Сегодня прекрасный осенний день. Ну, это осень, несмотря на раскинувшееся над моей головой голубое небо. Раньше я видел, как большие облака текут и плывут, но они давно исчезли. Еще немного, и наступит зима, и прекрасный снег начнет покрывать землю.

Я сидел на самом заднем сиденье у окна и наблюдал за мягким и очаровательно тусклым осенним небом за окном. Ощущать смену сезонов было довольно хорошей идеей, я так думаю.

Я перестал листать учебник, который оставил открытым, и продолжал тупо смотреть на природу за окном. Но почему-то мне показалось, что за мной наблюдают. Поэтому я взглянул на учителя, стоявшего на трибуне, и наши взгляды встретились.

- Ладно, Хинакура. Реши задачу, о которой я тебе только что сказал.

- А?

Наши взгляды встретились в невероятное время. И еще, какой вопрос был задан? Я вообще не слушал, и это была моя вина, что я не обратил внимания, просто чтобы почувствовать осенний бриз. Я торопливо пролистал учебник и взглянул на доску, чтобы увидеть, о каком вопросе он говорил, но я не мог понять и почти схватился за голову.

Вот тогда-то и появилась рука Бога, сидевшая рядом со мной. Она открыла страницу с нужной частью, постукивая по ней пальцем. Я сдержал вздох облегчения от того, что моя задница спасена.

Когда я вернул свой взгляд, чтобы ответить на вопрос, я увидел, что учитель улыбается мне в ответ. Видимо он с самого начала знал, что я не слушаю вопрос, и даже заметил помощь, которую мне оказала соседка по парте.

- Ты прав, Хинакура, но тебе следует сосредоточиться на уроке.

- В-верно, учитель…

Когда я ответил, опустив лицо, я услышал смешок от моей соседки. Я покосился, чтобы увидеть, как она поднесла учебник к губам, чтобы прикрыть рот, но было очевидно, что она смеется.

- Хе-хе, Хару-кун, ты еле ответил, да?

- …Извините. И спасибо, что спасла мне жизнь.

Благодаря Юки, мега-отличнице рядом со мной, мне это сошло с рук. Я пробормотал несколько благодарностей в ее сторону и переключил свое внимание на доску. Акина, которая сидела прямо передо мной, похоже, тоже волновалась, так как я заметил ее облегченное раздражение за спиной. На этот раз я постарался быть внимательным, чтобы не беспокоить их, и время прошло без сучка и задоринки.

Когда все закончилось, Акина повернулась ко мне с обеспокоенным выражением лица.

- Хару, это была катастрофа.

- Нет, это была не катастрофа, а нанесенная самому себе рана…

- Самостоятельное причинение вреда?

Акина наклонила голову. Так как она сидела передо мной, она не заметила, что я витаю в облаках. Наверное, она подумала, что я просто не понял вопроса.

- Ну… Посмотри на улицу. Просто был такой хороший вид, что я не мог сдержаться.

- О, понятно. Вид конечно хороший. Я тоже так думала во время занятий.

- Правда? Ты меня поняла, да?!

- Ни за что. Я не могу просто бросить занятия и посмотреть на небо.

Я онемел от ее резких слов. Юки тогда хихикнула и присоединилась к разговору.

- Все в порядке, Хару-кун. Я имею в виду, что Акина-сан больше времени проводила глядя в окно, чем на учителя, так что я уверена, что она полностью тебя понимает.

- С-Сирахато-сан?!

- О, правда? — сказал я.

- Это другое…! Н, нет, это не то, хм… Я имею в виду…

Похоже, Юки попал в точку, судя по взволнованному виду Акины. Я этого не заметил, потому что тоже смотрел в окно, но Юки по-видимому, без всяких помех увидела, как она любуется видом снаружи.

- Я тоже понимаю. Сегодня действительно прекрасный день, поэтому я немного посвятила время тому, чтобы самой присмотреться. Я имею в виду, было бы неплохо вздремнуть под солнцем, не правда ли?

- Хотел бы я хотя бы раз вздремнуть на улице, прежде чем наступит зима…

Я часто так делал, когда учился в начальной школе. Я помню те веселые дни, когда я ходил в парк с Юки, все еще в бинтах, и играл с ней пока мы не уставали. Затем мы дремали на скамейке под солнцем, а после пробуждения мы энергично играли, пока не наступала ночь.

