Слова, прозвучавшие из уст Орстеда, гулко отдались от стен небольшой гостиной, в которой сидели двое драконов. Тот уверенный тон, с которым они прозвучали, задал прочную молчаливую атмосферу между двумя собеседниками, заставляя Лапласа по-новому взглянуть на своего гостя. Одно то, что он полукровка человека и дракона, ещё не значит, что он говорит правду, но его молодой внешний вид, накидка Белого Дракона и спокойное выражение лица прибавляли к его словам правдивости. Более того, если ещё имя Орстед передавалось из поколения в поколение новых драконов, в особенности Богов Драконов, то упоминание Лунарии, чьё имя можно встретить в древних записях, или узнать у самых старожилов этого мира, действительно убеждало поверить в сказанное. Но Лаплас не был дураком, чтобы сразу признавать в сидящем перед ним надежду Первого Бога-Дракона.

– Откуда ты узнал про Орстеда? – Прямо спросил он, не поддаваясь искушению поверить на слово первому встречному.

– Думаешь, я тебя обманываю? – Ответно спросил Бог Дракон, не меняясь в выражении лица.

– Более чем. Орстед должен появиться в этом мире через пять тысяч лет. Может, когда я был юн, я ещё не понимал значения магических печатей, наложенных на него, но они достаточно чётко отпечатались в моей памяти, чтобы за тысячи лет своих исследований я смог их расшифровать и убедиться в их надёжности. – Лаплас отклонился назад, протягивая руку к одной книг, стоящих на ближайшей полке, покрытых тонким слоем пыли. Выложив её перед собой, он пролистал несколько страниц и в раскрытом виде пододвинул к Орстеду. – Можешь сам убедиться, если разбираешься в этом.

– Мне нет нужды смотреть на то, что я сам проживал сотни раз. Тем более, что я уже читать каждую книгу, стоящую на твоих полках. Я понимаю твоё недоверие, но именно из-за этого и пришел к твоему дому. – Слегка напрягшись, Орстед окутал себя Боевым Духом Святого Дракона, угрожающе демонстрируя запасы своей энергии. – У тебя же есть магический глаз?

Ничуть не испугавшись боевому настрою собеседника, Лаплас напряг своё внимание, оглядывая комнату с помощью демонического глаза. Даже если он не мог видеть ману напрямую, её аура и следы всё равно подсказывали ему, что дракон перед ним если и не Орстед, то один из самых выдающихся представителей своего рода.

– Ты действительно крайне силён, но есть лишь одно, что сможет доказать мне правдивость твоих слов. Думаю, ты понимаешь, о чём я прошу? – Лаплас выглядел куда впечатлённое, подмечая всё больше доказательств в пользу Орстеда, но если сердцем он уже готов был кричать от радости встречи, то умом понимал, что он просто не мог сейчас оказаться перед ним.

– Я не могу. Клинок Бога одним своим появлением сжигает огромное количество маны, а из-за свойств печати реинкарнации её восстановление для меня может занять сотни лет. Сейчас, когда близится… – Оборвавшись на полуслове, Орстед уставился в окно и на секунду задумался. – «Сейчас я даже не близко к финальной встрече с Хитогами. Действительно, сейчас мне нечего опасаться за ману.» – Нет, всё же я понял тебя. – Встав со своего места, Орстед напрягся, отчего вены по всему телу слегка вздулись, и сложил руки вместе, окутывая себя настолько мощной аурой, что дом стал дрожать от количества энергии. Постепенно раздвигая ладони, он проявил облик катаны, появляющейся из его тела. Крепко ухватившись за её рукоять, он направил острие на Лапласа. Сейчас его тело не настолько подготовлено, чтобы долго удерживать меч, но одного этого было достаточно.

