Меч ослепительно сверкнул в лучах солнца. Он унёс множество жизней, испил море крови, однако на блестящем алом металле не осталось ни единого скола, ни крохотного пятнышка ржавчины.

Преисполненный смертоносной красотой, он изящно описал полукруг, будто бы оставляя за собой полосы света.

Владелец прекрасного оружия, утончённый юноша с пронзительными голубыми глазами, грациозно переступил с ноги на ногу и точным выверенным движением взмахнул мечом, затем плавно сместился в сторону, нанёс второй удар, потом третий.

На заднем дворе таверны «Танцующий оцелот» развернулся настоящий танец клинка, способный убить легчайшим касанием.

Партнёр юноши легко уклонился от всех выпадов, не попавшись на брошенные как бы невзначай взгляды, призванные обмануть его, и не поддавшись лёгким изменениям темпа сражения. Острое лезвие не отсекло даже волоса.

Они бились не насмерть, а всего лишь тренировались, пусть и с риском для здоровья.

За ними, конечно, наблюдали.

— Надзлой, — проворчал волчонок.

— То есть очень сердитый, Винд? — уточнила девушка.

— Да, — коротко ответил зверь, вильнул хвостом и заговорил снова: — Прямо пых-пых надзлой.

— Пых-пых?

— Это больше, чем надзлой.

— М-м… То есть не просто очень сердитый, а очень-очень сердитый?

— Да.

Латина с Виндом не переживали за сражающихся. Впрочем, волчонок всегда находился на своей волне, да и девушку было не в чем упрекнуть.

— Довольно! — спокойно крикнул Дейл.

Ему приходилось непрестанно уворачиваться от ударов, однако юноша совсем не устал.

Латина совершенно не разбиралась в боевых искусствах. Она считала, что Дейл и его оппонент, Грегор, владеют мечом не на первоклассном, а на запредельном уровне, поэтому просто не могут ошибиться и навредить себе — вот и не переживала за них. Кроме того Дейл, герой-даймон, был слишком сильным по меркам людей и двигался так проворно, что не давал ни малейших поводов для беспокойства.

Тут за спиной Латины раздался восхищённый возглас:

— Какая ярость, какая экспрессия! Превосходно! Не останавливайтесь, продолжайте.

Через заднюю дверь таверны во двор вышла Хризос.

— Мне кажется, Хризос, Грегор злится из-за тебя. И я тоже разозлюсь, если услышу ещё что-нибудь в том же духе, — предупредила Латина.

— Будешь злая? — тут же спросил Винд.

— Ещё какая.

Латина недовольно посмотрела на сестру, пытаясь донести свои чувства, однако она совсем не умела отчитывать других и не любила долго сердиться, так что вернулась к просмотру боя. Но скоро она, видимо, о чём-то вспомнила, потому что вдруг встала и убежала на кухню.

С негромким звоном сверкающий алый клинок гладко вошёл в ножны того же цвета.

Грегор был элегантен во всём, даже в мелочах, присущих каждому воину.

— Как же приятно в кои-то веки не сдерживаться, — сказал он, взглянув на друга повеселевшим взглядом.

— Угу, ты прямо взбодрился, — ответил Дейл, переводя дух.

В этот момент вернулась Латина. Она подала Грегору чистое полотенце и протянула поднос со стаканом холодной воды.

— Прошу прощения за все доставленные неудобства, — извинилась она.

В конце концов, источником всех бед была её старшая сестра.

— Не стоит, я не в обиде. А Дейл… ну, это Дейл, — невесело усмехнулся Грегор, залпом осушив стакан.

Он не хотел плохо отзываться о друге, хотя тот в полной мере заслужил как минимум словесную порку из-за регулярных выкрутасов. Впрочем, к этому все давно привыкли.

— Я пыталась остановить Хризос, но она упорно стояла на своём. Мол, раз уже здесь, то посмотрит, как приедет делегация, — виновато проговорила Латина.

Несколько дней назад в Кройц прибыли послы из страны демонов.

Грегор отвечал за охрану лагеря, служившего перевалочным пунктом на пути между Лабандом и Василио. Однако он не мог поручить рядовым солдатам такое ответственное задание, как защиту Золотого монарха и её сопровождающих, поэтому оставил в лагере авантюристов и часть гарнизона, а сам занял место провожатого и старшего телохранителя во главе отряда.

Перед Аосбликом делегация сперва собиралась посетить Кройц, расположенный сразу за лесом магических существ. В городе об этом знали и изо всех сил готовились принимать гостей, не желая ударить в грязь лицом. Всё-таки первое впечатление важнее всего.

Кройц стоял на тракте, соединяющем порт со столицей, через него каждый день проходили торговые караваны из разных стран, так что подавляющая часть местных изначально не страдала ксенофобией и спокойно относилась к представителям других народов. А уж когда пошли слухи, что демонов возглавляет молодая красивая правительница, то всеобщее радушие многократно возросло.

Вот так и вышло, что встречать послов отправились не только Дейл с Латиной, но и Хризос.

За пару дней до этого в «Танцующем оцелоте» состоялось собрание завсегдатаев, включая уличных стражей и охрану городских врат.

— Передовой отряд уже здесь, а сами послы подтянутся послезавтра. Мы прикинули расположение врат и решили, что южные больше всего подходят для входа делегации. Значит, будем следить за порядком на улицах от врат и до самого особняка градоначальника. Готовьтесь, парни, с завтрашнего дня начнётся веселье, — проворчал начальник стражи.

Он не боялся утечки информации — чувство долга преобладало над всеми остальными. Ему вместе с подчинёнными предстояло вернуть центральную фигуру делегации до того, как её раскроют.

Сама центральная фигура рассеянно угукнула и кивнула. На данный момент её больше интересовал гидропонный горшок — сосуд, наполненный водой, в которой плавали пустившие корешки кусочки овощей. Разумеется, они ещё не созрели, однако этого хватило, чтобы пробудить в девушке любопытство и жажду исследований. Она с превеликой увлечённостью наблюдала за быстро вытягивающимися росточками.

Сидящая рядом с ней Латина склонила голову набок.

— Конечно, южные врата ближе всего к лесу, но ведь у нас в районе не всё хорошо с правопорядком.

— Ну, огибать город с востока или севера вообще не вариант. Было предложение провести их через западные врата, но люди хотят встретить делегацию. Не можем же мы их разочаровать.

— Это да, в Кройце любят праздники. И все так ждут гостей…

— Может, тогда перекроете некоторые улицы на день прибытия? Заодно и у нас клиентов поменьше станет, — подал голос Кеннет и мягко улыбнулся своей ответственной помощнице. — А раз клиентов меньше, то и работы почти не будет. Завсегдатаи у нас не привередливые, можно будет спокойно сходить посмотреть на город.

— Ура! — невольно воскликнула Латина, но тут же прижала руки к щекам, покраснела и смущённо взглянула на Кеннета.

Хризос же, наоборот, воодушевилась. Осматриваясь по сторонам, она задумалась о чём-то.

— Хм… Объективно говоря, мне стоило бы лицезреть, как примут моих подданных.

— Но там соберётся большая толпа. Как бы чего не случилось… — возразила Латина.

— Ничего страшного. Навредить архидемону может только герой.

— Я не про то…

— Латина, ты же знаешь Хризос: она и без нас пойдёт. Лучше уж побудь рядом с ней, проследи, чтобы не забрела куда-нибудь, — обречённо сказал Дейл.

Ему становилось нехорошо от одной мысли о том, что Хризос останется сама по себе и натворит дел.

К слову, юноша неоднократно утверждал, что не потеряет Латину даже в самой плотной толпе. Может, дело было в его личных способностях, а может, свою роль играло имя даймона, изображённое на тыльной стороне левой ладони и, возможно, воплощающее особую связь.

— Ну, тогда ладно…

Латина была невероятно любознательной и в радостном предвкушении жаждала увидеть преобразившийся город. Ведь праздники случаются не каждый день.

— Кроме того, Аделина с подругами заслужили полноценный выходной, — добавил Дейл и посмотрел на трёх авантюристок, обессиленно распластавшихся на столе.

За пределами таверны и особняка девушкам приходилось присматривать за лёгким на подъём свободолюбивым архидемоном, гораздым на непредсказуемые выходки. От Хризос нельзя было ни на секунду отвести взгляд, а уж в толпе и подавно.

Вне всяких сомнений, телохранители свалятся от усталости задолго до вечера.

Латина тоже поняла, что имел в виду Дейл, и неловко улыбнулась.

— Сестрёнка, я тоже с тобой! — закричал Теодор.

— Как будто мне без тебя не за кем присматривать, — буркнул Дейл.

— Не надо, не бери. Всё-таки я его отец и не должен перекладывать на тебя свою ответственность, — поддержал Кеннет.

— Так я пойду не с Дейлом, а с сестрёнкой! — парировал Тео.

Его заявление граничило с наглостью, но Дейл с Кеннетом оставили мальчика без внимания.

Как и сообщил начальник стражи, через два дня делегация добрались до южных врат Кройца.

К этому времени улицы перекрыли, зевак оттеснили к домам. Стражники и нанятые авантюристы стояли цепью вплоть до самого особняка градоначальника в центральном районе и внимательно следили, чтобы даже муха не пролетела.

Послы в сопровождении лабандских солдат вошли в город. Возглавлял строй знаменосец с флагом, на котором был изображён герб Эльдиштетов — одного из самых влиятельных родов королевства. За ним следовал единственный всадник — черноволосый юноша при оружии, проводник и защитник отряда, а также знаменитый соратник Платинового героя. Многие горожане собрались посмотреть именно на него.

Юноша гордо восседал на великолепном чёрном коне в боевой сбруе и смотрел прямо вперёд. Настоящий воин, достойный почётного титула не менее, чем его прославленный друг.

Девушки все как одна вздыхали по нему. Сегодня они убедились, что менестрели нисколько не преувеличивали, воспевая красоту наследника герцога Эльдиштета.

Дальше шли демоны. Будучи почётными гостями, они не таились и не надевали капюшоны, которые скрыли бы изящные рога разных форм и цветов. Люди перешёптывались, обсуждая диковинные свободные одеяния, украшения на рогах и ожерелья с бусинами из драгоценных камней всех цветов радуги. Несмотря на соседство стран, лабандцы прежде никогда не общались с василианцами.

Особо предприимчивые торговцы тут же поняли, что дружба народов приведёт к новым течениям в моде, и задумались о продаже аксессуаров в стиле Василио.

А когда показалась карета, охраняемая гвардией демонов, толпа взволнованно зашумела.

Её тянули не лошади, а магические рептилии, которые не обитали в Лабанде. Их чешуя переливалась в свете солнца.

Ящеры ступали небыстро, однако каждое их движение дышало недюжинной силой.

Карета тоже притягивала взгляды. В отличие от лабандских, она казалась не средством передвижения, а экзотической роскошной шкатулкой, украшенной тончайшей резьбой и самоцветами. Очевидно, в ней мог ехать только очень знатный вельможа.

Среди зевак кто-то восхищался великолепием кареты, кто-то строил догадки о её пассажире — молодой прекрасной правительнице. И лишь одна девушка прямо заявила:

— Они в ней багаж везут.

— Надо было хоть двойника туда посадить!

Хризос, центральная фигура делегации, стояла в толпе вместе с Латиной и Дейлом, ела жаренное на вертеле мясо и запивала фруктовым соком. Всё это она купила в ларьке неподалёку.

— Мясо очень вкусное и посолено в меру. Интересно, какие тут специи? — Латина тоже думала совсем не о том.

