Пятый этап: Бегемот и Левиафан

Плакса из Пургаториума и безумный рев

Под темнеющим небом облака пыли танцевали по израненному боем спортивному полю. В центре этого поля битвы, обведённого белой линией, стояли лицом друг к другу молодые мужчины и женщины, ветераны многих сражений.

Красные и синие - на востоке и западе их лидеры держали флаги их камманд, которые развевались на ветру. Главы каждой армии были одеты в разного цвета наряды и с злобой смотрели друг на друга.

С одной стороны стоял мальчик без особой индивидуальности, ничем не выделяющийся, а с другой стороны - девушка с очень яркой внешностью, чье лицо было скрыто под чёрным противогазом. Включая студентов, выстроившихся в ряды за ними, было семнадцать человек - некоторые были полностью обмотаны в бинты или опирались на костыли. Однако в их глазах горела ярость.

Вещание как гром пронеслось по площади Фестиваля, превратившейся в поле битвы.

— Сумасшедшие мууууууужики и сучкиииииии! Это финальное сражение! Наконец-то, решающая битва Девятнадцатого Спортивного Фестиваля Академии Пургаториум! Эти воины, которые уже преодолели пятнадцать уровней ада, теперь сделают всё возможное, чтобы полностью уничтожить друг друга в этой последней битве, Бою без правил! Скоро начнётся драма! Теперь все давайте крикнем ФАААК!

— ФАААК!

Зрители закричали, как будто земля сотрясалась, и вытянули средние пальцы в сторону ведущего. Фоновая музыка, которая ревела, как постоянный взрыв, подогревала их безумие.

Не смущаясь, Курису подняла голос над шумом.

— О, я понимаю, как вы себя чувствуете! Чёрт, блин, о боже... Кто бы мог подумать? Пройдя мимо старшеклассников, обойдя их сильнейших соперников, пробравшись на финальную стадию, это были те бесполезные хулиганы... первокурсники! Это абсурдное, беспрецедентное столкновение первокурсников! Второкурсники и третьекурсники все повешаются, эти позорные ублюдки!

Она высунула язык в их сторону.

— ...Ты можешь говорить что угодно, так как сама не участвовала в матчах, не так ли? — уколола Курису Бусудзима, захватывая эфир, пока на неё сыпались свистки от зрителей. — Правила матча просты и ясны. Игроки сделают всё возможное, чтобы сломить другую команду, а класс с наибольшим числом оставшихся в строю после двадцати минут выигрывает в общем счёте, независимо от их итоговых очков.

Всеобъемлющий Нокаут не имел и намёка на правильное спортивное мероприятие. Это была настоящая битва, ничего больше, ничего меньше.

— Итак, давайте послушаем краткий комментарий от представителя каждого класса. Первым делом, от второго места первокурсников класса А, это Кёске Камия. Расскажи, как ты себя чувствуешь перед началом битвы.

— …

Кёске передал свой флаг однокласснику, взял микрофон из пасти некоей ядовитой пурпурной змеи, которая извивалась у него под ногами, и глубоко вдохнул.

— Мы их разобьём, — выплюнул он, сжимая кулак. — Вот и всё.

Его слова были краткими, но полными чувства, неся в себе жажду крови противоположного класса, волнение его одноклассников и насмешливые крики, смешанные с восторженными возгласами зрителей. Ему показалось, что Ренко смеётся, «Ккшш…»

— …Хорошо, спасибо. Переходим к первому месту класса В среди первокурсников. Их представителем является мисс Ренко Хикава. Расскажи, как ты себя чувствуешь перед началом битвы.

Ядовитая пурпурная змея подползла к Ренко и предложила ей микрофон.

Однако Ренко проигнорировала его. Передав свой флаг Рендзи, она переместила обе руки к затылку…

Клик. Звук расстёгивающегося замка.

Она бросила чёрную газовую маску, обнажив своё лицо.

— …

Атмосфера, близкая к расплавленной, вдруг замерла. Каждый человек там был очарован, рты открыты от шока, глаза прикованы к прекрасному облику Ренко.

Её персиковые губы медленно закруглились вверх, обнажив клыки, похожие на зубы. Как и ожидалось, с холодным безумием, плавающим в её ледяных, голубых глазах, Ренко улыбнулась.

— Мы их разобьём. Она подняла покрытую татуировками руку, точно повторяя Кёске. Даже без микрофона её несильный голос звучал на впечатляющем уровне. — ……Ну, это ты и сказал. Но это действительно то, что ты чувствуешь, Кёске?

Голос Ренко заполнил молчаливое поле. Кёске остался в тишине. Он честно не мог ответить на её вопрос.

— Хе-хе. — Ренко улыбнулась, открыла сжатый кулак и прижала его к груди. Её резкие глаза пронзали Кёске - только его. — Потому что я - да.

Голос Ренко был уверенным. Ясно было, что она говорит не за свой класс, а только ради себя и ради Кёске, о котором она думала. Казалось, что спортивный фестиваль - и всё остальное, кроме Ренко и Кёске - её не интересует.

— Я тебя люблю, поэтому хочу тебя победить. Я тебя люблю, поэтому хочу тебя разрушить. Я тебя люблю, поэтому хочу тебя убить… Я люблю в тебе всё, и поэтому хочу обладать всем, что у тебя есть. Разве не естественно хотеть этого? Твоё сердце и твоё тело, твоя кровь и твои органы, твоё улыбающееся лицо, твоё сердитое лицо, твоё плачущее лицо и твоё умирающее лицо. Я хочу, чтобы всё это стало моим. А ты? Ты чувствуешь, что хочешь всю меня? Или ты хочешь отдать мне всё? Или ты хочешь моё сердце и тело, но взять мою кровь и органы и жизнь было бы уже слишком? Хе-хе… Давай, Кёске, я хочу знать… Что ты обо мне думаешь, как ты ко мне относишься? Вот почему я собираюсь заставить тебя выкладываться на полную катушку. Я хочу по-настоящему с тобой сразиться, разбить оболочку, которая окружает твоё сердце, и вывести твои настоящие чувства на свет. Прямо как в тот день, когда я впервые призналась тебе в своих чувствах, да?

Большинство зрителей были в недоумении. Они не имели ни малейшего представления, о чём говорит Ренко. Тем не менее, её слова обладали загадочной и неоспоримой притягательной силой. Даже не понимая, они были вовлечены. Её восторженное выступление, её страсть - все это захватило их умы, и они были очарованы, хотели они этого или нет.

— Ренко…

— …Кстати. — Улыбка Ренко внезапно исчезла. Она подняла свои красивые серебристо-белые брови. — …Не могла бы ты выключить эту музыку? Она отвратительна. Я наконец-то нашла хорошую мелодию, но ты ее портишь! Ничто столь диссонирующее не может сравниться с изысканной, элегантной мелодией, звучащей внутри меня. Так что, ты там, выключи её.

— Эээ? Ах, эмм… м-мне? Малышке Курису Арисугаве? — глаза Курису метались в замешательстве.

— Да, ты с вычурными прядями. — Ренко указала на неё. — Но мне на самом деле всё равно, как тебя зовут.

— О-о, просто, такие вещи немного сложно слушать. Я имею в виду, ты первокурсница, верно? Ты не можешь просто приказывать старшекурснице…

— Заткнись. Давай, выключай её, не жалуйся, или я выдавлю из тебя жизнь!

— О-о-окей, выключите музыку, пожалуйста. — Курису быстро отдала указания персоналу. Громкая грубая музыка остановилась, и на поле воцарилась тишина.

Ренко кивнула, явно довольная, и улыбнулась. — Хорошо сделано, старшекурсница. — Она переплела пальцы над головой и потянулась.

— …Что ж, думаю, я могу вести мероприятие так? Мы всё подготовили, так почему бы нам всем не начать живое шоу?!!

Одноклассники Ренко, выстроившиеся за ней, немедленно ответили: «Йеееееее! » и подняли кулаки в воздух. Очарованные харизмой Ренко, первокурсники класса В казались полностью ей преданными. Их энергия достигала кульминации.

Члены класса А вздрогнули от уверенности своих противников.

— Что за хрень, Камия… Это действительно Ренко?

— Она, типа, супер классная и при этом чертовски страшная, да?

— …Может, нам стоит прикинуться мёртвыми или что-то в этом роде, как только начнётся заварушка? Я не хочу умирать пока…

— Прежде чем я умру, мне бы хотя бы разок - нет, дважды - успеть что-то сделать.

— ГМК! ГМК!

