Сезон 1 Эпизод 9 Режиссёрская версия.

Начало.

(Примечание: Ниже приведён небольшой фрагмент из рассказа "Истории о королевском отборе Фельт-чан", написанного Tappei. Переведено Witch Cult Translations. И эксклюзивно отредактировано мной, чтобы соответствовать сценарию этого фанфика.)

Сцена освещается роскошной дверью, из-за которой раздаётся голос.

" Вот она", — говорит мужчина, когда дверь начинает открываться.

"Хм", — сухо отвечает женский голос.

Пройдя через дверной проём, когда Райнхард открыл дверь, Фельт впервые вошла в его комнату. Она огляделась, осматривая интерьер, но её встретила унылое мрачность.

Рыцарь, стоявший рядом с ней, застенчиво произнес: "Может, это и не выглядит чем-то особенным, но…"

" Ты прав, ничего интересного", — Фельт без малейшего колебания оборвала его.

" Вы весьма критичны", — Райнхард выдавил улыбку и позволил девушке продолжить осмотр его комнаты.

Глаза многих расширились, они не ожидали столь мгновенной перемены в восприятии.

"Бетти хотела бы увидеть, как поступит её подрядчик после того гневного взгляда, который он бросил на неё..." — Беатрис громко и отчётливо выразила своё разочарование с раздражением.

"Похоже, мы не сразу начнём с Субару Нацуки…" — Юлиус выглядел всё более заинтересованным. "Но почему именно эти двое? Почему именно сейчас?" — вопрос рыцаря вызвал лёгкий кивок голов Отто и Гарфиэля, которые тоже выглядели всё более заинтересованными.

"Более того…" — Отто задумчиво указал на экран, заслужив взгляд Эмилии. — "Когда именно это происходит?"

Эмилия перевела взгляд с министра внутренних дел на кандидата, который находился в центре экрана над ними. "Фельт? Ты помнишь это?"

Блондинка привлекла к себе внимание, которое явно не понравилось, поскольку она молча и безразлично смотрела. "Да… Это случилось вскоре после поединка между рыцарем этой сучки-купчихи и старшим братом…"

Сидевший рядом с ней рыжеволосый рыцарь тоже слегка нахмурился, что вызвало недоуменные взгляды Петры и Фредерики.

"Я позволил Фельт-сама ознакомиться с особняком моей семьи... Поскольку весь особняк будет находиться под её властью до конца её участия в выборах..." — мрачно сказал Райнхард, из-за что Юлиус слегка фыркнул.

"Ты говоришь это без должного энтузиазма и благоговения… Что-то не так?" Юлиус был прямолинеен и беспощаден, когда речь заходила о Райнхарде как о рыцаре среди рыцарей.

"Боже, как же ты беспокоишься за друзей, Юлиус-кун~", — Анастасия хихикнула, когда очаровательный мужчина попытался поговорить со Святым Мечом о том, что его беспокоит.

"Не думаю, что… После всего, что случилось с Субару…" — Райнхард невольно отвёл взгляда от той части зала, где находилась Эмилия, боясь снова увидеть спящего юношу. "Эта сцена не будет одним из моих лучших моментов…"

"У тебя не было возможности даже подумать о том, что с ним что-то может случиться…" — твердо вмешался голос Вильгельма, несколько подкрепляя чувство вины его внука.

Но внезапно внимание всех переключилось, когда сверху заговорила третья Астрея.

"Похоже, что бы нам ни показывали, это гребаное чудовище кому-то портит жизнь. Считайте, что я впечатлён тем, как быстро всё это дерьмо обострилось". Хейнкель действительно умудрился заслужить сердитые взгляды от Феликса, Юлиуса и особенно Фельт, когда он, опёршись на ладонь, смотрел на экран, не обращая на них ни малейшего внимания.

С этими мыслями Фельт обвела взглядом комнату и остановила свой взгляд на часть стены. Только это место производило несколько иное впечатление по сравнению с комнатой младшего ученика. На стене висел меч, который выглядел практично. Фельт с любопытством разглядывала его.

" Что это за меч? Он совсем не похож на тот, который ты всегда с собой носишь".

" А, да. В отличие от Меча Дракона, это всего лишь безымянный меч".

Райнхард отвёл взгляд от обращенных на него вопросительных взглядов. Даже Вильгельм, казалось, заинтересовался историей о мече, поскольку Феликс услышал его шёпот себе под нос.

"И что же может значить для вас такой меч, Райнхард-доно..." Вильгельм выглядел несколько более заинтересованным, чем показывал.

С этими словами Райнхард погладил рукоять меча, вставленного в белые ножны, висящие у него на поясе. Меч, который он всегда носил с собой, был связан с легендой, согласно которой, что он убил саму Ведьму.

Фельт продолжала смотреть на рыцаря с нарастающим любопытством, гадая, зачем ему до сих пор хранить такой безымянный и ненужный клинок, когда такая легенда всегда висит у него на поясе.

" ...Мой отец изготовил этот меч для меня, когда я был ещё совсем ребёнком", — сказал Рыцарь, отвечая на её вопрос.

" Хм." Услышав его слова, Фельт прищурилась, глядя на отполированный меч, за которым тщательно ухаживали.

На экране появилось изображение, как Фельт с презрением смотрит на Хейнкеля, когда он лично встречал её после объявления её кандидатуры.

Возвращаясь в сегодняшнему дню, когда блондинке показали аккуратно размещённый на стене меч, она почувствовала то же презрение, что и к отцу Райнхарда.

Глаза расширились от удивления, когда раскрыли дорогие для сердце Святого Меча воспоминания.

"Э-э…" — Круш первой одобрительно хмыкнула. — "Я не думала, что Святой Меч сентиментален. Это приятный сюрприз".

Эмилия осмелилась кивнуть в ответ на заявление Круш, ощущая огромную поддержку со стороны мужчины, чьи дороги сердцу воспоминания об его отце. "Значит ли это, что… отец Райнхарда раньше был хорошим отцом…"

Полуэльфийка посмотрела на рыцаря, слегка нахмурившись, и чем больше она смотрела на него и его разбитую семью, тем больше узнавала о нём. "Что пошло не так?"

Она видела, как Вильгельм, чувствуя вину, отвёл взгляд от меча. Было ясно, что Старик даже не знал о существовании меча, не говоря уже о том, насколько он важен для Райнхарда.

А затем взгляд Эмилии упал на человека, создавшего меч для своего сына. Человека, который, казалось, когда-то поддерживал своего ребёнка, человека, который заботился о Райнхарде.

Но она не увидела этого человека в ту секунду, когда встретилась с ним взглядом.

"Эта хреновина всё ещё цела? Твоя проблема, что ты держишь её на стене?" Хейнкель выглядел совершенно оскорблённым существованием меча. "Держишь её на стене, как будто я что-то сделал для поддержки такого зверя, как ты… Сними её, блядь, как только мы уберёмся отсюда!"

Глаза Рейнхарда смотрели в пол, в них отражались различные эмоции, которые он пытался контролировать.

"Да, отец", — тон Райнхарда привёл Фельт и остальных окружающих в ярость.

"Да ладно тебе, приятель…" — Ал, казалось, хотел убрать напряжение, гнетущего Астрею. — "Тебе действительно так жаль?"

Хейнкель пренебрежительно отмахнулся от слов рыцаря, желая выпить немного спиртного и отвлечься от всего окружающего.

"Это было совсем некрасиво, Хейнкель-сама!" — Шульт бросил на мужчину рядом с собой хмурый взгляд. — "Вы должны быть порядочным отцом!"

Хейнкель сделал вид, что для человека его возраста было почти как закатывания глаз, и отвернулся от Шульта, не желая ссориться с ребёнком из-за его поведения.

" В любом случае, ты прочитал много книг, которых я не могу понять".

Фельт сменила тему, достав несколько книг с полки, прежде чем, не дожидаясь совета, легла на кровать, и принялся листать страницы. Все книги были либо историческими, либо научными.

Заметив позу Фельт, Рейнхард поднёс руку ко лбу.

"Ваши манеры не подобают для леди, Фельт-сама".

"Даже настоящую леди не будет волновать, как на неё посмотрят другие, когда она находится в своём особняке и только что вышла из ванны".

"Это не совсем так. Вам следует начать думать об этом как о чем-то подобном".

"Откуда ты взял, что это „не совсем правда“, а? Это написано в каких-то непомерно длинных книгах? Звучит как-то подозрительно".

Рейнхард придержал язык за зубами, когда Фельт, приподнявшись, переворачивала простыни. То ли потому, что она обвинила его в отсутствии доказательств, то ли потому, что упомянула о достоверности его книг, – неизвестно, что из этого зацепило его.

"Это звучит совсем не так, что у нашей у нашей Эмилии-самы, когда она начала свой путь с мастером Розвалем", — Рам задумалась, заслужив лёгкий удивлённый кивок молчаливого господина, сидевшего рядом с ней.

"Эмилия-сама всегда была той, кто настойчиво добивалась немедленного начала учёбы", — в голосе мужчины на мгновение прозвучала нежная нежность, пока Рам не вздрогнула рядом с ним.

"Правда, старшая сестрёнка?" — Фельт с интересом посмотрела на полуэльфийку, пытаясь выпустить пар от гнева на Хейнкеля. "Ты что, начала учиться только после того, как с тобой случилась эта хрень с королевскими выборами?"

Эмилия, казалось, покраснела от внезапного интереса со стороны кандидата и остальных. "Э-э… Ну… в детстве я не особо общалась с людьми… П-поэтому мне нужно было учиться как можно больше, когда Розваль встретился со мной и сказал, что я должна стать королевой…"

"Недоумка, не имеющий элементарных знаний", — фыркнула Присцилла. "Как будто я хочу еще больше поиздеваться над собой, позволив такой простолюдинке бороться за мой трон".

"Не обращай внимания на эту стерву…" Фельт покачала головой в ответ на слова высокомерной дамы и посмотрела на Эмилию с некоторой фамильярностью. "Я просто рада, что ты не пихаешь мне в лицо то, что тебе нравится учиться. Мне не нужен ещё один повод для Рейна меня злить".

Эмилия смущённо потёрла щеку, не зная, как на это ответить.

Тем временем Рем и Рам с содроганием переглянулись, вспоминая, сколько уроков им пришлось пересказать полуэльфийке, потому что Эмилия не помнила большую часть своих занятий.

"Эмилия-сама — трудолюбивая ученица… Но не слишком умная…" — прошептала Рем себе под нос. "Или самая думающая…"

"Что это было, Рем?" — Эмилия с любопытством оглянулась. "Извини, я не поняла, что ты шепчешь".

"Это ничего важного, Эмилия-сама…" Рем одарила её самой тёплой улыбкой, на которую была способна, из-за чего Эмилия слегка нахмурилась.

"Ты можешь поговорить со мной, знаешь ли... Я понимаю, что была с тобой довольна груба во время нашей прошлой встречи, но..." Эмилию перебила Рем, покачавшая головой и грубо хихикнувшая.

"Не беспокойтесь ни о чём из этого, Эмилия-сама… Как сказал бы Субару-кун, много воды уже утекло, . Полуэльфийка, казалось, не заметила грубой улыбки служанки, и на её лице отразилась лёгкая радость.

"Спасибо, что простила меня, Рем! Ты действительно лучшая".

Анастасия наклонилась к уху Рем и небрежно прошептала:

"Я тебя услышала… И, увидев это взаимодействие, я не виню твоё лицо за то, что оно так изменило цвет…" Анастасия указала на ничего не подозревающую полуэльфийку, которая смотрела в окно с лёгкой улыбкой, которая, как оказалось, подняла ей настроение.

После этого Фельт села на кровать, скрестив ноги, а Рейнхард придвинул стул к своему столу и сел перед ней.

"И? Что ты хочешь мне сказать?"

"Позвольте мне кратко отчитаться. Сегодня в замке мне официально сообщили о моём назначении. В течение следующих трёх лет, до завершения Королевского отбора, я буду переведён с должности Королевского стража на должность рыцаря, который будет находиться рядом с вами. Что со мной будет дальше, определится ходом Королевского отбора, но я с нетерпением жду возможности работать с вами. Хотя у меня совсем мало опыта…"

"Прекрати свои излишне формальные разговоры. Я уже наслышана об этом вчера, да и после дуэли тоже, так что у меня уши чешутся". Фельт потёрла висок.

Она вспомнила вчерашние события, думая, что перемена выражения его лица может быть связано с темой, связанной с замком, или ещё с одной темой, связанной с Королевским отбором...

" Ты случайно не выглядишь грустным из-за чего-то, связанного со вчерашней дуэлью?" — спрашивает Фельт, пристально глядя на него.

" Я... не могу этого отрицать. Нет, это связано".

"Дуэль!" Глаза Фельт расширились, когда она вспомнила разногласие, произошедшее в большом зале дворца. Инцидент был показан с её точки зрения, от заявления Субару до гнева на лицах всех рыцарей, которые считали юношу позором своего ордена.

"Хм… Разве это не та дуэль, где Юукилиус оступился и выместил свою злость на каком-то глупом мальчишке?" Голос Хейнкеля прозвучал, словно хриплый земляной дракон, пытающийся родить в безмолвной комнате.

"Да… Это было между Субару и Юлиусом, отец", — ответил первым Райнхард, чтобы как можно быстрее прекратить расспросы.

Ещё до того, как Хейнкель решил просветить всех, что, будучи заместителем командующего, он не осведомлён о поведении своего рыцаря, в комнате уже царило напряжение из-за упоминания о дуэли. Юлиус, казалось, был особенно расстроен, хотя и не спускал своего сурового взгляда с окна наверху.

Он игнорировал мимолётные взгляды Рем и Петры, из-за которых другие девушки чувствовали себя неловко и отворачивались.

"Чёрт", — продолжал Хейнкель, не обращая внимания на напряжение, которое пытался снять Райнхард. "Это тот бродяга, что спит вон там на сиденьях?" Он с отвращением указал на Субару. "Счастливчик вырубился, пока мы вынуждены смотреть на это дерьмо… Он серьёзно заслуживает этой взбучки, и даже большего".

"Да никто тебя и не спрашивает, в самом деле!" — Беатрис повернулась на коленях у Субару и гневно посмотрела на мужчину. "Закрой рот и наблюдай, чтобы понять, в чем ему совсем не повезло: то, что он здесь, или то, что он спит, я полагаю!"

"Эй, следи за…" Хейнкель оборвал себя, как только баронесса рядом с ним бросила на него раздраженный взгляд. "Я имею в виду… извините, я не знаю этого парня. Позвольте мне помолчать, чтобы мы все могли смотреть дальше…"

Райнхард удивился, увидев, как его отец покорно отбросил гнев лишь из-за взгляда Присциллы. Он на мгновение встретился взглядом с Вильгельмом, намекая деду на подозрительность союза их родственника с красной принцессой.

Беатрис моргнула, так внезапно одержав победу в споре без особых проблем. Не имея практически никаких действий, она фыркнула и откинулась назад… Всё ещё, казалось, сбитая с толку внезапной переменой в поведении мужчины.

Когда она вспомнила все, что ей было нужно, она снова сосредоточилась на Рейнхарде.

"Ты знаком с ними обоими, да? А я знаю только этого парня", — сказал Фелт.

"Юлиус взял на себя ответственность за беспорядки, и рыцарь-командор отдал приказ об отстранении его от должности. К счастью, он невредим, но… я полагаю, он упрекает себя за свои бесчестные поступки".

Она моргнула. "Хм".

"И речь идёт о Субаре, нашем общем друге, но сейчас он находится в особняке другой кандидатки, герцогини Круш Карстен. Хотя я не знаю, почему он там остановился".

"Если оставить в стороне вопрос, был ли этот мальчик "нашим" другом, почему всё так обернулось? Он же сражался за девушку-полуэльфа, верно?" — спросила Фельт с любопытством, смешанным с недоумением.

Однако, если говорить точнее, она думала, что мальчик боролся за свою уверенность в своей правоте, потому что хотел в это верить.

Хотя Субару и оказался в довольно сложном положении, для Фельт он был кем-то вроде спасителя. Правда, инцидент с охотницей за кишками мог бы иметь ужасные последствия, если бы его не было.

Эмилия тут же поморщилась, услышав, как была описана дуэль. Похоже, это заметила блондинка рядом с ней, которая вздохнула.

"Всё в порядке, старшая сестрёнка… Все, у кого есть мозги, знали, что он на самом деле не за твою честь сражался, или что за чушь он тогда нёс. Старшему брату пришлось многое пережить… Думаю, ему позволили совершить глупость... Даже если это стоило ему побоев", — пробормотала Фельт себе под нос, пока Эмилия с удивлением смотрела на неё.

"Я… Дело не в этом… Я не хочу, чтобы Субару пострадал только потому, что он не смог мне как следует довериться… Я просто помню нашу ссору", — Эмилия нервно потёрла подол платья. "Мне ооочень не нравится, как я оставила его в столице… И я боюсь того, что он сделает после той ужасной… Ужасной последней смерти с Гёзом…"

"Кажется, ты знакома с этим монстром…" — поинтересовалась Фельт, прерывая виноватые мысли Эмилии.

Обе девушки посмотрели друг на друга, вспомнив смех зелёного архиепископа, когда Субару был так окончательно сломлен.

"... Что ж, если ты не хочешь, чтобы я знала, то не скажешь ничего", — Фельт пожала плечами, а Эмилия, сжав губы, словно избегала её взгляда. "Но не стоит всё валить в одну кучу… Когда-нибудь тебе придётся столкнуться с этим лицом к лицу".

"Спасибо, Фельт…" На лице Эмилия не отразилось облегчение, когда взглянула на светловолосую кандидатку. Она просто держала пустой драгоценный камень у шеи, пока экран продолжал работать.

Когда размышления Фельт достигли определённой точки, ей в голову пришла ужасная мысль.

"Это всего лишь предположение, но ты ведь не пошёл утешать мальчика, верно?" Любопытные глаза Фельт сменились тревогой.

" Нет, вы правы. Я считаю, что его физическое и психическое состояние загнано в угол…"

В ответ Фельт лишь скривилась и хлопнула себя ладонью по лбу. "Фу, как я и думала, ты действительно должен было это сделать! Неужели ты не понимаешь, что этим только сыпешь ему соль на рану?!"

"Прости, ня…" Феликс поморщился, впервые за всё время высказавшись громче Райнхарда и Фельта.

Райнхард с любопытством посмотрел на друга: "Зачем тебе извиняться, Феррис?"

Целитель опустил уши, едва встретившись с взглядом Рейнхардом, полным доверия. "Мне даже приятно, что встреча Субару-куна с тобой произошла именно тогда, когда он отстаивал свою гордость под крышей Круш-самы… Я вроде как убедил его встретиться с тобой, слегка подтолкнув его словами, ня".

"Зачем, чёрт возьми, ты это сделал, ублюдок?!" — тихое рычание Фельт привлекло внимание Юлиуса и Отто в конце ряда. Гарфиэль и Петра уже сверлили целителя взглядами, не слушая его.

Феликс вздрогнул, увидев удивлённое выражение лица Райнхарда и мимолётный взгляд, который бросила на него Круш со своей стороны первого ряда.

"Я-я... Ферри-тян подумал, что будет лучше, если Субару-кун бросит всю эту рыцарскую затею... Это загоняло его в мрачное состояние, которое заставляло его сломать врата, которые исцелял Ферри-тян..." Феликс вздрагивал снова, когда Рем посмотрела на него сбоку.

"Ты хотел, чтобы Субару-кун сдался и извинился перед Величайшим рыцарем, лишь бы убрать с пути господина слабака, который тебе не нравился". Слова Рем были безжалостны и глубоко ранили его, что было ясно по тому, как сплющились его кошачьи уши.

"...Ферри-тян не знал, как сильно он страдал в одиночестве..." Его слова, казалось, не имели значения для тех, кто пристально смотрел на него.

Однако кто-то протянул руку, чтобы похлопать его по колену, что вызвало у него удивленный взгляд.

"Субару не хотел бы ни с кем встречаться, если бы не искал способа залечить свои раны", — сказал Райнхард с нежной улыбкой на лице, чтобы утешить целителя. "Его встреча со мной — не твоя вина".

Феликс даже не ответил, поскольку рыцарь перед ним не был заинтересован в ответе. Райнхард снова отвернулся и посмотрел в окно, совершенно забыв о признании Феликса.

"У тебя кое-какие проблемы, приятель". Фельт покачала головой и вздохнула, не видя необходимости продолжать обсуждение этой темы после того, как её рыцарь вмешался и спас мальчика с кошачьими ушами. "Серьёзно, надо с кем-нибудь поговорить о них".

Феликс уставился в пол, держась за подол платья, когда Фельт отвернулась от него.

Глядя на озадаченное выражение лица Райнхарда, Фельт впервые посочувствовала симпатию к Субару. Она поняла, почему Райнхард выглядел таким обескураженным из-за этого.

"Даже я посочувствовала бы старшему брату... Он ведь отказался с тобой встретиться, не так ли?"

"По крайней мере, он не отказался меня принять. Однако мой визит не увенчался приятным прощанием. Это печальный результат, учитывая, что мы какое-то время не сможем видеться".

"Я тебе сочувствую, Райнхард…" — Эмилия поймала себя на том, что слегка улыбнулась рыцарю, и в глазах её блеснула грусть. — "Жаль, что я оставила его в таких ужасных условиях".

"Думаю, твоя ссора оставила после себя гораздо худшие последствия, чем то, что я сделал, чтобы Субару сам себя загнал в угол", — Райнхард потёр затылок, заметив, как Эмилия скривилась. "Прошу прощения. Я просто хотел, чтобы ты поняла: Субару был не в лучшем настроении до того, как мы оба его бросили… Не думаю, что ты можешь позволить мне взять часть вины на себя".

"Взять вину?" Эмилия наклонила голову: "Райнхард, ты хочешь, чтобы я обвинила тебя в том, что ты бросил Субару?"

Райнхард грустно улыбнулся ей, почувствовав на себе множество взглядов, особенно Эмилии и Фельта. На лице Вильгельма, увидев внука в таком состоянии, промелькнула едва заметная обида.

"Если бы я старался быть рядом с ним усерднее, Субару не пришлось бы видеть столько трупов… Или притворяться безумным, чтобы избежать надвигающегося зла". Слова Райнхарда тяготили всех, кто его слышал.

"Это не твоя ответственность, Райнхард-доно…" Вильгельм попытался положить руку ему на плечо, но голос снова разорвал напряжение.

"Ты ведёшь себя так, будто это ненормально для такого неудачника, как этот монстр, дорогой отец". Тон Хейнкеля был полон злобы и ненависти. Его взгляд, устремлённый за спины всего второго ряда, устремился в голову Вильгельма.

"Перестань вести себя так, будто его вина несправедлива или что-то в этом роде. Это единственное, в чём ты был прав все эти годы", — сказал Хейнкель Вильгельму сверху, вызвав любопытные и шокированные взгляды тех, кого раньше раздражала бессвязная болтовня алкоголика.

Вильгельм промолчал, как и Рейнхард.

"Не думаю, что ты виноват…" — Эмилия, казалось, была уверена в своих словах, встретившись взглядом с Райнхардом. — "Мы просто… должны сделать всё возможное, чтобы увидеть, с чем он столкнулся, когда мы его оставили".

Взгляд Рейнхарда потускнел: слова отца подействовали на него сильнее, чем думала Эмилия.

"Разве мы уже не делаем этого, потому что не можем поступить иначе?" Слова Райнхарда глубоко тронули её.

Эмилия была вынуждена отвернуться от рыцаря с благоговейным выражением лица, не в силах заставить себя произнести хоть слово.

Райнхард поморщился от чувства вины, не проследив за своим языком, который говорил за него, и причинил серьезный вред одному из кандидатов, которого он поклялся защищать.

"Не надо", — скомандовала Фельт, бросив на него суровый взгляд, когда увидела, что он снова пытается обратиться к полуэльфийке. "Тебе не нужно об этом беспокоиться…"

Фельт снова была поражена унынием Райнхарда. Он был огорчённым враждебным разногласием с другом… его реакция была вполне человеческой.

"Похоже, даже в тебе есть что-то человеческое, раз ты расстроен из-за того, что вы расстались, не помирившись. Ты давно знаешь этого парня или что?" — спрашивает Фельт, наклонив голову.

Фельт пришлось откровенно поёжиться, услышав, как она говорит с рыцарем подобным образом. "Я только начала узнавать тебя…"

"Не думаю, что вы сказали что-то не так, Фельт-сама", — Райнхард попытался слегка улыбнуться, но не смог показать её блондинке.

Над ними послышалось тихое фырканье пьяного мужчины, сидевшего рядом с Присциллой.

"Чёрт возьми, эта девчонка показала ему, что он не сможет так легко найти счастье", — Хейнкель, довольный собой, смотрел в окно над собой.

Райнхард качает головой. "Нет, я встретил его в тот же день, что и тебя. Вчера, когда я снова встретил его в зале Королевского отбора, мы увиделись впервые с того дня".

Блондинка-воровка выглядела возмущённой от шока. "Что?! Тогда ваши отношения с ним — как клочок бумаги!"

"Долго ли я знал кого-то или нет, не имеет никакого отношения к моему уважению к нему. У Субару есть что-то, чего нет у меня, и одно это, несомненно, заслуживает моего уважения. Нет ничего особенного в том, чтобы признать человека, который тебе нравится, другом". Райнхард выразил своё мнение, глядя на её невозмутимым взглядом.

"Это звучит так мило…" Петра выглядела довольной рыцарем, не в силах удержаться от воркования по поводу остроумной логики.

"Это восхитительно. Кто бы мог подумать, что Святой Мечник подобен щенку без хозяина?" Рам не удержалась и посмеялась над ребячеством одного из сильнейших существ в их мире.

"Разве это не небольшое облегчение для вас, Хейнкель-сама?" — Шульт привлек внимание пожилого мужчины, указав на экран.

"О чём ты, чёрт возьми, говоришь?" Ответ пьяницы прозвучал так же грубо, как и ожидалось.

"Почему вы не видите, как ваш сын жаждет ласки?" Глаза Шульта были круглыми и невинными, в то время как пожилой мужчина смотрел на него усталыми и циничными глазами.

"Для такого, как ты, в этой истории нет ничего, кроме позора, который с него не смоется… Оставь его в покое, малыш". Хейнкель отвёл взгляд от мальчика, пристально глядя на чистый взгляд сына. "Кем бы ни был этот Нацуки Субару… Что бы ни нравилось в нём моему сыну… Это лишь приведёт к мучительной смерти этого мальчишки".

Услышав слова заместителя командующего, Ал слегка поперхнулся.

"Ты в порядке?" — Хейнкель сердито посмотрел на однорукого мужчину, между которыми сидела Присцилла, не обращая внимания ни на страдания своего рыцаря, ни на слова пьяницы, и со скучающим выражением лица смотрела в окно наверху.

"Звучит так, будто ты над ним издеваешься. Может быть, брат воспринял твои слова именно так?" — пробормотала Фельт, раздражённо взглянув на рыцаря.

Конечно, так и должно было случиться , подумала она про себя.

"Итак, сожаление терзает тебя, да… Что ты собираешься с этим делать?"

"Что мне с этим делать?" Он посмотрел на нее невинно.

Фельт вздохнула, уперла руку в бедро и ответила: "Я не буду возражать, даже если ты отложишь наш отъезд к себе домой. Конечно, если ты не можешь сосредоточиться на работе, потому что слишком волнуешься, что не помиришься с ним перед отъездом".

Она с сочувствием взглянула на Рейнхарда, когда он снова покачал головой.

"Нет, я благодарен за ваше внимание. Однако я в порядке. Я не могу позволить себе откладывать ваш первый шаг из-за моих собственных проблем".

"Я говорю, что трудно сделать первый шаг!" Она почувствовала раздражение и закатила глаза, услышав отказ мужчины.

Он слегка улыбнулся ей и продолжил: "Более того, я могу немного успокоиться, поскольку вы внимательно выслушали то, что я сказал".

"..."

"Ты не понимаешь" , — попыталась отчитать его Фельт, но потеряла дар речи, а его губы расплылись в улыбке. Однако его неизменное выражение безмятежности так и не исчезло.

"Подождите-ка…" — Отто привлёк внимание, задумчиво глядя в окно. — "Значит ли это, что… Если бы Райнхард-сама прислушался к совету Фельт-самы…"

Рейнхард опустил голову, принимая приговор со стыдливым выражением лица.

"Эй! Перестань выдвигать глупые обвинения!" Фельт тут же перешла к защите, сердито поглядев на Отто, после переведя взгляд на всех остальных кандидатов, которые смотрели в её сторону.

"Но мальчишка прав, — Анастасия, казалось, сердито посмотрела на Фельт. — Если бы Святой Меч-сан вернулся в этот период, чтобы помириться с Нацуки-куном…"

"Он смог бы помочь Субару-куну справиться с этим монстром..." Феликс расширил глаза и с ужасом посмотрел на рыцаря.

"Он бы тоже смог сразиться с Белым Китом…" — прошептала Круш себе под нос, бросив на рыцаря лёгкий любопытный взгляд.

"Рейнхард…" Эмилия, казалось, с пониманием посмотрела на рыжеволосого мужчину, когда она, отойдя от шока, перевела взгляд с окна на него.

Рыцарь держал кулаки упёртыми в колени, его костяшки пальцев были напряжены, кода он бил себя по коленным чашечкам, игнорируя всех вокруг.

"Видите, Эмилия-сама?" Рыцарь, не глядя ни на кого, прорычал себе под нос. "Я тот, кто подвёл Субару больше всех".

Эмилия последовала примеру Петры и Рем, одарив молодого рыцаря взглядом, полным жалости и горечи. Чувство вины, которое он принял на себя, в какой-то степени разделяют и девушки из окружения Субару.

"..." Юлиус отвёл взгляд, не желая осуждать друга. "Я не могу собраться с мыслями по этому поводу, но не могу вести себя так, будто Нацуки Субару оказался в таком отчаянном положении не без моей собственной воли, которая подтолкнула его к гибели…"

Именно Юлиус ранил Субару настолько, что ему потребовалась медицинская помощь в лагере Круш. Именно избиение мальчика привело к тому, что многие хрупкие части его разума начали разрушаться.

Он не может винить Райнхарда за то, что его там не было.

"Чёрт возьми, о чём они там болтают?" — спросил Хейнкель Ала, не желая расстраивать Присциллу, отнимая у неё время. "Почему этот парень, Субару, вдруг стал таким важным? Разве он не был каким-то ничтожеством, которому рыцари изрядно потрепали задницу, и всё?"

Ал вздохнул в шлеме и откинулся на спинку сиденья. "Тебе пора начать лучше вести себя как заместитель командира, приятель. Как ты хочешь, чтобы я объяснил тебе, чем он знаменит?"

"Какая, блядь, знаменитость? Почему ты всегда говоришь такими жуткими словами?!" — прорычал Хейнкель и отстранился от надоедливого мужчины и его дамы.

Его взгляд был в основном устремлён на Райнхарда внизу.

На мгновение его взгляд смягчался.

"Просто хочу посмотреть, заслуживает ли он такого выражения лица или нет..." Шульт не расслышал шепота Хейнкеля, сидевшего рядом с ним и внимательно наблюдавшего за всем происходящим.

Но Присцилла бросила на пьяного мужчину легкий взгляд, означавший, что она услышала его шепот.

Казалось, что его искренняя улыбка осталась там, за разрушенными стенами.

"Ну, я думаю, это нормально".

С этими словами Фельт качнула бёдрами и спрыгнула с кровати. Затем она встала на цыпочки перед Райнхардом, который смотрел на неё снизу вверх.

"Блин… Надо было тебя сильнее подтолкнуть…" — Фельт ударила себя ладонью по лицу, не в силах смотреть дальше из-за того, насколько всё это было раздражающе. "Старшего брата можно было бы спасти… Он бы мог не торчать в этой чёртовой пещере… Всё зависело от меня, Рейн".

Рыцарь покачал головой в ответ на решительные слова своей дамы.

"Я не позволю вам действовать так преждевременно, миледи. Это я удержал себя от того, чтобы пойти туда во второй раз".

"Потому что я плохо на тебя давилаа... Перестань пытаться снять с меня эту ответственность!" Фельт замахнулась ногой, чтобы пнуть его.

