1. Мальчик, который увидел закат.

Кто та девушка?

- Может быть, если я отпинаю тебя, ты, наконец-то, осознаешь свою никчёмную жизнь?

Ай. Та девушка, вот как она представилась и спросила меня о каком-то имени.

- Ну же, покажи нам, как тебе больно, хотя бы изредка. Ты такой скучный парень, во всех смыслах.

Даже так, у меня нет никакого имени.

Думаю, тут ничего не поможет, конце концов, он же имико.

Да, я имико, который используется только для пинания и избиения. У меня нет никакого имени.

- Ага походу...

На меня обрушился кулак жителя деревни.

- Он не человек, но просто вещь.

По моему виску сильно ударили.

Моё тело отбросило на пол.

Пол сияет заходящим солнечным светом.

Да, скоро наступит вечер.

Я почему-то взглянул на вентиляционное отверстие, где видел ту девушку.

При таком раскладе она, вероятно, больше не придёт.

Потому что её убьют, если она приблизиться к этой комнате. Если она приблизиться ко мне, её убьют.

Многие люди были убиты из-за такого.

Поэтому, быть убитым должно быть...

"Я очень испугалась... ".

Чего-то, испугалась.

Как говорила "мама", это пугало.

Так что та девушка больше не придёт.

Мы свиделись только один раз.

Та встреча, на которой я думал, что мы похожи, будет...

Шелест

А?

Трава за вентиляционным отверстием заколыхалась.

Я увидел серебристость через щель в высохшей траве.

Серебристый.

Цвет волос той девушки.

... Это Ай.

- На что ты смотришь?

- Даже не думай убегать!

- Кроме того, все вокруг тебя ненавидят.

- Кому-то вроде тебя некуда податься, кроме нашего заключения!

Сильные пинки.

Справа налево, сверху до середины. Сельские жители начали пинать меня с разных сторон.

И получилось так, что они увидели, как я смотрю и та девушка тоже скоро это прознает.

Я доставляю сильные неприятности деревне, не произойдёт ни одной хорошей вещи от того, что ты ко мне подойдёшь.

Она же по воле случая оказалась здесь на днях, она не должна была приходить снова.

Я наполовину открыл глаза и посмотрел на железные прутья.

У травы я больше не видел серебристости.

Я видел только сухую траву и жёлтое солнце.

- Глазей наружу сколько, хочешь, в мире не ни одного человека, который пришёл бы спасти тебя.

Удар.

По моему лицу пнули ногой.

Я кусал ногти сильно.

- Почему он до сих пор жив? Он ходячая неприятность.

- Ха-ха, сегодня чертовси жарко.

- Потому-то нам и дали выходной. А по итогу мы потратили куда больше приятного времени чем ожидалось.

- Мы играли с ним весь день, пойдёмте уже.

Сельские жители начали расходиться.

- Вот и наступил вечер. Красное небо.

Я слышал, как кто-то подметил это.

Ну да, уже наступил вечер, да?

И небо красное, да?

Смотреть не имело смысла, но хоть я так и думал, я посмотрел.

На вентиляционное отверстие.

На траву.

Под красным небом.

Та девушка.

- Ты цел?

Она здесь, снова.

Она заговорила со мной, снова.

Мы встретились.

Снова.

2. Мальчик и девочка.

Почему она снова пришла?

В области моей груди было горячо. Как ни странно, я не мог это вынести.

Может, она угадала мой вопрос, или, может, по какой-то другой причине, эта девушка... Ай посмотрела вниз.

- Прости меня. Правда в том, что я приходила в дневное время. Я подумала, что будет лучше, если я пойду куда-нибудь ещё, так ко мне не пришлось страдать от побоев отца...

Отца.

Так это был он.

Мужчина, который вчера бил эту девушку.

Честно говоря, я думал, что он походил на кого-то, вроде "мамы", но "отец" Ай отличался от "мамы", которая пришла за ребёнком, который искал пропавшего кота, он не "переживал" за Ай.

"Отец"Ай казался похожим на жителей деревни.

- Ты такой же, как я, не правда ли, вот о чём я подумала. Я подумала, что ты, должно быть, одинокий человек, как я. Поэтому, я пошла к тебе, но…

Ай споткнулась на своих словах.

Её нормальное выражение лица исказилось.

- … Прости, тебе приходится куда тяжелее, чем мне…

Ай прикусила губу.

Тяжелее?

Что это такое?

- Я слышала, что говорят жители из деревни. С тех пор, как ты были маленькими, ты всегда был заперт в этой комнате. Я слышала, что ужасные жители деревни используют тебя, чтобы излить свой гнев. Я никогда и подумать не могла, что что-то настолько ужасное может…

Кап.

Слёзы падали из её крупных глаз.

- П-прости меня, я не должна плакать. Даже при том, что это так тяжело для тебя…

Что ты пытаешься сказать?

Это не так уж тяжело для меня.

Я не думаю, что всё так ужасно.

То, что я понимаю, так это то, что…

Ай плачет.

Я подумал, что я хочу остановить эти слёзы.

Я не понимаю или не знаю, в чём смысл этих слёз.

Но даже так, я не хочу видеть слёзы Ай. Почему?

Без понятия, но как бы то ни было, я искал хоть что-нибудь, чтобы вытереть их.

У меня не так много вещей, поэтому в итоге я порвал свою одежду.

Старая одежда порвалась куда легче, чем я представлял.

- Что? Зачем ты так неожиданно рвёшь свою одежду?

Я протянул её.

Из зазора в железных прутьях к лицу Ай.

Ай распахнула свои крупные глаза ещё больше.

- … Для… меня……?

Да.

Для слёз, чтобы ты могла вытереть лицо.

Я правда не понимаю почему, но, когда я увидел эти слёзы, они мне не понравились.

Поэтому я держал её и дальше.

Ай несколько раз поглядывала вперёд-назад, между моим лицом и тканью, которую я протянул.

С таким лицом, которое выглядело так, будто она не могла в это поверить.

… А может она просто не хотела брать её, потому что она грязная.

Если подумать, то деревенские мужчины проклинают меня за то, что я грязный.

