Вступление

Ярко-синий свет и пробирающий до костей холод.

Хоть убей, Иска не мог вспомнить, где именно он тогда находился.

Это воспоминание относилось к тем временам, когда его сопровождал сильнейший мечник Империи — мастер Чёрной Стали Кроссвейл.

Вместе они колесили по континенту, путешествуя из одного города в другой.

— На одной Империи мир клином не сходится. И ты должен это понять. Возможно, для усвоения этого урока тебе потребуется десять, а то и все двадцать лет. Но когда ты это поймёшь, жить станет проще.

При определённых обстоятельствах Иска расстался с наставником — где-то на полпути их путешествия.

Он направился к огням далёкого нейтрального города. Путь лежал неблизкий – сквозь дикие ночные равнины.

В пути на него напала стая диких зверей, которые забрели далеко за пределы своего обыкновенного места обитания.

Его короткий меч, который он носил для самозащиты, в ходе схватки разломился пополам. Ситуация превратилась в безвыходную.

И тогда его спасли. Ведьма.

Ледяная стена цвета яркого сапфира встала между ним и зверями, а снежный град устранил всех нападавших зверей.

«Меня спасла ведьма? Несмотря на то что я из Империи?»

Эта ведьма управляла стихией льда.

Лица он её не разглядел – слишком уж было темно. Однако, учитывая то, что она оказалась в этой глуши в столь поздний час, Иска подумал, что она, должно быть, следует к тому же городу, что и он сам.

Она, в свою очередь, конечно, никак не могла знать, что спасла именно жителя Империи. Кроме того, этим действием она обезопасила не только его, но и себя саму.

Однако, факт оставался фактом, она спасла Иске жизнь.

«Но ведь в Империи нас учили, что ведьмы — безжалостные монстры. Но она спасла меня… Разве нет?»

С этого всё и началось.

Именно тогда Иска впервые усомнился в тех представлениях, которые имел о ведьмах.

«Может быть, ведьмы… нет, все астральные маги — не такие уж и злодеи? Может быть, если попытаться поговорить, то с ними даже можно найти общий язык?»

Он был солдатом Империи, но решил довериться своей интуиции.

Отныне и впредь.

***

Столица Империи. Третий сектор. Тренировочная площадка.

Воздух, раскалённый до температуры в 50 градусов по Цельсию, обжигал лица всех присутствующих.

Они находились на пустынной тренировочной площадке — специальной зоне, предназначенной для имитации боя в пустынных землях.

Здешний песок был перемешан с мелкими металлическими частичками, от чего земля под ногами нагревалась сильнее обычного.

— Хааа… Хааа… Ах… Хааа… В-воды…! — с трудом выдохнула Мисмис.

По полигону шагали сразу четыре человека. И самым обречённым из них была, конечно, Мисмис.

— Воды-ы-ы-ы-ы! — взмолилась она.

— В чём проблема просто попить? — отозвался Дзин. — Нам ведь для этого специально аппаратуру выдали.

На их спинах в самом деле были размещены особенные гидратационные приспособления с трубками, позволяющие доставлять воду в организм прямо на ходу.

— Так что я совсем не понимаю твоих претензий.

— У меня всё уже кончилось! Дзин, умоляю, ну дай глоточек! Ну пожалуйста! — взвизгнула Мисмис.

— Будете много пить – лопнете.

— Вот спасибо так спасибо! — Несмотря на то что она только что твердилa, будто умирает от усталости, у Мисмис, похоже, всё ещё оставались силы кричать. — Клянусь, с этой тренировочной площадкой что-то не так! Мы бежим по раскалённому песку, нас жарит Солнце, так ещё и эти огромные вентиляторы посылают нам в спины горячий воздух. Ну в самом деле, мы им, что, барбекю, чтобы так нас коптить?

— Эти штуки, кстати говоря, отменное термальное оружие. Я их уже где-то видела, — заметила Нене и кивнула в сторону гигантского вентилятора, установленного в задней части полигона. — Мы можем тренироваться здесь только потому, что эта технология позволяет воссоздать условия настоящей пустыни. Учёные в исследовательском секторе потом собирают данные об экспериментах на людях и используют их, чтобы сделать оружие ещё эффективнее. Здорово же!

— Нене, ты вообще себя слышишь?! — взвизгнула капитан, едва услышав выражение «эксперименты на людях». — Ох… Что же мне делать, Иска? Ах, вон там… Оазис! Я слышу голоса… Они зовут меня туда…

— Эй, капитан, стойте! Вам туда нельзя! Наверное. — закричал Иска, бросившись за Мисмис, которая, словно пребывая в трансе, зашагала куда то вглубь полигона.

Иске пришлось неслабо постараться, чтобы убедить её пройти ещё некоторое расстояние до ближайшей станции водоснабжения.

— Я справилась! Моё первое выживание на пустынном полигоне! — радостно закричала Мисмис, и, скинув тяжёлый рюкзак, принялась скакать от радости.

— Хорошая работа, капитан. А ведь совсем недавно нам приходилось вызывать носилки, чтобы вас отсюда экстренно эвакуировали, когда ещё даже полпути не прошли.

— Здорово, правда? — Она вскинула кулак в воздух. По её лицу и шее струился пот. — Я, знаешь ли, весь прошлый год времени зря не теряла! Тренировалась!

Чувство эйфории, похоже, заставило её позабыть об усталости.

«Ничего себе. Капитан в самом деле выросла над собой за этот год»

Иска смахнул капли пота с кончиков волос и украдкой посмотрел на Мисмис.

С её детским лицом и крошечной фигуркой она вполне могла сойти за девочку лет тринадцати-четырнадцати.

Из-за такой внешности простые солдаты часто недооценивали её.

Но Мисмис не сдавалась. Она упорно трудилась день за днём. И эти труды, наконец, дали свои плоды.

