После прошедшего дня рождения Ада никак не могла расстаться с новым членом семьи. Играла с ним, болтала обо всём, словно с подружкой, а котёнок только изредка мог лишь мяукнуть, да гладился об её шею, когда она придерживала его на руках, так ещё и плюсом ко всему громко мурлыкал. Кличка у него была необычная и даже забавная - Белок. Ну, это было вполне объяснимой и подходящей кличкой для животного с белоснежной шерстью, как решила для себя золотоволосая и ничуть не сомневалась, когда давала котенку такую кличку.

Каин каждый раз наказывал дочери хорошо приглядывать за питомцем, ибо в таком возрасте они и мебель подрать могут, и начать ходить в туалет по углам, и, самое редкое, - из дома убежать. Он на самом деле кошек не очень жаловал в своём доме, но и не ненавидел совсем. Они для него просто являлись ещё одной лишней, по его мнению, ответственностью, не считая девушки, за которой он присматривал на протяжении уже, считай, 17 лет. Планировалось сделать такой серьёзный подарок на совершеннолетие Ады, но что-то в сердце подсказало, что потом такого момента может не представиться, поэтому и случилось так, как случилось. Мужчина, заглядывая в комнату по утрам к спящей дочери, шепотом что-то говорил Белку, который заранее просыпался от звука шагов и начинал мурчать, а после мужчина как можно тише покидал комнату Ады, чтобы лишний раз не разбудить своими действиями. Внутри Каин всё же понимал, что девушка достойна лучшего и большего, чем просто котёнка или какого-либо другого подарка, а именно - отцовской любви и заботы, которую не получила с младенчества. Мужчина был решительно намерен доказать, что хочет исправиться, хочет стать опорой для Ады в качестве отца сейчас, когда в прошлом был совершенно равнодушен к её существованию в своём доме.

Во вчерашнем дне девушка и сама не была уверена, потому что не видела в своём дне рождения уже с малых лет ничего особенного, но в этот раз все её привычные шаблоны проведения особенного дня были разрушены тем, что появился и неожиданный подарок, и проявленная проницательность неродного отца. Это стало для неё как бы неожиданным открытием в привычном поведении Каина, и она даже сначала насторожилась, не поверила в происходящее, но после позволила себе испытать бурю сдерживаемых внутри положительных эмоции - говорила приятные слова отцу, обнимала и чмокнула в обе щеки пару раз, прыгала на месте от переполняющей её радости, и даже проронила пару слезинок, но не от обиды или горя, а от переполняющего собственное сердце теплом и счастьем. Ада пообещала себе, что такой подарок будет беречь до конца своей жизни, ну или, правильно сказать, до тех пор, пока Белок не уйдёт от старости на небеса, ведь кошки живут не так долго, как люди.

- Ну что, Белок, пойдём в гости? - поглаживая котёнка, задумчиво заговорила девушка, при этом взгляд её был устремлён куда-то мимо пушистого друга.

В её комнате все окна были зашторены, но даже так она почувствовала чье-то присутствие снаружи дома. Она определила постороннюю энергетику по тому, как за шторами что-то ярко засветилось, как будто в темноту светят фонарём. Но самое удивительное было то, что по времени было уже утро, и темно так не было.

Напряжение овладело телом девушки, она почувствовала, как к тому окну, что было ближе к её постели, что-то приближалось, но шагов как таковых слышно совсем не было. Ада чувствовала чужое присутствие рядом с собой именно из-за едва знакомой внутренней энергии, что не на шутку испугало её. Белок рядом с ней вдруг зашипел, соскочив со своего места, и вперился взглядом в то самое окно. Девушка взяла кота на руки, чувствуя, что он вот-вот может прыгнуть на светящееся странным белым светом окно и сорвать шторы.

- Белок, я знаю, что ты хочешь сделать, но это плохая идея. Посиди пока смирно на кровати, а я выгляну, что там.

Кот вырвался быстрее, чем девушка успела его поймать, но на шторы не запрыгнул, хотя ощетинился и начал издавать шипение. Мяукнул один раз столь протяжно, что Ада сглотнула внезапный ком, подступивший к горлу. Ей становилось всё страшнее, но в окно решилась выглянуть в последний момент.