— Нужно мыслить рационально, — продолжала Хризос. — Еду можно приобрести по дороге, а вот вещи нести на себе тяжело и неудобно. К чему свободному месту пропадать?

Дейл не нашёл что возразить.

Действительно, ящеры были сильными и выносливыми, а карета, несмотря на дорогие украшения, выглядела очень крепкой. Она без труда преодолела неухоженные лесные дороги и, скорее всего, защитила бы высокородную особу от возможных опасностей. Но трястись по ухабам тоже было ни к чему. Хризос могла сесть в карету уже в Кройце, а до того делегаты сложили внутрь багаж.

На самом деле, правителю, неприкосновенной личности, пристало иметь собственный транспорт — символ власти. Однако в Василио монарху не требовалось лишний раз напоминать подданным о своём могуществе. Он был божественным избранником, а значит, правил с позволения высших сил и нёс их волю. В теократическом государстве Первый архидемон обладал абсолютной властью.

Вот почему Хризос не возражала, что её карету превратили в обычную телегу.

Естественно, Дейл всё понимал.

— Впрочем, первое впечатление самое важное. Я вняла советам Розы и Сильвии и приказала переделать карету по моде вашей страны. Реакция превзошла все ожидания.

— Вышло очень роскошно… И совсем не в духе Василио, да? — спросила Латина, склонив голову набок.

— Ты совершенно права, — легко признала Хризос.

Василианцы не любили загромождать дома лишней мебелью и вычурными украшениями, предпочитая умеренность.

— Всё это досталось мне в наследство от прошлого архидемона. Точнее от его любимой наложницы. Мой предшественник подарил ей много таких вещей в надежде привлечь внимание. Потом карета сломалась, но её не стали разбирать, а оставили в одном из дальних помещений храма. Вдруг когда-нибудь пригодится. Как видишь, пригодилась — в качестве диковинки из моей страны.

Почвы Василио были очень бедными, а вот недра, наоборот, богатыми. Демоны надели изысканные украшения как раз для того, чтобы обратить внимание на искусную огранку драгоценных камней и резьбу по металлу.

— Вы приготовили подарки? — поинтересовался Дейл.

— Сейчас мы наносим предварительный визит. Вот установим отношения официально — будут и подарки, — ответила Хризос. — Но кое-что, конечно, взяли.

— И то верно. Главное, не переборщить, а то подумают, что в вассалы набиваетесь.

— Не только. У нас разные ценности, выбрать что-то конкретное было весьма непросто.

— Это точно.

Возможно, они бы и дальше беседовали на нетипичную для простых зевак тему, как вдруг вмешалась Латина.

— Дейл, кажется, Грегор только что посмотрел прямо на меня, — дрожащим голосом проговорила она. — Может, мне почудилось?

— М?

Юноша усмехнулся и покачал головой.

— Не почудилось. Он точно заметил нас. Ну-ка, глянь, он, должно быть, здорово перетрухал.

— Вроде бы не похоже.

— Ещё бы.

Грегор превосходно владел собой. Дейл заметил его тревогу лишь потому, что знал друга не один год.

Делегация торжественно прошла к центру города.

Когда она скрылась из виду, толпа начала рассасываться. Некоторые сбивались в кучки и оживлённо обсуждали увиденное, причём без нервозности или враждебности.

«Вот и замечательно. Думаю, завтра о демонах во всех подробностях услышат и те, кого здесь не было», — подумал Дейл, окликнул девушек, и они вместе вернулись в «Оцелот». Правда, по пути Латина настоятельно попросила ещё раз остановиться у ларька с шашлычками. Разумеется, чисто в исследовательских целях.

А немного погодя в таверну ворвался замаскированный Грегор. Он с ходу выхватил меч и напал на Дейла, намереваясь хоть разок стукнуть друга.

— Конечно, я ожидал нечто подобное… Но ты хоть представляешь, что я почувствовал, когда увидел, как Её Величество, которую я пообещал защищать, встречает меня пусть пока и не в столице, но здесь, в городе?

— Может быть. Меня-то зачем бить?

— Не могу же я ударить её. Тем более вряд ли для тебя лёгкая разминка — это такое уж наказание.

Дейл саркастически рассмеялся.

— Ну-ну. Вот только ты, наш общепризнанный мастер меча, пытаешься достать меня на полном серьёзе. И у тебя хватает наглости назвать это лёгкой разминкой?

— Раз ты всё знаешь о моих навыках, то должен понимать, что я не нанесу смертельную рану без веской причины.

— Ах, без веской причины? Ну спасибо, теперь-то я точно ни о чём не переживаю.

Перебрасываясь колкостями с другом, Грегор наконец-то осознал, из-за чего ощущал лёгкий дискомфорт ещё во время сражений против Злобных архидемонов. Несмотря на активный бой, Дейл оставался бодр и свеж. Видимо, он давно превзошёл порог человеческих возможностей, и это наводило на мысль о даймонах.

«Да, в будущем Первый архидемон будет его свояченицей… Но ведь Дейл познакомился с ней только в Василио».

Грегор не знал, может ли герой, антипод архидемонов, стать даймоном, однако не отрицал такую вероятность. В конце концов, Дейл был избранником Латины, и Золотой монарх, её старшая сестра, имела массу причин сделать его своим подручным.

Правда, дальше предположений — весьма спорных, к слову, — дело не пошло. Зная характер друга, Грегор догадывался, что тот когда-нибудь сам всё расскажет, поэтому не лез с расспросами.

— Знаешь, Дейл, мне бы очень хотелось как-нибудь сразиться с тобой в полную силу.

— А вот мне не хотелось бы, — тотчас отказался юноша.

На самом деле Грегор прятался за маской напускного спокойствия. Его шутливые фразы на поверку были очень даже серьёзными. Имея в себе частичку живущего от битвы до битвы воина, Грегор постоянно стремился к новым высотам и оттачивал мастерство владения мечом. В то же время он не позволял чувствам взять верх и сдерживал себя доводами разума.

Зная об этом, Дейл переживал, но не особо, и, вздыхая, поддерживал разговор.

— Ты из тех, кто раскрывается не в разминках и спаррингах, — заметил Грегор.

— Правда? — удивилась Латина.

Она с самого детства наблюдала за упорными и целеустремлёнными тренировками Дейла, но даже представить не могла, что на самом деле юноша намного сильнее.

— Дейл из тех парней, кто по-настоящему старается только ради чёткой цели, — без обиняков пояснил Грегор.

Дейл нахмурился, однако возражать не стал, признавая правоту друга. Он до сих пор не расстался с мышлением опекуна, поэтому действовал несколько небрежно, вполнакала, если ничего не терял. Обычно он не находил ценности в славе, сопутствующей победам, не ущемлялся, терпя поражения.

Латина не видела его таким. В её присутствии юноша всегда пылал мотивацией, старался показать себя с лучшей стороны и не смел проигрывать — гордость не позволяла. Именно её он защищал всем своим существом, именно ради неё шёл на подвиги.

— И всё же… — пробормотал Грегор, вытирая пот, замешкался и взглянул на девушку с золотыми глазами.

Они с Хризос уже встречались. Золотой монарх познакомилась с юным Эльдиштетом, когда прибыла проинспектировать делегацию, и, имея достаточно информации об аристократах Лабанда, сразу поняла, кто перед ней.

— Где бы я ни оказалась, я всегда останусь просто Риз, старшей сестрой Латины, — внезапно сказала она.

— Что? — удивлённо переспросила Латина.

— Какая откровенность, — хохотнул Дейл.

Грегор тоже не удержался от усмешки. Впрочем, он догадался, что имела в виду Хризос, и не стал кланяться.

— Как вам будет угодно.

— Угу.

Украдкой наблюдая за сёстрами, Грегор вздохнул и восхищённо сказал:

— Слухи не врали. Они и правда похожи как две капли воды.

— Только внешне, а вот характерами… Ладно, не буду лукавить, характерами тоже. Немного, — ответил Дейл и про себя добавил: «А если конкретно, они обе — легкомысленные девчушки, выросшие в замкнутом окружении».

— Поберегите мои нервы. Знали бы вы, каково мне пришлось, когда я на перевалочной базе встретил делегацию Золотого монарха…

Грегор явно сердился. Он очень редко позволял себе открыто проявлять чувства.

— Так говорю же, я тут при чём? — спросил Дейл, с неловким видом взъерошив волосы.

— Полагаю, в лицо меня никто не знает, — вставила Хризос.

— А тебе приходило в голову не выделяться так сильно? — сокрушённо проговорил Дейл, хотя до этого всеми силами старался держаться в стороне от спора.

Грегор посмотрел вдаль.

— Авантюристы первыми заметили, что вместо монарха сидит двойник. Я до смерти перепугался, что они сейчас взбунтуются.

— …

— Я тоже увидел, что это не Золотой монарх… Хотя солдаты так и не поняли, почему авантюристы подняли бучу. Еле-еле всех успокоил.

— …

Дейлу показалось, будто он слышит душераздирающие крики завсегдатаев «Оцелота», занятых на базе между Василио и Лабандом: «А мы так хотели посмотреть на неё! Хотя бы одним глазком!»

Разумеется, они ни разу не видели Хризос, но чуть ли не каждый день общались с её близняшкой.

Среди присутствующих только знакомый с Латиной Грегор догадался, в чём их горе.

— Там так опасно? Выходит, мудро я поступила, что прибыла сразу сюда, — с донельзя гордым видом заявила причина всех волнений.

Тут даже Дейл не выдержал выходок будущей свояченицы и поклонился другу со словами:

— Если ты не против, я готов в любое время быть твоим спарринг-партнёром.

Затем он повернулся к девушкам.

— Ладно, пошутили и хватит. Хризос.

— Что?

— Делегация здесь.

— Я была с вами, забыл? Что, совсем старый стал, деменция обострилась?

— Ты говорила, что присоединишься к делегации, когда она будет в Кройце.

— Говорила.

— Даже не думай отправлять двойника на переговоры с лидерами Лабанда. Ты должна снова стать Золотым монархом, пока тебя не раскрыли…

— ****, **********.

— М? — переспросил Дейл, не разобрав быструю речь.

— Хризос, не говори так, — неловко одёрнула сестру Латина.

— **, ***, — тотчас ответила Хризос, спряталась за Латиной и больше не проронила ни словечка.

Дейл не сразу отошёл от изумления.

— Эй, ты, — негромко сказал он, нахмурившись.

Хризос даже не шевельнулась.

Находящаяся меж двух огней Латина смутилась.

— Ты уже не маленькая, хватит вредничать.

— **, ***********.

— Вот только не надо делать вид, что не разговариваешь на нашем языке.

Дейлу не помогали никакие угрозы.

Хризос дулась и отворачивалась, словно маленький ребёнок. В ней не осталось ни капли величия, присущего Золотому монарху.

Когда она окончательно раскапризничалась, Латина не выдержала и обернулась.

— Хризос.

Старшая сестра тут же сделала щенячьи глазки и ударила на опережение.

— Платина, неужели тебе совсем не грустно разлучаться со мной?

— Грустно, конечно…

Она тотчас обезоружила Латину.

Разумеется, расставание предстояло тяжёлое. Она любила сестру всем сердцем, ценила её больше остальных, считала неотъемлемой своей частью, поэтому не могла обманывать.

— Безусловно, я не прошу тебя поехать со мной в Василио. Я понимаю, что ты ещё не готова.

— Угу… Прости, Хризос, пока нет.

— Платина, клянусь, я приложу все усилия, чтобы как можно скорее устранить этих дряхлых консерваторов и пригласить тебя обратно. А если кто-нибудь посмеет назвать тебя преступником, я изгоню его не то что из храма, а из столицы.