Рейнхард осмелился бросить на свою даму легкий раздраженный взгляд, не желая говорить об этом больше, чем это было необходимо.

"Вы оба можете разделить ответственность, я полагаю..." — прорычала Беатриса на них двоих, выведя Фельт из непокорного состояния с её рыцарем.

"Что, чёрт возьми, это должно значить?" Фельт оглянулась на духа, сидевший на коленях у Субару.

Беатриса бросила на блондинку осуждающий взгляд, намереваясь быть самой суровой среди остальных в лагере Эмилии.

"Ради Субару Бетти, надеюсь, его не постигнет та же участь, что и в прошлый раз, когда мы его видели", — слова Беатрис заставили всех в первом и втором ряду вздрогнуть, вспомнив, как в последний раз Субару погиб перед ними и как сильно он разозлился.

Беатрис продолжила, пристально глядя на Рейнхарда и Фельт.

"Потому что, какие бы страдания он ни испытывал, вы оба их разделяете, и это даже не обсуждается". Её тон был полон решительности и полной ненависти, когда она сердито посмотрела на кандидата и рыцаря.

"Беатриса…" Эмилия с ужасом посмотрела на сидящую рядом с ней духа, не веря, что она может быть настолько суровой.

Рем отвернулась от них, не желая снова стать жертвой той же ненависти духа, что и несколько просмотров назад. Рем и так приходилось вспоминать те моменты, когда она так хладнокровно и бессердечно пытала и убивала Субару… Осуждать других за то, что они не спасли его, было величайшим лицемерием, которого она не собиралась делать.

"Мы же закончили, да? По крайней мере, это был хороший способ скоротать время перед сном. А ещё я узнала, что мой великий рыцарь оказался ещё бесполезен, чем я думала".

"Бесполезный… это первый раз, когда меня так оценили".

"Тогда я скажу тебе это за все те разы, когда это оставалось невысказанным. Бесполезный, бесполезный, бесполезный!"

Фельт зевнула, повторив это слово три раза подряд. А затем Райнхард выдавил из себя смешок, вставая со своего места и открывая Фельт дверь своей комнаты.

Они оба не смотрели друг на друга, все ещё расстроенные, думая о том, что сказала им Беатрис.

Только Шульт слегка улыбнулся, наблюдая за их взаимодействием. "Они заботятся друг о друге немного больше, чем я ожидал. Как будто Присцилла-сама заботится обо всех, кто находится под её началом!"

Ал закашлялся, когда красная баронесса издала тихий недоуменный возглас. "Шульт, не порочь мою божественную любовь, приписывая её этим обезьянам вокруг нас".

"Простите, Присцилла-сама, но я не думаю, что вы обращались со мной иначе, чем эти двое", — сказал Шульт, указывая на Райнхарда и Фельт.

Пьяница рядом с ним тихонько хмыкнул, прежде чем на лице Присциллы отразилось отвращение из-за сравнения её с Фельт.

"Не порти время леди неподобающими сравнениями с уличными крысами, малыш", — прорычал Хейнкель и откинулся на спинку сиденья. "Какого хрена этот монстр будет делать с дамой, которая его всё равно оскорбляет? Радоваться? Он на такое не способен".

Шульт, нахмурившись, посмотрел на старика. "Почему вы так… постоянно злитесь на собственного сына, Хейнкель-сама? Это более чем жестоко…"

Хейнкель фыркнул, одарив Шульта честной, усталой улыбкой, за что заслужил любопытный взгляд Присциллы.

"Не то чтобы он не заслуживает немного жестокости за то, что сделал, малыш. Пусть этот монстр занимаеться своими делами и даже не пытайся к нему приблизиться". Слова Хейнкеля показались неправильными всем, кто их слышал.

Рам и Розвал презрительно посмотрели на мужчину, но отвернулись от лагеря Присциллы, не желая вмешиваться.

Сама Присцилла скрывала все свои эмоции за нейтральным выражением лица, пока она ещё немного понаблюдав за мужчиной, прежде чем снова перевести взгляд на окно наверху.

"Хейнкель-сама…" Шульт, казалось, был разочарован его словами, поэтому Хейнкель просто взъерошил розовые волосы мальчика рукой в перчатке.

"Забудь об этом, малыш".

Чувствуя, что он последует за ней в её комнату, если она ничего не скажет, Фельт ткнул пальцем в кончик носа Райнхарда прямо в тот момент, когда они вошли в коридор.

"Не ходи за мной. Я пойду спать. Тебе лучше поторопиться, лечь в постель и забыть обо всем этом".

"Я считаю, что вычеркнуть это из памяти было бы неверным поступком…"

"Когда наступит завтра, всё будет бесполезно, даже если ты перенесёшь свои сегодняшние неприятности на следующий день. В следующий раз, когда увидишь его, лучше извинись перед ним как следует. А до тех пор постарайся хотя бы по книгам научиться извиняться".

Сунув книги обратно Райнхарду, пока тот смотрел на неё широко раскрытыми глазами, Фельт толкнула растерянного рыцаря обратно в его комнату. После этого она попыталась уйти, не сказав ни слова.

Фельт, казалось, фыркнула на собственную шутку, пытаясь игнорировать вздрагивания Петры и Эмилии при упоминании о том, что Райнхард не сразу снова встретится с Субару.

Она толкнула Райнхарда в плечо, чувствуя, как напряжённая рука не поддаётся её не слишком осторожными усилиями.

Рыцарь чувствовал это в любом случае, и его тело наклонилось вбок в её сторону, что служило доказательством.

"Фельт-сама."

Когда её окликнули, Фельт сдержала желание цокнуть языком и замерла на месте.

"...Что?"

"Большое сам спасибо. Я буду очень признателен, если вы снова уделите мне немного времени, чтобы поговорить с вами ещё раз".

"Ты…!"

Рейнхард с невинным видом пригласил её к себе в комнату вечером.

Фельт высунула язык, одна её половина была раздражена, а другая покраснела от его беззащитности.

"Какая разница, идиот!"

Выругавшись, она потопала в сторону своей комнаты… с румянцем на щеках.

"Надеюсь, вам понравился этот счастливый момент, два придурка", — Беатрис сердито посмотрела на них обоих, прижимая к себе Субару, словно защищая его.

Фельт и Райнхард отреагировали на эти слова совершенно по-разному, одарив зал лёгким раздраженным взглядом и виновато нахмурившись. Однако оба отказались прямо отвечать или оспаривать слова Беатрис.

"Беатрис… Пожалуйста…" — Эмилия попыталась взмолиться о каком-то милосердии, чтобы они вдвоём могли обрести подобие покоя, наблюдая за остальными, но гневный взгляд духа на мгновение обратился на неё, дав Эмилии намёк на то, что дух сдерживался, чтобы не выругаться на всех остальных в комнате, включая и саму Эмилию.

"Оставьте меня в покое, я полагаю".

Эмилия опустила руку на колени и позволила себе нахмуриться, низко опустив голову.

(На этом побочная сцена истории заканчивается. История гораздо обширнее, поэтому, пожалуйста, перейдите на сайт Witchcult translations, чтобы прочитать полную версию. А теперь приступим к эпизоду.)

Сцена начинается со сжатых рук Рем и Субару, а закат освещает плитки мощёной дороги, по которой они шли.

Глаза многих округлились, когда экран изменил повествование и показал идущих вперёд Рем и Субару.

"Опять все изменилось!" — воскликнула Мими сзади, заслужив недоуменный взгляд Шульта, сидевшего сзади.

"Он часто так делает? Разве это не жутковато… Чтобы такое большое окно постоянно следило за нашими близкими?" Шульт выглядел неуютно из-за того, что в окне над ним видны ещё два человека, помимо Святого Меча и его учителя.

"Ты справишься, приятель", — усмехнулся Ал и откинулся на спинку сиденья, готовясь к предстоящему долгому периоду невзгод. "А теперь садись на свое место, Шульт-кун. Это будет очень неприятное зрелище…"

Шульт на мгновение смутился, а сидевший рядом с ним мужчина недовольно шмыгнул носом.

"Я знаю, что принял эту странность гораздо быстрее, чем любой из вас… Но почему лицо этого ребёнка не показано должным образом?" — раздражённо заметил Хейнкель.

"Субару-кун…" — Рем прижала руку к груди, вспомнив красное блеск в его зрачках, когда она в последний раз видела его в том окне. После его смерти, когда он застыл, прижимая её тело к себе. "Пожалуйста, не делай ничего опрометчивого… Мне так жаль…"

Круш и Эмилия отвернулись от Они, стараясь как можно сильнее наклониться вперёд, чтобы снова увидеть его лицо. Рука Эмилии, словно змея, сжала спящую руку Субару так крепко, как всегда, стараясь не дать ей ещё больше силы, иначе руку придётся лечить заново.

Отдаляясь от них, кадр показывает величественные садовые ворота и дорожку. Элегантно одетый мужчина с аккуратной светлой причёской спускается по ступенькам повозки, припаркованной на дорожке усадьбы.

"Если цель Круш-сама будет достигнута, я уверен, что это удовлетворит ваши желания, Вильгельм-доно. Я ожидаю лучшего", — блондин искренне улыбнулся Вильгельму.

"Значит, Рассел Феллоу-сан уже имел с тобой дело ещё до того, как я обратилась к нему об этом через его сеть…" — размышляла Анастасия, заслужив этим короткий взгляд Круш. "Я всё думала, как Натсуки-кун умудрился так легко заключить сделку с главой Торговой гильдии, прежде чем я появилась и подсластила ему сделку…"

Стальной взгляд Круш заставил королеву торговцев немного отступить и переосмыслить свою точку зрения более чётко.

"Я просто говорю... Детишки с удовольствием использовали его способности, чтобы манипулировать всеми нами..." Анастасия отвела взгляд от обиженных взглядов, которыми Юлиус и Отто обменивались. "Это такая отвратительная способность... Ужасно, когда девушке приходится полагаться на знания, которые она, возможно, уже знала..."

"На что бы вы ни жаловались, Анастасия-сама," — Круш тут же прервала ход мыслей Анастасии твёрдым голосом, —"Позвольте мне сказать, что Нацуки Субару никогда не использовал это отвратительное проклятие, которое захватило его душу, чтобы получить зловредное преимущество над кем-либо из тех, кого он когда-либо знал".

Губы Круш изгибаются в лёгкой дразнящей улыбке. "Вы проиграли пять разных пари, основываясь на том, что он всё-таки не воспользуется своим преимуществом".

Анастасия закатила глаза и тихонько хихикнула, чем подняла настроение членам своего лагеря, которые и так были напряжены из-за тревожного выражения на лице Рем.

"Судя по виду этой хорошенькой синей горничной, полагаю, наш парень сделает неправильный выбор, а?" — прошептал Рикардо свой вопрос Тиви, сидевшему рядом с ним.

Маленький тактик лагеря Хосин тихонько хмыкнул и кивнул головой.

"Ах, черт…" Рикардо устало вздохнул и наклонился вперед на своем сиденье, желая проявить должное уважение, по крайней мере, наблюдая за этой растраченной впустую жизнью со всем своим вниманием.

"То есть… Было очевидно, что это не тот самый, не так ли?" — Мими пожала плечами, заслужив мельком взгляды Гарфиэля и Отто. "Большой Босс ещё не встретил Кита…"

Её тон был не таким возбуждённым, как обычно, но для тех, кто слышал её слова, это не имело значения. Сердца Гарфиэля и Отто мгновенно сжались, и они тут же переглянулись и посмотрели на окно над собой.

"Думаешь, Кэп умрёт от этой штуки, Отто-бро?" — Гарфиэль не стал тратить время на вопросы и всё больше взволнованно глядел на экран.

Отто молчал и наблюдал, и на его лице застыло выражение беспокойства, которое было нелегко скрыть.

Двое пожилых мужчин тут же обернулись и увидели черноволосого молодого человека с пронзительным взглядом, который шёл по территории особняка в их сторону, держа за руку встревоженную синеволосую служанку.

"Как необычно тебя видеть!" — прокомментировал блондин и улыбнулся черноволосому парню.

"Прошу прощения. Я казначей столичной гильдии торговцев. Меня зовут Рассел Феллоу. Приятно познакомиться", — Рассел скромно поклонился, затем медленно поднял голову и загадочно ухмыльнулся, глядя на мальчика. -"Нацуки Субару-доно".

Мальчик ничего не сказал… Он не ответил. Он лишь наблюдал вместе с Вильгельмом и Рем, как главный казначей гильдии сел в свою повозку и выехал из сада.

"К-как он узнал имя Субару?" — спросила Эмилия, сильно беспокоясь о том, что лицо её рыцаря скрыто, и желая сохранить хоть какое-то подобие контроля.

"Разве он не должен заниматься своими делами с леди Карстен?" — наконец заговорила Фельт после долгого молчания, подозрительно глядя на блондина в окне. "Что ты знаешь об этом парне, Рейн?"

"..." Рейнхард пристально посмотрел на мужчину.

Рам почувствовала, как её хозяин внезапно напрягся из-за возросшего внимания к Расселу Феллоу, по причинам, которые ей, конечно, были неизвестны, но она видела множество писем, которыми обменивались истинным лицом Торговой гильдии и её собственным хозяином во время её пребывания в старом особняке.

Разумеется, её хозяин заговорил, чтобы сбить всех со следа, который она взяла много лет назад.

"Он влиятельный политик, Эмилия-сама~ааа~. Он уже положил глаз на Субару-куна, потому что эта история казалась лёгкой возможностью сблизиться с другим лагерем. Субару-кун ведь объявил себя твоим рыцарем перед троном и советниками после всего этого". Розваль дружелюбно улыбнулся, но его взгляд втайне сосредоточился на Круш и Райнхарде, изо всех сил пытаясь уловить в их глазах хоть малейший намёк на то, что их Божественная Защита, Чтение Ветра, способна прочесть его мысли.

"Технически я не лгал о частичной мотивации Феллоу…"

Первым его объяснение восприняла Фельт. "Значит, он хочет использовать старшего брата и обмануть его? Райнхард, больше никаких сделок с этим парнем".

Райнхард кивнул, отворачиваясь от магов наверху и глядя на свою даму. "Я же предупреждал вас, леди Фельт. Этот человек очень…"

"Больше никаких сделок с этим парнем", — повторила она, не теряя ни секунды на любые упрёки, которые мог высказать её рыцарь.

"Я понимаю, Фельт-сама", — Райнхард осознал серьёзность намерений своей дамы, когда она с ненавистью посмотрела на мужчину на экране.

Эмилия лишь нахмурилась и погладила Субару по руке. "Никто не будет использовать моего рыцаря, когда я его верну", — беззвучно прорычала она, глядя на экран с чистым гневом. "Он не виноват, что его оставили совсем одного, потому что я решила, что ему лучше держаться подальше… За ним охотились, хотя он больше не имел ко мне никакого отношения?"

Возмущение Эмилии было встречено лёгким насмешливым фырканьем единственного опытного политика, сидевший рядом с ней.

"Тебе нужен серьёзный урок политической социологии, если ты думаешь, что этот мальчишка когда-нибудь выйдет из твоей тени после того спектакля в королевском зале, в котором он принял участие". Круш устало посмотрела на Эмилию, ожидая от неё большего.

Полуэльфийка сжала бессознательную руку сильнее прежнего, отведя взгляд от своей соперницы за трон. Легкий румянец украсил её щеки.

"Вильгельм-сан, кто это был?" — скучающим тоном спросил Субару, продолжая смотреть на движущуюся карету.

"Рассел Феллоу. Кроме того, что он сказал, он проницательный человек, вовлечённый во все внутренние и внешние финансовые дела столицы", — стоически ответил пожилой мужчина и повернулся к мальчику.

"Я как раз собирался вернуться обратно…"

Застывший юноша наконец повернулся к Вильгельму... его лицо по-прежнему скрыто от глаз.

"Ты хочешь что-то сказать?" — спросил старый дворецкий, пристально глядя на Субару.

Рем взглянула на своего возлюбленного с тревогой в глазах.

Злобные глаза Субару так и не были показаны на экране, поскольку экран потемнел, чтобы затем снова загореться.

Вступительная тема 2: Paradisus-Paradoxum

"Почему мы не видим лица Субару, я полагаю?" — спросила Беатрис, заметно обеспокоившись после того, как экран начал показывать его лицо с разных ракурсов.

"Я думаю, это как-то связано с тем, что произошло в его последней петле", — с грустью подумала Круш, вспоминая события, которые заставили многих в толпе поморщиться и закрыть глаза от печали.

"С-Субару не мог пошевелиться из-за шока в прошлый раз… Не думаю, что он мог так просто выйти из такого состояния, ня", — заметил Феликс, нервничая и немного боясь того, что увидит дальше. Тела детей и изуродованная Рем преследовали его, и каждый раз, когда он представлял их, по телу пробегала дрожь.

"В прошлый раз он пытался вести себя так, будто ничего не может сделать, чтобы спастись самому..." Фредерика не хотела видеть косой взгляд, брошенный в её сторону Петрой, и продолжала разговаривать с другими взрослыми.

"Наверное, ярость Нацуки-сана заставила его взять себя в руки", — пробормотал Отто сбоку, и на его лице нарастало раздражение. "Этот идиот попытается сделать что-нибудь глупое…"

Гарф поморщился и покачал головой, вспомнив последнее выражение лица своего капитана. "Чёрт возьми… Сколько ещё раз капитану придётся пройти через этот грёбаный ад… Чёрт!"

Вильгельм взглянул на свою даму, когда Круш бросила на него взгляд из первого ряда.

"Не могли бы вы ответить на мой вопрос, Вильгельм?" Круш подняла бровь, и старый дворецкий почтительно склонил перед ней голову.

"Боюсь, что мысль, которую я вижу в ваших глазах, верна, Круш-сама", — с достоинством произнёс Вильгельм. "Не помню, чтобы такое случалось… Значит, это ложный круг, с которым нашему Нацуки Субару-доно придётся столкнуться в одиночку".

Герцогиня поморщилась, услышав подтверждение и кивнула, обернувшись к спящему рядом мальчику. Она почувствовала странную боль, глядя на него после того, как убедилась, что он снова потерпит неудачу и умрёт.

"Это совершенно несправедливо по отношению к тебе…" — пробормотала Круш и опустила взгляд в пол, когда окно начало загружать следующую сцену.

Хейнкель смотрел на них с растущим замешательством.

"Я пытаюсь не отставать от этих ублюдков, но не понимаю и половины того, что слышу!"

"Тогда, пожалуй, тебе стоит прочистить уши от этой грязи, простолюдин", — услужливо предложила Присцилла, наблюдая за мерцанием окна, ничуть не заинтересованная в том, чтобы растерянные члены её группы слышали обрывки разговоров других людей в театре.

"Я не хочу бросать вам вызов, Присцилла-сама", — пробормотал Хейнкель себе под нос, зная своё место и вежливо склонив голову. "Но мне нужно понять, почему мы видим всё это дерьмо… Как кто-то может заставлять вас и этого монстра Райнхарда находиться в одной комнате против вашей воли?"

Присцилла фыркнула, поигрывая веером, и на мгновение с лёгким презрением взглянула на пьяницу. "Не беспокойтесь, я не сдаюсь так легко, как это сломленное животное, которое вы зовёте сыном".

Глаза Хейнкеля буквально вспыхнули, когда она так оскорбила Рейнхарда. Но он хранил молчание, пока она продолжала говорить высокомерно.

"Я сама убеждена, что должна узнать что-то интересное из этих просмотров. И поэтому я пожелала, чтобы вы с Шультом стали моими спутниками в этом путешествии, ведь мне нужны слуги, чтобы чистить мою обувь. Будь благодарен, помойная крыса".

"Я тоже здесь, принцесса…" — небрежно сказал Ал, помахав рукой с другой стороны баронессы.

Хейнкель откинулся на спинку стула, предлагая ей молчание и оглядывая комнату внизу уже разочарованным взглядом.

"Чёрт возьми…" — пробормотал он, положив руку на подлокотник.

Сцена меняется, показывая, что Субару попросил аудиенцию у Круш и её лагеря.

Они сели за стол в присутствии Феликса, Вильгельма и Рем.

"Некоторые люди, называющие себя Культом Ведьмы, планируют напасть на владения Розваля через три дня. Я прошу вас помочь остановить их", — Субару с неопределённым выражением лица изложил свой план.

"Культ ведьмы?!" — Шульт тут же встревожился, понимая опасность ситуации без лишних уточнений. "Он разбирается с нападением на владения Л. Мазерса… С тем, где был побеждён граф Греха Лени?"

"Вот именно, дорогой". Розваль слегка улыбнулся ничего не подозревающему мальчику, понимая, как тот, должно быть, растерян, когда на него тут же обрушилось столько подробностей. Он радовался, что Присцилла не возражает против того, чтобы он ответил мальчику.

Шульт на мгновение встретился взглядом с Хейнкелем. "Хейнкель-сама… Мы наблюдаем за Нацуки Субару… Рыцарем полуэльфийки! Тем, кто уничтожил Белого Кита!"

Взгляд Хейнкеля тут же метнулся к отцу и сыну внизу, его взгляд стал шокированным, но он продолжал молчать. "Я слышал о них… Но не думал, что этот парень убил того монстра… К тому же, я знаю, что последний удар нанёс старик… Что это, чёрт возьми, такое?"

Вильгельм и Райнхард не смотрели на своего родственника, оставаясь прикованными к окну над ними, чтобы понять, что произойдёт с Субару.

"О, так он действительно пригласил тебя в этот раз", — Анастасия приложила палец к подбородку и нахмурилась, игнорируя разговор, происходящий наверху, и глядя на Круш.

"Может ли это означать, что Субару уже заключил сделку с Круш-сама и немедленно приступил к борьбе с Ленивцем?" — с надеждой и неохотой спросил Юлиус, заметив некоторые ключевые различия в деталях.

"Не думаю. Сначала он отправился на встречу с моей фракцией", — Анастасия покачала головой и с подозрением посмотрела на Круш.

"Значит, он умер, даже несмотря на поддержку армии Круш-самы", — прошептала Рем, слегка нахмурившись.

"Итак, он погиб вместе с армией Круш и решил пополнить ряды своих сторонников… Потом он пошёл к моей госпоже и заключил с ней сделку!" — воскликнул Тиви с лёгким восхищением. "Это дьявольский способ действовать, но он использует свои способности по максимуму, чтобы спасти всех!"

"Какие, чёрт возьми, способности у этого ребёнка, что вас всех от него тянет?" Хейнкель смотрел на толпу с ошеломлённым лицом, не в силах понять происходящее.

"Боюсь, мне придётся развеять эту мысль…" — Круш поправила шляпу на голове, заслужив пристальные взгляды всех присутствующих. "Не думаю, что я смогу чем-то помочь Нацуки Субару…"

"Ты ему не поможешь…" — Эмилия завершила мысль Круш преданным взглядом, крепко держа Субару за руку.

Все посмотрели на Круш широко раскрытыми глазами. Надежда в глазах Феликса сменилась отчаянием, когда его дама оказалась в центре внимания.

Дама с виноватым видом смотрела себе на колени.

"Что ты имеешь в виду?" — встревоженно спросил Гарфиэль.

Круш, казалось, полностью ушла в себях, когда отвела взгляд от обеспокоенного взгляда Эмилии.

"Он… Он всё ещё не встретился с Китом…" — Круш понизила голос до шёпота, не в силах смотреть им в глаза. — "Единственная причина, по которой я решила помочь Нацуки Субару, заключалась в том, что он знал, где я могу найти кита".

Беатрис и Рем с тревогой смотрели на женщину. "Тогда… Как он вообще сможет противостоять Гёзу в одиночку…?" Беатрис ещё раз перевела взгляд с Круш на Эмилию. "Он… Он вообще собирается туда пойти, я полагаю?"

Эмилия выглядела такой же испуганной, как и дух, однако Рем, стоявшая позади них обоих, посмотрела вниз, чтобы скрыть маленькую слезинку, которая начала скатываться по уголкам её глаза.

"Вот почему он хотел сбежать… После всего, что случилось…" — с тревогой прошептала Рем, не поднимая глаз.

"Понятно. Значит, они сделали свой ход", — нахмурившись, прокомментировала Круш.

"Похоже на то. Конечно, с того момента, как Эмилия-сама, полуэльфийка, появилась на сцене, мы предвидели нечто подобное", — Феликс говорил со стороны.

Эмилия вздрогнула и попыталась прикрыть ухо рукой, которой не давила на ухо Субару. Чувство вины было невыносимым, поскольку она не заметила ни одного опровержения слов Феликса. Это означало, что люди уже воспринимали её расу как нечто плохое ещё до того, как она им показалась.

Сам Феликс выглядел немного виноватым, отказываясь смотреть на свою даму, когда она поднимала взгляд в его сторону, из-за их ссоры. И потому, что не хотел, чтобы она увидела, как ему стыдно.

"Я понимаю ситуацию. Мой следующий вопрос: почему ты просишь помощи именно у меня?" — спрашивает Круш, когда на экране появляется Субару, сидящий на заднем сиденье перед ней.

"Потому что, если честно, именно вы сейчас, похоже, больше всех можете помочь. Вы уже помогли мне и Рем..."

"Неправильный выбор слов..." Тиви поморщился и слегка прижал ладонь к голове в знак разочарования.

"Он совсем не соображает", — пробормотал Отто себе под нос, используя свой опыт заключения сделок, чтобы понять, насколько слаба была позиция Субару в этих переговорах. "Думаю, он даже не осознаёт, что это переговоры".

"После той ужасной смерти?" — Гарфиэль взглянул на Отто и тихонько фыркнул. "Конечно, у капитана не было настроения говорить как положено".

"Не заблуждайся. Я помогла вам двоим, потому что был на это заключён соглашение. Если вы хотите вести переговоры, вы должны показать мне, что я получу. Иначе не о чём договариваться. Если с моей помощью вы сможете устранить угрозу, исходящую от Культа Ведьмы, какая мне будет выгода? Скажите мне". Круш наклоняется к Субару с острым выражением лица, ожидая его дальнейших действий.

"Конечно… Кто, блядь, пойдёт воевать с чем-то вроде культа ведьмы бесплатно…" — пробормотал Хейнкель себе под нос, не слыша из-за головной боли, что внизу говорят остальные. "Мне нужно выпить…"

"Хейнкель-сама… Ситуация действительно ужасна", — нахмурился Шульт. "Меня не удивляет, что господину Субару так сложно привлечь на свою сторону людей, готовых ему помочь, но… ситуация выглядит гораздо мрачнее".

"Не парься из-за этой ерунды, малыш", — проворчал Хейнкель, поглаживая его по голове. "Ничего из этого не имеет значения. Посмотрим, как он убедит остальных пойти с ними, и он победит".

"Надеюсь…" — пробормотал Шульт, снова взглянув в окно.

Он помолчал долю секунды. "Если вы поможете мне с этой проблемой, я буду в огромном долгу перед вашим лагерем".

"Если я приму это просьбу, это будет означать, что Эмилия выбывает из королевского отбора. Ты это понимаешь?"

Лицо Субару не было показано полностью, но было видно, как его рот исказился в выражении шока.

"Ему сейчас нечего дать… Так что, если ему отказали здесь…" — Юлий в отчаянии ударил кулаком по ручке стула.

"Вот почему он использовал белого кита в своей сделке с нами... он извлёк урок из этой петли", — заключил Вильгельм, крепче сжимая рукоять своей руки, наклоняясь вперёд.

"Круш-сама…" Эмилия выглядела немного преданной, когда посмотрела на герцогиню, сидевшую по другую сторону от Субару.

"У меня... нет слов, чтобы оправдаться. Это борьба за трон, и я должна сделать всё возможное, чтобы завоевать расположение, ведь я не доверяла своим соперницам так, как доверяю сейчас". Круш хватило совести отвести взгляд и от стыда высвободить руку из ладони Субару.

"..." Эмилия тоже не могла смотреть на женщину.

"Чего ты ещё ожидал? Доверять судьбу своего владения в руки другого лорда ставит под сомнение свою способность управлять страной. Учитывая это, я спрашиваю тебя ещё раз… Если ты окажешься в долгу передо мной из-за этой сделки, это будет означать исключение лагеря Эмилии из гонки. Ты уверен, что хочешь именно этого?" Круш пристально посмотрела на мальчика.

"Почему на этом проклятом стекле не видно лица простолюдина?" — раздражённо спросила Присцилла. Она не обращала внимания на предательство и боль, раздававшиеся в комнате. "Неужели его жалкая натура породила чувство отвращения даже от того, что божественное я увидела это зрелище?"

Эмилия крепко сжала кулаки, когда эти слова эхом отдались в её голове. Они были правдой. Будь она достаточно сильна, Субару не пришлось бы страдать от бесчисленных трупов и ужаса смерти из-за глупого невежества её духа.

"Может быть… Я не готова стать королевой… Кто мог причинить столько боли и отчаяния мальчику, который просто хочет ей помочь?" — прошептала Эмилия с чувством вины и грусти, осознавая, насколько душераздирающим будет зрелище. "Я ничуть не обижена на тебя, Круш…"

Субару нервно стиснул зубы, но его взгляд по-прежнему не был виден в окне. "Даже если так… мне всё равно нужна ваша помощь. Лучше уж останется живой", — обиженно и нерешительно проговаривает он эту мысль.

"Он согласился?!" — воскликнул Отто от неожиданности, заставив Юлиуса и Гарфиэля слегка съёжиться, понимая, насколько Отто, должно быть, зол в этот момент. "Что он, чёрт возьми, вытворяет?!"

"Субару…" Эмилия опустила глаза и кивнула. Это был его лучший поступок в данный момент… но она не могла не чувствовать боль от отчаяния, которое двигало им в этот момент. "Ничего страшного, если ты хотел мне помочь…"

Эмилия потёрла ему руку и посмотрела на спящее лицо своего рыцаря, думая лишь о прощении. "Прости меня…"

"Чёрт возьми, этот парень просто бросил свою девушку, словно она была никем…" — пробормотал Хейнкель себе под нос, прижимая руку ко лбу от мучительной головной боли. "Как, чёрт возьми, он должен выпутаться из этой ситуации, одержав политическую победу… Гаргх…"

Зелёноволосая матриарх на мгновение смягчила суровое выражение лица, выразив разочарование. "Все ясно. В таком случае семья Карстен отказывает в твоей просьбе".

"Что!?" Губы Субару приоткрыты. Он откидывается на спинку сиденья, но его взгляд все также не был виден в окне.

"Но почему?" — Ал, казалось, выказал некоторое возмущение по поводу этой сцены, отбросив свою небрежную отстранённость. "Он был готов сделать то, что ты хотела".

Круш лишь покачала головой, стараясь не встречаться взглядом с Эмилией.

"В таком положении… Должно быть, что-то привлекло твоё внимание в тот момент… В этой петле", — размышляла Анастасия, говоря о герцогине. Она с интересом смотрела на неё, пытаясь понять, что герцогиня в одно мгновение поняла о Субару.

"Почему она так боится доверять ему?" — пробормотал Тиви себе под нос, полностью уловив теорию Анастасии, не дав ей об этом знать.

"Прежде всего, условие отстранение Эмилии, которое ты в отчаянии предложил мне как преимущество, не имеет никакого значения в этих переговорах". Суровое лицо Круш вернулось к ней, когда она подробно и элегантно объяснила.

"Почему?" — Фельт медленно взглянула на даму. "Ты собираешься произнести им речь о том, что дворяне не должны вмешиваться в дела земель, где бедняки — расходный материал, или что-то в этом роде?"

Круш просто опустила голову и стиснула зубы. "Это нечто гораздо хуже…" — призналась она, не скрывая своего стыда и ловя на себе потрясённые взгляды Рем и Петры.

"Что, чёрт возьми, это значит?" — Фельт заставляет себя остановить любой порыв к зеленоволосой принцессе, гневно сжав рукав Райнхарда в кулаке.

"О…" — глаза Тиви расширились от осознания, она уже начала собирать воедино решение, которое Круш придумала для своей проблемы во время этой петли. "Это… так мрачно…"

"Но почему? Неужели вам недостаточно её выхода из выборов?!" Экран показывает Круш и её товарищей по лагерю, а на заднем плане раздаётся восклицание Субару.

