После еды клонило в сон, а Учитель никак не шел. Ни достала справочник по ядам и сонно листала, почти не улавливая смысл написанного. Настроение после вкусного улучшилось. Супчик уютно булькал в желудке, и Ни старалась не думать, что он уже, наверное, начисто сгнил. Чтобы жить, нужна еда. Если сможет есть и спрячется в скрытом доме, никакая секта не страшна. Как там говорил Иркрин, «замечательная жизнь вдали от тревог»? То что нужно. Вот только для начала достроят барьеры.

Снаружи было непроглядно темно, когда Иркрин зашел в зал. Ни в одиночестве сидела с книгой в углу, ожидая. Он без особого аппетита поел суп и попытался взять комнату. Но свободных уже не было. Ни, коря себя за сомнения вечером, предложила разделить комнату с ней.

Внутри едва помещалась односпальная кровать и сундук для вещей. Ни смущенно осмотрелась и вопросительно взглянула на Иркрина. Тому, похоже, было все равно. Он казался рассеянным, явно пребывая где-то глубоко в своих мыслях. Обычное состояние. Ни тихонько прыснула в ладонь. Не стоило переживать. К тому же вместе не так страшно.

Иркрин принес ведро воды, стянул одежду и начал обмываться перед сном. Пахнуло потом и будто листвой. Ни села на кровати, обняв ноги, и завороженно проследила за тем, как он окунает полотенце в ведро, отжимает своими крупными белыми руками, как обтирает им усталое лицо, пыльную шею. Как обмывает плечи и грудь, как полощет ткань и отжимает… Кожа покрылась мурашками от прохладной воды, он чуть дрожал, по спине стекали капли.

Ни стало жарко и стыдно смотреть дальше. Она через силу отвернулась. Очень хотелось прижаться к нему, согревая своим теплом дрожащее тело, протереть его полотенцем самой и расцеловать кожу с легким ароматом молодой листвы. Жаль, нельзя, пока она с гнильцой. Но так хочется. Очиститься бы поскорее! Ни облизнула губы.

Так думать ничем не лучше Иркрина! Он грустный, а она со своими желаниями. Можно ли спросить, что произошло? Или нельзя, это опять «неудобно»? Ладно, попробует осторожно.

— Ты хмурый. Что-то не так?

— Искаженных оказалось даже больше, чем думали. В бывшей деревеньке возле прорыва выделили огромную зону Изоляции, а желающих чистить нет. Сколько-то найдем, но все равно не хватает рабочих рук.

Ни вздохнула про себя, вспоминая прошлую очистку. Воняет жутко, и искаженных жалко. Иркрин не сказал, сколько пострадало, только уклончивое «много». Неужели правда настолько?

— Хочешь, чтобы я помогла?

— Это не изменит ситуацию. Ты нужна на построении барьера, сама знаешь. Или тяжело весь день на ногах, хочешь на очистку?

— Сегодня нашла то, что могу есть нормально, так что продержусь. Надо поскорее достроить барьеры, а то скверна расползется, — поежилась Ни.

Он забрался под одеяло.

— Это точно, работы очень много. Завтра будет тяжелый день, давай отдохнем. Спокойной ночи.

— Спокойной.

Ни посмотрела на мутную воду в ведре. В гнили есть свои плюсы — научилась очищать одежду и тело энергией. И удобнее, и быстрее, и сушить не надо. Она выпустила поток густой золотистой дымки, «обмылась» и «постирала» их одежду. Чисто! Ни легла рядом с Иркрином. Наверное, руны на одежде и повязка защитят от гнили? Разрисовывать кровать нет сил, да и платить за испорченное заставят.

Иркрин спал. Он прерывисто дышал, и Ни окутала его энергией своего Источника. Лежать, ощущая тепло его спины своей, оказалось очень волнительно. Сколько они уже не спали вместе? Эх, столько планов, и почему все так? Она гниет, работы много, он устал, к тому же никак не восстановится с прошлого прорыва. Вроде и рядом, и непереносимо далеко. Ни закусила губу, отгоняя фантазии о желанном. Но они возвращались снова и снова. Еще бы! В книжке так интересно написано, что не забудешь!