В таком случае, может быть, эта девушка считает, что…

- Ах…

Из крупных глаз Ай выпали слёзы.

Может она ненавидела меня. Может ей было грустно.

- …….

Ай глубоко вдыхала.

Снова и снова.

И скоро.

- Прости…, прости…

Ай попросила прощения.

Но я не понимаю, почему она просит прощения.

- Даже когда это так тяжело для тебя, даже когда это должно быть невыносимо больно для тебя. Несмотря на это….

Её голос дрожал. Ей что, холодно?

Почему… она бормотала?

- Почему кто-то такой, как ты, так добр ко мне…?!

О чём ты?

Я просто хочу, чтобы ты вытерла слёзы.

Ай взяла ткань, которую я ей протянул. Она поднесла её к слезам, которые проливались.

Сильно, сильно, сильно.

Как будто она цеплялась за неё, сильно.

- До сих пор все… игнорировали меня, если бы я заплакала или что-то в таком духе. Несмотря на то, что с тобой обращались гораздо хуже, чем со мной, почему ты так добр ко мне…?

Добр?

Она и раньше это говорила, но что это значит?

- …!

Посмотрев на меня Ай ахнула, когда я показал растерянное лицо.

- Разве ты не знаешь… что это значит? Ты жил, никогда не слышав этого слова…?

Ай говорила тихим голосом.

Не понимая, отчего удивилась Ай, я просто посмотрел на Ай не имея ни малейшего представления.

- Ты жил с такой ничтожной добротой в своей жизни, что даже не знаешь этого слова, но несмотря на это ты…

И снова Ай сжала ткань.

Разве она не порвётся, если ты так будешь делать?

Что ещё более важно, ей надо вытереть слёзы.

Ай надо.

Их было всего ничего, но ей надо остановить свои слёзы.

- ...!

Ай пролила большие слёзы.

Она сделала противоположное тому, что я думал.

- … Слушай.

Но пока она плакала, Ай улыбнулась.

Что?

Разве это не больно? Разве тебе не грустно? Разве это не тяжело?

Разве слёзы не появляются, когда ты чувствуешь боль?

- У меня есть просьба, — сказала Ай.

Её глаза, наполненные слезами, тихо смягчились.

- Ты хочешь быть моим другом?

Другом? А что это?

Должно быть она заметила моё озадаченное лицо, так что Ай не торопясь объяснила.

- Я могу приходить сюда в это время каждый день? Я могу с тобой поговорить? Я могу…

Ай смотрела на меня.

- Я могу побыть рядом с тобой?

Рядом?

Я действительно не понимаю. Что она под этим подразумевает?

И что мне делать?

Хотя я не понимаю, я кивнул.

- Правда? Ты не против?

На лицо Ай вломилась улыбка.

- Ты мой первый друг. Куда бы я ни пошла, люди держатся от меня подальше из-за этих синяков, они ненавидят меня, потому что я — ребёнок моего отца… Так что я действительно счастлива. Спасибо.

Почему ты счастлива? Я правда не понимаю.

Но ненавистное чувство, которое я испытывал, когда я видел её слезы, превратилось в приятное чувство, когда я увидел улыбку этой девушки.

- Что бы мне сделать в обмен на благодарность? Скажи, ты что-нибудь хочешь от меня? Что-нибудь, что ты не можешь сделать, но я могу сделать снаружи…

Ай о чём-то думала. В то время как она говорила о чём-то, я оставался в непонимании.

- Точно! Есть же вещи, которые я могу тебе рассказать. Мой отец — бродячий актёр, поэтому я побывала во многих разных местах, я могу не только научить тебя словам, но и внешнему миру. Как тебе это?

Ай говорила со сверкающими глазами, я неуверенно кивнул.

Внешний мир, я без понятия, что это значит.

- Я рада, — Ай выразила улыбку. — Ладно, тогда я буду приходить сюда каждый вечер где-то в это время и рассказывать тебе много разных вещей. Это секрет между нами, обещание между мной и тобой, хорошо?

Ай выглядела счастливой. Ай выглядела спокойной.

Я правда не понял, о чём думала эта девушка.

Почему она пришла ко мне, "имико"?

Но.

Я подумал, что мы были одинаковыми. Я подумал, что она и я — одного поля ягоды.

Так что даже если я не понимаю, всё нормально.

Если она сказала, что собирается прийти, пусть будет так.

- Я жду этого с нетерпением.

Ай выглядела счастливой. Ай выглядела спокойной.

Хотя мне не разрешено ничего делать, ничего желать, ничего чувствовать, но всё-таки.

Но всё-таки, только с приходом Ай я почувствовал, как холод смягчился.

3. Двое между железными прутьями.

Я с нетерпением ждал вечера.

- … В последнее время ты и вправду бесишь…

Гах!

- Раньше у него была лишь рожа кирпичом, может он просто начал копировать лица, которые мы делаем, когда мутузим его?

- М-да, в последнее время я иногда вижу, что он улыбается, как будто всё нипочём.

Пинок. Удар. Топтание.

Время, когда меня наказывают, всегда одно и то же.

Моя повторяющаяся жизнь всегда одна и та же.

Но.

Когда заканчивается наказание и наступает вечер.

Когда красный цвет окрашивает комнату.

Когда это происходит, приходит та девушка.

Приходит Ай.

Я с нетерпением ждал вечера.

Красно-краповый закат окрасил траву.

Красно-краповый, Ай рассказала мне как называется этот цвет.

Шелест, шелест, шелест, шелест.

Трава затряслась, Ай подошла.

- … Извини, я припозднилась.

Она не припозднилась, но Ай всегда так говорит.

Я покачал головой, Ай вздохнула, словно она почувствовала невероятное облегчение.

В первый раз, когда я показал любопытное лицо при вздохе Ай, она заметила свои действия и объяснила.

Когда она опаздывала, "отец" Ай говорил: "Ты опоздала!", — и бил Ай, поэтому она чувствовала облегчение, потому что её не били.

Облегчение.

Я правда не понимал, что это значит, но теперь я немного понимаю это.