"Ты совсем ничего не понимаешь? Исключение Эмилии из королевского отбора произойдёт и без моего вмешательства".

Тело Субару трясется… Его лицо по-прежнему скрыто от глаз.

"Это так мрачно… Зачем ты поступила так с ним?" — спросила Тиви, усомнившись в кандидате, и даже Круш, похоже, разделяла вину за то, как ведёт себя её другая версия. "Должно быть что-то ещё, помимо политики, что заставляет тебя так с ним себя вести…"

"Что…" Рем медленно поднесла руку ко рту, уловив смысл сказанного.

"Не говори мне…" Отто сердито посмотрел на герцогиню. "Ты хотела её смерти, если это соответствовало твоим планам на трон?"

"Следи за словами!" — Феликс сердито посмотрел на торговца, всё больше недовольный тем, как зажата его дама из-за всех этих взглядов. "Не затрагивай честь моей леди!"

На глазах у Эмилии стояли слезы предательства, когда она с недоверием смотрела на происходящее.

"Значит, вы просто позволите Культу Ведьмы вырезать всех жителей в поместье Розваля?!" Крики Субару потонули в более громком и твёрдом тоне Круш.

"Не уходи от темы, Нацуки Субару. Это у Эмилии не хватает сил защитить поместье, и люди умрут из-за её некомпетентности. Не по моей".

Кулак Субару трясётся. "Н-но разве не неправильно знать, что люди умрут, и все равно ничего не делать?! Если у тебя есть возможность спасти их, почему вы отказываетесь?!"

Петра прикрыла рот рукой, не в силах сдержать разочарование к герцогине. "Субару… Он так старается спасти нас после всего? Проходя через всё это…"

"Всё в порядке, Петра-тян… В конце концов, он её покорил, так что, должно быть, он что-то упускает". Фредерика немного утешает маленькую служанку, но та не принимает это.

"Я знаю, чего ему не хватает… Он не такой бессердечный, как все вокруг него", — Петра сердито посмотрела на герцогиню, удивив Фредерику и Вильгельма, сидевших рядом с ней по обе стороны.

"Это преждевременное суждение, моя маленькая леди". Вильгельм мудро посмотрел на Петру, заставив её поднять на него взгляд. "Когда имеешь дело с таким сложным вопросом, нужно рассматривать его со всех сторон".

"Это вообще не вопрос сложности, Вильгельм-сама!" — Петра с жаром посмотрела на старика, что, казалось, порадовало одного человека, державшегося за голову от боли в спине. "Вы не можете повернуться спиной к нуждающимся в помощи людям!"

Вильгельм понимающе посмотрел на Фредерику в ответ на её извиняющийся взгляд. "Вы скоро поймёте разницу между мыслями и мечтами, леди Петра"

Петра могла только отвести взгляд от старика, сердито надув губы.

Феликс зарычал и шагнул вперёд, сверкнув взглядом. "Эй! Ты уже достаточно..."

Круш подняла руку. "Всё в порядке", — она не отрывает взгляда от Субару, который был не виден в кадре, пока Круш продолжала. "Позволь мне внести ясность. Допустим, Культ Ведьмы действительно предпринимает какие-то действия. То, что ты говоришь, сбывается. Однако проблемы возникают позже".

"После?"

"Всё просто. Откуда ты знаешь, откуда и когда они нападут?" — спросила Круш, критически глядя на него.

Губы Субару отражались в поверхности дымящейся чашки чая перед Круш, а глаза оставались скрытыми, пока он пытался придумать ответ. "Я-я просто…"

"Если ты один из членов Культа Ведьмы, это имело бы смысл", — смело размышляет Круш.

"Это чушь собачья!" Субару неприятно стиснул зубы, а его глаза остались вне поля зрения.

Гарфиэль выглядел расстроенным, как и многие в толпе вокруг него. "Чёрт, она права…"

"Субару Нацуки не может рассказать ей, как он получил такую информацию, поэтому Круш-сама продолжала относиться к нему с подозрением". Тиви прищурился, наблюдая за этой напряжённой сценой.

Круш прикусила губу и уставилась в пол. "Так вот почему он солгал о том, что метия обнаружила местонахождение Кита… Ему пришлось преодолеть и меня, как препятствие". Благородная дама медленно подняла голову и посмотрела на экран с виноватым выражением лица, осознавая, что сама способствовала страданиям мальчика.

"Есть кое-что ещё…" — Анастасия заслужила пристальные взгляды Рем и Беатрис, полные замешательства и разочарования. "Вы не какой-нибудь жестокий тиран, Карстен-сан~".

"Это выставляет Круш-сама в плохом свете..." Феликс стиснул зубы, поняв и возненавидев реакцию своей госпожи на экране.

"Это логичный вывод, я полагаю", — Беатрис покачала головой и сердито посмотрела на герцогиню, сидевшую рядом с ней.

Круш, не обращая внимания на брошенные на неё устрашающие взгляды, собралась с духом и взглянула на экран над собой. "Если твоя ненависть — моё наказание, то так тому и быть. С этого момента я не отступлю от своей цели отплатить Нацуки Субару".

Эмилия посмотрела на герцогиню, поджав губы, и не выразила никаких особых эмоций, кроме боли в глазах.

"Не беритесь за это в одиночку, моя госпожа…" Феликс вздрогнул, протягивая руку, но остановил себя. Он услышал в ушах слова своей дамы, сказанные в начале этого просмотра, и позволил себе снова опуститься на своё место, разочарованно нахмурившись.

"Круш-сама, пожалуйста, не шутите. Конечно же, Субару-кун не член Культа Ведьмы", — изящно и красноречиво вмешалась Рем, не давая Субару наброситься на Железную Леди.

"Правда? Учитывая его слова, если он не может объяснить, откуда ему известны эти подробности, я не могу сделать другого вывода. Ты никогда не замечала в нём подобных наклонностей?" — настойчиво спросила Круш.

"Никогда", — немедленно и холодно ответил Рем.

"Надеюсь, эта другая я сможет ему помочь…" Рем ещё лелеяла надежду в сердце, но вздрогнула, почувствовав на затылке пристальный взгляд сестры. "…"

"Ты хочешь, чтобы его сердце наполнилось только болью..." Слова Рам пролетели мимо ушей всех, кто был занят обдумыванием провала переговоров, но Рем поняла, как это связано со встречей с её сестрой в начале этого просмотра.

"Я не хочу, чтобы он страдал… Я просто… Я просто хочу иметь возможность поддержать его, когда он будет нуждаться во мне…" — прошептала Рем себе под нос, пытаясь убедить себя, что она жертвует собой, чтобы помочь любимому человеку достичь лучшего мира…

Круш на мгновение задержала взгляд на горничной, а затем опустила глаза. "В любом случае, я не могу помочь Эмилии…"

"Культ Ведьмы приближается!" — крикнул Субару, заставив всех в комнате с тревогой посмотреть на него.

"Они собираются перерезать всю деревню!" — прорычал Субару в гневе и отчаянии, когда перед его глазами промелькнули образы тел в деревни Алрама. Его тело дрожало, но лицо по-прежнему было скрыто.

"Так… не надо…" — Хейнкель почти в шоке посмотрел на то, как плохо идут дела у Субару. "Что с ними не так, что они так быстро теряют контроль? Пацанчик, что ли, затаил обиду?"

"Погоди-ка…" — прорычал Отто себе под нос. "Это на него не похоже…"

"Ты прав, Отто-братан", — Гарфиэль кивнул с лёгкой долей беспокойства. "Это совсем не похоже на Капитана…"

"Росваль-сама… прошу вас, избавьтесь от этого заинтригованного взгляда в ваших глазах", — обратилась Рам к своему господину тихим голосом, который мог услышать только он. "Это неприлично".

"Моя дорогая Рам… Кажется, я понял то же, что и многие другие в этом зале". Розваль откинулся назад с ещё более восторженной улыбкой, не видя смысла скрывать удовольствие от того, как плавился Субару. "Похоже, именно в этот момент он начал понимать, что его сила — это всё, что он может предложить всем…"

"Это отвратительно". Рам лишь сердито посмотрела на своего господина, увидев, как он думал. "Даже если стена между нами стала тоньше из-за того, что я узнала о смерти Барусу, это не мешает Рам вести себя как сестра".

Розваль не взглянул на неё, хотя она объявила себя старшей сестрой Субару, как он постоянно к ней обращался.

"Убить…" — прорычал он, сжимая кулаки. "Нам просто нужно их всех убить! Всё, что нам нужно сделать, — это убить каждого проклятого культиста!"

На экране появилось лицо Субару, на котором отразилось злоба и напряжение, а также немалая доля безумия и ярости.

"Это решит все проблемы! Абсолютно все!" Субару встал и уставился на Круш своими пылающими от ярости глазами.

"Братан…" Даже Ал с удивлением смотрел на обезумевший Субару из-под шлема. "Что ты делаешь?"

"Субару…" — Эмилия прижала руку к груди и посмотрела в глаза, которые её рыцарь изобразил для Круш. "Я никогда не видела его таким злым…"

"Такое отчаяние ты имел в виду…" — Райнхард и сам выглядел рассерженным, с недовольством наблюдая за происходящим вокруг своего друга.

"Очевидно, что он выбрал куда более жёсткий подход из-за всего того ужаса, с которым он столкнулся в прошлый раз... ня..." — прошептал Феликс окружающим, не имея возможности открыто поддержать Круш со своего места во втором ряду, но не спускал с неё глаз.

"Грубо — это правда… Но разве это не первая их встреча, что ли?" — Хейнкель, сидевший позади Феликса, услышал разговор и, оторвавшись от головной боли, уставился в окно над собой. "Не понимаю, почему вы, ребята, говорите так, будто этот парень уже облажался, даже не начав… Разве не он помог убить этого чёртова Кита?! Дайте им, чёрт возьми, хоть немного твёрдости характера, на которые можно положиться".

"Хейнкель-сама…" Шульт выглядел смущённым, когда люди бросали на пьяницу шокированные взгляды после его вспышки гнева. Сама Присцилла не смотрела на него, не обращая на него внимания, чего он не заметил, снова схватившись за голову, чтобы избежать приступа головной боли.

"Проклятие!"

Райнхард нахмурился, увидев, как его отец поддерживает Субару.

"Вы ведь понимаете?" Он подошёл ближе, не сводя с неё взгляда. "Мы не можем оставить этих ублюдков в живых! Я должен их убить!"

Субару медленно опустился на пол и приложился лбом к полу, склонившись перед Круш.

"Пожалуйста, помогите мне!" — умолял Субару, заливаясь слезами.

"Поставленный на колени… Жалкое животное, не имеющее надежды обрести что-то стоящее…" Слова Присциллы были слышны по всему залу, но проигнорированы теми, кто был больше всего пристыжён увиденным.

За исключением одного человека, который пристально посмотрел на неё.

"Заткнись нахрен!" — прорычал Гарфиэль даме в красном из первого ряда. "Мой капитан уже разобрался с этим до встречи со мной. Мне всё равно, думает ли он, как спасти этих людей, я поддерживаю всё, что он сделает!"

"Гарфиэль-сан…" Отто с легким удивлением взглянул на тигра.

Присцилла даже не взглянула на блондина, задумчиво глядя на экран своим пронзительным взглядом. Хейнкель и Ал с обеих сторон смотрели на неё, ожидая, не прикажет ли она им пойти и проучить Гарфиэля за то, что он ей перечил.

"... Подружись с этой дворнягой... Как жалка Приска, что омрачает моё восприятие себя среди божественного..." Присцила с отвращением зарычала, глядя на экран, и что-то бормотала себе под нос, и никто из её лагеря не понимал, что она говорит.

Казалось, дама в красном не желала обращать на Гарфиэля внимания, поэтому блондин успокоился благодаря похлопыванию Отто.

Круш лишь прищурилась, глядя на это жалкое зрелище. "Так вот почему ты так себя ведёшь?"

Субару открыл глаза и посмотрел на аристократа.

"Твоя ненависть к культу ведьмы… Это и есть причина, почему ты находишься рядом с Эмилией?" — спросила она с безразличным видом.

"Нет! Я..."

"Тогда как ещё можно назвать этот блеск в твоих глазах, если не жаждой убийства?" — перебила её Круш.

Дрожащие глаза Субару расширились от ярости и гнева. "Ты хочешь сказать, что я использую Эмилию как предлог, чтобы отомстить им?!" Парень ударил рукой об пол, и его взгляд стал ещё более напряжённым и дьявольским.

"Эмилия здесь вообще не причём! Нельзя позволить им жить! Поэтому мы должны убить их всех! Это спасёт всех!" — прокричал Субару, и его глаза горели убийственной яростью. Он встал навстречу шокированной и слегка взволнованной толпе из четырёх человек вокруг него.

В отличие от служанки и её рыцарей, Круш лишь решительно смотрела на вспыльчивого юношу.

"Я уверена, что уже говорила тебе, Нацуки Субару, если твоя собственная ложь не обманывает тебя, она не обманет и других".

Субару тяжело дышал. "Почему…"

"Ты не знаешь почему? Ты же сам сказал… Что хочешь спасти Эмилию".

…

…

…

Лицо Субару отразило осознание и ужас. Окно приблизилось к нему, когда он задрожал на месте.

"Значит, ты пыталась помочь ему понять, как лучше с этим справиться, кроме ярости и резни", — прокомментировала Анастасия, широко раскрыв глаза от понимания.

"Значит, она пыталась помочь Субару…" — пробормотала Эмилия, медленно поворачиваясь к благородной леди с понимающим видом. "Я… я не думала, что ты будешь такой жестокой, Круш…"

Круш виновато закрыла глаза, не в силах смотреть Эмилии в глаза. "Это… Я не ожидала, что он будет выглядеть так передо мной… Никогда… Я не хочу, чтобы Нацуки Субару когда-либо преклонял передо мной колени, даже когда я стану королевой".

"Так самоуверенно…" — Анастасия усмехнулась сзади, на что Эмилия в ответ лишь тихонько фыркнула. "Значит, это просто его способ выплеснуть свою ярость? Мне больше не нравится его взгляд, чем то, как он ведёт себя, разбираясь со всем этим в одиночку. Не обижайся, дорогая Рем-тян".

Рем, печально нахмурившись, отвернулась от Круш. Она не знала, злиться ли ей на женщину за то, что она не помогла её герою, или же посочувствовать ей, ведь Рем обошлась с мальчиком гораздо хуже, чем Круш. "Никаких претензий, Анастасия-сама… Я не стану винить никого, кто считает меня бесполезной рядом с Субару, когда он вот так сдаётся…"

Петра разделила боль горничной, кивая головой с другой стороны ряда. "Субару… Не склоняй голову… Никогда так не делай, разве что чтобы нас рассмешить…" — прошептала она себе под нос, заслужив лёгкую улыбку от Фредерики и похлопывание по голове.

Тишина в комнате была оглушительной, когда все уставились на Субару.

Мальчик начал подходить к столу Круш. Она лишь холодно смотрела на него. Он был бы на расстоянии вытянутой руки от дамы, если бы ему не перегородил путь высокий мужчина.

Субару поднял взгляд и увидел, что суровый и элегантный Вильгельм смотрит на него сверху вниз. "Я не могу позволить тебе подойти ближе", — сказал старик.

"Думаю, старик всё равно остановит веселье…" Хейнкель фыркнул и продолжал сверлить взглядом сцену, пытаясь осмыслить происходящее. "Боже мой, этот пацан всё испортил… Интересно, как во втором раунде он получит армию, которая победит чудовище, за которым ты гоняешься десятилетиями, папаша?"

Вильгельм не стал комментировать действия своего старшего "я", лишь слегка кивнул в знак благодарности за защиту Круш, в то время как Субару явно был не в том настроении, чтобы находиться к ней так близко.

"Хотел бы я его ударить…" — пробормотал Отто сквозь сжатый кулак, наклоняясь вперёд и внимательно следя за каждым движением в окне. "Как, чёрт возьми, он вообще выпутался из этого состояния? Сначала пытался притвориться безумным, а теперь ещё и это? Просто полная ярость…"

"Я тоже разочарован таким поведением Субару по отношению к нам". Юлиус откинул волосы назад и пристально посмотрел на шокированное лицо Субару. "Это не тот, с кем я сражался плечом к плечу. И не тот, кого я вспомню, когда встречу его в следующий раз".

"Полагаю, мы можем игнорировать это дерьмо? Да?" — Гарфиэль гневно посмотрел на рыцаря и Отто. "Мы ведь здесь из-за капитана, не так ли? Мы должны были уже давно догадаться, что их что-то беспокоит… Но посмотрите, через что он прошёл без нас…"

"Мы не можем изменить его прошлое, Гарф-сан…" Отто посмотрел на друга, слегка нахмурившись. "Никто из нас не мог знать, что этот… Монстр держит его сердце в заложниках…"

"Ну и ну", — Гарфиэль скрестил руки на груди. "Я всем сердцем слежу за ним, чтобы все его глупые ошибки и ужасные страдания остались со мной. Чтобы я мог помочь ему никогда не стыдиться того, что он сделал!"

Субару обернулся, почувствовав, как его тянут за рукав. "Субару-кун, пожалуйста, успокойся".

Мальчик посмотрел на горничную с выражением поражения на лице.

"Я без труда могу определить, лжёт ли мой собеседник. Я очень горжусь тем, что меня ни разу не обманывали на переговорах".

Субару выглядел растерянным, когда Круш встала и подошла к нему. "Исходя из многолетнего опыта, могу сказать, что ты не лжёшь".

"Ну, тогда…" — Субару попытался заговорить, но Круш оборвала его взглядом.

"Ты действительно веришь, что говоришь чистую правду. Это просто безумие, Нацуки Субару", — уверенно заявила Круш.

"Простите… Карстен…" — Фельт было неловко смотреть, поэтому не стала оборачиваться лицом к герцогини, сидевшая рядом с Эмилией и Субару. "Я бы подумала то же самое, если бы Старший Брат пришёл ко мне за помощью, с таким взглядом".

"Чёрт возьми, разве кто-нибудь помог бы, увидев такое лицо?" — Рикардо заслужил кивки со второго и первых рядов в ответ на свой вопрос. "Большому боссу нужно научиться хоть на секунду отпускать свою оправданную ненависть… Это уже не игра…"

"Когда это было игрой…" — тихо пробормотал Юлиус, вытянув вперед руку с мечом, уперевшись костяшкой пальца в подголовник сиденья перед собой.

Круш спокойно приняла извинения Фельт, не в силах винить блондинку за такие мысли. Она также слегка кивнула Анастасии, которая лишь подмигнула ей в знак поддержки.

"Безумие… вот почему она применила к нему такую жёсткую тактику!" Тиви удовлетворённо захлопал в ладоши, наконец получив ответ на свой предыдущий вопрос.

Субару лишь дрожал от гнева, широко раскрыв глаза и стиснув зубы. Он до крови прикусил губу.

"Феррис, вылечи ему губу", — приказала Круш со своего места.

"Обойдусь! Рем, пойдём", — Субару вытер кровь и повернулся к двери.

"Тебе есть что мне сказать?" — строго спросила Круш.

Субару не обернулся. "Надеюсь, ты станешь великим правителем. Диктатором, которому плевать на слабых". С этими словами он вышел из комнаты.

Прежде чем она успела последовать за ним, Рем поклонилась дворянке и её рыцарям в комнате. "Благодарю вас от имени моего господина за заботу, которую вы нам оказали".

Круш была так убита горем из-за слов Субару, что прикусила губу так же сильно, как и он, и по её подбородку потекла кровь.

"Круш-сама!" Феликс остановил себя от того, чтобы попытаться залечить рану дамы, из глаз его потекли слезы из-за того, что она не подпускала его близко.

"Круш-сама, вам не нужно себя винить. Ситуация в петле отличается от нашей. Мы не знали, что Субару-доно пережил такие ужасы, вы всё равно были вынуждены принять такое решение. Это я должен был хотя бы лучше его понять, ведь я так же жаждал крови кита". Вильгельм торжественно склонил голову и признал свой грех игнорирования боли Субару в петле.

"Не могу представить, чтобы такое с кем-то случилось. Что бы ни значила эта хрень с петлёй, я рад видеть, что ты за это хоть что-то заработал, старик…" — злобно выплюнул Хейнкель с верхнего ряда, не желая понимать ни слова, но всё ещё ожидая возможности сделать замечание отцу.

Благородная дама снова уставилась в землю, её глаза потускнели. "Подними голову, Вильгельм-доно. Мне будет стыдно за то, что я сегодня причинила боль нашему союзнику".

Круш медленно повернулась к полуэльфийке и служанке Они, сидевшей перед ней, и стыдливо склонила голову.

"Эмилия-сама, я подвела вас как союзника и друга. Пожалуйста, позаботьтесь о том, чтобы моё наказание было соразмерно боли, которую я причинила Субару Нацуки".

Эмилия могла лишь широко раскрытыми глазами смотреть на кланяющуюся ей даму.

"Круш-сама, нет! А что, если она вынудит тебя выйти из королевских выборов?!" — вскрикнул в шоке Феликс.

"Тогда это будет небольшой ценой за боль Субару и за проступок, который заставил Эмилию подумать, что я могу позволить ей умереть только ради своих политических целей".

"Леди Круш…" — прошептал Юлиус, потрясённый и преисполненный глубоким уважением к своенравной кандидатке и её преданности своим моральным принципам.

"О, вот это уже интересно! Как низко ты пала из-за своего "уважения" к мальчику, о гордая Карстен", — Присцилла садистски ухмыльнулась и с весельем в глазах наблюдала за происходящим.

"Я думаю, вот что происходит, когда ты слишком много внимания уделяешь идеализму, а не реальности". Анастасия вздохнула и отвернулась от женщины, сидевшей перед ней. "Ты, наверное, была хорошим оппонентом, мне понравились наши сделки", — весело добавила торговка, пряча хмурое лицо за шарфом.

Фельт просто наблюдала, не обращая внимания на ситуацию с Круш. Если бы это она наказывала герцогиню, Фельт заставила бы её раздать бедным всё, что у неё есть и чем она дорожит, лишь бы заставить аристократку почувствовать ту боль, которую она хочет причинить народу королевства, став королевой.

Особенно учитывая, что это ранило Субару... "Хмпф! Похоже, она стала ещё менее благородной."

Рейнхард опустил взгляд и искренне посочувствовал своему деду и его хозяйке.

"Вооот это удача, не так л?! Выведя этооого человека из королевских выборов, наш лагерь стал ближе к побеееде." Розваль захлопал в ладоши от восторга.

"Никто тебя не спрашивал!" — закричал Феликс в ярости и слезах.

"Да заткнись ты!" — Гарфиэль неожиданно встал и угрожающе зарычал на клоуна. Мальчик был зол на Круш. Он восхищался её силой воли и силой духа, но ему искренне не нравилось, что его брату снова суждено умереть, поэтому он хотел выместить свою злость на чём-нибудь.

Круш осталась стоять, склонившись перед Эмилией. Она игнорировала всех и ждала наказания.

"Ты хочешь, чтобы я тебя наказала?" Эмилия посмотрела на зеленоволосую принцессу со смущением и жалостью в своих аметистовых глазах.

"Да, Эмилия-сама. Пожалуйста, сделай так, чтобы я расплатилась за свой грех".

"Почему?" — обиженно спросила Эмилия, не в силах смотреть на Круш в таком состоянии. Это была не её уверенная в себе подруга.

"Потому что я бросила тебя умирать. Я позволила мальчику, который явно не мог себя защитить и которого ты оставила под моей защитой, уйти одному, потому что я увидела в этом возможность устранить тебя на выборах". Кулаки Круш затряслись у неё по бокам.

"Оставила её умирать?.." — Шульт в недоумении перевёл взгляд со сцены внизу и посмотрел на лицо Хейнкеля. "Что они имеют в виду?"

"Я ни хрена не знаю, парень", — вздохнул Хейнкель и потёр голову. "Они нам ничего не скажут..."

"Пожалуйста… Я не могу жить с этим", — повторяет Круш для Эмилии.

Рем почувствовала, как её сердце разбилось, когда она узнала этот виноватый тон. Он был таким же, как у неё, когда она узнала, какую боль причинила Субару.

Горничная умоляюще посмотрела на полуэльфийку, но Эмилия гневно посмотрела на Круш.

"Ты так это видишь? Что ты намеренно отправила Субару на верную погибель, чтобы гарантировать и мою смерть?" — строго спросила Эмилия.

В тишине Круш задрожала. "Да".

Герцогиня ответила, не поднимая головы, ожидая, что её мечты и амбиции будут раздавлены ногой Эмилии.

Все молча наблюдали, как Эмилия холодно посмотрела на зеленоволосую девушку.

Присцилла взволновано облизнула губы, надеясь увидеть, как полуэльфийка унизит гордую наследницу Карстена.

Рем чувствовала себя ужасно, наблюдая за этим и не вмешиваясь, чтобы помочь своей подруге, за которую она собиралась заступиться.

Феликс наблюдал за этим со слезами поражения и стыда.

Вильгельм отвёл взгляд от худшего момента своей леди. Возможно, через несколько минут она перестанет быть его дамой, но он будет служить главе Карстен до конца своих дней. Она была единственной, кто помогла ему найти утешение для любимой… вместе с мальчишкой со злобными глазами.

Беатрис было совершенно все равно, что случится с этой ведьмой, из-за которой умер Субару... Она продолжала обнимать мальчика и без эмоций наблюдала за происходящим.

Эмилия устало вздохнула, нарушив затянувшееся молчание.

"Круш-сама, пожалуйста, поднимите голову".

Герцогиня отказалась и продолжала склонять голову. "Я не имею права смотреть вам в глаза после..."

"Посмотрите вверх, пожалуйста", — мягко приказала Эмилия.

Лицо Круш медленно поднялось, чтобы все увидели её. Гордые медовые глаза, некогда сиявшие, теперь потускнели и напряглись, полные стыда и вины.

Глаза самой Эмилии были полны сочувствия и понимания.

"Краш… Знаешь, что Субару говорил о тебе, когда мы вернулись из столицы?"

Дама молчала, глядя на полуэльфийку.

Эмилия покачала головой и слегка улыбнулась.

"Он не мог сказать о тебе ничего, кроме восхищения".

Глаза Круш расширились… Должно быть, её божественная защита сломалось… "Конечно, нет…"

Эмилия кивнула и задумчиво рассказала: "Я помню, что всякий раз, когда вы упоминались в разговоре, он всегда хвалил и вас, и Вильгельма с искренним восхищением. Я думаю, он будет равняться на вас обоих". Эмилия хихикнула, взъерошив мальчику волосы.

Глаза Круш превратились в блюдца, когда она в недоумении пробормотала: "Н-но я отказалась ему помочь!"

Эмилия кивнула: "И у тебя была на то веская причина. Субару был в не себя, и, как незнакомец, ты имел полное право задавать ему вопросы".

Круш закрыла глаза от стыда. "Но он помнит, что я с ним сделала…"

Эмилия улыбнулась. "Он говорил, что ты потрясающий лидер".

Круш тут же уставилась на эльфийку, широко раскрыв глаза.

"Простите?" — Круш в ужасе посмотрела на спящего рядом с ней мальчика.

"Когда мы были в карете после того, как Субару нас спас. Он сиял от восторга, рассказывая, как здорово ты командовала армией против кита. Когда мы вернулись и нашли вас с Рем… Он каждый раз, когда Феликс проверял Рем, спрашивал, как у вас дела".

"Да! Да! Субару-кун спрашивал о тебе каждый раз, когда видел Ферри-тян в комнате Рем-чан, ня!" — Феликс ответил честно и осторожно, пытаясь вернуть надежду своей даме.

Круш выглядела потрясённой словами Эмилии. Герцогиня медленно подняла на Эмилию неуверенный взгляд.

"Думаю, то, что ты сидишь рядом с Субару… уже само по себе наказание…" — Эмилия слегка улыбнулась герцогине. "Надеюсь, ты отбудешь свой срок с полным раскаянием".

Лицо Круш выражало недоумение от доброты, проявленной полуэльфийкой.

"Я... это ненормально, Эмилия..." — впервые заикнулась Круш, вызвав легкую улыбку на лице Феликса, наблюдавшего за ней со спины.

"Бл…" — Хейнкель тихо выругался, понимая, что это был бы шанс для Присциллы уменьшить число соперниц. "Какая глупая полуэльфийка… Блять" — он снова выругался в отчаянии, схватившись за голову.

Тем временем Анастасия вздохнула с облегчением, а Фельт, наблюдая за происходящим со стороны, застонала и закрыла лицо руками.

"Наверное, её не накажут", — послышалось сзади фырканье Анастасии.

"Это должно быть моё место!" — в тоже время со стороны раздались жалобы Фельт.

Прежде всего, Присцилла и Розваль выразили крайнее недовольство полуэльфийкой и её решением не наказывать соперницу за трон, когда Круш сама подставила себя под удар меча.

"Какая надоедливая девчонка, Эмилия-сама".

"Отвратительная полуведьма".

Отто и Гарфиэль просто смотрели на огромное количество женщин, столпившихся вокруг Субару с озабоченными лицами.

"Хотя в начале для него это обернулось плохо, в будущем это только помогло ему выиграть…" — проворчал Отто себе под нос, размышляя, стоит ли ему бояться, что женщины, возглавляющие другие лагеря, предадут его или присоединятся к нему.

Гарфиэль медленно повернулся к брату и задал вопрос, который однажды объединит полулюдей и людей в культурном путешествии.

"Отто-братан… Вот что происходит, если у тебя длинный толстый..."

"Нет! Нет! Нет! НЕЕЕЕТ! НЕТ. Не задавай мне этот вопрос!" — закричал Отто, замахав руками и покраснел от безумия друга, заставив Юлиуса раздражённо повернуться к ним обоим.

"-Личность… Что с тобой?!" Гарфиэль тоже раздражённо посмотрел на друга.

Возвращаясь к Круш и Эмилии, девушка из заднего ряда тихо заговорила, чтобы привлечь их внимание.

"Круш-сама… Я не против, чтобы ты тоже была рядом с Субару-куном… Даже учитывая, как плохо всё обернулось на этих переговорах", — голос Рем был добрым, но в её глазах был намёк на что-то ещё.

Круш тут же это поняла и кивнула. "Спасибо, Рем… Пожалуйста, расскажи, что у тебя на уме".

"Герой Рем всегда готов столкнуться со всем в одиночку. Я ценю всех, кто был рядом с ним, как и ты, когда мы сражались вместе… Но…" — лёгкий румянец пробежал по лицу Рем. — "Мне нужно знать, есть ли ещё соперники за сердце моего героя".

Постепенно такой же румянец появился и на лице Круш, а Эмилия в замешательстве склонила голову.

"Почему Субару может быть не по себе от присутствия всех нас?" — вопрос Эмилии заставил Круш издать тихий звук, похожий на удушье, и закашляться.

"Она не о дружбе говорит, я полагаю. Не будь такой глупой!" — проворчала Беатрис, расположившись между Эмилией и Круш, свесив ноги и удобно устроившись на коленях Субару.

Кончики острых ушей Эмилии покраснели вместе с лицом от медленного осознания всего этого.

"О… К-Круш?" — полуэльфийка повернулся к герцогине, которая отказывалась смотреть куда-либо, кроме в пол. "Ты… ты тоже?!" — Эмилия мучительно заикалась, заставив Круш и Рем поморщиться.

"Я… Не могу отрицать, что он тронул меня так, как мало кто был на такое способен… Его забота обо мне в самый трудный момент не приносит мне ничего, кроме радости". Слова Круш заставили покрасневшую полуэльфийку замереть от смущения и тревоги.

"Ты говоришь так искренне…" Рем кивнула вместе с Эмилией, обе девушки посмотрели друг на друга, а затем на герцогиню.

"Как можно не быть искренним, говоря о том, кого уважаешь?" Круш посмотрела на Эмилию округлившимися глазами, которые свидетельствовали о невинности, которую даже полуэльфийка не могла ожидать от Железной леди.

"Это тот, кем вы дорожите, Круш-сама", — слова Рем завершили короткий взгляд между ней и Эмилией. "И я не думаю, что иметь тебя союзником Эмилии-сама и… объектом интереса для Субару-куна — это плохо…"

"Просто будь осторожна…" — пробормотала Эмилия себе под нос, вздыхая и осторожно держа Субару за руку. "Он тебя так просто не подведёт".

