвостатые самки, явно заприметившие богача, с радостью отзывались на каждый его жест или фразу.

Но, неожиданно, в левом ухе Густава раздался тихий шепот.

— Он очнулся, — прошептал «призрак» мужчине, — какие указания?

Густав тут же встал, оттолкнув хвостатых.

— Сдачи не надо, — сказал он, бросая горсть золотых монет.

Те тут же бросились собирать монеты.

Помощник Секретаря поспешил удалиться, ведь его недавно возникшая проблема близка к решению.

— Сначала я лично проверю, не спеши сообщать Кейт, — уже зайдя в нужный коридор таверны, Густав тихо заговорил со слугой, — какие-нибудь дефекты?

— Здоров, выглядит дряхло, но в пределах разумного, — отчитался тот. — Секретарю сообщить?

Помощник тут же остановился.

— Ты что, идиот?! — вскрикнул он, — конечно же нет! Зачем беспокоить Господина по таким пустякам? Сами все сделаем.

Конечно же, Густав боялся гнева Секретаря. Пусть Ной и впал в кому не по вине помощника, Эйча бы это не волновало.

*

Оба мужчины достигли нужной камеры за несколько минут, но заходить не спешили.

Встав под решеткой, они решили тихо подслушать разговор.

— Мини-Ной, этот маньяк, выбивал из меня дерьмо с неделю, раз за разом убивая, — раздался мужской голос изнутри, полный усталости, — еще бы немного, и я свихнулся… Нет, мне кажется я уже немного тронулся умом, ведь под конец я… убил его, причем довольно жестоко. Конечно, он применил какую-то магию, из-за чего мне стало легче, словно в голове прекратился этот безумный шторм из эмоций и настал штиль, но… я все еще помню, все что он со мной сделал, и как…

— Если тебе трудно, можешь прекратить, Ной, — прервал его женский голос, — тебе необязательно снова вспоминать те ужасы…

— Нет, все хорошо, Лиша, я же должен тебе все рассказать. Переломным моментом стал мой удивительный отпор. Честно, я вообще не понимаю, как у меня получалось использовать магию там, в этом странно мире… Стоило подумать и примерно представить мою атаку, как она тут же воплощалась в жизнь. Я попробовал представить здесь хотя бы воздушный шар, но вместо желаемой цели мне тут же отдало острой болью в груди.

— Так насчет отпора… — продолжил Ной, — эмоции взяли вверх и просто напал на него, словно дикий зверь. Мне повезло, что он не ожидал этого и я просто превратил его в кашу… И все. Он прекратил, начав успокаивать меня. Даже магию применил. И вот такая резкая перемена выбила меня из колеи больше всего. Почему нельзя было сразу спокойно поговорить? В самом начале, ведь он мне уже несколько раз снился. Мои мучения были так обязательны? Словно ничего не произошло, он похвалил меня и вернул снова сюда, а мне он что прикажет делать? После этих приключений, мне так тошно, понимаешь? Я столько раз умер, пусть и не здесь, но там это ощущалось по-настоящему, вся эта боль…

— Мне так жаль, — Лиша поспешила его успокоить, — но, может быть, все это было не зря… Нет, это точно все не просто так. Будь он реальным маньяком, он бы тебя так просто не отпустил.

— Да, — ответил Ной, подавив дрожь в голосе, — я еще успею спросить с него за все его деяния… Вот и вся моя история.

— Ты так много пережил…

— Так что, я хочу жить, — чуть ли не выкрикнул Ной, — жить свободно, делать что захочу… в рамках закона конечно. Но перед этим нужно отомстить. За себя… и за тебя.

— Я рада, что ты смог ответить на вопрос, — ответила Лиша с теплотой в голосе, — тогда… с чего бы нам начать?

Густав жестом показал слуге уходить.

Отойдя достаточно далеко, чтобы их не услышали, мужчина заговорил:

— Планы меняются, судя по его рассказу, с ним что-то случилось, нужно поговорить с Кейт, — подвел итог Густав, ускорив шаг.

Слуга в балахоне молча последовал за ним.

*

Катакомбы филиала «Затмения» в Варусе расстелились куда шире самого города. Основное место занимал сам аукционный зал, рассчитанный на несколько тысяч человек.

Затем, идут камеры для содержания аукционных лотов, то есть, пойманных или похищенных существ — людей, зверолюдов, эльфов.

Для Кейт и ее своеобразного места для оказания помощи досталось небольшая комната, обделанная в белый камень, происхождение которого она не знала. Главное — свежо и красиво выглядит, а остальное ее не интересовало.

Когда Густав влетел в ее кабинет, она записывала показания с последнего осмотра камер.

Увидев толстяка, Кейт тут же вспомнила о «спящей красавице».

«Неужели очнулся?» — подумала она.

Густав, сильно запыхавшийся, вкратце поведал ей о рассказе Ноя.

Маг-врач уперлась руками в стол.

— Интересный случай, однако — тихо сказала она, из-за чего Густав ее не услышал.

— Что? — переспросил он.

— Ничего-ничего, говорю, проверить его нужно, пойдем — уже встав, она вышла из-за стола.

Еще раз преодолевать весь путь, не посидев и часа, Густаву не хотелось, но у него не оставалось выбора, ведь Кейт уже покинула кабинет.