— Эй, Иска. Не слишком ли ты заглядываешься на нашего капитана? — надула щёки Нене. — Такие, значит, девушки тебе нравятся?

— «Такие» это какие?

— Сексуальные.

Мисмис сняла с себя куртку, обнажив отдельные участки своего тела.

Руки, раскрасневшиеся от напряжения, стали выжимать майку, пропитанную потом.

При этом действии грудь её выразительно подпрыгнула.

И весь этот её вид более не создавал ощущения детскости. Совсем наоборот, было в этом образе нечто по-женски притягательное.

— Я даже завидую. Ростом она, конечно, не вышла, зато со всем остальным полный порядок, — пробормотала Нене, хмуро глядя на капитана.

— Хм? Нене, что-то не так?

— Да вот, Иска как-то странно на тебя смотрит, капитан. Правда, Иска?

— И ничего я не смотрю! — вскинулся Иска.

Он резко закрыл ладонью рот Нене и с таким усердием затряс головой, будто от этого зависела его жизнь.

— Ты всё не так поняла, Нене!

— Правда?

— Правда. Я просто...

Позади всё ещё гудел вентилятор, нагоняя горячий ветер.

Но прежде чем Иска успел договорить, поток воздуха сменился, и из кондиционера повеяло долгожданной прохладой.

— Ого. Класс! Вот теперь это больше похоже на настоящий вентилятор, — удивлённо пробормотала Мисмис, склонив голову набок. — Только вот… Неужели он сломался?

— Ну что вы такое говорите. Мы специально отключили систему подачи горячего воздуха ради вашего удобства, Мисмис.

— А-а-а?! — Капитан взвизгнула, когда кто-то положил руку ей на плечо. — Ах, это вы, Риса?

— Да-а-а! Иск, Ненс, Дзин-Дзин, целый год прошёл, помните ещё меня? — Риса весело, почти по-детски, поприветствовала всех присутствующих.

У неё было красивое, умное лицо и очки в чёрной оправе, что сразу выдавало в ней человека науки.

В сочетании с высоким ростом и боевой формой она производила весьма эффектное впечатление.

Иска хорошо знал эту женщину необычайной красоты.

— Как я мог забыть? Вряд ли найдётся хоть один солдат, который не узнал бы члена Святых учеников.

— Точно-точно. Всего год назад мы были в одной команде. — подмигнула она сквозь стёкла очков.

Имя ей было Риса-имперка. И, в общем-то, небезосновательно.

Если описывать её одним предложением — она была настоящим мастером на все руки, гордостью и надеждой Империи.

В какой бы области она ни оказалась, всюду проявляла выдающиеся способности: успешно окончила военную академию, преуспев в учёбе, рукопашном бое, обращении с оружием, навыках выживания и стратегическом командовании.

Легко прошла жёсткое боевое тестирование, и за минимальный срок поднялась по служебной лестнице от капитана до Святой ученицы.

— Если не ошибаюсь, сейчас ты... почётный консультант в штабе обороны, да? Настоящее достижение, — с улыбкой заметил Иска.

— Да ну, ничего особенного, — махнула рукой Риса. — Ты, Иск, и сам мог бы достичь таких успехов, если бы не вылетел.

Риса было хотела сказать что-то ещё, как её прервал голос из-за спины:

— Иска, может, и был самым молодым среди тех, кто получил это звание, но в списке Святых учеников он находился в самом низу. А вот ты, Риса, — советник пятого уровня, практически правая рука трона. Ты – абсолютно другой уровень, даже по меркам самих Святых учеников.

Это был Дзин. Он поднялся со своей скамейки, всё ещё раздражённый, хоть жара и успела спасть.

— Ну и? Какой безумный план ты решила исполнить на этот раз?

— Да так, пустяковое дельце, — игриво высунула язык Риса и ткнула пальцем в капитана. — Ваш отряд будет работать на меня во время следующей миссии. Разрешение уже получено. Так что рассчитываю на вас!

— Что…?

— Хм? А вы против?

— Просто ты, Риса, слишком умная. Я не уверен, что смогу подстроиться под ход твоих мыслей.

— Это точно. Мы же не такие гении, как ты, — вставила Мисмис с неуверенным выражением лица, пока Риса гладила её по голове.

— Я лично подготовлю для тебя тактическую брошюру, Мис. Только пообещай, что не потеряешь её, ладно

— Правда?! Тогда я в деле!

— Вот и отлично! Дзин-Дзин, на тебя я тоже рассчитываю.

— Значит, это приказ?

— Да, можно сказать, выбора у тебя нет. В любом случае, я заглянула просто поздороваться. Все вы, кроме, пожалуй, капитана, крайне успешны, да?

— Эй, Риса?! — надулась Мисмис.

— Ха-ха-ха, шучу-шучу! Ты тоже великолепна, Мис. А уж если это говорю я , значит, точно правда! — Риса снова потрепала её по голове.

Возможно, они вели себя так, потому что когда-то были одноклассницами или подругами.

Святой ученик, по-дружески болтающий с капитаном — редкое зрелище. Первый подчинялся непосредственно трону, второй — командовал всего одним отрядом. В рамках строгой меритократии Империи разница между людьми разных званий была колоссальная.

Для такого молодого капитана, как Мисмис, ранг Святого ученика был далёкой мечтой, тогда как для самой Рисы звание капитана было давно пройденным промежуточным этапом.

«Не верится, что мисс Риса и капитан Мисмис так хорошо ладят. Наверное, потому что капитану не свойственно завидовать или соперничать.»

Иска вспомнил, как однажды видел их вместе.

Тогда они с восторгом болтали о шопинге, совершенно позабыв о плане операции. Наверное, это говорило ещё и о непоколебимой уверенности Рисы в себе.

Она могла позволить себе быть расслабленной — ведь знала, что гениальна и сильна при любых обстоятельствах.