Уголки губ Круш приподнялись, показывая, что её уверенность снова растёт.

"Не думаю, что он бы так сделал. Но он упомянул мне о месте для третьей женщины в своей жизни, прежде чем я уехала в столицу..." Дразнящий тон Круш был услышан всеми тремя девушками вокруг неё.

"Вообще-то, это место Бетти!" — чуть ли не крикнула Беатрис в лицо Круш, в то время как Эмилия и Рем стояли с отвисшей челюстью.

"Глупый Субару…" Эмилия крепко сжала его руку от смущения, в то время как Рем воздержалась от того, чтобы причинить вред её любимому, пока он спит.

Но у неё был выбор. И выбор был непрост.

Круш осмелилась тихонько усмехнуться от облегчения и полного освобождения от чувства вины, которое давило на неё мгновением назад. Она медленно протянула руку в перчатке к другой руке парня, свободной от крепкой хватки Эмилии, и также крепко сжала её.

"Я обещаю больше не заставлять тебя так стоять на коленях… Ни передо мной… Ни перед кем-либо…" — молча поклялась Круш, переводя взгляд с мальчика на окно наверху.

Смена сцены: Рем разговаривает с Субару в номере гостиницы в столице. "Что мы будем делать? Если то, что ты сказал, правда, то у нас мало времени".

Субару удивлённо повернулся к горничной. "Если?"

Рем проигнорировала его и продолжила: "У нас мало времени. Может вернёмся в особняк?"

"Нет, мы вдвоём мало что сможем сделать, вернувшись туда сейчас. Нас слишком мало. Чем, чёрт возьми, занят Розваль?" — задумчиво спросил Субару.

"Росвалю-саме пришлось навестить некоторых чиновников в пределах столицы. Он пробудет у них несколько дней".

"Сомневаюсь в этом, при всей его натуре, я полагаю". Бормотание Беатрис не ускользнуло от внимания девушек вокруг её. Эмилия и Круш переводили взгляд с неё на друг друга, молча общаясь и вспоминая тот случай, когда Розвааль солгал, что именно он нанял Эльзу, чтобы украсть инсигнию и убить Эмилию.

Эмилия, нахмурившись, взглянула на своего спонсора.

Петра тоже бросила на мужчину сердитый взгляд, не выказывая к нему ничего, кроме презрения, пока она пыталась разобраться в ситуации самостоятельно, но отказалась сказать что-либо против ухмыляющегося господина, возвышающегося над ними.

"Ты ублюдок..." — с ненавистью прорычал Гарфиэль, а Отто посмотрел на лорда с задумчивым выражением.

"Значит, он совершил ещё больше преступлений против Субару", — тихо пробормотал Райнхард, вспомнив, что его божественная защита также указала ему на ложь в истории лорда, которая раскрыла очень тёмную тайну в лагере Эмилии. "Зачем ему так подвергать жизнь Субару таким образом?"

"Просто подожди". Юлиус почувствовав, как Анастасия похлопала его по бедру, приказывая ему успокоиться, когда он выругался, поворачиваясь обратно к экрану. Он помнил свой разговор с королевой торговцев перед этим просмотром. Они оба понимали, что защиты земель Л. Мазерса практически нет.

И, как уже начинало казаться при просмотре, это мог быть умышленный поступок подозрительного лорда, стоящего над ними. Того, кто держит лагерь Эмилии под контролем из-за того, что Субару находится под ним.

Юлиус ещё крепче сжал колени, пытаясь любыми средствами изгнать из своей души гнев, в противном случае он встанет и арестует королевскую особу прямо здесь и сейчас.

Анастасия молча похлопала его по плечу, не отрывая глаз от окна наверху, не показывая ничего клоуну со своей стороны.

"Лучше сохранить наш лагерь в тени его глаз, прежде чем мы его уничтожим", — прошептала Анастасия в свой шарф, глядя на Субару в окне с молчаливой клятвой отомстить за него.

Розваль пожал плечами от всего того внимания, которое ему уделяли, и ухмыльнулся, не вызвав ни малейшего удовлетворения.

"Я чувствую себя в центре обсуждения."

"Не стоит слишком уж увлекайтесь вниманием, Росваль-сама", — Рам вздохнула, увидев, как её господин игнорирует всё внезапно навалившееся на него напряжение.

"И поэтому он никак не поможет с нападением? Тогда мы ничего не добьёмся, если не приведём подкрепление… А как же Райнхард? Разве он не поможет нам?" — спросил Субару с надеждой в глазах.

Рем разочарованно опустила глаза. "Вчера он сказал, что на некоторое время уедет из столицы из-за неотложных визитов".

Субару ударил рукой по окну. "Проклятие! Почему вы все такие бесполезные?!"

Райнхард поморщился и закрыл глаза, чувствуя себя виноватым. "Чёрт…"

Шок Фельт усилился, когда она увидела разочарование Субару и почувствовала себя ещё более виноватой. "Чёрт… Мы должны были быть там… Бл…"

Петра слегка кивнула блондинке, сердито глядя на неё и Райнхарда, хотя на это не было никаких оснований; она начала выходить из себя ещё сильнее, когда вспомнила, что станет с её деревней, если Субару не найдёт кого-нибудь, кто поможет спасти их.

"Вы все такие бесполезные…" — прошептала она себе под нос, не в силах смотреть ни на кого из них, поэтому снова посмотрела в окно. "Что ты собираешься делать, Субару?"

Наблюдая за этим, Хейнкель коротко фыркнул: "Вот ещё один, кто посчитал тебя бесполезным, маленький монстр".

"Ты слишком жесток!" — Шульт с озабоченным видом упрекнул мужчину. "Почему бы тебе не прекратить это? Ситуация гораздо хуже, чем я читал об этом. Райнхард-сама не должен брать на себя всю вину".

"Я рад, что его там не было, малыш…" Слова Хейнкеля прервали упреки дворецкого и даже заставили Вильгельма мельком взглянуть на сына. "Нехорошо вышло, когда Святой Мечник столкнулся с этой тварью…" Лицо пьяного мужчины было бесстрастным, лишь выражение глубокой задумчивости в потемневших голубых глазах – вот всё, что он мог сказать Шульту и подслушивающему Вильгельму.

Старик посмотрел на сына с некоторой долей вины, которая тут же исчезла, как только экран продолжил показ.

Видя, как испуганно на него смотрит Рем, Субару быстро остудил свой гнев и опустил взгляд.

"Завтра нам придётся искать кого-то ещё, кто нам поможет. Ты отправляйся в рыцарские залы, а я поговорю с ещё одной кандидаткой на престол".

"Как скажешь."

"К ещё одной из них?" Фельт посмотрела на двух оставшихся кандидаток, помимо неё, которая отсутствовала, Круш, которая уже отвергла его, и Эмилия, нуждавшейся в защите. Эмилия и Круш тоже оглянулись.

Анастасия и Присцилла заслужили множество взглядов, и обе дамы приняли это внимание без особых раздумий или беспокойства.

"У каждой леди есть свои поклонники, я полагаю~" Анастасия улыбнулась им всем, в то время как Присцилла усмехнулась.

"Не ставьте мою божественную сущность в один ряд с этой лисой. Я не хочу, чтобы меня судили по тем же меркам, что и таких простолюдин, как она". Присцилла закинула ногу на ногу и обмахнулась веером, а Анастасия одарила даму многозначительной улыбкой.

"Я тоже желаю тебе удачи, лающая сучка". Анастасия отвернулась от соперницы и посмотрела на остальных. "Поверь, мой способ решения проблем лучше всего того, что может предложить эта стерва позади меня".

Многие кивнули, с отвращением поглядывая на баронессу, сидевшую позади.

"Я могу тебе только посочувствовать, ня". Феликс не поднимал глаз, не в силах даже оглянуться на красную леди после того, что она с ним сделала в прошлый раз, когда он просил прощения у неё в её комнате. "Надеюсь, Субару-кун это минует…"

Эмилия встречается взглядами с Круш и Рем, когда обе повернулись к ней. Все три девушки внезапно встревожились при мысли о встрече Субару с кем-то из двух оставшихся кандидаток.

"Он отдаст себя на милость Бариэль? Ты же не думаешь, что это возможно?" — пробормотала Круш себе под нос, чувствуя, как сердце учащённо бьётся в груди. "Разве мало того, что случилось с Феррисом… Теперь мне придётся наблюдать, как это происходит и с ним?" В её тоне слышались предательство и полное разочарование.

И действительно, на экране открылась следующая сцена — знакомый особняк.

Сцена переходит в огромный особняк с золотыми окнами и красными стенами. Над видом на поместье слышен голос.

"Культ ведьмы?"

На экране появляется Субару, стоящий перед Присциллой, восседающей на своём троне. Рыжеволосая баронесса, одетая в удобное платье, восседала на золотом троне в роскошном зале.

"Чёрт возьми, мы начали с самого отвратительного?!" Рикардо побледнел от мгновенного перехода к самому жёсткому кандидату, к которому только мог обратиться Субару. "Такое впечатление, что он не видит ничего, кроме наисложнейшего пути . Чёрт!"

Многие кивнули вместе со зверочеловеком, осознавая напряжённость ситуации, к которому привели действия Субару.

Эмилия сжала руку Субару ещё сильнее, наблюдая за происходящим с чувством вины, поселившимся в её душе.

Феликс тут же почувствовал, как его лёгкие сжались в груди от знакомого вида самодовольной хищной ухмылки этой женщины. "Пожалуйста, постарайся лучше, чем я, Субару-кун…"

"Хм... Мне не говорили, что этот парень просил вашей помощи, Присцилла-сама..." Хейнкель окинул даму рядом с собой интересующимся взглядом.

"Хм", — Присцилла проигнорировала мужчину, сидевшего рядом с ней, и не сводила глаз с Субару. "И мир отдал его мне на милость. Посмотрим, годится ли он для этого мира, тратящего моё время впустую".

"Да", — ответил Субару, скрестив ноги, полный надежды. "Если их ничего не делать, они причинят вред многим людям. Эмилия будет не единственной их жертвой. Я хочу остановить их любой ценой! Вот по этому я…"

"Ха-ха-ха! Великолепен! Ты просто великолепен! Конечно. Не один шут и подмётки не годится". Присцилла высокомерно ухмыльнулась, глядя на мальчика со золотого трона.

"Ч-что в этом смешного?!" Субару скрипит зубами от наглости этой дамы.

"А-а-а, чёрт!" — выругался Ал, увидев, что произойдёт, ещё до того, как это покажут. "Принцесса с ним развлекается… Ты им, по сути, не поможешь…" — с ужасом сказал человек в шлеме.

"Это закончится не лучше, чем в прошлый раз", — прорычал Отто, злясь на то, что его друг настолько отчаялся, что решился обратиться к этой высокомерной женщине. "Баронесса не из тех, с кем вообще приятно иметь дело… Но она достаточно компетентна, чтобы понять, насколько выгодно было ей, если лагерь Эмилии был бы уничтожен культом ведьмы…"

Гарфиэль и Юлиус оторвали взгляд от Отто и уставились на женщину в окне.

"Субару…" Эмилия крепко сжала руку рыцаря. Ей не нравилось, что он обратился к этой женщине за помощью.

Круш думала о том же, крепко сжимая другую руку парня, глядя на экран и проклиная свою глупую версию себя по ту сторону окна. "Я не должна была позволять ему покидать особняк в таком состоянии… Я не должна была доводить его до такого отчаяния, чтобы он встал на колени перед этой женщиной…"

"Это не твоя вина", — проворчала Рем себе под нос. "Ему нужно было побыть одному, и твоё второе "я" это уважало, хотя он и расстался с тобой в плохих отношениях".

Круш отрицательно покачала головой. "Это не первый раз, когда я подталкиваю кого-то в руки этой женщины… Прямо как с Феррис…"

Глаза Рем расширились, услышав эти слова от измученной Круш.

Сама пламенная принцесса ухмыльнулась под веером и наклонилась вперёд, наслаждаясь зрелищем. "Ах, посмотрим, как он себя покажет, а?" Она восхищённо промурлыкала, наслаждаясь тем, как весь мир замер, чтобы посмотреть, как она смотрит свысока на мальчика.

Баронесса опёрлась на костяшки пальцев, завязывая волосы, и сказала: "Я могу оценить твоё отчаяние, но ты не подумал обо всём хорошенько. Пытаясь помочь союзнику, ты загоняешь его в угол, отдавая преимущество врагу, и теряешь контроль. Лучше бы тебе сразу умереть".

Присцилла тепло улыбнулась и встала со своего места. "Честно говоря, я могла бы отсечь тебе голову прямо сейчас". Она быстро схватила веер и приложила к его подбородку.

"Спокойно, Гарф-сан…" — предупредил Отто, заметив, что тигр наклонился вперёд на своём сиденье, готовый броситься на женщину, повернувшись к ней. "Мы не хотим, чтобы снова началась драка…"

"Если она, блядь, убьёт его..." — прорычал Гарфиэль сквозь острые зубы, давая всем понять, что у него на уме.

"Возможно, из-за нее Субару погибнет…" — ахнула Петра про себя, позволив Вильгельму и Фредерике бросить на неё короткие взгляды, полные жалости и разочарования.

"Сука ёбаная…" Фельт стискивает зубы, когда она и Райнхард с сердитыми лицами отвернулись от всех. "Блять… Я должна была заставить тебя остаться… БЛЯТЬ!"

Райнхард опустил голову и уставился в пол.

"Хейнкель-сама…" — обратился Шульт к своему старшему товарищу, пока все остальные были в панике.

"Да что за хрень тут происходит, малыш?" — Хейнкель с раздражённым выражением лица наклоняется ближе к дворецкому. "Я не понимаю, почему этот парень, чёрт возьми, действует принцессе на нервы, но я знаю, что это добром не кончится, судя по тому, как она над ним смеётся".

Шульт кивнул, проявляя достаточное уважение к своей леди, чтобы не комментировать её поведение. "В том-то и дело, Хейнкель-сама… Я не помню, чтобы эта встреча состоялась после того, как наша госпожа и Аль-сама получили приглашение в столицу…"

"Хм? Разве ты не сопровождаешь её повсюду, куда бы она ни пошла?" Хейнкель с удивлением посмотрел на мальчика.

Шульт кивнул. "Я был там с Присциллой-сама. Но… меня не посвящали в это… Может быть, встреча состоялась, когда меня не было в тот день?"

Хейнкель сердито посмотрел на растерянного мальчика, и его подозрения усилились. "Нет", — твёрдо сказал он. "В этой тюрьме творится что-то странное…"

Шульт проследил за взглядом Хейнкеля, пока пьяница свирепо смотрел на остальных, наблюдавших за происходящим. "С тех пор, как мы здесь появились, эти ублюдки стали какими-то странными".

"Что нам делать, Хейнкель-сама?" — спросил юноша, стараясь, чтобы его госпожа не подслушала его, так как он сидел рядом с ней.

"Мы будем следить за этим дерьмом, пока кто-нибудь нам не ответит…" — снова проворчал Хейнкель. "Это дерьмо стало гораздо серьёзнее, чем я думал…"

Шульт не мог не кивнуть в знак согласия с отцом Святого Меча.

"Но все же, даже перед лицом таких нападок, преданность к своей хозяйке, которую ты проявляешь, достойна похвалы. И по этому…"

Рыжеволосая принцесса отступила назад и садистски ухмыльнулась, глядя на мальчика.

"Я дам тебе возможность".

"В-возможность?" — удивлённо спросил Субару.

"Да, возможность. Можешь назвать её счастливым шансом". Женщина толкнула Субару и заставила его упасть на зад перед собой.

Все, кто выражал гнев по поводу обращения этой женщины с Субару, переглянулись между собой и ней.

"Шанс?" Эмилия, казалось, надеялась, что дама проявит хоть какое-то сочувствие к усилиям Субару.

"Не ведись на это, я полагаю", — тут же предупредила Беатрис Эмилию, сердито глядя на Присциллу в окно. "Субару Бетти — просто добыча для неё, учитывая её образ мышления…"

"Она развлекается с ним…" — прошептала Рем в знак согласия, заставив Круш и Эмилию вздрогнуть.

Взгляд Круш обратился туда, где сидел её собственный рыцарь, и по состоянию Феликса она поняла, что, вероятно, именно это и произошло с ним, когда она велела ему пойти и извиниться перед Присциллой несколько просмотров назад.

Сам Феликс сгорбился в защищенной позе, держась за уши и подставив колени к лицу, чтобы спрятаться от стыда.

Субару поднял глаза и увидел, что она подняла босую ногу в воздух, глядя на него.

"Лизни", — последовал её простой приказ.

"Хм?"

"Надо было догадаться", — сказала Фредерика с явным отвращением к этой женщине на лице. "Как кто-то может быть так жесток…"

Петра держала наставницу за руку и смотрела со слезами на глазах. "Это ужасно…"

Эмилия и Рем казались убитыми горем, а Беатрис с ненавистью зарычала на женщину.

Феликс изо всех сил прижал уши, давая Круш ещё одно доказательство того, что именно это и произошло между ним и Присциллой.

Взгляд Круш перемещался между Субару и Феликсом, поскольку они оба одинаково пострадали от игр Присциллы.

Возвышаясь над всеми, сама Присцилла смотрела на него с нескрываемым нетерпением. "Давай, покажи мне, достоян ли ты этого или нет, собака недоумки".

"Приклонись передо мной, отдайся стыду и унижению и, как жалкое животное, как младенец, сосущий грудь матери, лижи мою ногу. Если ты сможешь, я подумаю об твоей просьбе. Но если же нет – то ладно. Если ты предпочтёшь пожертвовать своей крошечной гордостью и бросишь хозяйку, перед которой ты вилял хвостом– пожалуйста. Любой твой выбор меня позабавит". Присцилла с несвойственной ей радостью опустила глаза, помахав босой ногой перед мальчиком.

"Как же я ненавижу эту суку…" Фельт кипела от неописуемой ярости, пока Райнхард хлопал её по плечу, пытаясь утешить.

Вильгельму стало стыдно за то, что он позволил Субару встретиться с Круш, не отведя его в сторону и не убедившись, что у него всё в порядке с психикой. Возможно, это избавило бы его от унижений.

"В любом случае… Я не хочу терять уважения к этому парню, поэтому отведу взгляд…" — Тиви высказал то, что было у него на уме. "Очевидно, что произойдёт дальше".

"Но он пока ничего не сделал, братик". Мими указала на окно и в замешательстве посмотрела на брата. Тиви вздохнул и, встретившись взглядом с Юлиусом, кивнул рыцарю.

"Очевидно, что у него нет другого выбора, Мими…"

"Капитан…" Гарфиэль тоже решил отвернуться, сжав подлокотник рукой. "Почему случается это дерьмо, когда я не был рядом… Я мог бы помочь тебе пробить дыру в груди этого ублюдка…"

Отто и Юлиус наблюдали за этим, не позволяя унижению Субару пройти мимо их осуждения.

"Если он пострадал из-за этого, то я постараюсь в первую очередь врезать ему за то, что он это сделал", — прорычал Отто себе под нос, заслужив одобрительное фырканье от рыцаря, сидевшего позади него.

Субару опустил взгляд и вспомнил свою ссору с Эмилией.

Глаза Эмилии расширились от отчаяния: "П-пожалуйста, нет… Не расстраивайся из-за этой ссоры… Я этого не заслуживаю!"

"Твои стенания так же отвратительны, как поражение этого человека", — голос Присциллы впервые прогремел по залу, навсегда разрушив всякое доброе расположение между ней и Эмилией. "Этот мальчик, которым ты так дорожишь, — всего лишь свинья. Отвратительный, никчёмный человек, к которого мир по ошибке принял мою благосклонность".

"Заткнись блядь…" — прорычала Фельт, держась за подлокотники, чтобы не пнуть женщину в лицо. "Я сейчас врежу тебе кулаком по роже…"

Эмилия никак не отреагировала на женщину, лишь с отчаянием смотрела на изображение Субару в окне.

Со стыдом и отчаянием мальчик признал: "Хорошо".

"Нет…" Эмилия закрыла глаза, отказываясь видеть происходящее. Круш тоже перевела взгляд с окна на свернувшееся калачиком тело Феликса.

Рыдания рыцаря начались, как только он услышал, как Субару подчинился прихоти Присциллы.

"Феррис…" — прошептала Круш и наклонилась, чтобы прикрыть часть головы мальчика рукой. "Феррис, пожалуйста… Я здесь…"

"Чёрт, он на это согласился?" — Хейнкель фыркнул, явно впечатлённым ответом Субару. "Должно быть, он действительно хочет помочь этим людям… Я бы это поддержал, если бы это не было глупой идеей".

"Похоже, он делает это для себя, как и вы, Хейнкель-сама…" — неохотно вмешался Шульт, заставив Хейнкеля сердито взглянуть на мальчика.

"Что это, черт возьми, значит?" — раздражённо спросил Хейнкель.

Шульта не трогал тон старого пьяницы. "Кажется, он всё время в гневе и отчаянии… Прямо как вы, Хейнкель-сама…"

Спина мужчины напряглась от сказанных ему слов, когда он вспомнил взгляд Субару.

На мгновение они с Шультом встретились лицом к лицу, не заботясь ни об остальных, ни об их реакции на игры Присциллы.

"Как бы то ни было…" — проворчал Хейнкель. "Мы знаем, что в конце концов им это помогло. Так, может быть, так всё и делается? Значит, и я получу то, что хочу".

Шульт покачал головой и отвернулся от мужчины. Он не мог опровергнуть ошибочное мнение Хейнкеля, хотя тот, казалось бы, был прав. Субару удалось получить достаточно помощи, чтобы спасти всех от нападения культа ведьмы, в том числе от вторжения Белого Кита… Но, судя по тому, что наблюдал Шульт… Это был не тот человек, о котором он читал в историях и легендах.

Присцилла, прикрыв лицо веером, наблюдала, как мальчик нежно держал её ногу и медленно подносил её к своему рту.

Как только его губы коснулись её ноги, веер отодвинулся, открыв на её лице отвращение. "Как я и думала, ты и вправду просто ничтожество!"

Пнув его, Присцилла с отвращением посмотрела на мальчика.

"То, что ты только что проявил, это было не преданностью. Это нечто более отвратительное, вроде собачьей зависимости или свиной жадности. Ты ленивая свинья, которая только и умеет хотеть! Такую свиную жадность я ненавижу больше всего на свете!"

Субару, у которого изо рта текла кровь, медленно попытался подняться с пола. Но Присцилла уже подошла к нему и схватила за воротник, выкрикивая своё отвращение.

"Даже если ты справишься с культом, я уничтожу любой лагерь, к которому ты присоединишься! Твоё беспечное поведение и твоё отношение привели меня к этому решению!" Присцилла отшвырнула мальчика, и он, истекая кровью, покатился по полу дворца, пока он не упёрлась в огромные двери.

"Ты ведьма!!!"

Рем тут же бросилась к кандидатке и собиралась ударить её ногой в лицо. Но тут на пути к самодовольному лицу принцессы появился человек в шлеме.

Рем быстро повалила рыцаря в шлеме на пол, удерживая ногой его шлем на месте и не давала мешать ей, когда она взмахнула рукой, чтобы со всей силы ударить алую принцессу.

Только её рука висела в воздухе, в нескольких дюймах от самодовольно ухмыляющейся Присциллы.

Я понимаю твой гнев. Но вы не можете драться в этом зале.

"Но посмотри, что она сделала с Субару!" — в гневе закричала Петра, когда она и близнецы подбадривали Рем, бросая гневные взгляды на Присциллу.

"Ну же, чувак, дай им это сделать", — взмолился Рикардо, тихонько рыча на Присциллу.

Гарфиэль не сводил с неё глаз. Ему было совершенно всё равно, что думает его капитан насчет этого. Такое унижение человека, который его спас, он не допустит, даже если в этом был виноват сам Субару.

Рем снова отвела руку назад и ударила принцессу.

Присцилла просто остановила удар кончиком своего веера.

Её алые глаза пристально смотрели в яростные голубые глаза Рем.

"Ярость твоего возлюбленного была слишком отвратительна для меня, чтобы я могла её терпеть. Будь благодарна, это была великая услуга".

"Не оправдывай свою радость перед людьми, которые отчаянно хотят угодить тебе ради собственной выгоды!" Круш держала своего дрожащего Феликса, глядя на красную женщину.

Хейнкель поймал себя на том, что отводит взгляд от зеленоволосой дамы, не в силах избавиться от чувства некоторой привязанности к тому, как она говорила о таких людях, как он.

Присцилла презрительно насмехалась над Круш и Рем, а также над всеми остальными, сидевшими позади них, смотревшие в окно наверху, с легкостью удерживая кулак Рем. "Моё божественное "я" решило показать этой свинье, как он на самом деле хорош. Внизу, ползающим и лижущим мне ноги".

"Ты ужасна…" — Эмилия кипела от ярости и ужаса при виде того, какому обращению подвергся её рыцарь, и насколько низко он себя ценил, что готов совершить такой отвратительный поступок ради неё. "Кто делает такое и так много говорит, чтобы заставить нас поверить, что это ради его же блага?"

Она была зла. На глупость Субару. И на подлость Присциллы.

Присцилла закатила глаза, что ещё больше разозлило Эмилию. "Будь себе безмерно благодарна, недоумка. Ведь моё божественное "я" починило твою сломанную собаку, даже не желая того".

"Закрой свой гребаный рот!" — крикнула Фельт сзади, уже вскакивая с места, чтобы нанести свой удар ногой, пока лежащий Ал не прикрывал лицо Присциллы так же, как и Рем. "Как, чёрт возьми, он собирается излечиться после всего этого дерьма?!"

Присцилла просто ждала, пока Надзиратель отразит атаку Фельт, оставаясь невозмутимой и уравновешенной, в отличие от всех остальных в зале.

"Если бы эта свинья продолжала растлевать добрым именем своего хозяина ради такой мимолётной цели, как месть, моё божественное "я" оказалось бы с бесстыжим глупцом, чья единственная польза — умолять других сделать за него работу". Присцилла фыркнула и отпустила руку горничную, обмахнувшись веером. "Пожалуйста, недоумка. Мир решил, что твой пёс заслуживает второго шанса без моего гнева, преследующего каждый его шаг, поэтому я не покараю тебя за его поддержку. Его служба будет полезна моему божественному "я".

Эмилия отказалась опровергать рыжую принцессу, сердито глядя на неё со своего места и выражая полную неприязнь округлёнными глазами. "Ты не заслуживаешь любви всего мира… Ты не заслуживаешь дружбы Субару… Перестань говорить так, будто он твой по праву".

"Если бы я сама не формировала его путь вперед, ты бы не увидела, как он превратился в того, кем он стал сейчас", — многозначительно ухмыльнулась Присцилла, глядя на полуэльфийку.

Эмилия сжала руки и стиснула зубы. "Это правда…" Эмилия удивила всех, согласившись с Присциллой. "Это ты заставила его прийти в замок в тот день… Это ты привела его туда только для собственного развлечения…"

Глаза широко раскрылись, вспомнив день накануне встречи кандидатов в столице.

Присцилла улыбнулась, когда та начала понимать, что именно она запустила всю третью арку истории Субару. Если бы она не привела его туда по своей прихоти, Субару не бросил бы вызов рыцарям, Юлиусу не пришлось бы его публично избивать, а Эмилия не бросила бы его под опеку Круш из-за манипуляций Пака.

Ему не пришлось бы в одиночку справляться с культом.

Лицо Рем выражало шок и замешательство, пока она обдумывала эти слова. Горничная с ненавистью посмотрела на женщину. "Это отвратительный способ кого-либо учить чему-либо…" — прорычала она, заставив многих в толпе кивнуть.

Сама Круш отодвинулась от Феликса и, согнув коленях на своём сиденье, пристально посмотрела на красную принцессу.

"Простите! Можете перестать использовать меня как коврик для ног?!"

Рем перестала сверлить взглядом Присциллу и посмотрела вниз на мужчину, которого она прижимала к полу подошвой туфли к его облачённому в металл голове. Горничная сочла уместным надавить ещё сильнее, пока шлем не начал гнуться под её ногой, вмятина которого приняла форму подошвы.

"Эй! Эй! Что ты, чёрт возьми, творишь?!"

Рем с отвращением фыркнула и отошла, любуясь новым обликом Ала с отпечатком подошвы её туфли на его металлическом шлеме.

"Надеюсь, вам понравится мой подарок вашему рыцарю, Присцилла-сама", — Рем произнесла тошнотворно-саркастическим тоном, притворно поклонилась королевской особе и направилась обратно к своему месту.

"Что, блять, ты имеешь в виду под подарком?! Ты раздавила мой шлем! Он был же очень прочным! Насколько ты сильна?" — яростно крикнул Ал, коснувшись места, отмеченного туфлей Рем. Хейнкелю пришлось сдержать смех, пока Шульт помогал Алу подняться после ужасающей атаки Рем.

"Почему я хотела подарить тебе то, что понравится твоей дорогой госпоже? Раз уж она так любит ноги, что у неё на них фетиш, я решила отметить форму своей ступни на твоём лице , чтобы она наконец смогла тебя как следует поцеловать!" — прорычала Рем свою последнюю фразу и сердито обвела взглядом весь лагерь Присциллы, в то время как толпа позади неё, казалось, всё больше возбуждалась и была довольна тем, что все осуждения были направлены именно на Присциллу.

Присцилла, ты не убьёшь Рем. Так что перестань пытаться призвать свой меч.

Дама фыркнула и откинулась на спинку кресла, прикрываясь веером, чтобы скрыть оскал, адресованный синеволосой служанке. Рем медленно отступила к своему месту рядом с Феликсом, не видя, как Гарфиэль густо покраснел, глядя на неё с благоговением .

Она села и начала быстро гладить голову целителя, кивнув удивлённой Круш, давая понять, что она заметила, что жестокость Присциллы также повлияла на него.

"Я заметила, какая была ссора между вами с последнего просмотра… Я не хотела вмешиваться потому, что… он не был добр к Субару-куну". Рем выглядела немного пристыженной, положив голову целителя на свои бедра и поигрывая его ушами. "Я позабочусь о нём… Если ты сделаешь то же самое для моего Субару-куна… Пожалуйста".

Рем не смотрела Круш в глаза, пытаясь утешить Феликса, но герцогиня лишь благодарно кивнула служанке. Понимая, что она не лучший кандидат на утешение для своего рыцаря, Круш отвернулась, оставив Феликса, чтобы он мог выйти из её тени, воспользовавшись кризисом, в котором он находился. Она откинулась на спинку сиденья и осторожно сжала руку Субару, чтобы почувствовать его утешающее присутствие рядом с собой.

"Прости, что позволила тебе пройти через это…" — прошептала Круш. Эмилия тоже села и крепко сжала его другую руку. На лице полуэльфийки отражались отвращение и гнев из-за несправедливости ситуации, в которую он попал.

Это давало Круш небольшое утешение от того, что она не была наедине с чувством вины и беспомощности.

Твой шлем починен, мужик, перестань истязать себя из-за неё.

"Спасибо, приятель!" — облегчённо вздохнул Ал, похлопав по недавно починённому шлему. "И тебе спасибо, Шульт-кун!" — Ал весело погладил мальчика по розовым волосам, после чего, незаметно показал Хейнкелю средний палец.

Когда Ал откинулся на спинку кресла, Присцилла по-прежнему была центром внимания множества людей в комнате, но поскольку все уже высказали все, что хотели, бескомпромиссному человеку, который считал, что она всегда права, экран продолжил показ без их слов.

Лицо Присциллы исказилось от ярости при виде отвратительного существа перед ней. Дама отвернулась и презрительно закрыла глаза. "Альдебаран". Дверь открылась, и в комнату заглянул человек в шлеме с одной рукой, пристально глядя на упавшего Субару.

"Эй, что здесь у вас произошло?"

"Вышвырни отсюда этого мерзкого идиота. Или убей его, если хочешь. Неважно". Присцилла отвернулась от парня, но на её лице застыло гневное выражение.

Ал подошел и поднял Субару к себе на плечо. "А по моему, это даже очень важно". Он встал, неся Субару на плече, и тихо прошептал: "Пойдём, брат".

