Лана уселась за стол, между Айром и Ульмой, прямо напротив Зуба. Тот буравил ее взглядом, он сейчас действительно напоминал упрямого быка. Девушка ответила ему таким же прямым взглядом прежде чем сказать:

- Мне сложно представить сколько усилий и жертв потребовалось вам чтобы выжить все эти годы. Но сколько вы выдержите еще? Десятки лет? Ты этого не застанешь, но старец, ты уверен что хочешь своим людям такой судьбы? Мы ваш шанс изменить исход.

- Не делай вид будто ты все о нас знаешь, девка! - проревел старец побагровев и крепко сжав кулаки. Помимо злости, Лана чувствовала как в нем усилился страх и поняла что попала в цель. Деревня постепенно вымирала. Бледный Сова, зажал руками уши и страдальчески пробормотал:

- Зуб, ну угомонись, не кричи ты так. Детей перепугаешь, а у меня и так в голове медный звон после вчерашнего. Негоже вещи такие на пустой желудок решать, откушай сперва с моими гостями, а потом и обсудите. Ладушки?

Согласно кивнув, Рыся поднялась и начала накрывать на стол. Зуб перевел дыхание и разжал кулаки, но продолжал буравить Лану злым взглядом.

- Откель мне знать что ты то чем кажешься? Майя так давно сгинула, что немногие ее и вовсе помнят еще. Может ты чудище кошмарное, что облик знакомый накинуло? - подозрительно пророкотал старец понизив голос.

Лана собиралась ответить, но ее опередил Сова, дружески похлопав старика по плечу.

- А ты меня спроси, лысый. Мне то ты еще доверяешь? Вот я тебе и скажу, девушка она непростая, да и в кошмаре отражение иное имеет, но лик тот же самый и волосы цвета серебра и глаза. Да и амулетик защитный держит у сердца. Парень железнозадый вовсе человек обычный, как мы с тобой. А вот красноволосую я не вижу, она как будто здесь и будто нет ее. Вот такие пироги, Зуб. Но девчонка дело говорит, ежели хотя-бы кузню не отобьем, без черной стали нам вилы придут.

На некоторое время комната погрузилась в молчание, Рыся наконец накрыла на стол и все утоляли голод. Старик нарезал пищу маленькими кусочками прежде чем проглотить, впрочем судя по его аппетиту и размерам, здоровье у него все еще было отменным. Покончив с едой, он двумя глотками осушил здоровую кружку с каким-то отваром и чуточку добродушнее задал вопрос интересующий всех здесь присутствующих:

- Ты дчарью Майи назвалася. Жива ли еще она? Как судьба сложилася? Давай, рассказывай, не томи и не лукавь.

Лана ненадолго задумалась. Все рассказывать ей не хотелось, пусть лучше думают что судьба ее матери была счастливей, чем в реальности. Лгать впрочем она тоже не собиралась, кто знает насколько острый глаз у Сова на ложь. Его Воля Охотника уже несколько раз ее порядком удивляла.

- Отец спас мать от тварей на поверхности тридцать с лишним лет назад, во время похода в эти земли. Она почти ничего не помнила из пережитого, даже имя свое вспомнить смогла только спустя несколько месяцев. К сожалению, мама умерла через полгода после моего шестилетия, вскоре после того как родила мою младшую сестру. - сейчас Лана искренне жалела что мать покинула ее так рано, она почти ничего не помнила о ее привычках, даже лицо и голос застлало туманом времени. Ей все таки удалось вырваться из этого мрачного подземелья, но какой ценой? О чем она сожалела? Сейчас не осталось никого кто мог бы дать ответы на эти вопросы. “Чертов папаша…” тоска в ее душе начала перерастать в ярость, которую вскоре смыли слова Рыси:

- Так значит сестра была счастлива и дала этому миру тебя и сестру. Не грусти девочка, она всегда хотела хотела жить вольно, спасибо что принесла нам вести эти. - женщина тихо заплакала прижавшись к плечу мужа. Сова ее успокаивающе погладил по голове и обратился к старику:

- Ну что Зуб? Ты здесь старшой, как решишь, так и будет. Но ты пораскинь мозгами так и эдак, прежде. Гости то наши боевитые, опытные, сам чуешь. А у нас на всю деревню полдюжины охотников включая меня, осталося. Коли тварюга та решит выбраться повыше, деревню оборонить не смогём.

- А ты чего так рьяно гостью то выгораживаешь? Не потому ли что с тварью поквитаться желаешь? Сам с ними пойдешь? А о семье-то подумал? - старик продолжал ворчать, но Лана чувствовала что в его душе помимо страха, появилась еще и смутная надежда.