— Учитывая обстоятельства, ты слишком торопишь события, — с недовольной усмешкой заметил Дзин, глядя на человека, который по званию был гораздо выше его. — Нас отправили на операцию в Нельке всего спустя семнадцать часов после освобождения Иски. Это была наша первая миссия за целый год. А теперь ты хочешь с места в карьер прибрать наш отряд к рукам? На твоём месте я бы дал нам время на отдых.

— То есть, ты считаешь, что я переоценила ваши возможности? Хм… На самом деле это просто невозможно, — глаза Рисы за стёклами очков хитро прищурились. — Я внимательно изучила ваш отчёт по событиям в Нельке. Краткий, точный, без единой неточности или помарочки. Это ведь ты его составлял, Дзин-Дзин?

— Именно так.

— Вот почему я считаю, что ваши способности ничуть не упали. И это касается каждого из вас, — с лёгкой улыбкой она повернулась к Иске. — Ну что, Иск? Хочешь немного поболтать?

— Поболтать?

— Как у тебя дела с физическим состоянием? Слышала от Мис, что с последней вылазки тебе так и не удалось хорошенько выспаться?

— Пожалуй, можно и так сказать.

Как солдат, он обязан был докладывать о своем физическом состоянии по первому требованию.

Не было ничего удивительного в том, что Святой ученик решил лично задать ему этот вопрос. Особенно, если учитывать информацию, которую она получила от Мисмис.

Единственная загвоздка была в том, что сам Иска, вероятно, прекрасно понимал причину, по которой ему не удаётся выспаться.

Ведьма Ледяного бедствия, Алиса.

Её образ никак не шёл у него из головы — и, возможно, именно это было причиной его бессонных ночей.

— Выглядишь неважно, — заметила Риса. — Мис рассказала, что позавчера ты был в опере. Не помогло?

— Помогло. Вернее, мне всё понравилось. Было здорово побывать в нейтральном городе после стольких месяцев в заточении. — Иска с энтузиазмом кивнул.

«Сейчас не самый лучший момент для искренности… И особенно для рассказов о нашей с Алисой встрече.»

— К слову, я так и не поблагодарил капитана за билет. Спасибо, всё было чудесно.

— Восхитительная пьеса, правда? — Мисмис с восторженным видом прижала руки к груди — Такая трагическая история любви… В самое сердце каждым словом попадают! Такая печаль и умиротворение находит в самом финале… — А затем добавила: — А Риса говорит, что это скука смертная.

— Видимо, мне просто не дано проникнуться высоким искусством, — пожала Риса плечами. — Кстати, Иск, ты ведь с юности всяким творческим увлекаешься?

— Да. Я вам сам об этом рассказывал?

— Моё хобби — собирать информацию. — Она с довольной улыбкой сунула пальцы в нагрудный карман. — Обожаю болтать и слушать слухи о своих подчинённых. Ну-ка, что тебе приходит в голову, когда я говорю: «Врибран Сарил»?

— Кажется, он был придворным художником императора. Умер... лет сто пятьдесят назад, так что это было ещё до Столетней войны. В основном использовал для своих работ масло.

— Бинго. От тебя я другого и не ожидала. — Она лукаво улыбнулась, доставая из кармана билетик. — Говорят, недавно открылась выставка его картин.

— Врибрана? В нейтральном городе?

— Точно. Я выиграла билет в карты у своих подчинённых, но, по правде говоря, думаю, господину Врибрану больше понравится, если на выставку пойдёт знающий в искусстве толк человек, ха-ха…

— Но ведь я только позавчера брал выходной…?

— О, об этом не беспокойся. Когда настанет время для исполнения моего плана ты всё наверстаешь. У тебя, знаешь ли, будет очень важная роль.

Риса продолжала поглаживать Мисмис по голове.

Это продолжалось уже довольно долго, так что капитан неприязненно дёрнула головой и отстранилась.

— Короче говоря, отныне отряд Мисмис официально действует под моим командованием. Сбор — на следующей неделе. А через месяц начнём совместные тренировки. До тех пор можете тренироваться самостоятельно. Ну, или, можете взять отпуск, если хотите. Да-да, это я вам говорю, Дзин-Дзин и Ненс.

— А как же я? Мне тоже можно отдохнуть?

— Ты капитан, Мисмис. Так что никакого тебе отпуска. Будем проводить с тобой множество тактических совещаний.

— Вот же вредина! — надулась Мисмис, пока Риса продолжала весело над ней подтрунивать.

Иска бросил в их сторону косой взгляд.

«Выходит… Я возвращаюсь в Айн»

В памяти всплыла та встреча с Алисой, что произошла всего два дня назад.

Разумеется, шансов на повторную случайную встречу было совсем мало.

На этот раз он направлялся на именную выставку имперского художника Врибрана. К тому же с момента их последней встречи прошло уже несколько дней.

И потом, у неё попросту не было причин туда возвращаться.

«Ах да, кажется, она оставила у себя мой носовой платок… Стоп, почему я вообще об этом думаю?»

Он резко мотнул головой, словно пытаясь стряхнуть с себя назойливые мысли.

Часть 1

Королевский дворец Небулиса.

Он располагался в самом сердце Суверенитета — государства, основанного астральными магами.

Дворец возвышался тремя отвесными башнями, и одна из них всегда была открыта для посетителей.

Каждый месяц открытая башня менялась, позволяя широкой публике со временем увидеть весь дворец.

Между королевской семьёй и народом существовали прочные узы доверия. Им было нечего скрывать, ведь все они были братьями по оружию в борьбе против Империи.

Однако была во дворце и та часть, доступ в которую был строго запрещён. Место, в которое без личного приказа королевы не могла войти ни единая живая душа.

— Прости, что задержалась, Рин. Ты давно ждёшь?

— Нет, я только что пришла.

Алисализ вприпрыжку подбежала к Рин, освещённой лишь дрожащим светом свечи.

— Даже не вспомню, сколько раз я уже здесь бывала, но каждый раз – до мурашек.

