— Ты… Ты уверена? Даже если ты решила стать женщиной, ты уверена, что хочешь это со мной?

— Глупый вопрос. Во-первых, уже поздно. А во-вторых… Конечно. Я люблю тебя. И теперь я твоя. Но прежде чем мы перейдём к самому важному, нам стоит пару дней потренироваться… А то я боюсь, что по швам порвусь.

— А перед этим выспаться. Я так устал, что рискую отключиться прямо на тебе.

— Вот как?! Значит, я тебя усыпляю?

— В хорошем смысле. Мне очень уютно, когда ты рядом.

Айр осторожно вышел пальцами из девушки, чтобы не причинять лишнюю боль. Найдя чистую тряпицу, он нежно вытер Лану от остатков смазки и крови.

— Сильно больно? — бережно и немного виновато спросил он.

— Да брось. Меня пыряли кинжалами, рубили мечами и рвали клыками. А с учётом того, как Ид повлиял на моё тело, я беспокоюсь, как бы она снова не заросла! — Лана, счастливо улыбаясь, смотрела в далёкое голубое небо. Когда Айр опустился на кровать и её обнял, она прижалась к нему всем телом, отдаваясь ощущению заботы и безопасности. В этот раз сон пришёл быстро, и его не омрачали никакие образы прошлого или будущего.

Глава 6

Проснулась Лана уже ближе к вечеру, заходящее солнце окрашивало скудную обстановку комнаты в ало-красные цвета. Осторожно пошевелившись, она повернулась к спящему рядом волюбленному. Он лежал на спине, раскинув руки, а его мощная грудь мерно вздымалась. Лицо же, свободное от тревог, разгладилось, и Лана поразилась, насколько мирно и счастливо он сейчас выглядит. Судя по всему, ему снилось что-то приятное, он шевелил губами, как будто что-то целовал. Или облизывал. Накатили воспоминания о сегодняшнем утре, и Лана покраснела. Ей самой не верилось, какой развратной и распущенной она была. Но её мыслям помешал негромкий, но очень настойчивый стук в двери. Бросив быстрый взгляд на Айра, Лана поднялась с кровати, на цыпочках приблизилась к двери и, не отворяя её, тихо сказала:

— Сотник Лотеринг вернулся с боевого задания и отдыхает. Если это не что-то срочное, я бы не хотела его будить.

— Леди Лотеринг. Это десятник Джайл Нихбен. Господин барон приказывает сотнику в вашем сопровождении срочно прибыть к главным воротам. Там что-то странное творится.

— Благодарю, Джайл. Мы с Айром будем в ближайшее время.

Ответив юноше, Лана тяжко вздохнула и пошла натягивать вещи. Сладко спящего Айра она начала будить уже полностью одетой.

— Айр, милый, просыпайся, — ласково произнесла девушка, сев на край кровати, и нежно толкнула любимого в плечо. Тот пробормотал что-то невнятое и, обняв её за талию, могучей рукой прижал к груди. Толкнув парня ещё пару раз в бок без видимой реакции, Лана, не пытаясь выбраться из объятий, откинула одеяло и с удовольствием уставилась на член сотника. У парня была эрекция, да ещё какая! Грустно вздохнув, Лана нахмурилась, ещё немного, и барону придётся крепко их дожидаться. Набрав в грудь воздуха, он гаркнула:

— А ну, рядовой, поднялся! Служба зовёт! — и в следующее мгновение она увидела чудо, как милый спящий юноша мгновенно превращается в готового к бою солдата. Разве что вскочивший обнажённым с кровати парень махал перед её лицом совсем не тем мечом, которым привык. Лана, видя это, прыснула и едва не покатилась со смеху, пока заполошный Айр пытался найти ещё утром потерянные портки. Бросив взгляд на хохочущую девушку, смущённый сотник, натягивая штаны, зло сказал:

— Лана, твою ж за ногу! Ты меня учебку заставила вспомнить! Нафига разбудила? — на что девушка извиняюще подняла руки

— Прости, прости, просто ты наотрез отказывался просыпаться. Там комендант у ворот нас ждёт. Обоих, прикинь. Мне официально дозволили из этой каморки выползти. Так что убирай меч в ножны, боец, время сражения ещё не пришло!

— Завязывай с тупыми шутками. Юморница, блин. А то сейчас по заднице получишь.

— Айр, не накаляй, а то вдруг мне понравится, и мы до барона доберёмся уже затемно?

— Я порой поражаюсь твоей способности любую смущающую ситуацию сделать ещё более смущающей всего одной фразой.