- Старче, оставим пока гробницу, вы же о ней беспокоитесь? Решите верить нам, или нет, после того как мы с чудищем разберемся. Что вы можете о нем рассказать? - холодно произнес Айр, решив вступить в разговор. Ему не нравился этот крикливый старик и в отличии от Ланы, он не считал себя обязанным помогать всем и каждому, но с учетом того что сведения Ульмы оказались неверны, им нужен был проводник знающий расположение гробницы. Сотник уже прекрасно понимал что плутать по местным туннелям можно неделями, а с любовью Ланы влипать в неприятности, то и месяцами.

Зуб перевел взгляд на рыцаря, тот был ростом и статью похож на самого старика в молодости. Зеленые глаза смотрели спокойно и собрано, а за вежливой улыбкой невозможно было понять что происходит у парня в душе, но несмотря на это, воин вызывал куда больше доверия, чем его самоуверенная фиолетовоглазая спутница.

Сова тут же бросился рассказывать, делая пасы руками, но глаза у него были невеселые:

- Выползла тварина из бокового штрека, да такая что мы раньше не видали, с дом размером, когти что копья, зубищи в трех пастях с кинжал размером. Да это все не самое страшное, мы уже всякой хрени навидались. Но эту тварь наши клинки не брали! Мы с мужиками ее копьями забросали, но какой рана бы не была, глядь и сразу как свинья языком слизала, да еще и мерцает вся, как будто она не одна, а две, ну точно как твоя спутница. - Сова кивнул в сторону Ланы, отхлебнул из кружки чтобы перевести дух и продолжил - Четверых наших тогда потеряли, насилу удалось сбежать. Благо она дальше кузни нас преследовать не стала.

Ульма вся подобралась слушая охотника, а потом кивнув своим мыслям уверенно сказала

- Фарланг. Редкая тварь, думала в вашем цикле таких не осталось, я сама только одну такую видела. Астер держал, в качестве питомца. Ума у них не больше чем у собаки, но вот убить их действительно трудно.

- Это тоже какой-то демон? - спросила у подруги Лана.

- Не совсем, это магимат, созданный из сущностей мира универсалий, скрепленных вместе. Только голая верность и преданность приказам своего создателя. Даже демоном были нужны сторожевые псы.

- И сейчас такой “песик” оказался у нас на пути. Не похоже на совпадение, это Астер его послал?

- Не думаю. Лана, сейчас Астер просто осколок и не способен на создание подобных конструкций. Его предел это Свежеватели, тут же требуется понимание и мощь эмоций полноценного эндорим. Я бы поставила на то что это сторожевая собачка Спящего. Надо будет изучить это создание подробнее, мне всегда было интере… - разошедшуюся ведьму прервал вопрос Айра:

- Леди Кроу, мы с Ланой люди очень узкой специализации. Скажите лучше вот что, вы знаете как эту тварь замочить?

- Ну его восстановление это не регенерация, а скорее восстановление структурной целостности с оригинала, который я так подозреваю находится в слое кошмара. Проблема в том что оригинал так же способен “восстанавливаться” копируя отражение в реальности. - задумчиво ответила сотнику ведьма, наматывая на палец длинную алую прядь волос.

- А! Ну тогда все ясно! - радостно воскликнула Лана, привстав с лавки.

- Да? - почти синхронно сказали Айр и Сова, а потом переглянулись.

- Ну разумеется. Нам просто надо хорошенько нафаршировать ублюдка сталью и там, и там, да продолжать это делать пока он не сдохнет.

- Офигенный план. Не слишком ли ты все упрощаешь? Кто например проникнет в слой кошмара и как? Разумеется это опять будешь ты, да к тому же в одиночку? - нахмурившись произнес сотник. Он уже прекрасно понимал что Лана замыслила очередную самоубийственную авантюру.

- Планы, они как женщины, сложных лучше избегать... - мудро произнесла та сладко потягиваясь.

- Так, все я пошел. - ответил Айр вставая со скамейки. В ответ Лана засмеялась и обняла рыцаря со спины.

- А еще меня беспокоит как отреагирует сам Спящий на то что мы убьем его зверушку. Ты можешь поподробнее рассказать нам про вашу последнюю встречу? - попросила у подруги Ульма. Хозева дома и старик слушали их диалог молча, явно пытаясь вникнуть в происходящее.

- Он нес какую-то непонятную муру про цельность реальности, завершение циклов и эффект наблюдателя. А! Еще сказал что мне здесь нельзя долго находится, иначе случится что-то очень плохое. Короче сам виноват что его псина нас задерживает, так что надеюсь не сильно расстроится. - легкомысленно и без особой уверенности ответила сереброволосая, пытаясь припомнить недавнюю встречу.