— …Эй, ГМК — это наш враг, верно? Вы и вы, и вы, и вы - слишком слабохарактерные!

Эйри ударила своих одноклассников по головам с помощью харисена, одного из смертоносных «орудий», которые Кёске и другие получили во время Гонки Вооружений этим утром.

— О боже мой… Неужели, Ренко сняла свою маску… О нет.

— Хм-хм-хм. Это так похоже на Ренко… но у нас есть мой старший брат! И у нас есть Эйри и Хитрая Кошка. Так что мы выиграем - у нас всё будет в порядке!

— Верно, верно! Вы чего так переживаете?! Эта здоровая монстроподобная соска не стоит беспокойства! Маленькие груди всё равно правят миром, хе-хе-хе!

— В любом случае, оставим тему грудей в стороне - если вы поддадитесь отчаянию, вы уже проиграли!! И я ни за что не сдамся этой суке Ренко! Слушайте, ребята, давайте сразимся с ней изо всех сил!

— Йееееееее!

Кёске, не смущаясь, уставился на Ренко, также подбадривая своих одноклассников. Ренко слегка улыбнулась, встретив взгляд Кёске.

— Е-е-е-е, что с ней? Уймите меня… Не нужно так смотреть на меня с такими страшными глазами… Ох. Чёрт… чёрт… — Курису присела под своим столом, дрожа.

— …Э-э, хорошо. Спасибо за ваш комментарий, мисс Ренко Хикава! Теперь я хотел бы перейти к матчу, — объявил Бусудзима, игнорируя свою напуганную соведущую. Он посмотрел на цифровые часы на стороне табло.

— Все готовы? Ну тогда, начинаем… Финальный матч Девятнадцатого Спортивного Фестиваля Академии Пургаториум, первокурсники класса А против первокурсников класса В в Последней битве, бою без правил…

Когда он дал стартовый сигнал, мощный рычание сотрясло землю.

***

Кёске и его соперники из класса Б, а также союзники из класса А были в шоке от безумного рева Ренко. Этот свирепый звук не мог исходить от человеческого горла, не говоря уже о горле молодой девушки, как Ренко. В следующую секунду…

— Что ж, начнём песню, Кёскеееееееее?!

Ренко ринулась на него с криком, который больше напоминал не рёв дикого животного, а яростный предсмертный вопль. Её подход был резким, извивающимся, а её волосы развевались за ней, когда она размахивала руками и покачивалась, как танцовщица, виляя из стороны в сторону, нападая. Только Ренко могла слышать ритм, отражающийся в её сознании. Для остальных её безумные движения выглядели как обычная лихорадочная суета. В её ледяных голубых глазах пылала интенсивная, смертоносная жажда. Музыка, подгоняющая её, была…

— Тч… Ну, ты полна жажды крови, не так ли, Ренко?!

Кёске давно не чувствовал сжимающей фиксации убийственного импульса Ренко, но заставил себя действовать, движаясь навстречу врагу. Вокруг них другие студенты тоже присоединились к действию, поднимая различные боевые крики, бросаясь в атаку.

— Хя-хаааа! Какого цвета твоя крооооовь?!

— …Давай! И не думай, что я буду с тобой нежным!

— Ууууууууух!

— Умри! Умри-умри-умри-умри - умри, ты кусоок мусора!

— Я присмотрю за остатками, полагаю? Хе-хе… Если кто-то будет убит, я позабочусь о трупе.

Ирокез начал самоубийственную атаку, не думая о последствиях, Эйри выбросила свой боевой веер и приготовила маленький меч, Майнa бросилась вперёд в полном недоумении, Аяка начала оскорблять их нецензурной бранью, Синдзи поднял веер и нагло улыбнулся…

Их противники из первого класса Б…

— Позвольте нам разрушить реальность этих жалких плебеев! Позвольте нам разорвать их банальные жизни на части! Наказание-разрушение-мира! Вперёд, Азраэль, время пришло для нашего величайшего секретного оружия, Апокалипсис в Замедленной Съемке! …Да, да…

— Что ты делаешь, Митироу?! Это же закончит матч, не так ли?!

— Двадцатиминутный «шведский стол» из человечины…ммм. Кого же мне сначала съесть?

Митироу начертил что-то, похожее на магический квадрат на земле, и начал произносить заклинание, Боб остановилась, чтобы сделать ему замечание, а Чихиро бросилась вперед, крепко сжимая вилку, и…

— …

Не желая оставаться в стороне, белый противогаз внезапно ворвался сзади за Ренко. Человек, который её носил, молчал, и лишь стучал ногами по земле, следуя за ней.

Ветер дул с силой. Передовые отряды каждого класса столкнулись в закручивающемся облаке пыли.

Ревя с невероятной силой, Ренко прыгнула в воздух.

— Давай, прими мою любовь, Кёскееееееее!!

Бам!

Она с размаху ударила правой рукой, целясь в затылок Кёске. Удар мог бы разрубить сталь.

— Не валяй дурака! Ты что, пытаешься убить меня или что-то в этом роде?! — Кёске наклонился, едва избегая её атаки. Их пути пересеклись, и Ренко, понесённая импульсом, пронеслась мимо него, падая на землю.

Теперь, покрытая пылью и грязью, Ренко снова прыгнула на Кёске, когда он обернулся, чтобы посмотреть назад. Она оскалила зубы, как дикий зверь, игриво расправив свои покрытые татуировками руки. — Ах-ха-ха-ха-ха-ха, это очевидно, не так ли?! Мои чувства совершенно серьёзны, в конце концов! Разве не будет лучше принять их без стыда и насладиться быстрой смертью?!

— Конечно, не будет!

Когда Ренко, стремясь обнять его, снова бросилась на него, Кёске покрылась холодным потом. В последнее время Ренко успокоилась, и он расслабился, но это была её истинная натура. Жестокая, как зверь, беспощадная, как буря, невинная, как младенец - Убийца-Горничная была создана, воспитана и теперь жила только ради беспощадного истребления. Убийство было всем, что она знала. Это было всё, что она умела делать. И всё же…

— Почему?! — воскликнул Кёске, яростно уклоняясь от безжалостной атаки Ренко. — Когда ты остановила ярость Аяки ради нас, ты сказала нам кое-что, не так ли? Ты сказала, что не хочешь, чтобы я грустил! Ты обещала, что будешь сражаться даже с самой сильной жаждой убивать! Это были пустые слова?!

Бам!

— Это были не пустые слова! — воскликнула Ренко, разрезая воздух левой рукой. Её тело закружилось, она наносила удары одну за другой. — Это были не пустые слова, но от этого никуда не деться, не так ли? Чем больше времени я провожу с тобой, тем сильнее становятся мои чувства. И чем сильнее они становятся, тем сильнее желание убить тебя! Каждый раз, когда я снимаю свою маску, каждую ночь, меня терзает это желание и осознание того, что я не могу его реализовать. Я хочу, чтобы ты полюбил меня, но не могу заставить тебя сделать это. Меня раздражает мысль о том, что ты близок с Эйри, Майной и Сямаей. И это только усиливает мою собственную эгоистичность. Но в конце концов, я люблю тебя, поэтому… Ох, давай! Я не какая-то хорошо воспитанная леди! Я хочу хотя бы раз поступить так, как велит мне сердце. И убить тебя. И сделать тебя своим так, как мне того хочется, Кёскеее!

— Гуух?!

Не сумев уклониться от её следующей атаки, Кёске заблокировал правую руку Ренко левой. Его кости заскрипели под невероятной силой удара.

Это внезапное проявление безумной жажды крови было явным признаком того, что Ренко становится отчаянной, думая: «Мне не важно, что это безответная любовь, и мне совершенно не важно, что он чувствует», и так далее. Сводящая с ума, неотразимая мелодия любви делала Ренко бесконтрольной.

— Я пишу песню к этой мелодии: Убей его, убей его, если ты убьёшь его, всё будет прекрасно! Пусть это будет безответная или взаимная любовь, если он умрёт, то и дело сделано, так что поторопись и убей его! Избей его до смерти, не жалуясь на мелочи, задуши его до смерти, не давая ему ни секунды на протест, сдери с него кожу, пока не останется ни куска неповреждённой кожи, уничтожь его кровь, плоть и органы, грабь и насилуй, дразни и терзай, пока не насытишься! Мне не нужно убивать себя - я думаю, я убью-убью-убью-убью-убью-убью-убью-убью-убью тебя, мой возлюбленный, и найду раааааадость!!

— Гааах?!