Уже через пять минут они бежали со всех ног к внешним воротам, рядом с которыми собралась группа солдат, вооружённых копьями. Позади них задумчиво расхаживал барон. Увидев пару, Гофард поприветствовал их кратким кивком и кивнул стоящему неподалёку Рейну, который звучно гаркнул команду солдатам разойтись в стороны. Бойцы исполнили приказ, и за их спинами обнаружилась причина тревоги.

К стене у запертых ворот жалась изломанная фигура, лишь отдалённо напоминающая человеческую. Она была одета в откровенные лохмотья, едва прикрывающие стыд, красная кожа была покрыта язвами и струпьями от множества застарелых ран, а венчала всё третья искривлённая конечность, растущая откуда-то из спины, сжимающая длинную палку, на которой вяло повисло белое рубище с подозрительными красными пятнами. Барон кивнул на мутанта и растерянно произнёс, обращаясь к Айру:

— Недавно прибыл к воротам, говорит что к твоей жене с каким-то посланием.

Айр не менее растерянно вздёрнул брови.

— Говорит? Свежеватель?

— Сам спроси. Мне интереснее, что у твоей супруги, сотник, за дела с этими тварями.

Айр бросил взгляд на Лану, но та не менее потерянно помотала головой. Подойдя ближе к окружённому кольцом копий мутанту, Лана поймала на себе испуганный взгляд создания, то дрожало, продолжая крепко сжимать палку.

— Кто тебя прислал и что нужно, тварь? — резко спросил Айр у чудовища, ему не нравилась вся эта ситуация, многие из солдат и так шептались, что Лана ведьма, а сейчас эти слухи лишь укрепятся.

— Красссная Госпожа! Я Логарр, посссланец! Госпожа велела передать для Ланна писссьмо, — речь мутанта была шипящей и гортанной, но он старательно выговаривал слова, отчего Лана с Айром удивлённо переглянулись. За все те долгие три года, что они были знакомы с этими монстрами, это был первый, разговаривающий на языке людей. Лана шагнула вперёд, к странному уродцу, она сейчас чувствовала скорее жалость, он явно до смерти был перепуган.

— Какая Красная Госпожа? У твоей госпожи есть имя? И что за письмо? Я Лана.

— Ульма. Ульма Кроу, целительница. Она изззгнала зло. Осссвободила мой разум. Есссли я помогу Ланну, то она обещала вылечить меня. Сделать вновь человеком. Вот, белая госпожа, вот писссьмо, возьмите! — мутант полез за пазуху и извлёк небольшой свиток, перевязанный красным локоном волос. Её алые кудри Лана не спутала бы ни с чем на свете. Без всяких сомнений она подошла к мутанту и взяла конверт из его трясущейся руки.

— Что она тебе ещё приказала?

— Предупредить, что идут объятые злом. Их ведёт Гаратт, сильный владыка. Выращенный злом. Преданный злу, непрощённый, он отвергнул дар Красной Госпожи. Он придёт сссюда. Он должен умереть, чтобы Госпожа жила.

— Ульма в опасности? Она попала в руки твоих сородичей?

— Нет, пока нет. Госсспожа сильна. Но Гаратт, вернувшисссь напоенный кровью, сссломит её домен. Убьёт.

Вернувшись под испуганными взглядами солдат к барону, Лана протянула тому письмо.

— Что всё это означает, леди Лотеринг? Откуда у вас друзья среди Свежевателей? И кто такая эта Красная Госпожа? У вас есть ответы на эти вопросы? — тихо, но твёрдо спросил у девушки Гофард, мрачно её разглядывая. Лана, решив не темнить, прямо ему ответила.

— Ульма Кроу — это ведьма Дикой Чащи. В течение многих лет она пыталась погасить там магическую аномалию, вызванную каким-то артефактом, Сердцем Леса, что сводил с ума и обращал людей в чудовищ чем-то похожим на Волю. Недавно она спасла мне жизнь, а я взамен помогла ей разобраться с артефактом. Затем она отправилась в Лангард, чтобы справиться с аномалией, из за которой возникают Свежеватели. После того как я помогу вам с их ордой, я тоже собираюсь туда.

Барон внимательно вглядывался в лицо девушки при каждом её слове, его жёлтые глаза казались глазами хищной птицы. Наконец он жёстко ей сказал:

— Слишком похоже на сказку, чтобы быть ложью. Вы мне расскажете. Всё, от начала и до конца. А ещё у меня нет привычки читать чужую корреспонденцию, но это письмо я прочту раньше вас. А сейчас идёмте в мой кабинет.

Развернувшись барон отправился к замку, когда Айр его окликнул и кивнул в сторону стоящего у стены мутанта

— Господин барон! А с ним что делать?

— Пока запереть в казематы, сотник, и приставить охрану. Что с ним делать дальше, я буду решать, когда окончательно разберусь с ситуацией. Исполнять.