Они находились в подземном проходе, проложенном через известняковую пещеру. Тёплый влажный воздух обдавал их лица, а ветер неизвестного происхождения, гулявший по извилистым коридорам, колыхал волосы Алисы, параллельно щекоча её макушку.

И с каждым порывом этого теплого ветра ей казалось, будто до неё дотрагивается нечто поразительно холодное.

— Ри-ин! Спаси меня!

— Леди Алиса, пожалуйста, прекратите так прижиматься ко мне. Вы ведь уже не ребёнок.

— А что если тут призраки водятся!?

— Всё будет в порядке. Ваша астральная сила сильнее любого призрака. К тому же… — Рин продолжала идти бок о бок с Алисой. — Тот, кто покоится здесь, вовсе не мёртв.

— Я знаю, — пробормотала Алиса, однако подол платья Рин из рук не выпустила.

Они молча шли вниз по неровному склону, пока впереди не замерцал тёплый золотистый свет.

То был Золотой алтарь.

Перед ним на голой скале был расстелен багряный ковёр.

На каменном пьедестале стоял бронзовый канделябр с семью свечами и древнее Священное писание, исписанное старинными письменами, а также множество других святых сосудов, названий которых Алиса даже не знала.

— Прости, мама. Я опоздала.

— Ты пришла как раз вовремя.

Женщина в лавандовом королевском платье обернулась на голос.

В отблесках свечей её волосы отливали золотом с каштановым оттенком. В её рубиновых глазах сочетались мягкость и строгость. Она буквально излучала величие. Но выглядела при этом, довольно мрачно.

Это была Мирабелла Лу Небулис Восьмая — мать Алисы и правящая королева Небулиса.

Сам факт того, что королева вызвала кого-то на личную аудиенцию, даже без придворной стражи, был чем-то удивительным.

— Алиса, я хочу поговорить с тобой о недавнем происшествии. Ты упоминала, что сражалась с имперским мечником. Не из числа Святых учеников, но превосходящим их по силе.

— Да.

Они говорили об Иске.

После боя в лесу Нельки Алиса тут же доложила об этом происшествии матери.

Мирабелла, мать Алисы, тоже была астральным магом с немалым боевым опытом. Она не раз сталкивалась со Святыми учениками, была хорошо осведомлена о структуре вооружённых сил Империи, а потому, не исключено, могла догадываться о том, кем на самом деле был тот мечник.

Однако даже королеве не удалось выяснить его личность.

— Вот оно как… — тихо произнесла королева.

— Мама? Что-то случилось?

Мирабелла повернулась к алтарю.

— Посмотрите сами, вы обе.

— Почтенная Основательница?!

В голосе Рин прозвучал испуг, и её восклицание разнеслось эхом по известняковому залу.

Служительница с ужасом отступила назад, глядя на чёрную каменную колонну, возвышавшуюся перед ними.

Это была Небулис — Великая Основательница.

Её обнажённое тело было распято на чёрном столбе.

Кожа цвета меди, волнистые жемчужные волосы — она была воплощением легенды.

Небулис стояла у истоков самого Суверенитета — утопии, созданной для всех астральных магов.

Внешне — юная девочка, на вид не старше тринадцати-четырнадцати лет обладала абсолютной силой и бессмертием.

— Говорят, сто лет назад Почтенная Основательница в одиночку противостояла десяткам тысяч имперских солдат… И она до сих пор жива, — прошептала Мирабелла с великим почтением в голосе. — У Почтенной Основательницы была сестра-близнец — Небулис Первая. С неё началась королевская линия. И ты, и я, Алиса, — её потомки.

Империя боялась Великой Ведьмы, но не знала о существовании её сестры. Вот почему, когда Небулис Первая умерла, они ликовали, решив, что и Великая Ведьма канула в небытие.

Но они ошиблись. Небулис вовсе не умирала.

Эта истина была известна лишь немногим: королевской семье и роду Рин, служившему им верой и правдой на протяжении многих поколений.

С тех пор младшая сестра, скрывшаяся от мира, приняла имя Небулис I и продолжила род. Старшая же выбрала другой путь.

Почтенная Основательница владела древнейшей астральной силой в мире — властью, способной изменять само течение времени.

И с тех пор она неустанно ждала в засаде, в надежде однажды нанести Империи сокрушительный удар.

Причиной вскрика Рин же было нечто странное:

— Леди Алиса! Оковы на теле Почтенной Основательницы... Они начинают ослабевать!

Тело Великой Ведьмы висело в воздухе, закованное в цепи за руки и ноги. И эти цепи — некогда непоколебимые — постепенно развязывались.

— И произошло это, Алиса… — продолжила королева, — в тот самый момент, когда ты сражалась с имперским мечником в лесу Нелька.

— Что бы это могло значить?..

— Астральная сила всегда отзывается на зов, если чувствует, что её носитель в опасности, — ответила Мирабелла. — Так было и в прошлом: стоит вражеским армиям вторгнуться в Суверенитет — астральные силы мгновенно вступают в реакцию. Почтенная Основательница — не исключение.

Королева приблизилась к чёрному монолиту, чья вершина упиралась в потолок пещеры. Тело Основательницы было закреплено на высоте в десять ярдов над землёй.

— Это похоже на знамение… Знамение её пробуждения. Вы согласны?

Услышав это, Алиса и Рин переглянулись.

До сих пор, сколько бы раз Алиса ни вступала в бой с силами Империи —ничего подобного не происходило.

Значит ли это, что Небулис отозвалась именно на её схватку с Иской?

— Нам ещё только предстоит выяснить, какие именно обстоятельства вызвали реакцию астральной силы Почтенной Основательницы, — сказала королева и покачала головой. — Говорят, что одна астральная энергия может вступать в резонанс с другой. Возможно, твоя сила, Алиса, настолько велика, что пробудила саму Основательницу. Так, по крайней мере, полагают исследователи из Института астральной энергии.