— Нет, Хризос, так нельзя. Не пользуйся положением в личных интересах, — поспешно попросила Латина.

Она не знала, какие обычаи приняты в храмах Василио, но не хотела, чтобы сестра превратилась в тирана. А вот Дейл не имел ничего против такого. Услышав о репрессиях, он просто пожал бы плечами. Любой, кто осмеливался обидеть его милую Латину, заслуживал самой страшной кары — смерти.

В этом отношении юноша был непоколебим.

«Впрочем, если бы Латину не изгнали, мы бы не встретились… Как всё сложно».

Не имея ни малейшего представления о его внутреннем монологе, Хризос капризно продолжила:

— Давай будем вместе хотя бы в Лабанде. Всё-таки я столько ждала нашей новой встречи, Латина.

— Риз…

Латина грустно вздохнула, услышав своё детское прозвище из уст сестры. Она всё понимала, однако иначе не могла.

— Я тоже ждала, но ты единственная, кто имеет право на трон Василио, поэтому…

— Ты права.

Хризос стиснула её ладонь, будто бы сдерживая нахлынувшие чувства, подняла голову, посмотрела Латине прямо в глаза и заявила:

— Значит, ты будешь всюду сопровождать меня.

— Фня?! — От изумления Латина издала странный возглас.

— Полагаю, Дейл рассказывал, что вы с ним поедете в столицу? Просто теперь это произойдёт немного раньше, — пояснил Грегор, ненадолго отвлёкшись от раздумий.

— Что? Нет, не рассказывал. А зачем нам туда?

Ошеломлённая девушка округлила глаза и заволновалась. Для неё эти слова прозвучали громом среди ясного неба.

— Упс, забыл, — смущённо пробормотал Дейл.

Он только сейчас вспомнил о приказе, который получил от герцога Эльдиштета вместе с новостью о делегации Василио.

«Всё из-за Хризос! Она появилась слишком внезапно, из-за неё у меня всё вылетело из головы!»

— Полагаю, Платина, ты не хочешь, чтобы всем стало известно, что ты живёшь в этом городе, так? В таком случае, будешь сопровождать меня как сестра.

— А? Но ведь… ты собираешься встречаться с важными людьми.

— Очевидно, — хмыкнул Дейл. — Правителю не пристало вести переговоры с мелкими чиновниками.

— Будет встреча с моим отцом, а также аудиенция у Его Величества короля, — подтвердил Грегор.

Латина струхнула. Простолюдинка внутри неё забилась в панике.

— При необходимости можешь притвориться, что не понимаешь языка, — предложила Хризос.

Метод хорош, но, к сожалению, невыполним.

— Не получится! Я уже виделась с отцом Грегора, — ответила Латина.

Не обращая внимания на её замешательство, Хризос продолжила:

— Я заранее приказала сделать для тебя фальшивые рога. С ними ты гармонично впишешься в мою свиту.

— То есть ты с самого начала задумала втянуть меня в это…

— Демоны сразу раскусят фальшивку, но люди ничего не заметят. Кроме того, за основу взяли мои рога, так что вышло просто загляденье.

— Хризос, не меняй тему.

— Не, она и не пытается, — усмехнулся Дейл, даже не пробуя остановить Хризос.

Понимая, что отвертеться не удастся, Латина жалобно посмотрела на юношу.

— Дейл…

— Понимаешь… Я получил приказ и взял под козырёк… Прости, забыл сказать, но уже поздно…

Будучи уникальным героем-даймоном, Дейл шёл своим путём. При этом он не терял чувство реальности и знал, когда стоит подчиниться. Тем более речь шла об одном из крупнейших аристократов страны, а также его нанимателе.

Тогда Латина взглянула на Грегора, но и тот поддерживал Хризос.

Все ополчились против неё. Конечно, верный Винд принял бы сторону Латины, однако они даже так остались бы в меньшинстве, к тому же волчонок давно заскучал и убежал играть.

«Надо отступить! Успокоиться и потянуть время!»

Девушка развернулась, убежала в таверну, пролетела через кухню и направилась к парадному входу.

— Ну вот, сбежала, — беззаботно заметил Дейл.

Хризос коварно улыбнулась — юноша мимоходом отметил, что Латина никогда не сделала бы такое лицо, — и кому-то крикнула:

— Не упустите Платину!

Вернувшись в зал, Дейл всё понял: завсегдатаи перегородили дверь.

— Почему?.. — поражённо спросила бледная Латина дрогнувшим голосом.

До сих пор авантюристы и стражники стояли за неё горой, уступая только Дейлу.

— Извини, юная леди. Мы посовещались и так решили, — сказал Жильвестр, морщась как от зубной боли.

Завсегдатаи души не чаяли в Латине и чувствовали себя так, будто предавали её, но не двигались с места.

Про совещание никто спрашивать не стал. Очевидно, все про него знали.

— Какая же ты наивная, Платина. Монарху ничего не стоит найти путь к людским сердцам. Или ты думала, я посещала эту таверну лишь из праздного любопытства?

Хризос вовсю праздновала победу.

Искоса взглянув на неё, Дейл прямо спросил у Жильвестра:

— Чем она вас подкупила?

— Юной леди… в платье, которые носят аристократы Василио.

— Сама Платина никогда так не оденется по доброй воле. Здешние клиенты падки на неё и всё, что с ней связано, — гордо пояснила Хризос.

Немного подумав, Дейл согласился:

— Резонно.

— То есть тебе и возразить нечего? — обронил Грегор, обречённо вздохнув. — Кстати, наш портретист прослышал, что у Золотого монарха есть прекрасная сестра-близнец, и прямо-таки загорелся.

— С помощью Платины мне будет намного проще подружиться с Лабандом. Ведь она — Принцесса фей Платинового героя.

— Слушай, а когда он допишет портрет, сможет прислать мне копию? — негромко поинтересовался Дейл.

Завсегдатаи тоже зашумели.

Латина же едва не плакала. Сейчас она сильнее всего пробуждала в сердцах желание защищать, однако никто не рвался ей на выручку.

— Полагаю, лучше заранее завершить задание на охрану с авантюристками, — негромко проговорила Рита.

Она занималась привычной работой, не обращая внимания на суматоху.

После такого предательства даже добрая и отзывчивая Латина обиделась, уселась как можно дальше от всех и надулась, всем своим видом показывая, что сейчас к ней лучше не подходить.

Завсегдатаи тоже не бежали извиняться и держались в сторонке, виновато посматривая на любимицу.

Дейл ретировался на кухню, забился в угол и, скорее всего, терзался угрызениями совести — всё-таки он тоже расстроил Латину. Впрочем, он мог отступить и потому, что боялся увидеть сердитый взгляд девушки, которая даже в таком настроении выглядела чрезвычайно мило, потерять контроль над собой и начать скакать вокруг неё, пытаясь всячески угодить. Разумеется, юноша не мог предстать в таком виде перед другими, особенно перед Грегором и Хризос, более чем прохладно воспринимающими его выкрутасы.

Хризос не думала о сестре, несмотря на всю любовь к ней. Пока что её мысли занимал гидропонный горшок с драгоценными росточками. Золотому монарху хотелось забрать его домой, в Василио. Она приложила много усилий, выхаживая и наблюдая за ними каждый день. Со стороны это выглядело весьма забавно: правитель целой страны носилась с обычными овощами как с сокровищем.

— Может, возьмёшь клубни? — спросила Рита.

— М?

Хозяйка «Оцелота» взяла ручку и принялась рисовать на листе бумаги, попутно объясняя:

— Их можно вырастить, замачивая в воде лишь кончик корешка. Вот так. Если я правильно помню, их нужно держать в холоде, пока не дадут побеги… А у вас в Василио жарко, придётся что-то придумывать. Надеюсь, с развитием магических технологий появится какое-нибудь подходящее приспособление.

— Хм…

— Можешь посадить клубни в прозрачный ящик. Например, из стекла. Тогда сможешь понаблюдать за процессом. Заодно скажешь, что привезла настоящее лабандское ремесленное изделие.

— Хм…

Хризос явно увлеклась идеей. Будучи любопытной по природе, как и Латина, она мгновенно загоралась чем-то новым, однако сейчас ею двигал не только интерес.

— Удивительно. Вот уж не подумала бы, что растения поднимутся на одной воде. Если наши учёные займутся исследованиями в этой области, то нам удастся повысить урожайность, невзирая на бедные почвы.

Так мыслил настоящий правитель.

— Как бы искусно демоны ни владели магией, увлажнить все земли выше наших возможностей. А вот создать чистый источник, чтобы он постоянно наполнял небольшой бассейн, нам под силу. Проблема в том, приживутся ли семена… Надо ещё проверить, получится ли выращивать не только клубни, но и другие растения.

«Латина точно так же подходит к делам со всей ответственностью», — усмехнулась Рита.

— У нас в Лабанде тоже гидропоника мало где встречается. Дело в том, что для благословений Колмозея нужен прямой контакт с землёй. Но везде есть свои чудаки. Я уверена, где-нибудь найдутся учёные, занимающиеся этим вопросом. Кто-то ведь придумал гидропонику и рассказал о ней миру.

Все занимались своими делами, поэтому никто не приметил, как к Латине тихо подошёл Грегор.

Заметив его, девушка подняла голову и тут же постаралась принять как можно более любезный вид. Она знала об их с Дейлом дружбе, но всё равно относила Грегора к категории знакомых, причём не самых близких.

— Мне кажется, тебе стоит всеми руками ухватиться за возможность и составить компанию сестре, — сразу заявил юноша и тем самым привлёк всё внимание Латины.

— Что?

— Вы с Дейлом обручились, но, полагаю, не сообщили об этом обществу?

— Нет, не сообщили…

Близкие друзья и завсегдатаи таверны и так знали о помолвке — даже слепой заметил бы их сахарные отношения. Для простолюдинов этого было более чем достаточно. Однако Грегор имел в виду другое общество, высшее, которое действительно оставалось в неведении.

Платиновый герой прославился на весь мир, но при этом о его личной жизни было известно очень мало: лишь то, что он любит Принцессу фей. Остальное покрывал туман загадок, а фантазия менестрелей и слухи рисовали совсем уж фантастический образ.

В то же время Дейл обладал всеми навыками, чтобы вершить великие дела, недоступные простым людям. Рассказы о его реальных подвигах казались настолько сказочными, что среди аристократии возник хаос.

— Вот. Я говорю всё это к тому, что в высшем обществе до сих пор многие стремятся заполучить себе Дейла.

— А?

— Не в плохом смысле… Хотя есть и те, кто хочет получить доступ к богатствам клана Тислоу или искупаться в лучах славы Платинового героя. Они почти наверняка воспользуются старыми проверенными способами заманить его в свои сети. Надеюсь, ты и сама догадываешься какими?

Грегор говорил размеренно, без эмоциональных возгласов, поэтому Латина прекрасно понимала, что он просто описывает сложившуюся ситуацию с объективной точки зрения.

Услышав о планах «заполучить Дейла», Латина побледнела, но после доходчивого объяснения румянец вернулся на её щёки.

— Он нужен всем: и низшим аристократам, и высшим. В основном за ним охотятся те, у кого есть лишь титул, но некоторые действуют не из корысти. Они высоко оценивают способности Дейла и любой ценой постараются протолкнуть ему невесту.

— Дейл помолвлен со мной и не примет других невест, — тотчас ответила девушка, добавив в голос нетипичной для неё резкости.

