[Лок, аудитория А-25, пятница, 16:45]

Сидя на своём обычном месте, я внимательно слушал лекцию.

Ну, по крайней мере старался…

Несмотря на то, что прошло уже две недели с момента инцидента в Холлберге, атмосфера оживлённости так и не вернулась.

Оглядев аудиторию, я понял почему…

Почти четверть студентов, сидевших раньше вокруг меня, теперь отсутствовали.

Хотя я не знал каждого из них, через пару дней после инцидента выяснил, что Эван и Кассандра были среди тех, кто погиб во время нападения.

Как раз те двое, которые входили в мою группу...

Не то чтобы я был с ними близко знаком, но сам факт того, что два человека, которых я знал, погибли, показывал, насколько ужасными были те события.

В ту ночь мог погибнуть буквально любой из нас…

— Ладно, на этом лекция окончена.

Мои размышления прервал очаровательный голос преподавательницы по инженерии. Как и прежде, за всё время моего пребывания в Локе она была единственным преподавателем, который не обращал особого внимания на происхождение или ранг студента.

Всякий раз, когда я задавал ей вопросы по лекции, она терпеливо и спокойно всё объясняла.

Поэтому, хотя я всё равно не всегда понимал, чему она учит, этот предмет мне нравился больше, чем другие.

Как только лекция закончилась и преподавательница покинула аудиторию, все остались на своих местах.

Дело в том, что нам ещё предстояло провести еженедельную встречу с куратором. Это было короткое собрание, которое мы проводили каждую пятницу, и на котором Донна, наш куратор, тратила последние пятнадцать минут дня, чтобы сообщить любые официальные объявления от академии.

Щёлк!

Вовремя появившись в аудитории, Лонгберн направилась к кафедре. Её шаги, будто подгоняемые ветром, вызывали тонкие фиолетовые волны магической энергии, расходящиеся по всему помещению.

Мгновенно вся комната затихла. Давление, исходившее от её тела, заставило всех прекратить любую деятельность. Очевидно, она находилась не в лучшем настроении, и это чувствовал каждый.

Достигнув кафедры, Донна положила несколько бумаг на стол, затем щёлкнула языком и отмахнулась от них.

Вздохнув, она оглядела класс и начала свою речь:

— Ха-а… Ладно, как многие из вас, вероятно, уже заметили, настроение у меня паршивое.

Подняв два пальца, она продолжила:

— Сегодня для вас два объявления. Первое: произойдёт пересмотр рейтингов, и что...

Не успев закончить первую часть предложения, она была прервана шёпотом, разнёсшимся по всей аудитории.

— Пересмотр рейтингов?..

— Ведь даже середины семестра ещё нет…

— Что происходит?

Бах!

Резко хлопнув рукой по кафедре, Лонгберн создала небольшую ударную волну, пронёсшуюся по аудитории. Будто мощный порыв ветра, он прибил всех к списке стульев. Меня в том числе.

В результате этого причёска, которую я тщательно укладывал два часа утром, теперь была совершенно растрёпана.

Прекрасно...

Через несколько секунд после удара по кафедре Донна продолжила:

— Если кто-то из вас не понимает, почему происходит пересмотр рейтингов… ответ прост: потому что вас стало меньше. Хорошо это или плохо, но мы обязаны пересмотреть ваш рейтинг в соответствии с протоколами академии. – положив обе руки на кафедру, она медленно обвела взглядом аудиторию и добавила: — Поэтому, пожалуйста, будьте тише и дождитесь, пока я закончу объявлять новые рейтинги, прежде чем услышите второе объявление.

Кив.

Под пронзительным взглядом Донны все могли лишь беспомощно кивнуть в знак согласия.

Увидев кивки, на лице Лонгберн заиграла лёгкая улыбка:

— Хорошо, вот ваши рейтинги…

Прикоснувшись к планшету, она быстро зачитала длинный список имён.

— Кевин Восс, остаётся на первом месте.

— Мелисса Холл, остаётся на втором месте.

.

.

.

— Трой Дерекс поднимается на одну позицию и теперь занимает 17-е.

.

.

.

— Эдвард Смит поднимается на пять позиций – с 739-го на 734-е.

.

.

.

Ненадолго задумавшись, на бровях Донны появилась лёгкая морщинка. Настолько тонкая, что заметить её мог только тот, кто пристально следил за ней.

— И наконец, Рен Довер поднимается сразу на 200 позиций и теперь занимает 1550-е место.

Как только были объявлены моё имя и новый рейтинг, я почувствовал, как множество глаз устремились в мою сторону.

Притворяясь, что ничего не замечаю, я старался сохранять бесстрастное выражение лица. После всего, что произошло в Холлберге, я уже ожидал такого поворота.

Бесполезно отрицать тот факт, что я привлёк внимание нескольких важных лиц... Хотя мне не нравилось подобное внимание, плакать из-за пролитого молока было бессмысленно.

С новым же рейтингом, вероятно, я привлеку ещё больше внимания...

***

После того как Донна объявила моё имя, пересмотр рейтингов завершился. Затем она прочистила горло и заговорила вновь. Её голос был мягким, но тон – холодным.

