«Пхпх, похоже, это и правда ужасно»

Выслушивая мою историю, моя подруга Саватари Гинбей Харуоми поддалась порыву хохота.

«В один и тот же день услышать такое от двух женщин. Что случилось, Акито? Неужели переезд был настолько тяжким, что ты даже не смог принять ванну?»

— Не пойми меня неправильно. Я точно принял ванну.

«Я знаю. Ты определённо весьма очень чистоплотный парень. Не помешанный на чистоте, но и не грязный, думаю, ты прекрасно справляешься с сохранением баланса в этой сфере. Кстати, насколько мне известно, нет ничего, доказывающего, что запах твоего тела более раздражителен, чем у окружающих тебя людей»

Тц.

Хоть она и говорила, что всё понимает, но её голос ясно выдавал то, что она наслаждается всем этим.

«Но эта светловолосая леди, чьё имя мы даже не знаем, похоже, очень интересный человек. В любом случае, хотелось бы мне побывать на её месте»

— Хм. Было бы неплохо.

«Ах, не расстраивайся ты так. Хоть это и маленькое островное государство, эта страна достаточно огромна. Расстояние между Киото и Токио нельзя назвать подходящим для лёгких прогулок. Не похоже, что ты собираешься приглашать меня в свой новый дом, верно?»

— Не торопи события. И без твоих напоминаний я скоро тебя приглашу.

«Мне полегчало, стоило лишь услышать это. Но, Акито, на самом деле я очень хочу прийти туда прямо сейчас!»

— Почему?

«Я думаю, что сейчас самое опасное время»

— Что за опасное время?

«То, когда вы, брат и сестра, перейдёте эту запретную черту!»

—...

На секунду нависло молчание.

— ...Эй, Гин. Гинбей-сан! Разве ты не зря беспокоишься? Я и сестра? Ха, да ни в коем случае.

— Это то, что мне в тебе нравится, Акито. Хоть ты и знаешь ответ, но всё равно продолжаешь говорить в таком тоне. Ты говоришь так глупо только тогда, когда у тебя что-то есть на уме, да?

—Грр...

«Нет никаких сомнений в том, что твоя сестрёнка смотрит на тебя как на человека противоположного пола. И её подход к тебе прямой и агрессивный, будто летящий сломя голову локомотив»

Я полностью согласен с этим утверждением.

«Но всё же, несмотря на то, что она теряет управление, она не забывает о тормозах. Она способна тормозить, когда ей нужно, и тем самым контролировать себя»

— Контролировать? Каким образом?

«Вот так. Я уже говорила тебе, что, если бы твоя сестрёнка хотела, она уже давно не давала бы тебе покоя. И причина в том, что она уважает твои чувства больше, чем чьи бы то ни было»

—...

«Ну, хотя и не знаю, насколько она сознательно это делает, я думаю, что твоя сестра хорошая и правильная девочка. Я не беспокоюсь из-за этого»

— Я тоже согласен с тем, что она хорошая девочка, но я думаю повод беспокоиться по этому поводу всё-таки есть.

«Нет-нет, нет никакой нужды беспокоиться о своей сестре. Акито, может, беспокоиться нужно о тебе?»

— Эй-эй. Думаешь, я трону свою сестру? Мою кровную сестру двойняшку?

«Я высокого о тебе мнения», — сказала моя подруга, не отвечая на мой вопрос.

«На первый взгляд, ты совершенно обычный человек. Твоя внешность средняя, успеваемость тоже всегда где-то посередине. Учителю, пишущему твою характеристику, наверно, очень тяжело. Ты тот, кто собрал идеальные тройки на пятибалльной шкале. Ты не прикладываешь особых усилий во внеклассной деятельности, а иногда забываешь о том, что вообще находишься в классе. Ты совершенный пример среднестатистического человека»

— Это звучит грубо. Ну всё же, так и есть.

«Однако истинная ценность человека не обязательно измеряется подобными вещами. Если честно, какая-то моя часть свысока смотрела на тебя... Но после того случая я была вынуждена пересмотреть свою точку зрения»

— Ты преувеличиваешь.

«Я была удивлена, когда ты переехал и поменял школу. Это было как гром среди ясного неба. Честно говоря, я даже не знала о том, что у тебя есть сестра. Полагаю, ты уже давно решил, что когда-нибудь снова будешь жить с ней. И затем в течение шести лет шёл к этой цели. Один, без чьей-либо помощи. Вот почему ты держал существование своей сестры в секрете. Конечно, это правильно. Секреты — основа любых военных действий»

— Это тоже преувеличение.

«Не знаю, что там за план был у тебя и как ты его осуществил, но нетрудно представить, насколько это была детально продуманная и кропотливая работа. Более того, ты ни на кого не полагался, никому об этом не говорил и сделал всё это великолепно в полном одиночестве. Это восхитительно»

— Это было не так уж и сложно. Я просто додумался до того, до чего мог додуматься кто угодно, и сделал то, что под силу любому.

«Ты правда думаешь, что такое под силу кому угодно?»

— Ну, если об этом...

«Более того, ты заключил сделку с семьями Арисугава и Такономия. Просто признай уже это. Ты проделал наисложнейшую работу, это неоспоримый факт. Иначе я была бы полной дурой, восхваляя тебя в такой логичной манере»

—...

Чувствуя себя смущенным или испытывая что-то в этом роде, я затих. Я попытался поскрести по своим щекам, но румянец никуда не уходил.