Как и все, Латина не была лишена человеческих пороков. После изгнания она всё потеряла, оказалась во тьме, но Дейл вернул в её жизнь свет, поэтому Латина всегда тянулась к нему. Юноша отвечал взаимностью, поэтому нет ничего удивительного в том, что девушка ревновала его и не желала ни с кем им делиться. Вот и сейчас она представила, как Дейл стоит в незнакомом зале в окружении юных аристократок, и внутри у неё всё зашлось от возмущения.

Хотя стоило отметить, что Дейл со своим чрезмерным вниманием почти не давал поводов для ревности.

— О, разумеется. Он и сам не обращает на них никакого внимания, — ответил Грегор, избавляя Дейла от возможных обвинений.

Он ожидал такого ответа, но, увидев искреннее негодование Латины, ощутил лёгкий укол совести, протестующей против игр на чувствах и использования друзей в политических целях. Впрочем, сын герцога Эльдиштета, всецело содействующего хорошим отношениям между Лабандом и Василио, быстро заглушил её, напомнив о том, как сильно Принцесса фей поможет мирным переговорам.

Безусловно, Грегор понимал, что Дейл развернет всех аристократов. Он пламенно любил свою молодую невесту, и все попытки связать его с другой женщиной, пусть даже чисто формально, вызвали бы неукротимый гнев. Но факт оставался фактом: Платиновый герой был одним из самых востребованных женихов.

— Самые беспринципные просто так не остановятся. Я знаю нескольких чванливых особ, которые не моргнув глазом заявят, что помолвку с простолюдинкой можно легко разорвать. — Латина сразу надулась, и Грегор нанёс решающий удар. — Зато они не осмелятся пойти против достопочтенной сестры монарха Василио.

Он много лет крутился среди интриг высшего общества и политики. Ему ничего не стоило манипулировать честной искренней девушкой и легко получить её согласие.

†Первым официальным представителем Лабанда, удостоившимся чести встретить делегацию Василио, стал градоначальник Кройца граф Клейнмифель.

Его особняк, равно как и все остальные правительственные учреждения, располагался в центральном районе, поэтому гостей пригласили именно туда.

Когда из роскошной кареты вышла Золотой монарх, граф с трудом сдержал вздох разочарования: юная правительница, по слухам, наделённая неземной красотой, носила на голове тёмную шёлковую вуаль.

Немного позже Клейнмифелю объяснили, что Первый архидемон возглавляет центральный храм Банафсеги, главного бога Василио, и, будучи религиозным символом, не обнажает лицо перед посторонними. Народ людей практически не поклонялся Фиолетовому богу, знал очень мало о принятых среди его служителей обычаях и ещё меньше — о традициях демонов, поэтому граф поневоле принял это как должное.

Впрочем, правило, по всей видимости, не распространялось на дипломатические переговоры и празднества.

Обязанности проводника делегации исполнял третий сын герцога Эльдиштета, прославленный храбрец и виртуозный мечник. По его просьбе слуги приготовили места на приветственном банкете ещё для двух персон. Одним из них был его друг, знаменитый Платиновый герой, также присоединившийся к лицам, сопровождающим Золотого монарха. Он явился с прекрасной девушкой — никем иным, как самой Принцессой фей.

Увидев Золотого монарха вместе с Принцессой фей, граф издал возглас изумления: они были похожи как две капли воды — телосложением, лицами, волосами, цветом и формой рогов. Различались только глаза: у одной — золотые, у другой — серые. Но даже так любой бы понял, что перед ним близнецы.

Девушки были одеты в экзотические наряды, непривычные взгляду лабандцев, однако гладкая блестящая ткань и изысканные пояса красноречиво свидетельствовали о высоком происхождении, а изящные украшения на рогах, выполненные из золота и серебра и отделанные сверкающими драгоценными камнями, прекрасно дополняли образ благородных леди, не перебивая их естественной красоты.

— ***, ********, — сказала златоглазая повелительница.

Сероглазая красавица перевела:

— Монарх выражает благодарность за сердечный приём.

Её улыбка очаровала престарелого графа своими теплотой и добротой.

Клейнмифель и без того дружелюбно относился к другим народам, но сейчас подумал: «У нас почти все аристократы, да и простой люд тоже, заслышав об архидемонах, сразу представляют себе страшных, жутких созданий. Интересно, как сильно они бы изумились, оказавшись здесь, на моём месте?»

Боги одарили сестёр красотой в равной степени, однако если старшая казалась цветком на неприступной вершине, то младшая подкупала спокойствием и мягкостью.

Порядок на банкете охраняла городская стража. Избранные счастливчики с энтузиазмом согласились на задание, а многие по своей инициативе даже вышли в законный выходной. Вот только все как один пялились на девушек, позабыв о профессиональном долге. Конечно, упрекать их в этом было бы несправедливо, и, собственно, никто не собирался.

Начальник стражи тоже присутствовал на мероприятии. Он скоро выходил на пенсию, поэтому был глубоко благодарен графу за оказанный почёт. Когда Принцесса фей с улыбкой поблагодарила за приём, он так расчувствовался, что приложил платок к глазам, вытирая выступившие слёзы.

После Золотого монарха вперёд выступил черноволосый юноша в тёмном костюме, с которым Клейнмифель встречался на столичных балах. Следуя этикету, Платиновый герой безукоризненно поклонился ему, после чего повернулся к сестре Золотого монарха и подал ей руку. Принцесса фей приняла её и доверительно улыбнулась юноше, её длинные платиновые волосы слегка покачнулись в такт движению.

В этот момент многие поняли, откуда Дейл Реки получил своё прозвище.

Как и пели барды, Платиновый герой и Принцесса фей жили в мире и гармонии.

Заодно разрешилась ещё одна загадка: знакомство героя и Золотого монарха.

Истребитель Злобных архидемонов и младшая сестра Первого как бы символизировали зарождающиеся отношения между Лабандом и Василио.

Вот о чём думал граф Клейнмифель.

Однако реальность немного отличалась от его представлений.

— Я больше не могу, не могу, не могу…

— Неправда. Ты сейчас прямо как настоящая принцесса.

— Хризос не говорила, что притворится, будто не понимает нашего языка!

Изо всех сил стараясь казаться спокойной, Латина тихо жаловалась Дейлу о своих страданиях. Юноша с фальшивой улыбкой, которой научился в столичном высшем обществе, утешал её.

— Так удобнее во всех смыслах, — как ни в чём не бывало откликнулась Хризос.

Она пристально разглядывала лабандцев. Легкомысленная девушка из «Оцелота» уступила место твёрдой личности Первого архидемона.

— Дейл, ты тоже какой-то другой…

— Ну… Привык к таким пирушкам из-за работы.

По сравнению с будними днями Дейл и Латина держались друг от друга на почтительном расстоянии, однако окружающим казалось, что они весьма близки.

Как ни настраивалась девушка предстать перед публикой достопочтенной сестрой правителя Василио, для её простой натуры нагрузка всё-таки оказалась чрезмерной.

†Вернёмся немного назад.

После того как Латина смирилась с неизбежным и согласилась на предложение Грегора, события стали разворачиваться со скоростью урагана. В конце концов, делегация уже прибыла, а её глава, своенравная девушка, до сих пор прохлаждалась в таверне.

Разумеется, правило о том, что Первый архидемон не раскрывает лицо по религиозным соображениям, было сочинено на ходу. На самом деле Хризос пока не появлялась даже перед подданными в родном Василио. Прежде девушка изо всех сил скрывала свою личность из-за Второго архидемона. Народу сообщили прозвище нового правителя, а более детальную информацию, включая не только внешность, но и пол, знал лишь узкий круг доверенных лиц.

После гибели злейшего врага ограничения сняли, однако первое официальное появление на публике Золотой монарх устроила только сейчас благодаря удобно подвернувшейся возможности.

Дейл с Латиной подозревали, что Хризос придумала такой план, намереваясь добиться полной свободы и гулять где вздумается, но держали свои мысли при себе. Они и сами находились в похожей ситуации: вели самую обычную жизнь, несмотря на растущую славу.

Также несколько членов делегации тайно посетили таверну. В этом им помогли Грегор и патрульная стража. Конечно, они сохранили все передвижения в секрете от графа, пусть и чувствовали себя виноватым перед ним. Если бы старый Клейнмифель узнал о закулисной суматохе, его сердце могло не выдержать.

Встретив Латину, демоны дружно упали на колени прямо посреди обеденного зала и, не сказав ни слова, заплакали.

Дейл, Кеннет и Рита обменялись недоумёнными взглядами.

Латина тоже сперва удивилась, но потом что-то вспомнила, поспешно опустилась перед гостями и взяла их за руки.

— **********. ************.

— ****… ****, ******.

— ***********… ********.

Демоны плакали и, кажется, за что-то извинялись, а Латина отвечала им со смущённой улыбкой.

Хризос пояснила:

— Наши родители в Василио занимали достаточно высокое положение.

Мов была высшим служителем центрального храма Банафсеги и регентом Первого архидемона, а гуру Смарагди снискал уважение многих влиятельных демонов. Хризос лукавила, называя их положение «достаточно» высоким, однако лабандцы ничего этого не знали.

— Когда старейшины постановили изгнать Платину, многие корили себя за то, что не уберегли ни её, ни Рага. Своей последней волей Раг попросил учеников остаться на родине и всячески поддерживать меня. Те послушались, но так и не отринули переживания.

Хризос грустно вздохнула. Она тоже по-прежнему не избавилась от сожалений.

Сейчас девушка понимала: отец отказался от помощи, чтобы у неё, будущего монарха, было как можно больше союзников. Ученики не подвели гуру. Не жалея сил они продвигали реформы и на корню пресекали любые попытки выставить маленькую Хризос ненадёжным правителем.

— Я правильно полагаю, что, пока Платина восстанавливала силы в Василио после снятия печати, её видели лишь немногие придворные слуги?

— Ну да, — подтвердил Дейл.

В то время он неотлучно находился рядом с Латиной и от большой любви вёл себя настолько позорно, что почти всех посетителей приходилось вежливо отваживать. Естественно, Хризос выдумывала благовидные предлоги.

— Когда я решила отправиться в вашу страну, некоторые демоны сразу же обратились ко мне и попросили взять их с собой. Они хотели своими глазами убедиться, что Платина жива и здорова. Такие дела.

Близняшки росли в дальних покоях храма, о них знали только служанки и ученики гуру, да и тех можно было пересчитать по пальцам. Однако Раг и Мов безгранично доверяли им.

— Вы все переживали за меня… И как только я не осознавала этого, когда была маленькой? — прошептала Латина сквозь слёзы. Она тоже заразилась общим настроением.

Завсегдатаи неловко усмехнулись. Может, и они разревелись бы, но давно разучились.

— Наверное, потому что дети о таком не думают. Но ведь это замечательно, правда? Смотри, сколько людей волновалось за тебя, — тепло ответил Дейл.

— Да, — светло улыбнулась Латина.

Видя, что дочь уважаемого гуру выросла спокойной и мягкой, в отличие от старшей сестры, демоны заплакали пуще прежнего.

Кеннет и Рита тем временем перешёптывались в сторонке:

— Вот же хитрюга.

— И ведь главная её цель в другом. Это она так, воспользовалась случаем.

Конечно, говорили они так не со зла, наоборот, даже улыбались.

Члены некоей некоммерческой организации Кройца горой стояли за Латину. Хризос нарочно подстроила эмоциональное воссоединение в такой обстановке, чтобы показать им: мол, не только люди пекутся о моей сестре, среди демонов тоже такие есть. Всё это позволяло ей набрать лишние очки репутации.

