Гора Летящих Облаков…

Дворец Высшего Дао…

У горных ворот медленно показались две фигуры. Это были двое мужчин в лохмотьях, которые, спотыкаясь и поддерживая друг друга, едва переставляли ноги.

— Стоять! — грозно выкрикнул стражник. — Это территория Дворца Высшего Дао. Всякому сброду немедленно убираться!

Один из пришедших подошел ближе и прохрипел:

— Посмотри внимательно, ты хоть знаешь, кто я?

— Э? — Стражник прищурился.

Лицо незнакомца было покрыто грязью, от тела исходило жуткое зловоние. Физиономия была превращена в кровавое месиво, во рту не осталось ни одного зуба. Вид был неописуемо жалкий.

— Откуда взялся этот бродяга? Проваливай! — Стражник зажал нос.

— Бродяга?! — Человек затрясся от ярости. Он выудил из-за пазухи жетон. — Раскрой свои собачьи глаза! Я глава учеников Дворца Высшего Дао — Фэн Ваньцзян!

На мгновение повисла тишина, а затем…

— Ха-ха-ха! — Стражники разразились хохотом до слез. — Ты бы хоть в лужу посмотрел, прежде чем врать! Как ты смеешь притворяться мастером Фэном? Ты нас за идиотов держишь?

— Подделка жетона и выдача себя за ученика секты... Похоже, ты жить устал!

— Не тратьте на него слова, взять его! — Стражники размяли кулаки, готовясь проучить наглеца.

В этот момент мимо проходил дьякон. Он нахмурился: — Что здесь за шум? Что за беспорядок?

Стражник схватил Фэн Ваньцзяна за шиворот: — Дьякон Сунь, этот вонючий нищий выдает себя за главу Фэна. Мы как раз собирались его проучить!

— Выдает себя за главу? — Дьякон Сунь подошел ближе. Лицо пришельца было настолько распухшим, что узнать его было невозможно. Но когда тот приложил жетон к ладони и пустил в него каплю энергии, печать засияла знакомым светом.

— Глава Фэн?! — вскрикнул дьякон.

Стражники замерли в шоке. Этот бомж — действительно Фэн Ваньцзян?

Дьякон Сунь перевел взгляд на второго старика в лохмотьях. Его ноги подкосились от ужаса, и он чуть не рухнул.

— Боевой... Боевой Старейшина?!

Как старейшина на пике стадии Небесной Скорби и лучший ученик секты могли превратиться в ТАКОЕ? Дьякон Сунь сглотнул: — Что с вами произошло?

Фэн Ваньцзян и У Чэнкун обменялись взглядами, в которых читалось безмерное унижение. Их жестоко избили в клане Сяо, рассеяли их духовную энергию, а затем Ли Уцян отправил их в полет на сотни миль, после чего они приземлились в выгребную яму в какой-то деревушке. О том «аромате» лучше было не вспоминать. В итоге У Чэнкун с трудом восстановил крохи сил и на себе притащил Фэна к горе.

У Чэнкун даже не взглянул на дрожащих стражников.

— Немедленно веди нас в Бессмертный Дворец. Я должен видеть Мастера Секты!

Его сердце пылало жаждой мести. «Ли Жань, клан Сяо, Ли Уцян... Я заставлю вас заплатить сполна!»

Дворец Высшего Дао…

Чэнь Юньдао хмуро смотрел на двоих оборванцев. По его щелчку легкий ветерок вымел вонь из зала.

— Что случилось? — недоуменно спросил он.

Оба рухнули на колени.

— Мастер, молим о справедливости!

— Старейшина У, как вы дошли до такого состояния?

Сила У Чэнкуна была такова, что в мире почти не было соперников ниже уровня Императора. Однако сейчас его внутренние органы были смещены, а меридианы в хаосе.

— Это всё старый вор Ли Уцян! — дрожащим голосом начал старейшина. — Я из добрых побуждений хотел вернуть Сяо Цингэ в секту, но Святой Сын Ли Жань напал на главу Фэна! Я пытался остановить его, но меня едва не убил Ли Уцян!

Он рыдал так искренне, будто был самой невинной жертвой в мире.

Брови Чэнь Юньдао сошлись на переносице: — База Дао Ли Уцяна была повреждена давным-давно. Не думал, что он всё еще жив.

— Они ни во что не ставят нашу секту! Неважно, что избили меня, но честь Дворца Высшего Дао растоптана! — подливал масла в огонь У Чэнкун.

Фэн Ваньцзян поддакнул: — Верно! Ли Жань смеялся над нашей сектой, называл нас никчемными! Он нагл до предела!

Чэнь Юньдао оставался бесстрастным.

— И чего же вы от меня хотите?

У Чэнкун твердо произнес: — Ли Жаня защищает Храм Юло, с ними нужно действовать осторожно. Но клан Сяо и семью Ли прощать нельзя! Нужно уничтожить их семьи, чтобы мир знал: Дворец Высшего Дао нельзя безнаказанно задирать! Ли Уцян хоть и Император, но вам не чета. Вам стоит лишь сделать шаг, и он…

БАХ!

Взмахом рукава Чэнь Юньдао отправил У Чэнкуна в полет через весь зал. Тот врезался в стену, выплюнув фонтан крови. Лицо Мастера Секты было мрачнее тучи.

— Ты смеешь указывать МНЕ, что делать?

Фэн Ваньцзян застыл в оцепенении. У Чэнкун лежал на полу, давясь кровью. Его избили враги, а теперь избил собственный господин? За что?!

Чэнь Юньдао холодно произнес:

— Вы хоть знаете, что Ли Жань только что объявлен героем человечества и получил титул «Подавляющий Мир Небесный Дьявол»?

— Знаю, — прохрипел У Чэнкун, — но это лишь пустое имя…

— Тогда знаете ли вы, что Император Шэн Е не хотел давать ему этот титул, и за Ли Жаня вступилась лично И Цинлань?

— Что?! — Оба вскрикнули от шока. — Как это возможно? Она же его враг!

Фэн Ваньцзян не верил ушам: — Обитель Тяньшу — оплот Праведного пути. Зачем им защищать Дьявола?

Чэнь Юньдао пронзил его взглядом: — Ты думаешь, Дьявол, спасший сотни тысяч жизней, всё еще считается просто «Дьяволом»? Я не знаю почему, но за Ли Жанем теперь стоят ТРИ эксперта уровня Императора! С одной Лэн Уянь справиться — головная боль, а теперь еще и И Цинлань! Вы просите справедливости для себя? А кто даст справедливость МНЕ за то, что вы опозорили секту, сбежав от звериного прилива?

Чэнь Юньдао был готов стереть их в порошок. Его ученики сбежали как трусы, а потом пошли провоцировать героя, которого теперь воспевает весь мир? И они хотят, чтобы он пошел войной на семью Ли?

— Проваливайте!

Мощный порыв ветра вышвырнул их из дворца. В ту же секунду голос Чэнь Юньдао разнесся над горой Летящих Облаков:

— У Чэнкун за нарушение устава секты приговаривается к медитации на Утесе Бездорожья на пятьдесят лет без права выхода! Фэн Ваньцзян лишается титула главы учеников. Если в течение года он не достигнет стадии Зарождающейся Души — будет изгнан с Первого Пика!

Для двоих это было подобно удару молнии. Они снова сплюнули кровь, теперь уже от сердечной обиды.

Чэнь Юньдао сидел на троне, сжимая подлокотники:

— Почему у Лэн Уянь такой ученик, а у меня — это никчемное отребье? Почему у мерзавца Ли Уцяна такой талантливый потомок? Ненавижу... Как же я это ненавижу!