«Надо же».

Случилось чудо.

Я был уверен, что, сколько ни бейся, мне никогда не догнать Сон Сонён. В плавании одного опыта мало.

Физические данные значат не меньше. Есть дисциплины, где врождённые пропорции тела важнее любой техники.

Поэтому…

«Это невозможно».

То, что я сумел выйти на уровень Сон Сонён, — иначе как чудом не объяснишь.

Тело не выстроишь за один день.

А у меня и нескольких месяцев не хватило бы, чтобы как следует его подготовить, но регрессия каждый раз всё обнуляет.

Какой бы ни был мастерский водитель, если у машины слабый двигатель, быстро она не поедет.

И всё же я сделал невозможное.

Плеск—

Начался повторный заплыв, и я, полностью восстановив силы после регрессии, изо всех сил работал руками и ногами.

Передо мной раз за разом было одно и то же тело.

Из-за этого рост должен был остановиться.

Нет—

он и обязан был остановиться.

— Фу-ха!

— Па!

Заплыв, состоявшийся после того, как регрессия полностью вернула мне силы.

Шлёп!

Шлёп!

И в этот раз мы коснулись бортика одновременно — на глаз победителя было не определить.

Но всё же…

— Кто выиграл?

— Это я победил, да?

Мы заранее попросили дежурного у бассейна рассудить нас честно, так что спорить, каждый за себя, не пришлось.

Итак, кто же победил?

Дежурный оторвал взгляд от секундомера и объявил:

— По-моему, девушка выиграла с едва заметным преимуществом.

— Вот как.

Чудо случилось, но вкус поражения я всё равно ощутил снова.

Я посмотрел в сторону.

— …С едва заметным?

Сон Сонён выиграла, но, вопреки ожиданию, не расплылась в самодовольной улыбке, как раньше.

— Да. Для обычного человека вроде меня — я тренер по плаванию, но не судья — разница настолько мала, что её почти невозможно уловить невооружённым глазом.

— ……

— Кстати, у вас просто невероятные результаты. У вас обоих призвание — пловец?

Сотрудник бассейна, представившийся тренером по плаванию, спросил это так буднично, будто между делом.

Мы ответили каждый за себя.

— Я ещё не проходил тест на призвание.

— Нет.

Сон Сонён, хотя и знала своё призвание, уклонилась от ответа, а я сказал прямо: нет.

Тогда дежурный — а точнее, тренер — удивлённо уставился на меня.

— Ничего себе! То есть у вас не призвание пловца, а вы всё равно показываете такой результат? Простите за любопытство, но можно узнать, какое у вас призвание?

— Шаман.

— Шаман? То есть… тот, кто изгоняет… призраков?

— Да. Именно тот самый шаман.

Я, давно уже смирившийся со своим призванием, спокойно улыбнулся.

— Э-э… ну… чтобы изгонять водяных призраков, наверное, тоже надо хорошо плавать. Понял.

— Ха-ха! Что-то вроде того.

Поддакивая тренеру, я кое-как замял разговор.

«А что Сон Сонён?»

Она ведь собиралась сменить призвание, проиграв обычному человеку, у которого нет таланта к плаванию.

Но лицо у неё было мрачнее некуда.

— Едва заметным преимуществом…

— Что такое?

Я спросил совершенно искренне.

Разве она не хотела мне проиграть?

Но Сон Сонён вовсе не выглядела довольной тем, как я вырос.

Скорее походила на косатку, которой задели самолюбие.

— Шаман. Ещё раз.

— Прямо сейчас? Но ведь ты выиграла. Давай лучше ещё немного потренируемся, а потом…

— Я выиграла еле-еле! Это почти то же самое, что проиграть.

— О! Тогда давай теперь пойдём на тест на призвание!

И с самоубийствами, как обещала, тоже завязывай!

Сон Сонён, встретив мой полный надежды взгляд, недовольно сморщила нос.

— Что за ерунду ты несёшь? Дослушай сначала.