- А ты, Акина? Давай поднимемся на крышу и поспим бок о бок.

- Это действительно хорошее предложение, но у меня уже есть планы на обед. Сегодня в кафе будет специальное меню, поэтому Рикка сказала мне пойти с ней.

- Понятно. Ну, увидимся в следующий раз.

- Да, увидимся в следующий раз. Не торопитесь, вы двое. Если хотите вздремнуть на крыше, как насчет того, чтобы одолжить одну из синих простыней у совета? Думаю с ней будет лучше.

- Это хорошее предложение, но я не знаю, сможем ли мы его одолжить, чтобы просто вздремнуть…

- Все будет хорошо. В конце концов это для отдыха, например когда совет выходит любоваться цветением сакуры, они тоже берут простынь. Я уверена, они будут рады одолжить вам одну.

- Тогда давай вместе пойдем в кабинет совета на обед, Хару-кун.

- Давай сделаем это. Спасибо, что рассказала нам, Акина,

- Да, да, развлекайтесь.

Поэтому я внезапно возбудился и решил вздремнуть на крыше. Следующий урок был четвертым, так что если я его переживу, то обеденное время наконец-то наступит. Я достал из сумки учебник для следующего занятия, все это время предвкушая сон с Юки.

◆

Звонок, наконец оповестил об окончании урока. В то же время это был знак, что мы наконец-то можем начать обеденный перерыв. Некоторые разложили свои ланч-боксы, не вставая с мест, в то время как другие ушли куда-нибудь поесть с друзьями. Среди последних по классу разнесся счастливый голос девушки.

- Привет, привет, хен~ло! Юкитчи, я принесла завивку~!

(П/П: в англ. версии было написано perms, так что я не знаю как правильно перевести завивку)

- Привет, Рикка-сан.

Рикка ворвалась в мой класс и что-то протянула Юки, которая поклонилась, улыбаясь от уха до уха.

- Я слышала эту историю~! Просто передай мне ее после обеденного перерыва. Я взяла ее на имя совета, но ничего, если ты просто вернешь ее!

- Спасибо, что взяла на себя хлопоты. Тогда я о ней позабочусь.

- О, и я уже поговорила с президентом, так что не переусердствуйте с сегодняшним обедом, ладно? Ну, я сегодня возьму что-нибудь из специального меню с Акиной, так что увидимся позже~! Давай, пойдем, Акина!

- Ладно, Рикка. Увидимся, Хару, Сирахато-сан, — сказала Акина, выходя из класса вместе с Риккой. Обе помахали руками, уходя.

Проводив их, мы пошли в комнату совета, чтобы взять синие простыни, которые нам были нужны, чтобы вздремнуть на крыше. Акина сказала, что простыни в кабинете совета были довольно большими, достаточно, чтобы мы могли спать бок о бок. Вот почему мы практически подпрыгивали по пути туда, и наше настроение было приподнятым до предела, зная, что нас ждет комфортный сон.

Мы вдвоем встали перед дверью кабинета и постучали и нам тут же ответили.

- Войдите.

Медленно повернув ручку, мы вошли внутрь и увидели президента, сидящую в дальнем конце зала заседаний совета, элегантно потягивающего чашку чая. Рядом с ней сидел вице-президент, тихо читающий книгу.

- О, вы двое пришли ко мне в гости. Добро пожаловать, — ее лицо засияло, когда она нас увидела. Она даже поманила нас с Юки сесть рядом, но мы не собирались тратить время. Вместо этого мы хотели, чтобы нам выдали простыню.

Когда я уже собирался открыть рот и все объяснить, Юки меня опередила.

- Президент, сегодня мы пришли одолжить у вас синюю простыню.

- Синяя простыня? О, Акина и Рикка уже рассказали мне о ней. — она медленно встала. - Я почти уверена, что в последний раз мы использовали ее для любования цветением сакуры… Хм, о, вот.

Она подошла к картонной коробке, стоявшей рядом с полкой, полной материалов. Внутри было то, что мы искали, аккуратно сложенное, и она передала это Юки.

- Возьмите.

- Спасибо большое! Ты очень помогла! Уф, это здорово, Хару-кун.

- Да. Большое спасибо, — добавил я свои слова.