Для Ай — это когда она не рядом с "отцом", а когда она рядом со мной.

А для меня — это когда приходит Ай.

Должно быть вот что такое облегчение. Ощущение, что ты не беспокоишься.

Ай села перед железными прутьями: "Вчера я сказала, что расскажу тебе о вещах из внешнего мира", — сказала она.

Кровь текла из колена Ай, должно быть, это травма, которую она получила от удара "отца".

Поскольку у меня было много подобных травм, я понял.

Подобным же образом, Ай, должно быть, поняла, что синяки на моём лице, моё опухшее веко, и мои пальцы, согнутые в странных направлениях, появились от мучений.

Она не говорила. Но я думаю, что мы взаимно знали об этом в наших сердцах.

Как будто мы показывали друг другу наши раны, как будто мы переживали раны друг друга, наши жизни встретились вместе.

Они встретились, а потом я стал слушать, что говорит Ай.

- Ты же знаешь, что это деревня, так? За пределами деревни есть пустошь, а вокруг неё разбросано несколько похожих деревень.

Всё, что я знаю, так это эту комната и траву за железными прутьями.

Эхо "деревни" и эхо "деревенского старосты". Я хоть и знаю слово "деревенский житель", я не знал, как правильно сказать про "место, где эти люди собираются и живут". Я не мог в полной мере этого понять.

- Снаружи есть множество разных людей и множество разных деревень. И эта деревня намного меньше их.

Бесконечно простирающаяся пустошь, а не замкнутый мир.

Деревенские жители и люди, которые отдалены расстоянием, наказывают не только меня, но и множество других разных люди, таких как Ай.

Значение слов и необъятность мира, "общества", создаваемые сходящимися вместе людьми, чувства разных людей.

Те вещи, которыми Ай учила меня, начали связываться со словами и знаниями, которые накапливались в этой комнате внутри меня до сегодняшних дней.

Я не должен чувствовать. Я не должен думать. Но уже совсем скоро время, когда я думал об этих вещах, перестало существовать.

Ай продолжила.

- А в центре всех деревень есть место, называемое "город", и это не просто большое скопление деревень. Ты слышал о таком? … … А, нет, ты не слышал, ясно.

Город.

В центре многих деревень. Я не мог себе это представить.

- Он не такой, как деревня, это поистине большое, красивое и удобное место… Говоря об нём, я никогда там не была.

Хотя она посещала самые разные места вместе со своим отцом, "отец" означает родитель мужского пола, она рассказала меня про своего отца. Впрочем, сначала на то, чтобы понять, что такое родители, мне потребовалось некоторое время, даже Ай там не была. Такого я не ожидал.

- Отец в той или иной мере пользуется статусом бродячего актёра. Что странно, — так это люди из такой захолустной деревни. Они никогда не были в месте, похожем на город.... Люди в этой деревне постепенно начинают подозревать моего отца в том, что он не актёр, но нас и так уже предостаточно раз вышвыривали…

Кто ж называет себя бродячим актёром, когда не может выступать?

Похоже, она не заметила моё подвергнутое сомнение. Ай говорила так, словно разговаривала сама с собой.

- К слову о бродячих актёрах, жители деревни бесплатно угощали нас едой и алкоголем. Потому что гости — дело необычное. Отец пользуется благими намерениями этих жителей деревни, говоря, что пока не может выступить, из-за того, что сегодня он неважно себя чувствует и откладывает это на потом пользуясь едой, выпивкой и игрой, так что они становятся подозрительными и выгоняют нас, а потом это случается снова и снова. Вот почему я тоже страдаю независимо от того, в какую деревню мы отправляемся…

Хотя я действительно не понимаю, мне понятно, что отец Ай кажется кем-то, кто ей не нравится.

- Мой отец виноват, что у меня нет ни одного принадлежащего мне места. И всё же я не принадлежу моему отцу.... у меня нет ни одного союзника…

Ай за что-то крепко вцепилась.

Это была ткань, которую я дал ей раньше.

Аи положила ткань в мешок, сделанный из своей собственной одежды, которую она носила.

Хотя я не понимаю, зачем она это делала, но по словам Ай, держа это, она чувствует облегчение. Когда она собирается заплакать.

Я не хочу, чтобы Ай плакала, но я интересовался, плачет ли Ай.

Ай сжала одежду и перевела дух маленькими вздохами, её улыбка вернулась.

- Позволь мне продолжить. Так, в городе есть здания выше деревьев, есть автомобили, которые ездят быстрее, чем конные экипажи, а если ты хочешь поговорить с кем-то, кто далеко, у них есть машины, через которые ты можешь моментально связаться с ними, у них есть ещё много других вещей, кажется, у них есть много всего, чего нет в деревнях. Это поразительно.

Если уж Ай говорит, что это поразительно, то это должно быть поразительно.

- О, точно, до "катастрофы" существовало много городов.

Что за катастрофа?

Глаза Ай блеснули.

- Ты не знаешь, что такое "катастрофа"?

Кивок.

- Вообще, я не знаю конкретных подробностей, — сказала Ай, на мой кивок. — Менее ста лет назад ужасный хаос охватил весь мир. Деньги текли рекой, люди превращались в гигантов, наводнения, пришествие ангелов. Казалось, будто миру придёт конец. И каким-то образом выжило лишь одно-единственное судно. Это было началом сегодняшнего города. Люди, которые взошли на борт судна являются гражданами сегодняшнего города.

"Гражданин". Я впервые услышал это слово.

Предполагая такое, Ай сказала: "Ты никогда не слышал такое слово?".

- Граждане — это люди, которые живут в городе, но есть обычные граждане, солдаты и бюрократы. Бюрократы управляют обществом, солдаты делают то, что говорят бюрократы, и управляют гражданами и деревнями.

Бюрократ. Солдат.

Сегодняшний день был богат новыми словами.

- В деревне, где я была раньше, я разговаривала с одним из солдат, приехавших из города проинспектировать деревню. Мне даже довелось увидеть "пистолет". Он был страшноват.

Есть такое, о чём Ай не знает?

