На центральной деревенской площади Латина, держась за руки с Майей, стояла с широко открытом ртом от изумления.

— Воооааааа.

— Этот кабан так огромен... — говорила Майя о звере, на которого они охотились.

— Мясоооо.

— Майя-чан, ты любишь мясо?

— Люблююююю.

Вид двух девочек, счастливо разговаривающих друг с другом, мог исцелить душу.

Дейл заворожённо смотрел на них некоторое время, а затем с возгласом «Ха!» он пришёл в себя.

— ...Латина.

— Хм?

— Это потому, что он магический зверь. Если сравнить его с обычным кабаном, то обычный кабан будет выглядеть совсем как младенец, понимаете.

— Правда?

Судя по тому, как это выглядит, она по-настоящему испугалась этого.

Хорошо, что Латина смогла исправить свою ошибку до того, как испытала её на себе.

Как будто зверь с телом, несравнимым даже с домами, мог быть обычным кабаном.

И там их было сразу два.

Похоже, охота действительно удалась на славу.

«Божественной защитой», что даровал Банафсадж местной жрице, было предвидение опасности в пределах ограниченной территории — окрестностей деревни.

На этот раз именно благодаря этому она смогла ощутить магического зверя.

Похоже, подобные звери часто встречались вокруг деревни, так что их мясо часто ели местные жители.

Но это не значит, что он не был опасен.

Это было главной причиной существования жрицы Банафсаджа, поскольку она могла предупредить об опасности заранее.

— Хэй... знаешь, вскрытие будет довольно неприятным.

— Я подумала, что это тоже может стать полезным опытом.

— …Лучше бы было тогда посетить мясника… К тому же, я не думаю, что ты извлечешь из этого многое, потому что кабан слишком большой.

— Хм… это правда.

Нож, который нёс в руках зверолюд, даже и не назовешь ножом. Он больше походил на двуручный меч, который можно держать обеими руками.

Латина не думала, что сможет управляться с таким даже после того, как она вырастет, и даже если будет стараться изо всех сил. Он был просто неразумных размеров.

— Атиаа. Игыать.

Кажется, Майя такую сцену видела довольно часто, и ей она была не особо интересна. Она потянула за руку Латину. После того, как Латина посмотрела на неё, та ушла с довольным взглядом.

— Дейл.

— Аа. Будь осторожна. Не покидай деревню.

— Угу.

Получив разрешение от Дейла, Латина быстро догнала Майю.

Они обе отправились на прогулку по деревне.

— Ты такая пушистая, Майя-чан.

— Кюфюфю.

Латине вскоре наскучило гулять с Майей, вместо этого она начала наслаждаться её мягким мехом. Майе нравилось, когда та гладила её. Ощущение было схоже с щекоткой.

— Атиаа, пуфыстая?

— Такая пушистая~!

Они разговаривали ни о чём особенном и смеялись.

Латина заметила, что мех ниже головы Майи был особенно мягок, когда та гладила там, Майя начинала смеяться и мурлыкать, как будто ей было хорошо.

Поскольку Майя была так молода, её мех был очень мягок и пушист. Кроме того, он также был таким из-за любящего отца, его усилиям. Её пушистость была на высшем уровне.

Кажется, Майе очень нравилось, когда Латина гладила её.

Потеряв чувство щекотки, она начала казаться немного сонной. Но прежде чем уснуть, Майя кивнула головой и заняла такую позицию, как будто она хотела, чтобы её еще погладили.

— Атиа. Погуадь, погуаааааадь!

— Здесь?

— Ещё~!

— Угу.

— Кюфюфю~.

Латина гладила зверолюда, будто пыталась быть нянькой. Это был момент, когда можно было увидеть проблеск нового таланта Латины.

Когда Майя, всё ещё полная энергии, и Латина, выглядевшая уставшей, но тоже полная энергии, вернулись обратно, держась за руки, было уже далеко за полутенью.

— Атиа~.

Даже внутри дома Майя продолжила гоняться за Латиной.

— Игыать.

При виде этого даже Дейл, который проверял карту, смотрел на них с нежным выражением лица.

— Ты хорошенько потрудилась, Латина.

— Угу. Я подружилась с Майей-чан.

Латина улыбнулась и обняла малышку Майю ещё сильнее. Это произвело на Дейла такое впечатление, что он решил, что ему следует купить ей огромную плюшевую игрушку, как только они вернутся обратно в Кройц.