Когда начнутся переговоры между двумя странами, Кройц станет приграничным городом, то есть приобретёт максимальную важность. В таком положении поддержка местного населения — по крайней мере, завсегдатаев одной таверны, души не чающих в своей любимице, — окажет неоценимую помощь. Вряд ли это распространится на всех демонов, но союз с послами под предводительством Золотого монарха, скорее всего, гарантирован.

— Итак, — веско сказала Хризос, и служанки из её свиты мигом успокоились.

— М?

— Я исполню данное слово.

— М?

По приказу Хризос служанки окружили ошеломлённую Латину и увели её в гостевой номер «Оцелота».

В отличие от возлюбленной, Дейл сразу всё понял и задал интересующий его вопрос:

— А ты что?

— А я ничего, — легко ответила Хризос. — Пожалуй, пора переодеться к банкету.

Судя по тону, она находила такие вещи утомительными.

Немного погодя Латина вернулась, и в зале воцарился настоящий хаос. Впрочем, по радостному поводу.

Первым делом Дейл упал и принялся биться в агонии, колотя по полу. Его сразило наповал, но, к счастью, не насмерть. Впрочем, он быстро оправился, поднял голову и с улыбкой до ушей показал служанкам большой палец.

На этот раз он превзошёл все пределы плачевности.

Великий и ужасный герой получил удар ниже пояса.

Завсегдатаи, очевидно, тоже отреагировали бурно.

Демоны же увидели, как выросла маленькая Платина, как стала похожа на всеми уважаемую и превозносимую Мов, и, не выдержав, снова заплакали.

Вместе с тем мужчины просто любовались Принцессой фей. Красота девушки объединила их. Перед её лицом рухнули стены, разделяющие народы и возрасты, исчез языковой барьер. В каком-то смысле это умиротворяло.

Латина действительно выглядела как настоящая принцесса.

Служанки тщательно расчесали её длинные платиновые волосы, вплели в них драгоценные камни, сверкающие всеми цветами радуги, прикрепили фальшивые рога — такие же витые чёрные, как и у Хризос, — и убрали их золотыми и серебряными подвесками, которые сопровождали каждое движение мелодичным перезвоном.

Лёгкое воздушное платье в стиле Василио изящно облегало фигуру, подчёркивая женственные формы. Расшитый экзотическими узорами пояс переливался на свету и сам по себе служил украшением.

Рита же обратила внимание на другую деталь.

— Ого. Они даже макияж по-другому накладывают.

— Мне ведь не кажется, что Латина стала совершенно другой? — пробормотал Кеннет с глупым видом.

— Нет, не кажется, — ответила Рита, послав мужу сокрушённый взгляд. — Угу… Они добавляют в тени для глаз и румяна блестящую пудру.

На самом деле порицания заслуживал совсем другой человек.

— Хорошо, что мы показали её Дейлу заранее.

— Это точно.

Если бы юноша упал без чувств прямо во время банкета у градоначальника, это было бы слишком печально.

После Крюгеры проводили Дейла и Латину до кареты, которую подали специально для Платинового героя, решившего нанести официальный визит графу. Хризос поехала с ними, намереваясь проникнуть в особняк под прикрытием всеобщей суматохи.

Стоит также упомянуть ещё пару моментов.

Во-первых, Теодор не увидел любимую сестрёнку в её лучшем наряде и так расстроился, что истерил всю ночь.

Во-вторых, верный, но своенравный волчонок тоже пропустил сборы, потому что играл с Тео. Впрочем, это не помешало ему заявиться в особняк прямо посреди празднества и с самым спокойным видом улечься у ног Латины. Никто не заметил, как он попал внутрь.

Дейл невольно расхохотался, а Грегор округлил глаза от изумления.

Ситуация повторилась: в Кройц Винд тоже пролез необнаруженным.

Его навыки проникновения внушали неподдельный страх.

†После приветственной части начался пир. Стол ломился от великолепных яств.

Латина смотрела прямо в тарелку и скованно работала ножом и вилкой, отрезая маленькие кусочки. Окружающие втайне восхищались её врождённой элегантностью и манерами, достойными особы из высшего общества, и только Дейл видел, что девушка находится на пике напряжения.

Однако Латина не забывала о своих тревогах, поэтому, когда слуги приносили новые кушанья, она по мере возможностей объясняла Хризос и делегатам, из чего состоит каждое блюдо и как его готовят.

— Вот видишь, Платина. Ты столько переживала о еде, но стоило пойти со мной, и всё разрешилось в лучшем виде.

— Я столько ждала этого, но теперь так разнервничалась, что почти не ощущаю вкуса. Кошмар!

Сёстры разговаривали на родном языке, так что Дейл улавливал лишь отдельные слова и не мог вникнуть в суть. Но кое о чём догадывался.

«Вроде бы Латина на что-то жалуется», — подумал он и, позволив себе отпустить чуть заметную усмешку, вернулся к трапезе.

— У-у…

— Что на этот раз?

— Я понимаю, какие тут приправы… Но, видимо, есть и секретный ингредиент. Хотела бы я расспросить повара, но увы.

— Мне кажется, ты переусердствуешь. И это одна из твоих плохих привычек.

— Но если я узнаю рецепт, то приготовлю и попробую всё сама. Вкусно есть — одно из важнейших удовольствий!

«Ага, точно жалуется», — подумал Дейл, следя за выражениями лиц близняшек и остальных демонов, и почувствовал себя беспомощным.

Когда пир закончился, гостей проводили в зал и увлекли приятными беседами.

Исполняя роль переводчика, Латина не отходила от Хризос. Сёстры находились в центре внимания. Граф Клейнмифель и прочие вельможи Кройца не могли оторвать от них глаз, и даже Дейл поневоле восхищался их красотой, хотя видел девушек вместе каждый день.

Многие подходили в надежде хоть немного сблизиться, но Латина дружелюбно улыбалась и парой нейтральных фраз заканчивала разговор. Тут её выручили уроки манер, основы которых ей когда-то преподавала Роза. А заграничное происхождение помогало сгладить некоторую неловкость.

Однако порой Латина не выдерживала.

— Я больше не могу… Хочу домой… Ну или хотя бы найти одеяло и закутаться в него.

Когда она боялась или волновалась, то забиралась под одеяло и сжималась в комок. Эта привычка осталась у неё с детства.

— Терпи. До конца ещё далеко, — невесело усмехнулся Дейл.

Латина посмотрела на него, едва не плача.

Юноша на мгновение забылся. Поддавшись порыву, он шагнул было к ней, чтобы, как всегда, обнять её, утешить и успокоить, как вдруг наткнулся на красноречивый взгляд Грегора, опомнился и отступил.

— Я понимаю, тебе тяжело, ты многого не знаешь, поэтому не забывай, я с тобой, рядом… И не хотелось бы повторять за Хризос, но, как почувствуешь, что совсем невмоготу, притворись, будто не понимаешь языка, улыбнись и смени тему.

Дейл серьёзно считал, что большинство собеседников умолкнет, увидев мимолётную улыбку Латины.

Возможно, это прозвучало бы слишком прямолинейно, зато откровенно.

Пока он успокаивал и развлекал Латину, граф подал знак, и оркестр заиграл другую композицию.

Мужчины и женщины в красивых нарядах вышли в центр, взялись за руки и закружились в танце.

Клейнмифель с любезной улыбкой предложил Хризос и Латине лучшие места, откуда открывался прекрасный вид на весь зал. Вероятно, так он демонстрировал почётным гостям часть культуры Лабанда и пытался доставить эстетическое удовольствие.

Осознав, что можно просто сидеть на месте, Латина ощутила, как с плеч упала невидимая гора. Она с младенчества страдала от плохого чувства ритма и боялась, что опозорится на весь высший свет, если её пригласят на танец.

— Смотрю, Платина, тебе не особо интересно, — дразнящим тоном заметила Хризос.

— Тебе кажется. Я восторгалась балами, когда читала книги и видела их на картинках. Мне очень нравилось смотреть на красивых людей в красивых платьях, угу, — ответила Латина, не отводя взгляд от пар.

Невзирая на достаточно сложные па, танцоры двигались легко, воздушно. Они были настоящими мастерами своего дела — исполняли трудные вещи без видимого труда.

«Если я сейчас выйду к ним, то сразу запутаюсь в ногах и свалюсь. О боги, даже представлять стыдно! — с недовольством подумала Латина. — Зато я быстро и легко чищу овощи, вот!»

— А танцевать не умею, угу. Просто не могу, угу.

Они с Розой не дошли до этой темы. Конечно, Латина восторгалась балами, но и мечтать не смела, что когда-нибудь окажется гостьей на одном из них, поэтому даже к основам не притрагивалась.

«А вот если бы притронулась, сейчас всё, наверное, было бы иначе», — мысленно пробурчала она и покосилась на Дейла.

Юноша с радостью составил бы ей компанию, но в силу своего положения должен был потанцевать хотя бы с парой-тройкой знатных дам. Не стоит упоминать, что он прежде пользовался популярностью у юных леди из высшего сословия, а после недавних событий и подавно.

Латина смотрела, как он с совершенно незнакомым выражением лица держит за руку другую девушку, и в груди всё сжималось от боли.

— Я всё понимаю, у него работа такая, угу. Я уже не маленькая, капризничать не стану, угу.

Уже по одному «угу» было понятно, что она недовольна.

Хризос сокрушённо вздохнула.

— Ох, Платина, сомневаюсь, что кто-нибудь осмелился бы настолько же открыто выражать незаинтересованность.

Дейл даже не пытался скрыть фальшивую улыбку и в беседах с собеседницами ограничивался односложными ответами, всем своим существом стремясь обратно к Латине. В то же время он держался безукоризненно вежливо и не совершал ошибок, к которым можно было бы придраться.

«Ловко-ловко, — отметила Хризос, глядя на юношу, недвусмысленно выражающего свои чувства, потом повернулась к сестре, которая, однако, дулась на него, и подумала: — И всё-таки вы два сапога пара».

†Покинув Кройц, делегация направилась в Аосблик.

В прошлом Латина посещала столицу лишь единожды, да и то летала на Винде, так что она впервые ехала по главному тракту страны. Зато Дейл по работе проделывал этот путь множество раз.

Лес магических существ остался далеко позади, вдоль дороги часто попадались городки и сёла, поэтому вопрос пропитания отпал сам собой. Больше не нужно было запасаться большими объёмами провизии, и запряжённая ящерами карета стала использоваться по прямому назначению. Просторный салон превратился в роскошную, но оттого не менее уютную комнату Хризос и Латины, отгороженную от внешнего мира. Суровых телохранителей заменил летучий волчонок, как ни в чём не бывало последовавший за хозяйкой в новое путешествие. Он лежал в ногах девушек и, помахивая хвостом, неустанно нёс дозор.

— М-м… Ох, как же всё-таки сложно.

— Согласна, непростая наука. Но стоит запомнить закономерность и будет легче. Ну-ка, Платина, с чем соотносится это?

— Так, тут немного другое произношение, значит… — пробормотала Латина. — Нет, что ни говори, а учить языки очень интересно. Может, заодно заняться языком восточных стран?

Сёстры решили, что не стоит тратить время на праздную болтовню, и открыли учебный кружок.

Латина умела разговаривать на родном языке, однако чтением и письмом не владела.

Демоны пользовались иероглифической записью слов, что подразумевало большое количество символов вкупе с очень сложной грамматикой. Латина покинула родину совсем маленькой, родители не успели научить её хотя бы алфавиту. В такой ситуации ей не мог помочь даже ловкий от природы ум.

У Хризос была обратная ситуация: она великолепно владела родной речью, но постигла лишь самые азы западноконтинентального языка — необходимый минимум, чтобы поддерживать разговор.