— ……

— С этого раза я тоже разомнусь как следует и буду плавать всерьёз.

— Всерьёз? А до этого разве не всерьёз? Ты же сама сказала перед заплывом, что выкладываешься по-настоящему.

— Я не разогрелась.

— Ну… ладно. От ещё одного раза результат ведь всё равно не изменится.

Мне и самому не хотелось заканчивать на такой невнятной ноте. Я её догнал, но не победил.

Как будто финалу не хватало точки.

Вот я и решил уступить её упрямству.

***

Кан Мунсу.

Не такой уж ослепительно выдающийся, как круглый отличник, и всё же образцовый ученик, которого в школе каждый учитель любит почти как собственного сына.

Но для меня он был совсем не просто одноклассником.

«Он такой же, как я».

У Кан Мунсу, чьё призвание — шаман, была странная сила: даже возвращаясь в прошлое, он не терял память.

Тук.

Стоило мне увидеть, как он выпрыгивает из класса, и сердце снова болезненно сжалось.

— Пошли скорее!

С тех пор как он почти меня догнал, в его голосе так и звенел энтузиазм.

— Зови меня Сонён.

— Сонён! Пошли скорее!

— Подожди.

— Что?

— …Ты и так много старался. Почти догнал меня — а это и было твоей целью. Так что давай немного передохнём.

— Ладно.

Кан Мунсу без возражений согласился и легко перемахнул через школьную ограду.

А потом и я…

Вздрогнула.

Я уже подняла ногу, чтобы перелезть следом, но вдруг замерла.

— Мунсу.

— Что ещё?

— Отвернись.

— А?

— Смотри в другую сторону. У меня бельё видно.

— Да не волнуйся, мне не ви…

— Быстро!

— Ага.

— ……

Сама не понимаю, с чего вдруг начала об этом думать.

Я ведь уже сотни раз перелезала через школьную ограду и ни разу не переживала из-за форменной юбки.

Оп!

Я осторожно поставила ногу на стену, на всякий случай огляделась по сторонам и только потом перебралась через ограду.

— Всё. Теперь можно смотреть.

— Куда хочешь пойти?

Тук.

И снова стоило Кан Мунсу задать вопрос, как сердце подало странный сигнал.

— …А ты?

— В какое-нибудь нормальное место поесть. Мы ведь всё это время даже не думали об этом — не чувствовали, что еда вообще нужна.

— А…

Я убивала себя как раз к тому времени, когда в бассейне спортивного университета заканчивались часы посещения. Так можно было сразу прийти снова.

И в этом была слепая зона.

— Я и сейчас не голодна, но…

Раз голода не чувствуешь, то и поесть не приходит в голову.

Ни ему, ни мне.

А это значит…

— Как-то пусто выходит.

Я делила время и воспоминания с парнем своих лет. Мы были вместе. Но мы ни разу не выпили даже стакана воды.

Плавание. Плавание. И снова плавание.

«Немного даже шокирует».

План — сходить вместе в кино и в океанариум — я пока отложила.

— Мунсу. Пойдём в тот ресторан, куда хочешь ты.

— Тогда, может, зайдём в круглосуточный, где я работаю? По скидке для сотрудни…

— Эй!

— Напугала! Ты чего вдруг так кричишь?

— Ты серьёзно хочешь привести такую хорошую девушку, как я, в убогий магазинчик у дома?

Хотя, если честно, я и сама часто покупаю там что-нибудь.

Но сейчас меня это просто разозлило!

— Не надо так про круглосуточные. Там сейчас даже здоровая еда бывает…

— Идём. И с этой минуты даже не смей снова заикаться про круглосуточный магазин.

— ……

— Но вкус твой я всё равно уважаю. Что ты любишь?

— Рамен.

— Я же сказала — не упоминай круглосуточный!

— Вообще-то рамен не только там продают.

— Хоть бы подумал, прежде чем говорить. Ты правда хочешь есть дешёвый рамен с такой девушкой, как я?