Поблагодарив президента, мы уже собирались направиться на крышу, но нас остановили.

- О, Хинакура-кун, подожди секунду. В школе есть правило, что нельзя спать на крыше. Я слышала от Акины и Рикки, что ты хотел сделать это там, но в школе это запрещено.

Затем она дала мне бланк напрокат. Не нужно было писать ничего сложного, но я не мог просто написать - хочу вздремнуть на крыше, чтобы учителя его прочитали. Вот почему я обдумывал любые хорошие идеи.

С шариковой ручкой в одной руке я уставился на пустой бланк заявления на столе. Я все еще не был уверен, что писать, но затем Юки просто взяла его и написала что-то без колебаний. Ей удалось придумать причину, только затемнив дремлющую часть истории. Наблюдая за тем, как разворачивается ситуация, я понял — в очередной раз — что Юки действительно, действительно находчива.

Как бы то ни было, она вернула бланк президенту, которая бегло просмотрела его, прежде чем спрятать в папку.

- Да, так тоже нормально. Когда закончишь пользоваться, аккуратно сложи и положи на место.

- Большое спасибо. Тогда мы возьмем его, — поклонилась Юки, и мы вышли из кабинета с тем, что искали. Президент помахала нам рукой, когда мы уходили.

После этого мы направились прямо на крышу. Я был рад вздремнуть в такую прекрасную погоду, только мы вдвоем, расслабляясь. Придя туда, я открыл дверь, но там, как обычно, никого не было.

Затем мы подошли к одной из больших длинных скамеек на крыше и расстелили на ней простыню. Используя наши ботинки как якоря, чтобы она не улетела вместе с ветром, мы оба сели на мягкую ткань.

Затем мы оба достали наши ланч-боксы под голубым небом, которое простиралось от горизонта до горизонта. Ткань под нами создавала ощущение настоящего пикника, и улыбки естественным образом появлялись на наших лицах.

- Акина была права насчет синих простыней, — сказал я, кивнув.

- Да, это имеет решающее значение.

- Просто от одного этого ощущения возникает ощущение, будто я нахожусь на какой-то особой экскурсии или что-то в этом роде.

- Хм, это напоминает мне пикники, на которые нас возила твоя мама, Хару-кун.

Воспоминания о наших школьных днях тихонько звучали в глубине моего сознания, когда мы открывали крышки нашего обеда. Кстати, сегодня он выглядит таким вкусным!

Наполненные ее изобретательными и красочными идеями, гарниры, такие как жареные яйца и жареный тофу, выстроились в ряд с другими многочисленными предметами внутри. В дополнение к сочной еде перед нами, безупречное небо, нежное прикосновение бриза и успокаивающий осенний солнечный свет связали все это в особый пакет — мы были в идеальном месте для этого удивительного обеда.

- Начнем есть?

- Да, давай поедим вместе.

Под объятиями осени мы оба сложили руки вместе и поблагодарили небеса за устроенный нам пир.

◆

Закончив свой вкусный обед, я решил прилечь на синюю простыню, чтобы расслабиться. Вздремнув, глядя на синюю бесконечность над собой, я планировал дождаться окончания обеденного перерыва.

Я даже взял свою сумку, в которой было несколько учебников, и использовала ее как подушку, чтобы получить немного дополнительного комфорта и приятно провести время, просто отдыхая.

- Эй, Хару-кун, могу я дать тебе совет?

- Хм…?

Я повернул голову вокруг самодельной подушки и увидел, как ее рот изогнулся в озорной улыбке. Выражение ее лица было таким знакомым; чарующая улыбка, пронизанная дьявольским намерением, способная вселить в мое сердце сладкую тревогу и чувство любопытства. Что же, черт возьми, мог предложить этот милый маленький чертенок?

Юки, сидевшая прямо, скрестила ноги и бросила на меня многозначительный взгляд, продолжая при этом хлопать себя по бедрам.

- Почему бы мне не дать тебе подушку на колени, раз уж мы здесь?

Ее улыбка была противоречивой, нежной, но соблазнительной. Искушение неоднократно ударяло меня в голову, и мысли о ее милых бедрах, сведенных вместе, только сильнее ранили мое сердце. Я чувствовал, как мое сердце пытается покинуть грудь, а мое лицо тает.

