— ...Вот как.

Валерий даже глазом не моргнул. Максим же продолжал как ни в чём не бывало:

— Похоже, этот упрямец наконец осознал, что проводить время со сверстниками, не такая уж плохая затея.

— А не потому ли, что он получил хорошую взбучку от единственной дочери маркиза Татарич? Девчонка вся в мать, та ещё штучка.

В голосе Валерия промелькнула тень личной и весьма мрачной обиды. Максим знал, что недавно одно из предприятий Валерия понесло серьезные убытки. То, что искру в этот пожар подбросила именно маркиза Татарич, было секретом полишинеля, но Максима это мало заботило.

— Ха-ха! Было и такое. Но, знаешь, ему, кажется, действительно понравилось общаться с кузиной.

При этих словах Валерий, который до сих пор лишь скептически выгибал бровь, впервые вздрогнул.

«Ох...» — Максим мысленно вздохнул.

Их старший брат, Николай, был наделён выдающейся, сокрушительной силой. В десять лет он приковал к себе всеобщее внимание, заключив контракт с Пафниром, королём духов огня. Младший, Юрий, хоть и связал себя с не самым могущественным духом, обладал столь редкими талантами, что мгновенно стал любимцем императора.

Каково же было второму и третьему сыновьям, застрявшим где-то посередине между этими двумя светилами?

«Уж лучше бы нас презирали».

Но на них просто никто не смотрел.

Максим смирился с этим. Конечно, было бы ложью сказать, что безразличие отца совсем его не задевало. Однако старший брат, обладавший огромной силой и купавшийся во внимании, но так и не заслуживший любви императора, рано ушел из жизни. А младший, баловень судьбы, бросил всё и покинул столицу.

Максим еще задолго до этих событий смутно осознавал: быть в центре внимания, не всегда благо. Вероятно, именно из-за такого склада характера он и заключил контракт с духом Рассудительности.

После этого ему стало еще проще держать дистанцию. Он отчетливо видел, что принадлежит ему, а что, нет.

Но Валерий был другим.

— ...Тебе бы тоже стоило устроить какой-нибудь обед, чтобы Илья нашёл себе друзей. Или собрать детей его возраста, пусть поиграют в кэрром.

Кэрром был простой игрой, где по столу, обтянутому мягким сукном, катали костяные шары с помощью киев, базовое умение для любого дворянина.

— Он слишком малодушен, кто захочет с ним водиться? Ему нужно сначала заняться своим внутренним миром, — холодно отрезал Валерий.

Максим похлопал брата по плечу.

— В детстве дети учатся, глядя на других. Он твой единственный сын, не будь к нему так строг.

— Для мягкости нужны хоть какие-то успехи. Уж лучше бы он был своенравным. Посмотри на Дмитрия.

— На Дмитрия? Он...

— Он такой бойкий, на него любо-дорого смотреть. А Илья только и делает, что скромничает...

Максим, собиравшийся отшутиться, замер.

«Что он сказал?»

Это он сейчас назвал Дмитрия неуправляемым и распущенным? Максим подавил гнев, скрыв его за улыбкой.

— Илья вылитый ты, такой же дотошный. У каждого свои достоинства, не стоит только ворчать.

— ...

На этот раз настала очередь Валерия потирать переносицу. «Дотошный» это ведь вежливое обозначение трусости, да ещё и намёк на их сходство.

Лишь после того, как между братьями было объявлено негласное перемирие, Валерий заговорил снова:

— Даже если Илья что-то и затеет, разве он сможет выступить достойным хозяином? Хоть он и мал, но должен знать свое место.

— Позови Дмитрия. Они кузены, он обязан помочь. О! И Анастасию тоже позови. Она очень добрая девочка. На чаепитии у маркизы Татарич она даже с Дмитрием играла.

Тело Валерия на мгновение напряглось, но он тут же заставил себя расслабиться.

— Она принцесса, которую отец оставил во дворце. Как я могу сметь звать её или прогонять?

— Маркиза Татарич смогла позвать, а ты нет? Мы ведь семья. Она нам родная кровь.

— Разве одной лишь крови достаточно, чтобы считаться роднёй? — в словах Валерия прозвучала неприкрытая горечь.

Максим расхохотался и хлопнул брата по спине.

— Ну конечно, раз кровь одна, значит, родня. Не на нитки же нас связывать? Вечно ты говоришь какие-то странности.

Не обращая внимания на Валерия, который сверлил его взглядом, растирая плечо, Максим позвал его дворецкого и самовольно назначил дату чаепития Ильи.

Дворецкий с тонким шрамом под глазом опасливо покосился на хозяина, но в итоге кивнул. Валерий с крайне раздраженным видом махнул рукой в знак согласия.

— Н-но... а вдруг никто не придёт?

Дмитрий посмотрел на Илью с выражением «так бы и дал подзатыльник». От этого взгляда Илья испуганно вздрогнул.

— Эй! Ты императорский внук. Кто посмеет отклонить твоё приглашение?

— И всё же...

Робкий и слабовольный Илья всегда держался особняком среди сверстников-императорских внуков.

Император направлял всё своё внимание исключительно на Алексея, старшего внука, и совершенно не интересовался остальными. Илья же, который начинал извиняться, едва встретившись с кем-то взглядом, был идеальной мишенью для выплеска чужого раздражения. Дмитрий тоже частенько обходился с ним грубо, хоть и не со зла.