— Успокойся.

— Думай быстрее!

Я и сама не понимала, почему так завелась.

***

Мы пошли в всемирно известный дорогой ресторан «Парынару».

«Парынару».

Шеф здесь — легенда ресторанного мира, и ради совершенного вкуса и аромата он не привык торговаться с ценой.

Может, поэтому вокруг нашего столика у окна, откуда открывался вид на реку, было полно людей, по одежде явно привыкших к тугим кошелькам.

— А нам точно сюда можно?..

Было чувство, будто нас просто выбросило в место, где мы совсем не к месту.

— Можно.

Сон Сонён, с надменным видом закинув ногу на ногу, точно дочка из богатейшего семейства, улыбнулась, глядя в меню.

— Ну, раз так…

Я видел это место по телевизору и мельком на улице, но никогда бы не подумал, что однажды войду сюда сам и попробую их блюда.

— Готовы сделать заказ?

Опьянённый славой «Парынару» и его роскошной атмосферой, я уже начал смотреть на персонал как на нечто совершенное.

«Наверное, сюда тоже берут только по призванию?..»

И как раз в тот момент, когда мне в голову пришла нелепая мысль, что было бы неплохо здесь подрабатывать…

— Мы готовы. Несите всё — от этого места и до этого.

— …Госпожа, боюсь, для двоих это будет слишком много…

— Кажется, я сказала, что заказываю?

С лица Сон Сонён исчезла вся прежняя мягкость, и голос её стал холодным.

— Простите.

Официант поспешно поклонился и торопливо ушёл.

— …Он ведь просто хотел по-доброму подсказать. Не слишком ли ты с ним резко?

Как человек, который тоже работает в сфере обслуживания, я не мог просто промолчать.

— Не бери в голову. После регрессии всё равно всё забудется.

— Ну… да.

Даже если бы она пошла за ним извиняться, ничего бы не изменилось.

— Здесь почти всё вкусное, так что попробуй всё.

— Но столько же останется…

Я не считал по тарелкам, но там легко было порций на двадцать.

— Я знаю. Я с самого начала и заказала столько, чтобы часть осталась.

— Жалко же… И еду, и деньги.

С тех пор как жизнь стала жёстче, я привык вылизывать до дна всё, что дают, и такая роскошь была для меня почти немыслимой.

— Тогда ешь, пока не лопнешь. Даже если тебе станет плохо, после регрессии всё пройдёт.

— Ну и ну…

Я невольно усмехнулся.

Мне хотелось хотя бы слегка уколоть её за то, что она ведёт себя как заносчивая богачка, но ведь она была права во всём.

И уж точно я не настолько бестактен, чтобы портить такую атмосферу.

Стук, стук, стук, стук…

Заказанные нами блюда начали прибывать одно за другим, целой вереницей.

— Ух ты!

На серебряных тарелках они лежали как произведения искусства, и к ним было жалко притрагиваться. Но запах, исходивший от них, так дразнил слюнные железы, что терпеть было невозможно.

Но всё же…

Щёлк!

Прежде чем разворошить тарелки, я решил сделать несколько фото на смартфон.

— Ты что делаешь?

— Не видно, что ли? Еду фотографирую.

— Я не это спрашиваю. Я спрашиваю, зачем, если всё равно скоро исчезнет.

— А…

Услышав её упрёк, я тихо опустил смартфон.

«Вот же глупость».

Пусть мне и хотелось сохранить эти снимки как память, после регрессии они всё равно исчезнут.

Остаётся только надеяться, что хоть слабый след от этого останется в моей памяти, которая не стирается даже после возвращения в прошлое.

— Давай есть скорее.

— Приятного аппетита!

Ресторан «Парынару».

Если не считать цены, всё было безупречно.

***

После сытного обеда Сон Сонён как ни в чём не бывало спустилась в океанариум, который находился в подвале того же здания.

Делать мне было нечего, так что я пошёл следом — почти машинально…

— Интересно, у рыб тоже бывает призвание?