Я не мог не сглотнуть, глядя на ее сплющенные бедра.

Хотя сейчас все ещё осень, она уже носила свои черные колготки, готовясь к наступающей зиме. Этого единственного куска ткани было достаточно, чтобы сделать ее тонкие, гибкие ноги еще более красивыми, подчеркивая форму ее бедер на фоне ее изгибов. Ее бледная кожа, такая блестящая, что любой бы почувствовал глубокое желание прикоснуться к ее ногам, достойным искусства, если бы представилась такая возможность.

Если присмотреться внимательнее, можно было мельком увидеть внутреннюю часть юбки ее униформы; ее пухлые внутренние поверхности бедер и даже полоска нижнего белья мелькали в поле зрения, прикрытые черными колготками, которые скорее подчеркивали их, чем скрывали.

Но даже несмотря на все это, была причина, по которой я просто не нырнул в ее бедра.

Если бы мы были в нашей квартире, я бы не колеблясь погрузился в ее бедра, поддавшись искушению. Однако мы были в школе, и хотя вокруг не было других учеников, никогда не знаешь, когда кто-то может случайно зайти, как бы редко это ни было.

Более того, если бы этот кто-то увидел меня лежащим на ее мягких бедрах — одной мысли об этом было бы достаточно, чтобы пробудить мой рационализм. Не желая поддаваться ее искушению, я отвернул голову, чтобы отвести взгляд.

- Ну, я имею в виду… мы же в школе, так что кто-нибудь может сюда зайти…

- Хе-хе, ты беспокоишься, что нас увидят? Не беспокойся, дверь на крышу заперта.

Затем Юки вытащила что-то серебряное из нагрудного кармана. Это был ключ от того места, где мы были, и она звякнула этим маленьким набором ключей передо мной, одарив меня той же озорной улыбкой, которой она сверкнула мне ранее.

- Я попросила Рикку достать мне ключи. Так нас никто не увидит. О, и у меня также есть разрешение от самой президента.

- Вот, как… Ты же с самого начала знала, что сюда никто не придет…

- Мне было бы неловко, если бы меня застали спящей во время пользования муниципальной собственностью, поэтому я убедилась, что готова~ Она приблизилась ко мне.

Сладкий голос Юки ласкал мои уши, и в то же время я почувствовал, как по моей спине поднимается холодок. Ее кончики пальцев очень нежно скользнули по моей шее сзади. Мне потребовалось почти все мое самообладание, чтобы не подпрыгнуть рефлекторно, но она не обратила на это внимания, только приблизившись, чтобы прошептать мне на ухо.

- Я собираюсь тебя сильно испортить, так что… посмотри сюда~

Ее голос был сладким, как мед, но почти опьяняющим. Что-то внутри меня начало рушиться, когда ее нежное дыхание щекотало мое ухо. И чтобы связать все это, ее запах… Он был слегка сладким с намеком на ее собственный естественный запах, который, несомненно, принадлежал Юки, и это только подтверждало само ее существование в моем сознании.

Я достиг своего предела, и я мог слышать, как нить разума, удерживающая меня вместе, рвется, когда я проигрываю ей. Медленно повернувшись к ней, я последовал своим инстинктам. Просто счастливой не хватало чтобы описать ее, когда она смотрела вниз на меня, лежащего. Двигая бедрами и направляя мою голову совсем немного, чтобы утешить нас обоих больше.

- Хару-кун, хороший мальчик… Хороший мальчик~

Я мог только слушать ее сладкие призывы и отдаваться ощущению ее мягких бедер. Моя голова была полностью окутана ими, и это было так невероятно тепло.

Ее две мягкие ножки были такими удобными, что мне хотелось тереться о них щеками до конца обеда. Мое сердце не переставало биться у меня в груди, и успокоиться было физически невозможно.

Если бы я посмотрел немного в сторону, я бы мог заглянуть ей под юбку, так близко я был. С другой стороны, если бы я посмотрел прямо вверх, мой взгляд немедленно встретился бы с ее грудью, которая, даже с моего места, была прекрасной формы и обтянута униформой.

Опять же, в этой ситуации невозможно успокоиться.