Он на мгновение повернулся к даме. "Не злись так, принцесса. Этот свирепый взгляд губит твоё милое личико".

"Если ты не хочешь, чтобы твоё лицо стало ещё более изуродованной, забери его немедленно, Альдебаран".

"Я же говорил не называть меня так". Рыцарь вышел, неся раненого Субару на здоровом плече.

"На самом деле, это лицо ничуть не смягчает гниль в её душе, — прорычала Беатриса с глубокой яростью. — Она заплатит за подрядчика Бетти и его лечение. Это, по сути, теперь её долг перед ним за всё это".

Юлиус кивнул в знак уважения, услышав обещание духа, и даже заслужил восхищенный взгляд самого Рейнхарда.

"Боже мой, принцесса… Ты действительно нажила все вокруг себе во враги …" — Ал потёр шлем в том месте, где Рем оставила вмятину, используя только свою чистую силу, прежде чем его починили. "Зачем? Зачем говорить всё это этим людям?"

"Альдебаран", — тон Присциллы был как у любопытной девушки, а не как у человека, действующего на нервы всем присутствующим. Казалось, даме в красном было совершенно всё равно, что замышляют против неё враги. "Как думаешь, почему эта свинья продолжала сражаться, будучи так основательно раздавленной моими ногами?"

"А?" — Ал наклонил голову, покрытую платком. "Что ты имеешь в виду, принцесса?"

"Как получилось, что мир дал ещё один шанс такой сломленной псине, когда я запретила ему поднимать голову?" — с любопытством спросила Присцилла, без всякого гнева или презрения, которые она бы испытывала к любому другому в ситуации Субару.

Ответ Ала оказался проще, чем она ожидала. "Что… делает тебя такой уверенной, что он сломался после того, как закончил с тобой, принцесса?"

Багровые глаза Присциллы обратились к её рыцарю, игнорируя пронзительные взгляды Хейнкеля и Шульта, подслушивавших разговор.

"Мой приятель не остановится, пока не победит…" — просто сказал Ал, без каких-либо эмоций, но твёрдо. "Он человек, который сделает всё возможное ради победы. Так что будьте готовы к тому, что вам докажут вашу неправоту".

"Дурак". Присцилла постучала по его шлему, одним лёгким движением снова сбив его на землю. "И кто окажется неправ?"

Ал застонал от боли, когда розововолосый дворецкий снова бросился ему на помощь. Шульт и Хейнкель, однако, встретились взглядами и показали друг другу, насколько они были озадачены внезапной переменой в обращении своей дамы с теми, кто ей противен.

"С каких это пор вы так милосердны к тем, кого ненавидите?" — пробормотал Хейнкель себе под нос то, что сам Шульт думал об их даме. "Что за внезапный интерес к человеку, который уже дважды провалил переговоры… Он что, какой-то мошенник?" На его вопросы никто не ответил, пока он наблюдал за происходящим вместе с остальными.

Сцена сменилось на то, что Ал помогал Субару, пока тот, прихрамывая, направлялся к выходу из поместья Бариелль.

"Ты можешь стоять, брат?"

"Да", — сказал Субару, прихрамывая, вышел за ворота с кровоточащей щекой и разочарованным видом.

"Кажется, всё в порядке. Я не знаю, о чём вы там беседовали, но, похоже, всё прошло не очень гладко". Ал стоял, неловко застыв, не зная, что сказать.

К счастью, к ним подбежала синеволосая девушка с обеспокоенным выражением на лице.

"Ему бы пригодилась твоя помощь, если бы ты появился там раньше, я полагаю", — пробормотала Беатрис, заставив Рем вздрогнуть.

"Это несправедливо, Беатриса", — увещевала духа Эмилия, в своём мрачном настроении, как и все в первом ряду,. "Она была в рыцарских залах, пытаясь найти для него помощь".

(Сцена из романа и манги, вырезанная из аниме.)

"Субару-кун! Почему ты весь в крови?!" — Рем быстро начала вытирать салфеткой окровавленную щеку и нос, и на её лице появилось обеспокоенное, почти яростное выражение.

Ал вздохнул и быстро обернулся. "Ну, я пойду обратно, пока она не прикажет мне разрубить тебя пополам по-настоящему".

Услышав это, Рем тут же бросилась на мужчину. "Убить Субару-куна?!" — яростно прорычала она.

"Не строй такое лицо, я просто говорю, что она может сказать что-то подобное. Тебя же не Рам звали? Позаботься о нем ради меня".

Когда Ал начал отходить от дуэта, Рем не удержалась от комментария.

"Рам — имя моей сестры. Рем зовут Рем, Аль-сама".

Однорукий остановился, и его окружила аура шока. "Рем?" — спросил он обеспокоенным тоном. Как будто что-то его потревожило.

Мужчина обернулся и уставился на служанку. "Не шути со мной, разве ты не Рам?"

"Я Рем, извините, но вы знакомы с моей сестрой?"

"Значит, ты — Рем, а твоя сестра — Рам".

"Да", — ответила Рем с недоумением и подозрением.

"Мне неприятно об этом спрашивать… но твоя сестра жива?"

"Моя сестра, очевидно, жива", — с оскорбленным выражением лица ответила Рем.

Аура вокруг Ала превратилась в ауру чистой злобы и презрения. "Это не шутка!" — прорычал мужчина, и воздух вокруг него сгустился.

"Субару-кун!" — встревоженно говорит Рем, словно от ауры мужчины её пробрал холод.

"Ага."

Они оба приготовились к побегу, поскольку аура вокруг Ала усилилась.

И вдруг… всё прекратилось.

"Не волнуйтесь. Я ничего не собираюсь делать. Вам лучше уйти, похоже, у меня тоже плохое настроение".

Рем медленно поклонилась, её взгляд был полон подозрения. "Понимаю… Пожалуйста, передайте ей, что мы благодарны за то, что она нашла время встретиться с нами".

"Понял, ребята, будьте осторожны".

Ал смотрел, как они уходят, и в голове у него крутились несколько мыслей.

"Значит, Она все еще жива... Меня от этого тошнит", — с отвращением подумал он, глядя на исчезающую служанку.

"Ты их знаешь, Рам?" — спросил Гарфиэль, готовясь ударить мужчину с такой силой, что бы его шлем разлетелся на куски.

"Хммм, это очень странно", — пробормотал Розвааль, хмуро глядя на экран. Этот Ал ему совершенно не нравился.

Рем была готова вытереть об него пол за то, что он сказал такое о её сестре.

"Предлагаю тебе объясниться", — предупредил Юлиус, заметив, как разгневался Розваль. Даже грим не скрывал морщин, образовавшихся от его пронзительного взгляда.

"А… Эй, что за чёртовщина?!" — Ал огляделся и увидел лишь подозрительные взгляды. "Эй… Скажи им что-нибудь!" — Он сердито посмотрел на Рам из-под своего шлема.

Горничная, сидевшая в том же ряду, что и он, невинно взглянула на него, скрестив ноги. "Простите? Не помню, чтобы я вас когда-либо встречала, а тут вы оскорбляете меня за моей спиной. Это поистине отвратительное существование для такой ревнивой собаки, как вы…"

"Не смей, блядь, так шутить! Я чувствую, как твоя сестра и твои парни рвут меня на куски взглядом!" Ал поспешил приготовиться к контратаке, если кто-то снова решит к нему приблизиться.

Рам раздраженно вздохнула. "Если мне придётся спасать собаку от её заслуженной участи, Рам получит твою благодарность позже".

"Да скажи ты им уже, черт возьми!" — приказал Ал, готовясь вскочить со своего места.

Горничная посмотрела на остальных и рассказала им о своей первой встрече с Алом. "Я встретила этого человека в тот день, когда Эмилия-сама разбиралась с крадеными знаками отличия. Мы встретились случайно на рынке столицы, когда я случайно разделились с Эмилией-сама. И несколько мгновений всё было неприятно, пока я не оскорбила его, назвав его мерзавцем…"

"Ты напала на меня, когда я был беззащитен. Я не хотел оскорблять девушку в ответ!" — неуклюже перебил её Ал, из-за чего Рам отказалась продолжать объяснения и отвернулась от него.

"Думаю, вы поняли, да?!" — Ал сердито посмотрел на остальных внизу, очень раздражённый из-за горничной. "Я, наверное, говорил о её нападении на меня. Ничего больше!"

"Что ты имеешь в виду под "вероятно"? Эта дерьмо случилось, ты сам это сказал". Хейнкель с недоумением указал на экран, заслужив кивок от Шульта, который тоже не понял слов рыцаря.

Ал отмахнулся от пьяницы, он и так уже был слишком раздражён одним человеком.

"Я не помню, чтобы я называла ему свое имя, Розваль-сама…" — сказала Рам своему господину, сохраняя на лице безразличное выражение.

Взгляд Розвааля изменился, и он напрягся, когда посмотрел на однорукого мужчину. "Возможно ли, что ты ошибаешься, Рам?"

"Нет, Росваль-сама. Он знал это ещё до того, как я встретила его в тот день", — кивнув, подтвердила Рам.

Маг кивнул и слегка похлопал её по плечу. "Спасибо, что сказала, Рам. Похоже, после нападения, в котором участвовал его культ, некоторые остатки не были уничтожены…"

"Какое нападение?" — Рам с любопытством посмотрела на своего хозяина. "Он всего лишь никчёмный пёс, который подползёт к любому, кто его погладит".

"Ты действительно так его видишь?" — спрашивает Розваль с облегчением в глазах.

"Конечно, Росваль-сама", — уверенно ответила Рам, заставив Росваля широко улыбнуться.

"Тогда давайте не будем больше об этом дууумать".

Сцена меняется на оживлённую улицу в столице Лугуники. Субару шёл сквозь толпу на рынке с пылающим взглядом.

Чертова заносчивая тварь! Даже не помнит, что я спас её при нашей первой встрече.

Субару резко остановился и от гнева прикусил губу так, что с другой стороны потекла кровь.

"Да и чёрт с ней. Сейчас нет времени унывать из-за этих идиоток", — Субару вытер кровь и закрыл глаза от разочарования.

"Оскорбляет всех, но не винит себя", — фыркнула Присцилла, заставив сидевшего рядом с ней пьяницу неловко отвести взгляд.

Сам Хейнкель делал то же самое, хотя и не хотел в этом признаваться.

Вдруг он услышал снизу детский голос.

"Нюх, нюх. Нюх, нюх. Выглядишь не важно! Ты в порядке?"

Субару открыл глаза и увидел маленькую рыжеволосую девочку с хвостом и ушками, похожие на кошачье, улыбающуюся ему.

"Хм?"

"От тебя пахнет кровью, и не только из губы. Ты сломал нос?"

"Ты можешь чувствовать запах крови?" — с удивлением спросила Петра, пытаясь отвлечься от мыслей о том, что всё пока идёт не так.

"Эй! Эй! Вот тут-то я наконец-то вступаю в историю!" Мими подпрыгнула от восторга при виде этой сцены.

"Раз уж здесь моя сестра, значит, Нацуки Субару встретится почти со всеми доступными кандидатами в одно и то же время…" — Тиви поигрывал своим моноклем, заметив, что его дама наклонилась вперёд на своём сиденье. — "Это довольно удачное совпадение, что он может встретиться с будущими правителями страны вот так просто".

Отто саркастически фыркнул из первого ряда. "Ещё как! Анастасия Хосин-сама, наверное, дождалась, пока он закончит свои встречи, прежде чем подойти к нему".

"Анастасия-сама…" — Эмилия повернулась к королеве торговцев. — "Что вам было нужно от моего рыцаря?"

Анастасия посмотрела Эмилии в глаза и одарила полуэльфийку небрежной извиняющейся улыбкой. "Ничего, кроме небольшой информации, и всё. Не будет никакого унижения по отношению к мальчику, это не в моём стиле".

"Мне совсем не нравится, как это звучит", — нахмурилась Эмилия, глядя на кандидатку, сидящая позади неё. "Субару отчаянно нуждается в помощи, а ты пользуешься ооочень плохой ситуацией".

"Надо напомнить, что я не знала, насколько на самом деле было всё плохо, как и Карстен-сан", — Анастасия с довольным выражением лица указала на герцогиню, сидевшую перед ней. "И я не несу ответственности за помрачённое здоровье мальчика. Я не та госпожа, которая его бросила из-за того, что слишком много проблем было с самой собой, чтобы увидеть, насколько он был сломлен".

"Миледи", — попытался вмешаться Юлиус, когда большинство людей поморщились от обращения Анастасии с полуэльфийкой.

"Это слишком грубо, босс…" — сказал Рикардо, закрывая глаз от фантомной боли.

Анастасия не дрогнула, глядя в глаза Эмилии. "То, что сейчас произойдёт с Нацуки-куном, — не моя вина, что я воспользовалась сложившейся ситуацией. Просто твоя некомпетентность продолжает раскручивать спираль".

Она откинулась на спинку сиденья, оставив Эмилию с отвисшей челюстью размышлять о суровой правде, открывшейся ей.

"Ну же, Мими, не устраивай глупостей".

Девушка повернулась к обладательнице голоса. "Хорошо!"

"Простите, что она вас потревожила. Хм? Разве ты не... Верно, ты же Нацуки-кун".

Глаза Субару расширились, когда к нему подошла женщина с фиолетовыми волосами, одетая в шубу и длинный синий шарф.

"Рыцарь Эмилии, Нацуки Субару-кун".

"Анастасия Хосин", — произнёс Субару с облегчением. Королева торговцев с запада одарила его лучезарной улыбкой.

"Это самый сладкоречивый разговор, который я когда-либо видел", — проговорился Отто, немедленно привлекая внимание Эмилии. Он сердито посмотрел на Юлиуса. "А иначе зачем бы она назвала его рыцарем Эмилии, если ты только что избил его до полусмерти, чтобы защитить честь звания рыцаря?"

"Моя госпожа искренне уважала стойкость Субару, когда он так поступал", — твёрдо защищался Юлиус, но Отто это не убедило.

Сцена меняется на входную дверь ресторана, и на фоне панорамного кадра слышен громкий голос.

"Приятного аппетита!"

Субару сидит внутри ресторана, а Мими и Анастасия удобно расположились к нему за столом.

"Итак, что насчёт кареты…" — заговорил Субару, удивив даму.

"Не стоит ходить вокруг да около. Ты никого не осчастливишь, если будешь думать только о себе. Основное правило сделки — подумать о выгоде партнёра. Подумай об этом, Нацуки-кун".

"Извините, но у меня серьёзная проблема. Мне завтра нужно уехать из столицы, так что…"

Дама прервала его с лёгкой улыбкой: "Когда вы сталкиваетесь с такими, как я, попытка апеллировать к сентиментальности — худшая стратегия. Но я хвалю твои упорства".

Анастасия взяла перо и начала писать на бумаге.

"Сейчас в столице найти экипаж, запряженный драконом, задача не из лёгких. Видимо, кто-то скупает их всех. Вот. По этому адресу должен быть ещё один экипаж. Я подписала его своим именем. Это всё уладит".

Она медленно подвинула к нему листок, но затем остановилась и прикрыла её рукой. "Не зазнавайся", — проворчал Субару.

Анастасия улыбнулась. "Почему бы и нет. Будет неинтересно, если я просто передам тебе всё как есть, правда? Я просто хотела поболтать с тобой о том о сём".

Субару посмотрел на это с тревогой. "Зачем это всё? Ты ведь с этого ничего не получишь".

"Я верю, что в этом мире нет ничего, что не имело бы значения. Никогда не знаешь, кто может тебя вдохновить".

"Отто-братан был прав. Эта сука что-то задумала..." Гарфиэль сердито посмотрел на женщину на экране. "Мне не нравится, когда Капитана так помыкают..."

"Никто этого не делает, Гарф-сан", — тон Отто вызвал у Юлиуса усталый вздох.

Сам рыцарь оглянулся на свою даму, пытаясь понять, что она сделала и почему.

Субару тревожно вздохнул. "О чём собственно речь?"

Внезапно маленькая девочка-кошка, сидевшая с ними, вскочила на своем месте с крошками во рту.

"Эй, миледи! Я хочу ещё поесть! Можно заказать?"

"Конечно. Ешь, сколько хочешь. Только не пачкай своё очаровательное личико".

"Вытрите мне лицо, пожалуйста! Ура! Я скоро вернусь!" Маленькая девочка с улыбкой побежала к стойке.

Уголки губ Субару слегка приподнялись, когда он наблюдал, как она бежит.

"Несмотря на её внешность, она — вторая из лучших в моего личного воинства", — прокомментировала Анастасия, заметив его улыбку.

Внимание Субару было немедленно привлечено этим фактом. "Личного воинства?"

"Вот как он узнал, а, босс?" — усмехнулся Рикардо, не находя ничего необычного в том, что его дама пытается выведать что-то у него из разговора с глазу на глаз. "Ты должна признать, что этот парень тебя провёл".

На лице Анастасии играла лёгкая улыбка, что удивило Рем, сидевшую рядом. "Нацуки-кун, может, и никудышный переговорщик в этой ситуации, но я им определённо горжусь… Честно говоря, мне жаль только, что какая-то дура ударила ему по лицу, а в остальном, думаю, он пока неплохо справляется".

"Некоторое облегчение приносит осознание того, что наша леди не такая бессердечная, как другие кандидаты". Тиви кивнул, прежде чем сестра предостерегающе шлёпнула его по колену.

"Она довольно известна в Карараги. Личный отряд наёмников компании "Хосин", Железный Клык. Разве она не прелесть? Нет ничего лучше, чем спать с ней в обнимку!" — Анастасия восторженно воскликнула и тепло улыбнулась, но её внимание вдруг переключилось на что-то другое, когда она услышала, как мимо здания проехала с грохотом драконья карета.

"Не могу поверить, что этот гребаный ребенок — солдат…" — фыркнул Гарфиэль, когда Рам насмехалась над ним со спины.

"Она того же возраста, что и ты, Гарф", — невозмутимо произнесла Рам.

"Это не имеет значения!" — кричит он в знак отказа, а Мими показала ему язык.

"Я могу надрать тебе задницу в любой день, тигрёнок!"

"В последнее время в столице собралось много людей. Ты же заметил, как изменилась атмосфера в городе, Нацуки-кун?"

"Раз ты напомнила, то все, похоже, куда-то торопятся. Это всё из-за королевских выборов?"

"Когда верхушка движется, движется и народ. Когда люди двигаются, движутся и товары. Кстати, стоимость товаров в столице в последнее время сильно скачут, но на металлические изделия самый большой спрос. Оружие, такие как мечи и копья, скупаются как пирожки".

"Железо и оружие? Они ведь не собираются развязывать войну, да?" — спросил Субару с паническим видом.

"Возможно, их цель — не скупка товаров, а подержание экономики".

"То, как вы это сказали… А известно ли, кто собирает всё это железо?"

"Ты хорошо её знаешь, Нацуки-кун", — Анастасия невинно улыбнулась. "Герцогиня Круш Карстен".

Голова Круш падает, и Беатрис и Эмилия замечают, что на ее лице написано понимание.

"Круш? Что ты поняла?" — спросила Эмилия, привлекая внимание к герцогине со стороны горничных, сидевших рядом с Вильгельмом и Феликсом, а также Фельт и Рейнхарда.

"Анастасия-сама пыталась выудить информацию о моей подготовке к экспедиции на Белого кита. Я рада, что моя тактика не позволила ей проникнуть сквозь информационные каналы, но Субару Нацуки, находясь так близко… создал брешь, которой она тут же воспользовалась". Круш оглянулась на Анастасию с некоторым подобием уважения. "Ты сварливая женщина…"

"Как грубо ты говоришь по отношению к своей любимой сопернице~", — с радостью и восторгом ответила Анастасия, наслаждаясь этой игрой. Отто же всё время хмурился, наблюдая, как Анастасия мастерски разрушает чьи-то информационные барьеры.

"Она настойчивая..." — пробормотал Отто, взглянув на Рем и Эмилию. Его глаза всматривались в выражения их лиц, чтобы понять, что они чувствуют.

Казалось, обе теперь гораздо лучше понимали, что происходит, и обе бросили на кандидатку с фиолетовыми волосами взгляды, полные отвращения и волнения соответственно.

"Ох, да перестаньте вы на меня так смотреть… Игра есть игра", — Анастасия потёрла шарф, пока они сверлили её взглядами.

"На самом деле, это довольно отвратительная игра", — не оглядываясь, прокомментировала Беатрис, заслужив кивки и одобрение от людей, уже и без того разгневанных на лагерь Анастасии.

Глаза Субару расширились. "Круш?" Его лицо стало задумчивым. "Если подумать, в последнее время к ней часто приезжают гости… Понятно. Вот почему приезжал Рассел".

"Рассел Феллоу? Он действительно важная персона". Лицо Анастасии стало радостным. "Это было довольно информативно. Благодарствую, Нацуки-кун!"

Субару в недоумении уставился на листок, который она ему подала.

"После ссоры с Круш-сан прошлой ночью ты просто уехал от них, верно? Так и знала, что будет нетрудно много полезного с твоих слов, глаз и даже эмоций!"

Субару посмотрел на улыбающуюся Анастасию… и быстро понял, что его только что разыграли.

"Ты всё спланировала с самого начала? И ты ещё довольна собой, что пользуешься такими подлыми методами?" Субару снова стиснул зубы, когда девушка одарила его язвительной улыбкой.

"Если хочешь убедить кого-то в своей честности, то ты должен её доказать. А я в тебе ничего подобного не вижу. Единственный способ изменить репутацию — это заменить её другой. Твои поступки определяют чего ты стоишь… твоё прошлое. Но прошлое изменить уже нельзя, так что моё мнение о тебе тоже не изменится. То, что ты совершил, тебе уже не исправить". Анастасия высокомерно ухмыльнулась парню, которого только что одурачила.

"На самом деле, ты не имеешь никакого права комментировать его репутацию, когда тебе это выгодно!" — прорычала Беатрис, ненавидя всё увиденное в окне.

"Что ты за женщина, что использовала его унижения, чтобы сломить его дух?" Петра быстро поняла, что произошло с Субару, и сердито посмотрела на Анастасию, полностью осознавая, что она разговаривает с кандидатом на престол.

"Почему ты здесь такая злобная?" Отто был единственным, кто был достаточно здравомыслящим, чтобы проигнорировать раздражающую ситуацию и сразу же раскусить королеву торговцев. "Неужели тебе доставляло огромное удовольствие вытягивать информацию из человека, из-за которого отстранили твоего рыцаря?"

"Отто-кун!" — Юлиус злобно посмотрел на торговца. — "Не используй подобные обвинения, чтобы поссорить меня с Субару!"

"Это не обвинение, это факт. Иначе зачем бы она использовала это против него!" — Рем посмотрела Анастасии в глаза, опровергнув слова Юлиуса. "Как ты можешь видеть в себе добро, понимая, что ты — ещё одна из тех, кто приведёт его к гибели?"

"Какого черта… Его погибель?" Хейнкель быстро заморгал, понимая, что все эти люди сошли с ума. "Эти ублюдки говорят, будто этот парень был мёртв или что-то в этом роде…"

Сама Анастасия просто напевала что-то с расслабленным нейтральным выражением лица.

"Чтобы ответить тебе, Рем-сан… я бы сказала, что я довольна собой, так или иначе. Я преподала Нацуки-куну очень важный урок, который поможет ему спасти вас всех". Королева торговцев перевела взгляд с горничной на полуэльфийку внизу. "Это больше, чем вы обе можете сказать. Одна из вас оставляет его без помощи, а другая постоянно убивала его прямо у них на глазах, из-за чего ему снятся кошмары, которые мешают им здраво мыслить".

Слова Анастасии задевают Эмилию и Рем, заставляя обеих девушек опустить глаза, теряя уверенность и переполняясь чувством вины.

"Не суди девушку за то, что она пытается помочь ему по-своему", — Анастасия насмехалась над ними обеими, не извиняясь и даже раздражена мыслей о своей вине.

Субару в гневе проглотил слова и вскочил со стула. В ту же секунду маленькая девочка направила на него длинную палку.

Мими улыбнулась, несмотря на крошки на лице, протягивая свою смертоносную палку. "Тебе не стоит приближаться к моей госпоже. Я очень сильная, ты же знаешь".

"Спасибо, Мими. Но тебе не нужно ничего делать. Нацуки-кун всё равно ничего не сможет сделать", — радостно и гордо обратилась Анастасия к девочке.

"Ты просто его прощупывала?" — Тиви заметил, что Отто также был этим заинтересован, поэтому тактик решил задать вопрос за них обоих. "Почему?"

Анастасия фыркнула и поигрывала своим шарфом, отвечая маленькому близнецу.

"Вы оба — настоящие твари! Будьте вы прокляты!" Субару потянулся, чтобы разорвать бумагу в клочья, заставив Анастасию открыть глаза и разочарованно посмотреть на него.

"Похоже, старания Юлиуса пошли прахом. Хотя отчасти это и моя вина".

Субару медленно опустил руки, держа бумагу в руке.

"Видимо, ты не настолько глуп, чтобы кидаться в крайности. Какое облегчение. Мими, пойдём".

"Хорошо!"

Субару лишь сердито посмотрел на стол, когда довольная Анастасия направилась к выходу.

"И последнее", — неожиданно продолжила Анастасия, заставив Субару поднять взгляд и увидеть, что она подняла к нему палец.

"Ключ к любой успешной сделки заключается в том, чтобы хорошенько к ней подготовиться заранее. Узнай, чего хочет собеседник, и покажи ему это. А поскольку ты можешь только хотеть, то это твой главный недостаток". Субару заскрежетал зубами от злости.

"Думаю нам пора, солдатики?" — Анастасия захлопала в ладоши и весело улыбнулась.

Субару мог только с удивлением и шоком наблюдать, как все посетители ресторана, которые оказываются все были в одинаковой форме, вставали и начинали выходить.

"Пока! Увидимся позже", — помахала Мими и выбежала вслед за Анастасией.

Субару в отчаянии ударил по столу. "Проклятие!" — крикнул он от досады, когда владелец ресторана потёр затылок и ушёл в заднюю комнату, оставив Субару одного, сверлящего взглядом свой кулак.

"Это только испортило вам репутацию, миледи", — вздохнул Юлиус и откинулся на спинку кресла. "Вам не стоило беспокоиться о нём из-за меня".

"Ты так легко видишь меня насквозь, Юлиус-кун~, но мы не могли ожидать, что у моей милой персоны будет такая встреча с Нацуки-куном. Уверена, мои знакомые пронюхали о его ссоре с Карстеном-самой, и это привело к моей встрече с ним..." Анастасия сладко напевала, чувствуя себя немного счастливой от того, что оставила ему совет после того, как сама его унизила.

"Значит, в моём доме есть шпионы, хотя моя сеть заклеймила первую партию…" — пробормотала Круш себе под нос, не в силах поверить, насколько всё обострилось из-за того, что она однажды нарушила доверие Субару.

"Неужели вы все его бросили?!" — спросила Фельт, в шоке уставившись на экран. "Что это за череда неудач, чёрт возьми!"

Сама Петра с болью в сердце смотрела на лицо Субару.

"Эй, босс... это было нехорошо. Так обращаться с ним..." Мими со стыдом опустила глаза, увидев, как её дама обошлась с их соратником.

"Я бы хотел…" — рыцарь сжал кулаки от гнева. "Я бы хотел, чтобы ты попросил меня о помощи…" Юлий стиснул зубы от разочарования.

Анастасия просто поправила лисий шарф, не отрывая глаз от экрана. "По крайней мере, я дала ему пару дельных советов, прежде чем оставить его умирать".

Наконец в кадре появилась Рем, входящая в пустой ресторан. Заметив, что её спутник сердито смотрит на столик, она подошла к нему.

"Субару-кун, что-то не так? Что-то случилось?"

"Ничего! Рем, как всё прошло?" Субару с отчаянием посмотрел на горничную.

"Не вини себя снова… Ня…" — тихий печальный всхлип Феликса позволил Рем с удивлением взглянуть на него. Она чувствовала то же самое, когда увидела, как сама подходит к концу второго цикла унижения Субару.

Целитель, лежавший на её бёдрах, повернул голову к ней, его глаза покраснели от слёз, но он смотрел на неё искренним взглядом. "Мы не всегда можем быть рядом с теми, кого любим, когда они в нас нуждаются… Уверяю вас, иногда мы оказываемся рядом… И в итоге делаем им только хуже".

"Феликс-сама… Ты пытаешься меня чему-то научить?" — прошептала Рем, поглаживая его волосы в поисках утешения.

"... Просто пойми, что преданность может разбить сердце, Рем-сан... Мне кажется, именно это все и пытаются тебе сказать, ня..." Феликс вздохнул и наклонился, чтобы слезть с колен Рем и устроиться поудобнее на своём месте.

Он заметил легкое беспокойство во взгляде Круш, которое наполнило его сердце трепетом и теплотой, о существовании которых он и не подозревал.

"Спасибо… Феликс-сама…" Рем устало вздохнула и, печально нахмурившись, посмотрела на голову Субару.

"Я доложил о намерениях Культа Ведьмы рыцарям. Я говорила от лица Росваля-самы, но…"

"Они тебя проигнорировали?"

Рем выглядела немного подавленной. "Похоже, рыцари уже получали несколько подобных сообщений. Они сказали, что, поскольку истинные планы Культа неизвестны, то бесчисленное количество анонимных сообщений проверить невозможно".

"Если так культисты остаются в тени, то наши дела плохи. А без поддержки, мы…" Субару выглядел неуверенным, не зная, как продолжить.

"Что мы будем делать?"

Разум Субару начал прокручиваться моменты предыдущего цикла. Смерть. Трупы. Рем. Смех…

"Мы вернёмся в особняк. Вернёмся и заберём оттуда Эмилию и Рам", — сказав это, Субару схватил дрожащими руками бумагу и поднял её.

"В столицу или туда, где находится Розваль… Куда угодно. Но в особняке сейчас опасно! Времени нет, мы отправляемся сейчас же".

"Это лучший план, который он мог придумать из того, что у него есть…" Хейнкель, казалось, протрезвел, извлекая больше информации из увиденного. "Меня интригуют постоянные неудачи этого парня, но… Ему приходится нелегко. Интересно, как ему удалось привлечь их на помощь после такого неудачного начала…"

"Как ты думаешь, он говорит правду? Что Культ убьёт всех в той деревне, о которой он постоянно говорит?" — спросил Шульт Хейнкеля, получив в ответ лёгкое пожатие плечами.

"Хрен его знает, но его план спасти только принцессу, которой он служит, — это пока его лучший вариант". Хейнкель заметил, как Эмилия вздрогнула, когда он упомянул её.

"А как же жители деревни?" — спросила Эмилия, виновато глядя на Субару. "Субару… Не сдавайся… Пожалуйста".

Рем отвела взгляд от полуэльфийки, прокручивая ещё одно воспоминание, которое возникло у неё, когда Субару сдался.

Петра выглядела в ужасе от решения, которое пришлось принять Субару. "Нет… Пожалуйста…"

"Интересно, как он в этом приуспееет…" — Розваль наблюдал за происходящим, совершенно не получая никакого удовольствия от того, в какое отчаяние впал Субару. "Он был так близок к тому, чтобы превратиться в идеальный сосуд… Наилучший цикл… Его способность должна была усилить его потребность осознать, что ничто не имеет значения, и он должен использовать её безнаказанно, но…"

Рам продолжала смотреть в окно, пока её хозяин размышлял сам с собой, все больше понимая то, чего она не могла заметить раньше.

"Как он не развратился, как я?.. Почему он не изменился после всего этого?" Лицо Розваля выражало растерянность. Он не сводил пристального взгляда с мальчика ни на секунду.

Сцена меняется: Субару и Рем едут на маленькой драконьей повозке.

Такими темпами мы должны добраться до особняка к утру. Тогда у нас будет достаточно времени, чтобы забрать Эмилию и сбежать от культа ведьмы.

Вопрос в том, как её перевезти…

Глаза Субару расширились, когда он заметил лагерь перевозчиков на драконьих повозках, отдыхающих на обочине дороги. Он заметил седовласого мальчика, махавшего им рукой.

"Это…" — удивлённо прошептал Субару, заметив Отто.