— Это правда… — подхватила Рин. — Леди Алиса впервые проявила такую мощь.

Пока они говорили, Алиса подняла взгляд к Великой Ведьме.

«Ты откликаешься на мою силу? Такого просто не может быть. Потому что…»

Потому что Алиса и раньше не раз уединялась на пустынной арене вдали от столицы, чтобы проверить пределы своей астральной силы.

Она не раз выпускала энергию в том же объёме, что и в бою с Иской.

Но Основательница ни разу на это не реагировала.

Другими словами, это был первый и единственный случай. Единственный, когда последовала хоть какая-то реакция.

— Иска… Кто же ты такой?

— Леди Алиса, вы что-то сказали?

— Н-нет! Просто мысли вслух!

Похоже, её мать серьёзно заинтересовалась её боем с Иской.

«А значит, я не могу больше сказать ей ни слова. Нельзя рассказывать, что мы снова встретились накануне — в нейтральном городе. Он видел, как я плакала на опере. Мы сидели за одним столом... Какой нелепый поворот судьбы. Я должна забыть. Просто вычеркнуть всё это из головы. Но почему, стоит мне об этом подумать — и я тут же вижу перед глазами его лицо?»

— Как бы то ни было, — Небулис Восьмая скрестила руки на груди, — слишком многое нам пока неизвестно об астральной силе Почтенной Основательницы. Я уже поручила институту ускорить исследования. А ты, Алиса, пока воздержись от боевых вылазок — по крайней мере, до тех пор, пока мы не узнаем больше об этом имперском мечнике.

— Хорошо. Тогда, я пойду. Идём, Рин. — кивнула Алиса и повернулась спиной к Основательнице — Великой ведьме Небулис, чьё тело было распято на чёрном каменном монолите, напоминавшем гигантский меч, вонзённый в землю.

«Пробудись»

«Это не моя сила. Это сила астрального меча»

— Как он тогда сказал… «Пробудись»? — Алиса резко обернулась.

Чёрный столб, казавшийся мечом, вонзённым в скалу. Цвет этого камня был точь-в-точь, как у меча Иски. Совпадение ли это?

Но ведь ведьма зашевелилась именно в тот миг, когда Иска произнёс это слово — когда он нанёс удар белым мечом.

По крайней мере, если верить словам королевы, то именно тогда цепи и начали ослабевать.

— Леди Алиса? Что-то не так?

— Нет-нет! Всё в порядке!

Довольно. Алиса прогнала навязчивые мысли.

Это было так нелепо, что и предположением назвать сложно.

Она должна забыть о том, что увидела его в нейтральном городе.

Из-за него она прошлой ночью не могла уснуть. Не хватало ещё нахвататься от него лишних проблем.

— Кстати, я слышала, в городе открылась выставка…

— Леди Алиса, вы ведь не собираетесь снова посещать нейтральный город?! — Рин, уловив её тихое бормотание, раздражённо уставилась на свою госпожу — А если снова что-то случится!?

— Да это ведь было случайное совпадение. И на оперу я больше не пойду, честное слово. В тот раз мне просто не удалось отдохнуть по-настоящему. Сейчас я хочу немного расслабиться, насладиться моментом, — прошептала Алиса, понизив голос, чтобы её не слышала её мать.

Они вернулись к коридору и стали подниматься по пологому склону пещеры.

— Да, на выставку Врибрана было бы славно сходить.

— «Врибрана»?

— Прости, опять мысли вслух.

Если бы она упомянула, что Врибран — бывший придворный художник императора, Рин точно бы устроила скандал.

Но, даже если Империя и была врагом Небулиса, отрицать её вклад в культуру было бы глупо — они оказали огромное влияние на всё современное искусство.

Это был неоспоримый факт.

И особенно художник Врибран, чьи работы отличались невероятной игрой цвета. Просто взглянув на его картины, можно было почувствовать, как на сердце становится легче.

С самого детства, когда Алиса впервые увидела альбом с его репродукциями, она мечтала увидеть оригиналы собственными глазами.

— Рин, ты можешь подождать меня в замке. Город совсем рядом, не заблужусь.

У неё будет свободное время. Столько, сколько нужно, чтобы как следует насладиться искусством.

Её сердце уже начало учащённо биться от предвкушения исполнения детской мечты.

Позади остались и Почтенная основательница, и тёмная пещера.

«Да, я абсолютно уверена. Это поможет мне развеять все сомнения».

Часть 2

На следующий день.

— Эй, я тебя спрашиваю! Нет, я требую ответить! Что ты здесь забыл?!

Громогласный крик Алисы сотряс городскую площадь нейтрального города Айн.

Она уставилась на парня, случайно повстречавшегося ей по пути.

— Иска?!

— Алиса?! — Иска остановился как вкопанный, не веря собственным глазам.

И, словно этого было недостаточно, оба они, одновременно достали билеты на одну и ту же выставку.

— Как такое вообще возможно?! — Алиса буквально кипела. — Мы оба решили пойти на одну и ту же выставку?! Почему солдату Империи вообще дозволено так свободно разгуливать по нейтральному городу? Разве у вас там нет важных заданий — вроде защиты родины или чего-то такого?!

— Знаешь, можешь думать, как тебе угодно, — пожал он плечами. — Но Врибран — имперский художник-импрессионист. И мне, как жителю Империи, точно ничего не мешает посетить выставку его работ. А вот ты, с чего бы заинтересовалась вражеским искусством?

— Когда речь идёт об искусстве, политика значения не имеет! — отчеканила она. — И вообще, он мой любимый художник. Вот и пришла.

Они уставились друг на друга так, словно стояли прямо сейчас не посреди многолюдной площади. Весь остальной мир для них более не имел никакого значения.

— И, всё-таки, мне трудно поверить, что твоим любым художником является имперец, — пробормотал Иска.