Правая нога Ренко вонзилась в живот Кёске. Его сбило с ног, и он покатился по земле. Ренко наступила на правую сторону его груди, когда он задыхался, прижимая ему лёгкие.

Смотря вниз на Кёске, прекрасное бледное лицо Ренко искажалось, как будто она вот-вот расплачется. — …А ты? Мои чувства к тебе так сильны, но что ты чувствууешь ко мне, Кёске? Я не говорю, что хочу, чтобы ты сказал это прямо. Просто, если ты проиграешь в этой битве, мне, вероятно, придётся поступить так, как сказала мама, и отказаться от тебя…

Ренко осмотрела окружение. Спортивная площадка теперь полностью превратилась в поле битвы. Гневные ревы и крики раздавались со всех сторон, когда студенты обоих классов сталкивались друг с другом.

— Гях-ха-ха-ха-ха-ха, ты слишком слаб! По сравнению с Малюткой, атаки таких мелюзг как ты - ничто! Я вынесу вас одного за другим… уаааг?!

— Что это было? Я не расслышала.

Перебив его пронзительный хохот, Боб послал Ирокеза в полёт мощным ударом.

— Спасибо… За… Угощение!

— Получай!

Когда Чихиро прыгнула на неё с блестящими кровожадными глазами, Аяка бросила ей в лицо песок.

— Гу?! Из всех моментов… Успокойся, Азраэль! Я знаю, что твоя кровь кипит от возвращения на поле битвы после столь долгого времени! Порыв убийственного импульса - гух, гаааааах!!

— Это битва, ты идиот! Зачем держаться в узде?! — Синдзи вонзил боевой веер в Мичироу, который держался за левую руку и неистово бормотал.

— Может, ты перестанешь валять дурака и по-настоящему его убьёшь, Синдзи! Он ведь завалил Арату и Кагеро, верно?! — Томоми вырвала веер из рук Синдзи и стукнула его им по голове.

А Рендзи, который отбивался от атак…

— …?!

— Тч. Этот клинок тупой, или этот парень слишком крепкий… Нож не проходит через него, да? В таком случае мне следовало бы подготовиться к нечестной игре и подготовить свои клинки Сузаку.

— Ох, боже мой, эй! Эй, эй, аааа?! Ауау… аах, это было близко… Ааа?!

Для Эйри это была трудная битва: она ловко атаковала коротким мечом, ловко избегая кулаков Рендзи, в то время как Майнa колотила Рендзи по голеням восьмигранным молотом, позволяя своей сверхчеловеческой неуклюжести держать её в безопасности, даже когда она продолжала нападать.

Умелая атака Эйри не вызывала удивления, но Майнa проявляла огромные усилия. Возможно, она обрела уверенность благодаря своей победе в эстафете. Даже когда казалось, что она вот-вот сдасться, она смело бросала вызов своему противнику.

Каждый человек сражался за победу, несмотря на выражение безнадежности на своих лицах.

Ренко отвела взгляд от других обратно к Кёске. — …Эй, Кёске. Ты хочешь победить меня? — спросила она. — Или ты хочешь проиграть? Ответь мне. Ответь мне, Кёске!!

Ренко подняла ногу с груди Кёске и снова опустил её с сокрушающей силой.

Кёске быстро покатился по земле, едва избегая атаки. — Я не знаю! — закричал он, вставая на ноги и пытаясь ударить её с плеча.

Ренко была поражена. Кёске напал на неё впервые. — Ч-что?!

Кёске прижал Ренко к земле и сел сверху, затем ответил на её слова. — Хочу я победить или нет? Хочу я разойтись или остаться вместе, хочу я любить тебя или нет - честно говоря, я не знаю! Знаю только то, что…

Он поднял правую кулака над головой, глядя прямо на её голое, незакрытое лицо. — Что я не хочу проигрывать! Я не уверен, что хочу победить, но… я не хочу, чтобы всё закончилось вот так, и я не хочу расставаться! Вот что я чувствую. Ты для меня важна, Ренкоооо!

Он ударил кулаком, закричав.

— …?!

Глаза Ренко широко раскрылись, когда кулак Кёске разбился о землю рядом с её головой. — …Кё…ске…?

— Ты важна, поэтому… — сжав кулак, Кёске продолжал, — я не хочу причинять тебе боль. Я говорю такие вещи, как «Я вырублю тебя» и «Я не проиграю», а потом удивляюсь, зачем я это сказал. Я не хочу бить тебя… Я не могу тебя ударить.

— …

Ренко молчала. Некоторое время она просто смотрела, часто моргая.

— ……Ха…ха-ха… — Затем она засмеялась. Положив руку на щеку, куда Кёске должен был её ударить, она насмехалась. — Ах-ха-ха! Серьёзно, что за эгоистичная речь? Ты не хочешь проиграть, но не хочешь и вырубать меня… даже эгоизм должен иметь свои пределы, ха-ха… ах-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! — Но Ренко быстро прекратила свой громкий смех и вместо этого выглядела довольной, возможно, даже немного развеселенной. — Не расстраивайся, хорошо? Это действительно хорошая мелодия. Несмотря на то, что когда я призналась в своих чувствах, ты ударил меня по лицу… Эй, Кёске, может, это… то, о чём я думаю? Между тогда и сейчас, можем ли мы сказать, что твоё сердце немного изменилось?

— …Ааа, похоже, изменилось.

— Можем ли мы сказать, что ты начинаешь влюбляться в меня?!

— …А-аа? Ну, не знаю, так ли это, но…

— Разве это не так? Ну, в таком случае, я могу проиграть сейчас…

— Ч-что…?

Ренко закрыла глаза, и вся сила покинула её безвольные конечности. Её прежняя ярость исчезла, и она внезапно стала покорной, как будто темп её убийственной мелодии внезапно замедлился. — Это то, что называют слабостью влюблённых девушек. Когда я узнала о твоих чувствах, моё желание убить тебя совершенно исчезло… Я хочу убить тебя только после того, как ты влюбишься в меня. Если бы я убила тебя, несмотря на то что ты, наконец, начинаешь влюбляться в меня, то все было бы зря. В таком состоянии я не хочу убивать тебя… Я не могу убить тебя. И поэтому я проигрываю.

— Ренко…

— Но матч ещё не закончился. Всё ещё лежа на земле, Ренко пробормотала, словно разговаривая во сне. — Ты должен выиграть драку. Даже если ты не можешь ударить меня, другие с этим справятся? В этом случае нет проблемы. Твои слова «Я не хочу проиграть» и… твои чувства «Я не хочу, чтобы это закончилось так, и я также не хочу расставаться»… Я хочу, чтобы ты доказал, что это была не ложь.

Кёске крепко закрыл глаза, хотя Ренко озорно приоткрыла один глаз.

— Ладно, я доверю это им! — энергично ответил он.

— …Хм? О-о-о-о?! Я не могла хорошо видеть, потому что другие стояли на пути, но, похоже, Кёске Камиа из класса А вырубил Ренко Хикаву из класса Б?! Серьёзно? Это потрясающе! Это наш Складской Маньяк! Я имею в виду, он что, выглядел обманчиво или что? Оставив Ренко Хикаву лежать на земле, он начал становиться жестооокииим!

— И, похоже, мисс Арисугава также увидела свой шанс стать жестокой.

Как только она узнала, что Ренко была повержена, безумная энергия Курису вернулась. Пока её бодрое вещание продолжалось, Кёске бегал по площадке и сбивал студентов противостоящего класса одного за другим.

— Фва-ха-ха-ха-ха-ха! Наконец-то ты пришёл, достойный соперник моей судьбы! Азраэль также давно жаждал твоего появления!! Давай утолим нашу жажду крови на этом поле битвы!… так я бы хотел сказать, но пока ещё рано принимать тебя в качестве нашего оппонента. Сначала - Рендзи Хикава вон там… гуах?!

Кёске отправил Митиро в полёт одним ударом, окончательно положив конец его разглагольствованиям.

— Хе-хе-хе-хе-хе-хе, попалась… С чего бы мне начать? Щека? Рука? Плечо? Грудь? Нога? Попка? Слюнки текут… всё выглядит таким аппетитным… хьяан?!

Он оттащил Чихиро, которая упала на Аяку, и отшвырнул её в сторону.

— Ай, ай, ай! Серьёзно, блин, ты упрямый! Сколько времени тебе ещё нужно, чтобы упасть? Было бы лучше прижать тебя и удерживать… кья?!

Он сорвал мешок с мукой с Боба, которая держала за воротник Ирокеза левой рукой и била его по лицу правой. Боб закрыла лицо обеими руками и присела. — Нееет?!

