Нико отвёл взгляд. В груди что-то болезненно сжалось — не от желания, а от стыда.

Он медленно провёл ладонью по лицу, словно стирая усталость, и тихо произнёс:

— Ты ведь понимаешь… тогда я был другим. Глупым. Слабым. Я убегал от проблем, а не решал их.

Блерта прикусила губу, но взгляд её стал серьёзнее.

— А сейчас? — спросила она мягче. — Сейчас ты всё ещё убегаешь?

Нико поднял глаза. В них больше не было злости — только тяжёлый груз воспоминаний.

— Сейчас я не хочу снова предать чью-то веру. Ни твою. Ни свою. Ни её память.

Повисла тишина. За окном шелестели листья, будто сам дом прислушивался к их разговору.

Блерта вздохнула и опустила взгляд на стол.

— Я не хотела задеть тебя… Просто… — она замолчала, собираясь с мыслями. — Когда ты исчез, я думала, что погиб. Я стала сильнее не из-за тебя… а из-за того, что поняла: мир не жалеет никого. Ни охотников, ни тех, кто их ждёт.

Нико заметил на её запястье тонкий шрам. Не боевой — магический. Он чувствовал знакомую вибрацию силы, будто что-то внутри неё было… иным.

— Ты заключила контракт? — спросил он тихо.

Блерта не ответила сразу. Лишь медленно кивнул. — Чтобы выжить.

Нико напрягся.

— С кем?

В этот момент стены комнаты едва заметно дрогнули. По потолку пробежала тень, будто облако прошло прямо сквозь дом.

Блерта подняла взгляд — в нём мелькнуло что-то тревожное.

— Это не дом, Нико.

— Тогда что?

Она чуть улыбнулась, но улыбка была натянутой.

— Это испытание.

Внезапно стол между ними начал темнеть, древесина покрылась трещинами, словно под ней пробуждалось нечто живое. В воздухе появился запах сырой земли и гнили.

Голос раздался не из одной точки — он звучал сразу отовсюду:

— Охотник… ты снова выбираешь бегство?

Нико резко встал, рука автоматически потянулась к катане. Но оружия не было.

Комната изменилась — стены стали каменными, ковёр исчез, а окна превратились в чёрные провалы.

Блерта поднялась рядом с ним.

— Ты хотел уйти в лес? — тихо сказала она. — Лес сам пришёл к тебе.

Из тьмы шагнула фигура. Высокая, вытянутая, словно сплетённая из корней и костей. Глаза — пустые, но светящиеся холодным зелёным огнём.

Нико почувствовал ту самую слабость, о которой говорила Блерта. Его сила словно рассыпалась внутри, как пепел.

— Ты ослаб не телом, — прошептала Блерта. — Ты ослаб сердцем.

Фигура двинулась к нему.

И в этот момент Нико закрыл глаза.

Не чтобы сдаться.

А чтобы вспомнить.

Смех жены. Тёплый вечер. Обещание стать сильнее — не ради мести, а ради защиты.

В груди что-то вспыхнуло. Не ярко. Не мощно. Но честно.

Пол вокруг него треснул. Воздух задрожал.

Невидимая волна силы вырвалась наружу — не разрушительная, а отталкивающая. Фигура из корней отступила, её тело начало рассыпаться в пыль.

Блерта смотрела на него иначе.

— Вот он… настоящий ты.

Нико тяжело дышал, но взгляд стал твёрдым.

— В лес я уйду, — сказал он. — Но не чтобы прятаться. А чтобы вернуться. Сильнее.

Тьма вокруг начала рассеиваться.

Голос, уже слабый, прошептал:

— Тогда приди… когда будешь готов.

Комната вновь стала светлой и уютной, будто ничего не произошло.

Блерта тихо произнесла:

— Если ты идёшь в лес… я пойду с тобой.

Нико посмотрел на неё долгим взглядом.

— Это будет не прогулка.

Она усмехнулась.

— Я и не жду цветов.

Он кивнул. И впервые за долгое время его шаг вперёд был не бегством. А выбором.