Возможно почуяв это, моя подруга громко засмеялась и сказала:

«Знаешь, я понимаю твою сестрёнку. Её брат так старался, что у кого угодно возникли бы чувства. Даже у кровных родственников»

—...Как бы там ни было, я усвоил одну вещь.

«Какую?»

— Отмахнуться от комплимента довольно трудно.

«Пхпх, думаю, здесь я сдамся. Есть так называемый налог на славу, но разве не должны те, кто сделал что-то стоящее, получать что-то подобное?»

— Хочешь заплатить его комплиментами? За это вообще нужно платить? Это несправедливое налогообложение.

«Хорошо, то, о чём я хотела сказать, заключается в том, что...»

Гинбей перестала смеяться.

«Твоей мотивацией для завершения такой трудоёмкой задачи является то, что твоя любовь к сестре чрезмерно глубока»

— Ну, знаешь ли. Она моя ценная младшая сестра.

«Буду честна с тобой, Акито. Это всего лишь мои мысли, но, возможно, что, как и твоя сестра, ты тоже видишь в ней человека противоположного пола»

— Я тоже буду честен с тобой, Гинбей. Честно говоря, ты слишком много об этом думаешь. Это ни за что не произойдёт.

«Правда ли это?»

— Вообще, я не понимаю, почему ты так мне не доверяешь. Думал, ты не склонна к ошибочным суждениям.

«Я надеюсь на это»

— И вообще, у тебя есть какие-то основания для того, чтобы быть в этом так уверенной? Что ты скажешь на этот счёт?

«Это же очевидно. Интуиция»

— Эй-эй.

Я уже много раз об этом слышал. Похожие фразы.

«Акцент на мотивации — лишь второстепенная мысль, призванная укрепить интуицию. Плохо, что я довольно неплоха в этом. Поэтому я беспокоюсь о том, что ты сойдёшь с пути людей и упадёшь на путь дьявола»

—...Слушай, Гин.

«Что?»

— Может быть, ты просто злишься?

«Пхпх, а разве это не очевидно? И почему ты говоришь об этом сейчас?»

Сказала моя подруга, смеясь.

«И наконец, я думала о тебе как о близком друге и думала, что мы могли бы стать ближе. Не имеет значения, насколько это было важно, но ты ушёл, не сказав мне ни слова. Это было нечестно, досадно. Это заставляло меня мучиться от мысли, что я, возможно, не стою тебя»

—...Нет. Прости. Мне искренне за это жаль.

«Всё в порядке. Как я уже говорила, я знаю, что ты бы не игнорировал меня просто так. В первую очередь злиться и прощать — две разные вещи. Хоть я и злюсь, я уже давно простила тебя за это».

— Ясно. Ну, рад это от тебя слышать.

«Я сказала несколько резких вещей, но не обращай на это внимание. Как видишь, я просто злюсь и несправедливо обвиняю тебя. Но если ты всё ещё считаешь меня другом, думаю, ты сможешь простить мне такое проявление эмоций, да?»

— ...В таком случае, если этого достаточно, я счастлив... Но правда ли всё в порядке? Если честно, я готов получить от тебя как минимум один удар.

«Не беспокойся, я не буду так неэффективно мстить. Вдобавок, у меня нет никакого намерения делать это».

И в этот раз послышался смешок.

«По правде говоря, я отложу настоящую месть на другое время. Так что тут не о чем беспокоиться».

—...Эй-эй. Это не в порядке!

«Я хочу, чтобы ты получил вдвое больше эмоционального воздействия, чем я. Что ж, готовься».

— Какого черта? Это ужасно. Не то чтобы я молчал из-за того, что сам того хотел. Учитывая то, с кем я имел дело, я был вынужден действовать в полной секретности. Поскольку ты называешь себя моим лучшим другом, было бы неплохо разобраться во всей ситуации. Ты сказала, что одобряешь мои поступки, верно? И также о том, что злиться и прощать — две разные вещи?

«Прощение и месть – две разные вещи»

– Понятно. Ты что, пытаешься надуть меня своим красноречием?

«Пожалуйста, перестань оправдываться, иначе в конечном счёте сам всё и подтвердишь. Ладно, не обязательно говорить так тревожно. Месть — это всего лишь шутка. Просто наслаждайся своим воссоединением с сестрой и жди того дня»

＊

— Да иди ты, Гин...

Пробормотал я про себя, как только повесил трубку.

Даже если я в безопасности, когда кто-то говорит мне нечто подобное, это заставляет меня беспокоиться.

Погодите, может быть, её план и состоял в том, чтобы заставить меня чувствовать нечто подобное? Почему-то мне кажется, что нельзя исключать такую возможность. Может быть, она получает удовольствие, представляя моё растерянное выражение лица. Хоть Гинбей и довольно прямой человек, ей нравится дразнить меня ради забавы.

Однако, после того как я рассказал ей о ситуации, она быстро предложила свою помощь (например, список покупок). Мне полегчало от того, что я не настолько её разозлил.

В это было трудно поверить. Думал, она будет зла после всего.

Полагаю, когда всё уляжется, она явно выразит своё недовольство и именно это имела в виду. Я благодарен ей за то, что она выбирает правильное время и место для выражения своих эмоций, но... Надо будет как-нибудь застать её в хорошем настроении в ближайшее время. И принести её любимые пирожные.

Итак, уже почти вторая половина весенних каникул. Кое-где уже расцветает сакура, но пока ещё рано наслаждаться её цветением. Это первый раз, когда я не нахожусь под чьей-то опекой и живу сам по себе, но... Домашние дела реально тяжёлые.