А вот это немного неожиданно.

Есть вещи, о которых Ай хотелось бы рассказать, например, как то, что Ай рассказывает мне.

- Со слов солдата, мир до краёв наполнен пустошью, как и сейчас, из-за катастрофы. Для жителей города жизнь в пустошах немыслимо примитивна и нецивилизованная, так сказал солдат. Там нет ни холода, ни тепла, они получают бесконечную воду, они живут без голода и мрака, это просто невообразимо.

Это действительно невообразимо.

Ночью темно, в полдень тепло, а ночью холодно.

- Ах, но, — Ай внезапно что-то поняла. — Несмотря на то, что эта деревня особенно мала среди всех таких же деревень, которые я видела, население, похоже, не беспокоится о том, что у них не будет еды и воды. Это очень странно.

Серьёзно?

- В других деревнях они пользуются колодцами, которые ищут и выкапывают воду в земле. Мест, где есть только мутная вода полным-полно, но даже если они найдут и такую — вода всё равно везде очень ценится.

Я не знал этого.

Я никогда и ничего не слышал о необходимости воды в деревне.

Должно быть тут остаётся достаточно воды даже для меня, имико.

- Тебя это удивило? В конце концов, это же пустошь из скал и песка, которые окружают деревню. Пешая ходьбы до следующей деревни занимает семь дней, но за это время не встретится ничего, кроме пустоши. Тут нет озёр и колодцев.

Семь дней пешей ходьбы?

В такое расстояние трудно поверить.

На то, чтобы попытаться обойти мою комнату, не понадобится даже минуты.

Это что ж получается, Ай прошла всё это расстояние? Правда, что ли?

- Ты сомневаешься во мне? Это чистая правда, но я действительно уже проходила её раньше. И мне казалось, что я умру от жажды.… Отец редко давал мне воду.

Выражение лица Ай омрачилось.

Ай прикусила собственную губу, разодрав до крови.

- Я плохая. А раз я плохая девушка, я не должна быть жива.

Ай говорила так, будто уверяла саму себя.

- Отец бьёт меня каждый день, потому что я плохая девочка. Я воистину тяжёлый "грех", "непростительное существо", потому что для отца я "имико".

Грех. Непростительное существо. Имико.

Услышанные слова от Ай, которые я запомнил, выстроились в очередь.

- Поэтому ему ничего не остаётся, кроме как бить меня каждый день, для моего отца я просто жалка. Он сказал, что ему надоело бить меня. Поторопись и сдохни, так он сказал. Почему ты до сих пор жива, так он сказал.

Поторопись и сдохни.

Почему ты до сих пор жива.

Верно.

Мы одинаковы.

Всё-таки я и Ай одинаковы.

- Мне больно, когда я со своим отцом, поэтому я должна поторопиться и умереть.

Но Ай продолжила.

Голос Ай смягчился, она подняла свой взгляд в изумлении.

Ай медленно посмотрела на меня.

- Но… с тех пор как я встретила тебя…

?

О чём ты?

- Я всегда считала, что мне нужно поторопиться и умереть. У меня не было другой надежды, кроме как умереть. Поэтому, чтобы не чувствовать боль от каждодневных мучений, я притворялась, что не вижу, как моё сердце постепенно разрушается. Я верила, что если я умру, я освобожусь от этой боли. Я мечтала только о смерти, но... С тех пор как я связалась с тобой, кто такой же, как я, сейчас я ощущаю радость, что я не умерла.

Потому что теперь я не одна.

Матерчатый мешок был раздавлен.

До меня дошло, что Ай схватила в свою руку.

Ах.

Её глаза.

На глазах Ай навернулись слёзы.

Ей было больно. Это было тяжело. Это было мучительно.

Или, или, или.

Или это была иная эмоция, которую я не мог себе представить.

"Спасибо тебе", — тихо прошептала Ай.

С таким тихим голосом, что она была беззвучна.

Невозможность понять причину, по которой от голоса Ай бросало в дрожь, раздражала меня.

Я не думаю, что это из-за того, что кости её сломанных пальцев сегодня болят.

Я не думаю, что это из-за того, что её спина болит от вчерашних ударов ногой.

И конечно же, это не из-за боли от того, что завтра её глаза могут выколоть.

Однако, однако, однако.

Ай постоянно жила в страдании, боли.

Боль.

Мучение.

Тяжело.

… Эта боль.

Глубоко в моей груди болело.

Намного глубже, чем мои рёбра. Что-то намного выше, чем мой живот.

Жарко, больно.

- Эй.

Ай обратилась нежным голосом.

- Скажи мне. Твоё имя. Я хочу назвать тебя по имени. А потом…

Ай улыбнулась.

- Если можешь, я бы хотела, чтобы ты назвал по имени и меня.

Моё дыхание остановилось.

В моей голове всплыла сцена, которую я недавно видел.

В красный вечер, вроде того, что сегодня.

Двое крепко держатся за руки.

"… Мамина рука тёплая".

"Это потому что мы держимся за руки. А ещё, потому что я люблю тебя".

Если б мы могли вот так же взяться за руки.

Это было бы.

Блаженной.

Блаженной… вещью.

Хотя я не знаю, как это выразить, но что-то… это действительно что-то заставляет меня чувствовать.

Имя, точно, имя.

… Ай это Ай.

Я спрашивал себя, а получится ли у меня крикнуть "Ай".

Но у меня не получится.

Прикусив губу, я покачал головой из стороны в сторону.

Ай с грустью посмотрела вниз.

- Я так и знала, ты до сих пор мне не доверяешь?

Нет, это не так.

- Если это не так, то почему? Почему ты не можешь сказать мне?

Почему? Ответ на этот вопрос прост.

Потому что у меня нет имени.

- … У тебя же есть имя, да? — Ай спросила с сомнением.

Нет.

Чтобы передать это намерение, я покачал головой.

Верть, верть, верть.

-…?

Ай нахмурила свои лоб.

- У тебя… нет имени?

Невозможно, тон её голоса, казалось, говорил это.

Но это правда.

Кивок.

Я кивнул.

Глаза Ай широко раскрылись.

