Пальто Дейла было готово через несколько дней после свадьбы Йорка и Фриды. Оно почти не отличалось от прежнего — тот же крой, та же отделка. По его просьбы были внесены некоторые незаметные на первый взгляд улучшения. Этот наряд стал его визитной карточкой, и теперь менять его казалось неловким.

Он увидел свадьбу младшего брата, то, ради чего приехал. Пора было возвращаться в Кройц.

Подготовка к возвращению шла гладко. Они уехали из Кройца в начале весны, а теперь уже близилось лето. Там, в Кройце, их ждала жизнь. Они не могли остаться здесь навсегда.

— Спасибо вам за всё, — с поклоном произнесла Латина в свой последний день обучения у Корнелия.

— Не стоит благодарностей. Мне было приятно. Ученик, по-настоящему жаждущий знаний, не позволяет мне терять форму.

Сдержанно улыбнувшись, Корнелий посмотрел на свою крошечную ученицу. Как и говорил Дейл, она была умна, даже слишком. Он чувствовал, что она многое держит в себе, но если его уроки были ей полезны, он был доволен. И если это хоть немного снимет груз с плеч его бывшего ученика — тем более.

Для Латины занятия с Корнелием помогли лучше понять Дейла. О его способностях он отмалчивался — велел расспросить самого Дейла, когда придёт время. Зато много рассказал о Тисро, родном клане Дейла.

После начала занятий Латина в два счёта поняла, что между Тисро и местным лордом есть напряжение. Даже Корнелий поразился её догадливости.

— Если бы Латина была этим лордом, она бы тоже Тисро боялась…

После этих слов он засыпал её вопросами, проверяя, как она мыслит. Не всегда она давала правильный ответ, но её суждения были непривычно зрелыми для столь юной девочки. Он почувствовал в ней воспитание детей высших лиц общества. /Быть может, это тоже связано с её тайнами\.

— Но Латина думает, что лучше, если никто не будет сражаться…

— Даже если ты не хочешь войны, всё равно будут вторжения и нападения. Смиришься, если всё будет разрушено?

— Латина не хочет никого ранить. Даже врагов. Но... если кому-то, кого она любит, грозит опасность — она будет защищать. Не всех спасти возможно, но хотя бы тех, кто рядом…

Схватившись за грудь, она добавила:

— Латина не хочет, чтобы по её вине кому-то было плохо…

В этом ответе проскальзывало что-то болезненное. Корнелий больше не стал расспрашивать. Он чувствовал, что коснулся не той темы.

— Латина хочет вырасти доброй. Как Дейл.

— Вот как…

Он начинал понимать, почему его ученик так дорожил этой девочкой. Не только внешность, но и душа у неё была по-настоящему прекрасна.

Однажды, как всегда, они сидели у бабушки Вэнь, и та вдруг обратилась к Латине:

— Прежде чем ты уедешь, мне стоит вручить тебе сувенир.

— Ха? — Латина удивлённо склонила голову.

Оставалось совсем немного времени до расставания с этими знакомыми пейзажами.

— Это нечто лёгкое, так что в самый раз для подарка. Ступай, позови моего идиота-внука.

— Мм?

С чуть склонившейся в недоумении головой она подошла на зов. Дейл как раз заканчивал проверку вещей перед отъездом.

Через пару минут он уже вошёл в комнату бабушки Вэнь, ведомый Латиной.

— Что тебе нужно? Не балуй Латину чересчур, бабушка, — нахмурился он.

— Это говоришь ты? — усмехнулась старая женщина, выпрямляясь. Её тон изменился, и Дейл сразу насторожился.

— Как глава клана Тислоу, я дарую тебе имя.

После этих слов повисла тишина.

И Дейл, и Латина поняли: она даёт не только Дейлу, но и Латине — имя рода Тисро.

— Тисро всегда примет своих. Теперь ты можешь возвращаться сюда, когда пожелаешь, Латина.

— Бабушка?..

— Даже если я умру. Даже если мой идиот-внук исчезнет. Даже если деревня исчезнет и клан уйдёт в другое место. Ты всегда сможешь вернуться.

Пока бабушка Вэнь говорила, Дейл привычно потрепал Латину по голове. То же самое делала с ним его бабушка, когда он был маленьким.

— Обычно имя дают только взрослым. Но кто знает, буду ли я жива к тому времени. Так что сохрани его вот здесь, — она коснулась груди девочки, — и когда придёт время, спроси у Дейла, что оно значит.

Дарование имени было обязанностью главы клана. Имя означало признание — ты стал взрослым.

На данный момент в Тисро только Вэнь имела право даровать имя.

В клане Тисро не только кровь связывала людей. Да, семейные узы имели значение, но принимались и чужаки.

Как жрецы бога процветания¹, они понимали, что нельзя плодить поколение за поколением в одной и той же крови. Чтобы клан не выродился, кровь из других земель была необходима. Чаще всего не члены клана приходили через брак, как Фрида, но это был не единственный путь. Единственным требованием к таким людям было то, что они должны были жить достойно. А уже глава клана решал, достоин ли человек быть частью семьи или нет.

Бабушка Вэнь не запрещала Латине спрашивать значение имени. Просто... если рассказать сейчас, смысл имени мог бы сковывать девочку. Потому она велела и Дейлу не объяснять его имя. Даже он, услышав значение, мог не поддаться его влиянию и не раскрыть свой потенциал — ведь с её точки зрения он всё ещё молод и неопытен².

Если Латина вырастет и пойдёт по пути, не совпадающему с этим именем, — это будет нормально. Имя дают, но человек сам решает, принять ли его.

Её внук принял эту девочку и захотел её защищать. Значит, хотя бы Тисро станет для неё местом, куда можно вернуться. Даже если она не может вернуться в место, где родилась — она сможет построить новый дом здесь.

Дейл не мог сам даровать имя — он не был главой. Потому бабушка Вэнь сделала это за него. Это был её подарок внуку, который, несмотря на трудности, жил, не посрамляя честь рода.

— Если устанешь от моего дурного внука — скажи мне сразу, ладно? Я найду тебе кого получше.

— Дейл — самый лучший, — со слезами улыбнулась Латина. — Это благодаря Дейлу я встретила вас, бабушка. И он всегда исполняет желания Латины.

Поглаживая по волосам растроганную девочку, бабушка Вэнь улыбалась ярко и тепло.

— Когда вырастешь, ты точно станешь замечательной женщиной, Латина. Несомненно.

— Латина хочет стать такой бабушкой, как ты, бабушка.

— Э? Нет, Латина, передумай, пожалуйста! — всполошился Дейл. Увидев, как он отчаянно мотает головой, Вэнь выразительно цокнула, а Латина снова не поняла, в чём дело.

— А теперь... устроим пир. Сегодня день прощания — до следующей встречи.

— Угу.

За ужином не было слёз — только улыбки. Так они провели свой последний вечер в Тисро.

А затем отправились обратно в Кройц, увозя с собой множество подарков. И не только вещественных.

Примечания Б. Б.: ¹ — Извините, я не знаю, о каком боге идёт речь. Могу предположить, что об оранжевом боге Квирмизе. ² — Я не знаю, почему это так важно. В анлейте так и написано.