Вечерняя мгла накрывала Синдзюку, словно невидимый плащ, сквозь который ярко пробивался свет неоновых вывесок. По узкому переулку, где воздух был пропитан запахом уличной еды и отголосками чужих разговоров, брёл высокий юноша. Его слегка помятая школьная форма выдавала усталость, а растрёпанные белокурые волосы казались отражением его внутреннего хаоса. Юта Такасу, семнадцатилетний старшеклассник, возвращался домой после неудачного свидания, которое ещё долго эхом отдавало в его сердце.

Он вытащил телефон, и на экране замигала надпись: "10 пропущенных от Рейко".

— Десять? — прошептал он, чувствуя, как сердце внезапно сжалось.

Голубые глаза, обычно светившиеся жизнью, теперь потускнели. Каждый пропущенный вызов был как укол в его душу, напоминание о том, что связь между ними, когда-то крепкая, теперь стала хрупкой, будто тонкая нить, готовая оборваться. Рейко Киришима — его подруга детства и первая любовь. Она была мечтой, но её недавний отказ превратил эту мечту в обломки, острые и болезненные.

Он пробежался взглядом по сообщениям и, не думая больше, заблокировал её номер. Движение было резким, почти автоматическим. В груди словно что-то рухнуло, но он подавил это чувство.

— Не надо больше… — пробормотал он себе под нос, голос дрожал. — Хватит об этом.

Он сунул телефон обратно в карман, ускорив шаг. Ему казалось, что если идти быстрее, он сможет убежать от пустоты, которая сковывала его изнутри.

Мысли обрушились на него, как наводнение. Счета, которые он снова забыл оплатить. Тётя Азуми, которая приютила его после побега из дома, вероятно, уже думала, что он обуза.

— Я заплачу на следующей неделе, — тихо сказал он самому себе, пытаясь хоть как-то оправдать свою беспомощность.

Но правда была в том, что Юта давно устал от самого себя. Когда-то его дом был наполнен теплом, любовью и смехом. Но всё изменилось после того, как родители влезли в долги из-за финансовой аферы. Любящая семья превратилась в арену нескончаемых споров, криков и обвинений. Каждый день был пыткой, каждый вечер — борьбой.

Однажды он не выдержал. Просто ушёл, оставив позади руины того, что когда-то называл домом.

Тётя Азуми приютила его, но её доброта ощущалась, как нож с двумя лезвиями. Её молчаливое понимание лишь усиливало чувство вины.

Он зажмурился, чтобы прогнать эти мысли, и вдруг…

Перед его взором открылся совершенно другой мир. Юта остановился, сердце бешено застучало. Переулок исчез. На его месте был рынок, будто сошедший со страниц манги в жанре фэнтези. Повсюду мелькали разноцветные ткани, витали запахи пряностей, а вдоль улиц ходили повозки, запряжённые странными существами, похожими на бескрылых драконов.

Юта замер, потрясённый.

— Что за… — прошептал он, оглядываясь, его голос утонул в звуках незнакомого оживления.

Это место казалось таким живым и настоящим, но в то же время совершенно чужим.

Блондин метался взглядом, как зверь в ловушке. Он чувствовал себя чужим в этом ярком, шумном мире, полном странных существ и людей в необычной одежде. Но, заметив фигуру, которая стояла чуть в стороне и пересчитывала монеты, Юта решился. Незнакомец, казалось, был из другого слоя реальности: его цветастый наряд бросался в глаза, а изящная лира, украшенная искусным орнаментом, намекала на профессию барда.

Юта подошёл ближе, его ноги едва слушались. Незнакомец обернулся. Его лицо поразило Юту: мягкие черты, почти женственные, будто высеченные из слоновой кости, сверкающие лазурные глаза, в которых плясал лукавый свет. Тёмные волосы колыхались на ветру, придавая ему вид героя из аниме или популярной китайской игры.

— Извините… — начал Юта, его голос дрогнул, но он всё же продолжил: — Где мы сейчас?