"Ещё одна встреча… Надеюсь, на этот раз я помогу ему больше, чем в прошлый", — пробормотал Отто очень усталым голосом. В его глазах мелькнул проблеск разочарования, который заметили Гарфиэль и Юлиус.

Рыцарь тут же нахмурился, глядя на него со спины.

"Похоже, это судьба, а? Отто-братан?" — Гарфиэль попытался вызвать улыбку на лице торговца, подтолкнув его локтем. — "Разве ты не понимаешь, что тебе придётся каждый раз встречаться с Капитаном?"

"В моём сердце есть разница между тем, чтобы быть предназначенным судьбой встретиться с Нацуки-саном, и тем, чтобы подвести его и заставить почувствовать ещё более одиноким, чем он уже чувствует". Ответ Отто прорезал радостную маску, которую напускал на себя Гарфиэль.

Министр вздохнул: "Прошу прощения, Гарф-сан".

"Не надо извиняться… Ты прав…" — проворчал Гарфиэль и опустил руку на подлокотник, чувствуя, как его настроение ухудшается, как и у всех остальных. "Это просто отстой…"

"Это действительно так", — согласился Юлиус с тигрёнком, сидевший сзади и не спускавшим глаз с Отто и Субару.

На экране появляется костёр, вокруг которого в ночной холод толпятся несколько человек. Субару и Рем останавливают свою повозку вместе с остальными и сидят рядом с Отто перед огнём.

"Отсюда до поместья Мазерс?"

"Да", — ответил Субару, отчего на лице Отто появилось беспокойство.

"Уже поздно. Не слишком ли опасно? Мы собирались сегодня разбить здесь лагерь. Не хотите присоединиться к нам?"

Внезапно сбоку заговорил старый торговец с суровым взглядом на лице: "Ты так говоришь, Отто, но, держу пари, ты просто хочешь избавиться от масла, которое ты купил не по сезону, верно?"

Все торговцы, стоявшие вокруг, громко рассмеялись, наблюдая, как мальчик в зелёном отчаянно размахивает руками.

"Не о чём таком я и не думал! Хотя, я всё же надеялся, что вам не помешает немного масла…" — он смущённо улыбнулся им двоим.

"Что с ним не так?" — спросил Рем сбоку.

"О, я просто немного ошибся, и теперь у меня много масло, которое сейчас не очень хорошо продаётся. Даже если мы прибудем в столицу, не знаю, смогу ли я всё продать… а если не продам, то я банкрот! Банкрот..." Отто обречённо опустил плечи.

Субару вдруг широко раскрыл глаза. "Отто, мне нужно поговорить… точнее, мне нужна твоя помощь".

Отто медленно поднял растерянный взгляд на Субару.

"Я выкуплю всё масло в твоей повозке, а взамен помоги нам с перевозкой". Субару улыбнулся и посмотрел на собравшуюся толпу.

"И все торговцы что здесь есть! Все, кто занимается платной перевозкой, то я вас нанимаю! Мы перевезём людей!" — крикнул Субару толпе.

Отто быстро вмешался: "Людей?! Мы не занимаемся частным извозом!"

"Меня это совершенно не волнует", — Субару устало вздохнул и крикнул окружающим. "Недалеко от особняка Мазерса есть деревня. Я хочу, чтобы вы перевезли её жителей!"

Мужчины недоверчиво переглянулись… но вскоре ахнули от изумления и благоговения, увидев, как Рем с улыбкой держит в руках большую сумку, полную священных монет.

"Разумеется, у нас есть чем оплатить ваши труды", — тепло сказала Рем.

"Он всё ещё обдумывал план, как нам всем помочь… Субару потрясающий!" — Петра плакала от радости, радуясь тому, что её герой каким-то образом сумел выбраться из всех неудач, которые ему пришлось пережить. "Он такой потрясающий… Субару…" Сердце Петры билось от облегчения и всепоглощающей надежды, ведь он нашёл удивительное решение.

"Не могу сказать, что я не горжусь немного…" — Рам поймала себя на том, что с восхищением смотрит на Субару. "Барусу быстр, как загнанная крыса в углу, когда в отчаянии".

"Неплохой план…" Райнхард кивнул и улыбнулся, радуясь, что его друг наконец-то получил передышку.

"Наконец-то что-то, что может сработать!" — Фельт всплеснула руками в знак ликования.

"Мой герой делает всё, что может", — Рем сочувственно улыбнулся и взъерошил мальчику волосы, заставив Эмилию и Круш улыбнуться ему в ответ.

"Субару Бетти…" — Беатрис посмотрела на экран, и в её глазах звучало лишь обожание к своему подрядчику. "Никто другой не проявил бы такой упрямой решимости помочь этим людям, кроме того, кому принадлежит сердце Бетти".

"Неплохо…" Присцилла молча кивнула, одобряя предложенный им план. "Меня радует, что он к этому пришёл".

"Парень всё ещё старается, а ты довольна, что выгнала его?" — Хейнкель присвистнул, усмехнувшись мыслям своей дамы. — "Это какой-то извращённый эксперимент для тебя, что ли?"

"Не забывайся, собака", — слова Присциллы заставили Хейнкеля напрячься всем телом, даже без всякого взгляда с её стороны.

"Простите… Присцилла-сама".

На экране появляется небольшая группа повозок с драконами, мчащихся по темной дороге.

"Если мы будем ехать всю ночь, то доберёмся до владений Мазерса к утру", — с весёлой улыбкой произнёс Отто.

Субару и Рем ехали в своей повозки, купленной у Анастасии, в передней части группы. Их повозка ехала вровень с повозкой Отто.

"Простите, но остановок не будет", — Субару выглядел виноватым, поворачиваясь к Отто из своей повозки.

"Нет проблем! Если я смогу избавиться от излишков и даже заработать на перевозке, это того стоит!" Отто сжал кулак от волнения и радости.

"В конце концов, ты ему очень помог..." Юлиус вызвал улыбку и у себя, и у Гарфиэля, когда они посмотрели на изумлённого торговца перед ними.

Отто потрясенно уставился на экран, открыв рот от изумления. "Не могу поверить, что он снова воспользовался моей ошибкой с маслом…"

"Снова?" — Юлиус с любопытством посмотрел на министра, что вызвало смех Гарфиэля.

"Вот чёрт! Ха, мы сожгли особняк этим маслом, когда были там, да? Хахахаха!" — Гарфиэль похлопал Отто по сгорбленным плечам, а близнецы и Юлиус с большим потрясением уставились на него.

"Ты сжёг особняк… этим маслом...?" — изумлённо и немного обеспокоенно пробормотал Юлиус.

"И, судя по всему, это привело к тому, что моя встреча с Нацуки-сан стала постоянной для двух петель…" Отто вздохнул и снова надел шляпу на голову.

"Я бы сказала, что твои инвестиции окупились с лихвой", — поддразнивающий голос Анастасии заставил Отто снова показать лицо.

Он слегка покраснел под её насмешливым взглядом, поняв, что она стала свидетелем того, как он признался в ошибке новичка в купечестве, да ещё и весьма пагубную.

Для опытного торговца, как Анастасии Хосин, это была золотая жила комедии.

Субару нервно усмехнулся и повернулся к Рем, когда она заговорила с ним. "Прости, Субару-кун. Я бы хотела ещё раз проверить карту, чтобы определить оставшееся расстояние".

"Карта?"

"Она у тебя в сумке".

Мальчик нашёл карту и развернул её. "Слишком темно, ничего не видно… О, я знаю".

Субару быстро достал телефон из кармана и открыл его, заставив экран ярко засветиться.

"Субару-кун, что это?" — Рем с удивлением посмотрела на телефон в его руке.

"Нечто из забытой технологии… то есть, это технология будущего, под называнием телефон. Хорошо, что у он ещё не разрядился. Вот, смотри", — он улыбнулся, пододвинул карту к Рем и поднес телефон, чтобы дать ей немного света.

"Нацуки-сан, что это?" — спросил Отто, в изумлении уставившись на телефон.

"Никогда раньше не видел таких кристалитов", — выпалил другой торговец, уставившись на телефон.

Субару повернулся к нему с самоуверенной улыбкой. "Это небольшой подарок от маркграф". Он повернулся к Отто уже с пугающей ухмылкой на лице. "Извини, но тебе, пожалуй, стоит забыть, что ты его вообще видел".

"Что это за хрень такая?" — Хейнкель наклонил голову и взглянул на Розваля со своего места в последнем ряду. "Эй, маркграф-сан? Почему у этого парня такие запретные вещи?"

"Не думаю, что твои знания об этих метиах, полученные в должности заместителя командующего, помогут тебе понять, откуда взялся этот маленький артефакт". Розваль понимающе улыбнулся пьянице и мальчику, сидевшему рядом с ним. "Просто знай, что это ооочень важно для нас с Субару-куном", — подмигнул он и снова вернулся к просмотру.

Хейнкель просто пожал плечами и продолжил восхищаться удобной машиной, которую использовал Субару, пытаясь насладиться видом чего-то нового, поскольку ему было безумно скучно.

Отто поежился на своем сиденье. "Какая-то тёмная сделка, от которой не пахнет ничем, кроме денег?"

"Отто-кун! Так мог бы сказать только ооочень плохой парень!" — Эмилия обиженно надула щеки, глядя на торговца со своего места.

"Нет, нет, Эмилия-сама! Я хороший мальчик". Отто отчаянно пытался оправдаться, отчего все в зале разразились смехом. От Розваля и Рам до Присциллы и Ала. И всех, кто был в лагере Эмилии и Круш, за исключением Эмилии и Вильгельма. Райнхард посмотрел на него с сочувствием… и лёгкой улыбкой.

Однако почти весь лагерь Анастасии вовсе катались со смеху по полу. Юлиус лишь посмеивался и пытался выдать это за кашель.

"Ну, что, Отто-кун, будешь хорошим мальчиком? Хорошим умным мальчиком~ хахахахахахаха", — насмешливо произнесла Мими, подражая Эмилии.

"Заткнись!" — крикнул Отто, и его щеки покраснели до крови.

Фредерика хихикала рядом с Петрой на заднем плане, но слегка улыбнулась министру, молча поблагодарив его за то, что он поднял настроение в комнате. Пусть даже это произошло случайно и ценой его собственной гордости.

Конечно, она будет использовать это против него, когда это будет уместно... Всегда...

Рем с улыбкой на лице повернулась к дороге. "Ещё немного, и мы увидим Дерево Флюгеля. Если мы направимся оттуда на северо-запад, то прибудем в поместье Мазерса".

"Дерево Флюгеля?"

"Это огромное дерево, возвышающееся над трактиром Лифаусом, настолько высокое, что кажется, будто оно пронзает небеса".

"Легенда гласят, что посадил его мудрец по имени Флюгель много веков назад". Как объяснили Субару торговцы, мальчик мог смотреть только вверх, на видневшееся теперь на пути гигантское дерево.

"Вот как, это просто невероятно", — прошептал Субару в благоговении при виде Древа Мудреца.

"Ого! Круто!" — воскликнул Гарфиэль с благоговением и завистью, что из-за Святилища ему не удалось увидеть такое зрелище. "Здесь началась легенда о Капитане?! Он использовал эту штуку?!"

"Конечно, Гарфиэль-кун", — на лице Рем появилась лёгкая приятная улыбка, она нашла милыми восхищённые взгляды Петры и Гарфиэля.

"Ого… Вот как выглядело Дерево?" — Шульт тоже был маленьким мальчиком, который смотрел на это зрелище с абсолютным благоговением на лице. "Это потрясающе…"

"Вот как он это воспринимает…" — пробормотала Круш, крепко держа Субару за руку. Она наблюдала за ним с тоскливым выражением лица.

Это заметила Эмилия, которая перестала любоваться деревом вместе со всеми и в замешательстве взглянула на герцогиню.

"Круш?" — Эмилия наклонила голову набок с доверчивым выражением в глазах.

"Пожалуйста… Просто дайте мне посмотреть… Я в глубине души надеюсь, что я ошибаюсь…" Круш остановила Эмилию от дальнейших расспросов, за что заслужила сердитый взгляд Беатрис.

Глаза Субару расширились от благовения. Он повернулся к торговцу, который как раз объяснял ему про дерево.

Но справа их повозки никого не было.

"А куда делся парень в бандане?" Субару с обеспокоенным лицом огляделся и не смог найти ни мужчину, ни его повозку с драконом.

"Что за херня?" — Хейнкель присмотрелся к окну над собой, держась за подлокотники, чтобы удержать равновесие. — "Где этот грёбаный парень?"

"Что…" Теплота и комфорт во взгляде Петры тут же сменились беспокойством и тревогой.

"Погоди-ка…" — Фельт посмотрела на Райнхарда, который смотрел ей в спину с такой же тревогой. "Вот черт… Мы забыли про Белого Кита!"

Аура Вильгельма излучала жажду убийства, с которым не сравнится ничто другое во всем зале.

"Что?" — губы Хейнкеля запнулись, он подавился собственной слюной. "Что за херня… Погоди-ка…"

"Он ведь не отвлёкся на дерево и не сбился с курса, не так ли?"

"Что случилось, Нацуки-сан?" — спросил Отто в замешательстве.

"Куда делся твой приятель? Тот старик в бандане, который ехал рядом с нами?" — спросил Субару, повернувшись к Отто.

"О чём вы говорите? Справа от вас всё это время никого не было", — недоумённо спросил торговец.

"А?" — Субару ошеломлённо уставился на него.

Вскоре его внимание привлек густой белый туман, заполнивший пространство вокруг них. Субару медленно поднял взгляд и увидел, как около них парит тёмная масса в тумане, скрывающая его и остальную часть небольшой группы повозок.

"Вот он…" — только и было слышно в безмолвном зале, и все смотрели на экран с застывшими от шока лицами.

Мальчик удивлённо заморгал и медленно включил фонарик на телефоне...

И направил его на огромную массу рядом с собой.

В нескольких дюймах от Субару... Гигантский слизистый желтый глаз открылся и уставился на него сверху вниз, словно тёмная бездна.

Резкий, Звериный, Злобный.

Субару ошеломленно уставился на глаз, возвышающийся над ним и над повозкой, в которой он ехал.

Бездна зрачка сдвинулась и уставилась на него.

Лицо Субару исказилось от ужаса.

Глаз расширился и оглядел его, в нем вспыхнул особый блеск.

Что-то парящее над ним двигалось и ревело перед ними, заставляя сам ветер кружиться.

Субару закричал, когда его сбил с ног порыв ветра, когда туман заполнил всю дорогу.

На последнем кадре плоские травянистые равнины покрываются постоянно расширяющимся облаком тумана, поднимающимся с середины пути.

Титульный экран:

Свиная жадность

"Туман…" — Фредерика с тревогой прищурилась, вспомнив истории о катастрофе. — "Вот как пропал этот человек…"

Рем быстро обняла мальчика за шею и мягко прижалась щекой к его щеке, со страхом глядя на экран.

Петра изо всех сил старалась не прятаться и быть сильной ради Субару. Но после того, как она сама увидела этого зверя, атмосфера стала слишком пугающей. "К-как Субару смог его победить … Почему все эти люди просто… ломают его вот так?"

Рыжеволосый человек смотрел на экран с таким отчаянием, что его руки онемели и повисли вдоль тела. "Нет…" Лицо Хейнкеля исказилось от отчаяния до ужаса. "Вот же чёртов пиздец…"

"Хейнкель-сама! Дышите!" Шульт тут же оправился от страха перед Китом, когда Хейнкель упал на пол перед их сиденьями и, не в силах дышать, продолжал держаться за шею.

"Эй… Бро… Ты в порядке?!" — Ал опустился на колени рядом с Шультом, чтобы перевернуть мужчину на спину и помочь ему дышать. "У него что, паническая атака? Что, чёрт возьми, с ним такое?!" — размышлял Ал, принимая необходимые меры предосторожности, пока мужчина внизу с трудом дышал.

Присцилла задумчиво смотрела на Хейнкеля, ничуть не заботясь о внезапной реакции мужчины на чудовище над ней.

"Так вот почему ты такой жалкий, да?" — прошептала она, пока её рыцарь и дворецкий пытались привести в чувство заместителя командира рыцарей.

"Нет…" Сердце Райнхарда сжалось от боли, он не мог подойти к отцу и помочь, пока Вильгельм держал его за запястье. "Дедушка?"

"Это будет неприятно… Но нам всем нужно держаться от него подальше, иначе будет ещё больнее…" Слова Вильгельма не были услышаны Райнхардом, но голос Кита над ним заставил его поднять взгляд на экран.

"Рейнхард-доно… Пожалуйста…" — умолял Вильгельм внука, заставляя рыцаря сделать выбор, отпустив запястье.

"Блядь!" — в гневе закричал Рикардо.

Юлиус и Отто в отчаянии посмотрели друг на друга, прежде чем снова взглянуть на экран.

Гарфиэль поперхнулся и отступил назад, его волнение улетучилось при виде размеров чудовища. "Ого… Держись… ДЕРЖИСЬ, БЛЯДЬ! КАПИТАН В ОДИНОЧКУ НЕ СПРАВИТСЯ! УБИРАЙСЯ ОТТУДА!"

Эмилия и Беатрис ахнули и уставились на экран, разинув рты.

"Беги! Старший брат!" — закричала Фельт с ужасом на лице, надеясь на спасение Субару.

Вильгельм бросил на монстра на экране суровый взгляд и вернулся на своё место рядом с Рейнхардом.

Лицо Райнхарда исказилось от гнева, а его аура вспыхнула, как у его деда. "Кит…" Холодная, очаровательная улыбка рыцаря исчезла, сменившись детской злобой на зверя, разрушившего его жизнь. На чудовище, который убьёт его друга.

Глаза Эмилии были полны страха. Не из-за размеров зверя или его тактики, а из-за того, что случится с Субару. Мальчиком, который только что оказался втянутым во всё это, пережив кошмар за кошмаром.

"Круш… Так вот почему ты не хотела сказать мне раньше…" — голос Эмилии звучал надломленно и подавленно, с ужасом наблюдая за происходящим.

"Да… Я не была уверена в сроках, но расположение место появления здесь означало, что мои подозрения были верны… Субару Нацуки пришлось встретиться с Белым Китом в петле, прежде чем встретиться со мной для сделки…" Круш посмотрела в окно с затравленным блеском в глазах, который выдавал её принятие увиденного. "Я никогда не думала, что увижу это снова…"

"Будет ли это больно, я полагаю?" — спросила Беатриса, её лицо теперь было бесстрастным, когда она услышала, как все говорили о том, что случится с её подрядчиком. "Когда чудовище Чревоугодия убьёт его".

"Ты имеешь в виду Кита?" — Круш, казалось, не слышала имени, которое использовала Беатрис, но покачала головой, отвечая. — "Я… хотела бы, чтобы этого не было".

"Ааааааааа!" Было показано, как Субару взмывает в воздух и попадает в торнадоподобную ветровую волну из-за атаки монстра.

"Субару-кун!" Рем быстро поймала его и запрыгнула в заднюю часть повозки, держа Субару на руках.

Мальчик упал, и его телефон так же упал рядом с ним и показал время.

Глаза Круш широко раскрылись, а дыхание в этот момент полностью остановилось. "О боже…"

Она оглянулась и увидела, что Вильгельм и Феликс посмотрели на неё с таким же удивлением и мгновенным пониманием.

"Так вот как он узнал время его прибытия…" — прошептала Круш себе под нос, не надеясь, что это может быть последняя петля, в которой Субару предстоит умереть.

Монстр над ними начал извергать белый дым, настолько густой, что он снёс повозки вокруг Субару и Рем. Отто изо всех сил пытался увести повозку от разрушительного тумана этого монстра.

"Что случилось? Что, чёрт возьми, происходит?!" — закричал Субару, борясь с ветром и силой тяжести, которые прижимали его к полу тележки.

"Субару-кун, не высовывайся! Мы потеряли нашу божественную защиту от ветра!" Рем держала его за руку, когда тележка начала двигаться с увеличенной скоростью.

Субару и Рем посмотрели на переднюю часть повозки и увидели, что оба приземлились на мчащуюся повозку Отто. На лице платиноволосого мальчика отразился ужас, когда он кричал им обоим, управляя драконами на поводках.

"Ты не знал? Только одно существо, обладающее таким огромным телом, может летать! Белый кит!"

В глазах Субару отразился страх и отчаяние, когда гигантский Кит с рёвом проносился сквозь туман над ним.

После Белый кит издал ужасающий ВОЙ, который разнёсся по всей округе.

Так же вой заполонил весь зал театра.

Страх перед божественным существом наполнил большую часть зала, за исключением немногих, у кого было достаточно силы, чтобы защитить себя. Присцилла и Розвааль были единственными, кто не испугался перед Китом, в то время как все остальные усилили свою панику, потому что голос Кита разнёсся по залу эхом, которому не было конца.

Дыхание Хейнкеля стабилизировалось, а в окне по-прежнему была видна вся сцена, поэтому он остался тяжело дышать на земле, зажмурив глаза и закрыв голову руками у ног Присциллы, а Ал и Шульт похлопывали его по спине.

Его дыхание замерло, когда навязчивый шум кита заполнил мир вокруг него.

"Рем, ты видишь эту тварь?" — отчаянно спрашивает Субару, держась за несущуюся повозку.

"Не вижу, слишком темно", — Рем с тревогой поворачивается к нему.

"Что случилось с остальными повозками?" — спросил он, внимательно оглядываясь по сторонам.

"Похоже, они бросились врассыпную. Но я не знаю, куда именно они сбежали!" — отвечает Рем.

"Проклятие! После того, как мы наконец нашли транспорт…"

Не успели они моргнуть, как за движущейся повозкой внезапно распахнулась огромная пасть. Она была словно зияющая дыра в иной бездне, отличавшаяся от зрачков зверя. Эта открытая пустота тьмы вела в отвратительные места, которые никто в повозке не желал видеть. Раскрытая пасть начала всасывать окружающий воздух и туман. Словно торнадо, вихрь втянулся в морду кита, и Субару полетел прямо в центр раскрытой пасти.

Субару кричал изо всех сил, схватившись за верёвку, которая удерживала его привязанным к движущейся повозке, не давая вихрю его засосать.

Кроме резкого ветра, около Субару раздался женский крик, когда Рем выпрыгнула из повозки и направила свою булаву прямо по сухой губе кита, пустив кровь и вызвав у зверя болезненный визг.

Рем с грохотом приземлилась прямо рядом с Отто, сломав деревянное сиденье и напугав Отто.

"Спасибо, Рем!" — Фредерика прижала руку к груди и вздохнула с облегчением, увидев, что Субару благополучно приземлился.

"Отлично сработано, Рем-сама". Вильгельм уверенно кивнул, одобряя её способ заставить зверя истекать кровью. Какая грозная юная леди.

Гарфиэль сел, широко раскрыв глаза и челюсть от вида кита и его устрашающей силы.

"Это было безрассудно с твоей стороны, сестра! Ты могла пострадать из-за бесполезности Барусу и твоей самоотверженной натуры", — предупредила Рам, разочарованно взглянув на сестру.

Вспомнив их разговор перед просмотром, Рем крепко обняла Субару и с беспокойством посмотрела на экран.

"Если я не смогу пожертвовать собой… Как я покажу ему, на что я гожусь?" — тихо прошептала горничная, и её глаза наполнились слезами.

Феликс посмотрел на неё с сочувствием и легонько похлопал её по спине, чтобы выразить полное понимание.

"Объезжай налево!" — торопливо приказывает она.

"Налево! Налево! Налево!" — кричал мальчик и сумел направить тележку чуть дальше её первоначального местоположения… от туда, где теперь находилась пасть Кита.

Верёвка Субару разорвалась, и мальчик отлетел в сторону, но цепь Рем быстро обмоталась вокруг его туловища и затянула его обратно в повозку.

Рем, как только убедилась, что Субару приземлился рядом с ней на повозку, сердито посмотрела на кита. Она яростно закричала и швырнула большую часть задней части повозки прямо в глаз монстра.

"Съешь это!"

*РААААААААААА...*

Кит издал рёв боли, но продолжил преследовать их.

"Рем такая классная!" — закричал Гарфиэль и подпрыгнул на месте в предвкушении и страхе за своего капитана.

Рем взглянула на кита на экране и прокляла его за попытку причинить вред её Субару.

Боль Эмилии усилилась, когда она почувствовала вину за то, что не смогла спасти мальчика от этого отвратительного монстра.

Круш еще крепче сжала руку Субару, поскольку её страх за парня, столкнувшегося с чудовищем, усилил её тревогу.

"Не сработало!" — крикнул Субару, наблюдая, как огромное чудовище неуклонно летит за ними, все ещё с разинутой пастью.

"П-почему он на нас преследует? Там же много других повозок!" — пробормотал перепуганный до смерти Отто, пытаясь одновременно управлять перепуганным наземным драконом.

"Какая сейчас разница?!" — кричит Субару и оглядывается на надвигающуюся тьму звериной пасти. Он зажмурился и постучал кулаком по лбу, полностью сосредоточившись. "Думай… Думай, думай! Нам нужен выход! Неужели ничего нет? Совсем-совсем ничего?!"

Рем наблюдала, как мальчик бормочет и кричит, отчаянно нуждаясь в плане. Её лицо стало решительным.

"Субару-кун". Он поднял взгляд и увидел, что она протягивает ему мешочек с монетами. "Прошу, возьми".

"Ты что-то придумала?" — Субару посмотрел на неё с надеждой.

"Я слезу с повозки и задержу его. А вы тем временем выберитесь из тумана".

Парень в шоке уставился на неё, но Рем уже двинулась дальше. "Отто-сама, пожалуйста, позаботься о Субару-куне. У него обещанная оплата".

"О-оплата? Это сейчас наименьшая из наших проблем! Нам бы выжить сперва!" — крикнул торговец спереди.

Горничная мягко улыбнулась Субару, но тот лишь недоуменно взглянул на неё.

"Субару-кун, я не самая умная, поэтому это лучшее, что я смогла придумать. Прошу…"

"Постой, Рем! Я не позволю! Я не отпущу тебя! Если… Если ты умрёшь, я…"

Субару крепко прижал Рем к своей груди, всхлипывая от отчаяния, защищая её от падения с падающей повозки.

Глаза служанки расширились, когда он обнял её. "Я верю, что родилась именно для этого момента".

Субару в замешательстве посмотрел на горничную, которую обнимал.

"О чём ты говоришь-" *Шлёп*

Субару ошеломлено сполз после того, как Рем ударил его по шее.

"Что ты сделала…" — выдохнул парализованный мальчик, когда Рем медленно опустила его тело на бок повозки. Она опустилась перед ним на колени и ласково прошептала:

"Всё будет хорошо. Я всегда буду оберегать тебя, Субару-кун", — Рем отошла от Субару.

Глаза мальчика расширились от боли и страдания, когда он увидел, как Рем улыбнулась ему в последний раз... прежде чем прыгнуть в туман.

"Рем!" — в гневе крикнула Рам, глядя на сестру сверху вниз. "Как ты собираешься ожидать, что он будет жить без тебя?! Ты совсем с ума сошла, сестра?!"

"НЕЕЕТ!" — в ужасе закричала Петра. "Пожалуйста, не обижайся! Пожалуйста! Обещаю, я прощу тебя за всё, что ты сделала с Субару, только, пожалуйста, не умирай!"

Близнецы, сидевшие рядом с Рикардо и Юлиусом, посмотрели друг на друга со слезами на глазах, жалея горничную.

Рэм просто обняла Субару и пожелала, чтобы её решение не ранило его.

"Не думай так, Рем, Субару очень заботится о тебе!" — с грустью и жалостью крикнула Эмилия служанке; её сердце разрывалось от мысли о жертве, принесённой ради спасения Субару, но она прекрасно понимала, что в конечном итоге это не поможет ему спастись.

Круш покачала головой и сочувственно взглянула на горничную. "Ты достойна восхищения, хотя и глупа, Рем-сан".

Рам не могла сдержать слез, видя, насколько упала самооценка её сестры.

"Ч-ч-чёрт!" — в гневе крикнул Гарфиэль, снова не сумев никого спасти и вынужденный смотреть и страдать. "Чёрт… Пожалуйста…"

"Я просто хочу, чтобы он скучал по мне", — эгоистично прошептала Рем.

"Ты с ума сошла.." — Хейнкель медленно поднялся с места, с потрясённым лицом глядя на экран. "Кто бы так просто броситься на смерть? Ты точно спятила!"

"Не зря же это называется самопожертвованием, приятель". Ал вздохнул и встал, чтобы подойти к своему креслу рядом с Присциллой. "Разве ты не это делаешь ради своей жены?"

Лицо Хейнкеля застыло в гримасе муки и презрения. "Но… идти против этой твари…" Хейнкель обхватил голову руками, оставаясь на полу, не обращая внимания на то, как жалко он выглядит, вспоминая лицо матери до того, как её отправили сражаться с этим.

"Она безумна…" На этот раз он говорил не о Рем. Перед его глазами возник отчётливый образ рыжеволосой женщины в одеянии Святого Меча.

Сцена меняется: тусклый свет движется сквозь более спокойное облако тумана в ночной темноте.

Теперь все стихло, кита нигде не было видно.

Парализованный Субару уже давно заснул. Но падение с тележки заставило его проснуться.

Субару медленно открыл глаза и заметил, что держит в руках сумку, полную монет. Он оглядел пустую повозку.

"Где Рем?" — спросил он в тревоге.

"Порадуй себя, наверное, он все-таки заботится о твоей жалкой заднице", — саркастический тон Анастасии ранил сильнее, чем слова, сказанные ею Рем.

Горничная вздрогнула, но продолжала крепко держать Субару, её руки скользили по его груди, когда своей щекой тёрлась о его затылок. Чувствовать его рядом, живого и здорового, было всем, чего она хотела.

"Нацуки-сан, вы очнулись? Пожалуйста, не двигайтесь. Мы едем на полной скорости! У меня нет времени следить за вами!" — крикнул встревоженный Отто спереди.

"Да мне наплевать! Где Рем? Что случилось с Рем?! Отвечай, Отто! Что стало с Рем?!" — безнадёжно закричал Субару.

Торговец выглядел расстроенным и полным раскаяния, управляя драконом. "Чтобы мы могли сбежать, она выскочила из повозки и задержать Белого Кита", — торжественно произнёс он.

Глаза Субару расширились от шока и ужаса.

"Возвращаемся."

Отто медленно повернулся к нему с ошеломлённым видом. "Что?!"

"Я сказал, возвращаемся! Мы должны… Мы должны спасти Рем! Живо поворачивай назад!!!" Субару подскочил к Отто и схватил его за воротник.

"К-какой в этом смысл? Разве вы не видели, насколько ужасен этот Белый Кит? Это же самоубийство!" — закричал Отто, когда Субару схватил его за воротник.

"Я видел! И очень близко! Поэтому я и говорю тебе ехать назад!!!"

"Он… он серьёзно?" — Хейнкель с недоумением посмотрел на экран. "Я… он хочет, блядь, вернуться туда?! Зачем?! Там не осталось ничего, кроме смерти!"

"Не думаю, что его сильно волнует смерть, заместитель командующего-сан", — тон Розваля был безрадостным и, скорее, суровым, пока он наблюдал за этим ужасающим зрелищем с нейтральным выражением лица.

"Моя сестра может умереть из-за твоих дел, хозяин…" — прошептала Рам сбоку.

"Прости меня…" — единственный ответ лорда прозвучал, когда они оба смотрели в окно, и их души наполняло отвратительное зловоние, вызванное тем, насколько развращёнными они себя чувствовали, находясь рядом друг с другом.

"Я должен остановить его…" Отто смотрел на экран с убеждением в глазах, пронизывающим тревогу и ужас. "Пожалуйста, позвольте мне остановить его… Я отдам всё, что смогу…"

Гарфиэль и Юлиус с жалостью посмотрели на министра, чувствуя, какое напряжение он на себя так внезапно взвалил.

"Э-Эй… Отто, братан… Тебе не в чем себя винить…" — попытался сказать Гарфиэль, но министр стряхнул его руку со своего плеча.