Сёстры принялись обучать друг друга.

Прослышав об этом, Грегор восхитился их жажде знаний. Дейл же сокрушённо вздохнул. Девушки прославились тягой к трудоголизму, они не успокаивались, пока не находили полезное и эффективное занятие.

Тем временем остальные члены делегации ехали в отдельном дилижансе. Власти Лабанда позаботились о дорогих гостях, проделавших и без того дальний путь, и предусмотрительно подготовили им транспорт. Кроме того, за главным трактом тщательно следили, путешествовать по нему на колёсах было одним удовольствием.

Естественно, богато украшенная карета с пешими телохранителями привлекала внимание. Даже недалёкие люди понимали, что перед ними не торговый караван, а знатная особа со свитой.

Дейл и Грегор верхом на лошадях зорко следили за окрестностями. Обладающий навыками командира наследник герцога был начальником охраны, а герой выступал основной боевой единицей. Они опасались разбойников или убийц, подосланных фракцией, выступающей против дружбы с Василио.

Впрочем, признаков засады не наблюдалось.

В конце концов, переговоры инициировал премьер-министр королевства. Он лично встречал гостей, поэтому позаботился о том, чтобы мероприятие прошло гладко. Даже если бы он просмотрел что-нибудь, нападавших одним ударом уничтожил бы Платиновый герой — оружие во плоти.

Атаковать демонов означало атаковать Латину, неотступно сопровождающую сестру. Дейл видел смысл жизни в том, чтобы защищать слабых, а уж возлюбленную он сберёг бы любой ценой. Наглецам предстояло на своей шкуре испытать весь арсенал приёмов юноши.

Если смотреть на вещи с такой стороны, герцог Эльдиштет проявил гуманность, заранее обезоружив противников.

Обычно люди садились в Кройце на дилижанс и добирались до столицы примерно за неделю. Разумеется, они ехали не круглые сутки. Кареты следовали строгому графику и делали остановки с таким расчётом, чтобы пассажиры ночевали в гостиницах, которыми изобиловали города на тракте.

Делегация придерживалась схожего расписания с тем отличием, что каждый вечер их ждал торжественный пир.

Лабандцы всегда встречали важных заграничных посланцев таким образом. Градоначальники привыкли организовывать праздники в честь гостей.

Вскоре Латина не выдержала и начала искать варианты, как бы уклониться от присутствия на банкетах.

— В карете полно места, буду спать в ней.

— Я тебя понимаю, но так нельзя.

— Ничего страшного, посплю на открытом воздухе. Заодно разнообразие. Уже не терпится!

— Так тоже нельзя.

— Ты будешь рядом со мной, а значит, бояться мне нечего.

— …

— Так, Дейл, ты чего замолчал?

Предполагалось, что Дейл постарается переубедить принцессу, которая легкомысленно предложила разбить лагерь, напомнит ей о статусе и вопросах безопасности, однако юноша души не чаял в ней и после первых же возражений легко сдал позиции.

Его голосу разума в лице Грегора приходилось намного тяжелее, чем думалось со стороны.

Ни Лабанд, ни Василио не ожидали, что Латина окажется простолюдинкой до мозга костей.

Усталость копилась, и к столице девушка совершенно вымоталась — конечно, больше морально, чем физически. Тем не менее она не показывала этого внешне и отлично справлялась со своими обязанностями, даже фальшивая улыбка на официальных мероприятиях смотрелась естественной. Собеседники оставались лучшего впечатления о Принцессе фей и неизменно хвалили её спокойствие, вежливость и стремление помочь царственной сестре. Один Дейл видел, как сильно она напряжена.

Контраст тоже играл свою роль. На фоне величественной Хризос Латина выглядела воплощением хрупкости и очарования — настоящей героиней саг и выросшей в замкнутом окружении аристократкой. Когда она скромно усаживалась в уголке зала, у всех лабандцев возникало непреодолимое желание защищать её. Возможно, если бы не Платиновый герой, девушка давно собрала бы вокруг себя армию самопровозглашённых последователей.

Но на самом деле Латина думала о более приземлённых вещах.

— Дейл…

— Что?

— Я хочу почистить сковороду…

— Латина, следи за манерами. Тебя могут услышать.

— Хочу найти сковороду и драить её, пока не засверкает… Или убрать зал… Взять тряпку, вымыть полы, а потом натереть их воском… Вот бы затеряться среди служанок и пробраться на кухню…

— Видимо, пора и мне сесть за язык демонов. А с другой стороны… Как-то мне не хочется понимать, что ты говоришь.

Ожидания окружающих ни в чём не пересекались с реальностью.

Когда на горизонте наконец-то показался Аосблик, Латина совсем умаялась. Конечно, никто не ругал её за это.

В столице, в резиденции герцога Эльдиштета, её встретила хорошая знакомая и строгая наставница по хорошим манерам — Роза. В отличие от Дейла, она не только баловала Латину, но и чередовала кнут с пряником.

— Приветствую вас, леди Латина, — поздоровалась Роза со спокойной улыбкой.

Почувствовав холодок в её голосе, девушка приглушённо вскрикнула и поспешно выпрямилась.

«Они совсем как командир и солдат», — мимоходом отметил Дейл.

— В нынешней обстановке я буду звать вас «леди», — пояснила Роза.

По сравнению с достопочтенной сестрой правителя Василио она, дочь бургграфа, занимала намного более низкое положение, поэтому должна была вести себя соответствующе. Однако известная ревностным отношением к этикету Роза не относилась к Латине как к принцессе, что, конечно, имело смысл и отражало её чувства.

Золотой монарх и её подданные не имели ничего против этого. Гостя в Василио, Роза успела сблизиться как с Хризос, так и с её слугами.

— Настоятельно рекомендую привести себя в порядок. Вас ждёт аудиенция с Его Величеством.

— Но… Но ведь… Роза…

— Ваша царственная сестра не знакома с принятыми в Лабанде манерами. Полагаю, кто-нибудь непременно постарается высмеять её за невежество, — сказала Роза, не отводя взгляд тёмно-синих глаз от Латины. Она вновь стала учителем этикета. — Леди Латина, вы знаете обычаи обеих стран. Только вы способны выручить вашу царственную сестру, находясь рядом и помогая ей в нужный момент.

«Но это огромная ответственность. Я не справлюсь», — хотела возразить Латина.

Однако Роза сразу раскусила этот план и не дала ей такой возможности.

— Жаловаться некогда, дорога каждая секунда.

— Слушаюсь!

Принцесса роз была суровым, порой даже жёстким наставником.

— Также, леди Латина, позвольте уведомить вас, что Её Королевское Высочество принцесса Фанни устраивает чаепитие. Вы приглашены.

— Что?

— Не переживайте. Я обучалась этикету у леди Фанни и рассказывала ей о вас.

Фанни — старшая сестра Грегора от другой матери — обожала Розу, часто гостившую у Эльдиштетов. Выйдя замуж, она покинула родной дом, однако с отцом общаться не перестала, тем более что Владимир занимал должность премьер-министра.

Однако Фанни слышала о Латине не только от Розы. Родственники герцога знали о ней ещё до вестей о её родственной связи с Золотым монархом. Юный герой Дейл Реки никогда не упускал случая похвастаться приёмной дочкой.

— Думаю, леди Фанни поможет вам с репетицией.

— Уа-а… Роза, послушайте…

Латина чувствовала, что её зажали в угол, и отчаянно пыталась найти выход.

Хризос мельком взглянула на неё и легко сказала:

— Платина, нам придётся ненадолго расстаться. Мне нужно предварительно обсудить кое-какие вопросы с лабандцами, а также провести заключительные приготовления.

Это было необходимо, потому что по официальной версии Хризос не понимала западноконтинентального языка. В столице и резиденции высшего аристократа соглядатаи могли поджидать за каждым углом. Требовалось держаться настороже.

Увеселительная прогулка с младшей сестрой закончилась.

Чувства чувствами, но сейчас Золотой монарх отдала высший приоритет дипломатии.

— Я правильно помню, что твоя сестра замужем за наследным принцем? — спросил Дейл у Грегора.

— Его Величество король пока не объявил наследника, так что она просто супруга второго принца.

— Что-то тут нечисто…

— Но по факту она — одна из наиболее влиятельных женщин страны. Уступает лишь Её Величеству королеве.

Дейл скривился.

Главным претендентом на трон считался не первый принц, а второй. Значит, королевская семья плела какие-то интриги. Его отцу тоже следовало давным-давно назначить преемника, однако он тянул до последнего, что только усиливало подозрения.

Высший свет не просто так называли обителью демонов.

Дейл всеми силами открещивался от общества аристократов, предпочитая жизнь обычного работяги. Латина, простолюдинка до мозга костей, тоже не рвалась туда, поэтому объяснение, призванное успокоить её, возымело противоположный эффект. Девушка поняла, что её представят неимоверно важное особе, и открыто запаниковала.

На экзамене за такое с неё обязательно сняли бы баллы.

Роза элегантно улыбнулась.

— Кажется, вы не откажетесь от детальной репетиции?

— Уа-а… Ох… А… Да, буду очень признательна…

Сама того не ожидая, Латина отправилась на суровые занятия, а после — в отдельный особняк с небольшим участком на территории королевского дворца. Здесь жила семья второго принца, здесь властвовала Фанни.

В любой другой ситуации Латина, открыв рот, озиралась бы по сторонам и любовалась роскошным домом, будто бы сошедшим со страниц книги, однако сейчас она помнила о манерах и держалась с изысканным спокойствием.

Идущая рядом Роза улыбалась, но одними лишь губами, её глаза были очень страшными и суровыми.

Камергер проводил гостий в сад, который хозяйка оформила со вкусом: цветы на клумбах были подобраны с величайшей тщательностью, их оттенки идеально гармонировали друг с другом, а металлические арки и оградки стройно вписывались в аранжировку.

Вдохнув полной грудью сладкий аромат, Латина невольно обронила:

— Ух ты!.. Леди Роза…

— Леди Латина, во дворце вы занимаете более высокое положение. Вы не должны раскланиваться передо мной.

— Но ведь вы — мой учитель магии… Хорошо, я буду следить за собой.

У вежливой Латины голова шла кругом от сложных правил.

Роза невесело усмехнулась, понимая свою подопечную.

— В храмах Василио нет цветочных садов. Скажите, вы можете договориться, чтобы сюда пригласили Хризос?

— Ваши сухие земли плохо подходят для цветов. Вам негде выращивать их, да?

— Их выращивают, но очень мало — лишь для ритуалов в честь Колмозея. А так, чтобы большими клумбами, — нет.

— В таком случае попросите леди Фанни. Возможно, это пригодится на тот случай, когда мы будем встречать гостей из Василио.

Латина немного успокоилась, но, увидев в садовой беседке молодую женщину, сразу вытянулась по струнке.

Фанни мало чем напоминала Грегора. Волосы цвета мёда, яйцевидный овал спокойного лица — она разительно отличалась от воинственного брата, внешностью пошедшего в мать, уроженку другого государства. Впрочем, кое-что общее они имели — красоту и волевой взгляд чистых голубых глаз.

«Всё-таки родственники», — обрадованно подумала Латина.

— Благодарю вас за приглашение.

Она приподняла подол платья и слегка присела в реверансе. Жест вышел не таким изящным, как у лабандских дам, поскольку в Василио женщины не носили пышных юбок, однако Фании нисколько не обиделась и с приятной улыбкой ответила:

— Молва не обманывает, принцесса, вы и правда прекрасны, как фея.

Неловко улыбнувшись, Латина замешкалась.

Роза пришла ей на выручку.