Я не мог смотреть вверх или вправо, где находилось ее тело, поэтому я намеревался повернуться лицом влево. Но когда я собирался повернуться, она коснулась моей щеки своими мягкими руками, чтобы остановить меня от побега. Они были такими теплыми в условиях все более холодной погоды, что я неосознанно потерся об них лицом. Затем она подвинула одну из них и нежно провела пальцами по моим волосам.

- Когда я вижу тебя таким, мне кажется, что ты ребенок, Хару-кун.

- Р-ребенок? …Мне неловко…

- Хе-хе, не стесняйся~! Ты такой милый и приятный! Когда я сказала тебе подойти сюда, ты подошла так робко, а когда я погладила тебя по волосам, ты так уютно прищурилась. Ты выглядишь таким уютным!

- …!

Ее голос был таким нежным, что это только еще больше смутило меня. Мое лицо, теплое и красное, как перец, казалось, горело. Однако, больше, чем любой стыд, во мне разлилось чувство счастья, заполнявшее каждую щель в моем теле.

Когда кто-то такой дорогой, как она, предлагает мне свои колени и проводит пальцами по моей голове, это не что иное, как счастье. Я чувствовал себя настолько удовлетворенным, что задавался вопросом, существует ли вообще такое чувство. Ее теплые слова и уютная мягкость окутали мое тело целиком; я мог — и хотел — остаться здесь навсегда.

- Я хочу сделать тебя еще милее, Хару-кун. Знаешь что? Я даже хорошенько поковыряю тебе в ушах.

- Я не могу с этим справиться… Ковыряние в ушах — это слишком… Я не могу с этим справиться…

- О, это такая трата времени — останавливаться только на подушке на коленях! Я уверена, что это будет приятно, понимаешь? Потирание внутри твоих ушей~

Она снова приблизилась ко мне и щедро шепнула мне нежные слова, нежно потирая пальцами мочку моего уха, а затем медленно проводя по ее линиям.

Покалывание пробежало по моему позвоночнику, и каждый нежный круг, который она описывала, наполнял меня лихорадочным комфортом, чем-то, что я едва мог описать словами, и слегка щекотала меня.

- —?! Ю, Юки…?

- Тебе это нравится? Щекотно? Хм, может, это станет для меня привычкой~!

- С… Сто…

- Хе-хе, нет! Я не остановлюсь.

Пока я боролся, чтобы сдержать невольный вздох, я увидел, как ее милая улыбка переполняет меня. Легкое царапанье по внутренней стороне моего уха вызвало во мне сладкое онемения, и когда я рефлекторно вздрогнул, она только более радостно пошевелила пальцами.

- Эхехе, ты такой милый, Хару-кун… То, как ты реагируешь, когда я играю с твоими ушами, это просто…

- Погодите-ка, это еще более неловко, чем я думал…

- Нет, нет, все в порядке. Ты просто спишь, тут нечего стыдиться. Давай, будь со мной честнее.

Ее тонкие кончики пальцев, которые только что обводили мои уши, внезапно вошли в них. И как раз когда я думал, что она остановилась на этом, она осторожно запустила ноготь глубже. Ощущение щекотки в сочетании с этим небольшим покалыванием было смесью, способной расплавить мою голову.

Это было странное ощущение, которое я никогда раньше не испытывал, как будто Юки коснулась - драгоценного места, о существовании которого я даже не подозревал. Если бы это была простая чистка ушей, она бы закончилась, как только их внутренности очистились бы, но она продолжала, подшучивая надо мной.

Тот факт, что она играла со мной, создал еще более необъяснимое чувство, и мне стало стыдно за себя, что я так возбудился в такой ситуации. Тем не менее, я не мог остановить свое тело от извивания, пока она играла с моими ушами.

- Я обнаружила твою удивительную слабость, Хару-кун… Я никогда не думала, что ты покажешь мне такую милую сторону. Ох, жаль, что я не знала об этом раньше.

- Я, я не хотел, чтобы ты знал… На самом деле, я даже не знал этого изначально…

- Хе-хе, это секрет о тебе, который знаю только я… Верно~?

- …! Она снова прошептала мне на ухо слова своим сладким и чарующим тоном. Сладкое ощущение разлилось по всему моему телу, и я еще немного поерзал.

- Кстати, о секретах… Ты что-то от меня скрываешь, не так ли?

- Э…?

- О, я уже знаю об этом.

- Ты уже… чего?