— А почему бы и нет?! Мне нравится, как он изображает вечерние улочки… И рассветы. Я хоть сама и не совсем художница, но это ничуть не мешает мне любить его творчество! Это что, теперь противозаконно?

— Хм…

— Что?

— Ничего. Просто подумал, что мы с тобой довольно похожи, — сказал Иска, глянув на билет в руке. Он указал на широкую улицу, уходящую от площади. — Выставка, кажется, в той стороне. Не против дойти до туда вместе?

— Конечно… То есть… Нет! Постой!

«Нам нельзя…»

Если кто-нибудь узнает, что принцессу Суверенитета сопровождает воин Империи — пусть даже в нейтральном городе — разразится настоящий скандал.

А её родня... Её родня явно не упустит момент, чтобы устроить ей козни.

Всё потому, что семейство правителей Небулиса – вовсе не единое целое.

Дай только повод для слухов, и тогда пострадает не только лишь сама Алиса, но и её мать – Королева.

Интриги и коварные замыслы были для их королевской династии чем-то обыденным.

Алиса уже и не помнила, сколько раз её обвиняли в поступках, которых она не совершала. При чём, обвинения чаще всего шли не со стороны, а от её же сестёр – младшей и старшей.

«Честно говоря, я в самом деле не знаю, куда идти… Но нет! Так нельзя! Надо показать ему, что мною не получится помыкать!»

Прямо сейчас рядом с ней не было Рин. Если кто-то увидит принцессу и воина из враждующих стран, гуляющих рядом – слухи будет не остановить.

И, само собой разумеющееся, самыми гнусными будут те, которые будут гласить о том, что у них с Иской свидание.

— Можешь идти по этой главной улице. А я… я пойду по этой! — заявила Алиса и резко указала пальцем на узкий проулок, который только что заметила краем глаза.

— Ты в самом деле хочешь пойти таким путём?

— Абсолютно.

— Не хочу тебя, конечно, разочаровывать, но тот переулок навряд ли приведёт тебя к выставке. Ты просто-напросто заблудишься.

— И ничего я не заблужусь! Вот увидишь!

— Эй, подожди, Алиса!

Но она не ответила. Не стала даже вслушиваться в то, что он кричал ей вслед.

Вместо этого она сделала резкий разворот на своих каблучках и направилась вперёд, к переулку, который был практически в диаметрально противоположном направлении от того, куда ей указывал Иска.

Она шла по узкой улочке уже несколько минут.

— Где это я вообще…?— пробормотала она, с трудом сдерживая всхлипы.

Во-первых, вокруг было очень темно. Царила почти непроглядная тьма.

Сейчас был самый разгар дня — солнце должно было ярко освещать улицы, но сюда, в тесный закуток между домами, свет практически не проникал.

Ей показалось, что она очутилась в страшном ночном кошмаре.

— Бе… Что это за гадость тут разбросана? — буркнула Алиса, брезгливо поморщившись. — Мусор валяется, грязь под ногами, запах просто отвратительный...

На стене кто-то оставил уродливую мазню — возможно, засохшие следы драки, а может, даже чего похуже.

— Уму непостижимо. Если бы я была принцессой этого города, я бы заставила всех граждан немедленно навести здесь порядок. Да где это видано, чтобы в центре культуры царил такой беспорядок?

Не зная, где находится, Алиса продолжила идти куда глаза глядят. Надеясь на одну лишь интуицию, она рассчитывала как-нибудь дойти до нужного музея.

Прежде чем к ней пришло осознание, прошло ещё несколько минут.

— Рин… Пожалуйста, помоги мне... — прошептала она.

Она окончательно заблудилась.

Кроме того, Алиса стала тщательно избегать грязных мест, а потому не могла даже вернуться к тому самому месту, где они с Иской разошлись.

— И ведь я по дороге спрашивала, как до туда добраться, — пробормотала девушка.

Быть может, она просто неправильно строила свой вопрос или жители её и вовсе не так поняли. Как бы то ни было, она оказалась на совершенно другой площади.

— Что не так с этим городом? Хоть бы какие таблички сделали… Туристам же тяжело ориентироваться!

Она присела на одиноко стоящую скамейку возле фонтана.

Музея всё ещё не было видно, а ноги уже гудели от утомительных блужданий по запущенным закоулкам.

К тому моменту небосвод стал стремительно темнеть. Над городом сгущались тучи. Жители города постепенно расходились по домам, улицы и площади постепенно пустели.

Фонтан окутывал лёгкий туман, рассеивавший закатный свет в тёплых янтарных тонах.

Сквозь водяную завесу Алиса увидела двух детей, державшихся за руки и весело пританцовывавших у фонтана.

— Я ведь не одинока, правда? — прошептала она, едва слышно. — Когда вернусь во дворец, снова увижу Рин. Да и в конце концов, что плохого в том, чтобы время от времени быть одной…?

— Алиса?

Откуда-то сзади донёсся знакомый голос.

— В самом деле ты!

— Хм? Кто это там? — Она обернулась и вздрогнула: перед ней стоял Иска. Сердце бешено застучало, будто было готово выскочить из груди. — Чего это ты здесь забыл? А как же выставка?

— Так ведь я уже сходил, — спокойно ответил он. — Но тебя там не было, и я заподозрил, что ты заблудилась. Немудрено, учитывая, каким путём ты пошла.

— Э-э… — Алиса могла лишь недоумевающе хлопать глазами.

— Хочешь, я тебя провожу?

— Ха?

— Времени у нас не так много. Выставка закрывается через полчаса. Поторопимся?

— Но… Мы же враги! Я — принцесса Суверенного Небулиса, а ты — воин Империи!

В ответ Иска тепло улыбнулся:

— Выходит, в самом деле принцесса?

Алиса застыла на месте. Совсем не такой реакции она ожидала на раскрытие своего истинного титула. Куда более враждебной и агрессивной.