Прошло около десяти минут с начала «Последней битвы». И вот, после того как Кёске более-менее разгромил вражеские войска, он, наконец, бросил вызов величайшему противнику - Рендзи Хикаве.

— Свали его дооооооолу!

Бросившись к Рендзи, которого всё ещё донимали Эйри и Майна, Кёске собрал всю свою силу и ударил его в живот правым прямым.

— …?!

Большое тело Рендзи качнулось после удара, в который Кёске вложил всю мощь своего разбега.

Эйри, которая обошла Рендзи сзади, и Майна, которая упала на землю, широко раскрыли глаза. — Кёске?!

— Упади, упади, упади, упади, упадииииииии!

Кёске отчаянно преследовал шаткого Рендзи, снова и снова нанося удары по его похожему на скалу торсу. Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь…

— Ккшш?!

Наконец, на восьмом ударе, Рендзи рухнул. Зрители пришли в возбуждение при виде поверженного монстра, который до этого момента казался неуязвимым.

— Кьяааа—! Кёске такой круууутоооой! — Ч-что…Какие первогодки — я не могу поверить?! — …Да, знаю. — Невероятно! Он сбивает с ног того самого парня, который за секунду уничтожил меня? — Ах…ах…! — Я сдаюсь. Нам троим братьям никогда его не одолеть. — Он настоящий. — Он его убьёт. — Но справедливость не сдастся! — Отлично, Камия, валяй его так! Если ты его свалишь, победа за нами!

— Ооооооооооооооооо!

С энтузиазмом трибун, давящих ему на спину, Кёске бросился на Рендзи. Сев на поверженного гиганта, он в ярости наносил удары по его лицу, чередуя левый и правый, полностью игнорируя противогаз.

— И это ещё не всё.

— Хя-хааа! Теперь, теперь, убей его! Размажь его насмерть!

— Хе-хе-хе. Когда все бьют его, противогаз не такой уж и страшный! Я раздавлю твои яйца, получай!

— Кья-ха-ха-ха, Синдзи, ты просто дикарь! Избей его до полусмерти!

— Хи-хи. Я украла у врага пилу! Используй её…

— Ай! Ай, ай, вот его слабое место! Ай, аааааай!

— О боже, о дорогой! Прости нас, ГМК!

— …Тебе лучше умереть!

Оставшиеся в живых студенты класса А накинулись на него и начали участвовать в групповом избиении. Тело Рендзи мгновенно исчезло под бешеным облаком пыли.

Студенты класса В отчаянно пытались остановить их, но не смогли остановить натиск класса А, захваченных волной насилия. Наоборот, они сами попадали под раздачу и один за другим оказывались на земле.

— …

Наконец, когда облако пыли рассеялось, остались только противогаз и массивное тело, покрытое свежими ранами. Рендзи лежал на земле, его конечности безвольно вытянулись.

— Хааа…ха-ха…ха-ха-ха-ха, хааа… М-мы… справились? — Наконец остановив кулаки, Кёске уставился на белоснежный противогаз.

Ответа не было. Даже когда Кёске осторожно слез с его тела, Рендзи не показывал никаких признаков того, что собирается встать.

— Ха…ха-ха…ха-ха-ха-ха-ха… — Вместе со смехом нахлынуло чувство выполненного долга и облегчение. Кёске поднял кулак в воздух, чувствуя ноющую боль, оставшуюся после яростных ударов.

— Мы…Мы справилииииись!

Кёске и остальные закричали от радости, пока…

— Рендзи - убить.

В тот момент, когда этот холодный голос прозвучал через динамики, Рендзи вскочил на ноги и зарычал. За спиной ликующего Кёске он оттянул назад свою покрытую татуировками правую руку.

— Кёске, берегиииииись!

— Э?

Кёске не успел среагировать, как Майна толкнула его в сторону. Раздался оглушительный грохот и БА-БАХ! удар, подобный землетрясению.

Ближайшие ученики закричали: — Аааааааааааааа?! — и в панике бросились врассыпную.

Кёске рухнул на землю, с Майной сверху, но его взгляд был прикован к тому месту, где он стоял всего мгновение назад.

— …Чё?

Он едва понимал, что произошло. Удар Рендзи разнёс землю, словно выстрел из пушечного ядра, оставив после себя огромный кратер. Враг или союзник, все остановились, уставившись на это невероятное зрелище.

— А-а-а-а-а, ну ты и натворил дел, да?! Хе-хе-хе… — Рэйко, которая схватила микрофон на трансляционной стойке, радостно захихикала. — Не буди спящего льва. И если бы ты просто продолжал убегать двадцать минут, вместо того чтобы валять дурака, ты мог бы и победить. Впрочем, раз ты сам решил сломать этот ограничитель своими собственными руками, это безумие… хе-хе! Поистине безумие…

— …Ккшшш.

В такт смеху Рэйко, Рендзи протяжно выдохнул через выпускное отверстие своего противогаза. Подняв кулак из кратера, он обеими руками потянулся к замку на задней части маски.

Щелк. Раздался звук сломанного замка.

Ограничитель, сдерживающий монстра, был снят.

Ощутимая волна кровожадности мгновенно окатила толпу.

— Ну что, Рендзи, теперь можешь не сдерживаться. Убей…

— Мамаааа!

Пронзительный крик разрезал воздух.

***

— …Ренко.

Рэйко, проглотив свои слова, отвела взгляд от Кёске и посмотрела на Ренко, которая резко вскочила на ноги и с яростью уставилась на радиорубку, готовая броситься туда в любую минуту.

Ренко, стоя между матерью и Кёске, дрожащим голосом выкрикнула:

— Ч-что… что ты делаешь, мамааа?! Это не то, что ты говорила раньше! Ты обещала не убивать его, правда? Так почему ты…

— Я передумала.

— Ч-что?

Рэйко смотрела на неё безразлично:

— В конце концов... — она надула щеки. — Ты ведь не стараешься. Я ведь говорила тебе перед соревнованием, да? Я сказала: «Давай размажем Кёске до тех пор, пока от него ничего не останется». И ты согласилась, Ренко. Так почему ты его не размажешь? Ты намеренно сдаешься? Как видишь, дорогая, договор изменился.

— Э-э…

Гнев Ренко быстро исчез, и в панике она начала искать оправдание:

— Э-это правда, но… мама, что мне делать? После признания Кёске моя убийственная мелодия стихла! Я больше не хочу убивать. Иными словами, эм… если всё дойдёт до этого, то получается, что победа за Кёске… верно?

— Поняла.

— Мама?

Лишенная привычной жизнерадостности, Рэйко серьёзно посмотрела на Ренко, требуя ответа:

— Если я прикажу тебе убить его, ты это сделаешь, как и должна?

Ренко молчала. Не отвечая, она отвела взгляд. Её взгляд метался по окружающим — на Рэндзи, застывшего в момент снятия противогаза, на одноклассников, ошарашенно наблюдающих, и, наконец, на Кёске. Её ледяно-голубые глаза были лишены эмоций, а лицо оставалось безучастным.

— Ренко...

— Я… — наконец, спустя некоторое время, она прошептала и глубоко вздохнула. Обернувшись к матери и своему создателю, она посмотрела прямо на Рэйко. — Нет. Я не убью его.

Ренко твёрдо и ясно выразила своё решение.

— ...Понятно.

Рэйко опустила глаза, но её лицо растянулось в широкую улыбку.

— Поняла. Если это твой ответ, то больше нечего обсуждать. Ну, что ж… — она приложила палец к щеке.

— Мама! Это замечательно, мама, спасиб…

— Тогда я убью Кёске.

Глаза Рэйко не улыбались.

— Что? — Ренко застыла на месте.

Рэйко пожала плечами:

— Если ты не убьёшь его, это сделает Рэндзи. Если я этого не сделаю, то рано или поздно ты, вероятно, погибнешь.

— Я?

— Да. Разве это тебя удивляет? Если Убийца Горничная, машина для убийства, не способна убивать, то в её существовании нет смысла. К тому же этот парень Кёске, к которому ты привязалась, не имеет прямого отношения к нашей организации и даже испытывает к ней враждебность. Было бы странно, если бы мы не считали его угрозой. Есть много причин, по которым он опасен для Убийц... Пойми, я не отношусь к тебе как к обычному инструменту. Я ценю тебя как свою дочь, ты понимаешь? Именно поэтому я хочу защитить тебя, чего бы это ни стоило. Даже если мне придётся полностью игнорировать твои чувства.