- Серьёзно? Это… — Ай попыталась сказать, но её слова остановились.

Я вспомнил, как меня называли в деревне.

Жители деревни всегда называют меня «это» или «вещь».

С тех самых пор как я родился, меня называли «имико» и «дьявольское дитя», а моему телу доставалось наказание.

В моё время, когда меня избивали и пинали, никто и никогда не называл меня по имени.

- … В таком случае.

Ай сглотнула, как будто она что-то решила.

В чём дело?

Её прямой пристальный взгляд пронзил меня.

- Я могу выбрать тебе имя?

Имя?

Выбрать мне имя, что это значит?

Страх Ай просачивался наружу.

- …Ты меня ненавидишь?

Это не так.

В Ай нет ничего, что я мог ненавидеть.

Потому что Ай — первый встреченный мною человек, который похож на меня.

На моё отрицание, Ай внезапно улыбнулась.

- Это замечательно. Ну тогда это будет моим первым подарком тебе.

Подарком?

Как-то это немного странно.

Когда я услышал это, внутри моей груди стало шумно.

Но это было не плохое предчувствие.

На самом деле, это было несколько… приятное чувство.

- Так, какое бы имя подошло…

Ай серьёзно смотрела мне в лицо.

Справа, налево, сверху, вниз.

Поглядев на меня с разных сторон, она повернула голову.

Что же ты придумала?

И когда я так подумал, она окликнула меня весёлым голоском: "… Я решила".

- Твоё имя — Рику. Я путешествовала с давних пор, это с земель, что никогда не кончаются, Рику.

Рику?

- Если это земли, то куда бы я ни пошла, я всегда буду с ними… Что думаешь, тебе нравится? Ну же, можешь попробовать и сказать мне. Отныне Рику — твоё имя.

Моё… имя?

- Имена — это новые и важные вещи, даваемые тебе семьёй… Рику, ты будешь моей настоящей семьёй? … Я бы хотела, чтобы ты им был.

А можно ли.

"Да", — Ай сказала лёгким голосом, идущим вразрез её грустным глазам.

… Я хочу.

Я хочу, я хочу, я хочу.

Я хочу быть семьёй Ай.

В своей голове я вспомнил маму и ребёнка в закате.

Крепко держась за руки, мама и ребёнок говорят, что любят друг друга.

Я люблю тебя, потому что мы семья.

Вот что сказала та мама.

Если бы это было возможно.

Я хочу быть семьёй Ай.

Я хочу быть семьёй, как та.

Желая передать это, я отчаянно кивнул головой.

На мгновение Ай сделала удивлённое лицо и легонько улыбнулась.

- Ты не против? Правда?

Правда. Я не вру.

- Тебе не противно имя "Рику"?

Мне никак не могло быть противно что-то, что Ай дала мне.

Рику.

Это моё имя.

Моё имя, которое Ай придумала для меня.

Просто думая об этом, что-то, что мне действительно не было ведомо, нарастало в моём животе.

Я Рику.

Ни имико, ни дьявольское дитя, ни даже вещь.

Рику.

Я Рику.

- …

Хлынул поток импульса, я почувствовал что-то горячее в уголках глаз.

Что это, чёрт побери?

Что это?

- … Ты плачешь? — с тревогой спросила Ай.

Плачу?

Кто? Я?

Я не могу в это поверить.

Вот что такое "плач"?

Вытекающие слёзы?

Теперь, когда ты упомянула об этом, из моих глаз текла вода.

Это должны быть слёзы.

Наверное, так вытекают слёзы.

Это и называется плачем.

Но… почему.

- … Сегодня родился Рику.

Даже при том, что я не знаю, почему я плакал, Ай улыбнулась, словно ей всё было понятно.

Это было прекрасно.

Нет ничего прекраснее в этом мире.

- Вот, Рику, мы дали обещание. Попробуй назвать моё имя.

Ай назвала меня.

Она назвала имя, которое мне только что дала.

Я назову точно так же. Я тоже хочу назвать имя Ай.

Я хочу назвать его.

Я хочу, чтобы мы взаимно называли свои имена.

Но у меня нет языка.

Я указал на свой рот, чтобы прояснить это.

Когда она поняла, Ай сделала недоумевающее выражение лица.

- У тебя нет голоса?

Нет, у меня нет языка.

Поэтому я не могу говорить.

- … Языка?

Да, его. У меня его нет.

Я несколько раз кивнул головой.

Ай снова улыбнулась.

- Ну и странный же ты, Рику. У тебя есть язык, ты не знал?

Ай подняла палец.

Через зазор в железных прутьях, он достиг моих губ.

Я медленно открыл свой рот.

Аккуратно.

Её мягкий кончик пальца коснулся моего языка.

- Рику, ты можешь говорить. Ты просто этого не понимал… Попробуй.

Чего?

…А?

А, a, a-a-a-a-a-a-a-a-a…

— … … А… й………?

Постойте-ка, я говорил.

Ай счастливо улыбнулась.

4. Девочка ради мальчика, мальчик ради девочки.

Когда вечер становился ближе, я начал нервничать.

Вероятно, Ай снова придёт сегодня.

Но в последнее время я уже не просто жду этого с нетерпением.

Если Ай не придёт, что мне делать?

Ночи, когда Ай приходила, старт каждого утра, и времена наказания.

Я постоянно думаю о тех временах.

Особенно, когда начинается вечер, а Ай до сих пор не приходит, в такой день, как сегодня.

Может Ай не придёт.

Может она просто не придёт.

- …..А…й.

Я пытался позвать.

Я пытался использовать свой непривыкший голос.

- … Ай.

Используя свой голос, я попытался позвать.

Чем больше я кричал, тем глубже я чувствовал, как сжималась моя грудь.

Сколько бы меня ни пинали и избивали, я никогда этого раньше не чувствовал.

Даже простое произношение имени Ай становилось больно.

Я всё спрашивал себя, что это за чувство?

С тех пор как я стал пытаться использовать свой голос, Ай слушала всё, что я хотел у неё спросить.

"Што… дакое… догрый?".

