В горах близ секты Цветущего лотоса, Старейшина Цзинь Шан (старый друг Хуаня), с группой боевых мастеров продолжал своё расследование по делу об уничтоженных боевых школах. Всё выглядело слишком странно: никаких свидетелей, кроме Хуаня, и почти никаких улик. Те, кого Хуань убил в бою, исчезли, будто растворились. Казалось, что нападения осуществлялись самыми искусными и осторожными убийцами, не оставлявшими никаких следов.

Но Цзинь Шан не собирался сдаваться. Он понимал, что, несмотря на всё мастерство врагов, они не могли избежать ошибок. Старейшина расширил зону поисков, осматривая каждый угол вокруг уничтоженных школ, надеясь найти что-то, что ускользнуло при первом осмотре.

Когда они вернулись к дому лесника, находившемуся примерно в километре от третьей атакованной школы, Цзинь Шан решил взглянуть на дом ещё раз. Ранее в доме уже проводили осмотр, тела лесника и его жены были похоронены, и расследование двинулось дальше. Но теперь Цзинь Шан исследовал каждую мелочь с удвоенной осторожностью.

В одном из углов комнаты валялось старое, наполовину сгнившее яблоко. Сначала оно не привлекло особого внимания следователей — еда в разрушенном доме не казалась чем-то необычным. Но теперь старейшина посмотрел на него внимательнее. Он обратил внимание на то, что часть яблока была надкушена, а на не надкушенной стороне виднелись брызги крови.

Брызги крови, покрывавшие корку яблока, располагались таким образом, что сразу бросалось в глаза — лесник не мог есть это яблоко до нападения. Если бы он его ел перед убийством, кровь была бы и на месте укусов. Однако там, где яблоко было надкушено, не было ни капли крови. Это явно указывало на то, что яблоко взяли после начала нападения.

Цзинь Шан пригляделся к тому, как распределена кровь. Брызги показали, что кровь попала на яблоко со стороны, под определённым углом, что соответствовало моменту убийства лесника. Это означало, что тот, кто ел яблоко, был прямо на месте расправы, держа его в руке, когда наносил удары. Кровь брызгала на не надкушенную сторону яблока, пока убийца совершал своё дело.

Эти детали сразу дали понять Цзинь Шану, кто мог стоять за этим нападением.

"Норимиты," — произнёс старейшина холодным голосом, как только понял суть находки.

Норимиты — древний народ, вытесненный из своих родных земель империей. После того как их страна была захвачена, они оказались на бесплодных землях, где ничего не росло. Там, в условиях голода и бедствий, они превратились в жестоких убийц, которым было всё равно, когда есть — они могли утолять голод даже в разгар боя. Их привычка есть в процессе массового убийства стала своеобразной визитной карточкой. Случаи, когда преступник ел во время жестокого преступления, очень часто указывали на Норимитов. Но нужны были более весомые улики.

....................................................................................................................................................................................................................................................................

После завершения первого боя полуфинала, когда Хуань одержал трудную победу над Чжан Сянем, организаторы турнира начали получать тревожные известия. Вести о череде загадочных убийств в разных частях города заставили их действовать незамедлительно, но осторожно, чтобы избежать паники среди зрителей.

Один из старших организаторов, человек с холодным и расчётливым взглядом, молча выслушал доклады о происшествиях. Он понимал, что безопасность зрителей и участников турнира должна быть приоритетом. Едва бой завершился, организаторы начали закрывать все входы и выходы на арену. Но они сделали это крайне аккуратно: стражи, дежурившие на проходах, получили указания вести себя спокойно и не привлекать внимания.

Группы охранников заменили стражей у главных ворот, а сам доступ в подземные туннели был заблокирован. Никто из посетителей даже не подозревал, что арена превратилась в укреплённое сооружение. Всё было продумано так, чтобы не вызвать беспокойства — люди продолжали обсуждать бой, делали ставки на следующие поединки, а на сцене уже готовились к следующему полуфиналу.

Тем временем, в тени происходило что-то гораздо более серьёзное. После того как арена была взята под контроль, организаторы начали срочно координировать патрули по всему городу. Им требовалось установить не только безопасность на территории турнира, но и по всему Сяньлину.

Две ключевые фигуры, ответственные за безопасность города, — капитан городской стражи и представитель тайной службы, уже получили распоряжения действовать быстро и незаметно. Патрули начали прочёсывать город: на перекрёстках, в переулках, вблизи центральных улиц и торговых районов усилились дозоры. Обычные горожане почти не заметили изменения, поскольку каждый патруль действовал осторожно и не прерывал привычную суету улиц.

В тавернах, торговых рядах и на площадях стражи в штатском начали скрыто наблюдать за подозрительными лицами. Любое отклонение от нормы сразу фиксировалось, и те, кто мог представлять угрозу, быстро и бесшумно выводились из толпы.