— М-мама...

Ренко вздрогнула от её грубых слов.

— Эй, стерва, Рэйкооооооооо! — закричала Курумия с трибун. — Какого чёрта ты творишь?! Камия - любимчик председателя совета!! Ты хоть понимаешь, что будет, если ты просто возьмёшь и убьёшь его…

— Мне всё равно.

— ...Что?

— Мне всё равно. Моя позиция выше его… Ты говоришь, что Кёске - фаворит председателя, но Ренко - моя любимица. Я не собираюсь её выбрасывать, даже если она испортилась. Так что всё в порядке. Заткнись, Хидзири!

— Рэйко…

Курумия скрипела зубами и яростно смотрела на Рэйко, но у неё не было силы противостоять ей. Учителя Академии Пургаториум не вмешивались, несмотря на то, что прямо на глазах студентов собирались убить человека.

Первокурсники, ещё не посвящённые в истинную природу академии, а также старшеклассники, не знавшие об истинной сущности Ренко, пребывали в растерянности, неспособные понять происходящее.

Игнорируя шумную толпу, Рэйко прочистила горло:

— Так, где я остановилась? Ах да, у меня есть множество опасений. Если Ренко продолжит привязываться к молодому Кёске, я опасаюсь, что это вызовет неудобные подозрения.

— …Подозрения?

— Да. Мне сказали, что ты ослушалась приказов Хидзири, чтобы защитить Кёске, так? И теперь ты перечишь мне… Если я расскажу эту историю вышестоящим, для тебя всё может закончиться очень плохо, ты это понимаешь? И несмотря на это, ты продолжаешь показывать клыки? Тогда это несомненно будет расценено как мятеж. И я не смогу тебя защитить... Так что в этот раз, по крайней мере, ты должна выполнить мой приказ, хорошо?

Рэйко понизила голос. Она повернулась к дочери, склонившей голову:

— Ренко. Убей Кёсу…

— Нееееееееееееееееееееееееееееет!

— …?!

Рэйко задрожала от неожиданного и мощного сопротивления. Её глаза широко распахнулись, рот приоткрылся.

— Я… — голос Ренко дрожал, а её татуированные руки сжались в кулаки. — Я всё ещё не хочу убивать Кёске. Особенно теперь, когда моя жажда убийства исчезла. Я хочу прикоснуться к нему, хочу, чтобы он прикоснулся ко мне. Я хочу узнать его и, чтобы он узнал меня. Я хочу проводить с ним ещё больше времени, смеяться вместе. И, если наши чувства когда-нибудь совпадут, я хочу отдаться мелодии любви, что звучит в моём сердце, до тех пор, пока не останется ни одной части, которая не будет ею тронута. Я хочу убить его нежно, яростно и безумно, но в любви! Вот почему так нельзя. Что бы ты ни говорила, это абсолютно неприемлемо! И если ты всё-таки попытаешься убить Кёске...

Ренко сжала губы и уставилась на свою мать, которая стояла выше всех.

— Я не позволю. Я защищу Кёске. Никто не убьёт его, кроме меня!

Она выплюнула эти слова холодно.

— ...

Рэйко молча смотрела на неё. Без выражения. Без ответа. Прошла долгая пауза.

— …Вот как? Я поняла. Поняла абсолютно всё…

Рэйко убрала микрофон и, сняв очки, устало потерла уголки глаз. Мышцы вокруг её губ и глаз дёргались в тщетных попытках улыбнуться.

— Теперь я вижу. Ты гораздо больнее, чем я думала... Любовь слепа, это болезнь разума, да? Это должно быть так. Ха-ха... Ты издеваешься надо мной!

Рэйко с яростью бросила свои очки на пол. Топая ногами в раздражении, она раздавила их.

— Что значит «это неприемлемо», что значит «не убью», что значит «не хочу», что значит «не позволю»?! Ты сошла с ума… Любовь свела тебя с ума, Ренко! Любовь сломала тебя, Убийца Горничная. Ты не в своём уме, понимаешь? Это не шутка! Ты - моя драгоценная дочь и моё ценное создание… И как мать, я обязана исправить проблемы своей дочери. Как создатель, я должна исправить недостатки своего творения!

Стиснув зубы, Рейко низко опустила голову.

— Я тебя исправлю. Я тебя починю. Я тебя спасу! Я вырежу ту опухоль, которая сводит тебя с ума и ломает твой разум, и помогу тебе! Если я тебя не защищу, никто этого не сделает. Поэтому ничего страшного, если ты будешь ненавидеть меня. Если ты будешь меня презирать, если будешь меня ненавидеть. Потому что я…

Я люблю тебя, Ренко, — почти сказала она.

Бормоча, Рейко крепко сжала микрофон.

— Рэндзи. Похоже, твоя старшая сестра заигралась, так что… если она помешает тебе, можешь дать ей пощёчину, чтобы вразумить. Рэндзи…

Рейко перевела взгляд. Она смерила Кёске абсолютно ледяным взглядом.

— Убей!

Ба-бах!

По её приказу Рэндзи зарычал, не уступая крику Ренко, и кинулся в бой, пробивая землю своими массивными шагами.

Ренко закричала:

— Кёскееееееееееее?!

Атака Рэндзи обрушилась на его цель словно артиллерийский удар.

***

Оглушительный рёв. Землетрясение. Громовой взрыв.

Облако пыли окутало поле боя, и обломки разрушенной земли посыпались с неба. Кёске успел выпрыгнуть с траектории удара Рэндзи и теперь лежал на земле, отшатнувшись в ужасе.

Перед ним были два перекрывающихся кратера - доказательство сокрушительной силы ударов Рэндзи. Если бы Кёске замешкался хоть на долю секунды, поле боя было бы засыпано кусками плоти, а не комьями земли…

— О боже... о нет... о господи, о, боже мой...

По другую сторону огромных кратеров, дрожа от ужаса, стояла Майна. Ей удалось чудом избежать разрушений. Её взгляд был прикован не к Кёске, а к огромному монстру, который стоял с кулаками, всё ещё вдавленными в землю.

— ……

Она уставилась на ужасающего мужчину - его огромную, выше шести футов, фигуру, его мышцы, словно сталь, полностью покрытые чёрными татуировками, и на его… красивое, мужественное лицо.

— …

Его утончённые, деликатные черты лица никак не сочетались с таким грубо накачанным телом. Свет и тени играли на его точёных чертах, словно на статуе, вырезанной из мрамора.

Без какого-либо выражения, он становился всё более нечитаемым. Потеря противогаза только усилила его невыразимость…

— ……Кёске... Камия.

Рэндзи был полностью сосредоточен на Кёске. Его голос, который они услышали впервые, был тоже нечеловеческим и бесстрастным. Однако в его глазах, того же цвета слоновой кости, что и его маска, клокотали убийственные инстинкты, словно водовороты в мутной реке.

— Ээ...

Как только его глаза встретились с глазами Рэндзи, Кёске замер на месте. Всё его тело покрылось потом, и он не мог пошевелить ни одним пальцем. Даже дыхание застыло. Он дрожал от страха, которого никогда прежде не испытывал - словно неимоверное давление давило на него, лишая воли и свободы движения.

Рэндзи поднял руку, намереваясь ударить Кёске, который не мог даже отступить…

— Постойте минуточкууууу!

В тот самый момент, когда кулак Рэндзи должен был обрушиться на него, чьё-то тело выдернуло Кёске из опасной зоны.

— А-а?!

Тайный спаситель, уносящий ошеломлённого Кёске подальше от удара Рэндзи, оказался…

— Хе-хе. Ну и дела, Кёске, чуть не попал, да?

— Р-Ренко...

Прищурив свои ледяные голубые глаза с нежностью, Ренко Хикава улыбнулась, обнажив свои острые клыки. Одной рукой она обхватила его за шею, а другой - за колени, аккуратно опуская Кёске на землю.

— Всё в порядке. Я не позволю ему убить тебя. Твоя жизнь принадлежит мне.

— …А-аах.

Твёрдое заявление Ренко оставило Кёске в смятении. Не из-за её поведения или слов, ни из-за её искренности или наивности - всё это было ему давно знакомо. В этот раз Кёске был ошеломлён собственными эмоциями.

— Честно говоря, Рэндзи очень силён, но мои чувства к тебе сильнее в сто раз, понимаешь. Ты можешь расслабиться, Кёске...

— Ты хочешь сказать, что защитишь меня?