Уборка, готовка, стирка и прочее. Так много всяких дел, что и не сосчитать.

И количество их только и делает, что увеличивается.

Может быть, дело в том, что я ещё не привык к этому, но даже так это слишком утомительно.

Я хотел бы начать подготовку к переводу пораньше, но чувствую, что придётся мне это отложить.

Ладно, нет смысла жаловаться по этому поводу. Во-первых, надо закончить с текущей работой.

Эм, что же осталось сделать?

Так или иначе, в основном я занимался уборкой. Сестра сегодня занимается готовкой, так что я решил оставить её в покое. Если я тоже подключусь, всё закончится тем, что буду её только отвлекать, а в готовке сестра гораздо лучше меня.

Так что остаётся только стирка.

Сестра взяла это на себя, так что я почти ничего не делал. Стирка, сушка, перенос вещей– всё это делалось до того, как я успевал что-либо заметить.

Сегодня в нашем дворе наша одежда также колышется под весенним солнцем. Я заберу её до того, как сестра вернётся – хотя возможно, что она ещё не высохла до конца.

К слову, сестра сказала, что сегодня её не будет из-за каких-то дел, связанных со студсоветом.

Это первый раз, когда мы отделились друг от друга с тех пор как воссоединились. "Я не могу оставить братика одного! Тебе же будет так одиноко! Мне особенно!" – говорила она что-то подобное и отпиралась до тех пор, пока не вышла из дома.

Потом, в это же время.

ДИНЬ-ДОН

Прозвенел дверной звонок.

...Кто бы это мог быть?

Учитывая, что даже Гинбей ни разу тут не была, вряд ли это кто-то из моих друзей. Тем более, вероятность того, что они как-то связаны, очень низкая.

Может быть это сосед или какое-то предложение...?

— Да-да, уже выхожу.

И как я и думал.

Когда я открыл раздвижную дверь эпохи Сёва из матового стекла, за ней кто-то стоял.

– Хэй, это же дом семьи Арисугава, верно?

–...Ага?

– А, теперь же вроде Хименокоджи? Облажалась.

–...Эээ, ну да.

И что мне на это сказать?

Для начала, перечислю то, что бросается в глаза.

Во-первых, красные волосы.

Её волосы, сверкающие подобно рубину, собраны в небрежный конский хвост.

Также у неё есть повязка на глазу.

Обычная чёрная повязка, закрывающая правый глаз, похожая на ту, что была у одноглазого дракона Масамунэ.

И японский меч.

В своей левой руке она легко держала простой, но довольно прочный меч, называемый Одачи.

– А, это? – Сказала она, поднимая меч. – Не беспокойся. Это Такемицу.

– А, так он не настоящий? Это всё объясняет. Сложно поверить, чтобы кто-то так открыто носил такие опасные вещи вроде мечей или огнестрельного оружия, нарушая закон. Если он тренировочный, то безопасен, да?

– Ну, это настоящий меч, называемый "Такемицу".

– Разве это нормально!?

– Ха-ха-ха, не беспокойся ты так.

Она выпятила грудь и рассмеялась от всей души.

– Как бы я ни была хороша, я не буду вытаскивать эту штуку в центре города.

– Ладно, пусть даже так, но...

– Я вытаскиваю его время от времени для ухода за ногтями.

– Разве это не слишком обычное и неуважительное отношение к мечу!?

– Ха-ха-ха, твоя реакция великолепна. Мне понравилось.

Вообще, я забыл упомянуть одну важную деталь, о которой следовало сказать сразу же.

Её униформа.

Красивый дизайн, сочетающий в себе традиции и современность.

Кажется, я где-то уже её видел.

В конце концов, моя сестра ходит в ней каждый день.

– Моя фамилия Никайдо, имя – Араши. Третьегодка Академии Святой Лилианы и президент студсовета. Я босс твоей

сестры, если можно так выразиться. Приятно познакомиться, Хименокоджи Акито.

＊

– Ты не очень сильно похож на свою сестру. – Сказала она, отложив меч в сторону и сев на одно колено.

Человек, представившийся президентом студсовета, первым делом сказал именно об этом.

– Выглядишь как заурядный человек, и насколько мне известно учишься тоже не особо усердно. Неужто ты из того типа людей, чьи питательные вещества были высосаны сестрой?

– Ладно, не буду это отрицать, но не многовато ли ты говоришь для первой встречи...

Мы сидели напротив друг друга за чайным столиком.

Каждый в руках держал по дымящейся керамической чашке.

– Не обижайся, я ни в коем случае не критикую тебя или что-то в этом роде. Я просто из тех людей, кто не успокоится до тех пор, пока не скажет то, что думает.

– Даже если ты видишь кого-то впервые?

– Конечно, я обращаю внимание на то, с кем говорю, но ты же старший брат Арисугавы, то есть Хименокоджи Акико, и для меня практически родной. По-моему, это было бы чересчур грубо, общайся я так формально с членом своей семьи.

– А? – Кажется, я сказал что-то подобное.

Почему-то мне до сих пор от этого не по себе.

– Так, Никайдо-сан, верно?

– Да. Что такое?

– Эм... Мне следует знать об "этом"? Или лучше не обращать внимания?

Повязка на глаз.

Японский меч.

Если подумать об этом нормально, то ответ скорее всего "Закрыть слепой глаз", но только не в том случае, если перед вами босс вашей сестры и президент студсовета школы, в которую вы планируете перейти.