Рыцарь нахмурился и инстинктивно потянулся за трубкой, но замер решив не закуривать в чужом доме - Дай угадаю, ты собираешься дождаться повторения того “сдвига”, который переместит всех нас на слой кошмара, и намеренно на нём задержишься, пока мы рубим её в реальном мире?

- В яблочко. Айр, пойми, это единственный…

- Достаточно. Одна мудрая ведьма мне однажды сказала, что если я не могу усмирить бурю в твоей голове, мне стоит её возглавить. Так что давай так и сделаем. За тем исключением что мы вызовем сдвиг сами, а Леди Кроу останется там с тобой, чтобы в критическом случае выдернуть в реальность. - крутивший в пальцах трубку Айр глянул на её хвост и добавил - Ну и надо признать, у тебя теперь в слою кошмара есть преимущество.

- Гости дорогие, может и нас посвятите в суть беседы чудной вашей? А то мы со стариком не бельми не поняли. - улыбаясь спросил у сосредоточенного сотника Сова.

- Думали как вашу напасть убивать будем и в этот раз даже пришли к гармоничному решению! - радостно улыбаясь ответила ему Лана, после чего Айр добавил:

- Сова, те амулеты что вы носите, защищают от сдвига? В каком радиусе?

- Ну метров пять обычно. Правда если их несколько, то шибче будет.

- Значит так и сделаем. Я свяжу фарланга боем, в то время как Лана и госпожа Кроу без защиты амулетов попадут под сдвиг и нападут на тварь там. Мне может потребоваться поддержка ваших охотников. - слушавшие Айра Сова и Зуб переглянулись, после чего старик покачал головой:

- А я то считал что ты, парень, в этой компании самый нормальный. Ты думал куда ты жинку свою отправляешь? Там же помимо твари, еще чудовища будут, да и нам их выкинет наружу.

Айр лишь усмехнулся недоумению старика:

- Чтобы сдержать тварей снаружи, мне и потребуется помощь ваших людей, пока я буду сражаться с химерой. А что до Ланы… Старче, она более опытный боец чем я, особенно в кошмаре. Да и к тому же удержать ее от этой авантюры уже не получится, вон глядите как глаза горят.

Среброволосую уже вновь взял лихой задор, ее щеки пылали, а сердце неистово билось в ожидании бешеной схватки. А еще она безумно желала вновь окунутся в пучину кошмара, наполниться им и утолить жажду ликующего сердца. Окинув взглядом хмурого старика, девушка иронично приподняла одну бровь и произнесла:

- Давайте прекращать уже сиськи мять, этого боя нам все равно обойти не выйдет. Вопрос лишь в том поддержите вы нас, или нет. Если нет, то мы пойдем втроем.

- Ну Зуб, если они хотя-бы вполовину так хороши как говорят, каюк нечисти поганой! - рассмеялся Сова, а потом посерьезнев добавил - Я точно иду с вами. Вы за нас радеете, да еще и ты детей моих спасла. Да и вообще… Родня. Хоть и странная. Негоже отсиживаться за спиной. А ты лысый что думаешь? Отпустишь с нами Бурого и Кремня? Им тоже за ребят поквитаться хочется.

Старый воин задумался. Он сам ощущал в себе почти забытую решимость и страсть, как будто странные гости вновь вернули ему былую молодецкую отвагу. Наконец он кивнул своим мыслям и прогрохотал:

- Отпущу. Да еще и сам с вами пойду, пригляжу чтобы не убились. Но это опосля праздника. Народ уже брагу выкатил, вас ждет. Сначала будем праздновать, а потом воевать!

- Обычно делают наоборот, но мне нравится ваш оптимизм! Сейчас только рыжую хитрюшку ухвачу, чтобы не улизнула и идем! - задорно засмеялась Лана заставив даже взволнованную Рысю улыбнутся.

На выходе Ульма очень тихо прошептала среброволосой на ухо:

- Лана не перегни палку. Если они умрут из за твоего влияния Ид, ты будешь жалеть.

- Их надо было расшевелить. А эта победа нам нужна чтобы зажечь их сердца и повести на Астера. Я же не буду за их спинами прятаться, мы в первых рядах пойдем. Но это их свобода и они должны за нее драться.

Деревенские подхватили их под руки сразу после выхода из дома, на главной площади уже были выставлены накрытые столы, немногочисленные дети с любопытством и толикой страха рассматривали гостей, Ульма жавшаяся к Лане отвечала им таким же взглядом. Потом Сова толкнул речь про светлое будущее и победу над старым врагом, брага полилась рекой, а сердца людей чуточку оттаяли от вечно сжимавших их отчаяния и страха. Лана купалась в этих волнах эмоций, они ее пьянили не меньше чем выпитая брага.