"Догрый? А-а, добрый? Ну-у, доброта, это значит быть добрым к людям… хотя, так не пойдёт.…… Как бы сказать…".

После недолгого размышления Ай сказала: «Я поняла!», а её глаза заблестели.

"Это человек, как Рику для меня. Человек, который думает о других людях больше, чем о себе. Тот, кто заботлив".

"Забо……?".

Заботлив, — так она сказала, но я ничего из этого не понял.

"Взывает людей, которые испытывают боль, и пытаться исцелить их. Спасает людей, которые испытывают беспокойства. Вот что такое "добрый".

"……? Тог… да… Ай… дог… рая".

"…!!".

Ай добрая. Человек, который добр ко мне, это Ай.

Когда я сказал то, о чём подумал, глаза Ай распахнулись.

Вскоре она улыбнулась, как будто она распереживалась.

"Я… совсем недобрая. Я грязная и уродливая. Я не добрая…… Я просто одинокая".

Одинокая.

Чувства: добрый и одинокий. Я не понимал их от слова совсем.

Но… теперь.

Теперь, когда мои руки и ноги дрожат, если Ай не приходит, теперь, когда это происходит, я "одинок".

- … Извини, что заставила ждать, Рику…

Это была Ай.

Имея ещё более тяжёлые раны, нежели обычно, Ай подбежала к вентиляционному отверстию.

- А… й…

Ты пришла. Ты пришла. Ты пришла.

Я так рад, что ты пришла.

Ай улыбнулась губами, на которых остались следы крови.

- Извини, я припозднилась. Но я прихожу каждый день, как мы и обещали, спасибо за ожидание.

Это Ай.

Добрая, Ай.

- ………

Я испугался.

Я впервые о таком подумал.

Слова, которые ребёнок сказал "маме" раньше.

Даже так, я не понимаю чувства "я не хочу, чтобы ты умер".

Исчезновение Ай… это пугает.

Не будет Ай… это пугает.

Потеря Ай… это пугает.

Пугает.

- Что такое?

Ай улыбнулась.

Но я не знал, как донести этот страх.

Ай ахнула.

- … Тебя что-то напугало? Что-то страшное?

Как она узнала?!

- Не удивляйся. Я понимаю. Потому что я всегда пугаюсь своего отца... И каждый день… я также боюсь потерять Рику.

А?

Ай страстно выразилась.

- Это необычно? Или тебе кажется, что это странно? Но… понимаешь… вот как я себя чувствую в последнее время. Мне негде так спокойно подышать, кроме этого места. Негде, кроме как рядом с Рику. Места, в которых я вижу своего отца, они страшные и удушающие, места́, в которых никто не дружит со мной, они холодны, я знаю, что никто не любит меня и это заставляет меня чувствовать обморожение. Поэтому… — "поэтому", пробормотала Ай. — Исчезновение Рику, единственного человека, который подарил мне место, которому я принадлежу, это то, чего я сейчас боюсь больше всего на свете.

Ай чувствует то же самое, что и я? В самом деле?

Ай отвернулась, как будто она пыталась что-то скрыть.

- Ну и странная я, говорю какую-то чушь. Я встречаюсь с тобой здесь каждый день, но по какой-то причине я даже испугалась встречи с тобой. Даже когда мы встречаемся, просто представляя себе, как я теряю Рику, я испытываю страх.… я правда… тоже боюсь этого.

Она криво улыбалась, как если бы пыталась скрыть свою жалость.

Но я-то видел, что пальцы Ай дрожали всё больше и больше.

- …

Гхю, мой взгляд переместился на Ай, когда она прикусила губу.

- Я п-о-н-и…м-а...ю.

- … Ты понимаешь меня? Я не странная?

Ты не странная. В тебе совсем нет ничего странного.

Чтобы продемонстрировать это, я показал Ай свою дрожащую руку, будто бы представляя, что я потерял её.

Зрачки Ай расширились.

- Рику, ты тоже сильно…?

Конечно.

Я такой же как ты.

- … Так… и есть…!

Я сжал руку Ай.

Я протянул свою дрожащую руку и сжал её.

Крепко, крепко, крепко.

Как будто я умолял, как будто я молился.

- Мы… правда одинаковы…

Зрачки Ай слабо подрагивали.

Как тонкий слой, образовавшийся над ними, глаза Ай прекрасны.

Смысл этих слёз точно такой же, как и нечто горячее в моей груди.

Но я не могу понять, почему это заставляет Ай хотеть плакать.

Но несмотря на то, что я не понимаю почему, мне не отвратны слёзы Ай.

Когда Ай здесь, меня переполняет множество необычных ощущений.

Ай слабо улыбнулась руке, которую я протянул.

- … Рику, ты всегда пытаешься остановить мои слёзы. ... Правда, ты всегда такой.

Хрупкий голос. Я знал, что это было не только потому, что ей грустно.

- Слушай, а мы можем кое-что пообещать? Я никогда не хочу отпускать тебя, Рику. Я хочу быть с тобой каждый день. Неважно, где ты, я всегда буду твоим другом, Рику. Даже если это может убить меня, каждый день.

Что?

Точно. Если подумать, тебя ведь могут убить, если ты приблизишься ко мне.

Вдруг, нахлынуло нетерпение.

Ай продолжила, не подозревая о моих чувствах.

- Ну так что, ты тоже пообещаешь, Рику? Ты не должен оставлять меня. Несмотря ни на что чтобы ни случилось, ты же всегда будешь моим другом? Всегда будешь рядом со мной… — Ай говорила голосом, который звучал очень серьёзно.

Но даже так, ей не нужно было этого желать. Даже так, я бы не отпустил Ай.

Ай улыбнулась.

- Забудь. Извини, по правде я просто испугалась.

Ай обхватила тонкими руками свои колени, из-за кровоподтёков, что там были.

- Честно говоря, нам не нужно давать обещать. Потому что кроме как рядом с Рику у меня нигде нет принадлежащего мне места. Я не отпущу Рику.

Она мягко прошептала, голосом настолько слабым, что я не мог его расслышать.

- … Я не отпущу.