– Ха-ха, понятно. – Ухмыльнулась Никайдо-сан. – Так значит ты из тех, кого

заводят повязки и японские мечи?

– ...А?

– Звиняй, в первый раз встречаю кого-то с таким уникальным вкусом. Если бы знала, была бы более осторожной... Жаль разочаровывать тебя из-за такого пустяка. Не беспокойся, я не допущу той же ошибки снова.

– Пожалуйста, не делай предположений по поводу увлечений других людей. Да и вообще, каким образом ты пришла к такому заключению?

– Всё ОК, я возьму на себя ответственность. Если так хочешь, можешь использовать эту повязку и японский меч для самоудовлетворения. Ты же не можешь так долго держать всё в себе? Терпение вредно для тела.

– Нет, обойдусь. Слушай то, о чём тебе говорят.

– Ха-ха-ха. Да нет же, я просто шучу, шучу.

Президент студсовета громко засмеялась. Мне очень хотелось бы, чтобы она прекратила так возмутительно шутить. Даже для пошлой шутки это слишком.

...Ладно.

Хорошо, а пока.

Восприму это как своеобразный способ сказать: "Лучше не трогать эту тему". Для меня было достаточно не услышать: "Для закрытия слепого глаза". Кроме того, кое-что беспокоит меня гораздо больше нежели главная повязка или японский меч.

– Эм, а это?

– А, о чём ты?

– На самом деле меня интересует ещё одна вещь.

– Хм?

– Буду честен, не думаю, что стоит об этом говорить.

– Не стесняйся. Как я уже сказала раньше, мы почти родные и если ты хочешь что-то сказать, то говори это как мужчина.

– А, спасибо. Что ж, ловлю тебя на слове.

– Эй, давай уже.

Немного покашляв и отведя глаза, я продолжил.

– Я вижу. Прямо сейчас, во всех деталях. Под твоей юбкой.

Да.

Действительно. Всё было видно.

Часть её тела, о которой немного стыдно говорить была обтянута толстыми красными колготками.

– Ха-ха-ха, ясно-ясно, видишь, значит? Всё так.

Но, как бы то ни было.

Та, кто назвалась Никайдо Араши от души рассмеялась и сказала:

– Ладно, не переживай насчёт этого. Мне всё равно.

– Даже если тебе всё равно, мне нет. Я не знаю куда смотреть.

– К слову, моё нижнее бельё сегодня красного цвета.

– Ясно, это всё объясняет. Я сказал, что мог видеть, но, если честно, я видел только красный цвет. Я всегда

находил странным, что какого бы тёмными ни были колготки, цвет белья сквозь них не виден. Если так, то всё не так сложно. Полагаю это что-то вроде лосин или леггинсов, так что это не слишком смущает – но нет, я не это пытаюсь сказать!

– Это всё ложь, на самом деле я не ношу трусики.

– Понятно. Причина, по которой ты носишь тёмные колготки не в какой-то немыслимой стратегии, позволяющей скрыть

тот факт, что на тебе нет белья – нет! Это было бы ещё хуже! Не раздвигай ноги так сильно!

– Ха-ха-ха. Ну что у тебя за реакция.

Сказала она, снова громко смеясь.

Что тут сказать? Похоже, она смеётся с огромным наслаждением.

– Твоя реакция – это то, чего нет у твоей сестры. Позаботься об этом.

– А? Вот в чём дело.

– Ах да, Арисугава, то есть, Хименокоджи. Хотя оба варианта неплохие.

– А?

– В любом случае, это мой милый кохай, секретарь студсовета. Она до смешного серьёзна и упорна во всём, что

делает. Она способный и хороший человек, но немного упрямая, что не очень

хорошо. И в довершение ко всему её невероятный комплекс брата делает её реально

странной девочкой.

– Ладно, тогда.

Я наконец-то вспомнил, когда речь зашла о сестре.

– Какие у вас дела сегодня? Моя сестра отсутствует из-за дел в студсовете.

– Всё верно. В конце концов я сама поручила ей это. – Ухмыльнулась она.

...Что тут сказать? Она...

Так как она третьегодка, то их разница в возрасте не слишком заметна, однако выглядит она не очень по-девчачьи, скорее, как очень важная персона.

Да. Она больше походит на ронина конца периода Эдо, нежели на девушку.

Возможно, в будущем она станет одним из государственных деятелей эпохи Мейджи.

Если посмотреть с этой стороны, её впечатляющий хвост немного похож на Топ Кнот.

– Эм... Если я не ошибаюсь...

– Что? Скажи мне.

– Ты это сказала так, будто ты специально поручила дело моей сестре, чтобы я остался в доме один.

– Не совсем так, но почти. Хименокоджи Акито, я хочу поговорить с тобой наедине. Я попросила твою сестру покинуть

дом.

– А, со мной?

– Ага, с тобой.

В противоположность ухмыляющейся Никайдо-сан, я был совершенно растерян.

– Так, о чём ты хотела со мной поговорить?

– Да так, по мелочи. – Сказала она, скрестив ноги.

Так как она сделала это, я снова мог много чего увидеть, так что я неловко отвёл взгляд.

Следующая фраза неизбежно привлекла моё внимание.

– Хочешь быть моим мужчиной?

–...А?

– Хочешь быть моим мужчиной?

– А, нет. Я всё слышал. Тебе не обязательно повторять.

– О, прости за это. Ну? Какой твой ответ?

–...Ну, ты это серьёзно?