"Разве ты не видишь, что он не отступится от этого?!" Отто оглянулся на них двоих, и по его щеке скатилась слеза. "Я настолько бесполезен, что могу лишь заставить его отказаться от людей, которые умирают, защищая его… Вот до чего я докатился после того, как так долго вёл себя так, будто защищаю его интересы…"

Юлиус злобно посмотрел на Отто, а Гарфиэль выглядел озадаченным, не зная, что сказать или сделать.

"Ты всё это время так себя чувствовал? Почему ты столько раз пытался взять ситуацию в этой тюрьме под контроль во время просмотров?" Юлий ещё сильнее впился взглядом в торговца, но Отто отмахнулся от рыцаря.

"Слезай уже со своей высокой драконьей спины! Разве ты не видишь, какой я никчёмный?!" Отто указал вверх, когда в окне продолжилась сцена.

Отто оттолкнул Субару и закричал: "Да вы просто спятили?! Вы так просто отринете надежду, которую она нам дала?"

"Не смей говорить о Рем! Ты бросил её! Ты не имеешь права даже заикаться о ней! Возвращайся!"

"Вы так и не поняли, насколько страшен Белый Кит?! Когда армия охотников, собранные Лугуникой, отправились его усмирять, это чудовище убило почти всех и первого Мастера-мечника Святого Меча! Мы с ним не справимся!" — крикнул Отто и повернулся, чтобы управлять несущейся повозкой.

Субару был ошеломлён. "Убило… Святой Меч?"

"Заткнись!" — Хейнкель ударился головой о ближайший стул. "Заткнись нахуй!" — закричал он изо всех сил, и его голос разнёсся по всему залу.

Среди тех, кто проявил жалость к Хейнкелю, были и те, кто разделял его горе, но воздерживался от его выражения.

Глаза Вильгельма не открылись, оставаясь закрытыми в момент молитвы, которую он произнёс, чтобы почтить упоминание имени своей жены.

Сам Рейнхард смотрел в пол с бесстрастным хмурым видом, из-за чего казался отстраненным от личности человека, о котором шла речь.

В конце концов Хейнкель лишился рассудка и попытался восстановить контроль, оскорбляя себя на заднем плане.

Никто из присутствующих не хотел вмешиваться в дела семьи Астреа, поскольку они страдали, разделённые между собой.

Отто мог только смотреть перед собой. "Я слаб, и вы тоже слабы. Мы никак не сможем спасти эту девочку".

Лицо Субару исказилось от страдания, когда он снова взглянул на туманную дорогу. "Но ведь... Рем тоже не очень сильная".

"Жаль, что я не настолько сильна, чтобы не причинить тебе боль и не отпустить тебя…" Рем не могла сдержать рыданий, всё крепче прижимая к себе любимого. "Прости меня, Субару-кун".

"Конечно, он мог так подумать после того, что ты сделала ради него". Беатрис сердито посмотрела на экран, не собираясь поворачивать голову и оглядываться назад. "Он держал твой труп на своих руках, когда умирал…"

Слезы Рем потекли по её щекам и волосам Субару.

"Нам повезло, что нам удалось уйти, но в этом тумане невозможно предсказать, когда он снова появится", — торговец говорил с улыбкой на лице, заставив Субару с ненавистью взглянуть на него.

"Отто, следи за тем, что говоришь!"

Торговец выглядел озадаченным. "А? Что вы имеете в виду, Нацуки-сан?"

"Не говори так, будто это какая-то игра! Что ещё за "повезло"?! Ты, должно быть, шутишь! Ты хоть знаешь, что чувствовала Рем, когда она..."

"...Кто такая Рем?"

Возмущённый взгляд Субару сменился растерянностью. "Что?"

"Что?" Отто поднял голову, растерянный и озадаченный. "Я… я не понимаю…"

"Почему…" — тоже спросила Петра, не понимая, что происходит.

"Это Туман Забвения", — Круш позволила себе ответить дрожащим, но твёрдым голосом. "Рем только что попала под одну из атак Кита… что привело к её исчезновению из нашего мира, вместе со всеми воспоминаниями".

Глаза Отто расширились, когда он увидел Петру и Шульта, самых молодых людей, не считая Тивея и Мими, которые ещё не знали о способностях Кита.

"Так вот чем туман является?!" Отто же не мог поверить своим глазам. "Значит, Рем-сан так просто исчезла?! И мне ещё и самому приходится убеждать Нацуки-сан, что дальше всё в порядке?!"

Сама Рем больше не смотрела на экран, она просто держалась за тело Субару.

В глазах Эмилии промелькнула жалость к горничной, пока молча держалась за руку Субару, сжимая её в поисках утешения и покоя, в то время как ситуация продолжала накаляться.

Отто обеспокоенно и растерянно взглянул на Субару. "Среди торговцев, отделившихся от нас, не было никого с таким именем. О ком вы говорите?" — спросил торговец, невинно глядя на Субару.

*УДАР!*

Разозленный Субару так сильно ударил Отто по лицу, что тележка на мгновение начала спотыкаться и терять равновесие.

Гарфиэль затаил дыхание и поморщился от увиденного, испытывая жалость к Отто. А министр с потрясением наблюдал за тем положением, в котором оказался.

"Это несправедливо…" — простонал Отто, глядя на возвышающееся окно, демонстрирующее его неудачу.

"Садись… Возможно, ты ничего не изменишь в этом цикле, но всегда найдутся вещи, которые ты сделал правильно", — Юлиус крепко положил руку Отто на плечо, чтобы тот сел.

"Каждый из нас может оказаться в его последней петле… Ты когда-нибудь задумывался об этом?" Слова Отто прозвучали без всякого контекста, поскольку жестокость экрана всё больше его терзала.

"Я всегда так делаю. Но сейчас не тот случай. Не с твоим-то настроем", — Юлиус покачал головой и похлопал Отто по плечу, когда тот сел.

Отто всё ещё держался за перегородку сидения повозки и схватился за щёку, испытывая боль. "Да что вы делаете?!" — потрясенно спросил он.

"Прекрати нести чушь! Сам же сказал, что Рем дала нам уйти, а теперь спрашиваешь, кто она?! Да я тебя просто прикончу!!!" — крикнул Субару, хватая торговца за воротник.

"Говорю же вам, я не понимаю, о чём вы говорите! Что на вас такое нашло? Увидев Белого Кита, вы потеряли рассудок?!" — крикнул Отто, сердито глядя на Субару.

Взгляд торговца упал на что-то, плывущее позади черноволосого мальчика, держащегося его за воротник.

Кит открыл свой жёлтый глаз и уставился на них двоих.

Отто закричал от страха.

Наземный дракон начал убегать от кита в сторону, а торговец начал плакать и кричать от отчаяния.

"Он всё ещё гонится за ними!" — закричала Петра, широко раскрыв глаза от шока. "Н-но… жертва Рем!"

Эмилия и Круш смотрели на мальчика широко раскрытыми от волнения глазами, держа его за руки.

Рем крепко обняла мальчика и задрожала на месте. "Прости меня. Даже моя смерть была бесполезна", — тихо прошептала служанка, обливаясь слезами боли за своего героя.

"Почему он всё ещё гонится за ними?!" — прорычал Феликс, злясь на то, что жертва Рем оказалась напрасной, и злясь на настойчивость этого монстра.

"Он…" — Тиви вскинул голову, когда ему в голову пришла идея. "Кит всегда следовал за ним во время боя… Нацуки Субару использовал это, чтобы собрать всех вместе…"

"Это из-за запаха ведьмы…" — прорычала Рам, пристально глядя на кита, который стёр её сестру.

Рем кивнула и продолжала обнимать мальчика сзади.

Круш вспомнила легендарную сцену, где молодой человек спрыгнул с носа великого бедствия и заставил его последовать за собой на землю, перестав прятаться в тени облаков и неба.

Момент, когда Нацуки Субару сбил Белого Кита.

"Значит, он воспользовался запахом Ведьмы", — прошептала Круш с благоговением, осознав, насколько безумен был их план.

И сколько боли пришлось пережить этому мальчику, чтобы воплотить этот план в жизнь.

"Почему? Почему? Почему он так упорно гонится за нами? Я думал, мы от него оторвались!" Торговец медленно взглянул на свет лампы рядом с собой и выбросил саму лампу прочь.

"Почему он преследует только нас? Даже в темноте… почему?" Отто лихорадочно огляделся, испуганно и отчаявшийся.

Отто покачал головой и понял, что именно здесь он увидит свою смерть вместе со смертью Субару.

Он дрожал при мысли о смерти, но мог смириться с тем фактом, что именно он был готов помочь Субару до самого конца.

"Я сделал всё, что мог, чтобы помочь тебе, Нацуки-сан. Прости меня", — Отто скорбел и ждал, когда его смерть появится на экране. "Мне так жаль, что я был бесполезен…"

Субару сидел, обхватив голову руками, с выражением страданий на лице.

"Рем…"

"На нас что… есть какая-то проклятая метка, по которой он следует?!"

Услышав заявление Отто, Субару быстро поднял взгляд, осознавая происходящее.

"Не может быть…" Субару медленно поднялся со своего места и посмотрел назад, в туман.

"Это чудовище, Белый Кит...", — он в отчаянии смотрел, как кит показался позади повозки и яростно заревел.

Из тумана можно было разглядеть только одно… гигантский белый рог, растущий изо лба.

"... Тоже мабестие?" — Субару в ужасе уставился на него, осознав. — "Тогда... Выходит, что ему нужен я? Невозможно…"

Услышав эту фразу, Отто медленно посмотрел на Субару.

Субару не заметил этого и продолжал смотреть на кита с выражением горя и отчаяния. "Рем, я… Нет… Это всё из-за меня…" — пробормотал Субару с болью и тоской.

"Этого не может быть, Субару-кун… Пожалуйста, прекрати это…" Рем зарылась лицом в его волосы и зарыдала.

"Ты не увидишь конца его самобичеванию, так что, не заставляй его снова совершать подобные глупости, я полагаю", — Беатрис сердито посмотрела в окно, одновременно направляя свои язвительные слова в сторону горничной, стоявшей позади неё и Субару.

Рем кивнула, чувствуя жар от взгляда Рам в дополнение к словам Беатрис.

"Нацуки-сан, пожалуйста, умри".

"…Гхх!" Отто встал, его руки дрожали от потрясения и отчаяния. "Что…"

"Что?!" Гарфиэль в шоке посмотрел на брата.

Все затаили дыхание.

Субару медленно повернулся к торговцу рядом с ним. Это заявление было произнесено так спокойно. Так мгновенно.

"Что?"

Заплаканное, испуганное лицо Отто было последним, что он увидел, прежде чем торговец столкнул его с несущейся повозки.

"Это всё ваша вина! Он преследует нас из-за вас! Это всё из-за вас! Умрите! Умрите, чтобы я мог жить!" — кричал торговец, уносясь прочь на своей повозке, с безумным выражением лица.

Отто мог лишь упасть на колени в ужасе и шоке от проявленной им дикой трусости.

"Ты трус!" — в ярости закричала Фельт, когда она вместе с Беатрис уставилась на него.

"Подождите… Миледи…" Райнхард быстро взглянул на Фельт, чтобы она успокоилась, и так же защитить Отто.

Торговец просто смотрел на экран, и по его щекам текли слёзы. "Нацуки-сан… Нет… Я бы не… Я бы никогда так не сделал…"

"Ты это сделал! Бесхребетная крыса!" — Мими была оскорблена сзади, а Тиви её удержал, не желая, чтобы в скандал были втянуты его товарищи по лагерю.

Отто заплакал и обнял колени. "Он мой друг!" — закричал он. "Я бы никогда так с ним не поступил!"

"Но ты это сделал", — бессердечно выплюнула Анастасия, пристально глядя на него.

Отто медленно повернулся и посмотрел на...

"Не смотри на Субару Бетти, трус!" Отто вздрогнул и отвел взгляд от яростного, полного ненависти взгляда, который бросила на него Беатрис.

"Беатрис! Отто бы так не поступил, перестань его винить". Эмилия заслужила удивленный взгляд Отто, вставшая сразу же на его защиту.

"Рем согласна с Эмилией-сама, с ним, должно быть, что-то не так из-за кита", — защищалась Рем, с тревогой глядя на мальчика. "Субару-кун сейчас должен быть нашим приоритетом".

Субару катался, словно тряпичная кукла, получив травмы и сломав множество костей.

Он мог только задыхаться от боли, наблюдая, как повозка исчезает в тумане.

Субару медленно попытался пошевелить сломанными конечностями и встать.

"ХГК! АААА! ГГК…"

"Мне так жаль…" — извинился Отто, обхватив голову обеими руками. Плача и задыхаясь от вины за то, что он сделал с другом. "Я должен был быть его последней опорой… Я… Пожалуйста, прости меня… Я…"

Гарфиэль и Юлиус отвернулись от министра, не зная, что ему сказать, пока он дрожащими руками держался за подлокотники и низко склонил голову.

Субару медленно поднял взгляд…

Грозный туманный зверь парил прямо над ним. Возвышаясь и извиваясь в садистском ликовании, его жёлтый глаз ярко сиял. Он покраснел, когда кит раскрыл свою гигантскую пасть и послал порыв ветра в сторону жалкой, изломанной добычи, лежащей на траве под ним.

"Пожалуйста…" — крикнул Отто на экран. "Просто покончи с этим ради него, пожалуйста!"

Беатрис и Эмилия начали плакать из-за того, в каком состоянии находился Субару.

Рем просто обняла любимого и смотрела.

Вильгельм в гневе сломал ручки стула, проклиная имя чудовища.

Круш просто продолжала держать мальчика за руку и сделала храброе лицо, полная решимости довести дело до конца.

"ААААААААААААААААААА!"

Субару вопил от боли и мучений, когда атака заставила его кататься по травянистой равнине, ломая ему руки и ноги и истекая кровью от ушибов и порезов.

"...ГХК!" Отто не мог моргнуть, наблюдая на экране за последними мгновениями жизни своего брата.

"Я убил его… Я убил его…" — пробормотал обезумевший торговец, держась за голову и глядя на экран с выражением отчаяния.

Эмилия ахнула и крепко сжала его руку, а по её щекам текли слёзы.

"Старший брат…" Фельт задохнулась и закрыла рот руками от того, как жестоко монстр с ним играл.

"Это отвратительное чудовище, ня!" — закричал Феликс, глядя на экран и сдерживая слёзы в уголках глаз.

Юлиус продолжал смотреть на экран с гневным выражением лица.

Он перестал кататься и медленно открыл свой единственный здоровый глаз, из которого текли слезы.

"Я не хочу умирать…" Дыхание Субару стало прерывистым. Он начал тяжело всхлипывать, заставляя свои повреждённые конечности подняться.

Отто закрыл глаза и спрятал голову в коленях, рыдая от чувства вины.

Петра смотрела на экран, прижав руку к сердцу, в отчаянии и ужасе от того, что ему пришлось пережить в одиночку. У неё даже не хватило духу утешить Отто, ведь вид Субару был слишком болезненным, чтобы его игнорировать.

"Нет… Я не хочу умирать…" Он покачал головой и заплакал. Медленно поднимаясь, он ронял слёзы из обоих глаз.

"РГХАААААА!" — в ярости закричал Гарфиэль и ударил кулаком по полу театра, по его щекам потекли слёзы. Светловолосый юноша упал и зарыдал от отчаяния, глядя на тяжёлое положение своего капитана. Не в силах помочь. Он больше не был его щитом. Гарфиэль плакал рядом с Отто, видя, какую невыносимую боль ему пришлось пережить им обоим.

"Помогите…" Он отчаянно рыдал от боли и страха.

"Круш-сама…" Феликс указал на то, как женщина сжимала руку Субару, и насколько сильной была её хватка.

"Прости…" Круш просто отпустила руку Субару, сохраняя каменное лицо, наблюдая за его страданиями. "Прости, если мне когда-либо приходилось заставлять тебя чувствовать, что ты должен делать что-то подобное ради меня, Феррис…"

"... Я не думаю, что смогу справиться с чем-то подобным, как Субару-кьюн, Круш-сама..." — сказал Феликс, держась за юбку и глядя на выражение лица Субару.

"Я не хочу умирать!"

"Никто не может… ня…" Феликс затаил дыхание и наблюдал за тем, что произошло дальше, с чувством тревоги и беспомощности, которое разделяли все, кто наблюдал за этой отчаянной сценой.

Субару закричал и начал хромать со сломанными руками и ногами по травянистой равнине, ползая на четвереньках и издавая бессмысленные крики.

"Пре… прекрати…это...", — тихо пробормотал Райнхард, анализируя и оценивая каждую царапину на теле Субару, пока за ним следовал зверь. "Прекрати уже!"

Присцилла наблюдала за происходящим, слегка нахмурившись. "Сколько это можно выносить?" — пробормотала она.

"Наверное, так оно и есть, приятель", — Ал пожал плечами с печалью в голосе. "Я действительно не хотел этого видеть сегодня".

"Я не хочу умирать! Я не хочу умирать! Я не хочу умирать! Нет! Нет! Помогите мне! Нет! Я не хочу умирать!"

Он спешил и ускорял шаг, хотя одна из его рук была настолько сломана, что волочилась за ним в виде шланга, прикреплённого к его лопатке.

Рем обняла его и зарыдала ему в шею. "Пожалуйста, не умирай, Субару-кун!"

Анастасия закрыла глаза и крепко закуталась в шарф. Она не хотела ничего этого видеть. Несколько слёз скатились из её глаз.

Крича.

"Как ты мог не оторваться от всего этого?" — спросил Розваль, в недоумении глядя на экран.

Плача.

Он споткнулся и перевернулся на спину.

"Я не хочу умирать…" Он захрипел от боли и закрыл глаза.

Над ним нависла тень.

Он крепко зажмурил глаза и стал ждать смерти.

Тишина.

Он медленно открыл глаза… и увидел сияющую луну и равнину, очищенную от тумана.

Кит… исчез.

"Что?" — в замешательстве спросил Субару.

Все затаили дыхание и смотрели на экран, ожидая, что произойдёт.

"Что за херню я вижу…" — лицо Хейнкеля было ошеломлённым, когда он вылез из-за стульев, рядом с которыми упал. Он смотрел на избитое лицо Субару и на толпу внизу.

"После всего этого он всё равно вернулся, чтобы убить Кита?! Потеряв из-за него ту синеволосую служанку?!" Хейнкель указал на Рем и с ненавистью посмотрел на всех остальных, кто отказался рассказать ему эту историю.

"Он что, с ума сошёл?! Идиот?! Кто, чёрт возьми, вернётся в бой после этого?!" Лицо Хейнкеля начало расплываться в гримасе встревоженного человека. "Как этот чёртов ребёнок теперь вернётся, если рядом никого нет?!" Хейнкель указал на Рем, и его рычание достигло её. "Какого хрена она вообще жива?!"

Рем не отрывала взгляда от Субару, полностью игнорируя мужчину, который продолжал задавать вопросы сзади.

Смена сцены приводит к открытой дороге с расчищенными холмами травы по её обочинам.

Было видно, как раненый Субару медленно ковыляет и хромает по грунтовой дороге с усталым и изуродованным синяками лицом.

"Рем…" — пробормотал он с болью.

"Рем, прости меня".

Горничная обняла его крепче и заплакала от вины и облегчения. "Прости Рем… Мне так жаль, Субару-кун".

"Он... он выжил?" — спросила Эмилия, сжимая руку своего рыцаря в шоке и тревоге. "Но… Но потом…"

"Он выжил после всего этого?" — прошептала Анастасия в изумлении. "Как же он вернётся через смерть? Если это не Кит…"

"Есть только одно последнее препятствие в жизни Барусу…" — голос Рам был циничным и одновременно дерзким. — "Это проклятый культ…"

"Может, он просто играет с ним?" — Феликс критически посмотрел на экран, готовясь к любому сюрпризу. — "Я тоже не доверяю этому чудовищу".

Субару остановился, когда его взгляд упал на повозку, приближавшуюся к нему издалека.

"Ты…"

Перед ним остановилась повозка, из которой его только что выбросили. Но на кучерском сиденье не было купца.

"Отто-кун вернулся!" — радостно крикнула Петра, заставив торговца тут же поднять голову, и глаза его наполнились слезами надежды.

Фредерика сложила руки, молясь, чтобы Отто смог успокоиться в этой следующей сцене.

"Где он? Где Отто?" — устало спросил он.

Ответ нашёлся, когда он посмотрел на водительское сиденье.

Сиденье было залито кровью, из дерева торчали два клинка культа.

На лезвиях была кровь.

"Проклятый культ…" — в гневе пробормотал Юлий.

"Отто-кун, должно быть, столкнулся с ними…" Эмилия с сочувствием посмотрела на убитого горем мальчика. "Ты в порядке, Отто-кун?"

"Братан, ты в порядке?" — спросил Гарфиэль, сердце которого устало от бесполезных рыданий. Он чувствовал гнев и разочарование от того, что Отто тоже убили эти культисты. Но вид торговца беспокоил его.

"Отто-сан…" Юлиус наклонился со своего места и коснулся плеча Отто.

Рем посмотрела на мальчика глазами, полными сочувствия и понимания, ведь она сама была в такой же ситуации.

Отто продолжал смотреть на экран, широко раскрыв глаза и обливаясь слезами. Челюсть отвисла, и ужас был виден на каждом сантиметре его лица.

Чувство вины, безнадежности, трусости.

Отто видел, как он бросил своего брата, чтобы спасти свою шкуру. Он видел, как брата убивали множество раз самыми ужасными способами.

И все же Субару спас его.

Он спас его от культистов, которые чуть не убили его.

Отто умер на экране, но Отто в кинотеатре был жив и здоров, живя счастливо благодаря доброте Субару.

"Я действительно ничем не могу ему помочь…" — в голосе Отто звучала решимость и категоричность. Как будто он просто констатировал факт, который невозможно опровергнуть.

Все смотрели на мальчика с тревогой и недоумением. Никто не понял смысла его фразы.

За исключением одного разъярённого элегантного рыцаря.

"Ты чёртов дурак…" — прорычал Юлиус, прищурившись, глядя на сломленного Отто.

Гарфиэль усадил своего друга и сел рядом с ним, обеспокоенно глядя на него.

"Да ладно тебе, чувак… Это не смешно".

"Вот как... *Кхм* * Кхм* Гххх...!" Субару медленно сел на окровавленное деревянное сиденье и схватился сломанной рукой за поводок дракона.

"Поехали", — произнёс он с болью и изнеможением в голосе.

Трудолюбивый земляной дракон взглянул на него и начал катить тележку вперёд...

Сцена переходит к Субару, который просыпается, когда повозка останавливается. Он огляделся и увидел, что находится на опушке леса. Его взгляд упал на дальние вывески зданий в конце дороги.

"Лес?"

"А? Субару?" — вдруг раздался рядом с ним детский голос.

Субару с трудом пошевелил ушибленными веками, поэтому он полностью повернулся и увидел Петру и ещё одного ребёнка, смотрящих на него.

"Это Субару!"

С другой стороны подбежали ещё двое ребят и забрались в коляску. "Что с тобой произошло, Субару?"

"Ты выглядишь ужасно, Субару. От тебя воняет!"

Дети начали хихикать и смеяться над ним.

На изуродованном лице Субару появилась лёгкая улыбка. "Ребятня…" — пробормотал Субару, глядя на улыбающиеся лица детей.

"Неужели в это раз я успел?"

Он упал без сознания.

"Субару?" — встревоженно закричали дети.

Тьма…

Шульт с восхищением посмотрел на детей, окруживших Субару. "Он действительно выжил после встречи с Белым Китом… И вернулся, чтобы спасти этих людей? Это просто невероятно!" Благоговейный взгляд мальчика не ускользнул от его дамы, которая раздражённо постучала его по голове веером.

Взгляд Хейнкеля смягчился, когда он заметил детей, окруживших Субару с теплотой в глазах.

"Он… Сделал это?" — прошептала Эмилия из первого ряда, не в силах осознать, какой путь проделал Субару всего за один круг. "Он так много сделал… Как… Как же тогда закончится его жизнь… Разве это справедливо?" Её голос дрожал от грусти, пока она наблюдала за происходящим.

Сзади Петра держалась за Фредерику и, широко раскрыв глаза, видела, что её друзья и она сама все еще живы и здоровы, в отличие от того, что она видела в прошлый раз.

"С-Субару выжил… Он все равно сделал это, хотя все его планы разрушились… Он такой идиот…" Петра обняла наставницу за талию и заставила себя спрятать своё лицо от всех. Нельзя было отрицать, что маленькая служанка испытывала неподдельную радость за своего героя.

У Фредерики не хватило духу сообщить ей, что её радость долго не продлится. Поэтому она продолжала гладить Петру по волосам.

Глаза Субару медленно открылись. Он спал на роскошной, знакомой кровати, в том же белом одеянии, в котором был в первый день в особняке.

Он был в особняке Розваля.

Медленно повернувшись на бок, он увидел, что кто-то сидит на стуле возле его кровати.

Синеволосая горничная.

"Рем!" Он мгновенно вскочил с места и взял девушку за руку.

Девушка, мирно читавшая книгу у его кровати, ахнула и раздражённо посмотрела на него.

"Как ты смеешь распускать руки, Барусу? Я понимаю, что ты рад меня видеть после нескольких дней разлуки, но не набрасывайся на меня так инстинктивно. Это неприлично". Рам отдёрнула руку и с отвращением закрыла книгу.

Субару мог только в шоке смотреть на неё, когда синие волосы исчезли и сменились розовыми.

Он принял Рам за Рем.

"… Да, ты права…" Он печально опустил взгляд.

"Видишь, сестра?" — Рам вздохнула с разочарованием из-за испорченного настроения Субару после стольких усилий, которые он приложил, чтобы добраться до особняка. "Ты заставила его жить с мыслью, что он убил тебя, а теперь он будет представлять тебя на моём месте, а значит, что он будет относиться к моей очаровательной фигуре еще более извращенно, чем обычно". Рам выпалила это предостережение с ноткой грусти по отношению к сестре.

Рем слегка покраснела и подняла голову. "Он не должен жить с чувством вины за то, что со мной случилось! Я отдала свою жизнь ради него!"

"Он так не считает, я полагаю!" — Беатрис повернулась на коленях Субару к горничной, обнимавшей его сзади. Она сверлила его взглядом, кипя от злости. "Рано или поздно ты заставишь его сдаться, я полагаю".

"Из-за меня?" — Рем ужаснулась этой мысли. "Он мог сдаться…"

"Как думаешь, что произойдёт, когда он будет каждый раз находить тебя умирающей, как бы он ни старался?" Анастасия потёрла шарф, говоря это со стороны Они. "Надо думать, прежде чем лишаться жизни, девочка".

Руки Рем дрожали при мысли о том, что её воспоминания играют роль расплаты за её поступки, а не то, что она помогла Субару пережить трудные времена.

Горничная сменила выражение отвращения на лице и с любопытством взглянула на него. "Итак, Барусу, расскажи мне, что случилось. Ты был в ужасном состоянии. Тебе вылечили вывихнутое плечо, рассечённый лоб и пару сломанных рёбер, но тебе нужно отдохнуть. Я выбросила твою грязную рваную одежду".

"Да, спасибо... Но кто вылечил меня…?"

"Это была Эмилия-сама".

Глаза Субару расширились.

Эмилия съежилась на сиденье, стараясь держаться подальше от руки Субару и отводя взгляд от выражения его лица в окне.

"Это возмутительно, что после всего, через что он прошёл… Моя ссора с ним до сих пор не даёт ему возможности встретиться со мной…" — Эмилия дрожащим голосом пробормотала: "К-как же так… он добрался до меня, а я всё ещё не смогла его защитить…"

Рам удивленно приподняла бровь, увидев такую реакцию. "Она не рассказала мне, что между вами произошло в столице. Мне это неинтересно. Судя по твоей реакции, я уверен, ты совершил нечто нежелательное".

Субару смог ответить лишь, стыдливо нахмурившись: "Обидно".

"А по моему, это адекватная оценка. Просто идеальная для неудачника, который своими действиями отталкивает дорогих ему людей".

Субару сопротивлялся пристальному взгляду Рам на него.

Он сжал кулак, произнося следующие слова с болью и страхом.

"Рем мертва" Из глаз Субару потекли слёзы.

"Я… не смог ничего сделать. Туман… Белый Кит… появился на дороге. И тогда, чтобы помочь мне сбежать, Рем… но… я остался совсем один в тумане, и…"

"Барусу".

Он медленно взглянул на служанку глазами, полными слез.

Служанка лишь с любопытством посмотрела на него.

"Рем… Кто это?"

…

…

…

"А?" — пробормотал Субару, и его лицо исказилось от шока и замешательства.

На лицах всех, кто сидел в первом и втором рядах, отражалось страдание и жалость.

В третьем ряду только Розваль проявил заметную реакцию, опустив голову в знак шока Субару.

Рам ничего не сказала и не проявила никаких эмоций рядом с ним, наблюдая за тем, как она говорит так, словно её сестры не существовало.

Что касается Рем, сидевшей под ними во втором ряду, то горничная, вцепившись в Субару, продолжала лить слёзы. Она посмотрела вверх, на экран, испытывая мучительную боль от того, что её сестра полностью забыла о её существовании.

"Мне так жаль…" Рем отвела взгляд и разрыдалась на плече Субару, увидев выражение его лица на экране.

Рам наклонила голову и посмотрела на него. "Кто такая Рем, Барусу?"

"Ч-что ты имеешь в виду?" — спросил Субару, испуганный и в панике.

"Не говори глупостей! Она же твоя младшая сестра! Знаешь, Рем! Рем! Сейчас не время для..."

"У меня нет никакой сестры", — резко и бесстрастно возразила ему Рам.

"Не говори так! Если бы не Рем… Точно! Ты же помнишь всю эту заварушку в лесу с мабестиями?! Ты, Рем и я сражались этими тварями и…"

"С тобой серьёзно что-то не так, Барусу. Не приятно признавать, но ты очень помог нам с уничтожением Ульгармов. Хотя всю работу сделали мы с Розвалем-самой. Никакой так называемой сестры там не было".

Субару мог лишь в шоке смотреть на сверкающую глазами горничную.

"Это не смешно! Даже в кошмаре такого просто не может быть!" — прорычал он в замешательстве.

"Я всегда серьёзна. Возможно, ты просто бредишь".

"Бред… Бред? Бред?!" — закричал Субару и вскочил с кровати.

"Да это чушь собачья!!!"

"Барусу! Тебе не следует вставать..." Рам с тревогой посмотрела на него, когда он встал с кровати и направился к двери комнаты.

"Заткнись! Просто… Просто молчи и следуй за мной!" Субару выскочил из своей комнаты и побежал к комнате, где когда-то жила синеволосая горничная.

Он открыл комнату и обнаружил, что она пуста: никаких признаков жизни или мебели.

"Не может быть…" Он ахнул в недоумении и оглядел комнату.

"Барусу, теперь ты доволен?"

"Рем нет…"

"В этой комнате никто не жил. Вернись в свою комнату и ложись спать. У тебя от истощения крыша едет". Рам ушла, оставив его наедине с собственными мыслями.

"Вот что, должно быть, чувствовали жертвы тумана Кита, когда у них были родственники, которые все еще помнили их, но кроме них больше никто не помнил..." Круш вздохнула и отвернулась от этой душераздирающей сцены, ещё раз нежно сжав руку Субару.

"Даже моих вещей больше не существует?" — Рем в шоке посмотрела на экран. "Он чувствовал точно так же, когда я спала…?"

"Да", — ответила Рам сестре сзади, и по её щеке потекли слёзы. "Барусу всегда нёс это бремя в одиночку. Он тот, кто всё помнит".

Шульт уважительно кивнул в ответ на слова служанки, понимая, насколько дорог этот мальчик этим людям даже после стольких неудач и счастливой случайности, открывшихся им. "Интересно, как ему в конце концов удастся вернуть их всех…"

"Субару так долго чувствовал эту боль", — тихо прошептала Эмилия и ещё сильнее прижалась к плечу своего рыцаря. Чувствуя привязанность к нему и благодарность за его присутствие рядом. Она мечтала об этом по ночам, когда он бесцельно рассказывал о прошедшем дне Рем, впавшей в кому. Каждый день.