– Клинок Бога, выкованный Безумным Королём Драконов Хаосом для Первого Бога-Дракона… – Заворожено смотря на лезвие катаны, Лаплас не смог удержаться на месте и резко поднялся, обходя стол и осматривая катану. Не было никаких сомнений, что это именно тот меч. Повернув голову в сторону Бога Дракона, он, сжимая губы, слабо вымолвил. – Орстед…

– Рад нашей первой встрече, Лаплас. – Крепко сжимая катану в руке, он растворил её образ, возвращая в своё тело. Тем не менее, последствия уже были видны: хоть и немного, но Боевой Дух Дракона поубавил пыла, а тело юного Бога Дракона нещадно завопило от усталости. Опуская обратно на стул, он протянул руку навстречу брату.

Лаплас, несмотря на свой возраст, радостно пожал её, улыбаясь, словно вернувшись в старые времена, когда он с энтузиазмом служил во благо Мира Драконов. – Я ждал тебя пять тысяч лет…

…

Обменявшись краткими любезностями от столь неожиданной встрече, они волей-неволей перешли к основному разговору, ради которого Орстед и прибыл на Гору Драконьего Рыка.

– Значит, ты не знаешь, почему оказался здесь и сейчас, и не помнишь, как закончилась прошлая временная петля? – Лаплас сидел в окружении нескольких книг, медленно листая древние гримуары и собственные записи. От прошлой радости не осталось и следя, и он полностью погрузился в изучение.

– Верно. Такого ещё ни разу не происходило, но могу сказать, что прошлая временная петля сама по себе была необычной. Всё пошло не по плану, когда я впервые встретил того, кого раньше не было в нашем мире. – Сидя с чашкой чая с привычным суровом взглядом, Орстед и сам перелистывал несколько манускриптов, которые ему вручил Лаплас.

– Что ты имеешь в виду? Если родился тот, кого раньше не было, это могло быть вмешательством Хитогами.

– Нет, не это. В наш мир попал человек из другого мира, а затем я встретил ещё одного, который реинкарнировал в нашем из иного мира. Печати драконьей реинкарнации тут не причастны. Перугиус Дола вместе с той, что пришла из иного мира, смогли так же призвать несколько вещей оттуда.

– Перугиус Дола? – Лаплас оторвался от книг, с искрой в глазах смотря на собеседника. Всё же, он был сыном той, кому Лаплас обязан своей счастливой жизнью в Мире Драконов.

– Верно, он так же успешно оказался в нашем времени. Но боюсь, эти обсуждения сейчас нам помешают.

– Прости, не смог сдержаться. Я боялся, что этот бедный ребёнок так и не узнает, кто он. – Взбодрившись, дракон вернулся к чтению записей. – Хм… Назовём тех двоих мироходцами. Если они смогли преодолеть пространство между несвязанными временами, это не могло остаться незамеченным, магия призыва такого уровня обязательно будет иметь большую отдачу.

– Магическая катастрофа охватила целый регион, беспорядочно телепортируя всех жителей в случайные места. К сожалению, когда это случилось, меня не было рядом, и я не смог изучить ничего, кроме её последствий. – Несмотря на свою серьёзность, Орстед незаметно жутковато улыбнулся, видя такую радость в лице своего брата. Всё же, даже прожив столько времени, он не лишился чувств и не мог винить Лапласа за его искренность.

– Не происходило ничего подобного после?

– Нет, но из-за их вмешательства история полностью поменялась. Они обладали очень сильной судьбой. И я более чем уверен, что к этому не причастен Хитогами.

– А Соранобаке, или Наблюдатель? – Лаплас открыл пустой дневник и стал записывать в него то, что находил среди прочих исследований и важную информацию из разговора, пытаясь как-то сопоставить эти факты.

– Я не знаю этих двоих. В моих временных петлях не было никаких подобных личностей.

Лаплас напрягся и поднял взгляд на Орстеда, но быстро понял, что тот не шутит. – Ты разве не читал мои дневники?

– И не один раз.

– Тогда кто заточил Хитогами в Пустоте и Бога-Дракона-саму в кристалле?

– Согласно твоим и прочим записям, Первый Бог-Дракон вероятнее всего ценой своей жизни запечатал этого паразита в его пространстве, а сам погиб.

– Но он не погиб…

Лицо Орстеда исказилось явным непониманием, даже если он оказался в далёком прошлом, он чётко знал всю историю Шестиликого Мира, и уж тем более судьбу собственного отца. – О чем ты таком говоришь?