– Нет. Шучу.

– Рад это слышать.

– Где-то на 10%.

– Хочешь сказать, что оставшиеся 90% являются серьёзными? Теперь, после такого моя тревожность возросла в несколько раз.

– Ха-ха-ха. Тоже шутка.

– Серьёзно... Не пугай меня так пожалуйста.

– То, что ты будешь моим мужчиной шутка. Ты – будешь моим любовником.

– Это мало отличается от того, что ты говорила!

Хотя, если вдуматься, уровень уважения пошёл вниз.

– Ха-ха-ха. Нет-нет, шучу. Твоя реакция настолько забавная, что я не могу удержаться, чтобы не подразнить тебя. Извини.

– Пожалуйста, пощади меня... У меня очень слабое сердце, как и я сам.

– Ладно, не расстраивайся. Знаешь, если захочешь стать моим любовником, приходи. Я о тебе позабочусь, хорошо?

– Нет, спасибо.

– Почему ты такой холодный. Не люблю говорить это про себя, но разве я не хорошая девушка?

– Как бы там ни было, я в порядке.

– Знаешь, если бы у нас были с тобой такие близкие отношения. – Сказала Никайдо-сан наклонившись вперёд. Как обычно ухмыляясь. Будто заглядывая внутрь моей души. – Двойняшки, брат с сестрой, занимающиеся этим, не можем ли мы пресечь такое нездоровое развитие событий?

–...

В этот момент внутри наконец-то прозвучал сигнал тревоги.

Возможно, я слишком расслабился.

Это можно было понять после нескольких фраз. Как и ожидалось от её внешнего вида, она необычный человек.

И поэтому она специально пришла к моему дому. Она даже использовала уловки для того, чтобы держать сестру подальше от себя. Это не может быть обычным визитом.

– Ясно. – Пробормотала Никайдо-сан после небольшой паузы.

Ухмылка осталась той же, однако опасный взгляд, мелькающий моментом ранее, исчез.

– Атмосфера изменилась в мгновение. Тонкий и лёгкий, но невероятно острый – будто бы достали такой знаменитый

меч. Ты хороший парень, понятно почему Хименокоджи влюблена в тебя.

– А?

Хороший парень.

Конечно, это приятно, когда тебя хвалят.

Но я не думаю, что каким-то образом незнакомец, с которым ты встретился едва ли час назад, может понять

какой ты человек.

– Ты не понял? – Сказала она, сдерживая смех. – Ты знаешь, что делает женщину хорошей?

– Эм... И что же?

– Это способность распознать хорошего парня.

– А, ясно.

– Любые средства хороши. Ты можешь понять это, проведя с ним некоторое время, а можешь положиться на интуицию. Самое важное – не цепляться за фальшивку, пытаясь ухватиться за истину.

– Хм.

– И ещё одно – она должна точно знать, как завоевать хорошего парня. Даже если найти хорошего парня, какой в этом смысл, если нельзя его получить? Это словно строить воздушные замки.

– Понятно. Вполне логично.

– Это не про внешность или личность. Хорошей женщине нужны лишь эти два качества. И я полностью им соответствую. К тому же я невероятно красивая.

– Думаю ты была бы гораздо лучше, не будь ты такой самодовольной.

Ладно.

Правда это или нет, но звучит очень убедительно. К тому же, это даёт представление о характере Никайдо Араши.

– Эм, так к чему ты ведёшь?

– Ты хороший парень, хоть и немного несообразительный.

– Прости что?

– Другими словами, такая женщина как я, может видеть тебя насквозь. Хименокоджи Акито, ты чрезвычайно хороший парень. И не имеет значения, что это наша первая встреча. Кто угодно с хорошей чуйкой немедленно поймёт это. Ты ценный парень.

Сказав это, президент студсовета рывком приблизилась ко мне.

Хотя это не совсем так, поскольку мы сидели за столом друг напротив друга – но её загадочный внешний вид создавал иллюзию того, что она невероятно близко.

– Знаешь, хоть твоё тело худое, но твой дух крепок. Если ты что-то решил, то уже не отступишься от этого, хотя можешь быть и помягче если необходимо. Ты худший враг, но для твоих союзников нет никого надёжнее, вот какой ты человек.

– А, ладно.

– Будь уверен. И гордись. Ты чрезвычайно хороший парень. Я, Никайдо Араши, гарантирую это. Я даже поставлю на это свой Такемицу.

– Странно, как только ты упомянула имя своего бамбукового меча в миг потеряла всю свою убедительность.

Хоть я и сказал так, где-то глубоко внутри я был счастлив.

Она очень хороша в расположении людей к себе. Ладно, хоть это, возможно, и лесть, но есть в ней что-то, заставляющее относиться к ней серьёзно. К тому же, то, как она оценивает людей, делает её больше похожей на героя, нежели на девушку. Неудивительно, что она занимает должность президента студсовета.

Нгх?

Кажется, я заметил это только сейчас.

– Эм.

– Что?

– Может ли быть, что ты пытаешься соблазнить меня?

– Ха-ха-ха. До тебя потихоньку начинает доходить? – Засмеялась Никайдо-сан, хлопнув

себя по коленке. – Прости-прости, не могу сдержаться, когда вижу хорошего парня. Поверить не могу, что ты не заметил этого, пока я не зашла так далеко... Так что ты думаешь? Как тебе соблазнение? Собираешься стать моим мужчиной?

– Воздержусь.

– Честно говоря.