— Леди Фанни, примите глубочайшую благодарность за то, что выполнили мою нескромную просьбу. Позвольте представить вам принцессу Платину Мут Кори Мов.

В Тислоу Латине дали клановую роль Мут. Девушка взяла пример с Дейла, который использовал свою роль Реки вместо фамилии, и стала Платиной Мут. Кори Мов означало «дочь Мов». В отличие от людей, демоны не носили фамилий и при необходимости добавляли к имени «сын той-то» или «дочь той-то» — так повелось в их матриархальном обществе. Роза всего-то транслитерировала на западноконтинентальный эту приставку.

Латина сперва не поняла, про кого говорит подруга, и лишь через пару секунд осознала, что так звучит её полное имя и речь идёт о ней. В конце концов, она привыкла к уменьшительной форме своего имени и, живя среди простого народа, не пользовалась фамилией.

К слову, Хризос намеревалась представиться как Хризос Васильяс Кори Мов. В Василио так имена не образовывали, просто Золотой монарх узнала о ролях в клане Тислоу и загорелась желанием как-нибудь обозначить свою царственность.

«Заодно, Платина, мы с тобой будем одинаковыми и в именах», — заявила она.

Её горячая любовь к сестре и не думала гаснуть.

— Так вот как меня зовут полностью…

— Прошу прощения?

— О, извините, мысли вслух.

— Итак, — сказала Роза, — давайте отрепетируем аудиенцию с Его Величеством королём. Начнём с приветствия. Леди Фанни, если вас не затруднит, будьте любезны, покажите принцессе Платине, как у нас принято здороваться со знатными особами.

— Роза рассказывала мне о вас, принцесса, хвалила вашу память. Я очень хотела с вами познакомиться, — доброжелательно улыбнулась Фанни.

Латина с трудом подавила вспышку тревоги и сохранила вежливое выражение лица.

«Пожалуйста, не надейтесь на многое…»

Сестра Грегора была красивой и доброй, но в то же время это она учила Розу манерам, и та многое переняла у своей наставницы, в частности — манеру преподавания.

Начались поистине суровые тренировки.

Первым делом Латине показали, как правильно кланяются леди. И уж насколько девушка была стойкой, как и все демоны, насколько закалённой в ежедневной беготне среди посетителей «Танцующего оцелота», она очень быстро запыхалась и чувствовала себя спортсменом, готовящимся выйти на профессиональную арену.

Фанни смилостивилась, лишь когда у Латины начали подкашиваться ноги и дрожать колени.

— Думаю, основы вы запомнили.

— Да, спасибо, — улыбнулась Латина, взяв чашку.

Заваренный из лучших листьев чай источал насыщенный аромат с тонкими нотками чего-то необычного. Приятный вкус отлично сочетался с умеренно сладким десертом.

Латина с удовольствием провела бы небольшое исследование и определила, какие ингредиенты использовал кондитер, но, к сожалению, была вынуждена следить за манерами и изо всех сил старалась не уронить ни крошечки.

— Впрочем, признаю, наш этикет плохо сочетается с одеяниями Василио, — продолжила Фанни.

— Я полностью согласна с вами, леди Фанни, — ответила Роза. — Однако их платья очень красивые, не хотелось бы переодевать делегацию по нашей моде… Перед нами стоит тяжёлая задача.

Фанни подмигнула так, словно задумала какую-то шалость.

Латина не прислушивалась к разговору. Она пыталась запомнить хотя бы изысканные кремовые завитушки на пирожных.

— Я слышала, принцесса Платина и её царственная сестра похожи как две капли воды?

— Да, они близнецы, причём близкие. Если они предстанут в одинаковых платьях, то привлекут всё внимание высшего общества. Все разговоры будут только о них.

— Именно. Нельзя упускать такую возможность.

Фанни и Роза ненавязчиво намекали, что столичный дебют Принцессы фей не ограничится королевским балом.

— Как вы считаете, мы можем устроить приём в саду? В Василио мало растений, поэтому, как мне кажется, нашим гостям понравится такая необычная обстановка.

— О-о, замечательно!

Несмотря на разницу положений, Фанни и Роза с давних пор дружили и были близки, как самые настоящие сёстры. Они общались легко и свободно, не придавая значения титулам, поэтому Роза смело передала пожелание Латины. Фанни с энтузиазмом согласилась, позвала служанку и распорядилась изменить ближайшие планы.

— Принцесса Платина, думаю, вам стоит отправиться на аудиенцию с Его Королевским Величеством в вашем родном одеянии, а после, к банкету в большом зале, переодеться в наше платье. Так вы окажете сильное впечатление на вельмож. Кроме того, у вас будет отличный шанс продемонстрировать знание нашего этикета. Не зря же вы разучиваете его, правда? — с улыбкой спросила Фанни.

Латина до сих пор не осознавала, что её ждёт.

В прошлом Фанни обожала прелестную Розу и забавлялась тем, что переодевала её в разные платья, как куклу.

Чтобы продолжить изучение манер, Латине нужно было выбрать платье, причём не простое, а то, которое одновременно подчеркнёт её благородный статус и наиболее точно отразит прозвище Платиновой принцессы фей. По крайней мере, стояли такие условия.

— Леди Латина предпочитает спокойные цвета, однако я считаю, по-настоящему её раскроют насыщенные тона.

— Насколько я знаю, в Василио больше всего почитают Банафсеги. Тогда как насчёт фиолетового? Ах да, не забывай, что платье должно сочетаться с нарядом её царственной сестры.

— М?

Латина наконец-то обратила внимание на оживлённое обсуждение и недоумённо склонила голову набок.

В войне, имя которой дипломатия, одним из основных оружий была демонстрация силы своей страны.

Официально переговоры с Василио ещё не начались, поэтому торжественный банкет в королевском замке был скромным, но лишь по числу приглашённых. Уровнем роскоши он не знал себе равных.

Чего только стоила люстра большого зала, предназначенного для приёма почётных гостей. Собранная из фигурных частей, украшенная замысловатой резьбой, начищенная и отполированная, она уже красноречиво свидетельствовала о богатстве и процветании. А ведь не стоило забывать о красочных фресках на потолке, изображающих героическую историю основания королевства. Также слуги оформили зал в чудесно сочетающихся спокойных тонах золотого и красного — цвета Ахмара, которого в Лабанде считали главным и наиболее уважаемым богом.

Однако сияние убранства померкло, когда в зал вошли Золотой монарх и Платиновая принцесса фей.

Лабандские аристократы не удержали восхищённые возгласы.

Правительница Василио была в великолепном экзотическом платье, но не оно привлекло взгляды окружающих, а природная красота девушки — длинные платиновые волосы и волевые золотые глаза.

Её спутница, однако, предпочла нарядиться по местной моде, в тёмное бальное платье, и убрала волосы в высокую причёску. Она с безукоризненными манерами отвечала знатным особам и переводила сестре их приветствия.

Хризос и Латина затмевали любые украшения и произведения искусства.

Их сопровождали одни из самых красивых и знаменитых женщин королевства: Фанни, супруга второго принца, которая дружелюбно беседовала с Золотым монархом, и Роза, неофициальный посол Лабанда в Василио, которая переводила их разговор.

Там, куда они подошли, большой зал будто бы заиграл новыми красками.

— Латина ещё красивее, чем я думал, — пробормотал Дейл, издалека наблюдая за благородными леди.

— Что же ты тогда делаешь здесь? — туманно спросил Грегор, надевший по случаю торжественного мероприятия фрак, подходящий сыну герцога.

— Если намекаешь, что я обычно ни на шаг от неё не отхожу, так и скажи, — буркнул юноша и вновь посмотрел на Латину.

«Как ни посмотри, она всамделишная принцесса…»

Вот как сильно изменилась девушка.

Никому и в голову не пришло бы, что под маской Принцессы фей скрывается обычная простолюдинка, которой в радость чистить горшки и сковороды.

— Она говорила, что репетировала… Хотя я очень сомневаюсь, что она дошла бы до такого уровня всего за пару дней.

— Внешне хрупкая, а нервы стальные.

— Вот-вот. Она никогда не боялась завсегдатаев «Оцелота», а они вон какие суровые.

Дейл вздохнул и вспомнил вчерашний вечер.

Вернувшись к себе в комнату, Латина забилась под одеяло, свернулась клубочком и разревелась. Она исчерпала все запасы моральных сил и ненадолго вернулась в детство, снова став той маленькой слабой девочкой. Едва увидев её настолько уставшей, юноша мгновенно забыл, где находится, и потерял голову от охвативших его любви и нежности.

Стоит отметить, что больше всего её вымотали не репетиции, а нескончаемые примерки. Фанни устроила настоящий показ мод, прежде чем они остановились на платье, которое Латина надела на сегодняшний банкет. Оно сидело на девушке как влитое, словно изначально было сшито для неё, но на самом деле над ним немало поработали швеи принцессы — настоящие мастерицы своего дела. И всё равно пришлось надеть корсет.

Когда служанки схватились за шнуры и потянули изо всех сил, Латина чуть не задохнулась с непривычки.

«Если бы среди них затесался герой, мне пришёл бы конец», — невольно подумала она тогда.

До сих пор ещё ни один архидемон не погибал от удушения корсетом. Если бы такое произошло, этот случай, скорее всего, остался бы единственным в истории.

К счастью ли, или к несчастью, но Дейл не знал о деталях чаепития. Если бы он присутствовал там, то, забывшись, самым плачевным образом упал бы в обморок в присутствии важных лиц страны. Если бы его не пригласили, но обо всём рассказали, то юноша принялся бы действовать всем на нервы, топать ногами и ныть, что упустил такой момент.

А так он вёл себя как обычно.

Роза поступила поистине мудро.

— И ещё… Боязно мне подходить к ним.

— Да, понимаю.

Дейл и Грегор держались подальше ещё и потому, что женское поле битвы напоминало придворные интриги в миниатюре.

Очевидно, Роза лишь притворялась помощницей Латины, а на самом деле строго следила за её поведением. В стенах замка не существовало различий между мужчинами и женщинами, за неподобающие жесты и поступки сурово критиковали всех.

Хризос и Фанни тоже беседовали не просто так.

Принцесса Лабанда своим присутствием удерживала аристократов в стороне, поддерживала гостей из Василио и Латину, незнакомых с правилами местного высшего общества, а также не забывала про обязанности супруги второго принца и завязывала дружеские связи с демонами, ещё больше упрочивая свои позиции.

В свою очередь Золотой монарх безупречно исполняла роль посланца мира и в то же время отстаивала интересы своей страны.

Латину затянуло в самый центр круговорота интриг, и Дейл не торопился присоединяться к ней. Несмотря на статус, ему больше нравилось размахивать мечом в лесах и горах.

— Сестра в восторге от знакомства с Золотым монархом, — заметил Грегор.

Он тоже не горел желанием составить компанию Фанни. Рождённый в семье герцога и выросший среди высшего общества, он предпочитал жизнь воина, как и Дейл.

Юноши дружно вздохнули.

— Да и со мной Латина, вне всяких сомнений, растеряет настрой.

Дейл позволял балованной девушке быть собой. Если бы он подошёл, она могла забыться от напряжения и совершить непоправимую оплошность.

— Кроме того, знать милые стороны Латины — это исключительно моя привилегия.

Он не менялся ни при каких обстоятельствах, и это в какой-то степени заслуживало похвалы.

Наконец банкет закончился.

Латина успешно отыграла выросшую в замкнутом окружении принцессу Василио, не позволив аристократам узнать о своём легкомыслии и связанными с ним неловкими моментами.