— Ага. И, если получится, хочу, чтобы ты сбежал вместе с Эйри, Майной и Аякой... По-моему, это уже не просто драка. Убирайтесь как можно дальше, чтобы не оказаться втянутыми в бой...

— Никак нет.

— Почему?! — Ренко широко распахнула глаза.

— Ты сама сказала мне кое-что недавно, — ответил Кёске. — Я сказал, что не хочу, чтобы всё закончилось вот так, и что не хочу, чтобы мы были разделены. И ты сказала, чтобы я доказал, что мои слова - не ложь.

Вот почему…

— Дай мне сражаться вместе с тобой, Ренко! Давай объединим силы и вместе разнесём этого чудовищного олуха!

— Кёске...

Её ясные глаза задрожали, и Ренко несколько раз моргнула. А затем рассмеялась, обнажив свои клыки от явной радости.

— Ах-ха-ха! Ты прав, точно, ты прав... Хе-хе. Прости, Кёске, кажется, я тебя недооценила. Ты прав - мы сможем это сделать. Давай выступим вместе! Мы точно сможем устроить потрясающее шоу! Ах-ха, ах-ха-ха-ха-ха-ха! Эй, музыка снова заиграла... эта крутая, кульминационная музыка снова начала играть с самого начала! Как здорово, с этой мелодией мне действительно хочется убивать. Эта музыка заставляет меня бушевать изо всех сил. Давай, попробуй не отстать, Кёскееее!!

— И тебе того же! — ответил он и последовал за Ренко, которая уже рванула вперёд.

С оглушительным рычанием Ренко бросилась на Рэндзи, стремительно сокращая двадцатиметровую дистанцию между ними. В прыжке она изогнулась в воздухе, как звезда боевиков, и нанесла удар правой рукой сверху.

— Эй, Рэндзиииииииии!

— ………?!

Удар Ренко, нацеленный в шею её брата, был отброшен его мощной рукой. Но Ренко продолжила своё движение, ухватившись за его руку и перевернувшись через его тело, ловко управляя своей траекторией.

— Не мешай роману своей старшей сестры! — взревела Ренко и ударила кулаком по макушке Рэндзи.

Рэндзи, не успевший уследить за её сложными манёврами, принял удар прямо. Его лицо, до этого момента оставшееся абсолютно бесстрастным, слегка исказилось.

— …!

Однако на этом всё закончилось. Даже один из ударов Ренко, способный раздавить человеческую голову, как спелый фрукт, не мог пробить череп Рэндзи. Простым движением руки, словно смахивая комара, Рэндзи отшвырнул Ренко в сторону.

— Уяяя?! — Ренко перекатилась по земле и сморщила лицо. — Ой... Ну ты и зануда, блин!

Рэндзи протянул руку к Ренко…

— Эй, подожди! Разве ты не собираешься убить меня?!

Прямой удар Кёске пришёлся в бок Рэндзи. Казалось, что он ударил по твёрдой стали, но боли не было. Страсть, кипящая в его теле, сожгла до тла всю слабость.

Тревога, страх, отчаяние, ужасающее давление, которые удерживали Кёске на месте - в тот момент, когда Ренко присоединилась к нему, все эти чувства полностью исчезли. Стоя плечом к плечу с Ренко и сталкиваясь с врагом вместе, Кёске был уверен, что ему нечего бояться.

— Я не собираюсь проигрывать.

— …?!

Кёске уклонился от кулака Рэндзи, который был настолько быстрым, что его невозможно было уследить глазом. Пока земля разлеталась у него за спиной, он последовал за ударом правой рукой, нанеся левый короткий хук.

Живот Рэндзи, закованный в толстые мышцы, не поддался, но это не волновало Кёске. Если два удара не свалят его, тогда это сделают четыре удара; если четыре не свалят, тогда восемь; если восемь не свалят, тогда шестнадцать - он просто должен был бить его, пока тот не упадёт.

— Ооооооооооох! — крича, как Ренко, он наносил удары, словно обезумевший.

Ренко снова атаковала, когда Рэндзи, нахмуривший лицо, пытался парировать атаку Кёске. — Эй, эй, Рэндзи!! Если ты будешь смотреть только на Кёске, то скоро заглянешь в ад!! — Она ударила его кулаком в незащищённую голову.

Затем она снова ударила Рэндзи в бок левой рукой, завершила круговой удар правой пяткой и отступила. Она легко избежала неловкого контрудара Рэндзи, когда тот повернулся и пошатнулся.

— Эй, сюда, младший брат Ренко! Если отвлечёшься, будет больно!!

Только Рэндзи повернул своё внимание к сестре, как апперкот Кёске врезался ему в подбородок.

— …?!

Огромное тело Рэндзи закачалось. Медленно - но уверенно - это было доказательством его усталости.

Когда Кёске попадал в его поле зрения, Ренко исчезала в его слепой зоне. Когда атаковала Ренко, Кёске также начинал яростную атаку. Покрывая друг друга и атакуя каждый раз, когда открывалась брешь, Кёске и Ренко, сражаясь вместе, превосходили Рэндзи. Его удары по земле ещё ни разу не попали в цель.

Среди студентов, с замиранием следящих за сражением на безопасном расстоянии, Аяка закричала: — Старший брааааат, Ренкооооо! Завалите этого зануду вместе! Отдубась его, сестраааааааа!

Вдохновлённые её криками, другие студенты начали подхватывать. — ГМК! ГМК! — Ка-мия! Ка-мия! — Кёске, дорогой, не умирай! ...Ренко, а ты можешь и помереть, окей?! — Ай?! Опасно... судя по всему, нашими могут оказаться мертвыми. Ой-ой. — Чёрт... ах, блин, медлят! Если бы у меня были мои клинки, этот парень был бы повержен за секунду… —  И так далее.

Когда толпа начала подбадривать, Курису тоже возобновила временно прерванную трансляцию. — Уаааааах?! Ч-ч-ч-ч-ч-ч-то за битва, ребята! Это превратилось в монстр против монстра, с участием «монстра-лайт»! Я плохо понимаю, что тут происходит, но... это полный чёрт возьми хаос! Всё поле разрывается в клочья!! Один удар - и моментальная смерть... но он не может их задеть!! Следуя своей стратегии «бей и беги», монструозная парочка Кёске Камия и Ренко Хикава загоняет Рэндзи Хикаву в угол!

— ………

Пока Курису кричала, стоящая рядом с ней Рэйко нахмурила брови. На её глазах дочь громко смеялась с явным удовольствием, заряженная новой яростью.

— Ах-ха-ха-ха-ха! Это просто лучшее, самое лучшее! Медленное и быстрое, лёгкое и тяжёлое, спокойствие и движение, добро и зло, красота и уродство - всё смешивается в сложные и загадочные комбинации - словно удивительно крутой трек в стиле маткор, не так ли?! Это круто, это круто, это супер круто! Хочу, чтобы все остальные тоже это услышали! Эй, разве вы не слышите? Эй-эй-эй?!

Движения Ренко, вызванные странной музыкой, звучащей в её голове, были поистине неуправляемыми. Когда она, казалось, собиралась ускориться, онаускорялась; когда собиралась уклониться вправо, она каталась влево; когда собиралась прыгнуть в самую гущу событий, она отступала, чтобы затем всё равно в итоге прыгнуть вперёд.

Поскольку только Ренко могла слышать музыку, движущую ею, её атаки были совершенно непредсказуемыми. В плане физической силы Ренко не шла ни в какое сравнение с Рендзи, но её эксцентричный стиль и переменчивый гнев ставили его в невыгодное положение.

Рендзи просто стоял на месте, нанося простые удары кулаками. Если бы Ренко получила полную силу даже одного удара, это, вероятно, означало бы мгновенную смерть, но пока он её не ударил, проблем не возникало.

Мы можем это сделать! — подумал Кёске, но в следующий момент…

С рычанием Рендзи прыгнул вверх и исполнил два великолепных боковых удара, пролетев в воздухе.

— Угя?!

Не сумев среагировать на внезапное изменение движения, Ренко, которая собиралась прыгнуть к нему, получила удар ногой в голову и оказалась на земле.

— Рен…

Кёске собирался броситься к ней, когда Рендзи отвлёк его очередным боковым ударом. Едва ноги Рендзи коснулись земли, он опустил обе руки и перевернулся в стойку на руках.

— Овааа?!

Рендзи закрутился и, всё ещё стоя на руках, ударил обеими ногами. Кёске был вынужден отступить перед яростной атакой Рендзи. Поворот за поворотом, удар за ударом, тот прыгал к нему, как танцор. Переходя от бокового удара к удару с разворота, от удара с разворота к сальто, от сальто к прыжку назад…

— Что?!