Постепенно даже Ульма расслабилась, от взрослых она все еще держалась подальше, а вот с малышами радостно ворковала рассказывая истории под счастливый детский смех. Айра мужики уговорили побороться на руках и сейчас под радостный гогот сильный как бык сотник с легкостью побеждал одного соперника за другим, пока не наткнулся на Зуба. Молодецки гикнув, лысый старик скинул рубаху, обнажая многочисленные шрамы пересекавшие все еще мощную, похожую на каменный монолит грудь и борцы напряглись покраснев, пока сам каменный стол на котором стояли их руки не треснул и развалился, чем вызвал еще большую вспышку веселья у окружающих.

Лана вместе с деревенскими девушками кружалась в танце вокруг большого костра, улыбалась им и смеялась. И чувствовала как в груди все сильнее прорастает чужеродный холод. Она пила их страх, как брагу. Их отчаяние и потаенная боль были для нее словно сладкий нектар. Сереброволосая говорила себе что хочет дать им надежду. Открыть дорогу к далекому солнцу. Но здесь, на границе кошмаров, танцуя в свете пламени, она впервые явственно до жути осознала, насколько глубока стала в ней тьма.

Праздник еще продолжался, когда заметив что Айр отошел покурить к стене одного из домов, Лана направилась к нему. Рыцарь никогда не смолил без причины и сейчас его зеленые глаза с тревогой разглядывали ее лицо. Прислонившись к плечу возлюбленного, она громко чихнула, а клубы дыма напомнили самый первый раз когда они были вместе. Сейчас эти дни накануне страшной осады казались Лане очень далекими. Рыцарь обнял ее могучей дланью за плечо и стало чуть менее страшно. Они молчали, держась в тени от веселящихся людей.

- Сова тебя испугался. Сказал что в кошмаре сейчас видит тебя более настоящей, чем здесь, в реальности. - выдохнув в сторону клубы сизого дыма, тихо произнес Айр.

- Сердце насытилось их страхом. Там в Равен оно дремало, но Кошмар пробудил его. Теперь я совсем как Астер…

- Не неси хуйню. В каждом из нас бушуют темные страсти. Прими свои и обрати их в силу. Выкуй добро из зла, если тебе больше не из чего его сделать.

- А если я… - начала Лана, но ее перебил голос сотника звеневший сталью:

- Не “если”. Сомнения ослабляют Волю. Никаких “если” нет и быть не может. Ты обуздаешь свое Сердце и в доказательство этого спасешь этих людей из тьмы. Точка.

- Кажется мы поменялись местами… - прошептала Лана, вспоминая первый штурм Равен и бледное от страха, (и выпитого накануне), лицо друга, три года назад, в другой жизни.

- И я этому рад. Я смог тебе подставить свое плечо, как ты всегда подставляла свое мне. А сейчас пойдем к людям. Скоро мы вступим в бой, но пока ешь, пей и веселись так как будто завтра не наступит. А потом ты сделаешь то что я сказал, потому что иначе и быть не может. - Рыцарь ласково потрепал ее волосы и обняв за плечо отвел назад в свет костра и к шуму праздника.

… Яростный, многоголосый рев разорвал тишину Штолен, едва только отряд из семи человек вошел под высокие своды пещеры. Среди многочисленных плавилен, груд шлака и гор угля, в центре обширной пещеры угадывалась крупная, четырехметровая тень. Тварь уже почуяла присутствие людей и плавно направлялась к ним. Фарланг напоминал хищную кошку, разве что с тем исключением что эта кыса была в холке высотой с дом, весом под две тонны и обладала тремя головами сидевшими на длинных, подвижных шеях.

Правая голова змеи низко шипела, истекая ядом с длинных кривых клыков в открытой пасти, в центре виднелся человеческий лик искаженный муками агонии, его глаза были плотно закрыты, а губы зашиты. Левая же голова и издала встретивший людей рёв, она была украшена пышной гривой и яростно сверкала светящимися в полумраке глазами цвета янтаря. Голова льва вновь издала бросающее в дрожь рычание и монстр бросился вперед.

Закованный в латы сотник ответил ему собственным ревом и побежал навстречу, отвлекая внимание от расходящегося по пещере отряда. Трое охотников во главе с Совой были вооружены метательными копьями и сейчас быстро неслись вправо от входа, прикрываемые высоким стариком сжимающим в руках длинную секиру из черной стали. Охотники хотели занять подходящие позиции во фланге чудовища, прежде чем рыцарь с ним столкнется.