Во все их прошлые встречи она лишь намекала ему на то, каким титулом обладает, однако сейчас, наконец, сказала об этом прямо.

И теперь Иска знал, что перед ним никто иная, как Ведьма Ледяного бедствия и, по совместительству, наследница трона. Дочь королевы Небулис Восьмой.

— Впрочем, так я и думал. — пожал плечами Иска.

— Вот оно как? Значит, скрываться было вовсе необязательно, — сказала она, осторожно поправляя волосы. — Мы враги. А врагам нельзя вместе ходить по музеям.

— Враги…? Разве не ты сказала, что в искусстве нет места политике?

Алиса задумалась. В конце концов, парень был абсолютно прав. На территории нейтрального города всякий человек обязан забыть о вражде и предаться наслаждению искусством.

В конце концов, она пришла полюбоваться картинами имперского художника. Разве так уж странно повстречать на выставке кого-то из Империи?

— Ты прав… Я в самом деле так и сказала, — тихо призналась она. — Веди… Пожалуйста.

— За мной, — кивнул Иска.

Они вышли на широкую, почти пустую улицу и, не говоря больше ни слова, зашагали к музею — два человека, чьи народы враждовали столетиями, но чьи сердца в этот вечер забились в унисон.

— Вот мы и на месте — объявил Иска спустя всего пару минут.

— Ха? Да быть того не может!

В ответ Иска ткнул пальцем в вывеску «Выставка Врибрана».

Алиса недоумевающе посмотрела в сторону площади, откуда они только что пришли.

— Я, что, заблудилась в двух шагах от нужного места?

— Да. И это даже к лучшему. В ином случае я бы тебя так и не нашёл. Ну что, идём? Времени почти не осталось.

Алиса бросила взгляд на висящие неподалёку часы.

— Всё посмотреть мы вряд ли успеем… Может, ты бы хотела взглянуть на что-нибудь определённое?

— Э-э… Ну да… Я бы хотела посмотреть на «Город в цвете сумерек». Там, где вид с церкви на небольшой городок с церковной башни прямо перед закатом!

— В таком случае, нам сюда.

Иска буквально нырнул в толпу, которая выходила из музея. Алиса последовала за ним, и совсем скоро оказалась перед огромным полотном.

— Это оно, верно? То, что ты искала.

Алиса замерла: перед ней висело знакомое из детского фотоальбома изображение — только теперь в гораздо большем масштабе.

— Ого…

На языке у девушки вертелись тысячи слов, но выдавить из себя она сумела лишь вздох восхищения.

— Да… Это именно то… — прошептала она и сделала ещё несколько шагов к холсту, размеры которого были почти во весь её рост.

На картине был изображён зимний город, покрытый снегом.

Тьма уже наступила, однако из окон лился тёплый свет от ламп.

Таким образом, картина оставляла ощущение чего-то холодного, но вместе с тем по-уютному тёплого.

Немудрено, что эта картина произвела на маленькую Алису неизгладимое впечатление. Каждый окружающий её человек считал своим долгом назвать Империю – логовом беспристрастных животных, жаждущих лишь разрушения, тогда как на этой картине всё было мирно и спокойно.

— Иска… — обратилась она к парню.

— Что-то не так?

— Чем тебе понравился этот художник?

— Вот этим, — сказал он, и, глядя на холст, указал в его центр. — Здесь краска особенно густая.

— И что это значит?

— Может быть, это игра моего воображения, но мне кажется, что, нанося этот мазок, он тут же обдумывал следующий. Он словно собрался было что-то нарисовать, но в голове тут же возникла новая, более совершенная картина. И он подолгу держал кисточку на этом месте, продумывая итоговую композицию.

— Вот оно как…

— А вот здесь он поменял цвет на другой, — продолжил он. — Мне кажется, что в его голове образы постоянно сменяли друг друга: становились ярче, насыщеннее. Полотно насыщалось новыми эмоциями…

В этот самый момент посетители толпами покидали помещение выставки, но Алиса не слышала ни их громких впечатлений, ни стука шагов.

Прямо сейчас она отдавала этой картине всю себя.

— Знаешь, Алиса, — продолжал Иска, — Врибран писал исключительно пейзажи: улицы, дороги, гавани. Но он ни разу не изобразил человека. На его картинах нет ни единой живой души, да и использует он зачастую только тёмные тона, но…

— Несмотря на это, в них ощущается жизнь?

— Совершенно верно. Внешне он, наверняка, был спокойным человеком, который никогда не позволял эмоциям брать над собой верх в разговоре с людьми, но… Стоило ему взять в руки кисть – и все переживания и чувства выливались на холст вместе с мазками краски. Вот поэтому-то он мне и полюбился.

— Я понимаю. Я и сама… — начала было Алиса, но внезапно замолчала.

Она поняла: всё это время её очаровывала вовсе не картина, а человек, стоящий рядом.

Художники в Небулисе учили её правилам композиции и теории цвета, но никто из них не мог прочувствовать Врибрана так, как это делал Иска. Маги ставили своей целью превзойти его шедевры, но никак не пытались их понять.

Иска был первым человеком, который сумел облачить все её чувства по отношению к искусству Врибрана в слова.

— Алиса? Что-то не так?

— Нет-нет, всё в порядке, — тихо ответила она, стараясь взять себя в руки.

Искра восторга и лёгкого смятения в её взгляде ясно давала понять: частичка её самой уже поменялась.

***

Время шло к позднему вечеру.

Они были последними посетителями музея, задержавшимися до его закрытия. Алиса и Иска вместе покинули выставку и направились на площадь, с которой пришли.

Когда они подошли к скамейке, на которой она заблудилась, Алиса протянула парню жестяную банку, сверкающую капельками воды на ней.

— Вот. Это благодарность за то, что ты меня проводил. Тебе, наверное, хочется пить. Особенно после всех этих разговоров.

— Совсем не обязательно… — Иска поймал баночку фруктового сока на лету.