После этого её выражение лица резко изменилось.

С ухмылкой, она вновь бросила тот прежний опасный взгляд, который недавно спрятала.

– !?

– Ох, не напрягайся ты так – взмахнула она рукой – Меня не просили делать ничего такого. Просто вежливо сказали: "Позаботься о них" ...Хотя, думаю ни Арисугава ни Такономия ещё не выжили из ума, чтобы говорить с кем-то только из вежливости. Думаю, ты тоже понимаешь это.

– Да. Я хорошо это понимаю.

В противном случае, у меня бы не было всех этих проблем.

– Не беспокойся. У меня действительно нет намерения что-либо делать. Как я уже сказала, меня не просили о чём-то конкретном. Однако, я не чужая ни для семьи Арисугава ни для семьи Такономия. Я ничего им не должна, но чувствую некоторые обязательства.

– Получается, в некоторых случаях ты можешь встать на их сторону?

– Надеюсь до этого не дойдёт.

– Согласен с тобой.

– Ладно, если честно, я не думаю, что это произойдёт. Мне нравится Акико, и ты мне тоже нравишься. Вы – родственники, имеете куда большее значение чем какие-то обязательства. ...Но никто не знает в каком направлении пойдёт твоя жизнь.

– Ага, да, верно.

– Ну, а если хочешь стать моим секс-рабом, это уже другая история. Я буду защищать тебя вне зависимости от чувств и обязательств.

– Так теперь секс-раб? Не мужчина и даже не любовник? Моя ценность только падает. И это несмотря на то, что ты хвалила меня ранее.

– Я не стану возражать, если ты хочешь, чтобы я стала твоей секс-рабыней.

– Э!?

– О, так это подсказка? Неужели ты склонен к такому?

– Ошибаешься!

– Тогда я займу душ ненадолго?

– Пожалуйста не продолжай так, будто бы я принял твоё предложение!

– Ха-ха-ха. Я не могу, ты и впрямь забавный. – Смеялась Никайдо-сан, хлопая себя по коленке. – Ладно, расслабься. Не похоже, что Арисугава или Такономия собираются что-то предпринять в ближайшее время. На данный момент, для брата и сестры будет лучше расслабиться и восполнить пробелы шести лет. И уж я постараюсь вам в этом помочь, хорошо?

＊

К этому времени маскулинная президент студсовета покинула дом семьи Хименокоджи.

Как и предполагает её имя, она и впрямь подобна шторму.

Появилась внезапно, перевернула тут всё, как душе угодно, и, как только закончила, сразу исчезла.

Если не шторм, то тогда уж опытный злой дух или что-то такое.

Ох, она действительно запоминающийся человек.

Однако, как после всего воспринимать её слова?

(Ладно, возможно я должен воспринимать их буквально)

Вот о чём я подумал.

Возможно, она не врёт.

Она из того типа людей, которые могут лгать столько, сколько нужно, однако, по крайней мере, в этом случае такого не было.

Более того, не похоже, чтобы она лгала, но и на правду это не похоже. Хоть она и производит впечатление искусно говорящего человека, не думаю, что она из тех, кто в своей жизни может положиться лишь на это.

Возможно, она пришла для того, чтобы завоевать моё доверие. Или, вероятно, для того, чтобы поднять свою репутацию.

«Для твоих врагов нет никого хуже, а для твоих союзников нет никого надежнее». Вот как Никайдо-сан описала меня.

Ох, кто бы говорил.

По крайней мере, я не хочу, чтобы Никайдо Араши была моим врагом. Даже если это маловероятно, я приложу все усилия, чтобы её уничтожить.

Ладно.

Однако, не похоже, что она сказала что-то вроде: «Если не хочешь быть моим врагом, стань моим секс-рабом».

Но я уверен, что есть много парней, которые бы повелись на её соблазнения. Несмотря на её поведение, она достаточно хороша, чтобы быть моделью какого-то известного бренда на показе мод. Думаю, что любой, у кого есть склонность к мазохизму, определённо запал бы на неё.

Нет-нет, конечно же я не из таких. У меня нет таких пристрастий.

(Но сейчас нет времени для таких раздумий)

Моей сестры сегодня нет дома, так что вся оставшаяся работа на мне.

После этого мне нужно приготовиться к занятиям в новой школе. А после этого приступить к работе, которую я так долго откладывал.

Какой ужас.

Дел и впрямь много.

Так, и с чего бы начать?

Уборка почти закончена, что значит...

Ой.

Разве бельё уже не высохло?

– О, высохло-высохло.

Выйдя в сад, я увидел, что абсолютно сухую одежду колышет лёгкий ветерок.

Сложно поверить в триумф хорошей погоды в конце марта. Спасибо за благословение Солнца.

Внезапно я приободрился и начал напевать мелодию, пока нёс бельё.

Теперь, после того как я забрал его и сложил, самое время начать готовиться. До начала занятий осталось не так много времени. Так что я хочу сделать всё максимально эффективно и...

– ХЬЯЯЯ!?

Я услышал громкий голос.

Что происходит? Кошачья драка?

Подумав об этом, я обернулся.

— Б-б-б-братик...!?

Это была моя сестра, которая, похоже, вернулась из школы.

— Эй, Акико, что это был за звук? Стыдно перед соседями. Могла бы ты быть более женственной?

— Чт-что ты делаешь...?

— Что? Я просто забрал бельё.

— Братик, что это, у тебя в руках...?

— А? Что, это твои трусики.

— !!!

За мгновение её лицо залилось краской.

