— Теперь всё начинает обретать смысл…

Услышав инвестиционный план Рена, лицо Смоллснейка невольно исказилось от раздражения.

Это было не просто глупо – это было идиотизмом в чистом виде. Он начал сомневаться, почему вообще был выбран для этой сделки.

Сначала Смоллснейк думал, что клиент мог слышать о его выдающихся способностях, но теперь склонялся к мысли, что просто никто другой не согласился бы с ним работать!

Играть на понижение акций C.B. Pharmaceuticals, гиганта фармацевтической индустрии, и вкладываться в акции W.V.?

С точки зрения здравомыслящего человека – это инвестиция без малейших оснований. При нынешних показателях C.B. их акции должны только расти. К тому же, благодаря своим связям, он мог заранее узнать, если бы в компании происходило что-то неладное. Но никаких тревожных сигналов не было, а значит, эта затея была лишена логики.

Что ещё более странно: зачем для такой сделки вообще нужен брокер с чёрного рынка? Их нанимали, когда хотели скрыть свою личность от посторонних глаз.

Обычно это делали, чтобы избежать внимания правительственных агентов, но это касалось только преступников.

«Может, он собирается убить кого-то важного?» – подумал Смоллснейк и внимательно оглядел своего нанимателя.

Но в это верилось с трудом.

Судя по поведению и силе, это явно не богатый наследник какого-нибудь олигарха. Да и уровень клиента он оценил примерно в G-F.

С такими скромными способностями он вряд ли мог устранить кого-то, чья смерть повлияла бы на целый рынок.

«А может он просто стесняется открыто заключать такую сделку?»

Смоллснейк горько покачал головой. Это казалось наиболее правдоподобным объяснением, ведь его клиент не был ни влиятельной персоной, ни наёмным убийцей.

Но больше всего его раздражала уверенность, с которой тот говорил. Будто он точно знал, что сорвёт куш на этой бессмысленной авантюре.

Он что, бредит?

Как ни крути, эта сделка была глупостью.

Но где-то в глубине души он всё же надеялся, что клиент окажется прав.

«Ну, кто знает… Может, ему и правда повезёт…»

Мысленно усмехнувшись этой маловероятной возможности, Смоллснейк решил просто выполнить свою работу. Иногда сюрпризы случаются.

К тому же, главные правила {Потерянных жнецов} гласили:

— Никогда не спрашивать о личности клиента.

— Никогда не спрашивать о действиях клиента.

Даже если он хотел отговорить клиента от этой авантюры, он не мог – политика организации запрещала оспаривать решения нанимателя.

Тихо вздохнув под маской, Смоллснейк быстро оформил условия сделки и подписал их.

По крайней мере, он получит свои деньги.

Жаль только, что первый клиент потеряет столько средств.

Заметив его едва уловимые движения, я едва сдержал смех.

Хотя лицо скрывала маска, эмоции читались как открытая книга.

Как он дёрнулся, услышав условия сделки… Как его плечи обмякли от осознания, что имеет дело с полным идиотом…

«Пусть пока потерпит. Потом ещё спасибо скажет».

Я мысленно усмехнулся, наблюдая за его подавленным видом.

— Итак, какую сумму вы планируете вложить?

— Хм… Сейчас у меня есть около 10 000 U, но я хочу вложить минимум в пять раз больше. Где-то 50 000 U? Может, меньше… В таком диапазоне.

— …

Под маской Смоллснейка уже наворачивались слёзы.

Что это за жалкие инвестиции?

10 000 U? 50 000 U?

Теперь он точно убедился – перед ним не мажор, сорящий деньгами. С такой суммой, даже если чудом угадать тренд, прибыль составит разве что пару сотен.

Какой смысл нанимать его для такой мелочи?

Напомнив себе о правилах {Жнецов}, Смоллснейк смирился с суровой реальностью.

— Ла-а-адно… У вас есть эти деньги на данный момент?

— Нет, при мне только 10 000 U.

— Хорошо. Когда вы планируете инвестировать?

— Хм… Когда заработаю достаточно, наверное.

— Простите?

— Когда заработаю больше денег.

— …

В этот момент Смоллснейк окончательно понял кое-что о своём клиенте.

Он был злодеем.

Настоящим чёрствым подлецом, получающим удовольствие от мучений честных работяг вроде него.

Едва сдерживая смех, я наблюдал, как он буквально поник от безнадёги. Возможно, я переборщил, но дразнить его было чертовски весело.

Пошатываясь, он опустился на стул, схватившись за голову.