Кивнув, Айр начал отдавать приказы солдатам. Но взгляды, обращённые ими вслед уходящей в замок Лане, были наполнены страхом и сомнениями.

Поднявшись в покои коменданта, барон развернул свиток и погрузился в чтение, пока Лана терпеливо дожидалась, присев в кресло напротив. Закончив читать, барон протянул письмо девушке.

— Прочтите. А после поговорим.

Кивнув та развернула свиток.

«Ланн!

При нашей последней встрече ты умирал у меня на руках. Я уже просила прощения и не знаю, способен ли ты сейчас меня простить, но это был единственный способ сохранить тебе жизнь. Ты уничтожил своё сердце там, в храме, и мне срочно была нужна замена. И единственной заменой было оно. Ты всё верно понимаешь, в твоей груди сейчас бьётся Сердце Чащи. Но его энергии непременно свели бы тебя с ума постоянным притоком искажённой Воли. Потому мне пришлось изменить артефакт, как и твоё тело, перенастроив его под Ид, более тонкий инструмент, который так же неизбежно искорёжит твоё сознание, но не столь необратимо. Постарайся обуздать и покорить его, иначе это принесёт тебе лишь страдания. Познай свои желания, найди то, ради чего стоит жить. Столь большое скопление Ид будет привлекать к тебе людей, мужчин и женщин, но также порождать раздор, ревность и ненависть среди них. То, что я сделала, — необратимо. Но я надеюсь на твоё прощение и то, что жизнь в теле женщины для тебя будет лучше, чем смерть. Я понимаю, что у тебя сейчас нет причин следовать тому обещанию, и не надеюсь когда-либо увидеть тебя снова. Я видела твои грёзы и нашла в тебе родственную душу. Я видела, как ты страдал, и это напомнило мне мою собственную судьбу. Если я не могу быть спасена, я хочу чтобы хотя бы ты смог найти своё счастье. Я знаю, что ты сейчас в форте Равен, хотя и не могу понять, почему. Возможно, ты не отказался от идеи найти меня. Возможно, я напортачила с артефактом, и ты сейчас сгораешь от жажды мщения. Но я хочу тебя предупредить, к вам движется могущественное колдовское порождение Проклятия Лангарда. Пожалуйста, будь осторожен и не потеряй свою жизнь. Ведь это величайшая ценность. Если же ты всё-таки каким-то чудом сможешь одолеть чудовище и решишь отправиться в Лангард, знай, даже я понятия не имею, к чему может привести резонанс между артефактом, что ты несёшь в своей груди, и тем, что скрывается в глубине проклятого города. Пожалуйста, если это будет в твоих силах, сохрани Логарру жизнь. Мне стоило больших сил очистить его разум, и я надеюсь вернуть ему человеческий облик. Если же ты решишь отправиться в Лангард, он может быть твоим проводником. Боец он никудышный, но хорошо знает те места. Я желаю тебе счастья и долгой жизни.

Ульма Кроу, Зеленоглазка».

Закончив читать, Лана раздражённо выдохнула. Почти позабытая злость сейчас кипела у неё в душе. Разглядывающий девушку барон сухо спросил:

— Вы как-то можете это объяснить, леди Лотеринг?

— Я понятия не имела! Я понятия не имела, что эта рыжая дура пожертвует артефактом, за которым охотилась два десятка лет, чтобы спасти мою жизнь!

— И это всё?

— Да нет, ничерта не всё. Я не знаю, что за проклятое порождение ползёт к нам в гости, но мы его убьём. А потом я пойду и спасу её. Зеленоглазка, блин. Добродушная одинокая дура. Да с чего мне тебя ненавидеть… Ты мне открыла целый новый мир, — злые слёзы хлынули из глаз девушки, когда она прижимала письмо к груди. Барон терпеливо ждал, попивая свой грибной настой, его глаза хищно сверкали. Дождавшись, когда девушка успокоится, Гофард отставил чашку в сторону и, склонившись над столом, тихо и веско произнёс:

— Что вы ещё можете сказать по поводу написанного в этом письме?

Лана, поняв, что Ульма обращалась к ней в мужском роде, всхлипнула и подняла глаза на барона

— Что вам непонятно? Спрашивайте я отвечу.

— Мне непонятно абсолютно всё. Я не смог разобрать в этом письме ни строчки. Бессмысленные символы, скачущие перед глазами. Я знаю, что вам есть, что скрывать, и, пожалуй, мог бы вас дожать наводящими вопросами. Но ваша реакция… Пожалуй, говорит лучше любых строк. Я вам верю. Верю в то, что вы наш союзник и не желаете нам зла. А остальное меня не касается. Сейчас, если позволите, я хотел бы пригласить сюда вашего мужа и задать вам двоим несколько вопросов.