Говоря самой себе, лицо Ай уткнулось вниз.

На синяки от насилия, которые ей достались от её отца.

А я всё думал, когда Ай, что рядом со мной, исчезнет?

Когда Ай будет убита, потому что она приблизилась ко мне?

Ай говорит, что ей всё равно.

Ай говорит, что она приходит, не зная, что её могут убить.

Но, но, но.

Меня пугает всё.

Я не хочу терять Ай.

Я не знал, что буду бояться её потери.

Может быть.

"Я очень испугалась".

Может быть, та "мама" чувствовала то же самое, что и я прямо сейчас.

Может быть, она боялась… потерять всего одного-единственного человека.

Я впервые о таком подумал.

Я подумал.

Даже не помня, что это был грех.

5. Мальчик с именем.

Дневное время без Ай в этом месте.

Время привычного "наказания".

Мужчины наконец-то пришли сегодня в мою комнату и избили меня.

Они пинали меня в живот с глухим звуком.

- Ради бога… ты чё-то стал задирать нос, это потому что сегодня мы были немного заняты?

- В натуре. О чём он, мать его думал, когда знал что случится, если он будет упражняться в этой комнате.

Пока мужчин здесь не было, я немного поупражнялся.

Потому что Ай беспокоилась обо мне.

Всё что я делал, так это просто ходил и бегал по комнате, но, кажется, всё чем я пользовался — это тонкими мышцами на моих ногах, на которых были только кожа да кости, и то немного.

- Ты должен быть просто грушей для битья, которая не думает, не ходит, не двигается!!

Удар.

Странный лёгкий шум.

Мои колени согнулись в противоположном направлении, чтобы произвести такой звук требовалось немало усилий.

- …

Ни о чём не думающая, не делающая ни единого шага, просто груша для битья.

Ничто.

Я не должен… чувствовать.

- … Что это за рожа такая? Чё, одной порции не хватило? — прошептал один из мужчин.

- До сих пор он никогда не показывал нам внятной реакции, неважно чё с ним было.

- Теперь, когда ты упомянул об этом, странно, что он тоже начал упражняться. Он всё равно никуда не выбирается, так что ему нет резона упражняться.

- Может у него бунтарский период? Хах, вот ведь умора.

Мужчина фыркнул, взял сигарету и прижал конец к моей шее.

Запах горения плоти окутал всё окружение.

- Блять, чё-то его рожа меня по-настоящему вымораживает. Мы должны утопить его.

- В подземном водоёме или ещё где? Ха-ха, не надо, вода ж испачкается.

Выражение лица другого мужика изменилось, он сказал: «Эй!», — тому человеку, который смеялся, когда говорил.

- Не разбалтывай про водоём.

Мужик опять засмеялся над мужиком, который говорил с серьёзной миной.

- Да чё ты так кипишуешь? Думаешь, этот тип кому-нибудь разболтает?

- Н-да, тут ты прав, походу я слишком себя накручиваю. Благодаря тому, что мы натаскали его, он всё равно не умеет разговаривать.

- Он не умеет разговаривать. В конце концов…

Мужчины ничтожно посмеялись.

- … Он безымянный имико.

Клик, моё зрение стало красным.

- …Оши…баетесь…

Я заговорил дрожащим голосом.

Я видел, как выражения мужчин изменились в шоке.

Такое выражение, будто они увидели что-то невероятное.

- Прямо сейчас… он…

- Да не. Мне просто послышалось.

Сказали некоторые из них. Не обращая ни них внимание, я повторил.

- … Ошибаетесь.

Пока они шагали вперёд, взгляды мужчин отскочили обратно ко мне.

- !?

Тревога.

Сейчас выражения мужчин изменились.

Но мне было плевать.

Я не безымянный имико.

Я…

- …… Я… Рику……

Ай назвала меня.

И я не хочу, чтобы вы говорили, что у меня нет имени.

-… Какого?

Один из мужчин выглядел в полном замешательстве.

- Он прямо щас что-то сказал? …… Рику?

Другой мужик кивнул.

- Это что, должно быть имя? Да ну на фиг.

- Имя?

Селяне переглядывались.

А сразу после этого.

- Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!

Рёв смеха заполнил комнату.

- Не верю! Что это за… это супер веселуха…

- Имя, и это при том что он — имико, ты тупой!?

- Чё ещё за "Я Рику". У тебя нет имени!

- А он по-серьёзному бунтует. Этот идиот… всю свою жизнь просидел взаперти!

Гоготание.

Смех не прекращался.

Мои пальцы дрожали от их поведения, было ясно как божий день, что они смотрят на меня сверху вниз.

Бунтую?

А ведь точно, я впервые взбунтовался.

- Что будем делать? Может ещё немного причиним ему боли?

- О, раз он теперь начал говорить, мы можем заставить его ещё больше повиноваться.

- Да-а, повторяй за мной~. Я никчёмный глист и дрянь.

- Не "Я Рику", а "я глист"! Ха-ха, шикос.

Я боюсь.

Мои руки и ноги дрожали.

Жители деревни, которые в большинстве своём верили, что они лучше меня.

Жители деревни, которые всегда правили мной.

Как они и сказали, я ничего не могу сделать.

Не хорошо, не хорошо, не хорошо.

Всё не хорошо.

Но.

- А кстати, почему он может говорить, мы же натаскали его, что у него нет языка.

- Может быть ему захотелось скопировать нас? Ну так что, Шику-тян*?

- Ну-ка, погодь, мы же хотим, чтобы он поторопился и сдох. Он должен быть Рикузу-куном**.

- Гья-ха-ха-ха, ты всё такой же плохиш!!

- Ладно, с этого моменты мы будем звать имико Кузу-кун, согласны?

- Ну тогда я думаю, он должен представиться!

- Ну же, Рикузу-кун. Повтори, как раньше, "Я кузу".

- ...

Я не должен ни о чём думать. Я не должен ничего желать.

Я понимаю это, но.

Но… это имя.

Просто имя Рику.

"Твоё имя — Рику".

"Если это земли, то куда бы я ни пошла, мы всегда будем вместе".