Окружающие видели образованную леди, хорошо знающую язык и традиции соседней страны, и не догадывались, что внутри у неё притаился дрожащий от ужаса, готовый расплакаться зайчонок.

Впрочем, сама девушка не осознавала, какое впечатление произвела на людей.

Дейл тоже не стремился рассказывать ей о стремительно растущей популярности в высшем обществе. Он видел…

— Конец… Наконец-то конец…

…Видел, как достопочтенная сестра Золотого монарха забилась в угол и, всхлипывая, одержимо полировала тряпочкой столовое серебро. Разумеется, на кухне герцога Эльдиштета не нашлось ни одного закопчённого котелка, вся посуда содержалась в идеальной чистоте.

«Она на пределе…»

Юноша почувствовал, как и у него на глазах вскипают горячие слёзы.

†Аудиенция с королём Лабанда прошла успешно.

Латина выполнила основную задачу — поучаствовала в переговорах на правах принцессы Василио, — однако на этом её работа не закончилась. Предстояло сделать ещё много всего, в частности — помочь Грегору сдержать слово, данное завсегдатаям «Оцелота».

Юноша упоминал, что художник Эльдиштетов услышал о царственных близняшках из страны демонов и загорелся желанием написать их портрет. К слову, в свой прошлый визит к герцогу Латина тоже позировала перед холстом.

Среди влиятельных аристократов Лабанда было принято покровительствовать получившим признание талантливым деятелям искусства и поощрять их к творчеству. Несколько лет назад один из них увидел девушку в сопровождении мифического зверя и так вдохновился этой сценой, будто бы пришедшей прямо из легенд, что немедля взялся за дело и написал картину.

— М? Ой, неужели…

— Знаю его.

— Ага, значит, мне не показалось?

— Да.

Когда Грегор привёл художника, Латина узнала его и на всякий случай уточнила у Винда. Волчонок подтвердил догадку.

Очевидно, он не мог сопровождать хозяйку в королевском замке, поэтому коротал дни одиночества в герцогском саду.

Когда Латина наконец-то улучила свободную минутку и пришла проведать его, Винд ужасно обрадовался и бешено завилял хвостом.

— М? — недоумённо переспросила Хризос.

Латина со смущённой улыбкой пояснила:

— В прошлый раз этот же человек нарисовал нас с Виндом. Я тогда немного стеснялась, но потом увидела, как красиво получилось, и очень обрадовалась.

— Хм… — протянула Хризос.

Если бы Золотой монарх ответила категоричным отказом, никто не заставил бы её позировать, однако она, кажется, не возражала, и художник перевёл дух.

Не принимающий участия в разговоре Дейл отметил: «Забавно. Хризос очень часто даёт односложные ответы, но это совсем не мешает понимать её».

— Запах какой-то странный, — проворчал Винд.

— Запах… А, ты про краску?

— Он мне и нравится, и не нравится.

— Ого, оригинально, — проговорила Хризос, заинтересованно глядя на волчонка.

Судя по всему, она не ожидала от него неопределённости.

Тут Дейла осенило.

— Слушай, Хризос, а как же твоё притворство? Вдруг кто-нибудь услышит твой западноконтинентальный?

Винд скривил морду.

— Не понимаю язык демонов. Не надо.

— А какая разница? Всё равно разговаривали бы только мы с Платиной.

— Не надо. Не хочу, — с напором повторил Винд.

Похоже, он не хотел остаться в стороне — так он чувствовал себя брошенным.

— Сейчас-то притворяться незачем. И сэр Грегор, и Его Превосходительство герцог знают, что Хризос разговаривает на западноконтинентальном.

Они отвлеклись от темы, и Грегор поспешил исправить это.

— Так вот, насчёт портрета. Думаю, он пригодится ещё и для того, чтобы познакомить наших жителей с культурой Василио.

— Да, это одна из моей целей, — кивнула Хризос и внезапно подняла вверх указательный палец. — Точно. Если вы подарите картину мне, я не возражаю против того, чтобы художник написал нас с Платиной вместе.

— Зачем тебе это? — спросила Латина.

— Впереди нас ждёт разлука, а так хоть что-то будет напоминать мне о тебе, — ответила Хризос, надувшись.

Теперь её сестра не могла отказаться, сославшись на смущение.

Дейл хлопнул в ладоши.

— Раз так, сделайте копию для Латины. Будет как бы набор.

— Да ты просто хочешь себе её прибрать, — сокрушённо вздохнул Грегор.

— Мне хватит и живой Латины, — парировал Дейл, не смутившись.

— Как-то не верится.

На том и порешили. Художник собирался написать совместный портрет сестёр, пока они гостили у герцога.

Девушки достали из багажа роскошные платья с родины, задний план оформили с использованием различных приспособлений и подарков, которые привезла делегация.

Считалось, что картина станет своеобразным каталогом, где монарх как первое лицо страны представит часть культуры Василио.

— Хм…

Глядя на девушек, Дейл недоумённо склонил голову набок, потом понял, что его смутило, и удивился ещё сильнее.

— Как непривычно. Вы оделись по-разному.

Хризос настаивала, чтобы на банкеты они с Платиной наряжались в одной цветовой гамме, однако сейчас изменила своей просьбе.

— Наши с Хризос имена означают «платина» и «золото». В языке демонов каждый символ, грамма, несёт свой смысл. Граммы платины и золота включают в себя элементы грамм Луны и Солнца соответственно, — объяснила Латина.

Она была в тёмно-синем платье, пошитом из нескольких слоёв тонкого шёлка. Серебряные нити складывались в изысканный экзотический узор.

— Наши с Платиной имена отсылают не только к Золотому монарху и Платиновой принцессе фей, но и к Солнцу с Луной, — подхватила Хризос.

Старшая сестра выбрала янтарное, под цвет глаз, платье. Также многослойная юбка у широкого подола постепенно переходила в насыщенно-оранжевый, а затем и в краповый цвет. Вышивки практически не было, её заменяли типичные для Василио бусы и золотые браслеты.

— Понятно. То есть одна из вас олицетворяет ночное небо, а другая — небо на восходе, — сказал Дейл.

Хризос коварно улыбнулась ему.

— Если уж мы собираемся донести культуру Василио, то и одеться нужно по-разному. А глубинный смысл лишь разожжёт пламя обсуждений.

Всё случилось именно так, как замышляла Золотой монарх.

Вобравший в себя целый спектр диковинок портрет сестёр надолго стал главной темой обсуждения среди охочей до всего нового лабандской знати, а вышивка и бижутерия обрели популярность в кругу дам. Аристократы высоко оценили как саму картину, так и её репродукции, поэтично сравнивая изображённых на ней девушек с яркими цветами.

Вскоре новомодные веяния проникли в самые дальние уголки Аосблика, а оттуда распространились по всей стране.

Они не обошли стороной и Кройц. Именно там Дейл услышал хвалебный отзыв: «В Василио есть величайшее, драгоценнейшее сокровище. Это цветы-близнецы — солнечный и лунный».

«Ну, положим, один из них не там», — хмыкнул он тогда.

Забавно отметить, что цветок из Василио считал своим безмерным сокровищем цветок не из Василио.

Разумеется, Дейл не рассказывал Латине о её популярности. Это никак не меняло положение, а лишнее знание только взволновало бы девушку, простолюдинку до мозга костей.

Юноша сам в какой-то степени избегал реальности, но оно было и неудивительно.

†Наконец программа мероприятий закончилась.

Делегация исполнила свой долг — стала первой ласточкой зарождающейся дружбы между странами и изучила культуру Лабанда.

Пришла пора ехать домой.

Золотой монарх решила вернуться той же дорогой и, конечно, снова заглянуть в Кройц. На этот раз она вознамерилась проделать весь путь от начала до конца, не прибегая к помощи двойника.

Граф Клейнмифель вновь оказал гостям тёплый приём, горожане тоже радостно встретили демонов, но стоило посланцам миновать ворота, как шум стих. За всё время Хризос почти не показывалась на публике и отсиживалась в запряжённой магическими ящерами карете, окружённой солдатами.

Немного отъехав от стен Кройца, делегация остановилась на обочине тракта.

— Хризос, — негромко позвал Дейл снаружи кареты.

Девушка недовольно взглянула на него через открытую дверь. Она крепко обнимала сестру, понимая, что если отпустит её, то в следующий раз они встретятся нескоро.

— Прости, Хризос, — прошептала Латина.

— Да-да, я знаю, ты не хочешь возвращаться в Василио.

Латина действительно не стремилась на родину. Добрые родители умерли, а друзей там у неё, выросшей в застенках храма, никогда не было. Из-за нелепого изгнания воспоминания хранили куда больше грусти, чем тепла.

Именно поэтому Хризос пыталась изменить Василио, однако понимала, что на это потребуется время.

— Платина, я обязательно создам страну, куда смогу пригласить тебя.

— Хризос… Когда-нибудь я приеду к тебе, обещаю. Да и нам так будет проще.

Даймоны жили намного дольше людей, поэтому Латина считала, что им с Дейлом будет комфортнее среди демонов.

— Так что не переживай, мы расстаёмся не навсегда.

— Знаю. Кроме того, если я захочу увидеть тебя, то просто приеду.

— Но ведь ты монарх! Тебе нельзя по первому капризу покидать свои владения, разве нет? — с серьёзным видом возразила Латина.

«Именно так», — усмехнулся Дейл, но промолчал, не желая портить остротами трогательную сцену расставания.

— А как иначе? Ты не можешь вернуться в Василио, значит, остаётся приезжать мне.

— И правда… Извини, Хризос.

«Не соглашайся!» — мысленно закричал Дейл, однако Латина, конечно, его не услышала.

Порой излишние честность и послушание выходили боком.

— Но в следующий раз обязательно сообщи, перед тем как приехать. Хорошо?

— Боюсь, не получится. Мои передвижения должны держаться в строгом секрете.

— Да тут ежу понятно, что ты приедешь, — бросил Дейл, не выдержав.

Девушки не обратили на него внимания. Точно так же они проигнорировали ещё один важный вопрос.

«И главная проблема не в поездках, а в том, что правитель целой страны собирается жить среди простолюдинов, в самой обычной таверне!»

Держась за руки, Латина и Хризос соприкоснулись лбами. Платиновые пряди заструились по плечам.

— Работай в меру и не забывай отдыхать.

— И ты следи за своим здоровьем. Заболеешь — никогда не прощу.

— Ты тоже.

Сёстры переживали друг за друга.

Затем они одновременно улыбнулись и прошептали:

— *****.

— **********.

А потом неохотно отпустили друг друга.

Латина вышла из кареты, подошла к Дейлу, виновато взглянула на него и хотела что-то сказать, но юноша потрепал её по голове.

«Не надо, не оправдывайся, я всё понимаю», — безмолвно произнёс он и, когда девушка улыбнулась сквозь слёзы, усмехнулся в ответ.

Ящеры двинулись в путь.

Карета неспешно, величаво покатила по дороге.

Лицо Хризос в окне становилось всё дальше и дальше, пока не исчезло.

Латина не тронулась с места. Она провожала делегацию до самого конца, всем своим видом показывая печаль, которую нельзя было выразить словами. Дейл обнял девушку за плечо, притянул к себе.

— Пойдём домой?

— Угу, — ответила Латина с грустной улыбкой.

Дейл ободряюще улыбнулся.

Они развернулись и направились к городу.

Снова начались привычные будни.

Дейл и Латина вернулись к прежней счастливой жизни.

Впрочем, появилось и кое-что новое: в число завсегдатаев «Танцующего оцелота» добавился один архидемон. Но это уже совсем другая история из недалёкого будущего.