Ничего не сказав, она направилась ко мне большими шагами.

Выхватила из моих рук трусики (И в то же время всё остальное бельё, которое я собрал).

И сразу сделала три шага назад.

Затем издала угрожающий звук "Фу!".

— ... И что ты за зверь такой? Успокойся немного.

— Как я могу успокоиться!? М-м-моё н-н-нижнее бельё...!

— Что? Обычно ты спокойно к такому относишься, разве нет?

— Не к такому уж точно!

— Ты разозлилась из-за того, что я не подглядывал за тобой и я видел тебя в одном полотенце.

— Такие внезапные маневры запрещены!

— Мне-то какая разница? Это нижнее бельё моей сестры.

— То, как ты это сказал, выводит меня из себя!

Что за? Я ничего не понимаю.

Где именно находится её грань чувства стыда?

— ...*Вдох*, *вдох*

Пока я строил растерянное лицо, сестра положила руку на грудь и сделала глубокий вдох.

В конечном счёте, её окрасившиеся вишнёвым цветом щёки вновь обрели нормальный телесный оттенок, и она пялилась на меня.

— Не важно, как сильно я люблю братика, я не собираюсь терпеть твои многочисленные возмутительные высказывания!

—...Разве я сказал что-то такое?

— Разве это не нижнее бельё молодой девушки!? Оно моё, твоей милой младшей сестры! Если бы ты хотел понюхать их, я была бы более чем счастлива, отдав их тебе, но ты обращаешься с ними так небрежно, будто это тряпка какая-то... Грх, я не могу тебе этого простить! Моё нежное сердце было так разбито твоим чрезмерным поведением!

— Успокойся, если бы я спросил 100 человек, я уверен, что все 100 бы сказали, что твои слова – абсолютная чушь.

— Слова общества не имеют никакого значения! У семьи Хименокоджи свои правила! И братик определённо эти правила нарушил!

— Хм.

Думаю, лучше не говорить что-то вроде: "Когда эти правила были придуманы?"

Я не думаю, что делаю что-то неправильное, но как можно заметить, чувствую, что был недостаточно внимательным. Более того, не похоже, что сестра успокоится, если всё продолжится в том же духе.

— ...Хоть и не совсем, но я понимаю. Даже между близкими друзьями должны быть границы. Я не должен был брать бельё без разрешения.

— Ты подумал о своём поступке?

— Ага.

— Честно?

— Разумеется.

— Понятно, тогда прощу тебя сегодня. А за это...

— Кстати, Акико.

— Да?

— Не думаю, что это хорошая идея. Ты же не собираешься воспользоваться положением и сказать что-то вроде: "Пожалуйста, обними меня", да?

— ...

— Акико?

— Братик, не думаешь, что это было бы слишком?

— А?

— Я в шоке от того, что люди так думают. Это даже хуже того, что кто-то трогает твоё нижнее бельё без разрешения. Теперь, когда братик в уязвимой позиции, взять контроль над ситуацией и предъявить братику такие необоснованные требования – я никогда бы не сделала что-то подобное.

— Хм... Ясно. Извини, кажется, я слишком много надумал.

— Именно, братик. С этого момента, пожалуйста, думай о том, что говоришь.

— Прости, прости.

— Именно, это беспочвенное обвинение. Моя просьба очень проста, – хотя бы ненадолго прижаться своими губами к губам братика.

— Акико.

— Да.

— Хорошо. Если ты действительно просишь это, то ты случайно разорвала наши родственные отношения.

— Нееет, это же...

— Так что, мы закончили? Ладно, мы помирились.

— П-постой! Такая возможность нечасто выпадает, я не буду удовлетворена пока не получу должного извинения!

— Даже не думай.

— Если не поцелуй, то тогда обними меня!

— В конце концов ты опять пришла к этому?

— Хотя бы погладь по голове!

— Ни в коем случае!

— Ладно, тогда хотя бы... Эм, это...

— А, к слову, Акико.

Поскольку это кажется обычным делом, я решил быстро сменить тему.

— Ты же состоишь в студсовете? Ты секретарь?

— Хм!? Не пытайся сменить тему таким очевидным способом! Сегодня я получу достойную награду, верно!? В противном случае я не сдвинусь ни на шаг отсюда! Я не буду ни убираться, ни готовить, не буду ничего делать!

— О нет, Акико такая замечательная девушка!

— А!?

— Присоединилась к студсовету ради блага школы. Только это уже удивительно, но сегодня она пожертвовала своим выходным днём ради дел в студсовете. Это не каждому под силу. Нет, я действительно думаю, что это удивительно.

— Н-неужели...?

— Именно. Ты хорошая девочка. Я горжусь своей младшей сестрой.

— Ещё, хвали меня ещё.

— Акико, ты достойна восхищения. Ты замечательная сестра, единственная и незаменимая во всём мире.

— Хе-хе-хе... Ладно, хорошо, что ты это понимаешь. Теперь, как твоя замечательная сестра, я хочу от тебя какую-нибудь награду...

— Из-за того, что Акико такая хорошая сестра, она не доставляет никаких проблем своему братику.

— А? Ну, это...

— О, я определённо благословлен этой чудесной сестрой. Я ни за что не смогу выразить свою благодарность богу за такую удачу. Я правда благословлен.

—...Э, знаешь, братик. Думаю, это нормально идти на компромисс, когда дело касается такой милой младшей сестры.

— А, кстати.