— Кхм… Что касается второго объявления: из-за недавних трагических событий, после долгих и трудных обсуждений, руководство единогласно приняло решение отправить первокурсников на месячный перерыв.

Едва она закончила, прежде чем кто-либо успел начать радоваться, Донна тут же охладила их энтузиазм:

— Но не стоит слишком радоваться. По возвращении вас ждут экзамены за полугодие, так что это скорее короткий перерыв перед экзаменами, чем настоящий отдых…

По аудитории раздались стоны и вздохи, а лица студентов помрачнели.

Что ж, из всех здесь, пожалуй, самым расстроенным этим объявлением был именно я.

За эти пару месяцев, учитывая всё, что произошло, у меня просто не было времени сосредоточиться на учёбе.

Экзамены за полугодие состояли из двух частей: теоретической и практической.

Практическую часть я не боялся, потому что, если судить по силе, сейчас я входил бы в топ-100. Возможно, даже в топ-50, если бы сражался насмерть.

…Но это не так важно. Моей целью было однажды войти в топ-10. Быть в топ-100 меня абсолютно не интересовало.

Что касается рейтинга, главная моя тревога была связана с теоретическим экзаменом.

Неважно, как сильно я старался учиться, я с трудом понимал большинство концепций, о которых говорили на занятиях.

Не поймите меня неправильно, я не совсем безнадёжен, просто некоторые темы требовали, чтобы я возвращался назад и заново изучал материал, который должен был освоить ещё в средней школе.

А поскольку я тренировался каждый день, у меня едва хватало времени на текущие курсы, не говоря уже о повторении школьной программы. Помучившись над проблемой ещё немного, я просто отложил её в дальний угол сознания.

Как опытный прокрастинатор, я привык оставлять решения проблем на самый последний момент.

— Ладно, на этом всё. Надеюсь увидеть вас через месяц.

Заметив, что внимание аудитории уже утеряно, Донна могла лишь досрочно завершить встречу и отпустить всех.

Собрав свои вещи, она вскоре покинула аудиторию.

Щёлк!

Как только Донна ушла, я тоже начал собираться. Сегодня был последний день, который я провёл в Локе.

Наконец-то пришло время возвращаться домой…

Хотя я никогда не встречал своих родителей в этом мире, они постоянно присылали мне сообщения. То по обычным вопросам, то по поводу надоедливых напоминаний. Они всегда убеждались, что писали мне хотя бы раз в день.

Это было одновременно раздражающе и трогательно. После смерти моих родителей в прошлом мире я никогда больше не чувствовал столько любви со стороны кого-либо.

Не могу сказать, что мне не нравилось это чувство...

— Хм?..

Почувствовав, как тень легла на то место, где я сижу, когда я уже собирался покинуть аудиторию, мимо меня прошёл Кевин. Он незаметно кивнул мне, и я в ответ кивнул ему.

Между нами мало что изменилось.

Хотя мы разговаривали на крыше больницы, друзьями уж точно не стали.

Иногда мы здоровались, сталкиваясь в коридоре, но на этом всё.

«Случайные знакомые».

Так бы я описал наши отношения сейчас.

И мне это нравилось... Неважно, насколько я симпатизировал ему как человеку, слишком близко сближаться с ним мне было невыгодно. Особенно потому, что мои действия могли втянуть меня в его конфликты и потенциально изменить сюжетную линию.

Иногда я желал не быть таким одержимым желанием сохранить оригинальную сюжетную линию…

Ха-а...

Вздохнув и закончив собираться, я вернулся в свою комнату.

***

— Этого должно быть достаточно…

Размяв спину, я с удовлетворением хлопнул в ладоши.

Сейчас моя кровать была завалена вещами, которые я подготовил для своего месячного визита домой. От одежды до книг – я решил взять всё. Поскольку путешествие будет длиться долго, лучше подготовиться.

Учитывая, что существуют пространственные хранилища, беспокоиться о громоздких сумках не проходиться.

Ву-ум!

Единожды коснувшись браслета, всё, что лежало на кровати, исчезло.

«Думаю, пора отправляться…»

Дзынь! Дзынь! Дзынь!

Как раз когда я собирался выходить, зазвонил телефон.

Глядя на экран, я принял звонок.

[Работодатель?]

— Йо, Смоллснейк, ты получил то, о чём я тебя просил на прошлой неделе?

Услышав голос Смоллснейка, я одной рукой придержал телефон, а другой проверил, не забыл ли что-нибудь, прежде чем направиться к выходу из комнаты.

[Да, я собрал всю запрошенную вами информацию.]

Проверив время на часах, я прижал телефон к уху плечом и надел обувь.

— Отлично, отправь мне.

[Э-э-э...]

Сделав короткую паузу, он замешкался.

— Смоллснейк?

Заметив странность в его молчании, я нахмурился и взял телефон в руку.

[Работодатель, возможно, мне не следует этого говорить, но…]

— Но?..

Глубоко вдохнув, Смоллснейк ответил:

[Гильдия ваших родителей находится не в лучшем состоянии. Нет, скорее, они в ужасном положении…]