Бард чуть прищурился, его улыбка стала шире:

— Ты в столице королевства Лейндел, городе Даламар, — произнёс он с нотками театральности, будто наслаждаясь самим звучанием своих слов.

Услышав это, Юта почувствовал, как земля уходит из-под ног.

«Фэнтези... Я попал в мир фэнтези!» — мысли вихрем закружились в голове. «Значит, кто-то вызвал меня сюда? Интересно, может, это будет красивая полуэльфийка с фиолетовыми глазами и серебристыми волосами? Было бы неплохо…»

Бард усмехнулся, словно прочитал его мысли.

— Ты не местный, да? — сказал он, оглядывая Юту с ног до головы. — Одежда странная, но мне нравится. Я, кстати, Дамиэль. Бард-торговец. Иностранец, как и ты.

Юта с трудом справился с растерянностью:

— Юта Такасу… рад знакомству.

— Взаимно. Если понадоблюсь, ищи меня в таверне «Свинная шляпа», — Дамиэль подмигнул и вдруг услышал крик вдали. — Ох, похоже, мне пора. Удачи, Такасу!

С этими словами он скрылся в толпе, оставив Юту одного.

Юта опустил взгляд на свой рюкзак. Внутри — только немного еды и бесполезный в этом мире телефон.

«Нужно найти гильдию искателей приключений. Если это фэнтези, она точно есть в любом городе...»

Юта шагал по центральной площади, пытаясь не смотреть в глаза прохожим. Толпа вокруг него бурлила, словно гигантский водоворот, завлекая звуками торга, запахами жареного мяса и пряностей. Он старался осмотреться, надеясь заметить хоть какой-то знак, указывающий на гильдию искателей приключений.

Замок на вершине холма завораживал своей красотой: его стены сияли в солнечных лучах, а высокие шпили, казалось, касались неба.

— Красиво, всё же… — пробормотал Юта, чувствуя, как его охватывает странное спокойствие.

Но это ощущение длилось недолго. Внезапно воздух разорвали истошные крики. Люди, как волна, хлынули в стороны.

— БЕГИТЕ! МОЙ ДРЕЙК ВЗБЕСИЛСЯ!

Юта обернулся, но не успел ничего понять. Громкий рёв, как удар грома, оглушил его. Из-за поворота улицы вылетел огромный дрейк. Его тело, покрытое серо-зелёными чешуйками, отражало свет, будто сделанное из полированного камня. Мощные лапы с длинными когтями дробили мостовую под его весом.

Юта застыл, словно кролик перед змеёй, но зверь не собирался ждать. Тяжёлая, как буря, масса сбила его с ног, бросив на холодные камни площади. Боль пронзила тело, когда лапы дрейка раздавили его ноги.

— А-а-а! — крик Юты разнёсся по площади, но никто не двинулся с места. Люди стояли, как статуи, в ужасе глядя на происходящее.

Голова дрейка склонилась ниже, обнажая острые, как кинжалы, клыки. Его жёлтые глаза горели голодным огнём. С каждой секундой дыхание Юты становилось всё тяжелее.

— Помогите! Кто-нибудь! — захрипел он, но голос утонул в гуле толпы и рёве зверя.

Зверь издала низкий рык, от которого воздух вокруг задрожал. Юта попытался отползти, цепляясь за камни мостовой, но когти дрейка безжалостно схватили его за лодыжку. Одним движением он перевернул парня на спину, обдав его горячим запахом звериной пасти.

— Нет… пожалуйста… — прошептал Юта, осознавая неизбежность.

Резкий, словно удар молнии, всполох боли пронзил его тело, когда когти дрейка вспороли его живот. Всё вокруг заполнилось алым: кровь хлынула потоками, смешиваясь с грязью мостовой. Органы выпали наружу, будто жуткая картина какого-то жестокого искусства.

Прохожие отворачивались, некоторые вскрикивали, но никто даже не приблизился.

Зверь опустил голову и вцепился в тело Юты. Мягкие ткани разрывались, будто шёлк, и боль накрыла его, словно водопад. Его крик, полный ужаса и отчаяния, постепенно стихал.