Несмотря на внешнее спокойствие, внутри штаба организаторов нарастало напряжение. Среди них распространялась мрачная догадка, что убийства могли быть связаны с турниром. Неужели эти загадочные убийцы были заинтересованы в нарушении порядка или в том, чтобы достичь чего-то большего, чем простые атаки на жителей? Хотя их действия были точными и быстрыми, каждый из старших организаторов понимал, что ситуация может выйти из-под контроля.

Слухи о "людях в чёрных одеждах", якобы замеченных недалеко от окраин города, достигли ушей начальников службы безопасности. Но это не было подтверждено, и они решили не распространять панику, пока не появятся точные сведения.

Наконец, главный организатор турнира, мастер боевых искусств, решительно настроенный на то, чтобы не дать ничему испортить великое событие, обратился к капитанам стражи. Его приказ был ясен: патрули должны сохранять спокойствие и не вызывать беспокойства среди людей. Ни один из зрителей не должен был знать, что в городе происходят какие-то тёмные дела.

Он также назначил доверенных людей среди судей и помощников, чтобы те контролировали ситуацию на арене. Любая подозрительная активность на трибунах должна была пресекаться, а если появятся зачинщики беспорядков, их должны были немедленно арестовать.

Несмотря на мрачные новости, турнир продолжался. Внешне арена кипела жизнью, зрители возбуждённо обсуждали результаты первого полуфинала и готовились увидеть второй. Всё было готово для следующего поединка, и никто не догадывался, что в это время над городом нависает серьёзная угроза.

Лэй Вень и Линь Шэн вышли на арену, не выказывая ни капли сомнения в себе. Их фигуры сияли уверенностью — каждый понимал, что этот бой определит, кто выйдет в финал турнира.

Судья дал сигнал к началу боя, и тишина на арене мгновенно сменилась звоном напряжения. Лэй Вень, известный своей скоростью и молниеносными ударами, почти сразу перешёл в наступление. Едва прозвучал сигнал, как его тело вспыхнуло энергией, и он рванул вперёд, как стремительный удар молнии, намереваясь сокрушить Линь Шэна мощной атакой с первых секунд.

Но Линь Шэн, хоть и выглядел тихим и сдержанным, оказался не менее быстрым. В тот момент, когда Лэй Вень направил свой первый удар, Линь исчез, словно его и не было на арене. Он использовал технику передвижения, исчезнув из поля зрения противника, чтобы занять выгодную позицию для контратаки. Его цель была ясна — оказаться в слепой зоне Лэй Вена и нанести неожиданный удар, пока тот не успел среагировать.

Но Лэй Вень был не просто мастером молнии, он был бойцом, обладающим уникальной интуицией и острым чувством опасности. Как только Линь оказался за его спиной, Лэй будто ощутил его присутствие, и мгновенно развернулся, отразив контратаку с молниеносной скоростью. Удары столкнулись, и арена огласилась звуком соприкосновения их кулаков. Начало боя оказалось быстрым, зрители на трибунах были заворожены, не успевая уследить за стремительными движениями обоих бойцов.

Лэй Вень продолжал атаковать, его техника отличалась прямолинейностью, но это не делало её менее опасной. Каждое его движение было быстрым и смертельно точным. Лэй с лёгкостью переходил от одной атаки к другой, пробуя различные углы и направления. Его удары разрезали воздух, заставляя Линя уходить в защиту.

Но что-то начинало меняться. С каждым новым обменом ударами зрители могли заметить, что Линь Шэн всё реже попадал под удары Лэй Вена. Каждый раз, когда Лэй наносил новую атаку, Линь не просто уклонялся, он изучал его движения. Поначалу это казалось случайностью, но вскоре стало понятно, что Линь постепенно подстраивался под стиль Лэй Вена. Его уклонения стали не просто обороной — с каждым разом он всё точнее читал атаки своего противника.

Вскоре Линь Шэн уже не просто избегал ударов Лэй Вена, он начал контратаковать в моменты, когда Лэй только готовился к своей очередной атаке. Линь двигался плавно, его тело стало будто зеркалом, отражающим стиль противника. Когда Лэй Вень использовал резкий удар, Линь отвечал похожей техникой, добавляя свой нюанс в движение. Он как будто медленно копировал Лэй Вена, но делал это с всё большей и большей точностью.

С каждым моментом, Лэй Вень начинал терять своё преимущество. Его прямолинейные атаки, которые раньше сокрушали любого противника, теперь не приносили ожидаемого результата. Линь Шэн мастерски подстраивался под ритм боя, реагируя на каждый удар Лэй Вена всё быстрее и точнее. Казалось, что с каждой секундой Линь становился всё опаснее, и зрители начали замечать это. Лэй Вень, который раньше был символом скорости и силы, теперь начинал терять свою уверенность.

Линь Шэн, заметив колебания в боевом духе Лэй Вена, усилил свой натиск. Он уже не просто отражал атаки, он начал использовать те же самые техники, которые Лэй Вень применял против него. Но теперь они были усовершенствованы. Удары Линя становились всё точнее, движения — плавнее, а реакции — быстрее. Каждый новый обмен ударами превращался в настоящий урок для Лэй Вена, где Линь, как прилежный ученик, обучался на лету, а затем улучшал и возвращал атаки своему противнику.