— Аппарат определения призвания, который изобрёл P, рассчитан только на людей. Других живых существ он не проверяет.

— Так пусть его переделают.

— Все страны уже научились производить эти аппараты массово, но переделывать их под себя так и не смогли.

— А ты неплохо знаешь.

— В магазинчик, где я подрабатываю, каждый месяц приходит научный журнал. Его выкладывают для покупателей, но никто к нему даже не притрагивается, так что читаю я.

— Тебе нравится наука, Мунсу?

— Да. Это же интересно.

Чем больше узнаёшь науку, тем яснее становится, как много мы на самом деле понимаем неправильно или вовсе не понимаем.

А ещё приятно, что знания оттуда иногда пригождаются в повседневной жизни.

Правда, с оккультным всё наоборот: наука его не объясняет, и от этого путаницы только больше.

— А я науку не люблю.

— Уважай чужие увлечения.

— А какие у тебя ещё есть увлечения?

— Хм…

«А есть ли у меня вообще ещё какие-то увлечения?»

Пока другие находят время на хобби, я работаю.

Когда в магазинчике нет покупателей и становится скучно, единственная моя отрада — читать на смартфоне научные статьи.

Хотя в последнее время я в основном читал фэнтези.

«В последнее время…»

По календарю — недавно, но из-за того, что я слишком часто откатывался назад, по ощущениям это было уже очень давно.

— Что-то я разговорился на ходу, пить захотелось…

С этими словами Сон Сонён покосилась на киоск внутри океанариума.

Я не был таким уж бесчувственным, так что сразу предложил:

— …Может, хочешь чего-нибудь выпить?

— Да!

— В этот раз я угощаю.

— Хорошо.

Прежний я ни за что не купил бы газировку по цене в сто раз выше закупочной, но, как и Сон Сонён, я решил потратиться, понадеявшись на регрессию.

«Всё равно деньги скоро вернутся!»

Я это понимал, но рука, сжимавшая дебетовую карту, всё равно едва заметно дрожала.

— Вот ваши два напитка.

— Спасибо.

Я протянул Сон Сонён газировку, купленную на мои кровные.

— Спасибо. Всё равно она бесплатная.

— Ха-ха…

Продавец озадаченно посмотрел на нас, услышав, что напиток «бесплатный», но я только неловко улыбнулся.

— Пойдём, будем пить по дороге.

— Идёт.

И мы наконец всерьёз принялись осматривать рыб.

— О!

— Ух ты!

Прямо у нас над головами проплывали акулы и скаты…

— Надо же.

— И правда.

Мы смотрели на медуз, которые светились сами по себе, и на прозрачных тропических рыб…

— Какая милота.

— Это?

Мы даже поспорили из-за пингвинов и выдр, которые лично мне вовсе не казались милыми…

«Не кормите рыбок печеньем!»

«Не опускайте руки в воду! Они могут укусить!»

Висели тут и предупреждения для слишком любопытных детей.

— Хорошо им. Плывут себе спокойно, ни о чём не думая.

— Не так уж хорошо.

— Это почему?

— Посмотри им на морды. Видишь, только там цвет бледнее? Это оттого, что они слишком часто бьются о стенки. Они лишились свободы и стали всего лишь развлечением для людей… М?

Я как раз важничал перед Сон Сонён своими грубоватыми познаниями, когда глаза у меня полезли на лоб.

— Не нравится мне это.

Хлюп-хлюп!

Она выливала свою газировку прямо в аквариум!

— Ты что творишь?!

— А что?

— Как можно лить туда газировку?! А если рыбы из-за этого сдохнут…

— И что такого? Умрут — потом всё равно оживут.

— Это-то да, но…

К счастью, кроме меня, похоже, этого никто не заметил. Хотя это вовсе не значило, что так можно.

— Мне стало скучно. Пойдём отсюда.

— …Ладно.

Мне казалось, будто я потерял что-то важное.