Алиса посмотрела ему в глаза и поднесла ко рту свою банку:

— Я не хочу быть в долгу, особенно перед тобой.

— Тебе и не надо быть в долгу. Так, сейчас я заплачу тебе за… Ха? — Иска порылся в карманах и замер.

— Что-то не так?

— Я, кажется, оставил свой кошелёк дома.

— Ха? Вот так просто?

— Ну, как бы сказать… Я был сосредоточен на том, чтобы не забыть билет и…

— Как же тогда ты добрался до сюда без билетов?

— У меня оплачен месячный проездной на межгородские автобусы…

— Выходит, ты забыл деньги, потому что не планировал их тратить?

Парень коротко кивнул и виновато уселся на скамейку.

Он переводил взгляд с банки на Алису и обратно.

— Я… В следующий раз я тебе верну…

— Дурачок, — на её лице появилась едва заметная улыбка. Это был первый раз, когда Алиса позволила себе непринужденно улыбнуться имперскому солдату, пусть даже и слегка. — Говорю же, это подарок. Не переживай.

Вода в фонтане засверкала в лучах заходящего солнца.

Они были слишком смущены, чтобы сесть рядом на скамейке, а потому решили сесть, каждый со своего края.

— Если подумать, — Обратилась к Иске Алиса, сжимая в руке уже пустую банку. — Сколько тебе лет?

— Шестнадцать. В этом году будет семнадцать.

— Вот как? Значит, я на год тебя старше.

Они были почти ровесниками. По крайней мере, такое было у Алисы предчувствие. Однако она никак не могла подумать, что парень окажется моложе её самой.

— Интересно получается. Знаешь, тебе следовало бы почтительнее разговаривать с той, кто старше тебя. Хоть даже и всего на год.

— И слышать ничего не хочу от «взрослой», которая умудрилась потеряться в двух шагах от цели.

— Т-ты всё неправильно понял! Я всего лишь осматривала достопримечательности города!

Их разговор перешёл на другие тривиальные темы: они говорили о художниках, помимо Врибрана, и ещё немного о пасте.

И тут оба они неожиданно затихли, хотя ни один из них не собирался прекращать разговор.

Всё дело в том, что они задремали.

И когда Алиса поняла, что только что на мгновение заснула, она резко раскрыла глаза и посмотрела на небо. Солнце окончательно скрылось за горизонтом.

— Э-э, ч-что?!

По необъяснимой причине Алиса, которая уже несколько дней не могла нормально выспаться, сумела задремать рядом с Иской. С её точки зрения это было очень глупо.

Она рефлекторно повернулась к нему.

— Иска?

Он сидел на краю скамейки и клевал носом. Его голова качалась, будто на волнах, а глаза была прикрыты. По всем признакам он если и не спал, то был очень к этому близок.

— Ты спишь?

Она попыталась тихонько подняться со скамейки, но Иска тут же засопел и упал своим телом на её, уткнувшись лицом в грудь.

— А-а-а?! Ты что творишь?!

Но он не проснулся.

— И как только тебе удалось так крепко заснуть? Прямо как младенец какой-то… Я, конечно, тоже хороша, но я-то проснулась!

Его храп был тихим и ровным.

Алиса догадалась, что в последнее время он, должно быть точно также, как она, страдал от бессонницы.

— Разве мы с тобой не враги? Хоть мы и в нейтральном городе, разве можно так терять бдительность? А ведь я могла бы одним ударом лишить тебя жизни…

Ответа не последовало.

Она задержала взгляд на его спокойном лице, затем подняла глаза к небу и глубоко вдохнула.

— Если уснёшь здесь, то простудишься, глупенький.

С этими словами Алиса аккуратно сняла с себя его тело и переложила на спинку скамейки, предварительно убедившись, что это его не разбудит.

— Прошу прощения. — Алиса остановила такси, проезжавшее по дороге. — Пожалуйста, отвезите его в Империю, ко въезду в столицу.

— Ты серьёзно сейчас? — Водитель даже не пытался скрыть своего недовольства, глядя на неё из окна. — Ты время-то видела? Даже если сейчас выдвигаться, до Империи часов шесть езды. А до столицы и того дольше — приедем не раньше глубокой ночи или даже под утро. Ты хоть представляешь, сколько это будет стоить? Дальняя поездка, сверхурочные — цена будет бешеная.

— Я заплачу вперёд.

— Что? Авансом? Ты хоть представляешь себе…

— Вот возьмите. — Алиса перебила его и бросила на переднее сиденье целую пачку банкнот.

Это были самые обыкновенные деньги, которые использовались в обороте во всём мире. И этой суммы было вполне достаточно для того, чтобы купить одно или даже два автомобиля, подобных этому такси, не говоря уже о том, чтобы оплатить поездку.

— Сдачи не надо.

— Благодарю за щедрость.

— Только прошу, позаботьтесь о нём.

— Любой каприз, как говорится…! — отозвался водитель, спрыгнул с сиденья и аккуратно взвалил Иску на спину.

Уложив его на пассажирское сидение, он вернулся за руль и тронулся с места, направляясь к городским воротам.

— Не пойми неправильно…. — Алиса смотрела вслед уезжающему автомобилю. — Это всего лишь благодарность… За выставку. Вот и всё.

Алиса вернулась к прежнему месту, только когда машина скрылась из виду.

«Пора домой… Но с чего бы это мне вдруг захотелось спать? С того дня я так ни разу нормально и не выспалась, а тут…»

С момента их битвы в лесу она не могла сомкнуть глаз — перед глазами постоянно всплывал образ Иски.

По словам Рин, всё это было лишь остаточным эффектом после трудной битвы.

Но, будь всё так, разве смогла бы она задремать с ним на одной скамейке?

— Да что со мной не так?!

Туман в голове не рассеялся.

Напротив — он стал только плотнее.

Алиса раздражённо пнула камешек, лежавший на дороге.