— По… мо… гите… — выдохнул он напоследок, перед тем как всё погрузилось во тьму.

Но тьма длилась лишь миг.

Юта резко распахнул глаза. Тот же рынок, тот же город, но… его тело целое. Паника захлестнула, руки дрожали, когда он осматривал себя. Ни крови, ни ран. Но в груди всё ещё горел ужас. Слёзы текли по его щекам.

«Это не сон… Я умер. И меня вернули...»

Подняв взгляд, он снова увидел Дамиэля, стоящего неподалёку.

«Всё началось заново…» — понял Юта, глядя на город, в котором ему предстояло умереть снова.

Сжав кулаки, Юта глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки, и решительно направился на площадь. Но стоило ему приблизиться, как ноги сами понесли его вперёд, будто гонимого страхом. Он бежал, не замечая слёз, что обжигали щеки. Его сознание вновь и вновь прокручивало те ужасные образы: холод чешуи, нестерпимую боль, крики...

Крики страха и отчаяния заполнили площадь, разрывая воздух. Юта бежал, тяжело дыша, его сердце колотилось, а в голове кружились обрывки мыслей о его гибели. Он остановился, взглянув на толпу, что окружила дрейка. Люди смеялись, глумясь над беззащитной рептилией. Её тело, покрытое ранами, дёргалось от боли. Мучители вонзали ножи в её чешую, сдирая её, словно забавляясь.

Гнев захлестнул Юту.

— ЧТО ВЫ ТВОРИТЕ, ПРИДУРКИ?! — закричал он, голос сорвался в крик, пропитанный болью.

Его вопль был как гром среди ясного неба. Мучители замерли, но дрейк, испуганный громким криком, вдруг застыл, а затем резко взревел, будто вся накопленная ярость нашла выход. Его клыки оскалились, а глаза налились кровью. Словно неуправляемый шторм, он сорвался с цепей.

Жестокий хаос поглотил площадь. Живодёры кричали от ужаса, когда ящер набросился на них, разрывая тела своими когтями. Юта застыл, наблюдая за этой кровавой расплатой. Толпа завопила, зеваки бросились врассыпную, но никто не осмеливался подойти ближе.

Внезапно площадь озарил звон металла.

— ВСЕ ОСТАНОВИТЕСЬ! — прозвучал властный голос.

Генерал рыцарей шагнул вперёд, его сверкающий клинок блеснул в солнечном свете. Его глаза холодно блестели, а движения были точны, как у опытного охотника. Он шагнул вперёд, смерив дрейка ледяным взглядом, и в одно мгновение метнулся вперёд. Меч просвистел в воздухе, словно молния, и голова рептилии упала на мостовую с глухим стуком.

Юта задохнулся, его тело застыло, будто чужое. Перед глазами мелькала сцена расправы: кровь, крики, мёртвый взгляд дрейка. Его ноги подкосились, и он упал на колени.

К нему тут же подбежал один из рыцарей, обеспокоенно заглядывая в лицо.

— Парень, ты в порядке?

Юта молчал, словно слова застряли в горле.

— Слушай, ты плохо выглядишь. Я отведу тебя к лекарю, — рыцарь осторожно поднял его, словно боясь, что он сломается.

Такасу позволил себя вести, даже не пытаясь сопротивляться. Его взгляд был пустым, а мысли блуждали где-то в тумане. Проходя через шумные улицы, он не слышал ни шагов, ни разговоров людей вокруг. Мир казался приглушённым, словно это было не с ним.

Через несколько минут они остановились у двери невысокого дома.

— Вагнер! Ты здесь? — крикнул рыцарь.

Изнутри донёсся грубый, но тёплый голос.

— Что случилось?

— Парню плохо. Надо помочь.

Рыцарь завёл Юту внутрь и усадил его на старый диван, который стоял у стены.

— Оставь его, — сказал Вагнер, наклонившись к Юте. Его крупные руки осмотрели юношу, словно пытаясь почувствовать источник боли.

— Просто устал. Ушиб, может. Пусть полежит.