Теперь, снова попробую сменить тему и направить разговор в обычное русло. На этом миссия должна быть завершена.

Эм, следующая тема... Точно.

— Какой человек президент студсовета?

— А?

— Из Академии Святой Лилианы. Твой босс, верно? Мне интересно, что он за человек.

"Ничего не говори своей сестре, иначе потом будет много шума" – попросила меня Никайдо-сан перед тем как уйти. Я не сказал, что она приходила к нам.

— Другими словами, могу ли я доверить тебя председателю? Как старший брат, я должен узнать о его личности.

— Ясно. Я поняла.

...Мне показалось?

Такое ощущение, что сестра кивнула как-то по другому. Её спина похоже тоже немного выпрямилась.

— Председатель – человек, заслуживающий уважения. Она очень хорошо умеет завоёвывать доверие и хороша в управлении людьми. Более того, кроме разговоров она способна на многое, так что на неё в случае чего можно положиться. Она дружелюбная и очень добрая, поэтому у неё много сторонников. Не думаю, что есть кто-то более подходящий для этой должности. Можно даже сказать, что она была рождена с героическим духом.

Ха?

Для моей сестры довольно необычно говорить такие вещи.

— Однако, её наклонности – самое худшее.

А...

— Плохие и к мужчинам, и к женщинам.

Более того, она бисексуальна.

— К слову, её прозвище – "Хищница".

Что за?

Это слишком идеально её описывает.

— Братик, это хорошая возможность, так что сейчас я дам тебе несколько советов.

Сестра наклонилась ко мне поближе.

Она подняла указательный палец и сделала серьёзное лицо.

— Пожалуйста, держись подальше от президента студсовета – Никайдо Араши-сан.

— Почему?

— Это ради твоего же блага, братик.

— Но ведь она одна из тех, кто о тебе заботится, разве не стоит хотя бы поздороваться в знак уважения?

— Это разумно, но в данном случае в этом нет необходимости.

— Но с этой весны я буду ходить в ту же школу что и ты. В таком случае мы рано или поздно увидимся несмотря ни на что, верно? С этим президентом студсовета.

— Я полностью осознаю это, но хочу ещё раз тебя предупредить. Постарайся держаться от неё подальше.

— Хм. Она и правда настолько опасна?

— Её не просто так прозвали "Хищницей". Пожалуйста, воздержись от разговора с ней и даже от зрительного контакта, хорошо? В противном случае можно забеременеть.

— Эээ?

— Не имеет значения парень ты или девушка, вот что она за человек.

— В-всё настолько плохо...?

— Да, особенно если она увидит кого-то такого же аппетитного, как братик, то она без сомнений попытается проглотить его целиком. Конечно, я не позволю ей это сделать, когда буду рядом... Но в любом случае, я должна защитить невинность братика. Прошу тебя, прислушайся к моим словам и попытайся не контактировать с ней. Хорошо?

...Ну, не имеет значения, что я сделаю, то, что я уже связался с этим президентом студсовета, никак не изменить.

Более того, я чувствую, что в будущем эта связь станет гораздо хуже.

Думаю, что лучше ничего не говорить об этом. Определённо.

— Ах... Я так счастлива, что смогу ходить в ту же школу, что и братик, но я так беспокоюсь из-за того, что председатель будет в радиусе 50 метров... А, есть ещё один человек, которого я опасаюсь даже больше, чем председателя... Хотя если сравнивать с председателем, вреда от этого будет меньше...

— Ладно, не беспокойся так, Акико. Я же не ребёнок. Даже если председатель опасен, я по крайней мере смогу защитить себя.

— Наивный! Братик, ты слишком наивный! Ты говоришь такие легкомысленные вещи, потому что не знаешь, насколько она ужасный человек!

— Но всё же... Пока мы учимся с ней в одной школе, мы ничего не можем сделать.

— Это правда, но пожалуйста, будь внимательнее! В этой школе есть ужасающий хищник, а мой братик всего лишь жалкий не-хищник! Если братик попадёт в её лапы, то его мгновенно "Хрум", "Чавк", "Глоть".

— Ладно, ладно. Буду осторожнее.

— ...Угх, я беспокоюсь, очень беспокоюсь. Братик, не имеет значения насколько ты будешь осторожен, если она будет серьёзна, ты будешь не более чем кролик под взором ястреба... Что ж, лучше сделать это до того, как председатель съест братика! Мне лучше насладиться этим моментом! Так что, братик, сегодня ночью я и ты...

— Теперь, когда ты это сказала, я понял, что самый опасный хищник – это ты.

— Не говори так! Давай хотя бы поспим на одном футоне!

— Ни за что. Слушай, уже время готовить ужин, а я занят подготовкой к новой школе.

— Что-нибудь придумаю! Я просто постелю свой футон рядом с твоим!

— О, точно. Надо же ещё поработать во дворе.

— Я расстелю их в линию! Честно, в линию! Клянусь, что не сделаю ничего большего! Обещаю!

— Двор уже был запущен, когда мы переехали, для начала нужно заняться им.

— Б-братик, ты меня игнорируешь! Ты ужасен! Это серьёзное домашнее насилие! Если ты продолжишь так обращаться со своей милой младшей сестрой, то однажды окажешься в суде! Тебя это устраивает!?

— Эй, Акико, куда ты положила бамбуковую метлу? Я никак не могу её найти.

—...*Хнык-хнык*... Братик такой злой...

Сегодня надо запомнить следующее: Никайдо Араши – возможно, союзник, но стоит быть осторожнее.