Это был первый раз за всю долгую жизнь, когда Бог узрел Внешние Миры. Точнее, Мир Людей, в котором тот оказался после прохождения барьера. Пёстрые луга усеяны величественными замками и бескрайними полями, на которых с улыбками на лицах трудятся множественные людишки. Прекрасный пейзаж, полный безмятежности и истинной красоты жизни.

«Отвратительно.» – Лишь промелькнуло в голове Безымянного, когда он свыкся с необычно ярким светом солнца. Оглядываясь по сторонам, он не чувствовал ничего, кроме глубокой зависти и тысячелетней обиды.

Не успел он понять, что делать дальше, как вдруг услышал позади себя: – Бог Человеческий-сама? Вы вновь пришли проведать нас? – Голос принадлежал молодой девушке в соломенной шляпе с косой в руке. Кажется, она вот-вот собиралась работать на поле.

– Я… – «Я не Бог-Человек, уж люди то должны знать своего покровителя? Только если не…» – как раз хотел похвалить вас. В этом году всё идёт успешно, не так ли?

– Да, Бог-сама! У нас никогда раньше не было столько пшена! – Радостно воскликнула фермерша, отложил косу и захлопав в ладоши. – Ваш совет с проведением каналов от центральных частей полей выручил нас с проблемой орошения!

– Не стоит, я же тоже за вас переживаю. – Слегка улыбнувшись ответил хитрец, довольно просто было втереться в доверие, если ты можешь прочитать судьбу стоящего перед тобой. – Я не выгляжу странно сегодня? Я переживал, что сам не свой в последнее время.

– Что вы, Бог-сама, вы так же белы и ослепительны, как всегда!

«Замечательно, значит я действительно так похож на Бога-Человека. Хаха, иронично.» – Спасибо тебе, но боюсь, мне нужно покинуть вас ненадолго. Хорошей работы. – С наигранной дружелюбностью сказал Безымянный, впрочем, его обманчивую речь сложно раскусить. Раскинув руки, он сконцентрировался на потоках окружающей маны. Её структура и плотность полностью разнилась с привычной в Мире Пустоты, напоминая больше фоновое течение, чем чёткий поток, но даже так найти источник особой энергии не составило труда для того, кто всю жизнь питался знаниями через судьбы иных. Растворившись в тумане, он плавно оказался возле своей цели.

– Ну привет, брат. – Первое что он сказал, смотря на фигуру, стоящую посреди одинокой горы. Мерзкое чувство, будто он видел отражение в зеркале, не покидало его, ведь действительно Бог-Человек был слишком похож на него: белая масса, отдалённо схожая с силуэтом человека, чьи эмоции можно понять только по очертаниям тела.

– Значит кто-то всё-таки пришел за тобой, верно? – Ощущение словно смотришь на отражение подкрепилось чувством будто говоришь сам собой, ведь голос Бога-Человека был точно таким же как у Безымянного, копируя его тембр, скорость и манеру речи. Лишь только он был куда жизнерадостнее.

– Что ты сказал? – Услышав подобный ответ, Безымянный тут же ухватился за нити маны и попытался прочитать судьбу стоящего перед собой, но Бог Богу ровня.

– Не придуривайся будто не услышал. Ты прекрасно понял мой вопрос.

– Хочешь сказать, что ты помнил обо мне всё это время? Знал, что я там взаперти обречён на вечное одиночество? – Спокойная маска вновь пошла по швам, трескаясь от накипающей ненависти и обиды.

– Да. Что это меняет? – Наконец силуэт повернулся лицом к лицу с Безымянным, смотря ему в глаза с лёгкой улыбкой, будто он не признаётся в том, что обрекал своего брата на вечную изоляцию, а рассказывает детскую сказку.

– Урод, да хоть знаешь что я!...

– Знаю. Хочешь подраться из-за этого? – Спокойно смотря на Безымянного, Бог-Человек сложил руки вместе и задумчиво уставился на его лицо, затем полностью оглядывая тело. Без особых трудностей увернувшись от кулака, пущенного в него со всей злобы, он оглянулся на гору, смотря как простого замаха начала трескаться и осыпаться порода. – Эй, остынь приятель, я думал ты понимаешь почему так случилось.

– Да что ты несёшь, а?! – Замахнувшись во второй раз, Безымянный вновь промахнулся, рассекая кулаком воздух с такой скоростью, что тот нагрелся и сжёг ближайшую траву словно сухую солому.