Он удивился сам себе, почему он ей не купил плюшевого до сих пор.

Он удручённо опустил голову.

— Стыанный?

— Хм? Ничего. Иногда Дейл делает так.

Неожиданно серьёзное отношение Майи и Латины к ситуации, возможно, к счастью, не достигло ушей Дейла.

Майя даже потащила Латину в свою кровать.

Латина посмотрела на Дейла и немного колебалась, но подумав о завтрашнем раннем отъезде, похоже, ей не захотелесь покидать Майю.

Спящие две девочки — Латина с её спящим лицом и пушистая Майя с удовлетворённостью на лице — просто не могли не заставить двух любящих отцов, Дейла и Джозефа, улыбаться без конца.

И всё же, несмотря на то, как им было весело вдвоём, пришло время расставания.

— Нееееет! Атиаа, нееееет!

Ранним утром в деревне зверолюдов раздались плачущие завывания Майи.

После того, как Латина начала уходить, Майя начала вырываться из рук Джозефа, крича изо всех сил.

— Нееет! Я ненавиву тебя! Атиа учше!

Он получил искренний отказ от своей любимой дочери, она сказала, что ненавидит его, и то, что с Латиной было лучше — урон по душе Джозефа был просто непостижим.

Его треугольные уши, которые обычно были направлены в небо, стали жалким зрелищем, поникнув.

Глядя на Дейла, Латина, может быть, немного под влиянием слёз Майи слегка хлюпала.

— …Пришло время прощаться. Мы сюда зайдём по дороге домой, хорошо?

— ...Угу.

Латина с грустным лицом подошла к Майе, которая изо всех сил пыталась выбраться, чтобы достать своими коротенькими ручонками до Латины.

— Атиа! Атиаа!

— Майя-чан…

Латина нахмурила брови и сделала паузу, подбирая слова.

— Будь осторожна, Майя-чан… Ты не против, если я потом вернусь и мы поиграем снова?..

— Атиаа…

Латина начала махать рукой, прощаясь, а Майя перестала плакать.

— Неееееет! Атиа, нееееет!

Но это только включило выключатель, от чего она заплакала еще сильнее.

Не существует в этом мире ребёнка, который бы успокоился после одного единственного предложения.

— Ааа, боже! Всё в порядке, идите! Она потом успокоится! — кричал Джозеф, борясь со своей любимой дочерью, которая пыталась убежать от него.

— Вуааааа! Атиааа! Атиииаааа!

— Если вы будете ждать, пока Майя не успокоится, то вы не уйдёте отсюда, даже когда стемнеет. Просто идите, всё будет в порядке, — горько улыбаясь, сказала Вууте, слыша вопли своей дочери.

— Хорошо. Тогда… большое спасибо. Я думаю, что мы заглянем, когда будем возвращаться домой.

— Понял. Будьте осторожны.

— Мы побеспокоили вас… Майя-чан, пока...

Причина, по которой он посадил Латину с её опущенной головой на лошадь, заключалась в том, что он знал, что её шаги, вероятно, станут тяжелее.

— Хорошо, хорошо, всё в порядке, просто идите! Будьте осторожны там!

Услышав голос Джозефа позади себя, Дейл потянул вожжи и поехал.

Как и ожидалось, Латина обернулась, чтобы осмотреться, постоянно преследуя Майю глазами.

Покинув деревню и даже не имея возможность видеть кого-либо из членов семьи Бюнте, плач Майи всё ещё был отчётливо слышен.

/Интересно, не причинили ли мы какие-нибудь неприятности деревне?..\

Дейл вступил на небольшую тропинку в лесу, чувствуя, как с него стекает холодный пот.

Он решил не смотреть на Латину сейчас, которая слегка хлюпала.

*Всхлип*.

— …Будет неплохо, если вы двое сможете вновь поиграть на обратном пути.

— ...

/Это, вероятно, к лучшему, что Латина тоже чувствует одиночество в разлуке\, — думал Дейл, шагая вперёд.

Тонкие лучи солнечного света проникали между листьями, освещая их путь вперёд.

(Примечания автора: Представьте, что полутень — это примерно час ночи.

Я тоже хочу быть пушистым.

Искренне благодарю вас за то, что вы читаете.)