- Фуфу, ты смотрел на меня со всех сторон, прежде чем лечь. Я знала это с самого начала~

На что я смотрел? — Я думал прикрыть это этими словами, но ее лазурные глаза видели меня насквозь, так что у меня не было выбора, кроме как сдаться. Я подумывал извиниться честно.

- Я, извини… Я случайно увидел кусочек твоего нижнего белья… Извини…

- Ты такой хороший и честный мальчик! Вот, вот…

Она убрала руку от моего уха, чтобы погладить меня по голове, словно успокаивая ребенка. Ранее я чуть не растаял в удовольствии из-за ее шутки, но даже когда меня нежно гладили по голове, это ощущалось как сладкий стимул.

- Хороший мальчик, хороший мальчик~ Ты заслужил награду!

В то же время, как она это сказала, в воздухе повеяло слегка сладким и свежим ароматом; мое сердце могло только подпрыгнуть, когда я понял, что это было…

Она приподняла юбку прямо у моего лица. Нижняя часть ее тела, завернутая в черные колготки, лежала прямо передо мной — внутренняя часть ее юбки, которую я видел лишь несколько мгновений назад, теперь заполнила все мое поле зрения.

Я мог ясно различить ее пухлую и мягкую кожу сквозь ее колготки, даже цвет и форму ее нижнего белья. Я знаю, что не должен смотреть на них — хотя они были красивого светло-голубого цвета с милым бантиком — но мои глаза были прикованы к ним, и я просто не мог отвести взгляд.

Она сохраняла ту же дьявольскую улыбку на лице, развевая юбку, когда она внимательно следила за мной сверху. Ее запах становились гуще, а я застыл, уткнувшись лицом в рай, которым были ее бедра.

Мое зрение менялось каждый раз, когда ее ноги покачивались, и эта сцена была настолько непостижимой, что я чувствовал себя так, словно дрейфовал во сне; я не мог нормально соображать.

- Хару-кун… Ты же знаешь, что можешь подойти поближе?

- Э-э, ах…

Если бы я приблизился на сантиметр, я бы зарылся лицом в ее юбку. Она это знает, и… нет, это было именно потому, что она знала, что она пыталась заманить меня.

- Позволь мне побаловать тебя еще больше, Хару-кун~

Она нежно погладила меня по голове, шепча мне на ухо еще раз. Ее голос был как расплавленный сахар, сладкий звук, который онемел до мозга костей.

- Иди ко мне…

Ее голос, ее дыхание, откололи от меня то немногое, что у меня оставалось. Она приподняла юбку, и сцена, развернувшаяся перед моими глазами, была сладким искушением, расплавленным, как мед, и мое тело приблизилось к ней, хотя и медленно.

Женственный запах Юки, ее характерный парфюм, становился только сильнее с каждой секундой. Еще немного, еще немного ближе — вот что я подумал.

Однако по всей школе раздался звонок, оповещающий об окончании нашего сладкого совместного времяпрепровождения. Несколько секунд прошли в тишине, и я был поражен тем, что собирался сделать. Вскоре после этого она тоже приходит в себя и торопливо поправляет юбку.

- Мне пора возвращаться…

- Э-э, да… Нам нужно вернуться…

- Я, я… я верну ключи от крыши и синие простыни!

Ее лицо покраснело, когда она поспешила надеть обувь и встать. Я быстро сделал то же самое, и мы начали складывать простыни вместе. Сделав это, она взяла сложенную ткань и поспешила вниз по лестнице, оставив дверь незапертой.

Я со вздохом откинулся на одну из скамеек. Если бы у нас было еще несколько минут, я бы смог насладиться этим искушением, таким сладким и кислым.

Я не мог не рассмеяться над своими смешанными чувствами: наполовину от разочарования, что я ничего не мог сделать, и наполовину от облегчения, что я ничего не сделал.

Затем, сделав глубокий вдох, я посмотрел на раскинувшуюся над головой синеву. Это был прекрасный осенний день, как и любой другой, но я не устал от него, сколько бы раз я его ни видел. Солнце светило ярко, а небо было чистым, как никогда. Я не мог вздремнуть, но все равно чувствовал, что результат был намного лучше, чем если бы я это сделал.

— Вот почему я никогда не думал, что погода вдруг испортится и по дороге домой после школы пойдет проливной дождь.