– Может поговорим без этих бессмысленных разрушений? – Невозмутимо сказал Бог-Человек, покрываясь тонким слоем пепла, подчёркивающим его силуэт.

Подняв взгляд и рассудив, что в подобном темпе он на самом деле ничего особого не достигнет, Безымянный стиснул кулаки и опустил руки, сурово отвечая. – Если твоя речь меня не впечатлит до глубины души, я разнесу весь твой никчемный мирок.

Кивнув, пепельная фигура смахнула слой гари с лица, возвращая сияющую улыбку. – Отлично, пойдёт. Заметил, как мы с тобой похожи? – Увидев сдержанный кивок собеседника, он продолжил. – Замечательно, я расскажу тебе почему. Видишь ли, на самом деле мы с тобой две идеальные формы существования. Как можно описать Драконью расу? Человек с когтями, чешуёй и крыльями. Небесную? Человек с крыльями. Демонов? Люди разных цветов и размеров, иногда с изменёнными конечностями. Морскую? Люди с плавниками, щупальцами и прочими атрибутами морских тварей. Зверолюди? Боже, да у них даже в названии есть «люди». Человек – это базис разумного существа, основа на которой строятся прочие разумные жизни и самая успешная среди всех форм. Не знаю, что там у тебя творилось, но во Внешних мирах именно Люди были первыми, кто зародил феномен языка, культуры, цивилизации, общества. Если бы не они, остальные бы остались тупыми дикарями. – По ходу рассказа его лицо медленно приобретало оттенки самодовольства, искажая казалось самую добрую улыбку в лицемерный оскал.

– Ты клонишь, что раз люди такие совершенные, то и их Бог такой же чудесный? – Уловил ход мысли, Безымянный подошел ближе к собеседнику и даже разжал пальцы, казалось вовлекаясь в ход диалога. В словах этого создания был смысл, как никак всех жителей Пустоты тоже можно охарактеризовать как «Человек с…».

– Верно, ты быстро схватываешь, брат. Я – совершенный Бог, воплощение самого понятия Бога. И ты такой же, потому что лишь такого можно было оставить следить за самой важной связующей частью Миров. Не держи обиду на своё одиночество, просто если бы ты оставил свой пост, то Миры бы просто умерли от неверного распределения маны.

– А моё бессилие тоже часть этого совершенства? – С долей иронии спросил Безымянный, становясь бок о бок с Богом-Человеком. Оглядывая простилающийся вид вплоть до горизонта, он видел ту самую разросшуюся совершенную расу, занявшую каждый уголок своего мирка.

– Это просто часть твоего механизма, сама суть твоего существования. Ты идеален в среде своего обитания, никто по сравнению с тобой не справился бы лучше. – Довольно сводя взгляд с лица собеседника, Бог-Человек с гордостью сам окинул взглядом свои земли.

– Да уж, учитывая, что я в той «среде» единственный. Точнее был таким, пока не создал свой мирок.

– Да ладно? Это же просто великолепно, ты, даже не имея сил выбраться, смог зародить свою жизнь. Думаешь, иные на твоём месте справились бы? Это и есть то совершенство, о котором я говорю. – Всё больше уходя в эгоистичные похвалы, Бог-Человек расплывался в мрачной улыбке, явно не подходящей такому белому созданию.

– Ага, я неплохо там ужился. Знаешь, я прекрасно понял, о чем ты. – Заинтересовав своего партнёра, они оба повернулись друг к другу лицом, взаимно улыбаясь и глядя в глаза. Со стороны можно было сказать, что дружнее и счастливее этого дуэта нет никого, словно никогда и не было никакой стычки двух врагов. Протянув друг другу руки, они крепко пожали их, продолжая взаимно улыбаться. – Я был уверен, что вы просто забыли обо мне. А оказалось, что среди вас есть просто поехавший башкой ублюдок.

Прежде чем Бог-Человек смог осознать смысл услышанных слов, его грудь была насквозь пробита тяжелым ударом. Не такая весомая рана для божества, если бы не одно но: крепко ухватившись за богоцвет, Безымянный вырвал его из тела самодовольного Бога, на его же глазах засунув тот в свою глотку, начиная с мерзким хрустом разжёвывать тот своими зубами. Ухмылка с лица Бога-Человека сползла так же неохотно, как его обмякнувшее тело по руке Безымянного, заливая всё белоснежной кровью. Слабо шевеля губами, тот в полном непонимании спросил: – По-почему же…?