Я не хочу, чтобы его оскверняли.

- …… Я… Рику…

- Чт……

Понемногу улыбки сошли с лиц мужчин.

- Он это серьёзно…?

- Он что, серьёзно не повинуется нам? Он спятил?

А вот это уже не смешно.

Комната наполнилась вот так атмосферой.

- … На этот раз мы простим тебя. С этого момента скажи, как полагается: "Я кузу".

Мужской голос вторил.

Это был голос с направленной угрозой.

Но я…

-……. Но… я… в..сё… ещё… Рику……!!

Не имико, не вещь, не мусор.

Рику.

- Что ты вякнул!!

Удар.

- Имя!? Ты наверное прикалываешься.

Гокху.

- Это из-за тебя мы живём вот так!

Гораздо больше силы, чем обычно. Много сил.

Они проводили беспощадное насилие.

- Так? Имя? Это дебилизм…

- Знай своё место!

- Ах ты! Закрой пасть! Щас мы тебе вмажем! Разве это не классно!!

- У кого-нибудь есть предложения!? Говорю же, надо обхархать его.

- Дятел, никто не должен приближаться к этому имико. Он же скопирует нас, зуб даю.... Говорю же, нам надо реально выдернуть ему язык!!

- Эта вещь, которая полезна только для того, чтобы мы избили его, идёт против нас!

- Да ещё и говоришь, как человек, при том что ты имико…

Избивали, избивали, избивали, избивали, избивали.

Избивали пока я ничего не мог увидеть.

Но, но, но даже так.

- Я… Ри… ку……!

Я не отступал от этого.

Сейчас.

В любом случае, я подумал, будет плохо, если я сейчас не выскажусь.

Невзирая на то, что произойдёт после этого.

Невзирая на то, что будет происходить.

- Я… Рику……

Я буду кричать это снова и снова.

Кричу, моё непривычное горло дрожит.

Кричу, кричу, кричу, кричу, кричу.

Я говорю вам.

Сельчанам, которые пришли избить меня, я говорю им.

И не только потому, что Ай подарила его мне.

Это за тем, чтобы я сам мог стать Рику.

За тем, чтобы я мог стать самим собой.

За тем, чтобы я мог обрести его.

Непременно, сейчас это необходимо.

- Хорош шутить…!!

Бух.

Мужчина, стоящий рядом со мной, сбил мужика, стоящего надо мной.

- Ты говорил с нами с твоим-то статусом имико?! Ты взбунтовался против нас с твоим-то статусом имико?! Ты утверждаешь против нас с твоим-то статусом имико?!

Щёлк.

Из деревянной рукоятки, которую держал мужик, выделилось что-то поблёскивающее серебром.

Что это такое?

- Воу, это же…

- Нож? А вот это может быть хреново.

Складывалось впечатление, что шёпот людей, что был вокруг него, уже не доходил до ушей мужика, что был передо мной.

Он свирепо смотрел на меня налитыми кровью глазами.

- Хорош шутить! Хорош шутить! Хорош шутить! У тебя нет права! Ты всего лишь ручная псина, которую мы используем для пинков и побоев, а всё, что делаешь ты, это истекаешь кровью!! Ты просто имико!!

Порез, порез, порез.

Острый металл колол обе мои руки, щеку и плечо.

Что это? Должно быть это лезвие.

Порез, порез, порез, порез, порез, порез, порез.

Моя плоть рвалась, лезвие коснулось кости.

Невообразимо огромное количество крови фонтанировало из моих ран.

- А… ах……?

Это опасно.

На меня напало чувство опасности от количества ударов, которые мне никогда не наносили до того момента.

Больно не было.

Впрочем, кроме это, я чувствовал, как пыл и лезвие пронзают мою плоть.

Это плохо.

Я хоть действительно не всё понимаю, но это плохо.

- Я убью тебя, я убью тебя. Мы не простим тебя за то, что ты взбунтовался против нас, я убью тебя, я убью тебя, я убью тебя, я убью тебя, я убью тебя.

Точно, я умру.

Таким темпом я умру.

- Эй, перестань!

- Ты сдурел? Если ты убьёшь его, то что…

Количество крови, впитывающейся в пол, испугало мужчин.

Я не хочу умирать.

Я впервые о таком подумал.

"Я всегда считала, что мне нужно поторопиться и умереть. У меня не было другой надежды, кроме как умереть. Поэтому, чтобы не чувствовать боль от каждодневных мучений, я притворялась, что не вижу, как моё сердце постепенно разрушается. Я верила, что если я умру, я освобожусь от этой боли. Я мечтала только о смерти, но… … ... С тех пор как я связалась с тобой, кто такой же, как я, сейчас я ощущаю радость, что я не умерла".

Я вспомнил слова Ай.

Думаю, теперь я могу совсем немного понять смысл того, что сказала Ай.

По крайней мере, про мысль о желании поторопиться и умереть.

Теперь, когда я наконец понял, что я жив, я знал, что я не мог даже ожидать смерти.

Но сейчас.

Ай сейчас со мной. Я не умру и не оставлю Ай.

Ай больше не останется в одиночестве, сама по себе.

При том, что я наконец нашёл Ай.

При том, что Ай наконец нашла меня.

При том, что мы наконец стали вместе.

Кровь течёт.

Мои руки и ноги становятся холодными.

Моё зрение мутнеет.

Я приближаюсь к смерти. Она подкрадывается.

Порез, порез, порез, порез.

Лезвие всё не останавливалось.

В моём сознании, со вторгшейся тьмой, я услышал голос женщины, которого не должно здесь быть.

Не из человека, а из отверстия в потолке.

«Сейчас же остановись. Убийство этого мальчика будет предательством, как нарушение контракта».

Женщина говорила тихим голосом.

"Ты же знаешь, что с "городом"…".

P.s.

* Шику - означает "мучительная смерть" и является одним из буддийских учений о четырёх видах страданий. Оно также рифмуется с Рику.  Шутнички)0)

**Ещё один каламбур. Кузу - означает кусок говна. Сами говно, Рику не трош, зарежу!  >:<