— И… к-как вы с-соб-бирайт-тесь з-зараб-бот-тать эти д-деньги?.. – выдавил он, изо всех сил стараясь сохранить самообладание.

— О, я схожу в данж и… А?

БАМ!

Стул опрокинулся, и Смоллснейк буквально пролетела жизнь перед глазами.

— Чем я это заслужил…

Я отвернулся, изо всех сил сдерживая хохот. Всё моё тело тряслось от еле сдерживаемого смеха.

Это была самая смешная реакция в моей жизни!

Смоллснейку потребовался целый час, чтобы прийти в себя, но теперь он выглядел как загнанный офисный работник, смирившийся со своей судьбой. Глядя на его безжизненное выражение «лица», я слегка улыбнулся.

Хотя Смоллснейк был очень компетентен, главной причиной, по которой я выбрал его, были не навыки, а преданность делу.

Он относился к любой работе серьёзно.

Какой бы абсурдной она ни была, если уж взялся, то сделает всё возможное. Кроме того, он умел держать язык за зубами.

Даже под пытками он не проронил бы ни слова.

На такого человека можно было положиться.

— Ладно, давай не будем углубляться в детали сделки. Просто доверься мне.

Смоллснейк несколько секунд смотрел на меня, затем вздохнул и смирился с моим бредовым финансовым планом.

— Ладно, мне всё равно нечего сказать…

— Вообще, мне ещё нужна твоя помощь.

Настороженно взглянув на меня, он переключился в деловой режим.

— Какие ещё услуги вам требуются?

— Мне нужен брокер по трупам монстров.

— О-о-оу… Значит, вы не шутили насчёт данжа…

Я кивнул и продолжил объяснять план.

— Не волнуйся, со мной всё будет в порядке. К тому же, я собираюсь только в данже F-ранга – там не должно быть особых проблем. Мне нужно, чтобы ты помог с продажей добычи.

Смоллснейк достал листок бумаги и начал делать пометки.

— Данж F-ранга… Сейчас рыночная цена за труп обычного монстра – около 1 000 U, за босса – 5 000 U. Если трофей в хорошем состоянии, цена может вырасти… Кроме того, если вам вдруг повезет найти ядро F-ранга, его можно легко продать за 100 000 U в зависимости от размера. – он повернулся ко мне, быстро прикидывая план действий. — Вы сказали, что хотите вложить минимум 50 000 U. У вас уже есть 10 000, значит, нужно заработать ещё 40 000. Для этого в данже F-ранга вам нужно убить либо 40 обычных монстров, либо 8 боссов, либо найти ядро – тогда останется ещё и запас.

Нахмурившись под маской, он протянул мне бумагу с расчётами.

— Вот примерный план, как можно собрать нужную сумму, без учёта платы за вход, комиссии и стоимости экипировки. – пристально глядя на меня, он спросил: — Но вы уверены в этом?

Ухмыльнувшись, я сел напротив.

— Если бы не был уверен, не пришёл бы сюда.

— …

Помолчав минуту, Смоллснейк кивнул и встал.

— Не знаю, откуда у вас такая уверенность, но раз вы мой первый и единственный клиент, я сделаю всё, что в моих силах.

— Большего мне и не нужно.

Я тоже встал и пожал его руку.

— Значит, договорились.

***

Вскоре после разговора со Смоллснейком я направился к торговым рядам.

Теперь у меня было время осмотреться.

Достав небольшую чёрную карту, которую мне дали после сделки, я подошёл к главному входу, где стояла массивная металлическая дверь. Вынув 8 000 U, я направился к чёрной стойке с очередью. Через пятнадцать минут сотрудник принял мой заказ.

Я протянул ему карту и деньги.

Чёрная карта была эксклюзивным платёжным средством чёрного рынка.

Сотрудник конвертировал наличные в криптовалюту, используемую только здесь. Хотя наличные были безопасны, они неудобны для крупных сделок.

Криптовалюта решала сразу две проблемы:

1) Она была анонимной.

2) Рынок выступал посредником в сделках.

Многие забывали, но здесь было полно злодеев. Отбросов общества, не признающих правил. Без контроля они могли силой заставить кого-то заключить сделку или подсунуть фальшивые деньги.

Система чёрных карт исключала мошенничество, так как валюта была внутренней.

— Какую сумму хотите внести?

— 8 000 U.

— Хорошо, секундочку. – он положил деньги в чёрный ящик и нажал кнопку.

Дзинь!

Раздался сигнал, и сотрудник приложил мою карту к ящику.

— Готово. Приятных покупок.

Забрав карту, я отправился к бесконечным рядам прилавков.

«Время закупок!»