…Это был обман. Вместо этого Рендзи совершил сальто. Он ловко завертелся в воздухе, и кончики его пальцев ног ударили по Кёске, который наклонился, чтобы избежать бокового удара.

Черт!

Хотя ему удалось едва избежать атаки, откатившись, по спине Кёске пробежал холодный пот.

Он думал, что Рендзи - это грубиян, который сражается простой силой, но, похоже, он способен на гораздо большее. У него была легкость, которую не ожидали от его медлительного внешнего вида - с движениями, которые казались комбинацией брейк-данса и капоэйры, Рендзи был настоящим вихрем ярости.

Его левая нога срезала воздух на вылет.

Его правая пятка коснулась щёки Кёске. Но этого было достаточно, чтобы порвать плоть, выплеснув кровь. Боковые удары и удары с разворота акробатической атаки Рендзи были не столь мощными, как один его титановый удар, но даже один прямой удар всё равно мог бы положить Кёске на землю.

Кёске отскочил назад, чтобы избежать атаки, и Рендзи преследовал его серией последовательных ураганных ударов ногами.

Вырвавшись из своего весёлого танца, Рендзи нанес смертельный удар правой рукой. Его вращающийся кулак врезался в землю под ногами Кёске. Облако земли и пыли взметнулось в воздух, на мгновение скрыв видимость Кёске.

Мгновенно, пробившись сквозь завесу взлетающей земли, левая нога Рендзи ударила. Прежде чем Кёске успел произнести хоть звук, было уже слишком поздно. Пальцы ног Рендзи задели Кёске в бок. Ужасный удар отразился в его теле, и его отбросило назад от огромной силы. Он даже не смог закричать.

— …?!

После того, как он пролетел в воздухе более десяти ярдов, Кёске рухнул на землю. Верхняя и нижняя части его тела всё ещё были соединены - он не был разорван на части, хотя сила удара все еще была невероятной..

Он не мог встать.

Зрение Кёске колебалось в буре боли, накрывшей его, и он почувствовал, как теряет сознание. Свежая кровь сочилась из его бока, и его белый спортивный костюм был окрашен в красный цвет. Тошнота нарастала внутри него.

Он мог бы выдержать сломанное ребро, но, похоже, внутренние органы Кёске тоже пострадали. Когда он пытался сделать даже малейшее усилие, странная агония пронзила левую сторону его тела, и он чуть не упал в обморок.

Хотя он выжил после атаки, полученной раны более чем достаточно, чтобы лишить его любой силы сопротивляться. Учитывая обстоятельства, это всё равно, вероятно, означало конец для него. Парализованный и беззащитный, Кёске был уверен, что его быстро устранят.

— …Правда… Ха-ха-ха… Это… плохо… — Лежа бессильно на земле, его смех исходил из глубокой безнадежности.

Рендзи медленно подходил к нему. В углу зрения Кёске он мог видеть Ренко, которая тоже лежала на земле. Возможно, она была без сознания, она даже не шевелилась. Ему понадобился всего один удар, чтобы оставить их в таком состоянии.

Их надежды на победу были разрушены за одну атаку, и они были выброшены в бездну отчаяния.

— …Чёрт возьми, — вздохнула Рейко. — Так ты наконец-то замолчал, а? Это тебя немного охладило, не правда ли? Но жаль, так легко не получится! Хотя он и новорожденный, Рендзи - наша последняя разработка и моё величайшее творение. Честно говоря, у вас никогда не было шансов против него, даже если бы ты объединил силу Ренко с твоими ничтожными способностями. Хе-хе.

— Старший брат?! Старший братеееееееееер! — визгливо закричала Аяка, пронзая смех Рейко. — О-отпусти меня! Отпусти меня, Хитрая Кошка! Отпусти меняааааа!

— Я-я не могу! Если ты сейчас туда пойдёшь, ты тоже… О нет. Ч-ч-ч-ч-ч-что мне делать… что мне делать, Эйри?! …Ха? Эйри…

— Не двигайся.

Никто не мог точно сказать, когда именно, но Эйри подкралась сзади к Рейко и прижала короткий меч к её сонной артерии. — Если ты не хочешь умереть, останови его прямо сейчас, — приказала она. — И тебе, брат Ренко… Если ты ценишь жизнь своей матери, прекрати движение!»

— …?

Рендзи остановил свой шаг и повернулся к трансляционному павильону.

Рейко оцепенела и, широко открыв глаза, натянуто засмеялась: — О, о, — и пожала плечами. — Ты ведёшь себя довольно агрессивно, не правда ли, дорогая Эйри Акабана? Но послушай, я знаю. Я знаю, что Ржавый Ноготь не может убивать. Даже если ты угрожаешь мне, ты не…

— Хочешь проверить?

— …?!

— Могу я убивать или не могу? — спросила Эйри, надавливая на короткий меч. Её тон был спокойным и деловым. — Я действительно не хочу убивать, и, возможно, не могу… но если ты убьёшь Кёске на моих глазах, я могу просто импульсивно провести этот клинок по твоему горлу. Не думая, моё тело может просто действовать само собой. Ты всё ещё смеёшься?

Улыбка Рейко исчезла.

Эйри суженными ржаво-красными глазами смотрела на неё. — И что ты будешь делать… Рискнешь ли ты своей жизнью? Или сыграешь в безопасную игру? — потребовала она. — Поспеши с решением…

— Извините, — сказал кто-то, когда светло-голубая змея вонзила свои ядовитые зубы в шею Эйри.

— Эх? — Эйри обернулась, чтобы посмотреть за себя.

Бусидзима, из рукава которого вылезла зловещая рептилия, держал другую руку на щеке, выглядя смущённым. — Ох, простите, мисс Эйри. Но эта дама - важное лицо в организации. С ней нельзя так грубо обращаться. Так что почему бы тебе не поспать немного?

— …?! Т-ты… —  Глаза Эйри, полные кровожадности, свирепо уставились на Бусидзиму, но её веки потяжелели. С силой, покидающей её тело, короткий меч выскользнул из её рук, и она рухнула.

— …Уф! —  Поддерживая тело Эйри, Бусидзима вздохнул. — Ахх, после этого меня точно ещё больше будут ненавидеть…»

— Нет-нет, это не так! Ты спас меня, мистер Бусидзима. Спасибо. — Рейко положила руку на плечо Бусидзимы, хваля его.

Она провела пальцем по поверхностному порезу на своей шее. — Ох, больно… Ты порезала мою нежную кожу… Ты за это пожалеешь — пробормотала она с горечью. Затем, вернувшись к микрофону, она крикнула Рендзи, который всё ещё смотрел на трансляционный павильон. — Извини, я в порядке! Всё в порядке, так что иди и разберись с этим живучим тараканом!

— …

Рендзи кивнул и возобновил своё продвижение…

— Кого ты называешь… тараканом,… сука…!

…Или он вот-вот это сделает. Рендзи снова остановился, когда, у него на глазах, Кёске стиснул зубы и, вонзив все десять пальцев в землю, медленно начал подниматься.

—Эй?! —Рейко уронила микрофон. — Он встал! Этот мелкий встал обратно? Не могу поверить! Что за чертовщина...?! Он получил люлей от Рендзи без ограничителя, но все равно стоит на ногах! Он действительно человек? Не верю, что это возможно, но ты не жалел его, да, Рендзи?!

—…

Рендзи не ответил. Его слоновые глаза слегка расширились от удивления.

С дрожащим взглядом, глядя на Рендзи, Кёске поднялся на ноги. Облитый потом в перемешку с кровью, его лицо исказилось в подергивающейся улыбке, даже когда волны боли накатывали на него. Кёске выплюнул слова вместе с пузырьками крови. —...Еще не... все… Такое ранение... не беда... И пусть у меня сломаны кости, разбиты... В худшем случае ты просто разрушил мои внутренности, да...? Я все еще... смогу... все еще…

—…………?!

Как будто отразив несломимый дух Кёске, Рендзи сделал шаг назад.

—Ч-что за...?! —пробормотала Рейко. —Почему он смог встать?! Даже Ренко еще не встала!

—...Ха-ха... Почему... действительно...? —Кёске саркастически усмехнулся. Переведя взгляд на Ренко, которая все еще лежала там, где упала, он обдумал вопрос Рейко.

Честно говоря, он сам не понимал этого.