Ей бы хотелось, чтобы он сделал с ней то же самое сейчас. Просто говорил бесцельно и весело. Чтобы она могла дать ему пощёчину, сказать, чтобы он был хорошим мальчиком, и положить его на колени, чтобы он мог выплакать свои тревоги и душевные травмы.

Она нежно сжала несомненно раздавленную руку своего рыцаря и надеялась, что он прошепчет ей на ухо слова любви.

Но ничего не могло последовать от спящего беспробудным сном мальчика.

Субару показан медленно идущим по коридорам особняка с обеспокоенным лицом.

Все, что мне нужно делать, это убегать, убегать, убегать.

"Но что мне даст бегство?" — в отчаянии спросил Субару, вспомнив, как Рем прыгнула в туман, чтобы спасти его.

"Да ладно… Ты только посмотри, как Кэп дерётся…" Гарфиэль толкнул Отто в руку и с гордостью указал на третьего брата. "Разве ты не видел, как они сражались?"

"Он говорит о побеге, потому что из-за меня он сломился, Гарф-сан..." Голос Отто был бесстрастным и холодным, заставив Гарфиэля со вздохом отстраниться от него.

"Ты таким не останешься…" — Гарфиэль, сверкнув взглядом, предупредил министра. "Обещаю".

"Просто оставьте меня в покое… Я и так трус, бросивший своего друга умирать…" Отто отвернулся от тигра и пересел в дальний конец первого ряда, подальше от Гарфиэля и сверлящего взглядом Юлиуса.

"Я согласен с тобой, — Юлиус взглянул на Гарфиэля, когда Отто ушёл, чтобы посидеть в одиночестве. — Он не будет долго продолжать придерживаться этого отвратительного настроя".

Гарфиэль не мог не почувствовать облегчения от того, что Юлиус поддержал его, когда дело касалось помощи другу. Он слегка кивнул в знак благодарности и снова отвернулся к окну.

Он решительно оглянулся на зал. Пройдя по нему, он остановился у двери в покои этого крыла.

Он медленно протянул руку к ручке двери, но удержался на месте и затрясся.

"Мне бы твоей храбрости, Рем!" — крикнул он и открыл дверь, чувствуя, как от него исходят нервозность и нежелание.

*СКРИП!*

Дверь открылась.

"Субару!" — испуганная полуэльфийка встала из-за стола и подошла к мальчику.

"Почему... ты вернулся?" Она посмотрела на него с выражением растерянности и обиды.

Чувство вины заставило Субару на мгновение засомневаться, но вскоре он собрался с духом и подошёл к ней ближе.

"Это несправедливо!" — Петра сочувствовала подруге, ей совсем не нравилось, насколько встревоженным выглядел Субару. "Ему всё ещё нужно помириться с Эмилией-сама после всего этого?!"

"Хм, похоже, он наконец-то достиг предела. Бро больше не хочет с этим бороться", — серьёзно пробормотал Рикардо, поглаживая Тиви по голове.

"Я бы поняла, если бы он больше не хотел сражаться", — прошептала Фельт, с жалостью к своему старшему брату.

Рем просто с тоской смотрела на экран, её слезы все ещё текли по щекам.

(Играет фортепианная версия Styx Helix)

"Пойдём! Мы не можем здесь оставаться!" — заявляет он со всей силой.

"Уйти? Куда? Нет… Зачем?" Эмилия качает головой и смотрит на него с недоумением.

"Куда угодно, но подальше отсюда! Если хочешь знать зачем, то ради твоего благо. Я вернулся сюда ради тебя!"

Эмилия отвернулась от него, и её мучило чувство вины. "Снова за своё, Субару? Ты вернулся весь израненный и до смерти испугав меня. Почему ты не остался в столице, где тебя лечил Феликс? Почему ты здесь?"

"Тот другой, должно быть, сильно запутался, почему он так себя ведёт", — Фельт вздохнула и потёрла лоб. "От всей этой ерунды у меня голова болит, и не в хорошем смысле".

Эмилия нахмурилась, глядя на экран, и медленно взяла Субару за руку, чтобы успокоиться и почувствовать облегчение. "Я… не думаю, что я когда-либо думала о том, что произойдёт, если он встретится со мной после нашей ссоры… Я всегда предполагала, что он будет слишком зол на меня…"

"Или ты надеялась, что это так", — фыркнула Анастасия из-за спины полуэльфийки, заставив Эмилию задумчиво поджать губы.

"П-Пак всегда говорил мне, что так будет лучше… Он читал эмоции Субару…" — Эмилия покачала головой и затряслась на месте. "Мне следовало бы больше его расспрашивать… Но, наверное, я хотела, чтобы Субару перестал испытывать боль из-за меня".

"Тогда ты виновна в том, что ты моя сестра, Эмилия-сама". Рам удивила всех, пристально глядя на полуэльфийку. "Простите, если я причислю вас обеих к категории самоотверженных дурочек".

"Восхитительно", — сухо фыркнула Присцилла, наслаждаясь заслуженными упрёками в сторону двух девушек, так крепко державших Субару.

Покрасневшая Эмилия опустила голову от стыда.

Виноватое выражение лица Субару сменилось на решительное, а глаза наполнились слезами. "Если… если ты будешь протестовать, то придётся тебя утащить силой! Через несколько дней ты поймёшь, что я был прав, хочешь ты этого или нет!" Субару быстро схватил её за руку, заставив Эмилию скривиться от боли.

"Подожди! Подожди, Субару! Что с тобой произошло? Ты раньше был совсем другим. Я думала, ты… И всё же…" Эмилия была потрясена и замолчала, услышав громкий вопрос Субару.

"Просто помолчи и делай, как я говорю!" — в отчаянии закричал он.

Эмилия выглядела ошеломлённой.

"Тебе нельзя здесь оставаться! Ты пожалеешь! Пожалеешь! Никто не спасётся. Я больше не хочу страдать и плакать! Делай, как я говорю! И тогда всё получится! Непременно!"

"Подожди, он что, собирается бросить жителей деревни?" — спросил Феликс с разбитым сердцем. "Но они же так рады были его видеть, ня…"

"После всего дерьма, что пережил Капитан, я удивлён, что он всё ещё пытается спасти принцессу, а не бежит за ножом или чем-то ещё, что может заставить его вернуться обратно", — в голосе Гарфиэля промелькнуло лёгкое разочарование. "Полагаю, он всё ещё хочет сначала спасти одного человека…"

"Но он слишком настойчив и слишком опрометчив с Эмилией-сама", — Райнхард нахмурился, обеспокоенный сложившейся ситуацией.

"Чего ты ещё ожидал? Он пытается заставить её сделать то, что хочет, чтобы доказать свою правоту, что не было ничего плохого в том, как он вёл себя, когда они ссорились, и что у него нет проблем, которые ему нужно преодолеть в глубине души", — объяснила Анастасия, сочувственно качая головой в ответ на неловкие выходки мальчика.

Юлиус поморщился и опустил глаза. "Я больше не позволю тебе так себя чувствовать. Ты, чёртов придурок. Я буду бить тебя каждый раз, когда ты совершишь подобную ошибку", — поклялся Юлиус другу и посмотрел на экран, излучая решимость.

Выражение страха на его лице сменилось выражением чистой муки, когда он царапал и дёргал себя за волосы.

"Почему никто не понимает?!"

Эмилия виновато отвела от него взгляд. "Прости. Я не понимаю, о чём ты говоришь. Я хочу… Но сейчас у меня нет на это время. У меня ещё очень много дел. Так что…" Эмилия грустно нахмурилась, глядя в пол.

"Никто не может понять тебя…" — прошептал Розваль, наклоняясь вперёд и наблюдая за происходящим самым заворожённым взглядом, какой у него когда-либо был в жизни. "Никто не сможет быть с тобой един после всех этих потерянных тобой жизней. Ты возвышаешься над ними… Ты выше их… Так почему же тебя до сих пор не тронуло чувство одиночества…"

"Я помогу тебе понять…" — по щеке Петры текли слёзы, голос её прерывался, но она не слышала, что говорил Розваль за спиной, глядя в лицо Субару. "Я помогу тебе рассказать обо всем этом. Я не перестану слушать и всегда буду рядом, чтобы ты мог поплакать…"

Фредерика с гордой улыбкой погладила её по голове, довольная клятвой маленькой служанки.

"Не выйдет".

Эмилия медленно подняла взгляд на мальчика, который бормотал что-то полным боли голосом. Его руки бессильно упали по бокам.

Первыми померкли Рейнхард и Фельт, которые наблюдали за происходящим с выражением вины и стыда.

"Мне следовало вернуться…" Райнхард вздохнул и позволил стыду овладеть им.

"Не выйдет. У тебя ничего не выйдет. Как бы ты ни старалась, это бесполезно".

Глаза Эмилии расширились, когда она уставилась на бессвязно бормочущего Субару. В кадре снова сфокусировалось на том, как он прячет глаза, разговаривая только с самим собой, пока Эмилия наблюдала.

"И это тот парень, который дал отпор Киту и его культу?" Хейнкель бросил на него взгляд, полный жалости.

"Может, тебе стоит продолжать смотреть в тишине, приятель? Это окно быстро прояснит всё, что тебя волнует", — в словах Ала слышались нотки гнева и предостережения.

Пьяница воспринял это как знак того, что скоро произойдёт что-то плохое.

"Вы все только и делаете, что болтаете!"

Второй была Круш, сидевшая рядом с ним и морщившая. Она нежно гладила его по руке, но сердце сжималось при мысли о том, что могло бы случиться, если бы она не позволила ему покинуть особняк, находясь в этой петле.

Вильгельма можно было бы отнести к её числу тех, кто первым заметил глаза Субару после Рем в этой петле... И тех, кто не мешал мальчику говорить с ним.

"Ты никого не спасёшь, ни себя, ни других!"

Третьей была Рем, бедная служанка, которая смотрела на экран с отвисшей челюстью, не понимая, насколько ей больно слышать, как он говорит это так открыто.

"Ты продолжишь вести себя глупо, пока не увидишь столько трупов, сколько приняла неверных решений! Таково твоё будущее!" — с ненавистью крикнул Субару, не показывая лица.

Четвёртым был министр, сидевший в самом конце первого ряда, совершенно один, и никто не мог его утешить.

"Мне жаль…" — хрипло, устало и мучительно прошептал Отто.

Глаза Эмилии дрожали от страха. "Почему?" Полуэльфийка смотрела на него с сочувствием и болью.

"Почему ты плачешь, словно тебе очень больно?"

Когда отражение лица мальчика было показано с зрачке Эмилии, на его лице застыло страдальческое выражение с широко раскрытыми глазами, а по щекам ручьём текли слезы.

Эмилия смотрела на это, прижимая одну руку к груди, а другой держась за руку Субару. По её лицу текли слёзы, к которым она не была готова.

"Я... Он... Он был..." — Эмилия заикалась, не в силах даже высказать то, что было у неё на уме, настолько жестоким это казалось.

"Он разговаривал сам с собой…" Анастасия мрачно опустила взгляд. "Слова Нацуки-куна, сказанные только что… были адресованы ему самому".

"Он так думает о себе?" — спросив это, Петре снова пришлось прижаться к наставнице, ища утешения, и слёзы сами покатились по её щекам. "Это просто… Несправедливо…"

Феликс кивнул, соглашаясь с оценкой горничной, и с жалостью посмотрел на Субару сзади. "Не понимаю, как я вообще решился его судить… Это слишком, чтобы кто-то мог это вынести".

Субару медленно опустил глаза и в отчаянии заплакал. "После… После того, как она отправила меня сюда… Нет, после того, как она привела меня сюда, есть… Есть кое-что, что я должен сделать ради Рем…" Субару хрипел сквозь слёзы. Он попытался вытереть их, но остановился, как только Эмилия произнесла это с недоумением.

"Рем?"

Субару поднял взгляд и увидел, что Эмилия обеспокоенно наклонила голову.

"Ты тоже?" — Субару поник, признавая поражение. "Ты тоже забыла Рем?"

"Субару?"

Руки мальчика сжались, а слезы ручьём потекли по его лицу.

"Ладно. Я всё расскажу. Если вы все собираетесь забыть о Рем, то даже ценой своей жизни, я всё расскажу!" — решительно и отчаянно прорычал Субару, крепко сжимая в руке робу.

Если тебе нужен я, то вот он я. Я с радостью отдам тебе своё бьющееся сердце!

Глаза Рем расширились от ужаса, когда она мгновенно поняла, что происходит. "Из-за меня… Ты собираешься…"

"Какого хрена он сейчас делает?" — в замешательстве проворчал Хейнкель, почувствовав мгновенную тревогу всех в зале.

"Он собирается бросить вызов ведьме?!" — Анастасия возмущённо посмотрела на него. "Он что, с ума сошёл?!"

Эмилия смотрела на экран, широко раскрыв глаза. "Я настолько бесполезна, что он скорее покончит с собой, бросая ей вызов … Вместо того, чтобы сказать мне, что ему нужна помощь?" Её голос дрогнул, и потекли ручьём слёзы.

Субару решительно посмотрел на испуганную эльфийку перед собой.

"Эмилия…"

"Да?" Она собралась с духом и приготовилась к тому, что он собирался сказать.

"Я Возвращаюсь после Смерти, чтобы..."

Мир вокруг него остановился, и комнату заполнили облака тёмного вещества, похожего на дым.

Две чёрные руки нежно коснулись его подбородка. Одна из рук медленно опустилась и мягко коснулась бьющегося сердца мальчика.

"Что за чертовщина…" У Хейнкеля волосы встали дыбом от этого зрелища, он был не в состоянии осознать, что происходило вокруг него в театре. "Это…"

"Это Ведьма…" Шульт дрожал от страха, держась за руку Присциллы в поисках защиты ещё до того, как началась эта сцена.

"Ты, блядь, издеваешься надо мной…" — прохрипел Хейнкель, ощутив очередную сжимающую боль в груди. "Кто, чёрт возьми, этот мальчишка… Почему об этом никто из королевской гвардии не сообщил?!"

"Мы наблюдаем то же, что и ты!" Юлиус стиснул зубы и уставился на чёрные руки, обхватившие тело Субару.

Но рука отстранилась от его сердца, слегка коснувшись его.

"Что?" — удивлённо спросил Субару, когда руки исчезли, а туман вокруг него рассеялся.

"Что?" — снова спросил он и наконец смог пошевелиться. Он в замешательстве посмотрел на свою грудь.

Что это было?

Обычно…

*Стук*

"Что? Эмилия?" Субару нежно обнял Эмилию и с тревогой посмотрел на неё. Она упала в его объятия.

"Нет... Что... Как?" — Субару медленно упал и обнял истекающее кровью тело Эмилии, пока под ними образовывалась лужа крови.

У него было сильно встревоженное выражение лица, когда он приподнял её подбородок, чтобы посмотреть в лицо.

Он кричал и плакал от ужаса, глядя на труп перед собой.

"Эта рука только что убила кандидата…" — пробормотал Хейнкель, и белый цвет его лице затмил всех остальных.

Эмилия в ужасе задрожала в объятиях Субару, закрыв глаза и, стараясь дышать ровно, уткнулась носом ему в шею. "Я здесь… Она не убила меня… Не позволяй ей мучить тебя, пожалуйста…"

"Это мерзкое существо…" — прорычала Рем, перестав рыдать и уставившись на кресло, на котором сидел Субару. "Она убила Эмилию-сама, когда Субару-кун отказался соблюдать её табу…"

"Это способ шантажировать его и заставить подчиниться", — смиренно произнёс Райнхард, озадаченный такой перспективой. "Субару имеет дело с существом, которое убьёт всех, кого он любит, если не позаботится о себе настолько, чтобы нарушить правила".

"Это абсурд…" — пробормотал Тиви, прислушиваясь к разговору и сохраняя на лице выражение потрясения и тревоги. "Как можно выпутаться из такой ситуации…"

"Я думаю, что теперь понятно, почему Нацуки Субару никогда не говорил о своих способностях…" Эмилия и Рем почтительно кивнули Круш. Остальные в зале сразу поняли, насколько сильно повлияли на него способности Субару.

"Он не хотел, чтобы кто-то ещё умер… Поэтому он перестал говорить обо всём, что с ним случилось?" — Петра прижала руку к груди, а другой обнимала Фредерику. "Это… Жестоко…"

"Это бесчеловечно, ня", — Феликс уставился в окно наверху, его слёзы уже слишком высохли, чтобы присоединиться к другим слезам на полу.

На мгновение изображение на экране меняется на вид снаружи особняка.

"Полагаю, ты выглядишь так, словно считаешь себя самой несчастной душой на свете", — раздался голос, когда кто-то вошёл в комнату, где сидел Субару, крепко прижимая к груди тело Эмилии.

Расстроенный мальчик поднял глаза и увидел девочку с двумя хвостиками, которая холодно смотрела на него сверху вниз.

"Беатрис…"

Дух, сидевший на коленях у Субару, заслужил удивленное выражение на её лице. "Я не ожидал увидеть себя, я полагаю..."

"Беатрис-сама…" — Рем с тревогой посмотрела на девушку. "Не уверена, что это сейчас самое лучшее зрелище… Вспомни, что случилось с каждым, кто встречал Субару-куна в этом цикле… Мы все его подвели".

"С Бетти всё будет иначе, я полагаю…" — дух заговорил упрямым, отчаянным тоном. "Бетти спасла его, когда вы с сестрой пытались убить его, как крыс. Она всегда ему помогала…" — её голос затих в атмосфере неопределённости, которую она сама себе создавала.

"Беатриса…" Эмилия вытерла слёзы и виновато посмотрела на неё.

"Братец не выйдет, полагаю", — девушка медленно сняла зелёный кристалл с шеи Эмилии.

Кристалл раскололся пополам.

"Не волнуйся. Братец не может умереть, полагаю. Он просто вернулся к своей первоначальной форме". Беатрис торжественно спрятала осколки кристалла в карман и взглянула на мальчика.

"Тебе есть что сказать, полагаю?"

Субару медленно посмотрел на тело Эмилии и закрыл глаза.

"Прошу, убей меня. Сейчас", — жалобно умолял он.

"Нет…" — строго сказала Беатрис. "Этого никогда не случится, я полагаю…" От неё исходил непреклонный вид, словно она бросала вызов зрителям, которые хотели, чтобы она изменилась. "Встань и умри где-нибудь подальше от Бетти, если ты этого хочешь. Но не проси меня причинить тебе вред".

Рем и Эмилия с потрясенными лицами посмотрели на духа, не ожидая, что она скажет такие слова.

"Вставай…" — приказала Беатрис, и по её щекам потекли слезы.

Глаза духа сузились. "Ты просишь меня убить тебя? Это слишком жестоко, я полагаю. Ты ничего не понимаешь. Ты совсем ничего не понимаешь". Девочка зарычала от гнева.

"Что? Беатрис?"

"Я не буду исполнять ни одного твоего желания. Если ты хочешь умереть, то умри сам. Я не хочу в этом участвовать, полагаю". Девочка взмахнула рукой и исказила реальность перед мальчиком.

"О чём ты…?"

"Надежды больше нет, но хуже то, что ты всё еще здесь. Мне нужно хотя бы защищать особняк, полагаю". Девушка сердито уставилась на него, когда перед ними разверзлась гигантская чёрная дыра.

"Беатрис?" Субару изо всех сил старался удержать себя и Эмилию на земле, пока портал бушевал и затягивал его в себя.

"Бетти не такая, как Розваль. Даже если бы это спасёт моё будущее, с меня уже хватит боли, страха и страданий… Всего, полагаю!"

Субару мог только смотреть на неё, пока портал всасывал его и тело Эмилии и начал закрываться.

"По крайней мере, ты умрёшь там, где я тебя не увижу, я полагаю", — последнее, что Субару услышал и увидел, когда портал закрылся, было выражение печали на лице Беатрис.

"Чёрт возьми, приятелю совсем нелегко приходится", — в голосе Ала послышались нотки раскаяния. "Мне придётся извиниться перед ним, когда он проснётся…"

"Беатрис…" — губы Розваля скривились, впервые за весь просмотр выдав настоящую печали. — "В конце концов, всё получилось… Я хранил в сердце твои наилучшие пожелания с тех пор, как я иду по этому пути. Ради тебя и ради моего учителя…"

Рам сердито посмотрела на своего хозяина, но не сказала ни слова, чтобы прервать его размышления. Казалось, он не чувствовал вины за происходящее на экране, просто сказал Беатрис, чтобы та набралась терпения и дождалась, пока его план сработает.

Но что-то такое, что разъяренный дух в первом ряду держала при себе, поскольку она уже помнила, что сказал ей Розвааль перед началом просмотра.

"Всё это, по сути, привело к тому, что Бетти и её подрядчик встретились как следует", — Беатрис с безразличным видом отвела взгляд от Фельт и Юлиуса. "Это не будет иметь значения, раз Бетти его не убьёт… на самом деле".

Слезы, которые потом потекли по её щекам, заставили её обернуться и обнять Субару так крепко, как только могла, вместе с Рем и Эмилией.

Тьма…

Над поляной в лесу ночное небо разорвалось, когда внезапно открылся портал, и из него вывалились Субару и Эмилия, катясь по земле.

Субару медленно поднялся и тут же прижал к себе полуэльфийку. "Эмилия…"

Она не реагировала. Лицо было холодным, из слегка приоткрытого рта текла кровь.

Глаза Субару наполнились слезами отчаяния. "Прости… Прости меня".

"Прости меня. Мне так жаль… Кто-нибудь… Хоть кто-нибудь…"

Субару захрипел и закричал в ночное небо. "Прошу, УБЕЙТЕ МЕНЯ!!!"

Эмилия крепко прижималась к нему, не моргая, наблюдая за трагической сценой, где её тело стало центром его последних слов. Его желания умереть, чтобы спасти её.

Одна только мысль об этом заставила мозг Эмилии онеметь, заставив её на мгновение перестать дышать.

"Не умирай…" — прошептала она, едва дыша. "Пожалуйста, не умирай…"

И медленно…

Группа из десятка людей в капюшонах окружила Субару, заставив его замолчать.

"Я ждал тебя, верующий в любовь". Перед ним появилась фигура… на его встревоженном зелёном лице блистала оскаленная улыбка.

Видя различные выражения гнева и презрения в зале, Хейнкель вздохнул про себя, осознавая это.

"Это же он, да? Террорист из Культа Ведьмы…" — тон Хейнкеля свидетельствовал о том, насколько он стал бесчувственным. "После того, как Белый Кит и Ведьма убили кандидата-полуэльфа, похожего на неё… ему всё равно пришлось столкнуться с архиепископом… Жизнь этого парня — полный отстой".

Он крепко сжал кулаки от злости. Он не особо заботясь о мальчике, но но когда ситуация была настолько несправедливой по отношению к тому, кто старался изо всех сил, Хейнкель смог его понять.

"Бетельгейзе…" — в ужасе прошептал Субару.

Ухмылка мужчины стала десятикратной. "Ну и ну! Та, которую ты прижимаешь к груди, ведь не та полудьяволица, правда? Какой ты усердный! Прежде чем мы успели что-либо сделать, ты уже лишил жизни полудьяволицу во имя испытания! ХЕ-ХЕ-ХЕ-ХЕ!"

"Я усердный?"

"Верно! Ты такой старательный! Просто фантастика!" — Бетельгейзе мрачно рассмеялся, а затем резко остановился и взглянул на Субару.

"Это слово каждый раз вызывает у меня отвращение..." — Фредерика поделилась своим неожиданным недовольством со всеми присутствующими, и её тон был далёк от той вежливой, сдержанной горничной, которой она всегда была.

Никто из присутствующих не мог винить её, поскольку все видели ненавистного человека, который мучил многих из-за того, что он сделал с Субару в предыдущем цикле.

"Зайти так далеко и в итоге найти труп самого дорогого тебе человека у ног человека, которого ты презирал… Какую ужасную трагедию видят мои глаза", — говорила Присцилла тоном человека, наблюдающего из далёкой страны, совершенно отстранённого от происходящих событий.

"Старший брат…" — глаза Фельт впервые наполнились слезами, ей надоели все эти несчастья, которые случались всё из-за того, что она не смогла сделать одно небольшое действие в самом начале предвыборной гонки. "Чёрт… Я должна была до него добраться…"

"Всё же… Неспособная преодолеть даже одно Испытание, неспособная противостоять грехам, и после всех ожиданий… Она спотыкается о первый же попавшийся камешек на своём пути, и всё кончено".

Субару прижал Эмилию к себе, а мерзкий человек с ухмылкой подошёл ближе.

"Ах, как же ты... погрязла в лени".

"Прекрати…" — пробормотала Эмилия, уткнувшись в руку Субару. "Пожалуйста, отец Гёзе… Прекрати…" Она мечтала увидеть хоть какое-то знакомое дружелюбное лицо, которое видела в Святилище.

"Да прекрати ты уже, черт возьми, ты, чёртово чудовище…" — с ненавистью выплюнул Хейнкель, съёжившись от длительной пытки, которую испытывал Субару.

(На фоне звучит Stay Alive)

Гневный взгляд Субару сменился удивлением, когда он увидел, как из спины архиепископа торчат две длинные чёрные руки.

Когда руки двинулись, чтобы поднять тело Эмилии, Субару быстро схватил Эмилию и отскочил в сторону.

Глаза Бетельгейзе расширились от шока.

"Ты только что увидел Невидимую Длань?" — тихо спросил зелёный человек, явно обеспокоенный этим знанием.

Субару лишь злобно посмотрел на него и крепко обнял Эмилию.

"Он теперь их видит?" — спросила Анастасия, обеспокоенно взглянув на полуэльфийку внизу. "Не надо так сильно сжимать его руку, никто его не отнимет у тебя".

Юлиус кивнул, стиснув зубы от страха за Субару. Он вспомнил, как Субару воспользовался этим в бою.

"Скоро… Он скоро победит". Юлиусу нужно было напомнить себе, что Субару снова встанет на ноги. Всё, что ему нужно было сделать, — это увидеть, через что прошёл его друг, и понять его мучительные испытания. "Он отомстит за всё этому безумцу… В этом я обещаю". На лице Юлиуса не было и следа элегантности, лишь сердитое выражение, не подобающее человеку его внешности.

Отто смотрел на экран, его пустые глаза медленно сужались, и он уставился на безумца перед Субару. Его перехлёстывающиеся эмоции не мешали ему видеть тех, кого он, должно быть, ненавидел больше себя.

На данный момент Петельгейзе является главным среди них.

"Нет… Так быть не должно…" Архиепископ выглядел преданным и разгневанным. "Это неправильно! Абсолютно неправильно! Это ошибка! Ошибка это!!!" — кричал он в гневе и замешательстве.

Глаза Субару расширились, когда мужчина сильно укусил себя за палец.

"Моя власть…"

Он укусил другой палец, и из него тоже пошла кровь.

"Власть Лени…"

Он сломал себе еще один палец.

"Моя Незримая Рука, дарованная мне любовью…"

Все пальцы на его руке были раздроблены и кровоточили.

"Никому другому не позволено их... ВИИИДЕЕЕЕЕЕЕЕТЬ!!!" — безумно закричал Бетельгейзе, когда семь темных рук вырвались из его спины и набросились на Субару.

Розваль, Эмилия и Беатрис посмотрели на архиепископа с одинаковым выражением близости, в то время как Эмилия и Беатрис выразили смесь боли и тревоги за друга, которого они когда-то знали, в глазах Розваля пылал гнев по отношению к безумцу, которого он когда-то знал и ценил.

"К черту этого парня…" — прорычал Гарфиэль, его острые зубы обнажились, а в глазах читалась хищная ярость.

Все затаили дыхание, обеспокоенные тем, что может оборвать жизнь Субару.

Мальчик ухватился за Эмилию и попытался убежать, но группа сектантов блокировала его со всех сторон.

Субару ничего не мог сделать, кроме как тщетно бороться, пока две невидимые руки держали его за шею и ногу подальше от Эмилии.

"Ты держал её так, словно она была тебе ужасно дорога, но как же красиво ты будешь плакать, когда тело полудьявола разорвут на части? ХАХАХАХАХА!"

Субару боролся и плакал, когда Бетельгейзе протянул руки к брошенному телу Эмилии.

Слезы потекли из его глаз, когда он закричал: "Хватит! Прекрати!"

Бетельгейзе садистски рассмеялся, когда его руки дотянулись до тела Эмилии.

"Прошу, остановись!!!" — закричал он в отчаянии.

Эмилия в ужасе ахнула, когда руки приблизились к её телу. И она, и все остальные в зале, за исключением Хейнкеля и Шульта, вспомнили тревожную сцену с предыдущего просмотра, где Рем была искалечена и изуродована мужчиной в извращенном чувстве удовольствия, которое он получал от разрушения безумной маски Субару.

"Пожалуйста… Нет… Не делай этого!" — умоляла Рем из-за спины Эмилии, желая избавить кого-то от боли, которую может испытать кто-то, увидев такое. "Пожалуйста, останови его, Субару-кун!"

"Чёрт возьми, что этот пацан собирается делать?" — спросил Хейнкель с серьёзным выражением лица. "У него ничего нет..."

Рикардо и Ал торжественно кивнули, соглашаясь с этим утверждением.

"Отвратительная мерзость…" — Присцилла прошептала с ненавистью, и её рубиновые глаза засияли в тёмном зале от гнева на зелёный труп мужчины. "Какая напрасная трата сил моих прекрасных глаз — смотреть на нечто столь отвратительное".

"Кто-нибудь, спасите его уже!" — кричала Петра, держась обеими руками за волосы, как Субару, когда тот умолял Эмилию бежать с ним. "Просто докажите, что я ошибаюсь, и покажите, что в этом мире есть что-то хорошее, кроме Субару! ПОЖАЛУЙСТА!"

И в ответ на мольбы Петры на экране появилась следующая сцена.

*СВИСТ*

*ЛЯЗГ!* *ЛЯЗГ!* *ЛЯЗГ!* *ЛЯЗГ!* *ЛЯЗГ!* *ЛЯЗГ!* *ЛЯЗГ!* *ЛЯЗГ!*

Субару и Бетельгейзе широко раскрытыми глазами смотрели, как острые магические сосульки обрушились с неба и прочно обвили тело Эмилии, блокируя невидимые руки.

С неба раздался рычащий голос.

"Что вы делаете?"

"Это что…?!" Юлиус мгновенно понял, кто это сделал.

Глаза Эмилии расширились от надежды.

Беатрис позволила радостным рыданиям вырваться из её горла.

"Так он пришёл? Хорошо. А я-то думала, этот фарс слишком затянулся". Присцилла кивнула, обмахиваясь веером.

Бетельгейзе поднял взгляд… Его глаза были полны страха.

Все небо было усеяно сотнями острых сосулек, направленных на всех вокруг Эмилии.

Посреди этого готового к смерти шторма парил маленький кот.

"Как вы посмели прикоснутся к моей дочере?" — прорычал Пак и злобно посмотрел на архиепископа. "Мур, Мерзавцы".

Субару выглядел испуганным, увидев кота.

Титульный лист:

На грани позора

Конечная тема: Stay Alive.

Эпизод 9. Режиссёрская версия. Конец.

Эпизод 10… Продолжение Арки 3 …

Начало.

Примечание автора, Reactionist:

Я доволен тем, как получилась эта глава. Извините за долгое ожидание, я учился в медицинском :)

Эта глава — самая длинная из всех. Само вступление занимает около 20 тысяч, плюс-минус. Переписанный сценарий занимает 13 тысяч. Ну, и реакции в довершение всего, общая длина составляет 59 тысяч.

Это также первый шаг WHDAAA к отметке в 500 тысяч слов. Полмиллиона слов, ребята.

Спасибо всем за поддержку, которую вы мне оказываете. Хочу убедиться, что вы понимаете: я читаю все комментарии. Я не пропустил ни одного. Спасибо вам за всё.

Делаю все возможное для себя, а потом и для вас, чтобы вам понравилось.

Ещё раз хочу обратить ваше внимание на то, что я трачу время и силы на создание этого контента. Если у вас есть свободное время и вы считаете, что я справляюсь, можете заглянуть на мой аккаунт kofi. Там меня зовут также Reactionist. Любое пожертвование поможет мне в моей новой жизни и учёбе в медицинском вузе, пока я пишу для вас больше материала.

Еще раз спасибо за прочтение.