Зрители наблюдали за этим боем с напряжением, чувствовали, как Лэй Вень медленно, но неуклонно загоняется в угол. Его сильнейшие атаки больше не имели того эффекта, что раньше. Линь стал таким же быстрым, как и он, но при этом — предугадывал каждый его шаг. Когда Лэй Вень попытался применить своё фирменное комбо, соединяя серию быстрых ударов, Линь не только успел уклониться, но и сам выполнил похожую технику, прерывая его атаку своим контрударом. Теперь Лэй Вень уже не мог просто полагаться на свою скорость — она не давала ему того преимущества, что раньше. Линь овладел его стилем и стал в нём чуть лучше, чуть быстрее, чуть точнее.

Постепенно Лэй Вень начал осознавать, что бой переходит в руки Линь Шэна. Каждый новый обмен ударами только подтверждал это. Лэй чувствовал, что его атаки становятся всё более предсказуемыми для противника. Он пытался изменять технику, но Линь уже был на шаг впереди, перенимая его движения и адаптируя их к своему стилю.

Зрители не могли отвести глаз от этого зрелища. Лэй Вень, который ещё минуту назад казался непобедимым, теперь начал отступать. Линь Шэн шаг за шагом загонял его в угол арены. Лэй пытался снова рвануть вперёд, но Линь уже знал, что произойдёт. Он перехватывал инициативу, блокируя удары с точностью, которая казалась почти невозможной.

Когда Лэй Вень попытался нанести мощный завершающий удар, вложив в него всю оставшуюся силу, Линь Шэн использовал его собственную технику против него. Он скользнул в сторону, ушёл от удара, и, подражая скорости и резкости Лэй Вена, нанёс свой контрудар в бок. Лэй отшатнулся, чувствуя, как его силы начинают покидать его, а Линь Шэн вновь стремительно оказался рядом, уже полностью доминируя в бою.

Теперь Лэй Вень был в углу арены, зажатый и измотанный. Линь Шэн подошёл к нему медленно, но уверенно, готовясь к последнему удару, который завершит этот бой. И зрители знали — этот бой был решён. Линь Шэн доказал, что может не только подстроиться под технику противника, но и превзойти её.

Линь Шэн двигался плавно, сдерживая каждое своё движение с абсолютной точностью, как будто у него был полный контроль над ситуацией. Лэй Вень, тяжело дыша, отступал в угол, чувствуя, что силы его покидают. В его взгляде мелькала растерянность — он не привык быть в такой позиции, особенно в бою, где всегда был на шаг впереди.

Линь Шэн, напротив, выглядел сконцентрированным. Он знал, что этот момент решающий. Зрители замерли в напряжённом ожидании, наблюдая за последними мгновениями этого поединка. Арена будто накрылась невидимой волной тишины, все взгляды были прикованы к двум бойцам.

Линь Шэн сделал лёгкий шаг вперёд, двигаясь по кругу вокруг Лэй Вена, заставляя его терять равновесие. В этот момент Лэй Вень, несмотря на своё отчаяние, попытался ещё раз атаковать — быстрый рывок вперёд с намерением нанести завершающий удар. Его кулак разрезал воздух, но Линь был готов. Он скользнул вбок, ловко уклоняясь от удара, и сразу же направил своё тело вперёд.

В этот миг Линь Шэн собрал все свои силы для последнего удара. Его кулак, наполненный уверенностью и точностью, стремительно двинулся в бок Лэй Вена. Этот удар был точен как никогда — он нашёл слабое место в защите противника, ударив прямо в диафрагму, выбивая воздух из лёгких Лэй Вена. Сила удара и безупречная техника сделали своё дело: Лэй, не удержавшись на ногах, пошатнулся и рухнул на колени, тяжело дыша и не в силах продолжать бой.

Победа была однозначной.

На трибунах раздался оглушительный рев восторга. Зрители, которые ещё недавно сдерживали дыхание в напряжении, теперь не могли сдержать своих эмоций. "Тёмная лошадка" турнира, Линь Шэн, не просто оправдал ожидания — он превзошёл их. Зрители были в полном восторге от увиденного. Этот поединок стал кульминацией его мастерства, где он показал не только свой талант, но и способность адаптироваться к любому противнику, копируя его стиль и делая его своим.

Линь Шэн стоял посреди арены, наблюдая, как Лэй Вень, с трудом поднимаясь, признаёт своё поражение кивком головы. Судья, высоко подняв руку Линь Шэна, официально объявил его победителем.

Этот момент стал поворотным для турнира. Зрители бурно обсуждали увиденное, и все говорили только об одном: Линь Шэн был не просто неизвестным участником, он был тем, кто своим мастерством мог удивить даже самых опытных бойцов. Его победа над Лэй Венем доказала, что "тёмная лошадка" этого турнира была достойна финала, и теперь все ждали с нетерпением, что же он покажет в заключительной битве.