– Бог-Судья, одно из воплощений Бога Созидания, вмешался в финальную битву Бога-Дракона-самы и Хитогами, после чего заточил первого в кристалле за его убийство прочих Богов, а второго в мире Пустоты… – Неуверенно стал пересказывать Демонический Король Драконов.

– Лаплас. Перескажи мне всё с самого начала.

…

Выслушивая подробную историю Лапласа, параллельно листая его дневники, Орстед полностью внимательно вникал в каждое отличие. Если по началу их было не столь много, то ближе к середине изменения стали в разы заметнее. Даже если бы подобные сведения не дошли до Эпохи Бронированного Дракона, то за столько своих временных петель он бы точно находил отголоски прошлого, описанного сейчас Лапласом, да намеренно менять содержание каждой книги, дошедшей до его времени, было бы слишком затратно и глупо. Ему понадобилось несколько дней, чтобы полностью сравнить свою информацию с новой.

– Лаплас, хотел спросить, зачем ты каждый день уходишь в глубь пещеры? – Орстед стоял на пороге дома, встречая выходящего из темноты горного спуска брата.

– Видишь ли, там внизу лежит моя верная подруга Ростелина. Она ухаживала за домом и слушала мои истории, пока в один день не решила помочь мне ценой собственного тела. Я с помощью техник демонов преобразовываю её тело так, чтобы она могла делиться своим невероятным запасом маны, ведь я знал, что из-за техники реинкарнации ты будешь страдать от её медленно восполнения. Но из-за этого она постепенно теряет память, поэтому я навещаю её, чтобы она не забыла кем является. Порой я жалею, что лишился её компании, но я не могу не уважать её решимость… – Лаплас поднялся на крыльцо, вставая рядом с Орстедом. – Ты что-то понял?

– Да. Я не только оказался в прошлом, но и само прошлое было сильно изменено. Отличия от того, что я знаю, слишком большие, так что в этом нет сомнений. Что-то вмешалось в работу печатей реинкарнации, и я оказался в иной течении пространства-времени.

– Это имеет смысл. Подожди…

Поняв что-то, Лаплас открыл дверь и быстрым шагом вошел в дом, добираясь до своего кабинета и хватаясь за перо. Раскрывая дневник исследований, который он вёл по делу Орстеда, он пролистал несколько страниц, подчёркивая некоторые строки, и на свободном листе записал новую магическую формулу. Орстед же медленно прошел за ним, не отвлекая от работы.

– Если в прошлой петле произошло вмешательство в ткань пространства такого уровня, что появились мироходцы, и в этом не замешаны Боги, значит это вмешательство могло произойти из будущего, до которого не достаёт твоя временная петля. Кто-то намеренно мог нарушить течение времени ради своей выгоды, но так как техника реинкарнации так же завязана на манипуляции времени, его ход мог полностью нарушиться и вызвать сбой… в это точке! – Лаплас поднял книгу и развернул в сторону Орстеда, показывая результаты формулы.

Из-за крупного нарушения потока маны, не свойственного привычной мировой петле и вызванного более нестабильной техникой, течение потоков маны могло исказить ткань пространства, проявляясь на всех техниках манипуляции временем и искажая их свойство из-за коллапса нескольких разных техник.

– Хм… Тогда это объясняет, почему я сейчас здесь, и как Рудэус Грейрат смог встретить себя из того будущего, которое мне не ведомо.

– Ты хочешь сказать, что кто-то ещё преодолел ход времени?

– Да, один из мироходцев встретил себя из будущего, который использовал собственную магию телепортации во времени.

– Тогда тем более, из-за столь разных техник, задействованных на одном отрезке времени могло поменяться и прошлое. – Лаплас ввёл небольшую поправку в формулу, получая соответствующий результат.

– Значит, это слишком многое меняет… Я вновь в начале своего пути мести над Хитогами. – Орстед тяжело вздохнул, садясь на ближайший стул и погружаясь в собственные мысли.