Две девушки же, с волосами пламени и серебра, побежали влево. У них была своя задача. Еще накануне битвы, спустившись на восьмой ярус и отдалившись от деревни, Ульма восстановила щит Айру и заодно подтвердила свою догадку. В этих проклятых местах реальность от кошмара отделял лишь тонкий слой созданный эффектом Наблюдателя Спящего. Любые искажения на этой стороне расслаивали и истощали его, посылая расходящиеся волны искажения по всей сети пещер. Воля - это колебания малой амплитуды, направленные внутрь, усиливая самого заклинателя. Магия самой Ульмы была иной, она была направлена вовне, делая саму реальность мнимой величиной.

Тугие бурлящие потоки жгучего пламени обрушились сверху на готовящуюся к прыжку химеру, плоть твари на спине пузырилась и лопалась от обжигающего жара, взревев от боли монстр бросился вперед, в длинном прыжке уходя из под огня, а ужасные ожоги мгновенно исчезли. Но еще прежде чем тварь опустилась рядом с укрывшимся за щитом Айром, в нее вонзились ветвистые белые молнии, заставляя мышцы чудовища бесконтрольно сокращаться в мучительных судорогах. Химера пронеслась мимо сотника и с громким грохом впечаталась в высокую каменную плавильную печь, разнося ее по кирпичику. Стены пещеры качнулись и заколыхались, покрывшись тонкой паутинкой трещин сквозь которую проглядывали звезды, реальность дрогнула и зашлась в агонии, а ведьма желая действовать наверняка взмахнула руками и на голову поднимающемуся монстру обрушился жалобно и не мелодично скрипнувший, возникший из ниоткуда, рояль. Мир не выдержал этого удара, кошмар заклубился пожирая незащищенных амулетами Энима девушек и заключая их в себя.

Этот слой Кошмара окутывал холодный, низко стоящий над камнями пола туман. Сквозь него бродили смутные тени, слышались далекие удары молота, стон металла на наковальнях и низкий, пробирающий до костей гул. Но прежде чем до ушей Ланы донеслись эти звуки, она почувствовала боль. Нестерпимую, сводящую с ума, душераздирающую и мучительную. Крылья среброволосой качнулись за спиной, разгораясь фиолетовым пламенем, а она повернулась к отражению фарланга из реального мира.

Где-то рядом с ними, вспыхивали фантомными тенями сцены из настоящего, Айр сейчас пытался сдержать натиск взбешенной твари, но Лана не могла отвести взгляда от покачивающегося, изуродованного ужасными шрамами тела. Там стояла женщина, лет сорока, ее руки были заменены на на бросающие синие отсветы, изогнутые клинки, а тело выглядело так, как будто было выпотрошенно и сшито заново из лоскутов. Лишь лицо казалось почти нетронутым. Лицо, столь похожее на ее собственное. Ярко-синие глаза невидяще распахнулись и ее исказила судорога. Зашитый рот пытался распахнуться в мучительном крике.

- Это не фарланг… - донесся до Ланы тихий шепот Ульмы что уносили тени.

- Это Майне. Астер мне заплатит за это. - кивнула в ответ Лана и выставив перед собой клинок приготовилась к броску, но отраженье Фарланга успела быстрее. Синий отсвет кривого клинка оставлял во тьме алый отсвет ауры. Лана едва смогла его отразить, покачнувшись и уводя клинок в сторону. Противница двигалась неестерпимо быстро, следующий удар второго клинка врага Лана приняла на кисть своей левой руки, не успевая уклониться. Ее фиолетовая аура вспыхнула и бессильно рассыпалась, синее лезвие начисто срезав ей ладонь врубилась в плечо, рассекая мышцы.

Боль. Страх. Смерть. Все слилось воедино. Фиолетовым крылом откинув врага, Лана сразу же ударила колющим ударом хвоста той в грудь, пробивая фигуру насквозь. Заревел воздух, из пылающей домны неподалеку вырвалось призрачное пламя, загудевший щит ветра выставленный Ульмой увел его в сторону, а Лана едва успела выдернуть хвост из падающей фигуры, прежде чем его отрубили. Прыгнув вперед среброволосая нагнетая воздух ударила вперед крыльями и ветер поднятый ими, усилиенный фиолетовой воле резанул подобно клинкам, изломанная фигура противницы дрогнула, разваливаясь на куски и сразу же собираясь обратно воедино и незамедлительно ответила ударом. Меч загудел, а противниц отшвырнуло в разные стороны, после того как их клинки столкнулись.