Свет внезапно исчез, оставив снаружи дома лишь безлюдную серую улицу, что навевало ещё больше напряжения и неведомого ранее страха. Даже солнце спряталось за тучи, которых до этого вообще не было на небе, а такое явление обычно предвещает что-то нехорошее. Девушка ещё больше раскрыла шторы, чтобы чувствовать себя менее уязвимой, будто предчувствуя тьму в своём доме. Не зря посетило её плохое предчувствие в последний момент, сознание подсказывало не оборачиваться, но тело среагировало быстрее мысли. Обернувшись, Ада пронзительно закричала.

***

Саймон сидел в своей комнате и думал о произошедшем с Адой и Дэни. Он догадывался, что девушка - не человек, казалось бы, по отличительной черте - красным глазам. Ни у кого в человеческом мире он не встречал с таким цветом глаз, которые при этом ещё и поменяли цвет. Да, можно было бы сказать, что радужка может у некоторых людей переливаться на солнце в другой оттенок, но не в этот раз. Это не поддаётся человеческому пониманию, так как белая оболочка стала чёрной, что придавало глазам ещё более устрашающий вид.

Размышления его внезапно прервала воспитатель, которая посетила его комнату, чтобы убедиться, всё ли с Саймонов в порядке, ибо он пропустил сегодня целых два приёма пищи. Её руки были скрыты за спиной, а поза свидетельствовала о её волнении, которое она не показывала прежде. Неуверенная походка придавала ей больше хрупкости и скованности, как будто она - робкая девчонка, собирающаяся признаться в чувствах мужчине. На лице женщины читались едва понятные эмоции - то ли жалость вперемешку с беспокойством... то ли страх..? Парень не мог сказать наверняка, ибо люди весьма искрусно умеют скрывать себя настоящих.

- Ты заболел, Саймон? - едва дрожа, спросила женщина и положила обе руки ему на плечи.

- Нет. Я бы хотел спросить это у вас, выглядите неважно.

- Ты довольно умный и проницательный парень. Саймон. Есть кое-что, что я хотела бы тебе рассказать.

- Ну так не томите. Что рассказать?

- Ты - не человек.

- И что? Пустите меня на опыты?

Женщина была в замешательстве от холодной реакции воспитанника, который смотрел на неё в упор, как бы выискивая в них что-то более ужасное, чем было сказано сейчас. Он ждал, что она закричит, или вовсе прогонит его из этого приюта, но она этого не собиралась делать.

- Я не позволю этому случиться. Хотела бы, чтобы ты был осторожнее, только и всего. Да, твоё происхождение пока для меня - что-то немыслимое, но со временем я приму этот факт.

- Но вы, как человек, должны избавиться от меня, ведь я представляю опасность, раз не похож на вас.

- Твоё происхождение не делает тебя монстром среди тех, с кем ты вырос и взаимодействовал в течение своих 17 лет. Ты вызываешь у многих детей доверие, не представляешь опасности для них.

- На самом деле... Я не хотел, чтобы меня наградили демонической кровью. Я с малолетнего возраста скрывал свою настоящую оболочку в человеческом обличии, ибо так не смог бы выжить в мире людей. Родителей не помню, да и зачем мне знать тех, кто безжалостно хотел расправиться со мной? Смутно помню, насколько больно мне было, когда я остался совсем один, и даже то, как попал сюда.

- Тебе и незачем знать такие вещи... Я так считаю. Ты не виноват в том, что родился особенным. Тем более, ты ни разу не попытался кого-то убить или причинить вред. Даже если и демон, сердце у тебя - человеческое.

- Я так понял, что знают об этом лишь медики и вы?

- Верно.

Разговор был достаточно неприятным и напряжённым для Саймона, поэтому воспитательницей было принято решение оставить его одного, чтобы он смог переварить сказанное ранее. Да, он родился демоном, но настолько вжился в роль обычного человека, что почти забыл о существовании настоящей личины. Он не знал, что об этом скажут его друзья, поэтому иногда накручивал себя и предполагал худший исход событий.