– Потому что ты совершенный идиот. – Не желая дальше выслушивать противный его сердцу бред, проглатывая последние осколки богоцвета, Безымянный несколько раз размозжил белую голову о скалу, всё больше разрушая гору под ногами, не просто вызывая камнепад, а раскалывая массу горы на несколько неравных частей. Допинав угасший труп, он кинул его в середину образовавшегося разлома и вновь оглядел разрушающийся пейзаж. Тихая долина казалось бы и не особо заметила потерю своего божества. Внезапно почувствовав обрушающийся на него поток энергии, Безымянный упал на колени и завопил от пронзающей всё тело боли. Не удержавшись под натиском необузданной энергии, он вывернул свои ноги неестественным образом, чуть ли не складываясь пополам на земле.

«Что это чёрт возьми?! Как… как же мать вашу больно!» – Подумал он в первые секунды. В первые часы он продолжал кричать от острых ощущений, но на третий день его сил хватало лишь на мысли о пощаде. Лишь спустя неделю его непрекращающихся мучений он почувствовал, как поток маны успокоился, отпуская его тело. И вместе с этим он наконец понял, что произошло.

– Хах, значит раз я поглотил твой камушек, этот Мирок решил так сделать меня своим Богом?... Чертовски подлая однако система, я же мог и сдохнуть. Ладно, всё равно я хотел притвориться тобой, когда прикончу. – Поднявшись с колен, он быстро восстановился после травм, расправляя плечи и поднимая голову. Наконец на его лице вновь отразилась улыбка, полная лжи и обиды. – Получается, отныне я Хитогами.

…

– Ещё помнишь историю про Лапласа? Да, верно, уже тогда Бог Человеческий не был им. Зачем ему было помогать дракону? Хороший вопрос, особенно если учесть, что именно он подговорил демона убить Кристалла. Ладно, не надо заваливать меня вопросами, я наконец готов продолжить ту историю. На чем я остановился? Ах да, Лунария-сама…

Вернувшись после совещания, Лаплас с Богом-Драконом вошли в дом. Услышав странную тишину в ответ на приветствия, они пробрались в комнату Лунарии и застали по истине жуткую картину: комната, покрытая свежей кровью, большая лужа алой жидкости в центре неё и изувеченное тело женщины, закрывшей собой ревущего ребёнка. Жестокое убийство всеобщей любимицы и недолгой матери повергло в шок Лапласа, но больше досталось бедному Богу-Дракону. Не веря в увиденное, он жалобно завывал, прижимая к себе тело жены и маленького ребёнка, с застывшим в вихре бурных чувств лицом. В агонии замахнувшись на стену, он проделал в ней дыру невероятных размеров, сотрясая весь свой мир невероятной жаждой убийства. Лишь невредимый сын смог привести его в чувства, вымолвив жалкое: – Лаплас… Собери драконов-генералов, найдите убийцу.

Несколько дней драконы искали следы убийцы, натыкаясь на сомнительно очевидные улики. Расследование не то, что было простым, оно завершилось в мгновение ока. Похоронив останки Лунарии за это время, Бог-Дракон немногим пришел в себя, продолжая испускать жажду крови. Итоги расследования наводили на четыре имени, на самых полезных специалистов из иных Миров. Недолгим обсуждая подозреваемых, они внезапно получили помощь со стороны: Бог Людей явился на собрание. Заверив, что он не может стоять в стороне, когда его дочь убили, он осмотрел список самостоятельно и навел на занятную мысль: вероятно, из-за сближения между мирами, они узнали о исследованиях телепортации драконов, что не могло не ввергнуть их в ужас. Поняв, что Лунария может быть ключом к этим знаниям, они затеяли её убийство, безжалостно лишив жизни из-за страха и зависти. То, как легко складывался пазл, могло удивить стороннего слушателя, но желающие лишь мести не стали сомневаться в этой теории.

Собрав войска, Бог-Дракон начал своё вторжение в прочие миры, беспощадно уничтожая один за другим в своей слепой ярости, убивая каждого Бога на своём пути за свою потерю. Мир ступил в эпоху настоящего хаоса…