Он встретил Ренко в месте, полном странных и страшных людей, и они завязали дружбу. Его сбивала с толку ее нелепая внешность, когда она целый день носила маску, а также ее странная речь и поведение... Даже после того, как она показала свое истинное естество и чуть не убила его, они продолжали общаться, словно ничего не изменилось, и она всегда вела себя как игривая дура. Она могла быть безумной, психопаткой, созданной для того, чтобы жестоко убивать людей, как будто это был ее воздух, но она была невинной, веселой, чистосердечной и искренней, и, насколько бы она ни была страшной, она была честна в своих чувствах.

Эти качества Ренко, Кёске…

—...Я люблю... ее.

Он признался в чувствах, которые до этого момента отчаянно сдерживал, стараясь подавить. тихим голосом, который никто другой не мог услышать. Раньше он мог признаться лишь себе. Но ему не хватало смелости сказать это прямо. У него не хватало решимости встретиться со смертью. Его чувства казались незначительными и слабыми по сравнению с страстью Ренко.

Тем не менее, Кёске любил ее. Она была более преданной и ослепительной, чем кто-либо из его знакомых, и он чувствовал больше любви к Ренко, чем к кому-либо еще.

—Я не дам себя убить... Как будто я умру вот так! Если собираетесь это делать, поручите задачу Ренко. Вы двое... Как будто я позволю вам получить удовлетворение!

Рейко и Рендзи уставились на Кёске, который выплюнул кровавую слюну, пока кричал.

—Братец…

—К-Кёске…

—Кёске, дорогой...

Аяка, Майна и Сямая были ошеломлены. Эйри, находясь без сознания, не подавала признаков жизни. Ренко, все еще лежа на земле, подергивалась.

Рейко стиснула зубы от раздражения. Она сжала кулаки, а ее голос задрожал. —Ах, вот как...?! Вот как, Кёске...? Хе-хе, хе-хе-хе-хе... хи-хе, хе-хе-хе… Рендзиииииииииииии?!

Монстр, который смотрел то на свою госпожу, то на Кёске, как будто был потерян, и не мог придти в себя.

Рейко продолжала кричать, позволяя своей ярости и ненависти вырваться наружу. —Не бойся! Он просто делает вид, что смел, находясь на грани смерти; не может же он на самом деле что-то сделать... Убей его. Убей его и заткни! Этот бред про то, что что-то передать Ренко, что-то отнять... Мы не попадемся на твои трюки, Кёске Камия! Как удобно, что как только Ренко выбывает из игры, ты начинаешь болтать всякую ерунду. Если ты действительно так к ней относишься, покажи это, выживи!! Убей его, Рендзи!

Рендзи, с лицом, скривленным в ужасной гримасе, прекратил колебаться и с ужасным ревом бросился в атаку. Он рванул прямо на Кёске, который едва стоял на ногах, и приподнял свой огромный правый кулак, чтобы нанести смертельный удар.

Кёске принял защитную стойку, защищая правую сторону своего тела. Оттянув собственный левый кулак, он с мрачным настроением приготовился встретить атаку.

—Я сказала, что не позволю тебе умереть. Я сказала, что защищу тебя, верно, Кёске?...

В момент, когда они должны были столкнуться, Ренко, которая должна была быть без сознания, прыгнула между ними.

— … Даже если это стоит мне жизни!

Кёске, первоначальная цель, больше не находился в зоне поражения, но кулак Рендзи не остановился. Его колоссальный удар, мощный как гаубица, прорвал воздух.

— Рен…

Время, казалось, замедлилось. На лице Ренко появилась слабая улыбка, когда она обернулась через плечо к Кёске, показывая свои сверкающие клыки. Ее длинные серебристо-белые волосы текли как река. Ее ледяные голубые глаза с нежностью прищурились. В глубине ее широких глаз горел ослепительный огонь эмоций.

И тогда, в ее последний момент…

— Я люблю тебя.

… Ее персиковые губы раскрылись…

Кулак Рендзи стремительно вонзился прямо в грудь Ренко.

***

— …Рен…ко…?

Звук разлетающегося мяса и костей. Ветер, пахнущий ржавчиной. Отголоски ужаса, которые ещё долго витали в воздухе. Кёске не мог осознать зрелище, которое развернулось перед его глазами. Он не мог это воспринять. Не мог в это поверить. Боль, которая заполняла его всего лишь несколько мгновений назад - головокружение, тошнота, ярость - исчезла без следа, и он просто застыл на месте.

Время замерло.

— …Сестричка…?

Рендзи, который нанес удар, выглядел в шоке. Его слоновьи глаза были широко открыты. На его щеке были свежие следы крови и мелкие кусочки плоти.

На арене царила мертвая тишина. Единственным звуком был слабый голос Рейко, которая, пошатываясь, схватилась за стул одной рукой, чтобы не упасть. Она была ужасно бледна, и ее голос дрожал. — …Рен…ко……такое… Невозможно…это не может быть правдой? Как…Почему…почему, это…почему…

Все взгляды были прикованы к Рендзи, чье верхнее тело было залито кровью. Кровь капала с его руки, вместе с маленькими кусочками внутренностей.

***

Ужасно изуродованная, до такой степени, что была практически неузнаваема, полностью и абсолютно разрушенная - это была правая рука Рендзи.

Отразив его удар своей правой рукой, Ренко осталась неподвижной. Ни одна рана не испортила её красоту, хотя казалось, что какая-то неизвестная сила опустошила пространство вокруг неё.

— …Фух, — выдохнула Ренко. — Ах, слава богу… На этот раз я действительно думала, что мне конец.

Ренко, остановившая удар Рендзи одной рукой и полностью разрушившая его руку, была явно облегчена. Это была невероятная сцена. Всего лишь один удар Рендзи ранее обездвижил Ренко, и вот она отразила его колоссальный удар, не дрогнув ни на мгновение…

— …Что…произошло?

— Ой-ёй, хе-хе-хе! Наверное, это сила любви, да, Кёске? Мои чувства к тебе не может победить никто!

— Ренко. — Суровый голос прервал беззаботный разговор Ренко. Встряхнувшись от оцепенения, Рейко прикусила губу и уставилась на свою дочь. — Ренко? Я знаю, что не должна спрашивать об этом, но ты…

— Да. Я использовала Over Drive, мама.

Ренко подняла руку к шее и ответила безразлично.

— Что…ты…сказала? — Рейко не находила слов.

Кожаный ошейник у основания шеи Ренко - ключевой аксессуар, который она носила даже когда снимала ограничитель, который не снимала даже в ванной, развязался и лежал брошенным на земле, где Ренко упала минуту назад.

Ренко посмотрела на Рейко и прищурила свои ясные глаза.

— …Прости. Как бы ты ни противилась этому, мама, в конце концов, я люблю Кёске. Я люблю его так сильно, что ничего больше не имеет значения… Я могу быть сломанной, сумасшедшей или неправой. Люди в организации могут захотеть избавиться от меня, теперь когда я веду себя странно, и у меня может остаться не так много времени, и я могу столкнуться с ужасной смертью. Но знаешь… мне на это плевать!! Я буду держаться своих чувств! До последних мгновений своей жизни я буду держаться их, пока не умру! И поэтому…

Закричав, Ренко откинула свою левую руку. Она прицелилась в живот Рендзи, даже когда он все еще стоял неподвижно. — Не топчи больше мои чувства!!!

Она ударила ладонью изо всех сил.

— …?!

Огромное тело Рендзи взлетело в воздух и пролетело, катясь по земле.

Всего один удар. Всего лишь одним ударом это чудовище, которая не дрогнула, принимая десятки атак от Ренко и Кёске вместе, было повержено.

Рендзи, раскинув руки и ноги, не двигался. Из его рта текла река свежей крови. Он был без сознания.

— ………

Тишина. А затем…

— Ооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооо!

Аплодисменты. Хотя они и не понимали всей ситуации, другие студенты, затаившие дыхание в ожидании во время боя, встали единой толпой, хлопая и радуясь.

Цифровые часы, отсчитывающие время в турнире по всеобъемлющей схватке, давно остановились. Теперь по полю прозвучал запоздалый выстрел. В трансляционном booth Рейко резко села на пол и опустила голову.

Их одноклассники бросились к тому месту, где стояли Кёске и Ренко на поле боя. Ренко подняла покрытую кровью руку, её мощный голос раздался из глубины легких.

— Спасибо, это было лучшее шоу на свете! Спасибо, всем… Спасибо, Кёске…

Ренко светилась от удовлетворения, а затем мгновенно рухнула, как марионетка, у которой порвали нити.