«Это всё потому, что дядя ведёт себя странно».

Казалось бы, если твоего сына обижают, стоит вмешаться или защитить его, но Валерий никогда этого не делал. Пока Дмитрий предавался раздумьям, Илья пролепетал:

— У меня ведь и друзей нет... Меня никогда не звали на чужие чаепития. Хотя вот тебя недавно приглашали к маркизе Татарич...

— Да это всё отец...

Дмитрий прикусил язык, сдерживая ответ. Максим буквально запихнул его туда без всякого приглашения, решив, что раз дочь маркизы любит активные игры, это будет лучше, чем собрания других дворян.

— Дядя Максим?.. — Илья недоуменно склонил голову.

Дмитрий поспешно замахал руками. Гордость не позволяла ему признаться в таком.

— Н-ничего. В общем, это неважно. Анастасию... её тоже позови.

— Н-но она ведь осталась жить во дворце.

При этих словах Дмитрий негромко цыкнул, следя, чтобы Максим и Валерий их не услышали:

— Да какая разница! Мы все кузены.

— А вдруг мы её позовём, а Его Величество рассердится?..

— Да она...

Дмитрий хотел было возразить, но внезапно приуныл.

— Ага. Скажу, что Дмитрий так сильно переживает о том, чем я занимаюсь. Дедушка... ах, точно, ты ведь называешь его Его Величеством.

Анастасия называла императора дедушкой. Это было обращение, на которое не имел права ни один другой внук.

— Она что-нибудь придумает.

— Анастасия?..

— Да. Так что не забивай голову ерундой. Даже если никто не придёт, нас уже трое: ты, я и она.

— Ты тоже придёшь?

Дмитрий, услышав это, сначала резко оттолкнул Илью, а затем, ворча, помог ему подняться. Ошеломлённый Илья уставился на Дмитрия, но тот сделал вид, что ничего не произошло.

— Ах, Ваше Высочество! Какая прелесть.

Глаза Рис сияли, как звёзды. Ася и сама была в восторге.

— Чаепитие у маркизы было совсем недавно, а она уже прислала целых три наряда.

Перед ними стояли три плоские коробки, сложенные стопкой. Это был подарок от маркизы Татарич в благодарность за клубничный тарт.

Первым было темно-синее пальто-кейп в белую вертикальную полоску, расшитое по краям золотой нитью, с изящным красным атласным бантом на воротнике.

Два других наряда были летними платьями: одно нежно-голубое, из множества слоев прозрачного шифона, другое кремового цвета, с пышными рукавами-фонариками, создающее очень нежный образ. Все три вещи были удобными для движений, но при этом выглядели изысканно.

Примерив кремовое платье, Ася, кажется, поняла, в чем дело. Очевидно, маркиза очень хотела нарядить так Наталью, но не решалась даже попробовать.

— Маркиза, должно быть, очень хорошая мама.

— Простите? — Рис, завязывавшая бант на спине Аси, удивленно подняла голову.

— Ничего. Это платье я надену к Илье, хорошо?

— Конечно. Оно очень нарядное и красивое. Нужно только подобрать туфли в тон.

— Ой, нет. Туфли возьмём те, что есть...

— Тебе нужны новые туфли, Ася?

Ася резко обернулась. Рис поспешно поклонилась и отступила. В комнату с мягкой улыбкой вошел Алексей, судя по форме, только что закончивший дела.

— Алёша!

— Какое необычное платье. Раньше я его не видел.

— Подарок маркизы Татарич. Я принесла клубничный тарт на её чаепитие, и она прислала его в ответ. Мне идёт?

— Хм. — Алексей сел на диван напротив зеркала и слегка ослабил галстук. — Кажется, я не могу позволить маркизе превзойти меня.

— Что?

— Я-то думал, что только я могу дарить тебе платья, которые идут тебе больше всего. Ты в нём просто красавица.

— Хе-хе. Илья позвал меня поиграть в кэрром, вот я и решила его надеть.

Ася подумала о том, какой огромный путь она проделала. Раньше она и в мыслях не могла допустить, чтобы добровольно отправиться в поместье Валерия. Она бы переживала, что это вызовет недопонимание у Алексея или Карно.

Алексей же, услышав, что Ася приняла приглашение Ильи, пристально посмотрел на неё, словно о чём-то раздумывая, и лишь произнёс: «Тебе нужна надёжная охрана».

— Значит, разговор зашёл о туфлях. Раз маркиза подарила такое чудесное платье, туфли подарю я.

— Да правда, не стоит...

Пока Ася беззлобно ворчала на Алексея, лампа возле ростового зеркала внезапно вспыхнула ярким пламенем.

<Глупая Ася! Мой контрактор хочет сделать подарок, радуйся активнее!>

<Ах ты, безмозглая ящерица! Не смей указывать моему ребёнку!>

В ту же секунду жёлтая птичка, до этого мирно сидевшая на столике, агрессивно взлетела. Ася и Алексей замолчали и уставились на них, но духи продолжали свою перепалку.

<Н-но Алексей нашёл время в своём плотном графике, чтобы зайти к ней!>

<Потому что смотреть на нашего ребёнка для него лучший отдых!>

<Быть такого не может!>

<Ах ты, паршивец! Совсем страх потерял? Ты просто недоучка, который даже со своим контрактором поговорить нормально не может!>