Юта закрыл глаза, чувствуя, как тяжесть на его плечах немного отступила. Но стоило ему закрыть глаза, как перед ним вновь встала картина: голова дрейка, упавшая на мостовую. Его сердце сжалось от мысли, что он ничего не сделал, чтобы спасти его.

Вагнер стоял у постели Юты, его лицо оставалось бесстрастным, как всегда, хотя в его глазах скрывалась какая-то недосказанная угроза.

— Ну, ты вроде просто ударился головой, — сказал он, его голос был низким и спокойным, будто бы ничего не происходило. — Это пройдёт, но на всякий случай выпей отвар, чтобы успокоить нервы. И не пытайся встать раньше времени.

Юта молча принял отвар, чувствуя, как тёплый напиток медленно растекается по горлу, успокаивая его беспокойный разум. Постепенно его тело наполнилось лёгкой тяжестью, как после долгого пути, и он почувствовал, как напряжение начинает уходить. Он знал, что никто не должен узнать о том, кто он на самом деле. Даже если он расскажет, что пришёл из другого мира, кто поверит?

Мир, в который он попал, был жесток. И он, как бы ни старался, всё равно чувствовал себя чужим в нём. Но в этом новом мире, полном боли и борьбы, он нашёл что-то, что ему не хватало в реальном мире — смысл. В его старом мире он был простым хикикамори, который почти не выходил из дома, проводя дни в своём замкнутом пространстве, мечтая о приключениях в другом мире. Но теперь, когда он оказался здесь, его решение стало ясным — он не хочет вернуться. Здесь было место, где можно жить.

— Оставайся у меня, — предложил Вагнер, всё так же равнодушно, как и прежде.

Юта почувствовал, как его тело, истощённое от пережитого, наконец-то расслабляется. Он устал и заснул, поглощённый тёмным морем сна. В его сердце горела решимость — он выживет любой ценой, несмотря на всё.

Но тишина, что царила в комнате, была обманчивой. Тонкий скрип двери заставил Юту вскочить. Он открыл глаза и увидел, как Вагнер подошёл к нему с ледяным выражением на лице, его шаги были тихими, словно предвестие конца.

Перед тем как Юта успел осознать, что происходит, Вагнер вдруг схватил его за шею, сжимая её с такой силой, что дыхание почти прекратилось. В этот момент в комнату вошёл мужчина, его одежда была чёрной, а глаза — ярко-зелёными, словно два опасных драгоценных камня. На его лице была жуткая, почти маниакальная улыбка.

— Ну да, — сказал он, глядя на Юту с какой-то странной смесью интереса и пренебрежения. — Ты, наверное, подумал, что всё это происходит случайно? Нет, мой дорогой, это было спланировано. Я — заклинатель из клана теневых магов, а этот старик, — он кивнул на Вагнера, — и рыцарь, который тебя привёл, всего лишь марионетки. Всё это ради денег.

Юта почувствовал, как сердце бешено застучало, но не мог двигаться. Вагнер, выполняя указания заклинателя, сжал его шею ещё сильнее. Вскоре его позвоночник не выдержал. Треск был оглушительным, и боль вскользь пронзила всё тело Юты. Он пытался закричать, но крик не мог вырваться из горла.

Глаза начали темнеть, а мир становился всё более далёким. Юта закрыл глаза, и мгновение спустя оказался снова на площади рынка, там, где всё началось. Всё, что он пережил, казалось дурным сном. Но реальность не оставляла ему выбора — его стошнило от ужаса. С трудом поднявшись, он покинул рынок, решив найти укрытие.

Его шаги вели его в сторону замка, туда, где, возможно, было безопаснее. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как на него налетела девушка. Она была невысока, с тонкими чертами лица, а её длинные пепельные волосы едва выглядывали из-под капюшона. Её янтарные глаза сверкнули, словно в них отражалась искра надежды.

— Подойдёт, — сказала она, её голос был мягким, но твёрдым.

Не дав Юте даже моргнуть, она схватила его за руку и повлекла за собой, направляясь к замку.